Текст книги "Системный Боец (СИ)"

Автор книги: Сергей Харченко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 18 страниц)

Глава 20

/ВНИМАНИЕ!

Общая продолжительность жизни: 5 дней 2 часа 34 минуты/

Ещё до того как открыть глаза, я понял, что не на улице. Причём на чём-то удобном. Открыл я глаза, ощупал пуховый матрас. Затем обвёл взглядом комнату.

Просторная, с кучей мебели. У большого окна круглый стол, за которым сидела знакомая особа. Это ведь та пухлощёкая барышня, с которой я сталкивался на улице, а потом и в мясной лавке.

Я у неё дома? Хотя нет, скорее всего, дома у того, кому она служит.

– Ой, очнулс-си! – вскочила девушка из-за стола и схватила глиняный кувшин и кружку, кинувшись ко мне.

Ну а я поднялся на локте. Голова гудела, слегка кружилась. Я ощупал большую шишку на лбу, которая стрельнула болью. Прилично же я впечатался. Видно, камень головой нашёл.

– Пей, – протянула она мне налитую в кружку воду. Я сделал глоток, затем ещё один. Живительная влага. Я очнулся окончательно.

– Ты потерял сознание, – затараторила барышня. – Я иду, смотрю – лежит. И поняла, что это ты, мой спаситель. Вот и подумала, что надоть тебя привести в чувство.

– А твой хозяин? – я вновь огляделся, посмотрел в сторону двери.

– А, не, – девушка махнула в сторону. – Лейф уехал по делам, на день. Вот я за хозяйством и присматриваю.

– Лейф неплохо зарабатывает, – я поднялся с деревянной кровати, покачнулся, и тут же девушка меня подхватила под локоть, повела меня к столу.

– А то, – хихикнула она. – У него несколько лавок в Ревендале и ещё с десяток в деревнях. Чо бы и не шиковать?

– Повезло тебе с хозяином, – оценил я.

– Ага, повязло, – закивала барышня, расплываясь в улыбке. – Но я не основная служанка. Основная уехала с ним, – затем она наклонилась через стол и уже тише сказала: – Я подозреваю, что он с ней в ентих, как его… в срамных отношениях.

– Занимается любовью? – поправил я.

– Да какой любовью? – хохотнула барышня. – Видела я енту любовь. То в сарайке тискает, то на чердачке. Я не глухая, и шибко внимательная, так что меня не проведёшь. Так что срамом они занимаются, как пить дать.

– А ты тогда кто ему? Прачка? – предположил я, и девушка закивала.

– Ага, она самая. А ещё мусор выношу, за покупками хожу, – принялась она перечислять.

– Пожалуй, я пойду, – попытался я встать из-за стола, но служанка уцепилась за мой рукав.

– Погодь, у тебя там енто… – она показала на мой лоб. – Я щас всё сделаю.

– Ты мне помогла, – обратился я к ней, слыша за приоткрытым окном топот и громкие голоса. Стража искала напавших на тюрьму.

Хорошо, что я маску свою успел закинуть в ящик, в одной из подворотен. А то бы пришлось ещё объяснять, откуда у меня это. Скорее всего сдала бы она меня.

– Ну да помогла. Как и ты помог мне тада на ярмарке, – хихикнула барышня, хватая из шкафа крохотную деревянную чашечку. – Меня Марта зовут. На, помажь.

– Ворон, – представился я в свою очередь.

– Это ведь прозвище? Красивое, – улыбнулась Марта.

Я между тем понюхал мазь. Знакомый запах, хотя добавлена корица, возможно ещё мята.

– Это ведь живица? – спросил я.

– Ну да, она самая. Быстро стухнет, точно говорю, – глаза Марты заблестели. – На прошлой неделе ушибла колено. Так вот ента живица и помогла. А ещё две недели назад…

Марта продолжала тараторить, а я набрал мази и принялся втирать в шишку. Поначалу было неприятно, но затем я поймал себя на мысли, что боли не чувствую. Да и шишка действительно начала сдуваться.

Головокружение прошло, и в голову полезла куча мыслей.

Какого, спрашивается, хера Система забрала у меня аж двести часов⁈ Это что, метод кнута и пряника такой? Чтоб не расслаблялся?

Но опять же я упёрся в отсутствие информации. Где её взять? Как узнать хоть какие-то подробности об этой странной Системе? Только у таких же попаданцев, которые возможно что-то нашли. Только кроме Олафа, что хочет меня убить, я никого больше не встречал.

Если всего лишь один из десяти выживает в первые два дня в этом мире, то ещё меньше в первые шесть дней. Я могу их искать бесконечно.

Хотя ведь можно просить об этом у Инги. Кто его знает, на что она ещё способна?

– … а буквально вчера я споткнулась, прям раскорябала локоть сильно… – продолжала Марта.

– Мне пора, – положил я ладонь на её руку. – Марта, спасибо тебе. Не хочу тебя стеснять.

– Ой, да ладно. Ничё ты не стесняешь, – девушка густо покраснела.

– Я спешу, ты уж извини, – продолжил я. – У меня очень много дел.

Марта подошла к печи, раскрыла бумажный свёрток и начала что-то перекладывать в большую глиняную чашу.

Я между тем подошёл к окну. На улице стражников не было, да и не мельтешил никто. Скорее всего разбрелись по городу. Хотя двое городовых промелькнули на другой стороне улицы, внимательно посматривая на прохожих.

– В городе случилось чой-то, вот я и решила на ярмарку пока не ходить, – услышал я слова Марты. – А вдруг там млечники бушуют?

Я сдержал улыбку. Если бы она услышала, что я недавно с двумя млечниками вытаскивал из тюрьмы третьего, наверное, в обморок бы грохнулась.

Она подошла ко мне, смущённо взглянула на свёрток, который держала в руках. В нос сразу же ударил запах выпечки.

Да ты ж моя хорошая! Я поневоле улыбнулся. На грубой бумаге пирамидкой расположились один на другом десять больших пирожков. Я бы сказал даже – пирогов!

– Два с грибами, три с печенью куриной, а остальные с капустой и морквой, – сообщила мне Марта.

Не выдержал я, обнял её, и сразу же получил тычок под рёбра, отпрянув.

– Ну хватит, я поняла, что ты рад, – улыбнулась она. – Не за что.

Покинул я этот уютный очаг. И не выдержал. Как только зашёл в проулок, начал хомячить первый румяный пирожок, который оказался с печенью. Это было настолько вкусно, что я даже не понимал, куда шёл. Съел первый, затем накинулся на второй, тот, что с капустой и морковью. И только потом увидел впереди мост и стену.

Впереди собралась толпа дружинников. Рядом с ними парочка городовых в более светлой одежде. Я решил валить отсюда, исчезая в том же проулке, из которого вышел, следом выскочил на торговую улицу.

Неспешным шагом я шёл по пыльной дороге, наблюдая скопление городовых. Многие из них опрашивали жителей, остальные глазели по сторонам, выискивая подозрительных личностей.

Такой личностью я не был. На мне приличная одежда, не суечусь и не отвожу взгляда, как и не задерживаю его на стражах порядка.

Благополучно и не спеша я добрался до знакомого переулка и, преодолев его, вышел у входа в «Три топора». И сразу же заметил Бейлу. Она увидела меня, улыбнулась, заблестела голубыми глазками.

– И давно ты ждёшь? – спросил я.

– Нет, не очень, – Бейла окинула меня тревожным взглядом. – Ты не ранен? Всё хорошо? После того как увидела то чудовище, ничего не помню.

– С чудовищами покончено, – приободрил я Бейлу. – И, как видишь – жив, здоров.

Бейла обняла меня.

– Ну слава Локкару, всё обошлось, – прошептала она мне на ухо. – Точно всё хорошо?

– Да, вроде всё нормально. Но даже если и есть царапины, я знаю одно средство.

– Какое? – отстранилась от меня Бейла и бросила непонимающий взгляд. – Живица?

– Говорят, что поцелуи красавиц заживляют похлеще живицы, – так же тихо на ухо сообщил я девушке.

– Тогда получай лекарство, – улыбнулась Бейла и впилась в меня губами. Её поцелуй одурманил меня. Я вдыхал её фиалковый запах волос, наслаждался поцелуем.

Затем девушка спохватилась

– Ох, надо возвращаться домой. Скоро Дерек вернётся.

Блондинка дёрнулась в сторону, а я задержал её за руку. Мне надоела эта эпопея с её братцем. В печёнках уже сидит.

– Давай я с ним поговорю, – предложил я.

– Нет. Он не будет тебя слушать, – покачала головой Бейла. – Он вообще не в настроении. А недавно пришёл хмурый, поел похлёбку и ускакал на лошади куда-то за город.

Что за суета началась? Неужели мы так всколыхнули побегом из тюрьмы весь Ревендаль, что даже за городом начались поиски?

– Ладно, до встречи, – махнул я Бейле, и она послала мне воздушный поцелуй, упорхнув по улочке в сторону своего дома.

Только я сел на лавку перед таверной и развернул свёрток, накидываясь на пирожок с грибами, как услышал топот копыт и знакомый скрип колёс.

– Ворон, приветствую! – махнул мне торгаш Вигмар.

– И тебе не хворать, – отмахнулся я от него, продолжая трапезу.

Начинка была нежной, и грибы растворялись на волокна, лучка и пряностей было добавлено в идеальной пропорции.

Затем мой взгляд остановился на больших бочках, которыми была гружёна повозка Вигмара. И тяжко вздохнул. Опять мне перегружать их? Ну да, вон, Менелей выскочил, переговорил с торгашом и очень пристально взглянул на меня. На лице его появилась улыбка. А это значит, сейчас припашет.

Менелей подошёл ко мне.

– Приятного аппетита, – произнёс он.

– А тебе приятной разгрузки, – хмыкнул я в ответ.

– Я тебя хотел попросить… – начал старик.

Ещё раз я взглянул в сторону повозки, оценил объём работ, а затем смело умножил на два.

– Восемь серебряков, – произнёс я, смакуя во рту изумительную начинку.

– Да ты… – запыхтел Менелей. – Не наглей, Ворон. Вспомни, сколько я тебе добра сделал… Шесть серебряков. И это крайняя цена.

– Шесть – нормально, – согласился я. – Шесть – это не три и не четыре, которые ты хотел заплатить.

– Я мог бы и своих работников попросить, – пробурчал старик, отходя от меня к Вигмару, затем добавил: – Но ты справишься быстрее.

Я взглянул на бочки, затем на четыре пирожка, которые остались в свёртке.

– Скоро вернусь! – крикнул я в сторону хозяина таверны и заскочил в таверну. Затем поднялся в комнату, оставил на столе свёрток со своим сытным перекусом.

На полный желудок никто не работает. Хорошо, что у меня пища быстро переварилась. После этого странного отката как-то быстро усваивается пища. Всё ясно. Организм истощён, вот и происходит такая реакция.

Вышел я во двор, затем подошёл к бочке.

– Эль? Соленья? – спросил я у него.

– В этот раз ни то ни другое, – вздохнул Вигмар. – Сельдь в рассоле. Поэтому будь аккуратней, попадёт на одежду – придётся выбрасывать.

Я окинул взглядом бочку. Хорошо, что пробки не было. Но крышка держалась не очень плотно. Поэтому я прикинул, как её буду тащить, заодно послушал торгаша. Он ни в коем случае не рекомендовал её катить.

Я ударил по крышке, забивая её сильнее. Затем закинул первую бочку на плечо, но под небольшим углом. Чёрт знает эти крышки. А вдруг вылетит, и я искупаюсь в рассоле?

У меня сменной одежды нет. Эта последняя. Надо бы прикупить в ближайшее время.

Так я донёс первую бочку, которая весила не больше шестидесяти килограммов. Затем обогнул таверну и поставив груз в небольшой сарай. Его приняли трое охламонов и принялись спорить, кто подтащит бочку на нужное место.

Так и переносил семь бочек с сельдью. У Менелея рыбный день намечается? Или припасы себе готовит? Скорее – второе. В погребе прохладно, как в холодильнике. Так что неделю точно с рыбой ничего не случится. Тем более в рассоле. Я помню, как у меня маринованная скумбрия лежала полторы недели в холодильнике, и ни хрена этой рыбе не было.

Я помог перегрузить товар, получил деньги от Менелея. Старик хоть и ворчал, но был доволен моей работой. А это значит, что он только выиграл с моей помощи.

После этого я отправился в комнату, доедать пирожки от Марты. И размышлять о том, что происходит с Системой.

Зашёл в комнату, прикрыл за собой дверь и добрался до тайника, переложив в мешочек шесть серебряков.

Итого у меня один золотой, восемь серебряков, четыре медяка. Придётся скоро расставаться с золотой монетой. Я собирался прикупить в лавке ещё одну тунику, укреплённую кожаными пластинами.

Вернув мешочек, успокаивающе позвякивающий монетами, в тайник, я умылся прохладной водой, вытерся грубой тряпкой, которая служила полотенцем.

Затем я устроился за столом, с удовольствием доел пирожки. Только хотел устроиться на соломенном матрасе и обдумать дальнейшие шаги, как в дверь постучали.

– Ворон, я что ещё хотел сказать, – зашёл Менелей, затем принюхался. – Пахнет вкусно.

– Не то что в твоей таверне, да? – хохотнул я, затем сразу же успокоил старика. – Да шучу я так. Тир вкусно готовит. Что хотел?

– На заднем дворе надо сарай разобрать, – вздохнул хозяин таверны. – Я хочу там ещё дом строить, а эта рухлядь мешает.

– Так ведь у тебя же там целый отряд, – махнул я в окно. – Вот и разбирайте.

– Да они быстрее убьются, чем что-то разберут, – ещё тяжелей вздохнул Менелей. – Ну что, поможешь?

– Могу подсобить. У меня только один вопрос. Сколько платишь? – прищурился я.

– Можешь хранить у меня свой меч весь месяц. Бесплатно, – сразу же выпалил старик. – Не возьму ни медяка с тебя.

Я прикинул и понял, что это предложение довольно выгодное. Тридцать дней – это серьёзный срок. Если, конечно, проживу столько. Я-то в себе уверен, заработаю. Но кто его знает, что ещё неадекватная Система отмочить может. Уже вон, штрафы пошли странные.

– Согласен, – кивнул я, выставляя указательный палец. – Месяц. Твои слова.

– Да, я же это сказал, – улыбнулся старик. – Только что. Месяц бесплатного хранения оружия.

– То есть не только меча. Любого оружия, – подчеркнул я, срывая дополнительную выгоду.

Старик надул щёки, подумал несколько секунд, а затем махнул рукой:

– А, хрен с тобой! Хранение любого оружия, ладно.

– Когда приступаем? – спросил я.

– Не сейчас. Чуть позже позову, – сообщил Менелей и покинул комнату.

Только я устроился на соломенном матрасе, как услышал крик за окном. Вроде меня зовут. Или мне послышалось?

Добравшись до окна и распахнув створки, я увидел Дерека, который уже спешился с лошади.

– Выходи, Ворон! Поговорить надо! – воскликнул он.

Я покинул таверну, вышел во двор, встречаясь взглядом с братом Бейлы. Он молчал, будто подбирая слова.

– Хотел поговорить с тобой, – выдавил он. – Но пришлось отвлечься. На тюрьму кто-то напал, вот ярл Сигурд подрядил на поиски нескольких воинов. Будто мы городовые какие-то.

– Слышал о нападении, – кивнул я, стараясь не отводить взгляда. – А кто сбежал?

– Неважно. Млечники вытащили своего из тюряги, – произнёс Дерек. – В общем, я был не прав. Всё-таки ты спас меня. А я наехал, получается. Меня родители воспитывали по-другому.

– Погорячился, с кем не бывает, – хмыкнул я, протягивая руку. – Тогда мир?

– Мир, – пожал мне руку Дерек, скривившись в улыбке. – Ты хорошо держишь меч. Если бы не был бойцом, мог бы вырасти до воина.

Я покосился на его меч в ножнах, затем подумал о деревяшках, которыми бились Свен со своим сыном. Они же должны быть в конюшне. Я видел их однажды, проходя мимо. Они спокойно себе висели на гвоздях.

– Так, я уже дорос до него, – произнёс я.

– Ты не понял, – натянуто улыбнулся Дерек. – Ты боец, но не воин. Тебе к ярлу дорога закрыта, если ты об этом думаешь.

– Ну тогда проверим, – хмыкнул я.

– Я ж тебя могу зарубить ненароком, – расплылся в улыбке брат Бейлы.

– Есть тренировочные мечи, деревянные, – я направился в сторону конюшни. Хоть бы никто их не спёр. Да, я увидел их, висят на гвоздях, ждут меня.

– Ворон, я не хочу тебя унижать, я пришёл помириться, – бросил мне Дерек.

– Так это будет дружеский бой, – ухмыльнулся я, возвращаясь с двумя деревянными мечами и протягивая один из них воину. – Держи.

– Ну хорошо, – Дерек снял с себя пояс с кинжалом и мечом, кинул его на лошадь, затем накинул поводья на лавку неподалёку. – Вон, как раз места побольше. Чтобы не мешать людям заходить в таверну.

Он направился на вылизанную ветром песчаную поляну за конюшней. Встал в боевую стойку.

– В последний раз предупреждаю, – оскалился Дерек. – Будет больно и неприятно. Даже эта палка может оставлять синяки.

Я поудобней перехватил деревянный меч, встал вполоборота, выставил руку с оружием.

– Именно так. Но я постараюсь бить слабее, – улыбнулся я в ответ.

– Дерзкий ты парень, Ворон, – хохотнул Дерек. – Ну, тогда защищайся.

Воин описал мечом в воздухе замысловатую дугу и бросился на меня, словно разъярённый вепрь.

Глава 21

Я отразил удар Дерека, который прилетел слева, затем ещё один. Третьим ударом воин попытался меня обмануть, не докрутил дугу и описал ещё пируэт. Меч почти коснулся моего правого плеча.

Навыки Ворона молчали. Но изворотливость помогла мне. В последний момент я успел уйти с линии атаки. Деревянный клинок лишь чиркнул по тунике.

Дерек зарычал, сделал ещё один выпад. Попытался добраться до моей шеи, но я в последний момент встретил удар. Наши с воином мечи столкнулись с громким стуком. Казалось, что деревяшки рассыплются от удара. Но нет, оказались довольно крепкими.

Мечи были скрещены, никто не хотел уступать. Дерек напирал, но я держался. Силы-то во мне прибавилось. Я уже не прежний Ворон.

– Думаешь, подловил меня и радуешься? – оскалился воин, затем вновь ушёл на дистанцию. Он понимал, что я сильный боец, поэтому рисковать не стал.

– Не расслабляйся. Мы только начали, – добавил Дерек, покрутив в руке меч, и вновь бросился на меня.

Его клинок просвистел слева. Я с трудом, но ускользнул от удара, сместился и успел поднырнуть под руку воина, тыкнул мечом в его незащищённый бок.

– Ты быстрее, чем я думал, – Дерек отступил и сморщился, потирая ушиб. Затем он вновь отошёл на дистанцию. – Хорошо, уговорил. Буду драться с тобой в полную силу.

– Этого я и добивался, – улыбнулся я и принял очередную атаку Дерека.

Теперь он ускорился, и в этот раз я не успел уйти на безопасное расстояние. Деревяшка врезалась в моё бедро. Не так больно, как неприятно. Я ведь всё-таки удар пропустил.

– Что и требовалось доказать. Ты не воин, – хмыкнул Дерек. Хотя не сказать, что он был не удивлён моими навыками. Наоборот, он старался тщательно скрыть удивление.

– Ещё раз, – приготовился я.

Что я там делал, когда тренировался со Свеном? Да ничего и не делал. На пару секунд тело само вспомнило навыки и применило их.

Но как я достиг такого состояния – без понятия. Это меня и смущало.

– Ещё раз? – оскалился Дерек.

– Да, ещё раз. Я готов, – встал я в боевую стойку.

– Тебе одного синяка мало? Хочешь ещё? – хмыкнул Дерек и понял, что я не отступлю. – Ну ладно. Готовься, боец.

Я заметил Менелея. Старик вышел из таверны и наблюдал за нашим поединком. Как и его работяги. Ещё несколько прохожих замерли у конюшни. А в стороне застыли два ревендальца на полпути к таверне, забывая о своём обеде.

Зрители есть. Теперь тем более нельзя проигрывать.

В это время Дерек встал в другую стойку. Немного согнул колени, вытянул в мою сторону руку с мечом, держа клинок горизонтально.

Я вспомнил, что говорила Инга. Может быть, это поможет? Сделал глубокий вдох, задержал дыхание, сконцентрировался на биении сердца.

Дерек что-то бубнил на фоне, хохотал, но я его не слушал. Моя рука удобней перехватила рукоять деревянного меча. Я смотрел в глаза своего противника, ожидая атаки. Через десять секунд воздух медленно вышел из моих лёгких.

И что-то произошло. Память Ворона ожила, давая мне некоторые знания. Да, я понял, что будет делать Дерек, когда он бросился на меня.

Воин попытался достать меня сбоку, но я отбил удар. Затем последовал от него выпад в сердце. И этот удар был отбит.

Затем я совершил финт. Почти такой же, какой обычно делают фехтовальщики. Ударил по запястью руки воина, которая сжимала меч. Дерек охнул, попытался перекинуть меч в другую руку, затем наступил на камень под ногами и пошатнулся. А я воспользовался этим. Совершил очередной финт, отбрасывая меч Дерека и приставляя тупой конец деревяшки к кадыку противника.

– А парень-то красавец! Ха-ха! – воскликнул один из прохожих.

– Во даёт! Закрутил-то как! – прохрипел один из прохожих.

– Воина нагнул, ага! Видели⁈ Да⁈ – воскликнул ещё кто-то из зевак.

– Это же Ворон! – крикнул ещё один.

– Точно! – ответили ему. – Это ж он отмудохал Бьорна!

Люди радовались моей победе. А Дерек уставился на меня непонимающим взглядом, затем посмотрел на свой деревянный меч, валяющийся в стороне.

– К-как ты это сделал? – выдавил он, мотая головой. – Да нет, бред какой-то. И вообще – воины точно так не дерутся.

– Факт есть факт, – улыбнулся я в ответ. – Я тебя уделал.

– Тебе просто повезло, – начал оправдываться брат Бейлы. – Если бы я не споткнулся, лежал бы ты давно и пыль глотал.

– Хочешь реванш? – прищурился я.

– А давай, – хмыкнул Дерек, отшвыривая ногой камень, об который споткнулся ранее, затем ещё парочку отправил в полёт и обратился к немногочисленным зрителям: – Смотрите, как ваш Ворон будет падать!

Мы вновь встали друг напротив друга. Два с лишним метра – не такая уж и большая дистанция для стремительной атаки. И, конечно, теперь атаковал уже я. Дерек с горем пополам успел встать в защитную стойку, когда я накинулся на него.

Хрен знает, откуда у Ворона такие навыки. Но несколько секунд я активно пользовался ими. Дерек пыхтел, кое-как успевая отбивать мои удары. Я знал, как глушить на корню контратаки. Знал, как перемещаться и выбирать выгодную позицию. Знал, насколько сильно бить и под каким углом поворачивать клинок, чтобы удар сложно было парировать.

В очередной момент Дерек решил контратаковать, отбивая мой удар в сторону. Ну а я отошёл и ударил ногой под колено воина. Он немного пошатнулся. В ту сторону, где как раз находился мой деревянный меч. Тупой конец деревяшки ткнул в его щёку, как раз возле глаза.

– Опять сжульничал, – недовольно скривился брат Бейлы, резко отпрянув.

– В бою все средства хороши, – улыбнулся я. – Тебе ли не знать об этом?

– Ладно, твоя взяла. Славно побились, – Дерек кинул мне тренировочный меч, который я поймал на лету. – Завтра ещё потренируемся. Надо возвращаться в дружину.

Он накинул на себя пояс с оружием, затем отвязал лошадь и легко запрыгнул в седло.

– Я не против ваших встреч с сестрой, Ворон. Но смотри. Если обидишь её – пеняй на себя, – сообщил он напоследок, покрутившись на лошади, а затем припустил рысью по улице.

– Ай, молодец, – подошёл ко мне Менелей. – Не знал, что так владеешь мечом.

– Случайно получилось, – произнёс я.

– Ладно, не прибедняйся, – хлопнул по моему плечу раздобревший хозяин таверны. – Пойдём, ужином угощу. За счёт заведения.

– Рано же ещё, – произнёс я, посмотрев на солнце. Оно уже перешло зенит и было на полпути к кромке леса. А это значит примерно часа четыре дня.

А я ещё переживал, что часов у меня нет. Вон как научился ориентироваться.

– Будет ранний ужин. Или поздний обед, – объяснил Менелей. – Какая разница? Пирожками вряд ли ты наелся.

Старик был прав. До этой тренировки с Дереком я был сытым, но сейчас вновь жутко хотел есть. Живот бурлил и требовал в него положить что-нибудь, желательно вкусное.

Явно ведь вся энергия ушла на медитацию от Инги. Другого не приходило на ум.

Зеваки между тем начали расходиться. Лишь работяги Менелея замерли у входа. Судя по их выпученным взглядам, они вообще не ожидали от меня такого.

– Ну что встали? Печь топите! – прикрикнул на них Менелей. – И баньку готовьте. Попариться надо.

– Так дров не хватит, – промычал седой работник.

– Так наколи, Хермунд. Руки вроде из плеч растут, и топор знаешь, где лежит, – резко ответил хозяин таверны, затем оглядел ещё двух работничков. – И вы тоже. Помогите ему. Нечего здесь прохлаждаться.

– Будет сделано, – промычал Хермунд и махнул остальным. – Пойдём, чоли.

Пока работяги отправились во двор, мы со стариком прошли на кухню. Тир поставил перед нами глиняные горшки, из которых пахло бесподобно. Да и на вкус было изумительно. Куски мяса с овощами таяли во рту.

Поев, я поднялся в комнату, добрался до своей постели и даже слегка задремал.

Ну а когда проснулся, умыл лицо прохладной водой из большого ведра, привёл себя в чувство. И направился на задний двор, разбирать сарай.

Мельком я заметил двух городовых, которые направлялись к конюшне, вместе с бледным Менелеем. Старик их уверял, что новых постояльцев не было. Но стражи порядка не слушали его, продолжая свой путь.

– О, Ворон, – растянул улыбку встретивший меня Хермунд, отвлекая. – Ты там поаккуратней, на крыше-то, а то можно и упасть.

– Так вы ж меня ловить будете, – пошутил я.

– Эт да, поймаем, ага, – скривился работник, всерьёз принимая мои слова. – Главное, держись.

Забрался я по лестнице на чердак, выбил несколько звеньев рассыпавшейся на глиняные осколки черепицы, затем принялся разбирать остальные фрагменты. Те в основном уже потрескались и отваливались звеньями, по несколько штук.

Когда сорвал черепицу, схватился за конёк – самую верхнюю точку кровли. Тот предательски хрустнул и его бо́льшая часть осталась в моей руке. Если бы Менелей не надумал разбирать это строение, оно бы само упало. И, скорее всего, в ближайшее время.

А раз дерево уже почти сгнило, судя по характерному запаху, мне не нужно махать топором. Хотя опасное, конечно, занятие. Того и гляди под ногами провалится сгнивший потолок. Так и переломаться недолго.

Но вот я сбросил вниз последнюю деревяшку с кровли. Взглянул, как работнички внизу оттаскивают мусор в сторону. Затем увидел лаз на чердак и только нашёл ногами лестницу, как…

– Хр-руп! – вся бревенчатая основа, на которой я стоял ещё секунду назад, затрещала и обрушилась вниз.

Я в последний момент успел перенести свой вес на лестницу, аккуратно спустился. Забавно, но самой крепкой в сарае была именно лестница на чердак.

Теперь главное, на гвозди не напороться, которых здесь полным полно.

Внимательно смотря под ноги, я выкинул фрагменты трухлявых брёвен наружу. А разломать бревенчатые стены, которые уже кренились, было делом техники.

Управился я в общей сложности за час, может чуть больше. Зато вместо сарая – куча строительного мусора, который продолжали собирать в кучу у забора трудолюбивые работники Менелея. Ещё бы – хозяин таверны их не накормит, если не увидит, как они шевелятся.

А вот и он. Старик мелькнул в окне второго этажа. Он внимательно смотрел за работой и был удивлён, что сарая больше нет.

Я помог кряхтевшим работягам оттащить полусгнившее дерево в одну кучу.

Ну а затем была банька. Добротная, качественная. Напарился я на славу, окунувшись напоследок в прохладной купели. И после этого шикарного времяпрепровождения, распаренный, вернулся на кухню.

В этот раз ужин пришлось покупать. Менелей дал понять, что его поток щедрых жестов иссяк. Потребовал один серебряк.

Зато какой это был ужин. Я не пожалел денег, когда увидел на столе тарелку каши, а рядом на доске прожаренное филе из лосося. Огромный такой ломоть. Почти как стейки, которыми я обычно питался в ресторане на Смоленской.

Ну а после трапезы я поднялся по лестнице. Под шум кружек и гогот собравшейся в обеденном зале компании.

Оказавшись у себя в апартаментах, я умылся, почистил зубы перед сном. А потом развалился на матрасе, подумывая сменить его к чёртовой матери. Пуховый матрас в доме того торговца Лейфа намного уютнее будет. Вот и прикуплю себе такой.

То ли откат после дебильного штрафа до сих пор давал о себе знать, то ли банька так расслабила. А будто и не дремал я недавно. Стоило мне закрыть глаза, как я сразу же провалился в сон.

* * *

На болотах, недалеко от Драконьего клыка, на рассвете следующего дня

– Лейдар, ты сам не знаешь, что говоришь! – воскликнула Хельга, не выдержав слов главы поселения. – А если бы твоего сына упекли в тюрьму?

Эрик в доме Инги, которая отпаивает их сына снадобьями. Хорошо, что он не присутствует на голосовании общины. Иначе бы сказал что-нибудь оскорбительное в адрес Лейдара. И тогда их бы точно изгнали. А так всё же есть хоть какой-то шанс.

– Я бы не нападал на городскую тюрьму, – процедил Лейдар. – Нашёл бы другой способ.

– Не было другого способа! Нашего сына бы забрали. Ты это знаешь, – не выдержал Ингвар. – И что это тюрьма Данмара, тоже в курсе. Он ненавидит таких, как мы.

– И он сын ярла Аркина, главы Ревендаля, – напомнил Лейдар.

– Они не должны уходить, Лейдар. Нам нужны маги, они защищают нас, – отозвался один из млечников, тощий Гарет.

– Верно сказал, – кивнул Мар, одобрительно хмыкнув в бороду. – К тому же у Эрика тоже есть дар.

– Я думал насчёт этого. Конечно же, думал, – проворчал Лейдар. – Но они, – он показал крючковатым пальцев в сторону Ингвара и Хельги, – поставили под удар наше поселение. Нас уже ищут. И могут найти.

– Ведь это ты Крома отправил на разведку. Если его не перехватили у дороги, нас не найдут, – выдавил Ингвар.

– Ты совершил ошибку, – прошипела в его сторону Хельга. – Инга тебя отговаривала.

– У вас нет права голоса. Молчите, – процедил глава поселения.

– Да, Лейдар, какого рожна он попёрся к дороге? Ты же сам сказал, что нас ищут! – воскликнул тощий Гарет.

Собрание млечников заволновалось. И Хельга понимала, что скоро может что-то произойти. Разведчик давно не возвращался. А на душе расползалась тревога, окутывая часто бьющееся сердце в свои тёмные клешни.

– Быстро, уходим! – Эрик выскочил из избы отшельницы, прихрамывая, и едва не упал на ровном месте. – Инга услышала, что разведчика взяли!

Млечники зашумели, и в этот момент прилетела первая стрела, которая вонзилась Хельге в плечо. Ингвар поставил барьер слишком поздно.

«Семья!» – промелькнула мысль у неё в голове. И потухла, вместе с сознанием.

– Эй, я тут ведьму нашёл! Ха, брыкается, сучья печёнка! – услышала Хельга, очнувшись.

У Ингвара руки за спиной стянуты верёвкой. Он лежит на спине, избитый, и его поднимает дружинник в кольчуге. Встряхивает, даёт пару пощёчин. Её муж очнулся, а рядом поднялся и Эрик, тоже связанный и с кляпом во рту. И ещё Лейдар с несколькими млечниками.

– Что же ты наделал? – выдохнула она главе поселения.

Лейдар лишь хлопал глазами, видно не мог поверить, что это происходит на самом деле.

Хельга посмотрела в сторону брёвен, на которых до нападения сидели млечники. Несколько изрубленных тел, в лужах крови. Рядом четыре мёртвых дружинника. У двух из них дыры в груди, Ингвар защищал млечников, как мог.

Надо освободить руки. Только так она может сплести заклинание. Надо спастись. Но как это сделать? Как?

– А ну, пшла, – толкнул её в спину один из воинов. – Вставай, мразь!

– Да это не ведьма! – слышалось в стороне, и Хельга, поднимаясь на ноги, увидела Ингу. Её тащил за волосы один из дружинников, и отшельница не сопротивлялась.

– Ещё какая ведьма! Зелья всякие делала, тварина! Я там всё перевернул и поджёг, – злобно рассмеялся тот, кто её вёл.

Ублюдки. Скоты. Она запомнила это. Крепко запомнила. Если что-то случится с её семьёй – они покойники. Хельга не пощадит никого, кто встанет у неё на пути.

Но в то же время она понимала, что выбраться будет непросто. Так же как и знала, куда они отправятся. И уже скоро.

Хельга услышала треск дерева, обернулась. Горела изба Инги, словно большой погребальный костёр.

Ещё недавно, когда они были одни в той избе, Хельга спросила, поможет ли отшельница Ворону. И та ответила, что поможет. «Он хочет выжить и прекратить это. Как и я. Ты знаешь, почему», – такими были её слова.