Текст книги "Я стал рабом ведьм шестого полка морской пехоты (СИ)"

Автор книги: Сергей Сухонин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц)

Глава 4

– Это стресс виноват, госпожа Гайна! – решительно заявил я. – Вы представляете, через какой кошмар мне пришлось пройти⁈ Меня схватили рано утром во время сна, били дубинками, затащили в другой мир! Как вы думаете, может ли нежная мужская психика выдержать подобное насилие без последствий? И вы еще хотите идеальных результатов на медосмотре? – возмущенным тоном спросил я. Лучшая оборона – это нападение, поэтому теряться нельзя.

– Стресс влияет на здоровье, это вам любой врач подтвердит. Вот и результаты не идеальные!

– Это верно, – кивнула кураторша. – Но наши врачи это учитывают. Впрочем… – задумалась она, – у тебя было гораздо больше стресса, чем у других, Леша. Эта ужасная выходка ведьмы в автобусе…бедный мальчик, я представляю, чего тебе стоило сохранить выдержку. Да, в твоих словах есть смысл, ты прав. Такое поведение недопустимо! Я подготовлю от руководства ЦВС рапорт командованию Внутренней Гвардии, чтобы ведьму примерно наказали за порчу парней. Мало ей не покажется! – решительно заявила Гайна Трея.

– Не надо рапорта, – замахал я руками. – Всё нормально. Я не держу на нее зла, госпожа. Ведьмам приходится нелегко, у них тоже был стресс. К тому же мужчины должны быть добрее к девушкам в погонах. Ведьмы служат обществу и защищают нашу Родину.

– Все равно, нельзя такое оставлять без последствий! – покачала головой Гайна.

– Давайте не будем формалистами, госпожа? Не будем жаловаться, ведьму и так сурово наказала старшая официра. А я просто пересдам анализ? – предложил я. – Скажем, дней через пять. И вы пересчитаете баллы по его результатам?

– Хорошо, – улыбнулась кураторша. – Какой ты добрый и понимающий парень, Леша. Прямо золото, не то что мой муж, – вздохнула она. – Повезет же твоим женам… Ладно, если ты так настаиваешь, то жаловаться не буду.

– Я постараюсь организовать повторный медосмотр, – продолжила Гайна. – Но в любом случае, чтобы подтянуть рейтинг тебе придется всерьез приналечь на учебу. Твоя задача на сегодня и ближайшие дни – выучить наш язык и уяснить основные сведения об Асталии. История, культура, законы, обычаи – все это надо знать в минимально необходимом для мужчины объеме. Этот прибор – обучающий мнемограф, – показала на «магнитофон» Гайна. – Он очень простой в использовании, даже парню должно быть понятно. Видишь на приборе три кнопки? Зеленая кнопка – включаешь, черная – выключаешь. Вот эта клавиша – выбор обучающих программ, с первой по пятнадцатую. Первая – самая простая, пятнадцатая – самая сложная. Номер выбранной программы отображается в этом окошке. Начинай с первой. Чтобы начать учиться, надо лечь на кровать, надеть наушники, включить прибор и слушать. Когда поймешь что устал – выключай. Больше четырех часов в сутки слушать не рекомендуется, может сильно заболеть голова и нарушиться сон.

– Это поможет мне выучить ваш язык? Тут магия какая-то?

– Именно так. Ментальная магия на пси-кристалле. Просто попробуй и ты все поймешь сам. Когда прослушаешь программы с первой по пятую, можешь попытаться читать книги, к этому времени ты должен понимать текст на базовом уровне. Через неделю состоится экзамен и, если получишь зачет, то приступишь к основному обучению.

– А вот с этого места можно поподробнее, госпожа? – живо поинтересовался я. – Чему меня будут учить? И, кстати, почему во время допроса меня не спросили ни о моих навыках, ни о профессии? Я ведь могу знать вещи, полезные для вашего мира.

– Никого не интересует то, что ты знал и умел в прошлом, – ответила женщина. – Теперь ты будущий муж и должен получить по настоящему важные для тебя знания, – пояснила она. – Домоводство, семьеведение, этика и этикет, курсы кройки и шитья, кулинария, семейная магия, семейная экономика, – все это надо изучить! Курс плотный и сжатый, поэтому придется постараться. То, что у нас парни учат с рождения, вам всем придется освоить экстерном за несколько месяцев. И в твоих интересах сделать это хорошо, сдать экзамен и получить высокий рейтинг.

– А на что влияет рейтинг? – спросил я.

– На то, к кому ты попадешь в мужья. Парни, получившие баллы от восьмидесяти пяти до ста считаются первосортными женихами. Особенно, если у них симпатичное личико, спортивная фигура и высокий рост. От семидесяти до восьмидесяти пяти – тоже неплохо, хотя уже не идеально. От пятидесяти пяти до семидесяти – результат удовлетворительный и ты сейчас в этой группе. А мог бы претендовать на первый сорт, у тебя неплохие внешние данные, пусть ты и не молод.

– А ниже пятидесяти пяти – кастрация и выбраковка?

– Ну, зачем сразу так? Только в самых крайних случаях и то, в основном при грубых и систематических нарушениях дисциплины, – чуть смутилась кураторша. – Нет, всё не так страшно. Просто вместо диплома жениха ты получишь справку о том, что прослушал курс социальной адаптации. Возможность выбора жен ты теряешь, он для дипломированных женихов. Тебя купит сельская община или община работниц при заводе, и ты станешь общинным имуществом. Поженят сразу на девятерых, и вряд ли твои жены будут молоды и красивы. Скорее наоборот. Но обслуживать все равно придется гораздо больше работниц… Нравы в общинах простые, уровень жизни низкий, работы по хозяйству будет очень много. Жены из простонародья часто распускают руки и… – короче, искренне не советую попадать в такую ситуацию, – развела руками Трея. – Зачем тебе это? Ты хоть не красавец, но симпатичный и умный. Достойный кандидат для хороших жен. Просто надо как следует постараться. И ты получишь право выбора женщин из хороших семей, красивых, лично свободных, не бедных, которые станут тебя любить, уважать и баловать. С ними твоя жизнь станет по-настоящему счастливой.

– Извините, госпожа, но что значит «жены распускают руки»? – осторожно спросил я кураторшу, игнорируя ее разглагольствования про счастье в будущем браке. – У вас считается нормальным бить супруга?

– Нет, что ты, Леша! Мы против домашнего насилия! – горячо заверила меня Гайна. – И стараемся изжить в обществе это постыдное явление! По возможности, конечно… На самом деле, мы защищаем мужчин, у нас даже праздник такой есть. День защиты мужчин! Но ты понимаешь… мужчина, он ведь не вполне дееспособен. Он принадлежит своим женам. Опять же традиции и обычаи… Мужчина не владеет собственностью, не может быть привлечен к суду по административным делам, всю ответственность за поведение мужчины несут его жены. Им отвечать за его выходки, их осудят за плохое воспитание парня. У некоторых мужчин просто отказывают тормоза. И в такой ситуации у женщин должно быть средство призвать своего распоясавшегося супруга к порядку. К сожалению, мужчина может быть как хорошим, так и гадким и способен превратить семейную жизнь, как в рай, так и в ад. Ты не представляешь, что вытворяют некоторые мужья! Они интригуют, делят жен на любимых и нелюбимых, отказывают в близости и поддержке, провоцируют жен тратить на них деньги без всякой меры, настраивают их друг против друга. И даже изменяют! Да и просто выносят женам мозги на ровном месте! Вот, в качестве крайней меры, и приходится их учить пониманию того, кто дома главный…

– То есть, мужа за плохое поведение можно просто избить?

– Нет, конечно! Вы на семьеведении будете проходить «уложение о домашнем строительстве». В нем есть глава, где подробно написано как правильно вразумлять мужа. Там много правил: вразумление происходит только наедине, без посторонних, с согласия всех жен. Не на эмоциях, а позже, когда остынешь. Перед этим мужу заранее следует объяснить, в чем именно он провинился, дать срок на покаяние, сказать что его любят и наказывают во благо, для исправления… Не калечить! Бить в глаз, в ухо, по сердцу, печени, почкам и гениталиям нельзя, поучать следует с любовью, заклятья боли и паралича второго круга использовать нельзя, можно плеточку мягкую…

– Все, хватит! – замахал я руками. – Не надо этого БДСМ. А если я жене в ответ на плетку в глаз дам?

– Надеюсь, Леша, что этот вопрос был сделан по глупости и запальчивости, – тон голоса Гайны Треи сразу стал ледяным. – Но могу сказать, что за доказанное умышленное убийство жены мужа зарывают в землю по шею. И оставляют так до тех пор, пока он не умрет. Ты хочешь узнать об этом поподробнее?

– Не хочу, – помотал я головой. – Хватит страшилок. А развестись можно?

– При особых обстоятельствах. В Асталии у ее Величества Кальтинии Третьей, двести десять миллионов подданных. В прошлом году ее Величество подписала чуть более четырех сотен прошений на развод.

– Понятно. Вопросов по теме брака больше не имею, – вздохнул я. – Вот разве что… я правильно понимаю, что в вашем мире есть магия? И ей владеют только женщины, а мужчины ее лишены?

– Не совсем, – возразила Гайна. – Магия есть почти у всех – и у мужчин, и у женщин. Абсолютно лишены какого-либо дара не более трех процентов населения. Другое дело, что сильный дар встречается нечасто.

– А можно поподробнее, пожалуйста? – попросил я.

– Подробнее тебе все расскажут на уроках семейной магии. Тогда же измерим уровень твоего магического потенциала, у диких мужчин в Асталии он раскрывается не сразу.

– И все же? Объясните мне, пожалуйста, госпожа! – сделал я умоляющий взгляд кота из «Шрека».

– Ладно. Попробую вкратце рассказать, – кивнула кураторша. – Тем более, что без этого объяснения у тебя может сложиться неверное впечатление о семье. Прежде всего, что нужно знать: у мужчин и женщин разная магия. Женская магия – она всегда прямого действия. Боевая, артефакторная, ментальная, лечебная – неважно. Женщина плетет ментальное заклятье, насыщает его энергией и применяет. А мужчина так не может. Но мужчина – это своеобразный якорь для женщины, точка ее опоры, мощный источник сил для ее магического ядра. Рядом с мужем дар у женщины проявляется сильнее. Если мужчина близок ей, то он может оказывать магичке колоссальную поддержку. С ним женщина чувствует себя лучше, меньше устает, меньше болеет, сильнее в магии. Особенно если между ними есть чувства, некая симпатия… – задумалась Гайна. – Как бы тебе объяснить-то… Зафиксированы случаи, когда слабая магичка, сил которой до брака едва хватало, чтобы сгустить туман на трех квадратных метрах и превратить его росу, без ума влюблялась в мужа и вызывала среди ясного неба бурю с градом! Правда, для этого парень тоже должен обладать мужским магическим даром и дарить его женщине, иначе эта связь не работает. Команда из влюбленных – страшная сила, в самом прямом смысле этого слова. Думаешь, почему нам настолько нужны мужчины? Почему мы, женщины Асталии, объединяемся вместе ради одного парня и делим его между собой? Притираемся друг к дружке и становимся подругами и семьей? Только для рождения детей и секса?

– Честно говоря, да, – кивнул я.

– Нет, секс и дети, – это лишь часть жизни семьи, Леша, – возразила Гайна. – Дело в другом. Просто жить рядом со своим мужчиной для женщины Асталии уже счастье. Ощущать рядом своего парня – это совсем другое качество жизни. Женщины расцветают, их магический дар усиливается. Конечно, это происходит, если парень делится с женами своим даром поддержки и помощи. Поэтому мне смешно слушать твои опасения про семейное насилие. Да, такое бывает, – горько вздохнула кураторша. – Да, люди разные и жизнь в семье тоже бывает разная. Но ни одна женщина в здравом уме не захочет, чтобы её муж её ненавидел! Ей от этого физически нехорошо, поверь. Её дар от мужской неприязни и отсутствия поддержки перестает расти, и даже может угаснуть. Твои жены ни в коем случае не будут стараться сделать тебе плохо, поверь мне, Алексей! Наоборот, они будут пытаться тебе понравиться, завоевать твою симпатию, они от этого выигрывают больше чем ты. Тебе придется сильно постараться вывести их из себя или глубоко обидеть, чтобы они применили к тебе жесткие воспитательные меры. К сожалению, некоторые парни в наше время совершенно разбалованы вниманием, эгоистичны и неразумны, вот и… Ладно, – махнула рукой Трея. – Я думаю, для первого разговора ты понял достаточно. А пока учи язык, читай книжки, готовься к зачету. Пересдачу анализов я тебе устрою. После неё еще поговорим.

Кураторша поднялась со стула, нажала кнопку вызова персонала и вскоре исчезла за открывшейся дверью, оставив меня с мнемографом и книгами.

Учить асталийский язык с магическим «магнитофоном» я начал в тот же день. И надо сказать, что процесс мне понравился. В свое время английский давался мне очень тяжело и хорошую оценку в училище я смог получить лишь потому, что требования там были невысокие. Но сейчас – совсем другое дело. Не нужно зубрить правила, запоминать слова, ставить произношение. Вообще не надо напрягаться. Лег, надел наушники, выбрал программу и включил чудо-прибор. И тот начинает тихо нашептывать тебе урок, а белый кристалл в окошке – слегка светиться. Через несколько минут такого занятия я впадал в странное состояние на грани сна. Лежишь словно под гипнозом, мысли шевелятся еле-еле, зато в голове появляются разные картинки, которые складываются в неуловимые образы, которые и вспомнить-то потом невозможно. Постепенно голова тяжелеет, появляется усталость и в этот момент прибор рекомендуется выключить, сделав перерыв. Однажды я заснул во время такого урока и, хотя прибор выключился сам, сильную головную боль я себе заработал.

Зато уже на третий день и после шести прослушанных программ на «магнитофоне» я понял, что могу сформулировать несложную фразу на асталийском языке. А буквы на книжках стали сами собой складываться в осмысленный текст.

Охрана стала приносить мне во время завтраков и обедов больше сладостей, а в меню появилось овсяное печенье. Видимо, мозгу для магического обучения требовалась глюкоза в больших количествах, и персонал ЦВС учитывал эту потребность у подопечных. А еще на четвертый день мне принесли в камеру часы, календарь и я, наконец, стал читать книги.

Время на Асталии не отличалось от земного – все те же триста шестьдесят пять дней в году, двадцать четыре часа в сутках и шестьдесят минут в часе, что радовало – не надо переучиваться. Правда, сравнить продолжительность секунды здесь и на Земле я не мог. Иногда мне казалось, что сутки в этом мире по ощущениям немного длиннее, но ощущения – штука относительная, их к делу не пришьешь. Сейчас в Асталии было лето, самое начало восьмого месяца, похоже, время года тоже близко совпадало с земным.

Все брошюры я прочитал за два дня, благо были они тонкими и с крупным шрифтом, словно для учащихся младших классов. В них содержался минимум сведений по истории, государственному устройству, обычаям и культуре Асталии. Ну, что сказать: значительную часть текста занимала довольно наивная пропаганда. Дескать, знайте парни из иного мира, как вам крупно повезло! Наше государство самое сильное на планете, наша история самая древняя, наши обычаи – самые лучшие, наш государственный строй – самый справедливый, а народ у нас самый счастливый. И все процветают под благодетельным руководством ее Величества Кальтинии третьей! Если же отсеять эту шелуху и попытаться сопоставить факты, то получалась не слишком приглядная картина.

Прав у мужчин здесь не было никаких, кроме, пожалуй, права на собственный выбор пяти жен. Или право пятикратного отказа от не понравившихся женщин, желающих взять парня в мужья, если собственного выбора жен он так и не сделал. Ну, и на расширение гарема свыше пяти жен муж тоже мог поставить вето. Почему такая привилегия? Возможно, для того, чтобы оставить мужчинам какую-то иллюзию свободы. Или чтобы мальчики не вешались перед свадьбой, если им будут навязывать старых и нелюбимых женщин? Не знаю, нет информации.

Зато после свадьбы, которая обязательно должна была состояться в течение года после совершеннолетия, вся свобода заканчивалась, и начинался мрак и ужас. Парни не работали, не служили, не получали высшего и профессионального образования. Они не могли завести счет в банке или уехать в другой город без сопровождения одной из жен. Они могли только сидеть дома, вести хозяйство и делать жен счастливыми. Здешние магички взяли своих мужчин под каблук целиком и полностью. Может быть, какие-то варианты избежать такой судьбы и были, но в книжках кураторши я такой информации не нашел.

С женским обществом на Асталии тоже оказалось не все здорово. Подданные Императрицы делились на три сословия – благородные, мещане и общинники. И хуже всего, на мой взгляд, приходилось общинникам, которые работали на крупных государственных заводах-комбинатах и в сельском хозяйстве и не имели права на выход из общины без специального разрешения. Их даже в города пускали по пропускам.

И, самое интересное, – кроме Асталии и ее союзников, существовала некая Конфедерация Техносов. У которых, по мнению автора брошюры, все было очень плохо. Ибо они не чтили древних традиций, жили без Императрицы, а с выборной женщиной-президентом и были жадными и гадкими людьми. И вообще: должны скоро плохо кончить, потому что магичек у них мало и все со слабым даром. Правда, гадкие техносы почему-то здорово соображали в технике и продавали ее асталийцам в обмен на магию, имели мощную и развитую промышленность, сделали своих мужчин (которых у них было по статистике не один к пятнадцати женщинам, как в Асталии, а один к семи), полноценными гражданами и завели свободную экономику и выборы.

«Может, если не получиться сбежать домой, то лучше сбежать к этим самым техносам»? – сразу подумал я. – «Что-то идти под венец с такими раскладами никак неохота. Ладно, пока продолжаем собирать информацию и вести наблюдение».

Глава 5

Спустя неделю моего пребывания в ЦВС случилось сразу два примечательных события: я прошел повторный медосмотр и сдал экзамен на знание языка и основ культуры, истории и законов Асталии. И сразу же взлетел в рейтинге женихов аж на девятнадцать баллов, получив текущий рейтинг восемьдесят семь из ста и выбившись в первую лигу! Выяснилось, что если не пить и вести здоровый образ жизни, то качество спермы у меня на зависть многим молодым «конкурентам», а экзамен не вызвал никаких проблем. Он прошел в форме письменного теста на асталийском языке, где требовалось выбрать один правильный ответ на вопрос из трех предложенных вариантов. Многие из верных ответов угадывались интуитивно, и для того, кто сдавал сопротивление материалов и высшую математику в ракетном училище, справиться с элементарным заданием не представляло труда. Достаточно разок внимательно прочитать брошюры от кураторши и иметь здравый смысл, чтобы на отлично написать тест.

Гайна Трея была в полном восторге от моих успехов и не уставала хвалить меня, но я не обольщался своими достижениями в учебе. Это не я умный, это требования к образованию парней тут минимальные, на уровне детского сада, старшей группы. И еще – выше набранных восьмидесяти семи очков мне прыгнуть не светит, как ни старайся. Рожа у меня, по мнению здешних баб хоть и симпатичная, но возраст далеко не юный и внешность не модельная. Так что из женихов-отличников я, скорее всего, на выпуске опущусь до хорошистов. Впрочем, плевать на это, было бы о чем печалиться.

После экзамена меня допустили к занятиям и включили в седьмую учебную группу. А в ней, кроме двух молодых бизнесменов из Москвы и шести страйкболистов, моим одногруппником оказался Петрович! Одетый в пижаму и сидящий за швейной машинкой в классе кройки и шитья, старый боец казался таким же спокойным и невозмутимым, как и на стрельбище. Мы радостно поздоровались и успели коротко переговорить до того как в класс вошла преподавательница.

– Леша? Вот так встреча! – улыбнулся мне он. – Как сам? Нормально? Держишься?

– Нормально, Тимофей Петрович, – пожал я плечами. – Хотя абсурд в этом бабьем царстве местами зашкаливает.

– Как рейтинг? – бросил он на меня короткий взгляд.

– Восемьдесят семь, – махнул я рукой. – Только толку от этого… – А у вас?

– Пятьдесят два, – вздохнул Петрович.

– Хреново! – только и сказал я. – Опасно идете, ниже низкого.

– Знаю, – мрачно хмыкнул мужик. – Объяснили уже.

– А что случилось? Почему так мало? – нахмурился я.

– Да я тут одну надзирательницу на хрен послал, – скривившись как от зубной боли, ответил он. – В первый же день, на медосмотре… Короче, слово за слово, хреном по столу, и отмудохали меня дубинками, а потом сунули на сутки в штрафной изолятор. Долбанные магички, одно заклятье и ты уже беспомощный! В итоге штраф минус двадцать к рейтингу. Кураторша потом злая была, как собака… Если не исправишься, говорит, то кастрируют тебя как хряка, старый дурак! И спишут к свиньям в деревню. Вот, млять, теперь сижу и исправляюсь. Кураторша говорит, что если больше дисциплинарных нареканий не случится и с учебой будет порядок, то половину штрафа через две недели снимут. А в случае рецидивов – прощайте яйца.

– А кто у тебя кураторша? Гайна Трея, как у меня?

– Не, другая. Кейна Цайфа вторая. Рыжая такая.

– Не знаю её. Но ты это… – осторожно сказал я. – Исправляйся, Петрович. Выпустимся из этой богадельни, там видно будет. Я все понимаю, но сейчас нет смысла идти против системы. Была бы какая-то лазейка или шанс… но пока я их не наблюдаю.

– Понял уже, не дурак. Тут никому ничего не докажешь, здешние бабы упертые все. И в мужиках людей не видят абсолютно. Ладно, – скорчил хитрую рожу Петрович. – Есть у меня пара идей… Слушай, Леша, а ты сам как? Что думаешь? Жениться хочешь?

– А меня спросят? – развел я руками. – Никакая женитьба мне нахрен не сдалась! Я не раб и не чье-то имущество! Да тут все парни так думают.

– Не скажи, – серьезно ответил Петрович. – Далеко не все! Я видел нашего «барина», он не против свадебки. Говорит, что ему без разницы, – как на Земле бизнесом вертел, так и здесь женами вертеть будет. Лишь бы попались влиятельные и богатые. Да и страйкболисты тоже туда же… Я поговорил с некоторыми и выяснил, что юные идиоты мечтают о гаремах красавиц. Не все, но некоторые точно. Но я тебя понял, Леша, буду иметь в виду. Так, кажется, учительница идет, блин. Расходимся по местам, не будем злить персонал, – тихо сказал он, увидев, что дверь в класс отворилась.

А дальше дни потекли один за другим. Не скажу, что мне было плохо или что-то сильно не нравилось. Наоборот, я испытывал небольшую ностальгию, словно снова в школу попал. Причем в школу с облегченной программой для девочек. Впрочем, мне без разницы. Если деваться некуда, то остается только расслабиться и получать удовольствие, верно? Да и… знания есть знания. Если тебе их дают, почему бы и не поучиться? Кройка и шитье по жизни пригодятся, навыки нужные, уметь обращаться с иглой, нитками и швейной машинкой не помешает. Готовка – тоже вещь хорошая. Раньше я в основном пельменями перебивался или полуфабрикаты покупал. Если сильно приспичит – мог сделать яичницу, сварить макарон или нажарить мяса, получалось неплохо. Но тут меня научили варить вкусные супы, сооружать всевозможные салатики и делать полноценные сложные блюда. Благо продукты от земных не отличались и закупали их для учебных целей щедро и в хорошем ассортименте. В приготовлении вкусной еды своими руками есть своя прелесть. Как и в поедании оной. А вот семьеведение и семейная экономика казались мне пустой тратой времени, я буквально засыпал под нудный голос преподши. Решать идиотские задачи, вроде расчета сбалансированного бюджета для семьи из пяти жен и шести детей я мог и без ее разглагольствований, благо справочник с примерными ценами на продукты и товары имелся, а зарплаты жен перечислены в условиях задачи.

Занятия шли до обеда, затем была часовая прогулка в небольшом дворике, после – время на самоподготовку. Я попытался выпросить у кураторши серьезные книги о техносах, политике, истории и географии, мотивируя просьбу тем, что должен улучшить свой кругозор, чтобы моим женам не было за меня стыдно. Надо же уметь поддержать светскую беседу с гостями, или поговорить за жизнь с женами в постели после секса? А то ведь если я буду туп как пробка, и весь мой кругозор ограничится борщами и детскими распашонками, то я своему гарему скоро наскучу.

Гайна со мной соглашалась, но с книжками динамила. Возможно, читать их нам было просто не положено. Так же, как и лезть в местную компьютерную сеть, которая в Асталии точно имелась. Пусть не такая продвинутая, как на Земле, но все же что-то такое у магичек было. Однако, в ЦВС женихов-арестантов к компьютерам не подпускали и занятий по компьютерной грамотности среди нас не проводили. Потому что не мужского ума это дело – компьютеры! И вам в семейной жизни не пригодится. Всё, расходитесь парни, вопрос закрыт.

К концу первого месяца в ЦВСиО Петровичу списали за примерное поведение половину штрафа за дисциплину, кое-что накинули за успехи в учебе, и его рейтинг поднялся до уверенных шестидесяти четырех баллов, после чего он стал считаться полноценным женихом. Ну, а у меня произошел забавный случай, – однажды кураторша передала мне в моей комнате небольшую коробочку в цветастой бумаге, перевязанную сверху синим бантиком.

– Это еще что такое? – удивился я, принимая в руки подарок.

– Это тебе, Леша. Передача из города.

– Передача? От кого? Меня же здесь никто не знает? – озадачился я.

– От одной чрезмерно наглой особы, на которую ты зря не дал написать рапорт, – скривилась Гайна. – Я бы не советовала брать такую выскочку в жены, но… может у вас и в самом деле любовь? Во всяком случае, она в своем заявлении на передачу написала именно так. И я не нашла формальных причин отказать ей в просьбе. Впрочем, если ты отказываешься от подарка и не хочешь общаться с этой ведьмой, то я…

– Нет, отчего же? Я принимаю подарок, – поспешил ответить я.

– Как скажешь, – хмыкнула Гайна. – Имей в виду, его прием не накладывает на тебя никаких серьезных обязательств. Но дает ей надежду, ибо ты принял ухаживания. Осторожней с этим.

Едва за Гайной захлопнулась дверь, я с любопытством развязал бантик и открыл коробочку. Внутри обнаружились еще две коробочки поменьше и открытка. А с открытки на меня смотрела с фотографии улыбающаяся Вейна, но уже не в форме с погонами, а в легком белом платье.

«Моему любимому Зайчонку от его Лисенка», – гласила надпись под фото. «Леша, я тебя помню, люблю и жду. Считаю дни до того момента, когда смогу забрать тебя из ЦВСиО. Твоя Вейна Альба-третья. Надеюсь, ты выберешь меня».

В одной маленькой коробочке нашлись шоколадные конфеты, а в другой – пахнущие сладким цветочным ароматом духи в стеклянном флакончике. И признаюсь честно – мне в этот момент стало почему-то тепло и приятно на душе. Достав из коробочки, я разгрыз одну из конфет – она оказалась вкусной, со сливочным ликером внутри. Ухаживала девочка красиво, стоит отдать ей должное. Если дело все же дойдет до свадьбы, может быть, взять её в жены?

На следующей неделе в один из дней Гайна неожиданно сообщила мне, что завтра я освобожден от занятий. Следующие сутки мне рекомендуется отдыхать, хорошо кушать, больше спать и как можно меньше волноваться. А послезавтра у меня будет первый и единственный в ЦВСиО урок семейной магии. Занятие проводится натощак, для каждого парня оно индивидуальное и Гайна проведет его для меня вместе с её коллегой – куратором Кейной Цайфой второй.

– Зачем такие сложности? – казалось бы, порядки в ЦВС уже не могли меня ничем удивить, но подобное заявление вызвало любопытство и тревогу. – К чему мне готовиться целый день? Что вы собираетесь со мной делать?

– Не волнуйся, – смущенно улыбнулась Гайна. – Просто это… особенный момент для парня. Тебе нужно не столько готовиться, сколько морально настраиваться.

– Настраиваться на что? Вы будете со мной что-то делать магией?

– Ну, можно и так сказать, – закивала головой кураторша, а на ее щеках выступил яркий румянец. – Не бойся. Ничего страшного не случится, Леша. Просто мы измерим твой магический дар. И попробуем его на практике. Вообще-то первый раз это должны делать жены или невесты парня.

– Даже так? – склонил я голову.

– Именно. Любая девушка в Асталии крайне негативно отнесется к тому, что её парень занимается семейной магией с чужой женщиной. В браке такие вещи приравниваются к измене, семейная магия – она для законных жен, – пояснила кураторша. – Тело и магический дар мужа принадлежат им. Но ты пока дикий, и наша профессиональная обязанность – узнать о твоем даре как можно больше.

– Не понял? Вы меня, случаем, трахнуть не собираетесь? – запоздало сообразил я.

– Мы к тебе пальцем не притронемся, – покачала головой Гайна. – Никакого физического контакта, не будет, Леша. Он – только для твоих жен. Сам всё увидишь.

Надо ли говорить, что послезавтра, когда за мной рано утром пришли обе кураторши, одетые в практичные синие комбинезоны и похожие на электриков, я чувствовал себя не в своей тарелке и изрядно нервничал? Однако, суетиться не стал. Поздоровался, кинул изучающий взгляд наКейну Цайфу, – рыженькая кураторша Петровича смотрелась постарше Гайны, но тоже была довольно симпатичной, – и молча пошел вместе с женщинами в сопровождении одной из охранниц привычной дорогой по коридору, ведущему из жилого блока в учебный корпус. Только в этот раз мы сразу за постом охраны не повернули как обычно направо, а начали спускаться вниз, в подвал. Миновали еще один пост с двумя надзирательницами, прошли небольшой коридор и оказались перед железной дверью, которую отворила наша сопровождающая.

Моему взгляду открылась большая пеналообразная прямоугольная комната с голыми бетонными стенами. Неподалеку от двери стояла широкая кушетка, с ремнями по бокам, а в противоположной части помещения, метрах в пятнадцати от двери, я разгляделбольшущий железный бак с водой, навскидку объемом в пару кубов, а за ним – стенку из толстого красного кирпича. Гайна нажала красную кнопку на стене и где-то негромко завыла вытяжная вентиляция, а я ощутил на лице легкий ветерок. Однако, как говорила Алиса, – все страньше и страньше… Это у них что за семейная магия такая? Блин, во что я вляпался?

– Ложись на кушетку, Леша, – скомандовала Гайна. – Начнем, чего тянуть.

– Э… раздеваться не надо? Привязывать не будете? – осторожно спросил я, стараясь чтобы мой голос не дрогнул.

– Зачем? Ты у нас парень хороший и разумный. Мы тебе доверяем, ты нам доверяешь, верно? Не бойся. Надень-ка на руку этот браслет и ложись – протянула мне кураторша серебристый браслет с маленьким синим камушком. Потом достала из кармана пару таких же, один надела сама, а другой протянула подруге.

– Ладно, – кивнул я и залез на ложе.

– Лег? Удобно тебе? – ласково спросила Гайна. – Теперь расслабься, я тебя немного приласкаю. Сейчас будет приятно. – Кураторша прикрыла глаза, сделала какой-то пасс руками, и камушек на её браслете слабо засветился. Вслед за ним засветился и мой браслет, а я неожиданно почувствовал, что внутри моего живота разливается ласковое тепло. Ощущения были приятные, в теле возникла странная лёгкость, я расслабился, словно лежал в теплой ванне.