355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Сергей Гайдуков » Ядерный будильник » Текст книги (страница 27)
Ядерный будильник
  • Текст добавлен: 6 сентября 2016, 15:02

Текст книги "Ядерный будильник"


Автор книги: Сергей Гайдуков


Жанр:

   

Боевики


сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 33 страниц)

2

В условленном месте Бондарева и Марата ждали. Из чёрного корейского микроавтобуса выпрыгнул тот немолодой мужчина, с которым Бондарев совершил первый визит на склад и которого Бондарев за глаза назвал «бухгалтером».

Он поздоровался с Бондаревым и Маратом, сказал какие-то необязательные слова о погоде, посмотрел на часы и перешёл к делу. Пока он говорил, за его спиной из микроавтобуса на Бондарева посматривали двое громил полутяжёлого веса.

– Чтобы потом не возникло никаких недоразумений, – быстро говорил «бухгалтер». – Ещё раз напомню, что для участия в торгах вы вносите залог в двести тысяч долларов… Если вы выигрываете торги, то сумма должна быть внесена полностью в течение 48 часов. Если это требование не исполняется, то товар переходит к другому покупателю, а залог остаётся у нас.

– Это разумно, – сказал Бондарев, покачивая кейсом «Данхилл» с двумястами тысячами долларов. Марат стоял за его спиной молчаливой и неподвижной тенью.

– Вам придётся пересесть в нашу машину, – продолжал «бухгалтер». – А ваш «Мерседес» мои люди отведут на стоянку, где он будет в полной сохранности.

Бондарев согласился.

– Я также напомню, что вам придётся завязать глаза… По понятным причинам.

Бондарев и это признал разумным.

– Это, – «бухгалтер» посмотрел на Марата, – ваш телохранитель?

– Я предпочитаю называть его «ассистент», – улыбнулся Бондарев. – Будет разумно, если он проследует со мной.

– Конечно, но в таком случае я должен попросить вас оставить здесь все ваше оружие. Это требование ко всем участникам аукциона, там будет наша собственная охрана, и мы гарантируем вам полную безопасность.

Бондарев посмотрел на Марата, и тот молча расстегнул пиджак, потом аккуратно снял с себя портупею вместе с пистолетом и оставил все это в «Мерседесе».

– А я сегодня налегке, – сказал Бондарев. «Бухгалтер» кивнул:

– Да, но всё же мы проверим… На всякий случай.

– Ради бога, – сказал Бондарев, забираясь в микроавтобус и поднимая руки для обыска. Была определённая ирония в том, что когда-то четверо недобросовестных сотрудников Фирмы уже обыскивали его, ничего не нашли и тем не менее трое из них умерли ещё до появления «бухгалтера» с его людьми.

Однако «бухгалтер» не производил впечатления человека, который не способен учиться на чужих ошибках.

Когда микроавтобус тронулся с места, одновременно – как знал Бондарев – пришли в движение силы наружного наблюдения Конторы: мини-вертолёт, две машины, три мотоциклиста и наблюдатели на крышах ближайших многоэтажек.

Потом ему и Марату завязали глаза. Бондарев чувствовал, как пугающе быстро колотится кровь в висках, и вместо чёрной давящей повязки представил перед глазами гарантированно успокоительную картину: Ксеня в короткой вельветовой юбке выгуливает далматинца. Бондарев видел это сегодня утром. Ксеня помахала ему рукой, хотела подойти и что-то сказать, но Бондарев слишком торопился. Он всегда торопился, иногда опаздывая на самом деле, иногда симулируя спешку, а на самом деле боясь каждой лишней минуты, проведённой рядом с Ксеней. Бондарев знал, что если количество этих минут дойдёт до какой-то критической массы…

– Только без фокусов, – услышал он голос «бухгалтера».

3

По дороге ехали они не спеша, благо времени было с запасом – Мамонт делился своим ценным опытом о встречах с людьми у подъезда. Он был на удивление многословен сейчас, вероятно потому, что предмет разговора – а точнее, монолога – был ему по-настоящему близок и интересен.

– Я люблю, когда у людей есть режим дня, – говорил Мамонт. – Когда ты точно знаешь, что в семь он встаёт, в половине восьмого завтракает, а в восемь выходит из подъезда. Тогда ты не тратишь времени впустую, спокойно подкатываешь без пяти восемь и ровно через пять минут чётко делаешь своё дело. Если у человека нет графика, это хреново. Тогда надо мёрзнуть по ночам, ждать, когда он вернётся с блядок… Или он будет дрыхнуть до обеда, а потом решит вообще из дома не выходить. Козлы. Не люблю таких людей. Лучший вариант – это немцы какие-нибудь или англичане. По ним можно часы сверять. Девка твоя, конечно, не идеал, в выходные черт-те что творит, но в будние дни выходит утром аккуратно в половине восьмого. Возвращается неаккуратно, в разное время, видать, гоняет их там начальство. Так что правильнее подловить её с утра. Понял?

– Ага, – сказал Алексей.

– Скажи спасибо, что я всё это выяснил. Твою работу, блин, сделал.

– Спасибо.

– Пожалста, на хер. Только не думай, что и дальше за тебя все будут другие делать. Понял?

– Понял.

– Завалить её – это твоя работа.

– Понял.

– Не забудь в башку засадить. Так самый верняк…

Мамонт продолжал давать такие же ценные советы, а Алексей продолжал время от времени поддакивать ему. И продолжал думать о том, как все это не вовремя. В одиннадцать он должен быть у Морозовой, которая приготовила для него какое-то важное задание. Другое важное задание он уже получил от Дюка. Со всеми этими заданиями он должен был попасть в подземный склад и там дожидаться обещанного Дюком конца света, то есть конца Фирмы.

И вот теперь между Алексеем и главным событием сегодняшнего дня встала Карина – незапланированное испытание, вброшенное в игру Мамонтом.

Все решалось очень просто. С одной стороны, важное задание, которое завершает долгое и опасное приключение Алексея, начавшееся ещё в другой жизни. Если там все сложится успешно, если он сыграет свою роль в уничтожении Фирмы, то получит обещанную новую жизнь – получит место в Конторе.

С другой стороны, малознакомая, хотя и симпатичная девушка. Алексей не был ей ничем обязан. Наоборот – это она была ему обязана жизнью. Если бы Алексей сейчас оставил её в живых, то не получил бы ровным счётом никаких выгод. А чтобы оставить её в живых, нужно было что-то сделать с Мамонтом.

Чаши весов получались абсолютно несопоставимые по весу. И потому вывод напрашивался простой – надо застрелить Карину, укрепить тем самым доверие Мамонта и продолжать опасную игру до недалёкого финала.

Мамонт остановил джип.

– Вон, – он ткнул пальцем в стекло. – Это её подъезд. Оттуда она выходит и идёт к гаражам… Вон туда. Когда она будет открывать гараж, подойди сзади и пристрели её. Вот…

Мамонт порылся под сиденьем и вытащил «ТТ» с рукояткой, обмотанной изолентой. Потом оттуда же вытащил глушитель и обойму.

– Только не облажайся, – напутствовал он Алексея. Тот хмуро посмотрел на своего наставника и сказал:

– Сам не облажайся.

– Поговори ещё у меня, недоносок. Ты ещё под стол пешком ходил, когда я… – Мамонт осёкся. – Все, она вышла. Давай, Леха, покажи, что ты умеешь.

Алексей выпрыгнул из джипа, держа «ТТ» с глушителем за пазухой. Показать, что я умею?

Да, кое-что я умею.

4

Во-первых, Дюк обманул Директора. Уже этого было достаточно, чтобы обеспечить на будущее большие и долговременные неприятности, но Дюк этим не ограничился.

После памятного обеда в компании Бондарева Дюк неожиданно почувствовал себя чуть лучше и свободнее. Исповедь и вправду облегчила душу. «Как банально, – подумал Дюк. – Не думал, что со мной это сработает». Тем же вечером он позвонил Директору. Тот был уже в курсе – Бондарев изложил ему то, что счёл нужным.

– Заходи во вторник, – сказал Директор. – Обсудим дела наши грешные.

– Может, в понедельник?

– В понедельник я занят. У меня намечается сам знаешь что. Во вторник.

– Понял. Я буду.

Однако теперь стало совершенно понятно, что во вторник Дюка не будет в кабинете Директора.

Во-вторых, Дюк обманул Бондарева. Когда они прикончили поллитру и даже сдержанный Марат чуть ослабил узел галстука, раскрасневшийся Дюк снова заговорил про семью Белова. Он говорил о том, что всё получилось немного не так, как нужно…

– Стоп, – сказал Бондарев. – Хватит этой лирики. Я вижу, куда тебя несёт. То, что ты хочешь сделать – это будет не профессионально. Это будет не вовремя. Это будет…

– Но я же гарантировал парню…

– Письменно? Нет? Значит, вопрос закрыт.

– Да ты представь, если бы такое случилось с тобой и твоей сестрой, твоей матерью! – вспылил Дюк, и Марат удивлённо поднял брови.

– У меня нет сестры, – сказал Бондарев. – А вся эта дурацкая ситуация возникла из-за поступков самого Белова, которого ты по спешке взял в оборот вместе со всеми его прошлыми глупостями. Думал, что они сами собой отвалятся, рассосутся? Ни фига. И вообще, роль защитника сирых и убогих тебе не очень идёт. Я сразу начинаю думать о вреде алкоголя.

– Но их же…

– Их не расстреляют. Они немного посидят в тюрьме, а потом Директор найдёт способ их вытащить. Незаметно и надёжно. Без истерик. Понял?

Дюк снова начал что-то говорить, но Бондарев вместо ответа просто отрицательно покачал головой.

– Понял?

– Господи, – подавленно произнёс Дюк. В эти секунды он чувствовал себя ответственным за все мировое зло. Но лишь в эти секунды.

Потом он сказал:

– Понял.

– Ладно, – сказал Бондарев. – Значит, никаких действий без санкции Директора. Договорись с ним о встрече.

Дюк так и сделал. Он даже собирался пойти на эту встречу и обсудить ситуацию с семьёй Белова. Выслушать рекомендации Директора. Предложить свои варианты.

Но потом он заметил, что ощущение лёгкости и ясности, появившееся после разговора с Бондаревым, оказалось сродни компьютерному вирусу – оно самовоспроизводилось внутри Дюка, подчиняя все новые участки его мозга. Как будто был снят предохранитель, удерживавший Дюка от самых простых и очевидных решений. Как будто ржавый металлический засов наконец был отодвинут и ворота открылись.

Дюк теперь знал, что не идеален, и другие это знали. Он знал, что может совершать ошибки, и другие это знали. Другие готовы были смириться с его ошибками, и теперь сам Дюк скрепя сердце был готов сделать то же самое. А когда исчезла боязнь совершать ошибки, то Дюк перестал бояться эмоциональных порывов, перестал бояться, что они приведут его не туда, куда надо. Ведь это были его собственные эмоциональные порывы.

Он вспомнил, как это выглядит со стороны у других. Он вспомнил угрожающий блеск в глазах Бондарева, когда тот подозревал Дюка в сдаче Воробья. Он вспомнил одержимость Алексея Белова, который не верил, что существует что-то, способное остановить его месть.

Дюк понял, что едва ли не впервые в жизни он оказался настолько дьявольски слаб, что поддался эмоциональному порыву. Едва ли не впервые в жизни он оказался настолько божественно силён, чтобы последовать за своими чувствами до конца.

Он прилетел в город около полудня и для пущего вдохновения велел таксисту проехать мимо жёлтого здания следственного изолятора. Это сооружение оскорбляло эстетические чувства Дюка. А существование вдовы полковника Фоменко оскорбляло его представления о женщинах.

Здесь нужно было навести порядок.

5

Алексей выпрыгнул из джипа, держа «ТТ» с глушителем за пазухой. Мамонт сидел за рулём, внимательно глядя в сторону гаражей и приоткрыв дверцу со своей стороны, чтобы в случае необходимости выскочить без промедления… Этакий контроль качества.

Но Мамонт мог не волноваться, потому что Алексей решил все сделать правильно. То есть без суеты, лишних криков и беготни. Быстро, чётко и профессионально. В конце концов, Карина заслужила этого небольшого жеста уважения. Она нравилась Алексею. Как-то он даже мысленно представил её в качестве своей девушки. По росту они подходили, но рост всё же не главное. Карина нравилась Алексею внешне, но он слишком мало её знал, чтобы окончательно решить, подходят они друг другу или нет… А то, что он о ней знал, скорее отдаляло их, чем сближало. У неё было образование, престижная, хотя и не совсем понятная Алексею, работа, хорошая зарплата. Она была красивой молодой женщиной, которая при этом была самостоятельна, умна, решительна… Раньше Алексею такие не встречались.

А ещё у неё был «Фольксваген» в гараже.

У Алексея не было образования, а его работа была сомнительной и опасной. У него был армейский опыт, у него был купленный на краденые деньги костюм, у него было задание, и даже не одно. И задание перевешивало все достоинства Карины и все недостатки Алексея.

А ещё у него был пистолет с глушителем. И пистолет только что был снят с предохранителя.

Алексей не хотел стрелять в спину. Он подошёл поближе и громко сказал:

– Привет.

Карина обернулась, сначала нахмурилась, потом неуверенно улыбнулась.

– Привет. Ты чего здесь…

Это уже было лишним. Разговоры были лишними.

– Карина, – сказал Алексей и будто в один миг потерял голос. Он договорил фразу одними губами. Рука уже вытягивала из-за пазухи пистолет.

Девушка взвизгнула, и Алексей торопливо нажал на спуск.

6

Дюк аккуратно закрыл за собой дверь, обернулся и посмотрел на адвоката. Тот был огромен и суров, нависая над письменным столом как скала.

– Не мне вас учить, – сказал Дюк. – Единственная просьба – все сделать как можно быстрее.

– Я же не господь бог, – басом сказал адвокат.

– Разве? А так похожи.

Дюк вытащил бумажник и стал медленно отсчитывать купюры. Адвокат шевелил полными губами, ведя счёт.

– Хватит, – пробасил он через некоторое время.

– Они отказываются от государственного адвоката, нанимают вас, – Дюк проговорил вслух алгоритм действий. – Вы подаёте на изменение меры пресечения с ареста на подписку о невыезде. Их выпускают…

– Вот это вряд ли, – сказал адвокат. – Вы же представляете, что это за дело, кто за этим стоит…

– Я представляю, – сказал Дюк. – Но иногда бывает достаточно вежливо попросить. У меня такое предчувствие, что ваше ходатайство будет поддержано.

Адвокат что-то сомневающимся тоном пробурчал себе под нос.

– А потом вы будете очень долго знакомиться с материалами дела… – продолжил Дюк.

– Само собой. А что потом?

– У меня такое предчувствие, что дело начнёт разваливаться.

– Чтобы оно развалилось, надо, чтобы заинтересованные люди…

– Они потеряют интерес.

– А вы в курсе, что это за люди? Знаете, они просто так не отступаются…

– У меня такое предчувствие…

– Не продолжайте, – сказал адвокат. – А то я начну вас бояться.

– Не надо меня бояться. Как можно бояться того, чего нет? А меня здесь нет и никогда не было. Так?

Адвокат пожевал губами, убрал деньги в ящик стола и спросил:

– А если возникнут дополнительные расходы?

– Будут компенсированы в разумных пределах.

– Это все хорошо… Ну а если… Вас-то нет и никогда не было, а я-то всё время здесь. И меня могут прижать к тёплой стенке и спросить – какого лешего ты лезешь куда не надо? Что мне отвечать на такие вопросы?

– На такие вопросы не надо отвечать. Просто улыбайтесь. Счёт от стоматолога я вам тоже оплачу. Хотя моя интуиция подсказывает мне, что до этого дело не дойдёт…

– Интуиция – ваша, – сказал адвокат. – А зубы – мои.

7

Девушка взвизгнула, и Алексей торопливо нажал на спуск. Карина неуклюже сложилась пополам и упала на асфальт перед дверью гаража. Алексей выстрелил ещё раз и побежал назад, к джипу.

Мамонт уже стоял снаружи. У него была озабоченно-недовольная физиономия учителя физкультуры, который наблюдает за тренировкой своих не очень прилежных подопечных.

– Все, готова, – на ходу бросил Алексей.

– Я тебя чему учил?! Ты же ей в башку так и не попал, придурок! – Мамонт сорвался с места, извлекая из-за пояса «макаров».

– Разве? – удивлённо замер Алексей, проводил взглядом торопящегося Мамонта, вскинул «ТТ» и выстрелил наставнику в затылок. Мамонт споткнулся и рухнул наземь. – А теперь-то я не промазал? Молчишь? И правильно делаешь.

Это было сказано не без злорадства, но и без ненависти. Карина всё ещё лежала на земле, бледная и неподвижная.

– Карина? – сказал Алексей. – Уже можно.

Она не расслышала, и ему пришлось подойти к ней и помочь подняться. Карина отряхивала длинную юбку и жакет, пыталась трясущимися пальцами застегнуть раскрывшуюся сумочку.

– Все в порядке? – спросил Алексей.

– Да, – ответила она беззвучно, одними губами, совсем как Алексей минуту назад, когда он прошептал в широко раскрытые глаза девушки: «Падай!»

– Мне надо бежать, – сказал Алексей. – Зови людей, но сначала дай мне отъехать…

– А… – Карина кивнула в сторону Мамонта.

– Ты просто нашла тело. Ты не знаешь его.

– Л-ладно…

Он убрал руки с её плеч – это был успокаивающий жест, не более – и побежал к джипу.

– Лёша!

Он резко обернулся.

– Т-ты…

– Что?

– Т-ты позвонишь?

Господи.

– П-позвони мне, ладно? Как-нибудь п-потом.

Господи, да она совсем спятила.

– Да, конечно.

Мотор взвыл тоскующим волком.

Глава 31
Согласование позиций
1

– Думай, – говорил ему Дюк. – Думай и анализируй. Самое простое, быстрее всего пришедшее в голову решение – не всегда самое верное. Постарайся рассмотреть проблему с разных сторон. Подумай, не упустил ли ты чего. И сделай все это за три секунды. Привыкни к тому, что ты не услышишь голоса командира в наушнике и никто не примет верного решения, кроме тебя самого. Сила Конторы всегда была в том, что мы можем не только вломиться в здание толпой в полсотни человек и перестрелять все живое, мы также умеем выживать и действовать в одиночку. Если ты допустил ошибку и остался после этого жив – забудь об ошибке, не анализируй её, не грызи себя – для этого будет время позже. Сейчас забудь об ошибке и переходи к следующему этапу. Сосредоточься на нём, не забывая при этом о конечной цели…

Дюк много чего говорил, и Алексей надеялся, что он хотя бы отчасти последовал его урокам. Он взвесил на воображаемых весах задание и Карину – получалось, что Карину надо убрать во имя конечной цели. Это было самое простое решение. Тогда Алексей вообразил на весах другую пару – доверие Мамонта (полученное в результате убийства Карины) и исчезновение Мамонта. Что из этого будет полезнее для задания?

Ответом стала пуля в затылок Мамонту. Добавь Алексей даже немного доверия к себе, Мамонт всё равно будет таскать его рядом как щенка на привязи, воображая себя мудрым и опытным наставником. Это явно не поможет Алексею при выполнении задания. Возможно, ему даже понадобится убрать Мамонта. Так почему бы этого не сделать прямо сейчас?

Он сделал. И сейчас старался не думать, было это ошибкой или нет. Он просто ехал к месту встречи, откуда все потом должны были отправиться на склад.

Сбор был назначен в одном из городских офисов Фирмы, стандартном помещении со стандартным набором оргтехники и стандартно-успокаивающим цветом стен. На Харкевича этот трюк сегодня не действовал, он был взъерошен и весьма озабочен; он отдавал громкие распоряжения, отвечал на звонки, грыз карандаши и яростно чесал в затылке. Иначе говоря, он пытался соответствовать возложенной на него ответственности, однако почему-то от него исходило ощущение не порядка, а разрастающегося хаоса.

Отбросив очередной мобильник, он выцепил из множества движущихся людей Алексея и ткнул в него пальцем:

– Ты… А где Мамонт?

– Он сказал, что у него важное дело. Может, опоздает.

– Он что, рехнулся? – Харкевич только хотел возмутиться и проорать что-нибудь резкое и громкое. Но тут его снова позвали к телефону, он отошёл в сторону и больше не проявлял интереса к Алексею.

– Ты расскажешь мне об этом важном деле? – прошептал голос над ухом. Алексей вздрогнул. Морозова.

– Да. Конечно.

– Вот и славно. А я тебе расскажу о другом важном деле. Пойдём.

Она взяла его под руку и повела за собой, сдержанно улыбаясь. Харкевич проводил их рассеянным взглядом – Морозова выглядела сейчас как искушённая дама, увлекающая с собой молодого неопытного приятеля, чтобы посвятить его в некие деликатные тайны. Это было волнующе-непристойным зрелищем, и Харкевич ещё больше вспотел.

Это при том, что бронежилет пока лежал в чемодане. Будущий аукцион становился для Харкевича форменным кошмаром.

2

– Только без фокусов, – услышал Бондарев голос «бухгалтера». – Я имею в виду: держите себя в руках. Дело такое, азартное. Многие не выдерживают, срываются, начинают рвать рубашки на груди, лезут в драку…

– У вас же там наверняка будет охрана, – сказал Бондарев. – Они разнимут, успокоят, зашьют порванные рубашки.

– Само собой, – согласился «бухгалтер». – Но все равно неприятно. Знаете, вроде бы сидят солидные люди, и вдруг… Остаётся неприятный осадок. Кому-то из участников это настолько не понравится, что он не захочет больше с нами работать. Это убытки. Понимаете? Поэтому, если вы не уверены в крепости своих нервов, могу предложить кое-что успокоительное…

– Я справлюсь, – сказал Бондарев. – Но на всякий случай держите ваши таблетки наготове. Кстати, если вдруг мне посчастливится приобрести ваш товар… Как далеко распространяются ваши транспортные услуги? Хотя бы из Москвы вы мне его вывезете?

– А товар не в Москве, – сказал «бухгалтер». – Это слишком серьёзная вещь, чтобы подвергать её лишнему риску. Поэтому с вывозом проблем не возникнет. Мы поедем на тот склад, где вы уже были… Это не в Москве, хотя и рядом.

«Интересно, – подумал Бондарев. – Это он мне сейчас врёт, продолжает страховаться или как перед солидным клиентом может слегка пооткровенничать?»

Так или иначе, мини-вертолёт продолжал свой путь в летнем небе, машины наблюдения, сменяя друг друга, тоже держали след.

И в любом случае у них ещё оставался Алексей. Бондарев, правда, не знал – это слишком много или слишком мало.

А Дюк не мог его проконсультировать. Потому что был занят другими делами в совсем другом месте.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю