Текст книги "Байки о любви, семье и теще"

Автор книги: Сергей Романов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)

Мишаня, даже забыв зачем он вышел на балкон, бросил взгляд на бельевую веревку, на которой висела его рубаха, пара семейных трусов и Нюркин халат. Свободного места, откуда бы мог отцепиться неизвестный бюстгальтер на веревке не оставалось. Тогда Мишаня переклонился через перила и задрал голову вверх, но определить, что сушилось на чужих балконах так и не смог. Не было видно.

Скомкав ажурный лифчик в кулак, Мишаня вошел в комнату и остановился: что с ним делать? Выкинуть в помойное ведро? А ну как Нюрка в него заглянет? Спрятать до поры до времени? Куда?

Он стал взглядом искать, в какое место бы засунуть свалившийся на его голову сюрприз, но в это время раздалась настойчивая трель входного звонка. "Нюрка пришла с работы! – сообразил Мишаня и заметался по комнате. Вот будет комедия, если Нюрка увидит в его руке чужой предмет женского нижнего белья. Не придумав ничего лучшего он засунул лифчик за батарею отопления и кинулся в прихожую.

– Спишь, что ли? – спросила Нюрка и прямо на пороге вручила ему два пакета набитых продуктами.

– С кем? – удаляясь на кухню, только и нашел что ответить Мишаня.

– А это мы сейчас посмотрим, – игриво улыбнулась Нюрка и, сбросив с ног туфли, устремилась в комнату.

Окинула взглядом пустой диванчик, раскрыл гардероб, заглянула в туалет и ванную комнату и, облокотившись мягким местом на батарею отопления, ласково улыбнулась.

– Что уже успел выпроводить?

– Тоже скажешь! – ответил Мишаня и обвел глазами мягкое место жены, заземленное на радиаторе.

Не сводившая глаз с мужа, Нюрка истолковала его тревожный взгляд совсем иначе.

– Ну иди ко мне, Миня, я тебя поцелую. Крепко. А дальше видно будет.

Мишаня уже хотел сделать шаг в сторону жены, но в прихожей снова раздался звонок.

– Кто бы это мог быть? – удивилась Нюрка и, словно мячик, покатилась к двери.

Мишаню тоже раздирало любопытство и он устремился за женой.

На пороге нарисовалась симпатичная блондинка. В халатике, туго обтягивающим вздернутый кверху животик. "Наверное, мальчика ждут", почему-то стукнуло в голову Мишане.

– Извините, – пропищала блондинка, – К вам лифчик не залетал?

– Какой ещё лифчик? – не поняла Нюрка и, осмотрев пузо незнакомки, с удивлением оглянулась на Мишаню. Словно помощи просила.

– Бюстгальтер. Красный, ажурный. Я белье вешала, и его с балкона ветром сдуло.

Блондинка так слезно объясняла, словно речь шла не о заурядном предмете нижнего белья, а об украденном ребенке, которого Мишаня взял в заложники.

– Не пролетал бюстгальтер-то? – с иронией спросила Нюрка у Мишани.

Мишаня совсем стало жаль блондинку. Он без слов развернулся и помчался в комнату. Вытащил из-за батареи чуть-чуть запылившееся нежное изделие и, вернувшись в прихожую, протянул его блондинке.

– Этот?

Нюрка оторопела, а непрошеная гостья мило улыбнулась и с благодарностью посмотрела в глаза Мишане.

– Большое пребольшое вам спасибо.

Развернулась и направилась к лифту.

Жена захлопнула дверь и строго оглядела мужа.

– Кто это? – от игривого Нюркиного настроения не осталось и следа.

– А мне почем знать!

– А её бюстгальтер как оказался в нашей квартире?

– Ветром задуло. На балкон.

– Ах, на балкон. А живот ей тоже ветром надуло на балконе?

– Что ты мелишь! – решил все обстоятельно разложить по полочкам Мишаня, но в тот же момент получил звонкую затрещину. "На всякий случай", как потом объяснила ему Нюрка.

1999 г.

ЗАКЛИНИЛО

У Сени появилась любовница. Он давно мечтал о любовнице. Чуть ли не со дня свадьбы. Настоящий мужик что должен иметь? Жену, машину и любовницу. Жена есть. Машины нет. А вот любовница наконец появилась. А познакомились они так.

Вечером жена заставила Сеню вынести мусорное ведро. Не царское это дело. Сеня чертыхнулся, но приказ решил исполнить. Разве Сеня не офицер? Надел Сеня свой махровый халат, взял ведро и попрыгал с пятого этажа вниз по лестнице.

Около мусорного контейнера Сеня и увидел её. Тоже с мусорным ведром. Контейнер был наполнен горой, и она при всем желании не смогла бы высыпать мусор поверх кучи. Но разве Сеня не офицер?

– Давайте я вам помогу, – вызвался Сеня.

Она лишь мило улыбнулась в ответ и поставила свое ведро к Сениным ногам.

А потом они несколько раз прошлись по темной аллее вдоль могучих тополей. Оба в халатах и с мусорными ведрами. Вернее будет сказано – оба ведра держал Сеня. В одной руке. А другую он уже держал на талии. Не на своей, конечно.

Первые слова от волнения с хрипотцой. Первые вопросы с намеком о дальнейшем. Много в обоих оказалось общего: живут в одном доме. Только она в первом подъезде, а Сеня в четвертом. И он и она – на пятых этажах имеют малогабаритные двухкомнатки.

– Почему я вас раньше не встречал? – изумлялся Сеня, заглядывая ей в глаза.

– И я вас тоже не встречала, – мило улыбалась она.

– Да я поздно домой прихожу – дежурства. – отвечал Сеня.

В конце приятного вечера она его пригласила в гости.

– Заходите, – сказала, – можно даже после дежурства.

Сеня от радости даже чуть было не забыл отдать новой знакомой мусорное ведро. Запрыгнув в свой подъезд, ухмылялся: вот была бы нестандартная ситуация, если бы он предстал пред очи жены с чужим ведром.

– Тебя только за смертью посылать, – раздался голос супруги, которая уже находилась в кровати.

– На улице так хорошо дышится и такие яркие звезды.

Жена в ответ лишь тяжело вздохнула и покрутила пальцем около виска.

Через день Сеня сказал жене, что ему вдруг выпало внеочередное дежурство и попросил отутюжить парадную форму.

– Чего её утюжить? – удивилась жена, – Всегда в мятой ходил.

– Сегодня генерал с проверкой обещал быть, – соврал Сеня.

Он вышел на улицу и посмотрел наверх. Жена помахала ему с балкона рукой, а Сеня послал воздушный поцелуй и направился в... гастроном. Купил бутылку коньяка и бутылку шампанского, коробку конфет и букетик фиалок. Вернулся обратно и юркнул в первый подъезд.

Она пила шампанское, а Сеня коньяк. Для храбрости. Оба из фужеров. Горели свечи, таяли конфеты, манил диван. И наконец любили друг друга. Потом опять пили шампанское и коньяк. Сеня ничего не соображал. То ли от коньяка, то ли от любви.

– Ты есть хочешь? – спросила она. – Я могу сготовить яичницу. У меня это блюдо очень хорошо получается. С укропом, с помидорами.

Сеня от счастья зажмурил глаза.

– Очень хочу!

– Ой! – донесся из кухни её голос, – Мусорное ведро – совсем полное.

Разве Сеня не офицер? Через несколько секунд он стоял перед ней с ведром в руках.

– Что так и пойдешь? – хохотала она, оглядывая голого Сеню.

– А что идти по форме?

– Надень мой халат.

Он накинул её халат, выпил коньячка и вышел из квартиры.

Что думал Сеня, высыпая ведро в мусорный контейнер – одному Сатане известно. Только от контейнера направился он не к первому подъезду, а к четвертому. Быстро поднялся на пятый этаж и нажал на кнопку звонка. Дверь открылась и перед Сеней собственной персоной предстала жена.

Она несколько секунд внимательно оглядывала его обмундирование – халат чуть выше колен и офицерские ботинки, надетые на босые ноги. Наконец, промолвила:

– Здравствуй Сеня.

– Здравствуй, – ответил он.

– И до свидания, Сеня. – Сказала супруга и захлопнула перед ним дверь.

Сеня медленно спускался по лестнице и думал: "Как это меня так заклинило?"

Через несколько дней Сеня переехал в первый подъезд. Любовница теперь у него была. А вот машины и супруги не было.

1999 г.

ПО ЩУЧЬЕМУ ВЕЛЕНЬЮ...

Тихонов возвращался домой с рыбалки.

Несколько часов подряд он кидал спиннинг, а выловил только небольшого щуренка. Тот так на него смотрел жалкими глазами-кнопками, что Тихонов, освободив из пасти блесну, бросил его в воду и стал сматывать спиннинг. Ловить расхотелось. А очумелый щуренок, несколько минут полежав на поверхности воды, отошел от шока, с благодарностью хлестнул по воде хвостом и был таков. Теперь Тихонов, вспомнив про сказку "По щучьему веленью" выдавил жалостливую улыбку.

Тихонов поднялся на пригорок и, мысленно фантазируя о чем бы он на месте Емели попросил щуренка, вышел на шоссе, но тут же сделал два шага назад. Ревя мотором на него летела мощная автофура. Поток расколотого грузовиком воздуха обдал Тихонова, дорожная пыль забила глаза и когда рыбак-неудачник проморгался и открыл очи, прямо перед собой увидел огромную картонный ящик. Тихонов догадался, что коробка вылетела из кузова грузовика.

"Ай, спасибо, щуренок! – сказал про себя Тихонов и присев на корточки, прочитал иностранные буквы на русский манер – "Сондом".

"Сондом, сондом, сондом, – вертелось в голове Тихонова, – Чтобы это могло быть?". Любопытство так разбирала, что Тихонов, обхватив коробку двумя руками, как в молодые годы, снова поскакал вниз с пригорка. Выбрав солнечную полянку он трясущимися руками разодрал картонные крышки и заглянул внутрь. Пространство ящика заполняли прямоугольные коробки с той же интригующей надписью на каждой. Тихонов вынул одну из коробок и, все ещё шепча слова благодарности щуренку, быстро открыл её. Коробка в свою очередь была наполнена продолговатыми золотистыми упаковками, в которых, словно огромные таблетки, хранились какие-то кругляши. Тихонов распечатал кругляш, вытащил эластичную резинку, так похожую на прокладку для масляного фильтра на "Москвич" и застыл в оцепенении: от "прокладки" исходил приятный земляничный запах.

"Вот тебе и Сондом", – подумал "счастливчик" и обозвал щуренка сукой.

Повертев "прокладку" в руках, Тихонов сообразил, что резинка разматывается. Теперь рыбаку не составляло большого труда догадаться о предназначении резинотехнического изделия. Он стал счастливым обладателем целого ящика презервативов.

Хотя Тихонов вот уже два года как не брал в рот ни капли спиртного, в данную минуту он бы заглотил целый стакан водки. Такого нервного напряжения он давно уже не испытывал. "Что же делать с этой прорвой презервативов?" постарался успокоиться Тихонов и стал вынимать из ящика его содержимое. Подошло время арифметики. Всего в ящике было 45 коробок. В каждой коробке хранилось по десять упаковок. В стерильную упаковку было закатано по 10 "сондомов". После непродолжительных подсчетов Тихонов понял, что в один момент разбогател на четыре с половиной тысячи импортных презервативов. Кому скажи – не поверят!

Но куда их? На его долю этого добра должно хватать до конца жизни. И Тихонов снова занялся подсчетами. Ему только-только исполнилось сорок пять. Если использовать по два "сондома" в неделю, как практиковался секс у Тихонова с его женой Нюрой, то за год будет использовано всего лишь 104 "сондома". Не больше. Тихонов никогда не считал себя половым гигантом, да и в Нюре никогда не замечалось сексуальной распущенности. Ночная жизнь осуществлялась планомерно. Значит, презервативами Тихонов был обеспечен на сорок три года вперед. И хотя он никогда в жизни не пользовался предохранительными резинками, было решено начать новую жизнь. Он с трудом поднял ящик и зашагал домой.

Приветливо встретив рыбака, Нюра бросила удивленный взгляд на ящик.

– А это и есть твой улов?

– Это и есть улов, – подтвердил Тихонов и сразу решил поставить все по своим местам. – Вот, рыбы не наловил, зато нашел целый ящик презервативов. С фуры свалился.

– Что же ты не догнал грузовик? – поинтересовалась Нюра.

Тихонов осердился:

– Ты хоть думаешь о говоришь! В ста метрах от происшествия автобусная остановка. Куча народу. Теперь представь: несется фура, а на глазах у всего честного народа бегу я с ящиком презервативов! Да весь поселок целый год со смеху подыхать будет!

– И то верно! – Нюра даже отшатнулась от испуга. – Так что нам с ними делать-то, Тихонов?

– Как что, будем использовать. Я уже подсчитал – хватит на сорок с лишним лет.

– Раньше надо было думать. – Нюра до слез рассмеялась, – А теперь мне уже не надо предохраняться!

"И правда!" – вдруг стукнул себя по лбу Тихонов и вспомнил о трех дочерях, которые лихо повыскакивали замуж и уехали в областной центр, оставив родительское гнездо.

– Так что же делать? – теперь уже озаботился незадачливый рыбак. Раздать соседям и знакомым?

– Отрезвей, Тихонов! Сам будешь разносить или мне прикажешь? Неси-ка его туда, где нашел. Авось недосчитаются ящика-то и вернутся обратно.

И Тихонов отнес. По дороге на чем свет стоит материл щуренка "за услугу". Только оставил ящик не на дороге, а возле санатория. Ведь их поселок тем и славился, что имел значение лечебного курорта. А отдыхающим такой подарок вполне сгодится. Вон сколько парочек вокруг озера бродит. Порой и рыбы от криков пугается...

1999 г.

СИНЮХИН И СТРИПТИЗ-ШОУ

Антон Синюхин возвращался домой после второй смены. Спешил жену обрадовать – получку за два месяца выдали. Вышел из троллейбуса, спустился в подземный переход и чуть было не потерял сознание. На деревянном ящике посреди безлюдного тоннеля стояла полуголая девица. В туфельках, юбочке, а в остальном – без ничего. Антон включил тормоза и остановился. Девица развернулась полубоком, томно посмотрела на Синюхина и подняла руки вверх, демонстрируя прелести третьего размера.

Антон посмотрел по сторонам: может быть все это шоу было устроено не для него? Напрасно, в переходе никого не было. "Уж не больна ли? – подумал Антон, – От такой жизни у многих мозги набекрень поехали..." У девицы горел румянец на щеках, пена изо рта не выступала и никакой агрессии она не выказывала. Наоборот, очень мило улыбнулась Синюхину и, опустив руки на талию, поменяла позицию так, что обе груди можно было наблюдать, как говорится, в фас. Если бы не замусоренный переход и не дощатый ящик, на котором принимала позы юное прелестное создание, можно было подумать, что Синюхин попал в какое-нибудь ночное кабаре. Впрочем, в кабаре за всю свою длинную и никчемную жизнь он никогда не был, зато из видеосюжетов по телевидению знал, что такие места бывают.

Когда девица опять выбрала новую позицию, Синюхин даже немного прибалдел. Засунул руки в карманы штанов, в одном из которых лежала получка за два месяца уже с учетом потраченных тридцати рублей на купленную и выпитую бутылку водки, и решил доглядеть представление до самого конца. Ведь денег-то за это никто не требовал.

Напрасно так думал Синюхин. Выполнив ещё несколько стрептиз-па, девица спустилась с ящика, подняла дорогую кожаную курточку и накинула её на плечи. Тут же Синюхину кто-то положил руку на плечо. Антон обернулся и увидел двух парней в джинсах и в маечках. Ребятам тоже было впору выступать на соревнованиях по бодибилдингу.

– Ну как, стриптиз? – спросил один из них.

– Классно! – ответил Синюхин, предчувствуя недобрые намерения незнакомцев.

– За удовольствие надо платить, – сказал второй.

– Соточки хватит? – поинтересовался Антон, стараясь из лежащей в кармане пачки вытянуть сотенную купюру.

– Конечно, старик. Только в баксах.

Спортсмены помогли Синюхину достать деньги и, пересчитав всю наличность, вернули ему только пятьдесят рублей.

– Это тебе на шампанское. Чтобы все было как в стриптиз-баре.

И троица не спеша покинула переход.

Синюхин купил бутылку водки и шоколадку. С учетом ночного времени товар обошелся как раз в полтинник. Коротал время в скверике, ожидая, когда жена уляжется спать, чтобы перенести тягостный разговор о получке на утро. "А ведь не все так плохо, – успокаивал он себя, заедая очередные три глотка кусочком шоколадки, – Вот, стриптиз посмотрел. Даже возбуждение испытал. Разве ещё когда-нибудь за свою жизнь удастся увидеть настоящий живой стриптиз? Не удастся..."

Жена не спала. Ожидала получку.

– Принес деньги? – с волнением спросила она, глядя прямо в глаза Синюхину.

– Нет, – развел руками Синюхин и честно рассказал о стриптизерше в безлюдном переходе, её накаченных мускулами подручных и об изъятой плате за представление.

Жена слушала не перебивая. Затем скинула халатик и осталась в чем мать родила. Встала одним боком, другим, лихо развернулась на носочке и протянула в направлении Синюхина ладонь:

– А мне думаешь платить?

– Нечем, догорая, – вывернул наизнанку карманы Антон.

Жена подошла ближе и со всего размаху врезала Синюхину пощечину. Потом вторую, третью...

– Это тебе за получку. Это – за стриптиз. А это – чтобы рот не разевал. Получил деньги – беги домой. Здесь тебе будет и бар и стриптиз. Знаешь, где бывает бесплатный сыр?

Синюхин знал, где обычно лежит бесплатный сыр. Дома и в мышеловке. Но домашний изрядно уже надоел...

1999 г.

ТЕОРИЯ СЛУЧАЙНОСТЕЙ

Редакция одной газеты объявила конкурс случайных совпадений. Победителю, который расскажет историю о самых невероятных совпадениях, обещали вручить цветной телевизор.

От случайных людей со своими случайностями не было отбоя. Еще бы японские телевизоры на дороге не валяются. О чем только не врали! О чем только не рассказывали!

Но вот чуть ли не в последний день конкурса в редакцию пришел мужик. Его проводили к председателю конкурса и он включился в состязание.

Мужик рассказывал свою историю случайных совпадений и чтобы не уличили в голословии подкреплял каждую свою фразу документами.

– Родился я 25 октября. Паспорт получил – тоже 25 октября. Женился 25 октября и любимая теща померла в аккурат 25 октября. Проживал на улице 25 октября в доме 25. Кстати и квартира была под номером 25. Две дочери. Одна родилась 25 октября, а другая немного подкачала – появилась на свет в январе. Но 25 числа. С женой мы прожили ровно 25 лет и разбежались. Суд, как вы понимаете, состоялся 25 октября.

– Невероятно! – чуть не задохнулся от удивления председатель жюри, Это просто фантастика! Я думаю, что японский телевизор будет непременно вашим. Завтра редакционная комиссия подведет итоги и... Оставьте свой адрес и телефон.

Мужик положил все свои документы в карман и засмущался:

– Видите ли, сейчас у меня нет постоянного места проживания. Снимаю квартиру. Но временный телефончик имеется – 225-25-25.

На другой день вышла газета с невероятной историей мужика. Редактор, готовивший публикацию ничего не перепутал, написал слово в слово то, что рассказал мужик. А через неделю мужика признали победителем и попросили прийти в редакцию. Шел как раз сентябрь. И то ли опять по теории случайности, то ли по воле редактора рандеву было назначено на 25 число. Как раз в день рождения "самого случайного человека". Мужик приоделся, заказал такси, которое по его мнению должно было доставить японский телевизор от редакции до места жительства, и пошел на торжество.

В кабинете председателя итоговой комиссии сидели два милиционера и женщина с очень знакомым лицом. В уголке, на диванчике, ещё две девицы. Одной лет двадцать, а другая ещё подросток. Мужик подумал, что это тоже призеры, занявшие места рангом пониже. Но...

– Да, это он! – сказала наконец женщина с очень знакомым лицом милиционерам. И тогда один из них не торопясь поднялся со стула и попросил мужика показать руки. Победитель конкурса вытянул вперед ладони и тут же очутился в наручниках.

– Долго мы вас искали, – сказал другой милиционер и тут же объяснил причину задержания, – Гражданин, как злостный неплательщик алиментов, скрывающий место жительства и прописки, вы подвергаетесь аресту.

И тут же довольный заулыбался:

– Спасибо вот редакции, которая, опубликовав ваш рассказ, помогла бедным сиротам и милиции отыскать отца-перебежчика.

Мужик тут же вспомнил, кем ему была не только женщина со знакомым лицом, но и две девушки, до сих пор тихо сидящие на диванчике.

– А кому же вручать телевизор? – удивился председатель редакционного жюри. – Победителя конкурса-то, как мне стало понятно, вы забираете?

Мужик вздохнул и с умилением посмотрел на своих дочерей, которых не видел много-много лет.

– Вот им и вручите. Магия двадцать пятых чисел по вполне понятным причинам распространяется и на них. А мне, может быть зачтется часть суммы, которую я должен буду выплачивать...

Вот такая невероятная история...

2000 г.

ТРЕТИЙ СУПРУГ

Одна тетка замуж вышла. В третий раз. Ну бывает же так, что не складывается жизнь ни с одним ни с другим мужчиной, вот и приходится по-новому искать своего счастья. Надо сказать тетка та очень вредная была. И кроме себя и двух кастрированных котов никого не любила. Даже третьего мужа – и на того свысока смотрела. Правда, он пока ещё не знал, что его жена очень большого самомнения о себе.

После ЗАГСа в ресторане со свидетелями посидели и разъехались по домам. Свидетели к себе, а новобрачные на квартиру к супруге.

Проснулся мужик поздней ночью от дикой боли. От того, что один из кастрированных котов его своими когтями по лбу "погладил". А другой, хитро мурлыкая, лежал между ним и супругой. От такой дерзости, мужик обоих котов с кровати сбросил. Сходил в ванную комнату, глянул не себя в зеркало и увидел на лбу две глубокие царапины. Смазав их йодом, вернулся к жене, глядь, а коты на его месте лежат и злобно урчат: попробуй, мол, только сунься!

Взял мужик подушку и ушел спать на диванчик в гостиную.

А утром, тыча себе в поцарапанный лоб пальцем, стал жаловаться благоверной. Приструни, дескать, своих хвостатых негодяев. Да и вообще, какого черта эти кастрированные звери, в твоей постели нежатся?

– А потому и нежатся, – ехидно улыбаясь, ответила супруга, – что напоминают мне былых мужей. Вот полосатого я Павликом назвала в честь моего первого. Бабник был – страшный. Я на работу, а он в дом уже любовницу ведет. Дважды я ему прощала его похождения, а когда в третий раз поймала за причинное место – выгнала. А кота Павлушу, который также ни одной кошки не пропускал, кастрировала. Как бы в наказание за неверного супруга. Второго мужа вся пьянь во дворе Витьком называла. Он этого серого кота сам из какого-то подвала притащил. Витек был по части потребления алкоголя. Долго я с ним мучилась: и кодировала его и "торпедировала". Когда поняла, что все мои усилия бесполезны, выставила муженька за дверь, а серого тоже кастрировала...

После тех откровений как-то смутно на душе у третьего супруга стало. Да и стал он замечать, что жена не очень-то прислушивается к его мнениям и суждениям. Лишь ночами под свирепое урчание котов, использует его для собственной утехи, а поутру он словно чужой человек в этой квартире.

Замкнулся мужик, стал много большую часть времени на работе проводить. Домой только спать приходил. И вот однажды, ужиная на кухне в двенадцатом часу вечера, услышал из-под стола тоненький писк. Заглянул – а там котенок. Точь-в-точь такого же рыжего цвета, как и волосы у мужика. И понял тогда третий супруг, что в ближайшее время не избежать котенку кастрации.

Поднял он с пола "рыжика", посадил к себе на колени, так и до утра просидел на кухне. А с рассветом решился. Пока жена крепко спала, он кидал свои немногочисленные вещи в чемодан и лишь произносил под нос: "Не дам свои яйца резать. Ни за что не дам..."

А проснувшись, тетка не обнаружила ни котенка, ни мужа. Лишь два кастрированных котяры, стараясь перекричать друг друга надрывно мяукали. Не иначе как жрать просили. Больше-то им в этой жизни ничего и не требовалось...

2000 г.

И НЕ РЫПАЙСЯ!

У одного мужика ни с того ни с сего жена стала выпендриваться. Зазналась баба. При социализме работала в библиотеке, получала с гулькин фиг, а когда наступил капитализм и все можно стало, она туристическую фирму открыла. Раньше на своего мужа, который имея ученую степень в НИИ работал, Богу молилась. А тут сама начала загребать бешеные деньги, о которых даже мечтать не приходилось. У мужа же зарплата не только не прибавилась, а в десять раз уменьшилась.

Казалось, жить бы да радоваться (так оно и было первое время), но баба вдруг стала поздно ночью домой возвращаться. Да частенько под мухой. Когда была в хорошем настроении хвасталась:

– А знаешь, профессор, какой мы коньяк сегодня пили? "Тенесси"! И запивали французским шампанским "Мадам Клико"! Вот ты, светило науки гребаный, пил когда-нибудь "Мадам Клико"? То-то. Так что сиди и не рыпайся, пока тебя кормят и поят.

Если же мужик пытался образумить свою вторую половину, то женушка, как в лучших традициях социализма, трескала кулаком по столу и задавала извечный семейный вопрос:

– Кто больше получает? Ты или я? Так что сиди и не рыпайся! А не нравится – скатертью дорога. – хохотала при этом, – Мужик с возу бабе легче.

Мужик-то и сам стал подумывать о разводе. Ну как жить с такой взбалмошной бабой? А дальше что будет? Совсем ведь со свету сживет. И развелся бы, если бы не одно "но". Еще со школьных дней любил он её сильно. Когда-то ведь даже за одной партой сидели.

А баба с каждым днем все дурнее и невыносимее становилась. Порой домой без нижнего белья возвращалась, ссылаясь на то, что в душные дни синтетика женскому телу противопоказана. Но мужик-то не дурак. Понимал, что около женщины с деньгами куча ухажеров вьется. Да если бы только ухажеров!

Как-то проснувшись за полночь услышал он, как его жена с подругой по телефону откровенничала.

– Понимаешь, Катюха, – жаловалась она, потягивая из хрустального стакана дорогой коньяк, – Не знаю, что и делать. Вовчик ответа требует: когда своего профессора оставишь, когда распишемся? Месяц сроку дал на обдумывание. А мне и своего трутня жалко. Как-никак, а пятнадцать лет под одной крышей прожили. Но не должна же я этого нахлебника на своем горбу всю жизнь таскать! Ведь ещё не стара – пожить весело хочется... Что? К гадалке сходить?.. Ты была?.. А ну-ка дай адресочек... Нет, завтра не смогу, а вот в субботу обязательно вырвусь. Ну, целую тебя. Бай!

Рано утром, когда супруга ещё спала, мужик обнаружил в её записной книжке адрес гадалки. И в голове родился хитрый план.

Откладывать "на потом" он ничего не стал. Позвонил на работу, отпросился до обеда и прямиком помчался к ворожее, не забыв прихватить всю свою заначку, которую приберегал на черный день.

Гадалка теткой умной оказалась. Смекнула, что можно заработать вдвойне. Выслушала от мужика всю семейную историю со дня женитьбы, приняла гонорар и пообещала помочь.

А на следующий день, аккурат, суббота была, в дверь гадалки позвонила директриса туристической фирмы.

Гадалка долго разглядывала линии и ямочки на руке клиентки, с мельчайшими подробностями пересказала о перипетиях её семейной жизни, чем повергла свою гостью в шок. Неужели по руке, недоумевала бизнесменша, можно узнать так много?

Наконец, гадалка вынесла "приговор":

– Пройдет немного времени и обманет тебя любовник. А пройдет побольше времени и твой супруг станет известным ученым.

– А мой бизнес? – отважилась на вопрос клиентка.

– Твой бизнес не вечен, – мудрена ответила хозяйка.

– Так что же мне делать?

– Сама решай. Я все сказала.

Вечером мужик свою бабу даже не узнал. Все было как при социализме. Она, чего уже несколько лет не случалось, наделала домашних пельменей, украсила стол бутылкой "Мадам Клико" и липла к нему, липла, липла. Пока не затащила в койку. В порыве страсти шептала: "Светило ты мое! Дорогой, любимый. Больше я от тебя ни на шаг..."

"Вот и не рыпайся", – думал счастливый мужик, крепко прижимая к себе супругу.

2000 г.

ОКОЛЬЦЕВАЛИ

После того, как Алла объявила, что ждет ребенка, Витюшка понял свадьбы не избежать. После армии и полгода не погулял и вот на тебе женись. Не по плану выходило. Он оттягивал день подачи заявления в ЗАГС, а Алка упорно настаивала: "Что же мне с животищем под венец идти?" Витюшка приглядывался, соизмерял, но никакого животища пока видно не было.

– Ну пойдем хотя бы кольца купим! – настаивала Алка.

– Кольца? – обдумывал новое предложение Виктор, – Что ж, кольца купить можно.

– Когда?

– Давай не следующей неделе. Как раз получку выдадут. И премия светит.

Прошла неделя, Витюшка получил зарплату и намеривался с дружками посидеть в пивбаре. Под креветочки. Но пришлось вспомнить ему о данном обещании, когда на проходной он увидел поджидавшую его Алку.

– Ну, что, идем?

– Куда? – разыгрывая непонимание, удивился жених.

– Как куда? За кольцами. Ты ведь обещал.

– С премией тянут, – попробовал отговориться Виктор.

– Мы тонюсенькие купим. Зачем толстые и широкие. Обручальное кольцо это ведь не украшение, а символ брака.

– Вот-вот, брака, – чуть слышно сказал Витюшка и с грустью поглядел на товарищей. – Идите без меня.

В ювелирном Алка со знанием дела перемерила на свой безымянный палец все колечки. Наконец, прошло уже полчаса, выбрала ограненное.

– Может быть и тебе такое же?

– Денег не хватит, – ответил Виктор, надеясь припрятать некоторую сумму на пивбар.

– А мы самое узенькое, – уговаривала Алка и тут же обратилась к продавцу, – Разрешите примерить вон то...

– Какой размер? – спросила продавец.

– Девятнадцать, – нехотя ответил Витюшка. Он знал размер своего пальца.

– Узенькое – только восемнадцать с половиной.

– Ему налезет, – уверенно заявила невеста.

Она же сама с трудом надела кольцо ему на палец.

– Ну как?

– Жмет, – честно признался жених.

– Зато не потеряешь.

– Но оно очень сильно жмет. Вон, смотри, даже палец покраснел.

– Снимай, – с раздражением сказала Алка, – Пойдем в другой магазин.

Витюшка вцепился в кольцо и попробовал снять. Не получилось. Потом тянула Алка, даже кожу содрала с Витькиного пальца – кольцо сидело прочно.

Жених с мольбой посмотрел на симпатичную продавщицу. Она улыбнулась:

– Я сейчас мыло принесу, – постаралась выручить горе-жениха из беды.

Витюшка поплевал, намылил палец. Потянул – бесполезно.

За ними уже образовалась очередь, и покупатели высказывали продавцу свое недовольство:

– Девушка, вы будете сегодня работать или нет?

– Нет. – Отвечала она, – Пока не обслужу клиента, с другими покупателями не имею права работать. Золото ведь! Ну, торопитесь, мужчина (это уже к Виктору), смотрите какой хвост собрали.

– А что я могу сделать, если оно не снимается?

– Покупайте, – последовал категоричный приказ.

– Да зачем же мне такое кольцо?

– Надо службу спасения вызвать, – подсказал кто-то из очереди. – Они его в два счета распилят.

– А если распилят, вы его обратно примите? – спросил Алка продавца.

– Вы что, женщина, с ума сошли? Вы кольцо испортите, а мне за него свои деньги платить!

– Но ведь вы виноваты, – взъерепенилась Алка, – Прежде чем надеть кольцо на палец покупателю, вы сами должны выяснить размер. Вы не выяснили. Вот и будете расплачиваться.

Продавщица несколько секунд с презрением сверлила Алку глазами.

– А я ведь сейчас милицию вызову, охрану приглашу. Вы ведь специально напялили кольцо. Ишь, замылить захотели?

– Да на хрена оно мне нужно это кольцо! – в сердцах бросил Витюшка, Мне вообще никакого кольца не нужно.

– Тогда снимайте!

– Как?

– Охрана! Охрана!

– Хорошо, хорошо, – Виктор сделал жест рукой, – Мы его покупаем. Сколько с меня?

– Давно бы так. Тысяча двести.

Они вышли из магазина. Виктор с негодованием посмотрел на невесту: