Текст книги "Рекапитуляция (СИ)"

Автор книги: Сергей Ким

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

Хотя, вспоминая бороду Командующего – это пока не надо. А потом либо так же бородеть, либо бороться.

Впрочем, при всем моем ворчании школьная форма на меня села как влитая – как будто на меня и шили. Я даже выразил своё удивление этим фактом вслух.

– Тоже мне – задачка, – хмыкнула прихорашивающаяся перед зеркалом Касуми. – Наполовину построить, наполовину вырастить биомеханический организм ростом с двадцатиэтажку – это Иджис может, а определить рост и размеры одного-единственного подроста – нет? Так.

Капитан повернулась ко мне.

– Как я выгляжу?

– Совершенно обычно, – пробубнил я, а затем усмехнулся. – То есть потрясающе.

– Ааа… Лесть! Это как алкоголь – в малых дозах люблю в любом количестве.

В этот раз Кисараги выбрала не короткое черное платье и ярко-красную короткую куртку, а черную юбку, открытый белый топ и жёлтый пиджак. Ещё заметил, что на шее капитана висела не просто цепочка, а цепочка с крестиком.

– Ты христианка? – вежливо поинтересовался я.

Нет, ну правда же – интересно. В Японии же вроде христианство не так чтобы популярно вроде… Или я ошибаюсь?

– Так я сначала в приют попала, а он христианский был. Священник там был, спросил как-то «в Бога веришь?», а я говорю – «в мире столько херни несправедливой, так что не особо». А он мне – «зато Бог в тебя верит, носи, хуже не будет». Ну, я так и подумала, что талисманом больше, талисманом меньше… – рассеянно ответила Кисараги, собирая свою дамскую сумочку.

Взвесила в руке пистолет, посмотрела на сумочку… Пристально-пристально.

– Ты сейчас серьёзно? – осведомился я.

– Более чем. Если чему я в своей жизни и научилась, так это к тому, что надо быть готовой ко всему… Имеешь что-то против?

– Не, просто завидно. Мне-то пистолет не дааали…

– Какие твои годы – дадут, догонят и ещё дадут… Всё! Я готова! А ты готов? Тогда – погнали!

И таки погнали же…

До школы доехали опять же как обычно – спокойно ездить Касуми, похоже что, не умела в принципе. Нет, конечно, какой русский не любит быстрой езды…

Но после поездок с Кисараги я уже даже начал сомневаться – русский ли я.

И такая гипотеза – а не уходит ли большая часть зарплаты капитана именно на оплату штрафов за превышение скорости? Превышений массовых, системных и злонамеренных…

Школа, как и все в Иерихоне-2, была новенькой и внушающей уважение. Три этажа, огромная огороженная территория, несколько… флигелей, наверное. Стадион, бассейн и даже вертолётная площадка (зачем-то) – все дела, короче.

Припарковались, вылезли, потопали.

Нас, конечно же, провожали взглядами… Ну, как – нас? Я так думаю, что ещё один обычный японский школьник был мало кому интересен, а вот Касуми…

Внутрь прошли беспрепятственно – никакой охраны тут и в помине не было. Выяснили у первой попавшейся женщины, выглядящей как стандартная учительница – строгий наряд, очки, куча папок в руках – как пройти к директору.

Нашли кабинет, миновали секретаршу, которая как-то странно зыркнула на Касуми – неприязнь вместе с диким ужасом. Прелюбопытнейшее сочетание.

Вежливо постучались в дверь, зашли.

Директором оказался пожилой лысоватый японец, который при нашем появлении встал. Как я прочитал на табличке на столе – звали его Тэцуя Танака.

– Госпожа Кисараги, добрый день. Очень-очень рад вас видеть. Господин Нагумо – мои приветствия, – директор почтительно поклонился.

– Вы, я так понимаю, в курсе ситуации… – капитан вернула поклон, поклонился и я, хотя это и было как-то непривычно.

– О, разумеется! Многоуважаемый Командующий Иджис лично позвонил мне и все объяснил.

– Значит, никаких проблем с теми же пропусками занятий не возникнет?

– Ни в коем случае, госпожа Кисараги! Мы все отлично понимаем, кем является юный господин Нагумо… И будем строго хранить секретность.

– … Ну, эта секретность продержится до первого раза, когда мы срочно прилетим за ним на вертолёте с охраной… – вздохнула капитан, явно думая о чем-то своём. Возможно, о неприязни к винтокрылым машинам.

– Что?.. – моргнул директор.

– Что? – нахмурилась Касуми, но тут же лучезарно улыбнулась. – Говорю – ну и здорово! Просто замечательно! И да, на родительские собрания тоже, если что, буду приходить я. Скажете, что я его опекун и родственница. Например…

Девушка посмотрела на меня.

– Тётя?.. – предложил я.

– Звучит отстойно. Почти как старуха, – с отвращением произнесла Кисараги. – Нет уж. Сестра, старшая сестра.

– Ну, разные фамилии у родственников – это вполне нормально… – задумчиво произнёс директор. – Вдруг у вас, например, разные отцы…

– Ага. И матери, – вполголоса пробормотал я.

Директор и капитан немедленно уставились на меня.

Что? Не положено говорить в присутствии старших без разрешения? Вот ещё!

– В общем, от лица инициативы Иджис благодарю вас и надеюсь на сотрудничество, – торжественно объявила Кисараги. – Ну, а мой подопечный обязуется не доставлять вам никаких проблем… Ведь обязуешься, Акира?

– Век воли не видать, – ухмыльнулся я.

– А?.. – японец непонимающе моргнул, услышав русскую речь.

– Он обязуется, – быстро произнесла капитан. – Ну так что, я пошла, да? А то куча дел ещё… Мир сам себя не спасёт, знаете ли.

– Да, да, разумеется, госпожа Кисараги, – директор закивал так, что я подумал – у него голова сейчас отвалится. Настолько проникся речью и формулировками, что называется. – Я сам доведу Нагумо до его класса…

– А! Кстати, какие-нибудь документы нужны?

– Нет, не беспокойтесь, уважаемая – Иджис уже всё прислали.

– Чудненько, – заявила девушка. – Ну все, я побежала. Акира, до скорого – заберу тебя после занятий. Господин директор. Пока-пока!

И Касуми упорхнула.

Директор вздохнул, достал платок, протёр вспотевшую лысину и посмотрел на меня.

– Не очень-то солидно я вёл себя для директора, да, Нагумо-сан? – добродушно прогудел директор.

– Я ничего такого не говорил, – быстро произнёс я.

– Но наверняка подумали? – усмехнулся Танака.

А мужичок-то не так прост…

– Увы, это наша вторая встреча с вашим опекуном, и первая… – директор слегка поморщился – … прошла не слишком удачно. Моя секретарша отчего-то решила не пустить её ко мне… Но всё закончилось хорошо! А дверь мы починили уже в тот же день.

Однако.

– У меня будет всего лишь одна просьба к вам, Нагумо-сан… – вежливо продолжил Танака.

– Честно – я как можно дольше постараюсь сохранять инкогнито и не создавать проблем, – заверил я. – Я, на самом деле, не люблю быть в центре внимания, поэтому постараюсь быть как можно более незаметным.

– О большем и не смею просить, – вздохнул директор и протянул мне карточку. – Кстати, ваше школьное удостоверение, оно требуется… Ну, много где. Ещё там на обороте ваш первичный логин и пароль для доступа в школьную систему. А теперь – пойдёмте, пока занятия не начались.

Ну, а дальше меня, собственно, и повели в класс. С наивозможнейшем почтением и уважением… которого фиг знает заслуживал ли я. Хотя… Мир не мир, но город защитил. Да ещё и сын Командующего Иджис… И нынче фактически правителя города-государства Новый Иерихон. Так что, можно сказать – вели меня как принца.

Урок в классе ещё не начался, но все ученики уже были походу в сборе.

– Встать! – немедленно гаркнула при виде директора школы миловидная девчонка с длинными темными волосами, вскакивая со стула. – Поклон!

Я поборол непроизвольное желание поковырять пальцем в ухе – уж больно громко рявкнула сия деваха… Ну чисто армейский сержант из американских фильмов…

– Доброе утро, дети, – приветливо кивнул директор. – Хочу представить вам переведённого ученика, который будет учиться в вашем классе.

Так… Никогда не переводился в другие школы… Тем более в японские школы… Но во всяких там аниме, кажется, надо было представиться и написать своё имя на доске, чтобы знали, как оно пишется и что означает…

Подошёл к доске…

И на пару мгновений впал в ступор.

Мела не было.

И привычной грифельной доски – тоже!

Зато имелся проектор и… ну, наверное, это интерактивная доска.

Взял пластиковый маркер-стилус, призвал всех богов – японских и не очень, а заодно и навыки моторной памяти. Размашисто написал своё имя-фамилию, памятуя, что в Японии традиционно сначала идёт фамилия, а не имя…

Повернулся к классу.

– Меня зовут Нагумо Акира, – сказал я. – Пятнадцать лет, группа крови – первая положительная. Переехал в Иерихон-2 следом за отцом, который здесь работает. Интересуюсь историей и военной техникой. Здоровье – слабое, так что, к моему величайшему сожалению, буду пропускать много занятий… Но обязуюсь навёрстывать упущенное и учиться изо всех сил. И… Ну в принципе всё, что ли…

Вроде нормально, не? Не Цицерон, конечно, совсем не Цицерон… Но и дичи никакой вроде бы не пронёс… Так-то пофиг и на школу, и на школьников, но и лишние нервы ведь тоже ни к чему, не так ли?

А! Вспомнил! Чуть не забыл, блин…

Я коротко поклонился.

– Позаботьтесь обо мне.

Глава 12

Директор вышел, а ко мне тут же подошла та самая громкоголосая деваха.

– Нагумо-сан, я – Шираиши Мия, староста этого класса, – слегка поклонилась она. – Можешь садиться на любое из свободных мест… Кроме второго в первом ряду – это место Нагумо Соры. Кстати, а она…

– Моя двоюродная сестра, – слегка поклонился я в ответ. – Благодарю, я тогда займу место за ней.

Больше ни с кем я особо познакомиться не успел, потому как скоро уже должен был начаться урок. Единственное успел усесться, достать ноутбук, включить его и войти в школьную сеть.

Первым уроком, к некоторому моему ужасу, оказалась физика, которую я уже изрядно подзабыл, учась в универе, так что счёл за лучшее внимательно слушать учителя и пытаться вспомнить хоть что-то. Благо, что меня никто не трогал, видимо, решив, что новичку нужно время на некоторую адаптацию.

Когда прозвенел звонок, я выдохнул с облегчением. Мысленно, правда – всё же не хотелось производить дурное впечатление. Я, конечно, не очень-то планировал общаться с одноклассниками и тем паче пытаться влиться в уже сложившийся коллектив, но как-то взаимодействовать же придётся…

От размышлений меня отвлекло аккуратное похлопывание по плечу сзади.

Обернулся.

Ну разумеется это оказался сосед сзади – щуплый лохматый паренёк в круглых очках.

– Такэда Сатоши, можно просто Сатоши, – он протянул мне руку.

– Нагумо Акира, можно просто Акира, – пожал я руку.

– Слыхал, ты военной техникой интересуешь? – с азартом произнёс парень, сверкнув стёклами очков.

О. Кажись, собрат по разуму. Ну или по маразму – это уже как посмотреть.

– Немного, – вежливо улыбнулся я. – Мне, например, нравятся боевые корабли времён Второй Мировой войны.

– А как насчёт современной техники?

– Я в глуши жил, там со свежими номерами «Джейн» было туговато.

– Хочешь, поделюсь? – с жаром спросил Сатоши и немедленно пожаловался, – А тут даже поговорить по-человечески не с кем!

– По-человечески – это про свои игрушки, что ли? – ехидно поинтересовался кто-то из класса.

– ЭТО НЕ ИГРУШКИ!

– Да-да-да, конечно же, ко-неч-но.

– Ты зачем соглашаешься с этим чудиком?

– Мама говорит – с психами нельзя спорить.

– Смейтесь, смейтесь, – Такэда преувеличенно-медленно поправил очки. – Посмотрим, кто будет смеяться последним, когда введут начальную военную подготовку.

– Сколько её обещают ввести – уже года два?

– А введут сейчас.

– С чего ты взял-то, а?

– Кайдзю, – многозначительно произнёс Сатоши.

Вот это, конечно, вызвало волну шепотком и разговоров – тема явно была горячая и обсуждаемая.

Прозвенел звонок на второй урок.

Он меня тоже не слишком обрадовал – это оказалась геометрия. Если высшую математику я ещё более-менее помнил по универу, алгебру было сложновато забыть в принципе, то вот в геометрии всегда, откровенно говоря, плавал. Так что снова предпочёл в основном сидеть, прикидываться ветошью, и звонок с урока воспринял с глубочайшим облегчением.

– Самый красивый боевой корабль Второй Мировой? – немедленно тыркнул меня Такэда.

– Пожалуй, «Бисмарк», – немного подумав, ответил я. – Или «Принц Ойген». Мне нравятся силуэты немецких кораблей.

– А из современных?

Ну и вопросец. Я вообще-то о текущем состоянии военных флотов в мире знаю только то, что они должны быть. А вот кого построили или наоборот утопили за время всеобщей заварухи после Катаклизма – фиг его знает.

– «Пётр Великий»? – наугад кинул я.

По идее его достроили к концу девяностых и не должны были даже при самом плохом раскладе распилить на иголки… Или тем паче потопить. Вряд ли Россия бы рискнула тяжёлым атомным крейсером… А в войне с Китаем он вроде бы не участвовал.

– Неплохо, – одобрил Сатоши. – Но мои безусловные фавориты – это «Советский Союз» и его систершипы.

Можно было и недостроенные называть? Ну ладно, почему бы и нет…

Стоп. Речь же шла о современных кораблях. Так причём тут линкоры типа «Советский Союз», которые строились ещё в сороковые годы прошлого века?

Кажется, я чего-то не знаю.

– Всем привет, – в класс зашёл высокий крепкий парень со спортивной сумкой, закинутой на плечо.

– Хаяма, надеюсь у тебя были ОЧЕНЬ веские причины прийти только к третьему уроку, – ледяным тоном произнесла Шираиши, недобро глядя на одноклассника.

– Сестра заболела, пришлось с ней посидеть.

– И что, больше не с кем было оставить?

– Неа. Брат с отцом уже который день на работе. Староста, вот как будто ты сама не знаешь, что в Иджис творится!

– Ладно уж, – буркнула Шираиши. – Садись давай уже.

Хаяма протопал мимо меня.

– Кэндзи, а у нас новенький! – окликнул его по дороге Сатоши.

– Угу. Здаров, – буркнул парень и плюхнулся за последнюю парту, доставая из сумки ноутбук и подключая его.

Не очень приветливый тип. Ну и подумаешь – мне с ним всё равно детей не крестить.

А вот третий урок, мягко говоря, заставил меня полностью охренеть. Казалось бы – ну иностранный язык… А какой у нас самый популярный и оттого ожидаемый иностранный язык?

Но ни хрена.

Иностранным оказался русский язык.

Конечно, на самом элементарном уровне в районе «привет-пока», но всё равно это было… весьма неожиданно. Русский? В японской школе? Хотя… В принципе разумно учить язык соседа и одного из главных партнёров, учитывая, что Евразия нынче в основном поделена между Японией, Россией и Еврофедерацией, как себя тактично обозвал Четвёртый Рейх… Ой, простите – Германия! Но как иначе называть немцев, которые подмяли под себя половину Европы? Нидерланды, Дания, Норвегия, Швеция, Чехия, Словакия, Словения, Австрия, Фландрия, Силезия с Померанией… И только Венгрия ещё остаётся союзником, а не очередным субъектом ЕФ.

Так что как альтернатива – могли бы учить немецкий.

Хорошо, что обошлось без этого. Хоть в каком-то предмете смогу при случае блеснуть знаниями, а то пусть я и был в школе хорошистом, но то было давно и неправда. Уж сколько я за время учёбы в универе школьной программы забыл… А что-то местами и не знал толком – физику ту же. Ну на собственный критичный взгляд.

На следующей перемене ко мне снова подошла староста.

– А ты случайно не знаешь, когда твоя кузина вернётся в школу? – спросила у меня Шираиши. – Она, конечно, и раньше много пропускала, но в этот раз…

– Нет, случайно не знаю, – я покачал головой. – Знаю только, что у Соры… не очень со здоровьем.

– Телефона у меня её нет, в школьном чате она мне не отвечает… – слегка огорчённо произнесла девушка.

– Старостааа. А ты Акиру-то в чат уже добавила или ещё нет? – спросил у неё Сатоши.

– Вечером добавлю, сейчас пока некогда.

– Чат класса – удобная штука, – с нотками гордости заявил парень, как будто лично его разрабатывал и внедрял. – У вас небось такого не было, где ты раньше учился. Всегда можно спросить, если что нужно, всегда можно поколебать нашу старосту – что задали, например… И самому записывать не надо. Удобно!

– Балбес ты, Такэда, – вздохнула Шираиши. – А ещё военным хочешь стать.

– Я по научной части буду двигаться. Кстати, Акира! Давай контактами обменяемся?

– Без проблем, – я достал свой телефон.

– Ого! Откуда взял? Такие же только в Иджис выдают!

– Отец подарил, – пожал я плечами.

– Похоже, он у тебя важная шишка, – понимающе закивал Сатоши.

– Тип того. Шираиши-сан, может тоже контактами обменяемся? Я с Сорой пока толком не виделся, не знаю, есть ли у неё телефон, но если что – передам что потребуется.

Где-то с задней парты раздался странный сдавленный звук. Мне почему-то вспомнился скрип пружин старого дивана – с эдакими лёгкими нотками ржавчины…

– Да, конечно, – на секунду задумавшись, ответила староста, доставая свой телефон из кармана жакета.

С задней парты снова раздался диванный звук.

Я посмотрел в ту сторону и обнаружил буравящего меня взглядом Хаяму. На всякий случай покрутил головой, оглядываясь по сторонам, но нет – пялились конкретно на меня.

– Чего это он? – поинтересовался я у Такэды.

– Ааа, ты же новенький… – протянул Сатоши и страшным шёпотом добавил, – Дружище Кэндзи неровно дышит к нашей старосте. Но вот хотя бы попросить номер телефона, увы, так и не решается… И тут! Прямо как в манге! Появляется таинственный переведённый ученик! Чем же это грозит? Неужто… неужто у нас намечается любовный треугольник⁈

– Ну и фантазия у тебя, дружище, – фыркнул я. – Поверь, я в этом совершенно не заинтересован.

Четвёртым уроком оказалась литература, так что я совсем загрустил. Нет, в школе с литературой у меня было всё в порядке – я исправно, хоть и без особого удовольствия, читал книги школьной программы, писал сочинения, учил стихотворения…

Но всё это была русская литература. А сейчас я столкнулся с литературой японской. И такая штука, как «Повесть о доме Тайрэ» мне говорила примерно ни о чём. Максимум я мог припомнить, что был какой-то там дом Тайрэ в средневековой Японии… И на этом, в общем-то всё.

Следующая перемена избавила меня от перипетий того, как Минамото-но Ёсицунэ громит дом Тайрэ во всех позах, возможных и невозможных, но взамен меня ожидали расспросы.

– А что значит – не заинтересован? – спросила сидящая через парту впереди меня деваха – высокая, спортивная и со стянутыми в длинный хвост чёрными волосами. – Я Мацудо Рэйко, кстати.

– Приятно познакомиться, – кивнул я. – Просто считаю, что сейчас нужно сосредоточиться на учёбе… насколько это вообще возможно.

– Неужто небеса услышали мои мольбы и к нам в кои-то веки перевели хоть кого-то адекватного?.. – довольно громко произнесла староста, закатывая глаза.

Ни хрена я не был заинтересован, разумеется. Но надо же было что-то отвечать, верно?

– А может, у тебя просто есть девушка? – не сдавалась Мацудо. – Так бы сразу и сказал. Или ты у нас…

Почему-то этот вопрос вызвал странные воспоминания… В них было огненное закатное небо и голубое море…

– Может – есть, – дипломатично улыбнулся я. – Может – нет. А, может, мы не настолько близки, чтобы я о таком распространялся?

– Справедливо! – неожиданно рассмеялась Рэйко. – Тогда – айда в наш клуб вступать? Ты, я смотрю, парень вроде здоровый, крепкий, не толстый – самое то для лёгкой атлетики.

– Прошу простить, Мацудо-сан, но слаб я здоровьем… Куда уж мне спортом заниматься?

– Звучит, как отговорка, – прищурилась девушка. – Лааадно уж… Но ты подумай, подумай! Спорт – он никогда не помешает. И девчонок у нас симпатичных полно…

– Акира, а дай и мне свой номер!

– И мне!

– А какой у тебя рост?

– А какая группа крови?

– Не обращай внимания на этих сорок, – ухмыльнулся Сатоши. – Им просто скучно, потому что к нам уже давненько… да, давненько!.. уже месяц к нам никто не переводился.

– Заткнись, очкарик! Тебя не спрашивали!

– К вам так часто переводятся? – поинтересовался я.

– Конечно! Новый Иерихон растёт, народ переезжает, классы наполняются… Правда, не всем так везёт, как нашему.

– В каком смысле?

– У нас есть три девчонки ранга S и две ранга А, – заговорщически понизил голос Такэда.

– И что это значит? – в тон ему спросил я. – Это какая-то шкала оценок?

– Принятая среди парней шкала. Вот, например, староста у нас – однозначный ранг S. А вот Мацудо – ранг А.

– Ааа… – понял я. – Внешние данные?

– Мы оцениваем также общественно-полезную значимость, успеваемость и характер, – веско уточнил Сатоши. – Мы же не королеву красоты выбираем, а идеал, достойный восхищения и покло… то есть преклонения.

– Мы – это кто?..

– Вы – это кретины! – возвысила голос Шираиши и спокойным тоном. – Такэда, если не прекратишь маяться дурью вместо учёбы и дурить голову новичку, я однажды откручу тебе твою голову. Всё равно ты ей не пользуешься особо.

– А староста у нас боевая, – оценил я.

– Так у неё дед, кажется, военный. В немаленьком таком звании. Ну, насколько я смог выяснить. Отсюда, видать, и все эти замашки… командирские.

– Слыш, Такэда, – вклинилась Рэйко. – А чего это у меня только ранг А?

– Характер у тебя больно вредный, Мацудо, – Сатоши снял очки и принялся меланхолично их протирать платком. – Вот, кстати, поэтому парня до сих пор и нет!

– Ничего себе заявленьица! – девушка, вопреки ожиданиям, не разозлилась, а развеселилась. – А у Капрала Шираиши характер лучше что ли?

– Она – доминирует, ты – достаёшь. Разница есть. Первое многим даже нравится.

– Старостааа! А давай побьём очкарика?

– Мацудо, хватит называть меня Капралом. Такэда – много болтаешь.

Пятым уроком у нас был… снова иностранный язык, но на этот раз куда более ожидаемый английский и на более высоком уровне. Слава богу, его я всегда знал неплохо: читать мог без словаря, понимая общий смысл, но без дословного перевода, понимание речи – хуже, своя речь – ещё хуже.

Но как я посмотрел на отвечающих одноклассников, мой уровень для школы сойдёт, пусть даже и японской школы. Да, неидеально, у той же старосты произношение и грамотность было куда лучше… Но стоит ли мне об этом беспокоиться?

И не только об английском, но и о других предметах? Отец ясно дал понять – лишь бы полным неучем не был и стыдно не было, а так…

Вот для чего получает хорошие оценки в том же универе? Наверное, чтобы получить диплом и блеснуть им при приёме на хорошую работу…

Никогда, правда, о таком не слышал. Кого я знал, что он после универа на хорошую работу устроился, так это были или те, что устроили «по блату», те, кто начал работать там, ещё будучи студентом… И те, кому банально повезло. А вот чтобы прям хорошие оценки в дипломе что-то дали… О таком мне слышать не доводилось.

Поэтому лично я учился на «4» и «5» только ради стипендии – пусть небольшие, но всё же деньги, которые лишними никогда не бывают.

Но спустимся на уровень ниже.

Зачем получать хорошие оценки в школе? Говорят, где-то за это тоже стипендии платят… но мне о таких волшебных местах неизвестно.

Так что тут всё не ради диплома, а ради итогового аттестата. Ну или результатов ЕГЭ. Или как оно в Японии называется – Центральный тест, кажется? То есть ради того, чтобы поступить в хороший ВУЗ…

А вот мне оно надо?

У меня-то программа минимум – не помереть, когда очередной ОМЕН явится в Новый Иерихон. Не помереть от огромного монстра, не помереть от ядерного удара, если проиграю в бою… Когда это случится? Пока не знаю. А может и никто пока не знает. Может через год, а может через месяц. Отец, конечно, уверен, что время у нас на подготовку ещё есть… Правда, он же, похоже, был уверен, что времени у нас в запасе ещё больше, поэтому мне можно и посидеть в северной глуши.

И вот во всей этой ситуации мне предлагается заняться столь увлекательным занятием, как учёба в школе? Ещё раз⁈ Нет уж, дудки.

Тем более, что в отличие от многих у меня гипотетическое будущее выглядит вполне себе определённым: пилотируем Призрака дальше, служим в Иджис, возможно делаем военную карьеру…

Был ли я недоволен такой предопределённостью дальнейшей жизни? А вот сложно сказать. С одной стороны редко бываешь довольным, когда тебя лишают выбора… Но с другой – дело-то нужное, важное, полезное и вроде как даже бедностью не грозит.

Да и чего о таком пока думать? Я тут, считай, всего ничего – надо бы для начала разобраться в происходящем и уже потом делать выводы… Пока сидел на Хоккайдо, думал, что начал потихоньку понимать ситуацию и прикидывать что делать дальше, а потом всё эвон как повернулось. И кто гарантирует, что всё происходящее ещё как-нибудь не изменится?

– … Обедать будешь? – спросил у меня Сатоши, доставая из сумки коробочку с едой… Как её там? Ланч-бокс? Бенто? – У тебя своё или в столовую пойдёшь?

– Да потерплю, – отмахнулся я, поворачиваясь спиной к окну.

Кажется, теперь я понял, почему первый ряд не пользовался популярностью и был полупустым – к полудню тут начинает немилосердно печь.

– Потерпишь⁈ – брови Такэды взметнулись вверх. – Ты это сейчас серьёзно⁈

– А что такого? – я пожал плечами. – С утра позавтракал… А про обед забыл, если честно. Я же раньше на дому обучался.

– Это как так получилось-то? Кэндзи, а ну давай к нам!

– Я тут лучше поем, – буркнул Хаяма.

– А я говорю – тащи свою толстую задницу сюда!

– Чё сказал⁈ По шее давно не получал?

Однако подвалил к нам хмурый парень всё же мирно. Притащил свой стул, коробочку с едой и принялся буравить меня взглядом исподлобья.

Это было не страшно, а скорее просто забавно, но я всё же решил не накалять ситуацию.

– Хаяма, да? Уж не знаю, что ты там себе выдумал, но у старосты я номер попросил без задней мысли и вообще в этой девушке не заинтересован. Хорош дуться. Мир?

И протянул парню руку.

Тот скептически посмотрел на неё, на меня…

– А чего это не заинтересован-то, а?

– Не до девушек мне сейчас, – честно признался я. – Вот прям совершенно.

– Ладно… Тогда мир, – Кэндзи наконец-то ответил на рукопожатие. Хотя, окончательно замирившимся и не выглядел.

Ну вот. Хотя бы одной напряжённой ситуацией меньше. Будем и дальше по мере сил создавать вокруг себя зону максимального комфорта и спокойствия…

С этим, конечно, сразу же возникли проблемы.

Те из одноклассников, что не пошли в столовую, отчего-то решили сосредоточиться вокруг меня и начали закидывать вопросами.

– А почему ты дома учился?

– Болею, – со слегка виноватой улыбкой развёл руками я. – Здоровье у меня слабое… да и места у нас были глухие.

– А глухие – это где? Филиппины?

– Да не, ну куда там… Хоккайдо.

– А правда, что у вас там по улицам городов медведи ходят? – с придыханием спросила одна из девочек.

Интересно, это прям такой устойчивый стереотип в Японии что ли?

– Да не, врут, – отмахнулся я. – Чтобы вот прям по улицам? Да никогда!.. А вот на окраинах, конечно, бывает в дома вламываются…

Наградой мне был полный ужаса писк.

– А правда, что у вас там по два метра снега выпадает? – спросил другой одноклассник.

– Тоже враньё. Ну сами подумайте – чтобы аж два метра снега выпадало?.. Полтора выпадает. А вот намести, конечно, может и два, и три… Да так, что зимой иногда приходится в снегу тоннели прокапывать.

В принципе, народ быстро понял, что я просто гоню им все самые стереотипные стереотипы про Хоккайдо, которые примерно напоминали истории о суровой Сибири и её не менее суровых жителях. Что там вечно холодно, медведи по улицам ходят, но местные очень крепкие и здоровые… Здесь же ещё добавлялись моменты про любовь к пиву «саппоро» и что каждый второй на Хоккайдо в роду айнов имеет.

Я не стал ни опровергать, ни подтверждать все эти стереотипы, а в основном наврал с три короба, потому как сам мало что мог сказать про жизнь на Хоккайдо. Мне-то откуда знать? Я в этом мире всего месяц с небольшим.

Одноклассники над моими рассказами поржали и к концу перемены начали расходиться. Похоже, что и я, и они оказались вполне удовлетворены первым знакомством: я вроде как начал встроиться в коллектив, не претендуя ни на лидерство, ни на всеобщее внимание, а меня всё это немного развлекло. В будущем я планировал как можно меньше отсвечивать, выделяться и вообще привлекать внимание…

При этом я отчётливо понимал, что вся эта конспирация продлится ровно до того момента, пока по всему Новому Иерихону не взвоют сирены, а за мной не прилетит вертолёт, дабы побыстрее доставить меня к Призраку.

Когда это случится? Надеюсь, что скорее поздно, чем рано… Но – поживём увидим.