Текст книги "Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 10 (СИ)"
Автор книги: Сергей Евтушенко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)
Глава двадцать вторая
– Как вообще вычислить, где появится дар? Согласно «Краткому описанию миров, коих минула великая честь быть осенёнными тенью Полуночи, либо иных вечных замков», в Рииде порядка тридцати великих домов!
– Только вели-ких?
– Да, это не считая кучи средних, и целой горы мелких. Хотя надо учесть, что информация… скажем так, не первой свежести.
– Устаре-ла?
– Честно говоря, она устарела лет за триста до того, как тебя собрали. Чудо, что Альжалид вообще отыскала эту коллекцию, настоящий раритет! И вдвойне чудо, что сохранился том с упоминанием Риида.
– Нуж-ны более свежие. Данные.
Опять Лита засиделась до утра, а на обратной дороге забралась в спальню, догадался я сквозь сон. Ещё и Адель с собой зачем-то захватила. Кас, видимо, уже проснулась и отправилась наводить порядок, а архимаг на пару с механиком решили обсудить неотложные вопросы прямо под боком у спящего хозяина.
Я схватил подушку и швырнул в пустоту. Что-то с шумом обрушилось, и стало тихо.
– Подушку верните, – сказал я. – И обсуждайте за дверью. Или лежите молча.
Дневной свет означал, что вставать ещё рано, но марево сна развеялось. Я открыл глаза и только сейчас сообразил, что нахожусь вовсе не в Полуночи. Риид, чтоб его, с тридцатью великими домами по версии труда многовековой давности. Одна из гостевых спален Высокого дома, по размеру превышающая мою родную спальню раза в четыре. На удивление уютно, невзирая на размеры. Высокий потолок, потухшие лампы на стенах, пара окон, больше напоминающих бойницы, из которых сочился тусклый свет. Широкая кровать с массивным деревянным каркасом, мягкий матрас. Помнится, заснул я в кресле, а вот проснулся на кровати – то ли дополз, то ли кто-то меня перетащил.
Подушка лежала на полу, рядом с полэксом, плащом из кожи василиска и поясом с переносными карманами. Чуть дальше, ближе к двери, ведущей в коридор, стояла Адель, на голове которой умостился полупрозрачный паучок. Пару секунд мы молча смотрели друг на друга.
– Адель?
– Да, Вик?
– Что ты здесь… Как… Асфар что, тебя всё-таки выкрал?
– Я са-ма.
– Выкралась⁈
– Отпра-вилась с вами. Не успела. Предупре-дить.
Я тяжело вздохнул, потирая лоб. В висках скопилась тяжесть, голова гудела, несмотря на долгий сон. Похоже, Асфар не шутил, когда говорил, что в Рииде никто не высыпается, и хозяин Полуночи не стал исключением. Последние часы сборов перед отправкой в новый мир вспоминались плохо – я улаживал какие-то срочные вопросы с цвергами и авалонцами, затем получал от Терры набор для лечения и усиления, затем… Кажется, Адель в самом деле что-то спрашивала, а я отмахнулся. И неизбежно получил её с собой в переносной карман, откуда она уже наловчилась выбираться.
– Я не знала! – астральная паучишка на голове автоматона быстро подняла передние лапки. – Вернулась к вам сразу, как развеялись последствия блока, но вы спали, а она тут как тут!
– Вы не серди-тесь?
– Я физически не могу на тебя сердиться, – сказал я. – На вас обеих. Который час?
– Полчаса до полудня.
Вот это я, конечно, задрых.
Асфар явился через пять минут, не выказав ни малейшего удивления при виде моих спутниц.
– Леди Адель, – слегка поклонился он. – Леди Лита. Для меня честь принимать вас в сей скромной обители. Если бы меня заранее предупредили о вашем визите, вам были бы предоставлены отдельные комнаты.
Я представил себе комнату для астральной формы паучишки и слегка хмыкнул.
– Лита сопровождает меня как советник по магии и тактике. А вот если бы меня самого предупредили о визите Адель…
В меланхоличных жёлтых глазах господина Высокого дома загорелся огонёк любопытства.
– Значит ли это, леди Адель, что вы наконец решили принять моё давнее предложение и занять место советника? Высокий дом уже много лет специализируется только на магии, в связи с чем сильно отстал по части высоких технологий…
– Это замет-но, – кивнула Адель, ничуть не попытавшись соблюсти этикет. – Я могу по-мочь. Пока я. Тут. Но за-тем вернусь с Ви-ком.
– Что-то подобное я и подозревал, – печально улыбнулся Асфар. – Впрочем, сейчас нам пригодится любая возможная помощь. Прошу за мной.
Ни одной из моих спутниц завтрака не досталось – по вполне понятным причинам, а не из-за посещения Высокого дома без приглашения. Вообще, Асфар что-то упоминал про защиту, способную распознавать чужаков, но, видимо, та не распространялась на астральные проекции в ауре приглашённых гостей и разумных автоматонов. Еда проходила в компании самого Асфара, Гарры и присоединившегося к нам Гайса, который за всё время за столом не проронил ни слова.
Зато остальные – в основном Асфар и Адель – успели обсудить, что потребуется для базовой механизации Высокого дома, а в идеале и оснащения продвинутыми системами обороны. Выяснилось, что автоматические зенитные установки в руинах к югу остались со времён, когда Дом Живого Металла вёл активную экспансию, в том числе на территорию соседей – чуть менее века назад. Когда закончилась очередная бойня, а экспансия не остановилась, против мастеров технологий собрали большую коалицию, в которой Высокий дом был одним из лидеров. Живой Металл сопротивлялся отчаянно, но его фабрики и базы оказались стёрты с лица земли, а число душ упало с двадцати тысяч до двух – в десять раз. Со временем часть оборонительных систем восстановились самостоятельно, охраняя выжженные руины с упорством, достойным лучшего применения. Для их изучения и обратного инжиниринга требовались ресурсы и специалисты, которыми не располагал ни Высокий дом, ни другие его соседи. Неудивительно, что Асфар почти всерьёз зазывал к себе Адель – она в одиночку могла бы взяться за эту задачу.
Тем не менее, никто не мешал снабдить Высокий дом хотя бы подъёмниками, а то и лифтами. Цитадель Асфара была огромна, и внутренние телепорты работали далеко не везде. Адель пообещала предоставить чертежи.
А потом завтрак закончился – и разговор пошёл о самых что ни на есть насущных проблемах.
Зал Совета находился глубоко внутри Высокого дома – мы добирались пешком, но стало понятно, что важных гостей туда обычно закидывало магией, как и меня вчера на ужин. Солидное помещение, раза в полтора меньше тронного зала Полуночи, но способное оказать впечатление не хуже. Например, стены здесь были украшены не гобеленами и картинами, а интерактивными магическими картами – вплавленными в камень цветными металлическими нитями. Контуры территорий соседних домов, рек и холмов, городов и посёлков, пахотных земель и заражённых зон. Некоторые участки неярко светились – активные участки противостояния, недавние удары, текущие фронты. Я быстро отыскал на карте и сам Высокий дом, также подсвеченный в связи со вчерашней атакой Дома Тысячи Дверей.
Посреди зала – длинный стол, вытянутый, со скруглёнными краями. Похоже, каменный, с вкраплениями тех же металлических нитей, хотя здесь они могли служить иной цели. Кресло Асфара во главе стола было лишь чуть выше остальных, в остальном ничем не выделяясь. Окна-бойницы давали мало света, по больше части тот исходил от десятков светильников, сочащихся бледно-жёлтым сиянием.
Нечто среднее между тронным залом, залом собраний и магической переговорной. Кроме Асфара, Гайса и Гарры места за столом занимали текущие советники Высокого дома – согласно древним традициям, в основном состоящие из дальних родственников. Около двадцати мужчин и женщин, почти все гораздо старше Асфара. На Адель, севшую рядом со мной, упало немало удивлённых взглядов. То-то бы у них глаза полезли на лоб, если бы моя помощница вдруг согласилась на предложение главы семьи.
Чтож, им же хуже.
– Дерзкое нападение Тысячи Дверей стоило нам тридцати наёмников, из них двенадцать погибших, остальные тяжело ранены. Члены семьи и гости не пострадали.
Гайс говорил с таким скучающим выражением лица, словно перечислял список покупок на ближайшем рынке, но я уже успел убедиться, что за фирменным безразличием членов семьи Асфара могут скрываться любые эмоции.
– Взамен мы приобрели полсотни душ, извлечённых из погибших. Поскольку те пали в соответствии со всеми правилами бойни, их души отправились прямиком в водоворот. За две трети из них мы должны поблагодарить нашего союзника и почётного гостя – лорда Виктора фон Харгена, хозяина Полуночи.
Я готов поклясться, что при моём упоминании голос Гайса стал холоднее на пару градусов, но сдержанная похвала в содержании речи от этого не изменилась. Теперь взгляды советников обратились на меня, прозвучали даже благодарственные хлопки и кивки. Подумать не мог, что снабжу Высокий дом самым ценным на Рииде ресурсом. Приятного мало, поскольку я вообще не одобрял подобные схемы некромантии, явно начавшиеся от вечных замков. Но хотя бы здесь их смело можно было списать на самооборону – точнее, оборону дома союзника от безжалостного врага.
– Как и за последние шесть месяцев, схема обороны сработала практически безупречно. Дом Тысячи Дверей предпринял неожиданно серьёзную атаку, причины которой ещё предстоит выяснить, но потерпел крах. Не нужно обращаться к гаруспикам, чтобы понять – для повторения штурма им потребуется не менее месяца подготовки. Мы выстояли.
Гайс опустился на своё место, и вместо него тут же поднялась одна из советников, напомнившая мне холёную леди на ужине, но слегка старше и серьёзнее.
– В прежние времена Высокий дом мог бы воспользоваться слабостью и нанести ответный удар, забрав у Тысячи Дверей до трети их ресурсов. Но, полагаю, мы, как и прежде, сосредоточимся на восстановлении барьера и укреплении обороны. Не так ли, господин Асфар?
Вместо моего союзника слово взяла его младшая сестра. Гарра говорила негромко, как всегда, но её мелодичный голос без труда слышали все, кто сидел за столом.
– Твоя правда, Камра, мы не пойдём в атаку на Дом Тысячи Дверей. Вместо этого господин Высокого дома и шести тысяч душ, мой возлюбленный брат, принял решение, что навеки прославит наш дом и нашу семью. Именно мы добудем дар Князя и воспользуемся им так, как никто не сможет себе представить. Что толку преследовать раненную крысу, когда мы отправимся на охоту за драгоценным соболем?
За столом зала Совета пробежала волна шепотков – вот теперь советники были удивлены по-настоящему. Асфар старательно избегал конфликтов столько месяцев, в своём роде построил себе на этом репутацию, к добру или к худу. И вот теперь внезапно выяснилось, что всё это было лишь прикрытием перед грандиозным планом! Высокий дом не побеждал в сезонной бойне последние пятьдесят лет, а предыдущая его и вовсе покалечила. Никто не ждал от его нынешнего господина попытки вернуть былое величие.
И уж точно никто не мог себе представить, как именно мы планировали применить исполнитель желаний – об этом совету пока что знать не обязательно. При условии, что нам в самом деле удастся завладеть главным призом.
– Сегодня великий день, – сквозь обычное равнодушие в голосе Гайса пробивалось что-то, напоминающее воодушевление. – Возможно, величайший в истории нашей семьи, и худший для наших врагов. День, когда мы расчертим план, что приведёт нас к исполнению заветного желания. Высокий дом возродится!
Вот теперь прозвучали настоящие аплодисменты – пусть хлопали тут ладонью по центру груди. Некоторые советники встали в порыве чувств, кажется, я заметил настоящие слёзы радости. Как же мало нужно людям для счастья, особенно в условиях регулярного недосыпа.
– Тётушка Камра, – наконец заговорил Асфар. – Зная тебя, могу предположить, что ты можешь предоставить список лучших кандидатов на обладание даром Владыки, да правит он вечно под чёрными звёздами. Полагаю даже, что этот список у тебя с собой, вместе со сплетением для проекции. Просветишь нас?
Леди, ещё пять минут назад косвенно обвиняющая Асфара в трусости, сейчас поменялась в лице. Она мигом вскочила на ноги, развернулась к карте на стене, и протянула вперёд левую руку. Повинуясь её движению, некоторые участки карты вспыхнули, подсвеченные мгновенным заклятием. Территория каждого из обозначенных великих домов превышала земли Высокого дома в два раза или больше.
Как ни странно, информация из «Краткого описания» оказалась не столь уж неверна. Всего на Рииде на сегодняшний день стояло двадцать шесть великих домов, хотя из них нас интересовало всего четыре. Если ещё точнее – один, но попробуй вычислить, кто оберегал главный приз состязаний, ещё и сам будучи о том не в курсе. Конкуренты среди великих домов вырисовывались следующие:
Дом Жёлтого Венца. Двадцать одна тысяча душ. Некогда главные любимцы Князя, черпающие часть силы из слепого ему поклонения. Основная сила – колдуны, некроманты и чёрные маги любых мастей. Пятикратные победители бойни за последние два столетия. По слухам – именно на территории их цитадели появлялись посланники Князя, когда воплощались на Рииде. За последние полвека Жёлтый Венец слегка сдал позиции, но всё ещё оставался главным претендентом на хранение дара своего владыки.
Бесконечный дом. Двадцать четыре тысячи душ. Рекордсмены по ресурсам, как душам, так и живым людям. Крупная регулярная армия, вооружённая по последнему слову техники, опытные маги, укреплённая цитадель. Никто не мог взять их дом штурмом за последние двести или триста лет, приходилось прибегать к шпионажу и вымогательству.
Дом Долгих Сумерек. Девять тысяч душ. Сравнительно небольшой великий дом, на территории которого царила вечная колдовская ночь за счёт наведённых туч. На их землях ничего не росло, но магическая защита считалась одной из лучших на Рииде – Асфар частично воспроизвёл её в собственном барьере. Правящая семья Долгих Сумерек нередко брала на хранение финансы и ценности других домов, поддерживая нейтралитет даже во время состязаний. И всё же, Князь в основном был ими доволен – его дар оказывался на территории этого дома трижды за последние сто лет.
Дом Расколотого Неба. Четырнадцать тысяч душ. Победители прошлой и позапрошлой бойни. Агрессоры, подминающие под себя дома поменьше за счёт ковровых бомбардировок. Специалисты по летающим конструктам, сочетающим в себе технологию и магию, именно они нанесли решающий удар по Дому Живого Металла. С Высоким домом у Расколотого Неба когда-то имелся договор о мире и союзе, но тот не обновлялся так давно, что мог считаться недействительным.
Асфар упоминал, что главный приз нередко оказывался у «амбициозных срединных домов», но этот список было решено отложить на завтра. К срединным относились те, кто накопил от двух до пяти тысяч душ – всего порядка шестидесяти домов. Из них на милость Князя претендовали не менее четверти! Хотя бы Дом Тысячи Дверей можно было смело вычёркивать – никто бы не предпринял столь масштабную атаку на великий дом, зная, что дар прячется у них самих.
– То есть, можно как-то проверить, появился ли дар у тебя дома? – тихо спросил я Гарру, сидящую от меня по левую руку. – Может, ещё и вычислить его заодно?
– Для всего есть свой ритуал, – так же тихо ответила она. – Но точное нахождение приза всегда остаётся в тайне. А упомянутая вами проверка для собственного дома занимает полные сутки и требует усилий большинства магов любой из семей. Стремление к знаниям для одних есть возможность для других – правила не возбраняют наносить удар, когда кто-то отвлёкся. Ритуал проводят лишь когда уверены в ответе, это всё равно что задать единственно верный вопрос.
Советники спорили около часа – почти без участия Асфара, Гарры и Гайса, я тоже вставлял своё мнение довольно редко и лишь задавал уточняющие вопросы. По всему выходило, что текущий господин Дома Долгих Сумерек ведёт себя страннее обычного. Их финансисты перестали принимать деньги на хранение, но и не могли вернуть то, что взяли ранее. Репутация дома трещала по швам, и ради чего?
Возможно, ради четвёртого главного приза за эти сто лет.
Обычно где-то здесь начиналась подготовка и найм лазутчиков, способных вычислить шанс нахождения исполнителя желаний на той или иной территории. Вовсю трудились гаруспики и авгуры, на внутренностях животных и птиц предсказывающие исход состязания. В основном пророки служили для развлечения и успокоения знати великих домов, но попадались средь них и настоящие профессионалы.
Так или иначе, со мной в запасе Высокому дому требовалось потратить куда меньше ресурсов. И первая вылазка пройдёт сегодня ночью – будь там хоть какая магическая защита.
Я же обещал Высокому дому секретное оружие, а обещания надо исполнять.
Глава двадцать третья
За год правления в Полуночи я успел полюбить ночь – и как следует привыкнуть к темноте. Поблагодарить за это в первую очередь стоило Кулину и её волшебные блюда, обеспечивающие мне возможность видеть в даже самом густом мраке. «Метаморф», подаренный той же Кулиной, позволял бесшумно двигаться, «Вуаль» от Терры и вовсе обеспечивала невидимость. Всё это в сочетании с темнотой дарило ощущение свободы на грани неуязвимости, даже в те времена, когда в бою приходилось хорошенько беречь силы.
Хотя, конечно, с луной над головой было бы комфортнее.
– Луна Риида попала под влияние Йхтилла много веков назад, – меланхолично сказал Асфар в ответ на моё замечание. – И продолжает меняться до сих пор. Тебе бы не понравилась наша луна.
– Главное, чтобы после её захода не появились чёрные звёзды. – проворчал я, вспоминая свой незапланированный визит в мир Князя.
– Их здесь нет. Пока что – нет.
Тучи над территорией Дома Долгих Сумерек простирались на многие километры, окутывая горизонт свинцовым покрывалом. Плотные, серо-лиловые, днём будто поглощающие солнечный свет и отдающие взамен те самые долгие сумерки. С наступлением ночи здесь стало по-настоящему темно, непроглядно темно, и наверняка очень неуютно для кого угодно, не способного видеть в темноте.
Телепорт забросил меня близко к цитадели – даже ближе, чем днём ранее к Высокому дому. На равнину, больше напоминающую пустошь, с сухой почвой, травой, жёсткой как проволока и редкими приземистыми кустами. Какая-то растительность здесь всё-таки выжила, но сделала это без большого энтузиазма – мало того, что тучи почти не пропускали свет, так ещё и не давали дождя. Никаких поселений поблизости, никаких путников, крестьян и торговцев, спешащих посетить один из великих домов.
Один лишь я. Ну, не совсем один.
Адель до поры ждала в переносном кармане, на моём левом плече сидела Лита в форме астральной проекции, а на правом… На правом устроился полупрозрачный жёлтый скорпион – астральная проекция Асфара. Господин Высокого дома и шести тысяч душ не мог лично присутствовать при тайной операции, но без его ценных советов мои шансы на успех значительно падали.
– Знаешь, на Земле скорпион считается не самым приятным символом, – сказал я. – Коварство, злоба, всё такое.
– В самом деле? Легенды Риида рисуют скорпионов совсем в ином свете. Мудрость, спокойствие, самозащита. Скорпион никогда не ужалит, если его не спровоцировать.
– Особенно если он заполз к тебе в ботинок, а ты не заметил.
– Внимательность – величайшая благодетель, – с лёгким назидательным тоном сказал Асфар. – Впрочем, всё ещё не поздно использовать менее заметный вариант. Сопровождение сквозь сознание.
– Как на первом балу? Нет уж, спасибо, хватит мне и собственного внутреннего голоса.
Дом Долгих Сумерек постепенно проступал из темноты, но та оставалась неотъемлемой его частью. Очертания стен, словно вырезанных из тяжёлого воздуха, низкие и широкие башни, лишённые острых углов. Если Высокий дом стремился в небо, доминируя над окружающим пространством, то этот бастион совсем не стремился выделяться. Он стоял здесь с давних времён, массивный и спокойный, переживший десятки состязаний без лишних потрясений. Текущая бойня не должна была стать исключением.
– Спасибо, что не отправил меня сюда своим ходом. Я видел карту – пришлось бы лететь всю ночь.
– Долгие Сумерки задолжали Высокому дому, – отозвался Асфар. – Не слишком много, но и не мало, а ты уже знаешь, каким могуществом могут обладать невыплаченные долги. Любой член моей семьи мог бы переместиться сюда на правах верителя. Сегодня это право досталось тебе.
– Верителя? – протянул я. – То есть, кредитора? Чтобы заставить вернуть долг?
– Вежливо попросить, – поправил Асфар. – Опять же, тебе ли не знать, что учтивость зачастую открывает двери, закрытые для грубой силы.
– Да уж, грубая сила тут не поможет, – поддержала Лита с другого плеча. – Вик, я проанализировала барьер вокруг цитадели – это два шага до формулы Покрова! Драконье пламя бы могло проделать дыру, но я бы лично не взялась.
– Это и не понадобится, леди Лита.
Ни патрулей, ни рвов, ни минных полей – и всё-таки, мне пришлось приложить немалые усилия, чтобы добраться до границы барьера. Полупустыня вокруг будто изгибалась, петляла и сопротивлялась, силуэт цитадели Долгих Сумерек всё порывался раствориться во мраке, когда я не фокусировал на нём внимание. Асфар предупреждал, что местные охранные чары запутают и отправят восвояси большинство незваных гостей, но моей воли должно хватить, чтобы их преодолеть. Заклятье было первосортным, но в первую очередь рассчитанным на жителей Риида, а не хозяина Полуночи, с какого-то перепугу явившегося сюда лично.
В барьер я едва не уткнулся, остановившись в последний момент. На предыдущем шаге он мерцал далеко впереди, чтобы на следующем чуть не лишить меня носа.
– Дальнейшие действия? – сдержанно спросил я.
– О, тут всё просто. Ты дашь слово, и тебя пропустят.
– Слово? – переспросил я, нахмурившись. – В смысле, клятву на крови? О таких вещах лучше предупреждать заранее.
– Клятва бы тоже сработала, – меланхолично согласился Асфар. – Но поскольку ты веритель, достаточно и облегчённой её версии. Нарушенное слово не заставит твою кровь вскипеть, не обратит её в яд, не поставит клеймо на душе. Последствия по большей части лягут на Высокий дом, чьи интересы ты представляешь.
– О каких последствиях речь?
– Политических. Эзотерических. В каком-то смысле даже философских…
– Асфар, если будешь темнить – спрошу у Литы.
– Ничуть не против.
Я покосился на левое плечо.
– Я не эксперт в геополитике и тонкостях клятвопреступлений Риида, – честно сказала паучишка. – Сами понимаете, из «Краткого описания» много не выудишь. Но могу предположить, что в случае нарушения слова задолженность Долгих Сумерек зеркально отразится на Высоком доме, они фактически поменяются ролями. Может, даже души придётся отдавать.
– При всём желании, мне бы не удалось сформулировать это лучше, леди Лита.
– Ладно, – проворчал я. – Вернёмся к нашим баранам. Какое именно слово мне нужно дать?
– Не причинять вреда господину Дома Долгих Сумерек, Ридвану, членам его семьи, живым или мёртвым, гостям, стражам и слугам. Не разрушать защиту цитадели, не участвовать в саботаже. Не нарушать законов гостеприимства.
Тишина продлилась добрые секунды три – разве что сверчки на заднем фоне не запели.
– Асфар, – проникновенно сказал я. – Я пришёл сюда как лазутчик…
– Веритель.
– Даже хоть веритель, хоть вершитель! Как я должен взыскивать долги, мягкими уговорами? Мы здесь занимаемся взломом с проникновением, с целью добыть секретную информацию.
– С точки зрения защиты Долгих Сумерек, ты всё ещё гость, пусть и обладающий определёнными… правами. Не взломщик, не саботажник.
– Хрен с ним, с саботажем, не очень-то и хотелось. Но я буквально собираюсь похитить ценные данные. Это не считается за «причинение вреда»?
– Изъятие долга, совмещённое с искренним беспокойством за жизнь и душевное здоровье господина Ридвана, да будут дни его долги, а ночи ярки. Иногда необходимо узнать о делах человека, не беспокоя его, дабы не усугубить болезнь. Если же веритель ненароком выведает что-то, сверх задуманного, в том ли его вина?
В обычном равнодушии Асфара мне послышалось лёгкое злорадство. Не исключено, что в прошлом подобный трюк Долгие Сумерки провернули с самим Высоким домом, и сегодня настало время вернуть должок. Сколько живу, а в психологические игры с защитным полем магической цитадели мне ещё играть не приходилось.
– Что насчёт самообороны?
– Сильно зависит от контекста, но с фавором в сторону обитателей цитадели.
Значит, постараемся не попадаться.
Как пели классики – тёмный, мрачный коридор, я на цыпочках, как вор. Настоящая стелс-миссия, чтоб её. Хозяин Полуночи, сжигающий древнее зло, рыцарь вечности и прочая, прочая – крадётся по чужому замку чужого мира, невидимый и неслышимый для окружающих. В основном – редких и почти столь же тихих слуг, скользящих мимо как тени. Если не задумываться, интерьеры Дома Долгих Сумерек во многом пересекались с Высоким домом, функциональность с разгромным счётом побеждала комфорт. Камень и дерево, окна-бойницы, каждый коридор при желании можно оборонять малой группой от превосходящего противника. И всё же, это был не просто дом-крепость, а нечто более… странное.
Освещение здесь было весьма условным – опять же, под стать имени дома. Ровный, но очень неяркий свет, по ощущениям стекающий с самого потолка, кроме него – никаких светильников. Звуки тоже вели себя непривычно. Шаги слуг обращались шелестом, то обгоняющим, то отстающим от торопливых фигур. Раз в несколько минут откуда-то раздавался немелодичный протяжный звон, а за ним – беспокойное бормотание голосов, но направление и источник определить было невозможно. На несколько секунд после звона во рту возникал отчётливый металлический привкус.
Кто-то потихоньку сходил с ума – либо я, либо Дом Долгих Сумерек. И я не знал, какой вариант хуже.
– Кажется, я начинаю понимать, почему это место приглянулось Князю, – скорее прошипел, чем прошептал я после очередного звона. – Как местные вообще это терпят?
– Чтобы выжить на Рииде, не обязательно быть слегка безумным, – мягко сказал Асфар. – Но это помогает.
После проникновения за барьер – или же заслуженного прохода в качестве верителя – у меня было несколько вариантов, как с пользой провести ночь.
Начнём с очевидного. Ритуал определения дара проводился прямиком у водоворота душ – центра любого из риидских домов, великих и поменьше. Мало того, что проникновение в святая святых точно воспримется как пересечение рамок закона гостеприимства, ритуал ещё и занимал порядка шести часов. Заметно короче, чем выявлять приз в собственном или союзном доме, но всё равно – чересчур долго. И даже если исполнитель желаний окажется здесь, пальцем мне на него никто не покажет.
Другой вариант – взять языка и допросить с пристрастием. Прямое нарушение данного слова, если как-то не подогнать подобный акт под хитрую самооборону. Но здесь не Полночь, здесь могут и соврать без серьёзных последствий, а то и вовсе оказаться не в курсе больших событий. Если же нацелиться на хозяина дома, защитная система точно отреагирует, и даже мне придётся несладко – не говоря уж о последствиях для Высокого дома в будущем.
Остаётся одно – подслушивать со стороны, изучать документы, составлять зацепки. По счастью, господин Дома Долгих Сумерек был известен за свою привычку хранить яйца в одной корзине, а если точнее – одном личном кабинете. Вторжение туда будет не слишком вежливым шагом, но вполне терпимым. Проверка бумаг – как и сказал Асфар, либо в целях взыскания долгов, либо для проверки здоровья многоуважаемого главы семейства. Господин Ридван был отнюдь не молод, а странности в его поведении за последние пару месяцев могли намекать на форму деменции. Повод сильно притянутый, но лучше, чем ничего.
Поисковый амулет наотрез отказался отвечать на запрос в духе: «покажи, здесь ли дар Князя, и если здесь, то где именно». А вот дорогу к кабинету Ридвана проложил безошибочно, пусть и заставил меня попетлять между коридорами и залами. Все разговоры обитатели Долгих Сумерек вели вполголоса и, как правило, за закрытыми дверьми. Подслушивание ночью отняло бы чересчур много времени, а днём повышался шанс быть обнаруженным.
Всё это время я тщательно следил за тем, чтобы «Вуаль» и «Метаморф» не ослабевали ни на секунду. Меня могли вычислить разве что по легчайшему движению воздуха и звукам дыхания – если я его не задерживал. Свобода. Неуязвимость.
Я чуть не заорал от неожиданности, когда моё плечо стиснули в стальной хватке.
Быстрая проверка показала, что хватка в самом деле была стальной – или, по крайней мере, металлической. Надо мной возвышался натуральный боевой автоматон, пусть и не вооружённый, жутковатая вытянутая фигура более двух метров ростом, закованная в рыцарские латы. От автоматонов Роланда он отличался в первую очередь головой – вместо закрытого шлема на меня взирал искажённый человеческий облик, невыразимо уродливый. По сравнению с совершенством Адель он смотрелся как хорошенько прогнивший мертвец рядом с живой девушкой – проблема в том, что он явно меня видел.
– На… ру… ши… тель, – проскрипело стальное чудовище, медленно склоняя голову набок.
Хорошо, что текущий коридор был совершенно пуст, не считая нас двоих. Но с этой проблемой всё равно следовало разобраться как можно скорее.
– Ничего подобного, – спокойно возразил я. – Веритель. Гость.
Хватка на моём плече усилилась – и теперь причиняла ощутимый дискомфорт.
– Наруши-тель, – настойчиво сказал автоматон. – Наруши-тель. В зоне господи-на.
О, так я почти добрался до личного кабинета Ридвана. Жаль только, что сообщили мне об этом не самым приятным способом.
– Асфар? Лита? Откуда он вообще взялся, вы разглядели?
– Простите, Вик, отвлеклась и пропустила!
– Не разглядел, – помолчав, отозвался Асфар. – И никогда бы не подумал, что в Долгих Сумерках ещё используют подобные модели.
– Мне позволено воспользоваться допустимой самообороной?
– С точки зрения защитных чар, големы и автоматоны не попадают под определение «живой» или «мёртвый». Слово ты не нарушишь, но можешь привлечь нежелательное внимание.
Пара выстрелов из Райнигуна мигом разворотили бы чрезмерно бдительному гаду башку и грудь, но на них сбежится весь Дом Долгих Сумерек. Переговоры, увы, провалились. Остался запасной вариант, который самостоятельно отправился со мной на Риид пару суток назад.
Не спуская глаз с автоматона, я потянулся к переносному карману для предметов. Адель встала рядом, моментально оценив обстановку.
– Не стрелять, – сказал я ей вполголоса, всё ещё смотря на противника. – Не греметь, не шуметь. Справишься?
– Справ-люсь.
Кажется, вражеский автоматон начал подозревать, что я обращаюсь не к нему, и попытался стиснуть лапищу на плече ещё сильнее – чтобы раздробить кости. Не знаю, мог ли он удивляться на самом деле, но выглядел изрядно удивлённым, когда я перехватил его руку своей и с силой разжал пальцы. При желании, я мог бы соревноваться в армрестлинге хоть с двумя автоматонами одновременно – у них не было шансов.
