Текст книги "Украина: Проект развития"

Автор книги: Сергей Тигипко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 9 страниц)

Если рассмотреть детально стратегию работы подобных компаний, то можно сформулировать условия, необходимые для благополучного развития машиностроения как такового. Прежде всего – фокусирование предприятия в зоне своих наивысших компетенций. Попытка упростить номенклатуру почти всегда приводит к уходу с рынка. Украина все еще располагает солидным техническим потенциалом, только он и гарантирует конкурентоспособность.

Крайне важно и фокусирование предприятия на адекватных рынках. Для большинства украинских машиностроителей таковыми являются внутренний рынок стран СНГ, рынки Северной Африки, Азии, Латинской Америки. При этом украинское правительство должно понимать, что за интересы отечественных экспортеров машин и оборудования придется уже сегодня вступать в борьбу с лоббистами не только из ФРГ, Японии, США и Южной Кореи, но и из Китая, Индии, России и стран Восточной Европы.

Последнее по порядку, но не последнее по значимости – создание финансовой инфраструктуры, обеспечивающей сбыт производимой продукции. Речь идет не только о сотрудничестве с серьезными банками, которые способны кредитовать выполнение конкретных контрактов и техническое перевооружение. Недооценены возможности, которые предоставляются лизинговыми и страховыми компаниями. Между тем, государственные программы и предлагаемые профильным министерством концепции сводятся лишь к требованию государственного финансирования, усилению роли государственного сектора и углублению вмешательства отраслевого министерства в оперативное управление предприятиями отрасли.

На самом же деле машиностроительному комплексу необходимо совсем иное. Прежде всего – налоговые стимулы к техническому перевооружению предприятий отечественной продукцией машиностроения. Внутренний спрос на эту продукцию – важнейший фактор, за его усиление нужно бороться. Необходимо изменить нормы амортизации оборудования, либерализовать налогообложение лизинговых операций – это послужит мощным толчком и к технологическому рывку самих машиностроителей, и к росту спроса на их продукцию.

В целом украинское налоговое законодательство имеет антимашиностроительную направленность, оно дискриминирует компании, работающие на высоких переделах, имеющие длинные цепочки поставщиков и подрядчиков. Необходимо обеспечить своевременное возмещение НДС предприятиям, которые имеют продолжительные технологические циклы (например, тяжелое и энергетическое машиностроение), далеко выпадающие за пределы налоговых периодов.

Печальный опыт разворовывания государственных средств (вспомним хотя бы историю с Харьковским авиапроизводственным предприятием), подсказывает действия, снижающие коррупционные риски. Во-первых, все кредиты (в том числе – экспортные), гранты и иные формы финансирования должны выделяться на долевой основе. Иными словами, к каждому доллару или гривне бюджетной поддержки предприятие должно быть готово приложить как минимум 50 центов или копеек собственных ресурсов. Во-вторых, в сфере лизинга нужно реализовать принцип «деньги ходят за покупателем»: лизинговая компания должна получать финансовые ресурсы исключительно в качестве рефинансирования уже сформированного лизингового портфеля. То есть, сначала производитель получает заказ от конечного покупателя, затем лизинговая компания финансирует сделку, после чего получает кредитные ресурсы для этой цели. И в-третьих: при участии компании в крупном экспортном тендере она должна иметь возможность получить солидные финансовые гарантии на государственном уровне (например, от Укрэксимбанка). По сути, это условие в значительном числе случаев является своего рода пропуском на тендер. Украинские компании, не получающие таких гарантий, просто не могут участвовать в подобных тендерах.

Конечно, восстановить машиностроение в прежних масштабах и ассортименте не удастся, да это и не нужно. Из советской закрытой и военизированной экономики Украина попала в систему глобального разделения труда и глобальной же конкуренции. Она займет в ней достойное место только в том случае, если четко определит свои уникальные преимущества, точки роста и создаст условия, при которых из этих точек прорастет новая инновационная экономика. Пока очевидно одно: такие точки у нас есть. Наши ракеты запускают в космос коммерческие спутники многих стран, наши турбины вращаются на многих атомных электростанциях мира, наши вооружения, самолеты, локомотивы, машины для добычи полезных ископаемых и многое другое еще вполне конкурентоспособно. Украина не имеет права утратить свой шанс вернуться в число развитых индустриальных стран.

Глава 10 КАК РАЗМОРОЗИТЬ СТРОЙКУ

Главная проблема строительной отрасли Украины – коррупция. Система выделения участков под застройку, процедуры согласований и разрешений на проектирование и возведение объектов настолько сложны, непрозрачны и коррумпированы, что нелегальные затраты на их получение сравнимы со стоимостью самого строительства. До кризиса фактор коррупционных издержек нивелировался быстрым ростом цен на недвижимость, но теперь он стал гибельным для отрасли. Для того чтобы ее оживить, надо расчистить правовое поле и остановить коррупционный беспредел

Возобновить строительство в прежних масштабах – решение этой задачи должно быть в числе главных стратегических приоритетов антикризисных программ государства. Во-первых, строительный комплекс сам по себе является одним из самых масштабных секторов экономики: строительно-монтажные работы дают почти десять процентов ВВП. Не менее важно и то, что строительный комплекс предъявляет спрос на продукцию многих других отраслей – металлургии, машиностроения, цементной и химической промышленности, производства строительных материалов, деревообработки и многих других. Вслед за вводом жилья возникает спрос на мебель, бытовую технику, электронику. Подобные цепочки спроса возникают и при вводе торговой или офисной недвижимости. Словом, строительство может и должно стать тем звеном, за которое можно вытянуть всю цепь проблем экономики.

Между тем, именно строительный комплекс больше все других отраслей пострадал от кризиса. Последствия коллапса ипотечной системы и нехватку ликвидности государство может смягчить программами рефинансирования банков и собственной инвестиционной активностью. Но кризис выявил и более глубокие, застарелые проблемы отрасли.

Сложившаяся в Украине система выделения участков под застройку настолько непрозрачна и коррумпирована, что затраты застройщиков на их получение стали одним из главных факторов, увеличивающих себестоимость строительства. Когда конкуренция за получение участков под застройку была высока, а цены на недвижимость быстро росли, этот фактор был существенен, но еще не фатален для строительного бизнеса. Фатальным он стал теперь. Примерно та же ситуация сложилась при получении согласований и разрешений на проектирование и строительство: количество требуемых для начала работ документов и согласований измеряется сотнями, а сроки их получения могут растянуться на два года. Все это также негативно сказывается на себестоимости строительства, ухудшает маневренность при принятии управленческих решений.

В предкризисный период, в условиях высокого спроса на строительные материалы и компоненты, застройщики сталкивались с острым дефицитом всего необходимого, что приводило к бурному росту цен. В частности, в 2007-2008 годах цены на цемент, металл, кирпич, ряд других материалов отечественного производства росли на 10-25 процентов в квартал. Отсутствие в Украине развитой индустрии современных строительных и отделочных материалов и изделий, зависимость от их импорта привели к тому, что девальвация национальной валюты сразу же поднимает себестоимость строительства.

Ситуация в промышленности строительных материалов может быть ярко проиллюстрирована на примере производства керамической плитки. Украина располагает мирового значения месторождениями таких нерудных полезных ископаемых как специальные сорта глин, кварцевого песка, полевого шпата. Все это сырье давно и активно экспортируется за рубеж, особенно в Италию. В обратном направлении идет поток импортной керамической плитки. Немногочисленные украинские керамические предприятия лишь недавно стали заметны, но все еще неконкурентоспособны даже по сравнению с турецкими, польскими и чешскими компаниями.

Впрочем, кризис дает и некоторые шансы. В ближайшие годы спрос на современные строительные и отделочные материалы в Украине будет расти медленно, однако девальвация гривни создала серьезные стимулы для развития отечественного производства подобной продукции. Этими стимулами может быть усилена привлекательность украинской промышленности стройматериалов для иностранных инвестиций. Тем более что Украина располагает большими запасами еще не разрабатывающихся месторождений соответствующего сырья.

Но это дело будущего. Пока же мы можем констатировать, что высокая себестоимость строительства в условиях кризиса буквально подкосила отрасль: когда в первом квартале 2009 года цены на вторичном рынке недвижимости упали на 35-60 процентов, себестоимость у многих застройщиков оказалась на уровне лишь чуть ниже цен вторичного рынка. Разницы между себестоимостью и ценой вторичного рынка явно не хватает на то, чтобы компенсировать риски несдачи объекта, затянувшиеся сроки его реализации, а также маркетинговые затраты. Тем более что банки фактически остановили кредитование строительства новых объектов. В августе 2009 года можно было получить кредиты лишь под ликвидные объекты, имеющие минимум 75-процентную готовность.

РАСЧИСТИТЬ ПРАВОВОЕ ПОЛЕ

Наиболее громкие скандалы, которые связаны с действиями местных властей, без сомнений, земельные. Участки под застройку по-прежнему выделяются непрозрачно. Так называемые земельные аукционы зачастую являются прикрытием для сделок, совершаемых местными властям в интересах приближенных компаний. Сложился «вторичный рынок» землеотводов: когда малоизвестная компания получает землеотвод, который становится фактически единственным ее активом. А затем такая компания перепродается реальному землепользователю. Причем в местный бюджет уплачивается формальным покупателем одна сумма, а реальный покупатель на «вторичном рынке» платит за участок совершенно иные деньги.

Такая ситуация могла сложиться в результате действия двух причин: отсутствия единого для всей страны регламента реализации местными властями участков под застройку и отсутствия реально работающего земельного кадастра. Поэтому в первую очередь нужно принять соответствующие регламенты, унифицирующие и упрощающие процедуру землеотвода.

Вся процедура землеотвода, включая информацию об объявлении, проведении земельного аукциона и подведении его итогов должна отражаться на соответствующих интернет-сайтах местного органа власти. И нужно форсировать создание единого земельного кадастра, причем, такого, который будет позволять заинтересованным лицам получать в режиме онлайн информацию о собственниках земельных участков.

Система архитектурно-строительного контроля свидетельствует о том, что она остро нуждается в жестко прописанном регламенте работы и применении новых технологий документооборота. Необходимо разработать и внедрить процедуры получения согласований и разрешений (в том числе – при проектировании, строительстве и сдаче объектов в эксплуатацию) по принципу «единого окна» на базе интернет-технологий, позволяющих в режиме реального времени отслеживать состояние соответствующих заявок. И, конечно, стоило бы объединить информационные потоки контролирующих органов – чтобы резко сократить время, необходимое для выдачи согласований и разрешений, а также сузить возможности для коррупции.

Конечно, все эти меры встретят яростное сопротивление чиновников. Однако чрезвычайность ситуации требует и чрезвычайно жестких мер по наведению порядка в этой стратегической отрасли экономики.

ВЕРНУТЬ ДЕНЬГИ НА СТРОЙПЛОЩАДКУ

Завянувшее ипотечное кредитование было главным драйвером, стимулировавшим жилищное строительство. Сейчас застройщики вынуждены выкручиваться, они изобретают разнообразные схемы рассрочек для покупателей жилья. Но все это не более чем полумеры. В то же время резко сузились возможности государственного и местного бюджетов финансировать строительство инфраструктурных и социальных объектов. Сократился приток сбережений в банковскую систему – как следствие, пошли вверх депозитные ставки, а за ними и кредитные. Естественно, строители не готовы пользоваться кредитами – нынешние 25% годовых для них просто разорительны.

Застой на рынке недвижимости и последовавшее за ним падение цен привели к тому, что банкиры резко ужесточили требования к качеству и цене залогов, под которые выдаются кредиты, а также к величине первого взноса.

Неплохо зарекомендовавшие себя в 2006-2008 годы фонды финансирования строительства (ФФС) сейчас просто пугают инвесторов – несколько ФФС уже объявили дефолт по своим облигациям. А это остановило привлечение денег в отрасль через данный инвестиционный инструмент.

Единственной программой, которая поддерживает строительную отрасль, остается выделение через аукционы государственных кредитов для достройки жилья, имеющего готовность свыше 70%. Таким образом, застройщик и финансирующее его через уполномоченный банк ипотечное госучреждение принимают на себя риски незавершения строительства – а это главный риск для покупателя строящегося объекта и кредитующего его банка. Конечно, ресурсы госбюджета ограничены, и рассчитывать, что все незавершенные объекты удастся профинансировать за его счет, не приходится. При этом из-за низкой ликвидности недостроенных объектов подрядные строительные компании теряют заказы и несут серьезные финансовые потери. Владельцы скорее заморозят стройку, чем продадут объект по реальной рыночной цене и тем зафиксируют собственные убытки. А это значит, нужно ускорить создание давно назревшей системы мер, стимулирующих владельцев незавершенных объектов к их своевременному вводу в эксплуатацию либо к продаже на вторичном рынке. Такая система мер могла бы предусматривать фискальные стимулы, введение специальных условий в договоры долгосрочной аренды земельных участков и иные меры.

Кризис принес много бед и проблем, однако он же и указал самые узкие места отрасли, а значит, и главные направления реформ. Возможно, этот плюс когда-нибудь перевесит все сегодняшние минусы.

Глава 11 ОТВЕТ НА АГРАРНЫЙ ВОПРОС

Знаменитые черноземы могут стать главным инструментом вывода украинской экономики из кризиса и надежной базой экономического развития. Однако для этого потребуется коренное изменение государственной политики в отношении агропрома и наведение порядка в землевладении и землепользовании

Здравый смысл не дает нам объяснений, почему Украина, которая располагает третьей частью мировых запасов черноземов, покупает за рубежом огромные количества мяса и сахара, а порой даже зерно. Сельское хозяйство является крупнейшим получателем государственных дотаций – только в прошлом году на эти цели было потрачено около 12 млрд грн. Агропромышленный комплекс дает до 10% ВВП страны, а в бюджет от него не попадает ничего – все нивелируется дотациями и льготами. Таким образом, наше важнейшее конкурентное преимущество оказывается для страны едва ли не крупнейшей экономической проблемой.

Справедливости ради следует сказать, что аграрный сектор дотируется и в развитых странах – и подчас гораздо щедрей, чем у нас. Однако природа дотаций там абсолютно противоположна нашей. На Западе борются с перепроизводством аграрной продукции – проще говоря, приплачивают аграриям за то, чтобы они притормаживали, не задействовали весь свой потенциал. Их главная цель – не допустить падения цен и обрушения рынка. А мы пытаемся стимулировать производство. И боремся за то, чтобы цены на сельхозпродукты были как можно ниже.

Что же получается? Почва у нас лучше, чем в других европейских странах, климатические условия – не хуже, государство как может поддерживает село, и все впустую. Тут вспоминаются позднесоветские годы, когда сельское хозяйство стало настоящей черной дырой экономики: государство каждый год вбухивало в него миллиарды полновесных рублей, а отдачи не было никакой. И если бы не колоссальный импорт зерна, мяса и прочих сельхозпродуктов, СССР бы просто умер от голода. Между тем, по многим показателям сегодняшний украинский агропром сильно деградировал даже по сравнению с советским периодом. Например, если в конце восьмидесятых годов прошлого века поголовье крупного рогатого скота на территории Украины составляло 25 миллионов, то сегодня – всего 5 миллионов.

Причин упадка много, но главных – две. Во-первых, независимая Украина наступает на те же социалистические грабли: она субсидирует низкие цены. А это – гибель для рынка, как можно выяснить из любого учебника по экономике. А во-вторых, Украина не довела до конца земельную реформу. Государственная собственность на сельскохозяйственную землю отменена, а частная так до сих пор и не возникла. А земля без полноправного хозяина не работает – тут и в учебники заглядывать не надо.

ЛЬГОТЫ: ЛЕКАРСТВО ИЛИ ЯД?

Сельское хозяйство – очень сложная и разветвленная система, и разные подотрасли в нем имеют очень разную рентабельность. Однако все они платят одинаковый фиксированный сельхозналог. Он исчисляется от площади занятых в производстве земель. В этот налог включены двенадцать налогов и сборов, в том числе, налог на прибыль, плата за землю и сбор на обязательное государственное пенсионное страхование. Для пашни этот налог составляет 0,5% ее нормативной денежной оценки, которая во много раз ниже рыночной. Кроме того, сельхозпроизводители оставляют в своем распоряжении НДС.

В последние годы объемы производства в растениеводстве приблизились, а по отдельным параметрам и превзошли показатели 1990 года. Рентабельность растениеводства в целом составляла в прошлом году почти 20 процентов – без учета льгот и дотаций. Но это, так сказать, средняя температура по палате. Ведь при этом крупные частные аграрные компании добиваются рентабельности 80 процентов при производстве пшеницы и 130 процентов на выращивании подсолнечника. Им надо сказать спасибо и прекратить господдержку. При такой рентабельности они сами должны быть крупными донорами народной казны.

А вот так назывемые КСП – коллективные сельскохозяйственные предприятия выращивают урожаи себе в убыток. В большинстве своем КСП это бывшие колхозы, сменившие вывеску и перешедшие под полный контроль бывших председателей и главных агрономов. Так зачем же покрывать убытки заведомо неэффективных и конкурентоспособных предприятий? Таким образом, в обоих случаях государственная помощь не достигает своей цели. Более того, она вредна, поскольку только развращает участников процесса: одних – сверхдоходами за народный счет, других – тем, что укрепляет в них чувство экономической безнаказанности.

Наибольший спад за годы независимости был продемонстрирован в животноводстве: пятикратное падение производства свинины и почти десятикратное – говядины. Главная причина – отсутствие дешевых «длинных» денег. Ведь если в растениеводстве производственный цикл составляет год, то в мясном животноводстве – 2-3 года, а в молочном – и все семь лет. Импорт дешевого мяса из-за рубежа и политика государства, направленная на сдерживание цен, просто исключили возможность рентабельного хозяйствования для большинства предприятий, специализировавшихся на выращивании крупного рогатого скота.

Падение производства говядины и свинины частично компенсируется бурным ростом производства мяса птицы. Показатель 1990 года превзойден здесь уже почти вдвое. Успех подотрасли определен коротким производственным циклом (40-50 дней). Рентабельность производства на современных крупных птицефермах достигает 48 процентов.

Из всего этого следует непреложный вывод: единые налоговые льготы не помогают слабым, не нужны сильным, демотивируют и тех, и других. А дотации, по заключению Счетной палаты, часто используются не по назначению или попросту разворовываются. Отмена льгот и дотаций позволит высвободить не менее 25-30 млрд грн. Даже если просто использовать их на компенсацию нынешних драконовских процентов по кредитам и стимулировать банки на сотрудничество с агросектором, село сможет получить широкий доступ к дешевым и длинным деньгам.

Очевидно, что в комплексной государственной поддержке нуждаются сегодня только секторы крупного и мелкого рогатого скота. Конечно, нужно обеспечить предоставление долгосрочных кредитов с низкой процентной ставкой напрямую госбанками или компенсировать из бюджета часть процентов коммерческих банков. Нужно организовать льготное кредитование и освобождение от налогов импорта оборудования и племенного скота для вновь создаваемых крупнотоварных ферм. Ведь сейчас до 80 процентов коров и свиней в Украине принадлежит населению. О серьезной экономической эффективности выращивания их на частных подворьях говорить не приходится.

Здесь уместно упомянуть и еще один экономический абсурд. Наше государство одной рукой поддерживает сельское хозяйство многомиллиардными дотациями и льготами, а другой – убивает его, открывая границы для импорта дотируемого мяса, дешевого сахара и т.д. На переходном этапе реформирования крайне важно, используя все дозволенные ВТО способы, защитить внутренний рынок от ввоза импортной продукции, аналогичной производимой в отечественном АПК.

Помогло бы на начальном этапе и введение гарантированных государственных закупочных цен на уровне минимальной рентабельности производства. Эта мера позволит избежать диктата посредников. Надо также создать условия для притока частных инвестиций. Здесь достаточно облегчить и упростить процедуры землеотводов и разрешительных документов.

Впрочем, бизнес и сейчас довольно активен. Если в 2006 году предприятия отрасли привлекли $32 млн инвестиций, то в 2008 – уже более 600 млн. При таких темпах, даже с учетом фактора кризиса, общая потребность аграрного сектора в инвестировании, которая сейчас оценивается в $20-25 млрд, может быть удовлетворена в ближайшие десять лет – даже без участия государства.

Такое поведение капитала легко понять. Его побуждают к этому мировые тенденции роста населения и сокращения посевных площадей, резкий рост глобальных расходов на продовольствие. И он рвется на благодатные украинские черноземы, даже несмотря на враждебный инвестиционный климат, некомпетентное государственное управление и коррупцию. А если расчистить ему дорогу, мы можем за короткое время получить современное, эффективное и конкурентоспособное сельское хозяйство. Правда, для этого нужно решить еще один жгучий вопрос – земельный.

ЗЕМЛЯ ВНЕ ЗАКОНА

Пятнадцать лет назад в Украине была начата приватизация сельхозземли, десять лет назад ликвидированы колхозы. Восемь лет назад – в 2001 году принят Земельный кодекс, закрепляющий статус земли как частной собственности. Однако с момента принятия Кодекса и до сих пор действует мораторий, запрещающий торговлю землей сельхозназначения. Как бы то ни было, не менее 85% земель сельхозназначения переданы в частную собственность. И, несмотря на мораторий, эта земля фактически находится в рыночном обороте, только рынок этот – неполноценный и криминализованный.

С тех пор, как у крестьян появились сертификаты на право собственности на землю, они продавались и продаются. Чем, как не продажей, можно считать, например, жестко прописанный договор аренды на 30-49 лет с выплатой арендной платы наперед. Сельскохозяйственную землю застройщики и спекулянты покупают и напрямую, меняя ее целевое назначение по схеме «товарное сельхозпроизводство» – «личное сельское хозяйство» – «под застройку». Меняют, конечно, за взятки представителям местного самоуправления. Таких схем существует множество. Стоимость гектара вокруг Киева при продаже участков конечным покупателям доходила до нескольких миллионов долларов. Что касается рынка земель для ведения сельского хозяйства, то ценовая статистика по известным причинам отсутствует, однако по опыту ряда состоявшихся сделок можно судить, что цена гектара составляет $300-600. Тут стоит напомнить, что в Польше после отмены моратория цена гектара выросла в 14 раз – с $250 до $3,6 тыс. за гектар. В странах Старой Европы этот показатель колеблется в пределах $ 15-30 тыс.

Что даст стране и крестьянам полноценный земельный рынок? Давайте перечислим. Стоимость 40 млн гектаров украинской пашни составляет не менее $200 млрд. Это громадный капитал. Понятно, что он будет введен в полноценный рынок далеко не весь и далеко не сразу. Но оборот даже малой части этого капитала обеспечит бюджету большие налоговые поступления. А введение земли в оборот и формирование ее реальной рыночной стоимости позволит нынешним владельцам паев получать рыночную арендную плату, а не зависеть от произвола арендаторов. Появление класса реальных собственников земли будет способствовать развитию агротехнологий и повышению плодородия почв, в чем нынешние арендаторы не слишком заинтересованы. Государство получит понятную и прозрачную базу налогообложения. Владельцы паев при продаже смогут получать за землю в пять-шесть раз больше, чем сегодня.

Безусловно, появление земельного рынка без должного законодательного обеспечения принесет больше вреда, чем пользы. Для начала функционирования рынка необходимо принятие минимального пакета законов – «О рынке земель в Украине», «О государственном земельном кадастре», «О государственном Земельном банке» и ряда других. Только после составления полной карты собственников земли, создания прозрачных механизмов ее продажи и введения необходимых ограничителей в стране может появиться эффективный рынок. У нас до сих пор нет четкого, на местности и на картах, разделения земель коммунальной, государственной, частной собственности. Из-за этого нередко возникают конфликты. А ведь земля, не имеющая конкретного собственника – мертвый, неработающий капитал, источник конфликтов и коррупции.

Необходимо определить цену, ниже которой сельхозземля продаваться не может. Это защитит интересы продавцов-владельцев паев, осложнит спекулятивные операции и исключит существенное занижение цены сделок с целью уклонения от налогов. Поскольку земля – ресурс стратегический, на ее оборот в интересах государства и общества должны быть наложены определенные лимиты. Во-первых, надо ограничить размеры продаваемых или отдаваемых на длительный срок в аренду одному человеку или компании участков. Такие ограничения – от 50 до нескольких тысяч гектаров – действуют в большинстве стран. А во-вторых, государство должно иметь законодательно закрепленное право выкупа земли по цене продажи.

Центральным элементом рыночной инфраструктуры должен стать Земельный (ипотечный) банк. Это учреждение будет государственным агентом на рынке земли, на первых порах через него вообще можно проводить все сделки купли-продажи. Земельный банк будет заниматься монопольным выкупом залоговой земли у комбанков с последующей продажей ее через аукционы новым владельцам, а также выполнять функции банка второго уровня при льготном кредитовании предприятий АПК. Кроме того, уже сейчас такой банк мог бы заняться операциями с правом долгосрочной аренды на землю. Во всем мире это нормальный залог, под который привлекается финансирование. Наши коммерческие банки с таким активом будут работать неохотно (впрочем, как и с сельхозземлей) до тех пор, пока не заработает рынок арендных прав. Выкуп и последующая продажа арендных прав Земельным банком должны стать первым элементом этого рынка. Таким образом, сельхозпроизводитель получит по-настоящему ликвидный залог, и кредитование АПК увеличится в разы. Появление такого ликвидного и емкого рынка как земельный существенно увеличит капитализацию всей экономики, даст мощный импульс развитию многих отраслей народного хозяйства.

Земельную реформу провели все страны Восточной Европы и Прибалтики, у которых были такие же стартовые условия, как у нашей страны. Все они получили эффективный, конкурентоспособный, динамично растущий аграрный сектор. Даже Россия продвинулась гораздо дальше Украины. Почему же нам не удается провести очевидные действия, правильность которых подтверждена всей мировой практикой? Да потому что за время, пока власть колебалась между социальным популизмом и здравым смыслом, в стране сложился огромный теневой рынок земли и целый класс людей, которые получают свою прибыль с каждой транзакции на этом рынке. Многие главы местных советов сколотили завидные состояния, работая в связке с земельными спекулянтами. Несколько крупных скандалов, в которых фигурировали миллионные суммы взяток, стали достоянием общественности. Но, заметьте, крайне редко дело доходит до суда и практически никогда – до вынесения приговора. Это говорит о том, что теневыми деньгами пропитана вся система власти – от органов самоуправления до судов. Навести в этом хозяйстве порядок может только сильная и консолидированная государственная власть.

В истории человечества земельный вопрос всегда был самым острым и взрывоопасным. Многие государства, которые не смогли удовлетворительно решить его, просто погрязли в хаосе революций, войн, голода – и в конечном итоге исчезли с карты земли. Нельзя допустить, чтобы нашу страну постигла подобная участь.