Текст книги "Двадцать семь эльфийских амазонок (СИ)"
Автор книги: Сергей Шемякин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 28 страниц)
Жора понял только одно, что у девок есть прибор, определяющий беременность. И первый заход оказался удачным. Наконец Марисан отлепилась от него и подняла руку:
– Я, Марисан, из рода Зелёной ветки, обещаю Георгию сыну Виктора из рода Штыка построить ему дом в любом городе или месте им выбранном на территории Элистана в честь зачатой двойни. Клянусь праматерью!
Бабы заорали второй раз, а Жора понял, что два зелёных огонька на приборе – это две новых жизни! Вину за собой он чувствовал. Всё-таки двадцать девиц-красавиц они убили. Знали бы о таких делах, сдались бы в плен всей группой. Женатых в отряде старшего лейтенанта Михеева не было.
Жора отдыхал с часок, проинструктировав, что все кандидатки должны быть чистыми, подмытыми, приятно пахнуть. Воду подавать тёплую, о том, что девственница, предупреждать сразу. Полезными советами Марисана поделится. Его тут же поправили, что не Марисана, поскольку имя означает девушку мага, а Марисан – женщина маг. Объяснили, что приставка к имени «сан» – означает маг. Также как приставка «эль» в конце имени означает воин.
«А я-то думаю, что это у них все имена на «эль» кончаются?» – удивился про себя сержант.
– Марисан, – спросил он у магички, – а у вас еда всегда такая, как на обед давали?
– Когда в походе, то да. В поселениях и городах подают разные разносолы.
– Надо будет завтра на охоту сходить. Живность или птица наверняка какая-то водится? Надоело уже в сухомятку питаться, тем более здесь. Супчика хочется. Или ушицы.
– Я скажу Фериэль, она пошлёт лучниц, дичь завтра набьют.
Жоре принесли перекус, он поел и его повели в шатёр, где ему предстояло жить. Шатер был хорош, состоял из трех помещений, отделённых шторками. Лежак был здоровенный и занимал половину одной комнаты. У входа стоял столик и два кресла. На лавке лежали полотенца и стояли ведра с водой. Жора сунул руку – вода была тёплой. Одна комната была затянута толстым ковром, там же стоял деревянный сундук с вещами сержанта. Не было только оружия.
Первой кандидаткой от отряда Фериэль числилась Элиэль. Это её пятёрка взяла пленника и шла в первую очередь. Остальные, включая Фериэль, бросали жребий. У командира был десятый номер. Жора сразу во всеуслышание заявил, что пусть не волнуются, переспит со всеми. Времени полно, а здоровья у него много. Хватит на всех.
– Давай, Эля, раздевайся и не стесняйся, – сказал девушке сержант, порадовавшись, что девчонка с задорными фиалковыми глазами оказалась первой из списочного состава.
– Ты этого не знаешь, конечно, Жора, но поостерегись называть девчонок короткими именами. Называя девушку коротким именем, ты даёшь ей понять, что не против видеть её в качестве постоянной жены. Элиэль раздевалась, а Жора прохаживался вокруг неё рассматривая свою новую любовницу. Если Марисан была блондинкой с ярко зелёными глазами, то Эля была жгучей брюнеткой. Грудь третий номер. Фигура не стандартные для Земли 90 – 60–90, а сто – пятьдесят – сто. Идеальная гитарка, на которой только играть и играть. При двухметровом росте, сложена была великолепно. В шатре было темновато, плотный материал плохо пропускал свет, да и день уже пошёл на вечер. «Часов семнадцать уже». Сегодня сплю с Элей!» – решил сержант. Он высунул голову из шатра и попросил света. Тут же прибежала амазонка и сломала две каких-то палочки, которые начали светиться, а разгоревшись вполне заменили сто ватные лампочки. Вот теперь десятницу было видно хорошо. Загорать девки видно не загорали, кожа была белой и светилась чистотой и молодостью.
– Знаешь, Эля, мне нравится называть тебя именно так. У тебя очень красивое имя: Эля, Элечка. Радость ты моя с фиалковыми глазами! В жёны пока не приглашаю, но даже дотронуться до тебя сплошное удовольствие. Мои коленки до сих пор помнят упругость твоей грудки, а моя попа твои шаловливые пальчики.
Девчонка густо покраснела:
– Я девушка, – сказала она. – С мужчиной ещё не была.
– Ну так это и отлично, – сказал Жора. – Ложись вон на кроватку, я посмотрю, каковы эльфийские девственницы.
Элиэль прошагала по ковру и улеглась на кровать. Целых два метра счастья, нежности и простодушья. Она согнула ноги в коленях, Жора присел рядом и расправил складочки половых губ. Волос на пирожке, как понял сержант, у эльфиек не было вообще. Всё гладенько, ровненько и красиво. Девственная плевра имелась. Два отверстия с центральной перемычкой. Жора погладил её пальцем, она недовольно задрожала, надёжно прикрывая вход во влагалище. Но толстой сержанту не показалась.
– Будет больновато в первый момент, – сказал он, погладив её по ножке, но вполне терпимо.
– Мне Марисан пилюлю дала, чтобы боль заглушить, но я всё равно боюсь. Нет не боли, а самого действа и того, что не забеременею. Мы четыре года готовились, чтобы удостоиться чести пробиться в ловцы. Остался последний шаг, и мне страшно, что будет неудача.
– А вот за это ты не переживай! Наоборот надо настраивать себя, что всё получится. А оно получится обязательно. Я всё-таки снайпер, а не кто-нибудь.
Жора обнял девушку и начал целовать, нежно и ласково. Губы у Эльки отдавали земляникой. Сладкие и нежные губы. Он никуда не торопился. Его рука гладила грудь, животик, спустилась вниз, но как только он коснулся клитора Эля настороженно сжала ноги. Тогда он продолжил ласкать её тело выше. Поцеловал несколько раз в длинную шею, начал пальцами теребить сосок, сдвинулся к ушкам, осторожными движениями освободив их от волос и достав на божий свет эльфийские ушки, нежные и розовые. Он прошёлся по левому уху языком, и девушка сразу энергично задышала. Жора прошёлся ещё раз и ещё. Потом захватил губами самый кончик и стал посасывать. Эля заметалась и начала стонать. Жора спустил руку ниже к самой промежности, поджатые в коленях ноги раздвинулись в сторону, пропуская ладонь. Он нежно погладил складочки и ноги раскрылись ещё шире, подпуская уже к самой щелке. Указательный палец нашёл клитор и стал его ласкать, катаясь вокруг язычка. Эля задергалась и начала стонать громче. Жора сжал ей грудь и вцепился в ушко легонько зубами, эльфийка завыла, подойдя к оргазму. Сержант соскользнул вниз, несколько раз ударил по клитору членом, ища вход и вцепившись в сосок груди губами, резким толчком загнал свой штык в девушку. Она только ойкнула и заголосила в полный голос, обхватив его ногами. Жора несмотря на сопротивление и желание оттолкнуть вогнал своего бойца до конца. Видно все нервные окончания у Элички были во влагалище. Начался затяжной оргазм. Девчонка металась во все стороны, ничего не соображая. Жору мотало как на БТРе, попавшим в колдобины. Он не выдержал и выстрелил, застонав сам. Крик прокатился по окрестностям. Сержант, несмотря на то, что его инструмент чуть сдулся, продолжал двигаться и девчонка продолжала орать и метаться. Самоё большое удовольствие для мужчины – это женский оргазм. Когда женское тело бьётся у тебя в руках – взлетаешь на недосягаемую высоту. Для того и нужен мужик, чтоб женщина билась в его крепких руках. Только тогда чувствуешь себя настоящим мужчиной. Сознавая, что эта женщина сейчас принадлежит тебе, и никому другому, и ты чувствуешь все извивы и взбрыки её тела. Жора резко увеличил частоту фрикций, двигаясь в бешенном темпе, совершая маленькие мелкие движения, как кролик. Девчонка завыла на одной ноте У-У-У-У-! и, наконец, взорвалась настоящим выплеском своих соков. Жора почувствовал, как по ноге и яйцам у него потекло. Через секунду он выстрелил свой второй патрон тоже. Оба затихли. Она распласталась под ним постоянно всхлипывая и вздрагивая от остатков эмоциональных переживаний. Он тоже вложился по полной.
Полежав секунд тридцать на успокаивающейся девушке, Жора погладил её по личику и тихонько сказал:
– Я сейчас из тебя выйду, Элечка, а ты, перевернёшься на животик, ножки сожмёшь и встанешь на коленочки, чтобы попка была выше головы и ничего из тебя не вытекало. Поняла моя радость?
– Да, Жора, – ответно погладила она его по спине.
Сержант одним движением вытащил увядший агрегат и скатился с девчонки. Она тут же свела вместе раскинутые ноги, принимавшие мужчину, повернулась на живот, показав свою аппетитную попку и встала на колени, продолжая голову держать на застеленном ложе.
– Всё правильно, – сказал Жора. – Побудь в такой позе минут пятнадцать, чтобы всё проникло куда надо.
Сам он поднялся и пошёл в первую комнату подмываться. Встал в таз, и полил на перчик водой из ковшика. За шатром он слышал какие-то возбуждённые голоса, но смысл разобрать не мог. Девки все отреагировали на вопли и крики из шатра по-разному. Одни испугались, жалея Элиэль, терпящей нестерпимую боль, вторые наоборот возбудились, представляя себя на месте счастливицы. Марисан поясняла некоторым, почему десятница так неистово орала.
Сержант вытерся полотенцем и опять вошёл в спальню. Девчонка в коленной позе была великолепна. Оттопыренная аппетитная попка, изгиб талии, налитые груди, грозящие проткнуть сосками ложе, и грива черных волос, закрывавшая спину. Об Эличкиной груди можно было петь дифирамбы. Жора первый раз видел такую форму. Такая форма ему не попадалась. Хотя и половой опыт у него был не особо богат – с десяток женщин. Если взять два серпа, приложить концами друг к другу, а потом сдвинуть градусов на десять, то получится примерный профиль. И верхняя и нижняя линия была вогнутая. Поэтому соски задорно смотрели вверх, когда девушка стояла. Она ему нравилась.
– Развернись ко мне, красивая моя, – попросил Жорик.
Эля тут же развернулась головой к нему, уставившись на его поникший перчик.
– Потрогай его ручкой, я вижу тебе хочется, и попробуй язычком на вкус.
Эля осторожно вытянула руку и обняла пальчиками член. Сегодня она впервые увидела мужской отросток и когда Жору купали, дотронулась до него. Сейчас ей представляли такую возможность вторично.
Член был горячим и, под её ласковыми пальчиками, начал пульсировать и увеличиваться в размерах. Показалась розовая головка. Сержант чуть приблизился и Эля коснулась её язычком. Сначала робко, один разочек, потом обежала его кончиком языка вокруг.
– Жора, а он у тебя солёненький, – подняла она на него свои фиалковые глаза.
– Ну и славно, можешь взять его губами. Ему нравятся женские губки. Он от них сразу вскакивает и набирается сил.
Эля втянула его губами и стала ласкать языком уже более смело.
– Тебе не больно? – спросил сержант, ласково поймав её за ушки. Девчонка помотала головой, продолжая забаву. Она распалялась, Жора тоже. Он потянул её голову на себя, поблагодарив природу за то, что создала такой прекрасный инструмент, как эльфячьи уши и процесс пошёл. Он даже несколько раз проник ей в горло, потянув сильно и загнав член до самых яиц. Почувствовав, что вот-вот сорвётся, вынул бойца изо рта, развернул девчонку к себе попкой, опустив её коленки на пол и ворвался в тесную щёлку. Эля сразу начала стонать, но он её не жалел. Драл как положено. Зацепив крепко рукой за волосы и всаживая клинок по-настоящему. От грубой силы, вонзившейся в чрево, девчонку пробило на оргазм через минуту. Сержант кончил следом, дождавшись победного вопля от партнёрши. Он поласкал её немножко, шепча в ушко ласковые слова. Обшарил руками её груди и попку, доласкивая, то что не удалось в процессе схватки. И поднялся, потянув её за собой.
– Всё, Элечка, пойдём умываться. Потом ужинать. Спать сегодня будешь у меня. Чтобы я не замёрз.
Они умылись, оделись и вышли из шатра. В пяти метрах от входа опять стояла толпа. Жора взял девчонку за руку:
– Не волнуйся, всё у нас получилось!
– Приветствуем Элиэль, ставшую женщиной! – прокричал дружно отряд, поздравляя с важным событием в жизни каждой гражданки страны – с первым мужчиной.
Из толпы вышла Марисан и коснулась своим амулетом живота девушки пониже пупка. Все напряжённо застыли.
Зелёный огонёк не загорелся. После паузы загорелся красный.
«Блядство!», – выругался про себя Штыковой, огорчаясь за Элечку.
Марисан подняла вверх прибор, и все увидели горящий красный глазок. Мгновенно толпа замолкла, потом ахнула и опять наступила тишина.
Марисан первая опустилась на колени, за ней все остальные амазонки и склонили головы. Жора видел, что по лицам всех девиц текли слёзы, но ни звука не вырвалось из стиснутых губ.
Опять произошло что-то неожиданное. Жора так и не смог решить загадки пока не поднялась Марисан.
Она отвесила Элиэль поклон и громко сказала:
– Приветствую Первую Мать Элистана! Бог даровал тебе сына!
Сержант не заметил, как отряд перестроился в ровный строй, укрывшись щитами:
– Здравица Первой Матери! – выкрикнула Фериэль команду и взмахнула кинжалом. Строй тут же прокричал:
– Славься, Первая мать!
После этого, все трижды ударили рукоятками кинжалов в щиты. Прозвучало грозно.
– Ты дала нам надежду!
Ещё трижды загремел металл от мощных ударов.
– Здоровья тебе и твоему сыну!
Четыре лязгающих удара завершили здравицу.
– Разойдись! – прозвучала команда Фериэль. И строй рассыпался, взорвавшись восторженными криками.
Жора девчонок понимал: триста пятьдесят лет не рождались мальчики, а тут вдруг появился. Понимал он и другое, что такое событие станет известно всем. И будет, как всегда, грызня. Это, как будто, у эльфов появилась атомная бомба, а у других пока её нет. Будут охотиться и за Элей и за ним. Все будут стараться заполучить самца, от которого могут рождаться пацаны. Не дать родиться эльфёнку, от которого будет возрождаться род мужской. Да и свои могут воткнуть нож, в зависимости от политических раскладов. «Надо будет поинтересоваться, как у них власть тут устроена», – подумал сержант.
Они с Элей так и стояли вдвоём, взявшись за руки. К ним подошла Фериэль и Марисан.
– Георгий сын Виктора из рода Штыка, – начала командир. – День клонится к закату, пора хоронить павших. Как прикажешь похоронить воинов, пришедших с тобой из-за кромки? Мы не знаем ваших обычаев.
– У нас обычно роют яму, глубиной полтора метра, заворачивают убитых в материал и закапывают. Сверху ставят памятный знак.
Фериэль помялась, а потом сказала:
– Здесь в двадцати лигах граница с орками. Часто бродят их разведчики. Если они обнаружат могилу, то обязательно раскопают, чтобы поинтересоваться, что здесь спрятали. По всей Атлантиде трупы сжигают на кострах, у всех рас, даже у нагов.
– Хорошо, я понял. Их можно сжечь вместе с погибшими девушками?
– Можем сжечь вместе, можем отдельно.
– Нет, пусть будет вместе. Я надеюсь, что на том свете они помирятся и поймут, что в их гибели виноват только случай. Парни никогда бы не стали стрелять в безоружных девчонок. Просто обознались, точнее не видели, и не поняли, кто нападает.
– А вы что, женщин не убиваете?
– Убиваем, но редко. Только явных врагов, нападающих на солдат. Женщина должна давать жизнь, а не умирать под пулями. В нашей армии женщин, стариков и детей убивать не принято. Если они безоружны, то вообще запрещено.
– А у нас наоборот, – сказала Марисан. – За убийство самца – смерть!
– Это вас обстоятельства заставили ввести такие законы, – сказал Жора. – Но лет через сто, когда ваши мужчины возродятся, законы могут и поменяться.
– А ты думаешь Георгий из рода Штыка, что у нас есть шанс иметь своих мужчин? – спросила Фериэль.
– Конечно! Вот вам первый пример! – показал он на Элиэль. – Хотя и коню ясно, что у вас тут явно поработал какой-то вирус или излучение, нарушившие мужской геном. От этого и страдаете.
Жору сразу завалили вопросами, потребовав объяснения что такое геном, вирус и излучение. Сержант, как мог, на пальцах всё объяснил.
– Я воин, а не учёный, – сказал, раздосадованный многочисленными вопросами Жора. – У вас наверняка среди самцов есть врачи, биологи и физики. Вот они и могут всё объяснить. Это те люди, которые профессионально изучают организм человека и разные физические явления, в том числе и излучения. Может вам всего одну прививку надо сделать, и все мальчиков рожать будете. – Всё, всё! – поднял сержант руки вверх. – Никаких вопросов на эту тему. Я снайпер, а не биолог.
– Жора, а снайпер это кто? – спросила его Элечка, продолжая удерживать за локоть.
– Снайпер, это человек, который метко стреляет!
– Как лучник?
– Да, примерно. Могу убить врага за пятьсот шагов. А если не торопясь, то и за тысячу, – сказал сержант, считая шаг, как положено в армии, в семьдесят пять сантиметров. Эльфийки же прикидывали шаг по себе, а шаг у них был заведомо больше. И расстояние оказалось для них очень впечатляющим.
– Жора, а если на нас нападут, ты будешь стрелять во врагов? – спросила Элиэль.
– Естественно. Вы же мне теперь как свои.
– Но там же будут тоже женщины нападать, даже возможно твоей расы?
– Тогда постараемся решить дело миром. Ну, а если не удастся, то придётся стрелять.
Фериэль начала отдавать приказы насчёт кремации. Поленницу дров уже заготовили в течение дня. Напиленные деревья были одной породы, и на взгляд сержанта тонковаты, не более десяти сантиметров толщиной.
Жора приказал оружие убитых друзей на костёр не класть. На поясах остались только ножи в чёрных ножнах. Девчата поверх изорванных взрывами афганок надели на парней свои эльфийские зелёные куртки. Хоронили пятёрками. На каждом помосте, отстоящем на метр от земли было уложено по пять девушек. На последнем – два бойца из тройки Штыка. Жора попрощался со всеми. «Красоту то какую загубили!», – вертелась мысль, когда он прощался с погибшими амазонками, останавливаясь и запоминая застывшие прекрасные лица. Его парни тоже выглядели неплохо. Умытые и побритые. В чистых балаклавах и начищенных берцах. Девчонки лежали в ритуальных позах: левая рука вытянута вдоль тела, правая на рукоятке кинжала. Федька Мальцев и Ильдар Кадыров лежали точно так же: держась за ножи, готовые защищать своих спутниц в загробном мире. Под каждым помостом был сложен небольшой конус из веток тех же деревьев, что пошли на изготовление смертного ложа.
Как только солнце скрылось за горизонт, и наступили крутые сумерки, готовые вот-вот перейти в ночь, Фериэль прокричала команду. Оставшиеся в живых амазонки образовали строй в десяти метрах от помостов. Вперёд вышла Марисан и пошла вдоль линии приготовленных для сожжения тел. Она лишь взмахивала рукой, говорила какую-то короткую фразу и шалашик из веток под помостом вспыхивал. За двадцать секунд она зажгла пять костров. Жора не знал, то ли это было такое дерево, то ли магия, но помосты горели как порох, а вместе с ними истаивали и тела. Через десять секунд остались только кучки пепла. Сгоревшая прямоугольниками трава и чёрный пепел.
Как только костры прогорели, и наступила темнота, вспыхнула переломанная осветительная палочка и по пять амазонок стали подходить к кострищу. Они специальными лопаточками зачерпывали пепел и ссыпали его в небольшие деревянные коробочки. Два таких сосуда с пол кулака величиной вручили и Жоре.
– Это от левого воина, это от правого, – пояснила Марисан.
Жора попросил кинжал и выцарапал на крышках две буквы: «М» – Малой и «К» – Кадыр.
Фериэль распустила строй. Удвоенная охрана тут же заняла места у частокола, на скалах и у реки.
– Георгий, сын Виктора из рода Штыка, – обратилась начальница полусотни к сержанту. – Не позволишь ли нам с Марисан прибыть в твой шатёр для важного разговора?
– К чему эти официальности, конечно пойдемте. Я и сам хотел бы прояснить обстановку.
Они зашли в шатёр вчетвером. Прошли в центральную комнату, где стоял сундук с Жориными вещами, две амазонки тут же принесли три походных сиденья, складных, вырезанных из дерева. Жора сел на своё деревянное кресло, девушки расселись на табуретах.
– Чтобы тебе было понятно, Георгий, сын Виктора из рода Штыка, в настоящий момент ты являешься Первым принцем Элистана. Для официального вступления в должность, это звание должен подтвердить Совет Матерей. Фактически – это вторая должность по значению после Первой Матери! Обе должности пожизненные. Но если Первая Мать получает должность по факту зачатия, то ты, после подтверждения Советом Матерей. Но поскольку всё совершилось на глазах присутствующих здесь амазонок, то все они уже считают тебя принцем. Ты для них святыня.
– Есть вопрос, – сказал Жора, подняв руку. – А твой амулет не мог допустить ошибку?
– Нет, не мог. Там тройное дублирование на мальчиков. Поэтому он и выдал результат с задержкой, пока не отработал все три варианта. Я продолжу с твоего разрешения Георгий сын Виктора из рода Штыка.
После кивка сержанта Марисан продолжила:
– Военный устав запрещает беременным эльфийкам участвовать в боях. Есть правда одна оговорка. Они могут взять в руки оружие только для защиты жизни своих детей. У нас сейчас четверо раненых. Транспортировка их станет возможна только через десять дней. Мы находимся практически рядом с границей орков. Двадцать лиг. До ближайшего полка в Ариэле пятьдесят лиг. Помощь может прийти только через четыре-пять дней. Если полусотней мы могли дать отпор любому орочьему отряду, численность которых не превышает обычно тридцать особей, то теперь мы наверняка в случае стычки понесём значительные потери. В сторону границы нам смысла идти нет. Там хотя и есть наши части, но орков ещё больше. Если просочатся сведения о зачатии мальчика, то они соберут и двадцать тысяч, чтобы отбить Первого принца Элистана и попытаться захватить, или убить, Первую мать.
– А нельзя ускорить излечение раненых? – спросил сержант.
– Я сделала для них всё что смогла, – ответила Марисан. – Раны необычные, затягиваются плохо.
– Завтра надо будет их посмотреть вместе со мной. У меня есть солдатская аптечка, да и с ранами такими я знаком.
– Это будет для девчонок настоящим подарком! – согласилась Марисан. – Но есть и ещё один вопрос, который волнует всех. Поскольку ты Первый Принц, то никто не может требовать от тебя соития. Только по твоему желанию. По прибытию в Ариэль, девчонкам предоставят конечно возможность получить бесплатно и без очереди хорошего самца, но переживаний сейчас у всех выше крыши. Подойти к колодцу и не напиться, это не естественно. Тем более они четыре года тренировались чтобы победить в соревнованиях и получить право на охоту.
– Это не вопрос, – сказал Жора. – Мы забрали из полусотни Фериэль двадцать жизней, – бросил он взгляд на командира, заметно напрягшуюся. – Считаю своим долгом эти жизни полусотне вернуть. Осчастливлю всех оставшихся, включая и раненых, когда будут способны принять мужчину.
– Зафиксировано, – сказала Марисан, нажимая какой-то выступ на своём амулете.
– Но есть вопрос, – продолжил говорить Жора. – Не будет ли против этого Первая Мать и что будет, если появится ещё один мальчик?
– Я не буду против, если ты подаришь свое семя всем моим подругам, – сказала Элиэль. – И буду рада, если они забеременеют.
– Первыми Матерями они уже не будут. Будут Матерями, носящими мальчиков. Им положено государственное пособие, особая одежда и другие льготы, направленные на сохранение потомства. Они будут богатыми и известными эльфийками, – пояснила Марисан. – Никакой склоки в отряде из-за этого не будет. Первая Мать уже названа – это Элиэль! И переиграть не получится.
– Что конкретно предлагается по дальнейшим действиям? – спросил сержант.
– Завтра отправляем два голубя с донесением. В города Ариэль и Зариэль. Просим срочно прислать охрану не менее двух сотен. До обоих городов примерно пятьдесят лиг. Голуби долетят за сутки. Через пять – шесть дней должна подойти подмога. Мы пока усиливаем разведку и охрану, – доложила Фериэль.
– Как долго штабы в этих городах будут принимать решения о выдвижении войск? – спросил сержант.
– Особо в уставе это не оговорено, но как правило не больше трёх дней, – ответила командир.
– Что будет, если голубь не долетит, и сообщение попадёт в чужие руки.
– Голубей я прикрываю магической защитой. Хищные птицы на них не нападут. Донесение тоже без эльфийской магички никто не прочитает, – ответила Марисан.
– С голубями мне понятно, – сказал Штык. – Не знаю, что вы собрались писать в донесении, но о Первой Матери не пишите. Напишите так, чтобы с решением не тянули, а помощь выслали немедленно. Напишите, что половина отряда убита, ещё половина ранена. Захвачены богатые трофеи. Из-за раненых вынуждены оставаться на месте, обнаружены следы разведки орков. При столкновении трофеи могут быть отбиты. Тогда тянуть с помощью не будут.
– Но это же неправда! – возмутилась Фериэль.
– Да, это приукрашенная, но правда. Убитые есть, раненые есть. Следы разведки орков найдём завтра или послезавтра. Но нужный результат мы получим уже сегодня. Смотреть на ситуацию надо с учётом реальности возможных событий. А они будут именно таковы. У нас есть такой закон, называется закон Мэрфи. Он говорит, что если неприятности могут случиться, то они случатся обязательно. Поэтому и нужно рассчитывать, что нас обнаружат и нам придётся вести бой в том составе, который есть сейчас. Если подоспеет вовремя кавалерия из-за холмов к нам на помощь, то это будет хорошо. Пока же надо готовить плотную оборону. Полсотни мы конечно на такой позиции убьём, но если будет сотни две, то нас сметут числом. Тем более я не имею представления о возможностях магов. Завтра утром я нашу крепость осмотрю, посоветуемся и примем решение.
На этом совещание командование отряда закончилось и Фериэль с Марисан ушли. За шатром опять возник шум, девчонки радовались, что Принц обещал подарить им своё семя.
Естественными надобностями девчата не заморачивались. Выходили за территорию ограждения в кустики. Сначала срезался кусок дёрна, а потом наполненная ямка закрывалась дёрном сверху. Несли с собой кувшинчик с водой, чтобы подмыться. Меч и кинжал носили всегда. Щит, шлём и копьё брали в случае опасности. Вооружение было у всех однотипное, видно выдавалось. А вот кинжалы у всех разные. Жора тоже вышел и отлил за шатром, поставив себе зарубку на память, что надо ввести в крепости общественный туалет. Поставить загородку на два очка, подальше от речки, и порядок.
Легли спать. Жора в выданной белой шёлковой хламиде, Эля голенькой. Ничего правда ей не обломилось, но Жора честно погладил её во всех местах, потрепал за ушки, обнял и заснул. День выдался суматошный. Элька же лежала в объятьях принца и млела. Его рука лежала у неё на груди, грея как оставленный на солнце щит, спокойно и нежно, локоть прижимался к животику, а в попку упирался явно ощутимый мужской отросток. Свершилось то, о чём мечтает любая эльфийская девочка – он стала Первой матерью, понеся от самого красивого и лучшего мужчины страны. Она засыпала в сказке.
