Текст книги "Я стал рабом ведьм шестого полка морской пехоты (СИ)"

Автор книги: Сергей Сухонин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 20 страниц)

Глава 31

– Надеюсь, теперь все прекрасно поняли как надо себя вести на выставке⁈ И что можно говорить, а что нельзя? – Лигия Цама хотя и носила погоны ведьмы-тактика, формально уступая в звании Тейме и комбатам, но вела себя уверено, как командира, инструктируя нашу группу. Впрочем, она доверенная официра из управления делами двора Её Величества, ответственная за мероприятие, а это сейчас поважнее погон. Мундиры и погоны разные бывают, как и ситуации. Армия вообще штука тонкая и многое на самом деле тут строится на понятиях… как в нашем мире, так и в этом.

Ведьма, привстав со своего места в микроавтобусе, посмотрела на наши лица, которые излучали всем своим видом всяческое понимание, старательность и готовность соответствовать высокой миссии, но, похоже, всё равно осталась недовольна.

– Стоим здесь, – приказала она шофёре, благо микроавтобус как раз повернул под шлагбаум гостиницы. – Ужинать никто не идет и из машины не выходит, пока мы не повторим всё еще раз! – голосом строгой учительницы сказала она. – Госпожа Тейма Рея, каковы ваши обязанности?

– Расставляю официр и помощниц по секторам с экспонатами, контролирую их работу, – ответила моя ведьма. – Лично контролирую, – уточнила она, – делая частые периодические обходы. При необходимости – подключаю к делу приданных в помощь гвардеек. Слежу за прессой, общаюсь с ней и важными гостями. Улыбаюсь, держусь на позитиве, имею бравый вид, выражаю уверенность в победе!

– Гм…ладно, – Лигия перевела взгляд на другую официру. – Госпожа Нейма Мага, допустим вам задали неудобный вопрос? Например, посетительница спрашивает вас: велики ли наши потери? Много ли ведьм погибло в боях?

– Потерь нет! – браво выдала комбата Кима. – Ведьмы на голову превосходят техносов в бою как умением так и магией!

– Неправильно! – скривилась Лигия. – Не валяйте дурака, официра, здесь не то место и время. Нельзя же так в лоб, надо честнее быть с людьми. Даже с гражданскими. Говорите – потери есть. Но незначительные и в основном раненными! А на каждую раненую и погибшую ведьму приходиться два десятка… нет, три десятка убитых солдаток! Скажите, что у нас отличные госпиталя и превосходная служба эвакуации раненых, в отличие от противника и что мы оснащены всем необходимым, а техносовки – нет. Мы ведем тяжелую войну и тоже несем потери, но делаем это малой кровью. И больше героизма, как можно больше! В крайнем случае, байку военную расскажите какую-нибудь, отвлеките посетительницу.

– Можно про то, как вараны десантницам на пляже ножки отгрызали? – озадачилась Нейма.

– Не… – чуть смутилась Лигия. – Среди посетителей могут быть дети и мужчины. Слишком кроваво. Придумайте что-нибудь, вы же официра! Так, с вами понятно… Ария Цвея, а что вы ответите, если вас спросят, нужна ли вам волонтерская помощь?

– В армии всё есть! Родина обеспечивает своих ведьм всем необходимым! – отчеканила командира Петровича. – Но добровольная помощь приветствуется и лишней не будет. Есть много важных мелочей, которые могут помочь в бою и скрасить быт, от маскировочных сетей до продуктов.

– Верно, – кивнула инструкторша. – Именно в таком ключе и говорите – всем основным обеспечены, но забота народа помогает, греет душу и поднимает боевой дух. Народ расхолаживать нельзя, он должен чувствовать вою сопричастность к войне. Так, ладно… Госпожи тассийки, вам всё понятно?

– Так точно! – ответила за всех Тайка. – Если будут спрашивать, то ответим, что перешли на сторону Асталии, выбрав справедливость, потому что техносы угнетают народ Тассии! Так называемая свобода техносов – это бесправие и угнетение для каждого! Мы готовы драться вместе с сестрицами-ведьмами за Императрицу и Асталию. За справедливость, стабильность и порядок для всех! На Тассии простой народ ждет освобождения от техносов! – бодро ответила танкистка. – Госпожа Лигия, я всё выучила наизусть, как вы и велели. На каверзные вопросы не отвечаем, ссылаемся на военную тайну и отправляем к официрам.

– Молодец, – кивнула Лигия – Ну, а теперь вы, парни, – вздохнула она. – Что вам надо делать?

– Молчать и не отсвечивать, – буркнул Ким. – В споры и разговоры без своих официр не вступать.

– В целом верно, – кивнула ведьма. – Но ваша задача тоньше, чем просто молчаливое присутствие. Даже не знаю, справитесь ли… Вы должны служить примером того, что даже парни могут внести свой вклад в нашу победу! И в то же время, вам надо своим видом слегка устыдить некоторых ведьм, чтобы облегчить мобилизацию, а еще немного побыть жертвами войны… Так, Тимофей, – указала она на Петровича. – Завтра перевяжешь себе голову бинтом. Твоя рана тебя всё еще беспокоит, понял? И это должны видеть посетительницы. Всем поменьше веселья – вы усталые парни, взявшие на себя непосильную военную ношу, а не сбежавшие от жен на войну шалопаи! Никаких выходок, понятно⁈ Эх, – махнула рукой Лигия, – надеюсь, ваши официры вам подскажут всё на месте. Ну, и я проконтролирую, конечно. Свободны, можете расходиться. Завтра сбор группы во дворе в семь часов утра ровно.

Выставка начиналась в десять утра, но в половину восьмого мы были уже на месте. Еще раз все осмотрели, кое-что протерли, проверили таблички. Парк открывался в девять часов, а к десяти за временной сетчатой оградой экспозиции уже хватало народа. Так что когда приданные нам в помощь гвардейки открыли ворота, народ хлынул валом на площадку с экспонатами. Через десять минут даже пришлось временно приостановить вход гостей, чтобы не создавать толпу.

В основном посетительницами были женщины. Всех возрастов, от девочек, до пожилых матрон, от мещанок и до, судя по их одеждам и поведению, благородных дам. Люди ходили и смотрели на разбитую технику, читали таблички, а кто-то, оглядываясь по сторонам, с любопытством щупал броню или даже нюхал так и не отбитый запах гари из опущенного ствола техносовского БТРа. Народ был в основном тих и задумчив – люди впервые столкнулись с войной явно, лицом к лицу. Столица, конечно, подвергалась ракетным атакам в первые дни войны, но тут побежденный враг был близок и ощутим наяву. Его можно было потрогать, понюхать, рассмотреть в упор. И надо сказать – техника конфедерации выглядело грозно. Даже уничтоженные машины таили в себе скрытую мощь и силу. Особенно для не избалованных видом боевых машин асталиек.

– Как же вы так девоньки? Воевать не страшно было? – боязливо спросила одна из пожилых, небогато одетых посетительниц, прикоснувшись рукой к броне разбитой установки «поток», возле которой стояли мы Теймой. – Такая жуткая махина, а вы ее…

– Махина большая! – браво улыбнулась моя ведьма. – А мы её двойным плетением фугасного и огненного заклятья взяли и поджарили! Не бойся мамаша, наши ведьмы не промах! Бьют техносовскую гадину!

– И парни тоже помогали? – перевела женщина взгляд на меня.

– И мы тоже! – кивнул я. – Когда Родина в опасности, воюют все, – добавил я, вспоминая, что, возможно, этот самый «поток» мой «корсет» и уничтожил во время группового удара по резервам противника.

– Помоги вам небеса! – вздохнула женщина. – У меня немного есть, но вот, возьми, – протянула она Тейме купюру в двадцать талов. – Помогу чем смогу!

– Не надо, мать, – помотала головой ведьма. – Тебе нужнее, нам Родина платит.

– Бери, говорю! – всучила всё же купюру женщина. – Тебе не надо, парню своему конфет купи! Заслужил!

Народ шел и шел мимо, разглядывая не только технику, но и нас. Мы, фронтовики, тоже оказались экспонатами, только живыми, как в контактном зоопарке. Столько пристальных женских взглядов на себе я еще не ловил никогда в жизни и столько раз меня еще никогда не фотографировали как сегодня. А еще мы, ведьмы и парни в парадной военной форме, были символами этой победы – живыми и наглядными. Символами того, что врага можно бить, что армия сильна, что все под контролем. В этом плане, конечно, асталийская пропаганда рассчитала все верно.

– Я отойду ненадолго, – шепнула мне Тейма. – Надо проверить Петровича: что-то он с тассийками у танка не то делает!

Действительно, из толпы на танк залезло сразу несколько мелких девчонок. Причем Петрович сам подавал детворе сверху руки, помогая затащить их на броню, пока Нейма что-то вещала их мамашам, и теперь наш ветеран что-то рассказывал восторженным девчушкам. Наверное, ТТХ танка, кто его знает? Рядом стояла на земле Тайка и время от времени тоже что-то говорила. Была в толпе у танка и пара мальчиков, но они вели себя боязливее девчонок, и лезть к машине боялись. А может, их мамы не пускали, всех деталей я не видел…

– Леша? Ты? – услышав вдруг рядом негромкий знакомый голос, я аж вздрогнул от неожиданности и резко повернул голову. И в первую секунду, узнав стоящего передо мной мужчину, даже не поверил своим глазам.

– Антон Степанович? Вы? – опешил я.

– Я, я, – смущенно улыбнулся наш «барин», мой бывший одноклассник и владелец клуба «Барсучья нора». – Тише говори, Леша, а то мои мегеры услышат. Я от них в толпе как-то улизнул, но они где-то рядом, – почти прошептал он, вздрагивая и оглядываясь.

– Так вы женились? – глупо спросил я.

– Да, – мрачно ответил «барин». – Женился, млять… на свою голову. А что мне оставалось делать, а? ЦВСиО просватал, продал и женил. А ты как? Женат? Как Ким и Петрович?

– Не-а, – мотнул я головой. – Не женат. Служу, вот. И Ким с Петровичем со мной. Мы вместе, в одном полку. Все холостяки.

– И как, в ведьмовской армии нормально служится? Война же?

– По-разному бывает, – честно ответил я. – Но жить в целом можно. Я ещё ни разу о своем решении не пожалел.

– Как же я вам завидую! – искренне ответил «барин». – А у меня не жизнь, а сплошной мрак. Выдали за аристократок, етить их! Ужас сплошной – никакой свободы, я как игрушка! Живу хуже болонки, всегда на поводке! Одевают, хрен знает во что, никуда не пускают. Мне даже пищу принимать одному нельзя! Если я случайно поел на завтраке быстрее или медленнее своей главной госпожи – то это залет! Не подстроился под жену, значит, виноват… А по выходным выпороть могут запросто. Я к вам в армию хочу!!!

– Так я не против, – развел я руками.

– Антоша⁈ Антошик⁈ Антоша, вот ты где! – из толпы вперед протиснулись две богато одетые женщины лет пятидесяти на вид. – Ты куда от нас сбежал, негодник⁈ И с кем это ты разговариваешь?

– Я на секунду отвлекся. Я не хотел убегать госпожа Мальда, вы всё не так поняли, – залебезил было «барин», но его дама ловко ухватила его рукой за ухо, и строго сказала – а ну пошли! Я не разрешала тебе разговаривать с незнакомыми мужчинами!

Потом она бросила на меня внимательный взгляд, но, разглядев погоны, так ничего и не сказала, уведя моего одноклассника и оставив меня размышлять над тем, что же это было. Ндя… похоже, наш Антон Степанович просчитался и рулить собственным гаремом у него не вышло.

Выставка между тем шла своим чередом. Ближе к обеду пожаловала пресса, но с ней общались в основном официры и Лигия. Разве что у Петровича взяли интервью о его знаменитой обороне пляжа – картинка мужчины с пулеметом стала в местной сети чем-то вроде патриотического мема и журналисты не могли упустить возможность расспросить главного героя. Мы же с Кимом больше работали манекенами для съемки, улыбались и делали геройский вид.

Потом нас ненадолго отвели на обед к расположенной рядом полевой кухне гвардеек, которая кормила кашей с тушенкой одновременно участниц выставки и посетительниц, желающих опробовать натуральный ведьмовской фронтовой обед «с дымком», как гласил рекламный плакат у кухни на колесах. Нас кормили бесплатно, а с посетительниц брали по пятнадцать талов за миску каши, и от желающих попробовать её не было отбоя. Учитывая, что входные билеты продавались по пять талов, с коммерческой стороны вопроса выставка техники вполне себя оправдывала. Пропаганда – пропагандой, а деньги – деньгами, что уж тут…

После обеда я настраивался, что мы будем работать до самого вечера, но нет. Еще через пару часов Лигия велела всей нашей группе кроме тассиек и Ульды с Ваймой садиться в микроавтобус.

– Вы все молодцы, и в целом я довольна, – пояснила она. – Дальше наши гвардейки справятся и без вас. А вас сейчас хочет видеть одна важная особа, так что поторапливаемся, госпожи официры. Не надо заставлять её ждать. И шторки на окнах автобуса задерните, пожалуйста. Запоминать маршрут не нужно.

В этот раз автобус кружил по улицам минут двадцать, пока нас не высадили где-то на огражденной глухим бетонным забором территории у серого трехэтажного невзрачного здания непонятного назначения и без всяких вывесок. Провели внутрь и сразу же за входной дверью, мы прошли через пост охраны из четырех вооруженных ведьм в небольшом зале, которые внимательно разглядели предоставленные Лигией документы и всю нашу группу. Любое оружие было велено оставить здесь же. Впрочем, у нас и так ничего с собой не было, на выставку личное оружие Лигия запретила брать категорически. Тем не менее, ведьмы нас проверили каким-то артефактом, поводив вдоль тела каждого сияющим синим цветом шаром, а потом дали команду спускаться внутрь.

Всего мы одолели шестнадцать глухих лестничных пролетов, идущих вниз. И я понял, что мы спускаемся в глубокий бункер, особенно когда лестница закончилась, а за ней последовал ещё один пост охраны, распахнутые створки герметичных железных дверей и длинный коридор с зелеными стенами, шириной метров пять и с высоким полукруглым потолком, под которым виднелись вентиляционные трубы. В стенах коридора было несколько закрытых дверей, но мы прошли мимо, пока не вышли прямо к дверям, перед которыми был еще один пост с ведьмой – официрой. Она сделала нам знак подождать, зашла внутрь, и почти сразу вышла, предлагая жестом войти.

Кабинет не выглядел роскошным: из мебели в нем имелся лишь массивный стол для совещаний буквой «Т», с обитой зеленой бархатной тканью столешницей и несколькими телефонами, простые деревянные стулья за ним, а в углу стоял кожаный диванчик и пара кресел. За столом сидели две ведьмы средних лет в парадной военной форме со звездами стратиг на погонах, рассматривая какие-то бумаги. Но все взгляды к себе сразу привлекла хозяйка кабинета – молоденькая худенькая девчушка в черно-синей военной форме, вышедшая нам навстречу. Её Величество Императрица Асталии Кальтиния Четвертая собственной персоной!

– Ваше Величество! – стоявшая рядом со мной Тейма тут же опустилась на одно колено, и замерла так, склонив голову вниз. То же самое сделали и Вейна с Неймой и Арией. Недолго думая, мы с Кимом и Петровичем последовали их примеру.

– Встаньте официры, давайте без церемоний, – махнула рукой Императрица. – У нас с вами не официальный прием, а рабочая встреча. Можете чувствовать себя свободно.

– Перейду сразу к делу, – продолжила Кальтиния деловым тоном, когда мы поднялись. – Во-первых, я хотела бы лично поблагодарить вас всех, госпожи ведьмы и… парни. Мне известно, как повел себя ваш полк в начале войны. Пожалуй, ваше подразделение было лучшим на побережье. Вы не дрогнули и не отступили, дав бой превосходящим силам конфедераток. Я бы сказала, что в тот момент вы спасли репутацию вооруженных сил! На фоне многих, кто проявил себя не лучшим образом или вообще изменил присяге.

– Это наш долг, Ваше Величество, – склонила голову Тейма.

– Да. Это ваш долг, официра, – согласилась с ней Императрица. – А мой долг – замечать тех, кто верно служит Родине и мне, награждать их, благодарить и продвигать по службе. Кроме того, я наслышана и о том, как вы действовали дальше, при обороне Алькоры и при подавлении мятежа. И это тоже достойно самых высоких оценок. Удержание города – во многом ваша заслуга. А так же – ваших «корсетов» с парнями, которые показали себя с наилучшей стороны. О «корсетах» мы бы и хотели с вами поговорить подробнее. Я и мои стратиги – кивнула Кальтиния на сидящих за столом ведьм. – Я хочу знать подробности: как эта магия работает в реальных боевых условиях, как с ней справляются парни, какие существуют проблемы и сложности, что нужно для улучшения действующих «корсетов» и создания новых.

– Мы готовы ответить на все ваши вопросы, Ваше Величество, – ответила Тейма, но Кальтиния лишь махнула рукой.

– Чуть позже. Сначала я вас отблагодарю, как обещала. Госпожи официры, сегодня вам всем присваиваются следующие по старшинству воинские звания. Госпожа Тейма Рея, госпожа Ария Цвея и госпожа Нейма Мага, отныне вы удостоены звания лидер-тактик. Госпожа Вейна-Альба третья, вы с сегодняшнего дня старший тактик.

– Рады стараться, Ваше Величество! – в унисон ответили ведьмы.

– Это еще не все, – улыбнулась Кальтиния. – Кроме повышения в звании, я повышаю вас в статусе. Отныне вы не мещанки, а благородные дамы с правом наследования благородного звания вашими дочерьми. Ваши имена будут внесены в бархатную книгу знати. Также, я выдаю из личных средств каждой из вас денежную премию в сто тысяч талов за отличную службу. Кроме того, вы все награждаетесь медалями «за женственность в бою» и нагрудными знаками «серебряная звезда». Вы довольны? Или есть ещё какие-то пожелания?

Честно говоря, глядя на просыпавшийся на наших ведьм рог изобилия, я был уверен, что никто их них не решится просить больше. Им и так отсыпали немало пряников. Но я ошибся.

– Так точно, Ваше Величество, есть личное пожелание, – взволнованно сказала Тейма. – Я прошу разрешить мне и госпоже Вейне немедленно заключить брак с нашим партнером по «корсету», Алексеем Тепляковым. Мы любим друг друга и хотели бы оставаться и дальше вместе.

– Ох… – встрепенулась Нейма. – Ваше Величество, я тоже хочу своего Кима в мужья. Можно?

– И я, – совсем уж просто добавила Ария. – Я люблю Матвея Петровича!

Кальтиния чуть не расхохоталась в ответ, глядя на нас. А потом, широко улыбнувшись, вдруг погрозила ведьмам пальчиком.

– Э, нет… не так быстро. У парней всё же надо спросить их согласие, хотя бы формально. Есть такой закон, и не мне его нарушать. Тем более, что их тоже надо отблагодарить за службу. Ты и есть Алексей, правильно? – повернулась ко мне Императрица. – Какое твое желание? Ты хочешь жениться на своих официрах, верно?

И вот тогда я, вытянувшись по стойке «смирно», отчеканил, глядя прямо в синие глаза Императрицы.

– Никак нет, Ваше Величество! У меня иное желание!

– Что⁈ Какое? – казалось, Кальтиния растерялась на секунду.

– Прошу дать мне свободу! Выдать общегражданский паспорт и присвоить мне женские права для мещанского сословия! Именно это и было обещано мне за поступление на службу!

– Но… зачем тебе? – искренне удивилась Кальтиния. – У тебя отличные ведьмы, они о тебе позаботятся. Зачем тебе права и свобода? Ты же мужчина? Не понимаю…

– Таково мое желание, – твердо ответил я. – Кроме того, Ваше Величество, это важно для развития программы «корсет». Если у асталийских мужчин будет перед глазами пример того, что служба делает парня свободным, то они пойдут в армию и в «корсет». Не все, конечно, а лишь те, у кого определенный склад характера и кто любит независимость. Но такие-то тут и нужны. Слабым духом и безвольным парням воевать будет сложно.

– Интересно, – нахмурилась Императрица. – Впрочем, я слышала, что вы необычные парни…

Я хотел было добавить, что мы из другого мира. У меня даже промелькнула мысль, что можно попросить Кальтинию не делать больше на Землю боевых вылазок за парнями, а перейти к сотрудничеству – желающие найдутся. Но я прикусил себе язык. Взгляд Императрицы был недовольным, а мои разглагольствования выглядели бы сейчас неуместными. Я бы никому не помог, в том числе самому себе, а только сделал бы ещё хуже. Может быть позже, когда мы начнем говорить про «корсеты» детально, я вернусь к этой теме…

– А что скажете вы? – повернулась Кальтиния к Киму с Петровичем. – Что вы хотите? Свадьбы или свободы?

– Свободы, – твёрдо ответил Петрович. – Я присоединяюсь к просьбе Алексея.

– И я тоже, – поспешил сказать Ким. – Я с мужиками согласен!

– Как ты мог, Тимофей? – голос Арии был полон разочарования. – Ты меня не любишь?

– Люблю, – просто ответил Петрович. – Но я хочу быть в первую очередь свободным человеком, и лишь во вторую мужем.

В сторону Теймы с Вейной я даже не смотрел. Но их тяжелые взгляды жгли меня и без этого, ощущаясь почти физически.

Кальтиния же тем временем глубоко задумалась, сделав несколько шагов по кабинету. Затем снова остановилась, обвела нас всех внимательным взглядом, а потом сказала.

– Хорошо, парни. Да будет так! Я сделаю для вас исключение. Вы хотите свободу – вы ее получите! Но военный контракт будет продолжен до его окончания. Служить вы продолжите под началом своих же официр, которых отвергли. Они вас любят, так что не стану вас разлучать, – губы Императрицы тронула едкая усмешка. – Я сегодня же присвою вам отдельным указом полные мещанские и гражданские права, а так же прикажу выдать паспорта, присвоить официрские звания тактиков и начать платить положенное официрам жалование – посмотрим, как вы справитесь со службой и с собственной жизнью самостоятельно. Это будет даже интересно… – пожала плечами Кальтиния. – И еще! Взамен я потребую полной отдачи по службе. Программа «корсет» крайне важна!

– Благодарю вас, Ваше Величество! – склонился я в поклоне, и парни последовали моему примеру. – Мы вас не подведем.

– Увидим, – кивнула Императрица. – А сейчас скажите мне уже не как Императрице, а как женщине, которой любопытно – с интересом спросила она. – Вы совсем не любите своих официр, с которыми вместе воевали и которые о вас заботились? Зачем вы их обидели и отвергли, отказавшись жениться? Я не верю, что дело только в вашей «свободе». Тут что-то личное: у мужчин всегда так – они капризны, обидчивы, а мужская логика порою непостижима. Официры вас так сильно обижали?

– Никак нет, госпожа, – осторожно ответил я, решившись говорить за всех. – Нас никто не обижал. Мы не против взять в жены своих официр. Они для нас лучшие девушки в Асталии! Но сначала мы хотим получить свободу.

– Вот как? – оживилась Кальтиния, и я вдруг понял, что она всё еще на самом деле мелкая девчонка, которая не так уж давно бросила играть в куклы. – Тогда мы и это проверим. Я запрещаю вам вступать в брак с вашими официрами в течение следующих двух лет. Но со всеми остальными – не запрещаю, – в глазах Кальтинии появилось хитрое выражение. – И еще, чтобы было интереснее, я дам за вами приданное – жены каждого из вас получат в собственность по четыреста гектаров моей личной земли у города Ульмар. Вы, кажется, там геройствовали? Земля в тех местах приносит хороший доход, поэтому найдется немало невест, которые захотят получить её впридачу к мужьям. Так что желающих стать вашими женами в течение этих двух лет будет хоть отбавляй, – усмехнулась Императрица. – Вот и посмотрим, смогут ли мужчины быть не только свободными, но и верными? Если же продержитесь два года и все же затем выберете своих официр в жены, то землю получат они. Это будет моя компенсация, за то, что я не сумела выполнить их личные пожелания, – добавила она – А теперь закончим о личном и поговорим о деле – тон Кальтинии резко стал серьезным и деловым, а улыбка исчезла. – Пора приниматься за работу, нам многое нужно обсудить.

«Кажется, ты только что смог добиться свободы, Леша», – подумал я. «Ну что же, это здорово. Вот только впереди ещё целая война…»

Конец.