Текст книги "Двадцать семь эльфийских амазонок (СИ)"
Автор книги: Сергей Шемякин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 28 страниц)
Глава 2. Вторая. Катиэль. (Катя)
С утра Жора переоделся в форму. Ходить белым охламоном ему не улыбалось. Привесил награды. Нацепил на ремень нож и кобуру с пистолетом Стечкина. На голову, чтобы не напекло, повязал бандану. Элька его наряд одобрила. Ей самой, с утра раннего, девчонки принесли голубую вышитую ленту в ладонь шириной, она ее надела поверх своего обычного наряда. Получилась Екатерина великая, только без орденов на ленте. Жора, покопавшись в своих вещах, подарил ей красноармейскую звёздочку от пилотки. Пояснив, что это символ Армии, в которой он служил. Которая, не жалея своей крови (поэтому звездочка и красная) будет защищать мирный труд земледельцев и кузнецов, кующих армии победу. (Это он пояснил про Серп и Молот). Ну не гранату же ей дарить?! Элька была в восторге.
Подарок ей настолько понравился, что она тут же прицепила звёздочку на голубую ленту. Вышло красиво. Да и Жора был почти уверен, что такая брошка будет на Атлантиде в единственном экземпляре. Так они и вышли к своему народу оба со звёздами. Народ парадный выход оценил и одобрительно завыл. Ближе метра никто не подходил. Со скалы внимательно следила за Первой Матерью и Первым Принцем лучница, готовая в любой момент отразить нападение. Элиэль была при мече и кинжале. У Первого Принца вместо меча висела какая-то кожаная коробочка, в которой наверняка было неизвестное оружие.
Подошли Фериэль и Марисан. Командир прочитала два одинаковых донесения, практически передающие слова Принца. Магичка наложила заклятья не прочтения. Принесли в двух клетках голубей. Фериэль сама вставила донесения в пенальчики, Марисан взяла каждого голубя в руки, что-то пошептала над ними и выпустила с интервалом в несколько минут. Отсчёт пошёл.
Позавтракали. Ассортимент был тот же, мясо и лепёшки. После завтрака вместе с Марисан пошёл к раненым. Девчонки были ранены гранатой, которую подорвал Кадыр. Поскольку его накрыли сетью и прижали к земле, все осколки пошли по низу поразив ноги и руки. Основную массу осколков от гранаты Ф-1 он принял на своё тело. Отчего плохо заживали раны, Жоре сразу стало ясно. Раны прочищены, покраснений нет, но осколки не вынуты. Он объяснил Марисан причину плохого заживления и пошёл за пинцетом и перекисью. Девок было жалко. Одной осколок вообще вспорол всю ногу, хорошо, что с наружной стороны, а то бы истекла кровью до того, как доставили к магичке.
Он показал целительнице пинцет, промыл его перекисью, чтобы не занести заразу и спросил:
– Ты можешь обезболить, пока я вытаскиваю осколки?
– Да, конечно, Первый Принц, – сказала магичка.
Пинцет был медицинский, узкий, с маленькими острыми выступами на кончиках. Сержант держал его специально для таких целей. Им можно было прозондировать рану и вытащить пулю.
Девчонки балдели и строили ему глазки. Как же – Первый Принц их лечит. Одна была особенно хороша. Рыжеватая блондинка с полными влекущими губами. Жора справился за двадцать минут, вытащив пять осколков. Залил раны перекисью и предложил забинтовать, но Марисан отказалась. Над каждой раной она что-то бормотала и водила руками. Покраснение вокруг растревоженных ран исчезало на глазах. Осколки девчонки разобрали на память.
После раненых, вместе с Фериэль, сержант начал осмотр позиции. Залез на помост, залез на скалы, осмотрел подходы у реки. Если на скалы подняться снаружи было трудно, как и на частокол, то подход от реки был свободен и без всякого ограждения. Можно было переправиться через реку, или спуститься на лодке или плоту по течению, с выходом сразу во внутрь крепости. Ответ Фериэль, что они на лугу перестреляют всех до того, как они доберутся до реки, Жора отмёл сразу, одним вопросом: А если их будет две сотни?
– Наши луки бьют на полсотни шагов дальше чем у орков, – упёрлась было командир полусотни. – Мои лучницы подготовлены по первому разряду и могут держать в воздухе четыре стрелы, не слезая с седла! – горделиво заявила она.
– Ты не обижайся, Фериэль. Давай просто посчитаем, – сказал сержант. – Орки ведь тоже воюют на лошадях?
– Да, все расы, кроме нагов, предпочитают воевать в конном строю. Змеелюдям очень неудобно, не имея ног, держаться на лошади, практически невозможно.
– Видишь слева и справа от луга на той стороне реки лесочки?
– Да вижу, – сказала командир.
– Представь, что оттуда выскочило по пятьдесят орков. Через сколько времени они окажутся перед крепостью?
– Через четыре удара сердца!
– Смогут ли твои лучницы за четыре удара сердца перестрелять сотню орков?
– Нет не смогут! В лучшем случае два – три десятка.
– А теперь я делаю вывод: Через четыре удара сердца семьдесят уцелевших лучниц орков окажется напротив крепости и делают залп по твоим амазонкам. Оглянись и скажи, сколько они убьют девчонок сразу?
– Практически всех. Они ничем не защищены и не закрыты. Ну может быть кто-то уцелеет, прикрывшись щитами.
– То есть через шесть ударов сердца с нами будет покончено. Затем орки переплывут на конях реку и добьют уцелевших. Правильно я рассуждаю?
– Да, правильно.
– А наша задача эту сотню орков перебить, и не понести при этом потерь. Поэтому первое решение, которое само напрашивается перекрыть этот участок, который не защищён, стеной.
– Этот частокол, который прикрывает участок между скал, – показала Фериэль, – делали в течение двух недель. Делала специальная полусотня у которой был инструмент. У нас имеется две пилы, четыре топора и четыре металлических лопаты. Нам такая работа не по силам, тем более нет навыков.
– Значит будем делать плетень, – решил Штыковой. – Это быстро и просто. Стрелу всяко удержит. Отправляй разведку из четырёх человек пусть проверят округу в радиусе лиги и не дальше. Выдели десяток для заготовки материалов для плетня. Это охапки длинных гибких веток и жердей, примерно вот такого диаметра, – показал Жора пальцами. – Жерди должны быть на локоть длиннее амазонки. Как делать плетень я покажу. Жерди втыкаются в землю, расстояние между ними переплетается ветвями. Для перевозки используйте верёвки и лошадей. Да, кстати, у вас есть тяжёлый молоток или кувалда?
– У кузнеца полусотни Яриэль есть походный горн и все необходимые инструменты.
– А вот это просто здорово, – сказал Жора, может пригодиться, если есть металл. А пока выдели мне двух амазонок с лопатами. Откопаем несколько земляных укрытий, которые называются окопами. Потом вели принести всё вооружение, снятое с погибших воинов мне в шатёр. Будем разбираться, что у нас есть. Присутствие твое и Марисан обязательно. После того как отдашь все распоряжения.
– Мне всё понятно, Принц Георгий, сын Виктора из рода Штыка.
– Да, забыл спросить, у вас есть связные амулеты?
– Да есть четыре штуки. Все завязаны на Марисан. Связи с городами нет.
– Надо будет выдать их разведчикам и той группе, которая пойдёт заготавливать материал для плетня. Вдруг кто-то уже крутится возле лагеря.
– Это в обязательном порядке, – сказала Фериэль и убежала раздавать приказы.
Работы по укреплению крепости начались. Жора показал, где рыть окопы под пулемёт, наметил амбразуры для автоматчика в частоколе. Заставил оборудовать два пулемётных гнезда на скалах. Одно прикрывало частокол и линию скал, второе пляж у реки и вторую линию скал. Местоположение второго было особенно удачным – на двадцатиметровой скале, стоящей в тридцати метрах от берега. К пулемётчику не подобраться. Через час два десятка лошадей доставили первый материал. Когда девчонки поняли, как делать плетень, работа пошла быстро. Пятеро ездили на заготовки, пятеро вбивали колья и плели плетень. Колья вбивали прямо с коня, лихо махая кувалдой. Запросив у кузнеца два десятка гвоздей, Жора их получил и показал, как ставить на плетень упорные раскосы, чтобы его не опрокинули лошадьми. Лучницам предложил самим выбрать, делать ли отверстия в плетне, чтобы через них было можно стрелять, или делать подставки, чтобы можно было вести огонь поверх заграждения. Девчонки мысль поняли и сделали и то и другое. К обеду укрепление стояло, закрыв обзор внутри крепости. Фериэль специально переправилась на ту сторону реки и всё обсмотрела. Придумка принца была отличной. Видно было только амазонок на скалах, но до них было далеко и попасть можно было только из эльфийского лука. И то, если встанут. Окопы примыкали к плетню и амбразуры позволяли поливать весь луг и реку из пулемёта. И даже стрелять из лука. Девчонки окоп рыли под себя, чтобы можно было развернуться.
Обед был хорош. Марисана не забыла, и ездившие за ветками амазонки подстрелили дичь. Жоре достался здоровенный кусок поджаренного мяса, и ещё целая груда лежала на блюде. Всё лучшее для Принца и Первой Матери.
Элиэль отвели целую палатку от погибшего десятка. Девчонки стащили туда всю мебель, которая была, ковры и всякие прибамбасы. Вход украсили зеленью и лентами. Приглашённый Жора интерьер оценил вполне положительно.
После обеда руководители отряда и Первая Мать собрались в шатре у Жоры. Оружие уже лежало там. Вход охраняла полностью вооружённая амазонка.
– Значит так, красавицы мои. Вы составляете командование отряда. Ваши жизни для боя наиболее ценны. Поэтому сейчас будем изучать оружие, которое поможет вам эти жизни сохранить.
Он выложил на стол три кобуры, сняв одну со своего пояса.
– Ничего пока руками не трогать, я сначала объясню и покажу. Это оружие называется пистолет. Сделал его кузнец Стечкин. Оружие предназначено для ближнего боя, убивает врага на пятьдесят шагов. Оно многозарядное. Внутри имеется колчан на двадцать стрел, – вытащил Жора магазин. – Вот такой маленький колчан. В нем двадцать стрелок, которые называются патрон. Патрон состоит из гильзы и пули, – выщелкнул он три патрона и дал каждой в руки. – Летит вот эта маленькая стрелка с полукруглым концом, называется пуля. Можно ранить врага и на триста шагов, если попадёшь конечно Пуля летит на триста пятьдесят шагов. Это просто кусочек металла.
– Он как кусочек золота, Жора, – сказала Элиэль.
– Да похоже, но это просто обыкновенная латунь, смесь олова и меди.
За час Жора рассказал им приблизительно устройство пистолета, заставил разобрать и собрать, научил набивать магазин патронами, показал, как целиться и готовиться к стрельбе. Несколько минут потратил на обслуживание и чистку. Потом вручил каждой по кобуре и сказал:
– Я вам дарю это оружие и попробуйте только не уцелеть в битве!
Амазонки встали и поклонились.
– А сейчас пойдём стрелять, чтобы вы поняли, что это такое и научились палить в цель не задумываясь.
Вышли из палатки пошли к скалам. Жора захватил толстый пенёк, срез которого должен был послужить мишенью. Стреляли по одной. Сериями по три патрона. Сначала Элечка, потом Фериэль, потом Марисан. У всех результаты были отменными. Что значит твёрдая рука и верный глаз. Девять патронов с пятидесяти шагов в пенёк не промазала ни одна. Жора их только нахваливал и исправлял мелкие огрехи. Из пистолета попадать не так-то и просто. Здесь нужны навыки и систематическая стрельба. У девчонок горели глаза, и они бы выпалили всю обойму, если бы Жора их не тормозил. Издалека смотрели любопытные. Фериэль к стрельбищу подходить запретила. После каждой серии выстрелов, сержант замазывал пробитые дырки глиной. Отстрелявшись, Принц велел, отсоединить магазины, проверить отсутствие патрона в патроннике, и повёл счастливую троицу к себе в шатёр. Посадил их чистить оружие, а сам выгреб все патроны для пистолета и пересчитал. Патронов было не так и много. Примерно по двести штук на брата. Дал каждой по сто тридцать штук, оставив чуток в загашнике. Прекрасно понимая, что девки не удержатся и половину выданного боезапаса наверняка втихаря расстреляют. Приказал набить в магазин патроны, вместо расстрелянных, и выпроводил счастливых обладателей пистолетов Стечкина из своего шатра. Пора было приступать к выполнению сексуальных обязанностей. Эля сказала ему что Катиэль и Натаэль из её десятка, готовы скрасить его одиночество.
Две симпотные девахи крутились перед шатром.
– Кто на очереди первый – заходи! – дал команду Принц.
– Я Катиэль, – представилась амазонка. Первый мужчина у меня уже был.
– Ну и как тебе показалось в первый раз? – провёл он девчонку к кровати и усадил на неё.
– Очень быстро и чуть больно. Я даже толком и не поняла ничего. Вышла потом и думала, за что отдала десять золотых? Тем более забеременеть не удалось.
– Ты давай раздевайся потихоньку и рассказывай о своих ощущениях.
Катька начала раздеваться. Сложена она была, как и все эльфийки великолепно. Буфера были здоровыми, размера четвёртого. Задница отчаянно круглая, живот плоский, ножки длинные и крепкие с изящными икрами. Класс в общем девчонка. Драть и драть.
– А рассказывать, особо и нечего, полторы минуты вся процедура. Приказал мне лечь и раздвинуть ноги. Сам лёг сверху и вставил свой отросток. Сделал раз десять туда-сюда, я почувствовала, что что-то из него вылилось. Заухал и полежав на мне двадцать ударов сердца слез и сказал, что могу быть свободна.
– Это тебе какой-то проходимец попался, – сказал он, раздевшись и начиная гладить девушку.
– Да нет, сказали опытный самец. Мать договаривалась и деньги платила.
– А десять золотых это много? – спросил Жора, начиная ласкать её полные груди.
– Очень много. Амазонка получает один золотой в месяц, десятница – два, полусотник – четыре, сотник – десять золотых. Чтобы скопить, обычной амазонке надо три года одними сухарями питаться и ничего не покупать.
«Крутая тут у них кабала», – подумал сержант.
– Ложись-ка радость моя и подставляй свои пунцовые губки, – сказал Жора заваливая девчонку на постель. Он пристроился сбоку и начал её целовать, тихонько теребя сосок. Катька целовалась охотно, видно сведения расползались между клиентками мгновенно. И начала потихоньку заводиться. Жора добрался одной рукой до эльфячьего ушка и начал пальцами гладить с внутренней стороны. Девчонка засопела сильнее и впилась в его язык. Тогда Жора сел ей чуть пониже груди и дал губкам коснуться члена. Загнал своего бойца между сисек и легонько их сжал вместе. Катька сама своими руками сжала груди сильнее, а он ухватил её за оба уха. Шея её, получив позыв, мгновенно согнулась, и Жоркино хозяйство оказалось прихвачено губами. Язычок усиленно полировал головку, и сержант понял, что если сейчас не выскочит из этого нежного плена, то не удержится и спустит прямо в эти сладкие губы. Он потихоньку отстранился и начал спускаться вниз. Ноги у девчонки уже были раздвинуты. Жора начал судорожно подсчитывать, сколько же осталось патронов к пистолетам, и сколько обойм ими можно набить. Напряжение на конце чуть спало, и сержант занялся девчачьим клитором, нащупав его пальцами и массируя по часовой стрелке. Катька сжала ногами его руку и начала подвывать. Щелка стала влажной. Ухватив второй рукой её за ухо, он потянул его вниз, заставляя девчонку изогнуться вбок. Ей было больно, это Жора чувствовал отчётливо. Зато рука в промежности освободилась, и он начал гонять пальцы сверху вниз, вдоль щелки, доставая до самого ануса. Девчонка уже истекала соками, ожидая, когда же в неё всадят член. А Жора всё не мог решить, то ли лечь сверху, толи взять её сзади. Второе желание пересилило. Он перевернул её на животик, сжал несколько раз аппетитные булочки, приподнимая ей зад, и наконец, всадил своего гвардейца. Она не кричала. Только громко стонала. Тогда Жора влепил ей по заднице ладонью, не очень сильно, но чувствительно. Катька ойкнула. Он влепил ей ещё раз. Она ойкнула сильнее. Он схватил её за волосы и начал задирать голову вверх. Девчонка заорала от боли и откинула её на спину. Наконец-то он умудрился достать и сцапать одной рукой её за ухо. Вот теперь она орала по-настоящему, от боли, от секса, от всего что с ней творили. И оргазм пришёл, мощный, сильный, взрывной. Катька завыла как сирена, завертела задом, пытаясь насадиться как можно глубже. Жора вдавился насколько смог и ударил в матку горячей струёй. Девчонка ойкнула, разогнула колени и бессильно распласталась на кровати, дергаясь всем телом. Жора свёл своими коленками ей ноги вместе, и стал качаться на её круглых булочках, пока член не стал как тряпка и сам не выпал из промежности. Мужику очень удобно лежать на нежных и мягких женских булочках. Кто не верит, пусть сам попробует. Сержант встал и не подмываясь, повернул Катеньку на бок и дал ей свою тряпочку в губы. Она, ничего не понимая и вздрагивая от пережитого, зачмокала. Он стал ей гладить обиженное ушко. И оно, из поникшего, как у новогоднего зайца, снова стало приподниматься. Да и боец, возбужденный её посасыванием, тоже начал приобретать воинственный вид. Её закрытые глазки приоткрылись, блеснув прозрачной серостью и Катька вцепилась в член по-настоящему, поняв наконец, что у неё во рту. Боец, поняв, что им заинтересовались, тоже не спасовал и занял положенную стойку.
– Не болит ушко, – спросил Жора, перейдя пальцами на полушария грудей.
– Нет, Принц, не болит. Я теперь поняла, что тот самец действительно был проходимец и ничего не умел.
– У вас косы заплетают?
– Да конечно. Коса у женщины обозначает, что у неё есть свой постоянный самец. Это обычно уважаемые и богатые женщины. Чтобы содержать самца нужны немалые деньги. Но и молодые бывает плетут, приманивая таким способом удачу.
– А две косы? – спросил Жора.
– Две косы ничего не обозначают. Содержать двух самцов запрещено законом.
– Я пошел умываться, а ты зови подружку, – поможешь ей заплести две косы.
– Мне уходить?
– Пока нет. Если сил хватит, займусь тобой ещё раз. Уж больно у тебя попка красивая, да и сама ты вся аппетитная.
Глава 3. Третья. Натаэль. (Наташка)
Натаэль, наверное, была самой низенькой из всех эльфиек. Ростом метр восемьдесят, аккурат с Жорку. Назвалась девушкой. Пришлось смотреть. Плевра была только по краям, разойдётся как миленькая. Щель здоровая, как у всех низкорослых. Это только дилетанты думают, что у девок там всё одинаковое. Бог, он ведь когда женщин делал, забыл им вовремя щелки сотворить. Мужики с отростками бегают, а засунуть некуда. Подумал тогда Бог, посадил помощника с топором в яму и заставил всех женщин через яму пробежать. Они бегут, а помощник топором тюкает– щелки рубит. Вот и вышли они у всех разные: у высоких маленькие – не дотянулся рубщик, у низких – глубокие, хорошо приложил. И по месту у всех разные: у одних ближе к животику, у других – посередине, у третьих ближе к аналу.
У Наташки влагалище располагалось у живота. Это для мужиков дополнительное удовольствие. Ты её натягиваешь и пузом чувствуешь, как твой боец там, под тонкой стенкой, ёрзает. Раздели, заплели ей вдвоём две косы. Одну Жора, вторую Катиэль. Жорка попробовал – в руки здорово ложатся, как родные. Пока её нагишом обихаживали, Наташка уже и поплыла. Жора её честно нацеловал, ушки обласкал, клиторок погладил, булочки помял. Хорошая девчонка, ладная, грудка только второй номер, с Катькиной не сравнить. Но сержант был не любитель больших грудей. Грудку он тоже исцеловал вдоль и поперёк. Положил на спинку и вогнал агрегат. Парень, почувствовав, свежее мясо рвался вперёд как безумный. Наташка кричала хорошо, зазывно, подстёгивая бойца. Два оргазма подряд, а Жора ещё не спустил. Только на третьем, когда щель у неё от таких упражнений опухла, плотно охватив член, он разрядился. Девчонка лежала неподвижно, закрыв лицо руками и прикусив губку.
Жора продолжал её гладить, пока её не отпустило. Глазки у девочки весело блестели цветом василька. Синим-синим. Две светлых косы, огибая торчащие торчком уши спускались до бёдер. Хороша малышка. Жора приказал ей лежать, сам пошёл подмываться. Катька сидела на табуретке, раскинув ноги, и Жора заметил на её половых губах капельки росы. Он подмылся и вернулся опять к девчонкам.
– Так, сказал сержант. Сначала приведём бойца в надлежащий вид, – сказал он и дал его Катерине в губы. Та радостно заработала языком.
– Присоединяйся, позвал он Нату. Та бодро соскочила и стала помогать с другой стороны. Жора стоял, боец тоже начал подниматься.
– А теперь девочки легли животиками на кровать, а попки мне подставили. Рядышком друг с другом.
Попки были разные. Круглая как по циркулю выписанная у Катеньки, вытянутая с плавным переходом в талию у Наташи. Обе аппетитные. Но у Наташки было две косички. Обласкав два задка и щёлочки руками, и почувствовав, что девчонки готовы, он взялся за Наташкины косички и засадил. Та сразу взвыла. Одно дело, когда сверху, другое дело, когда сзади. Оргазм у неё начался почти сразу. Жора еле успел выскользнуть, доласкивая руками. Катерину он тоже прихватил за волосы. Дырочка у неё была туже. Второй оргазм она получила легче, Жора тоже кончил. Полюбовавшись девичьими попками, он дал им команду, умываться и одеваться. Рандеву с Принцем закончилось.
У палатки уже стояла группа поддержки.
– Приветствуем Натаэль, ставшую женщиной от Первого принца! – прокричали болельщицы. Та радостно зарделась.
– Приветствуем Катиэль, узнавшую настоящего мужчину.
Катька улыбнулась во все тридцать два зуба, довольная как кошка.
Подошла Марисан и прикоснулась своим магическим прибором к животу Катиэль. Прибор зажёг зелёный огонёк. Толпа радостно заорала. Потом затихла, когда магичка коснулась живота Натаэль. Огонька загорелось два. Опять началась буря эмоций. Девчонок поздравляли с беременность.
– Я подумаю, чем отдарить Принца за двойню, – сказала Наташа, низко поклонившись. – Род Золотой стрелы мне поможет.
Марисан коснулась другим амулетом сержанта, амулет пискнул, но слабо.
– На сегодня вам больше нельзя дарить семя, Первый Принц, – сделала она вывод.
Жора согласно кивнул.
Вечером, перед ужином, вернулась разведка. Постороннего присутствия она не обнаружила. Фериэль удвоила на ночь посты охраны выставив шесть человек. Все разошлись по палаткам. Элю он к себе не пригласил и спать пришлось одному. Всё оружие он на всякий случай почистил и, снарядив все магазины патронами, уложил в сундук. Гранат оставалось четыре штуки. Работ на завтра предстояло много. За день, руководя работами, имена половины девчонок он выучил. Они только казались похожими друг на друга. Да, все они были на взгляд землянина красавицами, но ослепительно красивыми было всего две: раненая Лораэль и лучница в охране Кираэль (не считая Марисан). Перед этими двумя мужчина должен стоять по стойке смирно. По внешнему виду они тянули на королев. Но королевы, как известно, в армии солдатами не служат. Жора на них, что называется, положил глаз. Сержант затребовал список личного состава в порядке жеребьёвки и вместе с Марисан и Фериэль его написал. Сбоку проставил должности и специальности. Кираэль значилась пятой. Раненые шли вне очереди, но только после полного излечения, с разрешения Марисан. Все девчонки смотрели на него с восхищением и надеждой, что он и их одарит детьми. Лишь один раз он почувствовал враждебный взгляд лучницы, стоявшей на посту на дальней скале.
