Текст книги "Неуёмная (СИ)"

Автор книги: Сергей Катхилов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 31 страниц)

Глава 15,5. Чаша. ☙❤❧

– Но я же не могу, прямо! И в тарелку, это…

– Мойете. – Шаос ещё выше задрала нос – и теперь видеть сидящего перед ней мага могла лишь опуская зрачки до характерного неприятного ощущения. Зато этот испытываемый дискомфорт помог ей сохранить лицо, не выдав какую-нибудь неуместную сейчас эмоцию. – Сделайте это быство и я забуду вашу наглость.

И либо он сам по себе был человеком не особо волевым, или уже устал от постоянных понуканий со стороны Брилль, но, с тяжёлым выдохом, он поднялся на ноги. И ещё раз взглянул в деревянную миску, на стенках которой ещё были видны следы каши.

– Но нельзя же в тарелку, из ней потом есть кому-то!

– Ссыте! – Скомандовала Шаос – и выставила в его сторону палец.

Маг опять закряхтел. Что-то там забубнел про себя – и отвернулся, начиная задирать поношенную мантию вверх…

– Эй!! – Девка оббежала его вокруг, снова занимая место спереди – и, с приложенной ко рту лапкой, прыснула со смеху – ведь он уже и штаны спустил, демонстрируя… Ну, трусаны его также знавали лучшие… кхем, годы. Да и полувялый конец выглядел очень даже забавно – скрюченный такой, в шкурку запрятанный и явно очень, так сказать, за день промаринованный – она с полуметра чувствовала его солоноватый запах. – Я говойила – не отвоотиваться! Блин, какой у вас гъязный и къивой писюн. Вы его из станов вассе вынимете когда-то? И то вы там всё сэптите?

– Ничего. – Уже грубее ответил ей мужчина.

Кажется, он начинал злиться. Показывать свой характер – или пытаться это делать. Но вместо того, чтобы отказаться – он наоборот, решил доказать, что её суккубьи до*бки не пробьют его шкуру и не заставят дрогнуть.

– Я говорю, что был о тебе лучшего мнения. А ты… дамианская порода!

Вообще-то, его слова кольнули её душу. Но она тоже не могла теперь взять – да повернуть назад! Он же клюнул. Поверил, что она на самом деле постарается испортить ему жизнь, если он не сделает так, как она просит. Поэтому – пусть обижается! Если что – потом извинится. Когда всё закончится. Постарается как-нибудь оставить о себе память не как об одной из "Волков", но такой шанс не упустит!

И за этими размышлениями, она пропустила тот момент, когда маг начал ссать… Сперва – с трудом, ибо делать это под чьим-то пристальным вниманием (а тем более – пусть и странной, пусть и жестокой, но всё равно симпатичной девушки…) было непросто, но злость по отношению к ней придала ему сил – и скоро его прерывающаяся струйка стала толще, превратившись в один сплошной поток! Он как раз уже давно терпел, собираясь сделать это непосредственно перед сном…

Шаос обдало этим запахом. Этим тёплым, максимально мерзким и грязным запахом мочи. Он вторгся ей нос. Заставил его подёргиваться, слегка кривиться, а челюсть и губы – дрожать от испытываемого отвращения. По сути, ссали же прямо перед её носом – что она даже, блин, чувствовала, как что-то тёплое попадает ей на руки и… Может быть, всё-таки остановить его? Сказать, что это была неудачная шутка и попросить вылить, но… нооо….

Дамианка сглотнула. И с приоткрытым ртом продолжила наблюдать за тем, как глубокая миска наполняется жёлтой, слегка пенящейся жидкостью… И она так и не проронила ни единого слова, пока с его конца не упала последняя капля…

– Что мне теперь? Выпить это? Или вылить себе на голову?!

Когда она просто подняла на него свой взгляд – уже не такой гордый, а очень даже испуганный, с висящими на ресницах крохотными капельками слёз, то маг понял, что здесь был какой-то более хитрый подвох. А когда ехидна вытянула вперёд лапки… две сложенные чашей ладони – то по его хребту прошла волна мурашек. Он понял, что она имела ввиду этим жестом – и дрожащими руками передал ей тёплую на ощупь миску.

– Ты же… н-не собираешься это…

Запах был отвратителен. Ужасен и грязен. Ещё и куски каши ошмётками плавали во всей этой жиже, делая её ещё более гадкой. Но она могла сделать это. Должна была!

И поднесла чашу к лицу, к дрожащим от страха, волнения и омерзения губам – чтобы, видя то, как скривилось лицо мага, как он отпрянул, а её собственные пальцы на ногах поджались – в последний раз натянуть на лицо улыбку… И начать пить… Пить, задирая дальний край миски вверх… Глоток за глотком отправляя эту горячую, солоновато-горькую жидкость в свой ненасытный желудок.

– Ох, Игний Всеобъе… бъемляющий, да не протухнет пламие твоё… Да ч-что же эта за х*рня такая?! – Схватился маг за голову, комкая на себе шляпу вперемешку с волосами. – Ты что же творишь, больная ты дурочка?!

А ехидна всё пила. Довольно грязно пила, ибо не умела пить чисто, а особенно – когда её губы дрожали от испытываемого отвращения. Из-за чего некоторые желтоватые капельки стекали по её подбородку, по сокращающейся во время глотков шее, затекали под ошейник, скатывались по груди – и прятались под платьем. Но она намеревалась довести дело до конца и выпить это всё и сразу, в один присест! Главное – снова не словить экстремум грязного удовольствия и не упасть на подкосившихся ногах… Ибо… Ибо в то время, пока жар тёк по её пищеводу – жар поднимался и в её теле, от зудящего живота и выше… А ей очень не хотелось облиться именно этим! Этим – точно нет!

Маг коснулся своего члена – уже не такого вялого, скрюченного отростка, как раньше, а значительно окрепшего. Ибо… проклятье, но по мере того, как она пила его… "эликсир" – он ощущал, что начинает возбуждаться. У неё, этой голубоволосой милашки, было вообще хоть какое-то самоуважение? А тормоза? Или она готова сотворить любую дичь, пришедшую в её больную голову?!

– Ёманая ж ссыкуха… – Он сжал кулаки, когда девушка мило сощурила слезящиеся глазки поверх пустеющей миски с мочой – и с силой выбил сосуд из её рук.

Чтобы уже в следующую секунду броситься на неё сверху, подминая бедную, весящую раз в шесть-семь меньше ехидну под себя. Его руки начали хаотично нащупывать её бельё, сдирать его, чуть ли не разрывая, одновременно с этим и стягивая собственную одежду – и мантию в том числе, пока не остался в одних лишь болтающихся на щиколотках портках. Большой, белый и толстый зверь.

– Э-эй, эй, я!.. – Дамианка попыталась… ну, сделать хоть что-то – вытереть ли губы, попробовать его, борова, оттолкнуть ногами или как, но ничего из этого у неё не получилось. Он накрыл её собой, наваливаясь всем этим своим огромным рыхлым телом – и с болью вошёл.

Шаос стиснула зубы – и проскулила. Долго, протяжно. Со смешенным с болью наслаждением. И хоть как-то, но сжала ему бока едва торчащими из-под его пуза ногами.

– Я! Я не была! Г-гото!.. Готова!

Его тычки были грубы и быстры. Обхваченная маткой головка то практически вылезала наружу, заставляя девушку кривиться от страшной, рвущей её боли – то стонать, когда он ударялся ей о рёбра. Раз – за разом. Раз! За разом! Без ритма. Без такта. Без сожаления.

– Мне… мне больно! П-поосто… ловней! П-плосу!

А ещё она была беременной. На раннем ещё сроке – но была! А он драл её, как не в себя. Будто бы пытался отыграться на ней за ту неудачную шутку! За все те шутки и издёвки, которые был вынужден терпеть в этом отряде. Сокращал свои бёдра – и вклинивался в неё, оттягивал её животик своей палкой, вздыбливал его.

У-уууу!.. – Застонала Шаос, когда тело её вновь пронзила волна несдержанного удовольствия.

Маг был подобен большой толстой личинке – дёргающейся и сокращающейся в желании набить эту несоизмеримо мелкую на его фоне ехидну огромным куском своей плоти. Похотливую дамианку, скулящую от боли и наслаждения. Вертящуюся и выгибающуюся всем телом… или правильнее сказать – пытающуюся. Но он слишком плотно прижимал её к земле – и чудо, что ей вообще как-то получалось дышать, учитывая и этот огромный член, давящий на неё ещё и изнутри. Да и самой её, не считая лишь коротких её ножек, с трудом пытающихся обхватить его, да раскинутых на подстилке из голубых волос рук, и видно-то и не было.

– К-конь… тите, в меня! П-плосу… наполните ме… меня своим! Своим соком! Я… хотю! От вас!.. Детей! Много… детей!

В ответ он ей нечленораздельно прохрипел пересыхающим горлом (хотя сам уже был изрядно так потным и горячим – и это ещё больше заводило Шаос) и ускорил "сокращения" бёдер. Влажные шлепки их плоти, их соприкасающихся пахов и покрытых смазкой органов стали разноситься чаще и громче, полуполурослица – уже не была способна сдерживаться и нескончаемо стонала, кряхтела и выла в полный голос. Скоро…. скоро он должен будет наполнить её! Чтобы, возможно, принести её душе ещё больше страданий – но ей всё равно этого хотелось. Ещё одного… Ещё двух… может быть – трёх, да хоть и четырёх! Ибо она могла и ещё, уже нося в себе от иного отца!

Мозг кипел, а губы припали к его волосатому пузу в поцелуе, пока язычок лизал солоноватую на вкус кожу мужчины, что снова заставляло всё её тело корчиться от наслаждения…

И когда до момента, как маг должен был наполнить своим семенем всё то пространство, что он уже растянул в теле ехидны… и даже чуть более… когда уже ничего, кажется, не могло его остановить – раздался громкий женский крик.

– Твою мать, сука! Да какого же х*ра ты тут устро?!… Ах вы, падлы!!

Брилль. Сперва она обратила внимание, что уже давно не видела часть своего отряда. А когда пошла проверить, не случилось ли чего (вдруг там эта свинья с инфарктом сдохла и её пора было закапывать?) – услышала какие-то странные звуки. И теперь, стискивая древко посоха, стояла прямо подле них и смотрела на то, как этот кусок сала седлает несносную голубоволосую суку!

Но останавливаться было уже поздно. И он продолжал. Продолжал вбиваться в Шаос, удар за ударом приближая момент своей кульминации… Даже когда самого его по спине молотили стальным посохом! Когда эльфийка пыталась пинками сбросить его на землю. Когда она закричала, зовя на помощь более сильных товарищей… А-ага… Ну да! Он продолжал с этим мокрым чавканьем трепать похотливое существо под собой, когда остальные его товарищи, замирая с открытыми ртами или насмешливо скаля зубы, смотрели на него…

И он – кончил. Шаос ощутила этот толчок внутри себя, как растянутое внутри неё пространство стало наполняться, как её округлившийся животик плотнее прижался к животу мага. Как болезненно надулись её яичники… Извините, бедненькие, но в этот раз вам придётся поделиться ещё несколькими яйцеклетками, чтобы в них угнездилась сперма пятидесятилетнего (с хвостиком) мага-пропойца… Им же тоже хочется – а в ней всегда найдётся лишнее местечко… А потом ей стало как-то совсем легко, хоть он продолжал до боли наполнять её семенем, вгоняя и выжимая его из своего члена глубоко внутри неё… Голова затуманилась, мысли – разлетались… И когда мужчина закончил, когда под ударами посоха и взглядами товарищей он встал с земли, оставляя на ней помятую, с вывернутой наружу маткой, но всё равно до округлости наполненную ехидну, с языка которой стекала слюна, а по щекам – слёзы… она подняла вверх трясущиеся лапки – и показала всем присутствующим двойной "V".

Она… это сделала! И теперь было не зазорно и уснуть… а если она и проснётся потом одна, брошенная – оно того стоило…

Наверное?

Глава 16. Небольшое приключение… Небольшое ли? Часть 2

– Ты – дрянь. Мерзкое, похотливое отродье. – Головы её коснулось навершие посоха – но била её не самим перекрестием, на котором болтались вдетые в него металлические кольца, а плашмя. И не то, чтобы на убой – но всё равно чувствительно, со стуком. – Ты нарушила правило отряда – мы не спим друг с другом! И теперь ты должна осознавать, что отныне никогда больше не сможешь путешествовать с нами! Никогда! Понимаешь?!

Шаос понурила голову. Хоть действительно – не возвращайся было. Но с утра ей слишком хотелось есть. А ещё – остаться здесь одной, брошенной на полпути и не знающей обратной дороги. Если вчера, перед сном, она и была на это согласна, то сейчас, когда мозги вправились на место – уже нет. И потому она опять стала хорошей, послушной ехидной, покорно принимающей любые наказания за миску, кхем, каши. В которую, кхем, ей бросили кусок, кхем, растёкшегося жёлтым пятном сливочного масла… Чтобы было, кхем, посытнее…

Однако, в своё оправдание она могла противопоставить то, что правила такого у них вообще-то не было – то, что "Волки" не спали друг с другом было заслугой того, что Дурин – дворф с присущим им низким либидо, Шаос – совсем не интересовалась женщинами, а Барри был настолько наивен и чист душой, что стеснялся женщин даже касаться. По поводу же отношений мага с группой… он вполне себе был в дурном вкусе Шаос, но жрицу, наверное, от одной только мысли об этом бы стошнило. Да! Зато между женщинами отряда, то есть между Лизой и Брилль, как раз-таки имелся негласный спор (заключённый исключительно со стороны дамианки) о том, кто же из них лишит этого варвара девственности!

– А если бы он на тебе там и сдох, а?! Чтоб тогда?!

– Брилль, не надо. Это – моя вина, не ругайся на… Шаос.

– Монно Ли… – Решила его поправить ставшая уж через чур хорошей ехидной Шаос – но осеклась. – Эм, да. Шаос. Ну, Лиза – это в клайнем слутяе, да…

– Ты в курсе, что она – не суккуб, а лядская ехидна? И она уже была беременна! А теперь она ещё и от тебя понесёт!

– Н-не обязательно… – Виновато соскалила зубки Лиза. Маг же от этой "новости" заметно округлил глаза – и выпал в осадок. Возможно, он не совсем хорошо разбирался в репродуктивных особенностях дамиан, и потому считал, что они в принципе не могут иметь детей, а не порождают их мёртвыми. И, стало быть, если она там какой-то особый вид, способный к беременности… То у него – небольшие проблемы… – Там веоятность не особо больсая, если я узэ, ну, была в полойении… Но вы не пеезывайте!

Девушка замахала перед собой лапкой… из которой, ввиду её феноменальной ловкости, выскочила ложка. Из-за чего пришлось ползти за ней по земле и долго вытирать её о подстилку… Не о себя, в смысле, а о ту скатерть, на которой она сидела.

– Не пеезывайте! Для вас… – Она подняла ложку вверх – и получила по голове небольшой удар посохом. – …никаких обязательств!

И, получив ещё удар – зачерпнула каши и съела! После чего Брилль устала этим заниматься – и упала на колени, схватившись за лицо руками.

Кстати, кто именно ел сегодня с той миски – она не знала.

***

Их дорога упёрлась в реку. Не слишком бурную и глубокую, метров так в пять речку, через которую вёл совсем захудалый деревянный мостик, не знавший ни гвоздя, ни молотка уже многие годы. Здесь даже был сделан кое-какой объезд, чтобы редкие обозы могли спуститься к воде и пройти её в брод. Пройти же по самому мосту представлялось возможным лишь по отдельным, ещё не отвалившимся доскам, иногда – с необходимостью совершать небольшие прыжки между ними.

– Я туда не пойду! – Сразу же сказала Шаос – и начала крутить головой. – Я там обязательно упаду! А мне нейзя сетяс падать!

Барри открыл рот – хотел что-то сказать, но его как обычно опередила Брилль. Женщина схватила чертовку за её поганый рог и, не обращая внимания на то, что она едва успевала следом, что спотыкалась, кряхтела и сопела – потащила её вниз, к реке. Чтобы отрывистым движением бросить её у самой кромки воды и скомандовать:

– Приведи себя в порядок, ничтожество. От тебя воняет семенем этой скотины и… и вообще – не знаю чем ещё!

Дамианка взглянула на женщину сверху вниз – и сильно засопела. Могла бы быть и понежнее. Сказала бы просто, чтобы она умылась. И бёдра с засохшими корками, кхем, обмыла… И волосы, может быть, тоже… Ладно! Ничего против того, чтобы вымыться, Шаос всё равно не имела. И, не вставая с четверенек, а прямо из этой же позы усевшись на попец, стала стягивать обувь. А за ней – носочки.

– Мы подождём тебя дальше по течению. – Всё тем же жёстким тоном сказала, когда здесь, у сидящей на берегу девушки, которая… ВРОДЕ КАК намеревалась сейчас раздеваться, собирались и все остальные, из-за чего становилось довольно людно.

– Против течения. – Пояснил карлик – и пошёл вдоль берега.

– Э? – Только и смогла спросить Шаос, закончив разуваться и теперь, встав уже в рост, замерла с расстёгнутой на груди пуговицей… Оголяться перед ними ей правда не хотелось…

– Дальше нам идти вдоль реки, настолько глубоко в л-эсс, насколько возможно. – Добавил Барри, сделав странное ударением на "эсс" в слове "лес".

– Оооо! Тоессь, теей мост – не надо? Блин, спасибо Госпойе! А то бы меня там тетением унесло бы! Или я захлебнулась!..

Брилль скомандовала им идти – и ехидна презрительно фыркнула.

– Ну конеееесно, затем дослусывать! Саос опять говойит какую-то елунду! Затем вассе слушать Шаос? Пф… Бестюственные дегенелаты!.. Пф….. Эй, Фокс! Фокс!

Было не понятно, кого она там зовёт – но обернулся почему-то именно Вольфий. Возможно, из-за того, что шёл последним – или потому, что имя это было в чём-то созвучно с его именем и не блещущий сильным умом человек мог его каким-то образом перепутать.

– Глянь! Глянь! – Она к этому времени уже расстегнула все пуговицы и быстро, на его глазах распахнула рубашку, после чего так же наскоро встала к нему боком, демонстрируя…

Маг подпрыгнул – равно как и сердце в его груди – при виде немного округлённого пузика Шаос. Складочки на нём разгладились – и теперь оно плавно вздыбливалось небольшим холмиков, который бы он мог попытаться обхватить одной ладонью. И на полусогнутых, придерживая шляпу, он побежал следом за остальными.

Шаос же улыбнулась. Не совсем весело, а так – чуть с грустью, ибо мужчина вряд ли был доволен тем фактом, что она могла от него забеременеть. Но это и не важно-то, по большому счёту – всё равно её состояние было наполовину фальшивым, да и если она действительно от него зачала – то сегодняшний животик стал таким не от него, а от опередившего его на два дня дамианца…

А ведь скоро он начнёт расти уже быстрее…

Полностью обнажившись, девушка ощутимо поморщилась, когда щиколотки скрылись в прохладной воде – и опустилась на корточки, чтобы зачерпнуть водицы руками умыться. Сперва – умыться. Потом – волосы и остальные тело… Однако, когда она поднесла сложенные вместе руки к лицу – её нос уловил очень слабый, но неприятный запах. Не обладай она действительно чутким носом ко всякой гадости – и не заметила бы, что вода едва различимо пахла тиной и… сыростью? Застоем? Гнильцой?…

Она всё же умылась, пусть и стараясь не втирать её в глаза и губы. Так же поступив и с ногами. А вот волосы решила в ней особо и не мочить. Так что вот, невольно сэкономив немного времени, девушка вернулась к своим и сразу, с ходу заявила:

– Тут вода какая-то тухлая!

Маг, что стоял на берегу и втягивал губами воду прямо из реки, похолодел в душе.

– Да? – Переспросила Брилль. – Тогда мы на верном пути.

– Эта река связана с той деревней, куда мы направляемся. А там сейчас раскинулось сраное болото того поганого идолища. – Окончил за неё Дурин.

Содержимое Вольфиева желудка отправилось вниз по реке…

– Какого беса вы мне об этом не сказали?! – Заорал он, рукавом утирая слегка заблёванную бороду. – Я пил эту заразу!

– Не бойся. Споры не селятся в живых. Только если ты сдохнешь до того, как они в тебе переварятся.

– Да, бл*дь, успокоила! С кем же я связался?! Тьфу!

Маг начал отплёвываться, тереть лицо руками – и успокоился лишь когда сильная ладонь Барри по-дружески коснулась его плеча.

– Не бойся, друг. Если Брилль говорит, что не нужно волноваться – значит не нужно. Верь ей!.. Но я бы на твоём месте сё-таки не стал бы пить воду из этой реки. От неё и обосраться можно.

И когда надежда уже окончательно оставила Вольфия – где-то там, чуть вдали, замахала руками и Шаос, пища своим картавым голосом какую-то очередную околесицу.

– Не-не! Если такое слутиться – ты только ко мне с этим не иди! До ТАКОГО дазэ я ессё не досла!

Но почему-то, все её спутники лишние полминуты, но безуспешно потратили на то, чтобы понять – а что же это она могла иметь ввиду. В отличие от мага, который понял всё за пять секунд. И от осознания порочности этого мира – выдрал из головы клок волос…

– Я могу если только тистое полизать. Ну, относительно тистое, конесно. – Пояснила она уже шепотом, когда их шеренга подрастянулась – и девушка смогла поравняться с ним.

Одним клоком он не отделался…

***

Река и была главным ориентиром на их пути – продвигаясь вдоль неё, рано или поздно, но они должны были наткнуться на ту заражённую деревню. И в текущей ситуации было важно свернуть в нужный момент и не слишком к ней приближаться, чтобы не рисковать столкнуться с её обитателями – потерянными, но всё ещё злыми созданиями. Некогда людьми и животными…

– Воняет знатно. – Сделал заключение Дурин, как по мере приближения к цели запах от воды усиливался, а цвет её приобретал мутный, зеленоватый оттенок.

– Ещё попить не желаешь?

– Дааа-да, смейся, давай! Женщина…

– Мужчина. – С презрением бросила Брилль. Но остновиться не смогла – и развернулась к магу, с яростью поднимая… а лучше сказать – задирая губу. – Жалкий членоносец, пародия на существо разумное, возомнившее себя собственником. Прущееся от своих приви!..

– Валвал. – С виноватой улыбкой перебила её голубоволосая дивчина.

– Э? Что? А, карлик! – Замешкался юноша – но перехватил инициативу в этой, вероятно, игре.

Карлик же промолчал. Посмотрел на свою тень, теряющуюся среди прочих теней – и промолчал… Что-то как-то все сразу уткнулись взглядами в землю и пошли себе тихо и без разгово…

– Ну, ладно. Суккубка! – Барри ткнул пальцем в сторону Шаос – и у неё от этого даже хвост торчком встал.

– Какая я тебе суккубка?! Ты сто, совсем глупый?! Я – ехидна! Ехидна, мать монстлов, а не!.. Одна из этих разнезэнных фифотек! Он сто, до сих пол сситает меня суккубкой?! Или он вообсе не лазлитяет дамиан по видам?!

***

Прошло ещё пару часов пути, к концу которых Барри широко и невинно улыбался, Брилль уже вылечила свою порезанную руку, Шаос – перестала скулить из-за вырванной из её головы пряди волос, а Вольфий обосрался. Дважды. К слову – вполне успев добежать до кустов. И даже снять штаны.

И наконец-то, когда вонь от реки стала невыносима, а меж стволов этих вездесущих деревьев стали мелькать подгнившие стены построек… Да, точно! А ещё Дурин, во время одного из привалов, забыл там своё оружие – но возвращаться уже не стал, решив забрать его на обратном пути. Благо, по накиданным там фантикам от леденцов найти это место будет не сложно.

Короче, они практически пришли. И, заблаговременно свернув от реки, стали огибать заражённую деревню стороной до тех пор, пока не вышли на мощёную булыжником дорогу, которая и должна была связывать это поселение с особняком. Некогда широкая и накатанная, а сейчас… Ну, между камней уже проросла трава, а кое-где – и молодые деревца, но в целом лес ещё не успел полностью поглотить это место. И сейчас они видели как и деревню у себя за спиной, над поросшими пышной плесенью крышами которой призрачным заревом сияло Болотное Сердце, так и сам особняк, одна из стен которого наглухо обвалилась, из-за чего в щерящемся дощатым скелетом провала можно было разглядеть покосившиеся меж этажами перегородки, а также какое-то внутреннее убранство.

– Жаль, не могу сжечь ту погань до тла. – Сказал Вольфий, глядя именно назад, на печальную деревню, по улицам которой бродили какие-то покрытые пёстрыми грибами и пушистыми комками плесени фигурки. И они, кажется, тоже замечали внезапных гостей – по крайне мере, некоторые из них периодически замирали, пялясь в сторону пятёрки героев.

А ведь он причислял себя именно к огненным магам, и казалось бы – кинь себе несколько огненных шаров – да дело с концом… Но – нет, линии силы, ответственные за магию огня, вблизи этих цветков искривлялись особенно сильно, усложняя плетение достаточно мощных для этого чар, в то время как простые, а соотвественно и более слабые – становились ещё слабее.

– Это не наша забота. Идём. – Жрица кивком головы указала в сторону особняка – и путники отправились следом…

Но, несмотря на свой печальный вид, имение заслуживало внимания – начиная с того, что из-за своего удаления от деревни, оно не попало под власть болотного божества, а само оно представляло из себя больших размеров трёхэтажное здание с прилегающим к нему садом, двориком и прочими иными постройками, о назначении которых можно было и не сразу догадаться. Вот тот каркас, например, в своё время был остеклён и выполнял функции зимнего сада и теплицы, а длинное здание с широкими двойными створками – конюшня… И всё вот это вот добро было огорожено высоким кованым забором… ржавым настолько, что Барри начал голыми руками вырывать из него прутья, чтобы не пришлось идти лишних сто метров до свалившейся с петель калитки.

– Значит, так! Приготовьте оружие. Все, у кого оно есть. – Брилль посмотрела на карлика, а тот сделал вид, что этого не заметил. – Не хочу стать дурочкой, попавшей в какую-нибудь примитивную ловушку.

Барри отогнул ещё один прут – и снял с пояса топор, что продемонстрировать его, высоков подняв над головой. Обычный такой, простой топор, которым разве что дрова рубить. Брилль и Вольфий сжали посохи. Шаос – сняла с руки браслет и, встряхнув им, превратила его практически в двухметровой длины… опять же – посох, целиком выполненный из потрескавшегося обсидиана… И сию же секунду согнулась, перехватывая его двумя руками, лишь бы тот не перевесил и не!..

Посох упал на землю, а Шаос – поверх него, и от сего неосторожного движения по хитрой структуре трещин этого оружия прошла волна красного сияния – ведь посох обладал некоей волей, и сейчас он гневался. Что, в общем-то, и было единственной его "эмоцией" – другой вопрос, по отношению к кому он её испытывал. По отношению к врагу, с которым ты дрался – или тебе, если ты его ронял, кидал или просто бил о землю, потому что итогом в любом случае становился взрыв. Либо уничтожающий твоего врага – либо твои же собственные руки. И сие чудо она обменяла у Рикардо. В обмен на… хм… неважно что! Маммонам же и так только и нужно, что жрать.

– Поосторожней, мелкая. Не падай без повода, в доме наверняка всё уже прогнило – никто тебя потом не будет из-под шкафа вытаскивать, если он на тебя упадёт.

Шаос недовольно скривила лицо – но промолчала. И они пошли дальше. Миновали небольшой, заросший травой дворик (чем ещё больше сократили то расстояние, которое бы им потребовалось, иди они в самом деле от калитки) и поднялись по ступеням главного входа, чтобы с одобрением отметить то, что дверь хоть и представляла из себя трухлявое нечто – была закрыта на замок. Что могло означать то, что до них здесь никого ещё не было.

– Барри. – В очередной раз скомандовала эльфийка – и юноша технично приложился в неё плечом, выламывая во внутрь. В смысле, дверь, конечно же. – Теперь нужно хорошенько осмотре…

Не сбрасывая своей скорости, варвар вторгся в некогда богатое жилище, пусть и всего лишь в небольшую его прихожую – и стал озираться по сторонам. Что же его там такое встретило? Да ничего особенного – обычное убранство в виде скамеек, тумбочек да каких-то столиков и шкафов. Кто вообще будет размещать что-то особенное в прихожей, куда первая попавшаяся свинья сразу и заходит? Но ноздри парня надулись от закипевшей в его груди дикой крови.

– Трофеи!! – Заорал он – и бросился хватать с тумбочек подсвечники, плесневые скатерти и платки, набивать ими свою сумку. Набивать её дешёвыми вазами с пожухлыми цветочками, ломать картины, запихивая скомканные полотна… да вместе с обломками рамы – всё туда же. А когда сумка неминуемо переполнилась – то стал утрамбовывать это всё ногами, под хруст ваз и звон гнущегося металла…

– Барри, угомонись!! Выбрось ты это дерьмо, найдём что-то поценнее!

– Добыча!! – Лютовал варвар, и пока Брилль пыталась его угомонить – остальной отряд стал продвигаться в главную залу особняка…

– Фе. Безвкусица! – Сказала Шаос, с покоившимся на плече посохом (из-за чего ей пришлось изрядно изменить походку, чтобы не упасть) вышагивая в центр помещения.

– Да, и здесь тоже нету этой раздвоенной педрильской лестницы. – Вторил ей Дурин.

– А у моего отца есть!!

Лестница здесь была одна, идущая вдоль стен этого обширного зала по кругу. То есть таким образом, что, не прерываясь, позволяла попасть сразу на все три этажа особняка. Но из-за общего состояния здания – она и на второй этаж по-хорошему попасть сейчас не позволяла. Часть её ступеней обвалилась, образовав тем самым в пару метров провалы, а тот же кусок, который вёл на третий – представлял из себя лишь парочку торчащих из стен балок, с которых свисали бурые полусгнившие ковры.

И ожидаемо, что то, что упало, валялось теперь в виде мусора на полу. В виде мусора же лежали и сорванные им же со стен картины, шкафы – прогнившие и поваленные на покосившемся, проваленном к центру полу. Всюду – разбитая посуда, куски обоев на стенах, вывороченный оттуда же утеплитель и просто растасканное крысами тряпьё. Здесь даже крыша частично обвалилась, из-за чего под ногами не только хрустели куски черепицы – но и валялись куски потолочных балок. А ещё – сильный запах сырости.

– И копишь ты богатства всю свою сознательную жизнь, отдаёшь этому своё бесценное время… И всё это для того, чтобы обратиться в прах. – Затянул карлик пророческим тоном… – Что хватать-то будем? Поищем украшения? Золото? Медали?

– Нужно найти хозяйские комнаты. Возможно, придётся как-то подняться на третий этаж. Эй, Барри… Барри, да выброси ты это говно уже, наконец!

– Трофеи! Добыча! Лут!

Шаос невольно улыбнулась. Несмотря на грустную обстановку, как бы говорящую ей о том, что может стать с её собственым домом, когда её отца не станет – она чувствовала себя очень беззаботно. И выйдя ровно в центр зала, она обратила свой взор наверх – чтоб сквозь дырявую крышу лицезреть безмятежное вечернее небо…

Наверное, она плохо поступила, что ни слова не сказала ему о том, что она куда-то собралась. Что записка, оставленная на его столе – этого могло быть как-то мало.

"Я ушла в путишествие. Буду через пару дней. Если меня там не съедят! <х_х>"

С другой стороны, он бы не захотел её отпускать, ему пришлось бы просить её остаться, в то же время не желая на неё давить… А ей – каким-то образом ему перечить.

Девушка вздохнула. Так было проще. И, хрупнув под ногами досками – исчезла.

– А-ааай! На помоссь!! На помоссь!!!

Пол под ней проломился – и двадцати с небольшим килограммовая ехидна ушла в образовавшуюся дыру, лишь чудом зацепившись за её края не пролезшем туда посохом.

– Помогите!!

Она болтала ножками, махала бесполезными крылышками, но подтянуться, к сожалению, не могла. Она была слишком для этого слаба – да что говорить, если и пальчики её, не способные полностью обхватить древко посоха, уже разжимались!