Текст книги "Бастард рода Неллеров. Книга 12 (СИ)"

Автор книги: Серг Усов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава 7

Многое из того, что мне сейчас рассказала мачеха, мне в общем-то известно. Пусть в глуши проживал, но не в вакууме. Снежная Королева и сама старалась держать меня в курсе, обоснованно считая ценнейшим, полезным членом семьи, и без неё я имел кое-какие источники информации, как в столице – бывшего своего опекуна Ригера, не забывавшей мне слать весточки тётушку Нику Вормскую и даже передавший, как договаривались, доклад о состоянии дел в Рансбуре один из его ночных королей Леон Рофф, так и в войске претендента – милорд Джек не забывал, чем он обязан юному милорду Степу Неллерскому и тоже с оказией передал весьма подробное послание. Однако, понятно, сюда в Неллер, в изящные ручки герцогини Марии, сходилось на порядок больше нитей, которыми связывались происходящие в Кранце события. Поэтому слушать мачеху жутко интересно и поучительно, особенно, её интерпретацию политических и военных изменений.

Возобновившиеся с наступлением весны боевые действия между войсками усевшейся на трон Хельги и её дядюшкой принцем Филиппом проходили весьма активно, но без крупных сражений. Армии осаждали крепости, замки и города, часто переходившие из рук в руки, и иногда сходились в коротких схватках за овладение стратегически важными маршрутами.

Сказать пока, что на чьей-то стороне появился заметный перевес сил, ещё рано, хотя конечно же войско претендента значительно ослабло, после ухода из него воевавших под ложным флагом полков Неллера и Ормая, а граф Борский, маршал королевства, сильно воспрявший духом после отречения Эдгара Первого, откровенно не любившего своего полководца, заметно усилился, получив в свои ряды сводные отряды столичного дворянства и дружины большинства владетелей королевского домена. А вскоре к нему присоединятся и полки, обещанные моим братом.

Также увёл своих солдат от Филиппа герцог Конрад. Цену нашего не предательства, а своевременного предвидения – если говорить словами Талейрана – я знал, что же касается соседа, то того Хельга переманила, пообещав герцогу Ормайскому должность канцлера королевства маркизу Маркусу, его сорокалетнему младшему брату, прославившемуся два года назад тем, что от него сбежала жена, прихватив обоих их дочерей. Сейчас маркиза живёт в замке своих родителей в Ахорской Лиге, шлёт послания Наместнику, выпрашивая развода и обвиняя мужа в жестоком обращении – побоях, скупердяйстве и отказе от исполнения супружеских обязанностей на протяжении более трёх лет, при том, что с любовницей, вдовой графиней Нейтонской, прижил уже сына. В общем, там реальная Санта-Барбара, и вот такой чудак по сути станет вторым лицом в исполнительной власти нашего многострадального королевства. Тем не менее, герцог Ормайский посчитал такую плату явно недостаточной, особенно, на фоне того, что получили мы, и, хотя своих вояк от Филиппа отозвал, присоединяться к армии графа Борского не отправил.

Есть некая ирония в том, что на помощь принцу мы отправили меньше солдат, чем вернули обратно, несмотря на понесённые потери, и заслуга в этом целиком принадлежит моему должнику милорду Джеку Мстителю, хотя приклеившийся к его имени во время крестьянской войны эпитет уже можно забыть. Джек стал полковником и под его началом сейчас более тысячи ста бойцов, причём, весьма закалённых. Как я слышал, это было лучшее подразделение в армии Филиппа. Милорд оказался и талантливым, и удачливым полководцем, сумевшим даже прошедшей сложной зимой обеспечить своих подчинённых и продовольствием, и фуражом, и деньгами за счёт откупов с городов. Его прошлый опыт ведения партизанской войны в нынешних условиях оказался очень востребован. Так и потянулись к нему солдаты удачи из других отрядов. Некогда пришедший по нашему указанию к принцу с отрядом в три с небольшим сотни человек, он увеличил его почти втрое. Теперь, в соответствии с соглашениями достигнутыми между герцогом Джеем Неллерским и королевой Хельгой Саворской, полк Джека переходит под командование графа Борского и остаётся в королевском домене. Мне это прям на руку. Считай, больше тысячи закалённых вояк, на которых в случае чего всегда могу рассчитывать, и почти, что называется, под самым боком.

А вот у новой правительницы Кранца не всё идёт гладко. Маршал Борский постоянно шлёт во дворец предупреждения, что ранее поддерживавшие короля Эдгара герцоги Ронерский, Ултиарский и Ломбарский теперь откровенно саботируют приказы главнокомандующего, больше изображая войну с принцем, чем реально в ней участвуя. Свою роль тут сыграло вовсе не симпатии к покинувшему трон королю, а резкое усиление нашего клана, получившего огромную власть в столице – кардинал, прелат столичного собора, вице-канцлер и даже комендант гарнизона, такие знаковые и дающие огромную власть должности достались Неллерам. Разумеется, это не могло не вызвать беспокойства, зависти и опасения сос тороны других герцогских кланов. Даже наш добрый союзник Конрад Ормайский недавно отправил своего младшего сына срочно укреплять крепость на их границе с Неллерской провинцией. Дружба дружбой, а в политике доверие основано на паритете возможностей.

Третий глава в ряду наших кланов, поддержавших поначалу претендента, герцог Воркский тоже получал какие-то предложения от новой молодой правительницы, кажется, назначить представителей его рода казначеем королевства, главой столичной стражи и дворцовым церемониймейстером, только по всей видимости озвученное оказалось для него не только недостаточными, а даже оскорбительными. Во всяком случае, молодой тридцатилетний герцог Грег вдруг вдвое увеличил численность своих полков в войске Филиппа.

В этой патовой ситуации между племянницей и дядей шёл активный закулисный торг, сути которого моя мачеха не знает, и Хельга, и Филипп никого в свои переговоры не посвящают. Я б конечно предложил перехватить пару гонцов, раз уж кроме меня тут никто не догадался шифровать послания, да и почитать, о чём у Саворских идёт речь, но решил не умничать. Сказал другое:

– А ведь Хельга рискует, давая нам такую огромную власть у себя под боком – религиозную, военную, да и административную, раз уж она нашего Андрея виконта Торского не отставила с должности вице-канцлера.

– Рискует? – почему-то удивилась мачеха. Она сложила руки в замок и посмотрела на меня с некоторым недоумением. – Эта змея всё точно рассчитала. Теперь другие герцогские кланы рассматривают нас своими главными соперниками. Даже Конрад, и тот… Ладно, с ним мы всегда договоримся. Понимаешь? Теперь, прежде, чем что-то предпринимать по отстранению Хельги, если кто-то когда-то такое задумает, вначале нужно будет озаботиться о нейтрализации нашего влияния и нашей власти.

– Тогда, – не сдержал смешка, но тут же принял озабоченный вид. – тогда зачем мы приняли все её предложения?

– А как же иначе, Степ? – Снежная Королева обдала холодом взгляда. – Другой такой возможности усилить наш род вряд ли когда представится. Отказались бы мы, королева предложила бы эти должности другим. И потом, когда ты руководил аббатством, неужели не обратил внимания, что при принятии любых решений, чаще приходится выбирать не между хорошим и плохим их вариантами, а между плохим и плохим, порой же, между совсем скверными. Впрочем, в данный момент мы не видим ничего угрожающего. Кланы сильно разобщены, взаимное недоверие очень велико, а соседям сейчас не до Кранца, особенно империи. Там тоже никак не могут поделить властные полномочия. На сегодняшний день мы приняли самое взвешенное решение. Что будет дальше, посмотрим. Мы станем, и при твоей помощи в том числе, внимательно следить за всем, что происходит в Рансбуре и королевстве.

– Получается, мне нужно радоваться, что наша добрая королева расщедрилась мне на имение, дающее мне право на титул всего лишь баронета, – улыбкой показываю, что шучу.

Забыл, у Снежной Королевы с шутками как-то не очень хорошо складывается.

– Всего лишь? – переспросила она. Хмыкнула, дёрнув подбородком, расцепила руки, вновь разместив их на подлокотнике и пояснила для особо одарённых: – Маркизаты, виконства и баронетства, то есть владения, дающие титулы без обязательств вассальной присяги, очень редки, тем и ценны, а уж чтобы такое оказалось выморочным, найти очень сложно. К примеру, у нас во всей провинции единственный маркизат, тот, который принадлежит Агнии. Не знаю, зачем мой супруг, твой отец, подарил его ей. Маркизой она и без этого имения была, а доход оно приносит совсем небольшой. Там в основном лесистая и заболоченная местность, а обе деревни почти опустели ещё при герцоге Александре, когда там бушевали сильные пожары, оставившие на месте поселений только головёшки. Думаю, у Хельги не было просто иных таких владений. Так что, да, она расщедрилась в отношении тебя, и говорить об этом нужно безо всякой иронии. Хм, а по тебе ведь не скажешь, Степ, что ты хотел бы повысить свой аристократический статус. Не знала, – в её глазах мелькнул огонёк. – Но раз так, могу тебе помочь. Мы с Джеем можем тебе помочь. Хочешь стать маркизом? Помоги нам убедить Агнию – заметила, она к тебе сильно прислушивается – отнестись наконец серьёзно к поискам подходящей ей партии. Пусть не упирается, а наоборот проявит в этом вопросе активность. Как только моя дочь найдёт себе достойного мужа, так, обещаю, Степ, маркизат станет твоим. Денег с него ты получать, действительно, много не будешь, только мы тебя и так не ограничиваем в тратах. Хочу тебя отдельно поблагодарить за то, насколько сильно ты увеличил доходы нашего клана. И да, вполне заслуженно станешь маркизом Неллерским, но только после того, как только Агния войдёт в храм с женихом.

Да уж, нарезала задачку. Убедить Агнию? Сестрица в самом деле меня слушает, особенно, когда я ей рассказываю адаптированные под паргейскую реальность истории родного мира. Да и так воспринимает мои советы вполне благожелательно. Только выводы делает сама.

– Боюсь, в этом вопросе она вряд ли станет ко мне прислушиваться, – вздыхаю. – Вы ж хорошо знаете свою дочь. Она пока не готова к браку. Я постараюсь у королевы выслужить, это намного легче получится. – отпускаю очередную шутку, забыв, что тут они лишние.

– Будь с ней осторожен, Степ, – предупредила мачеха. – Не зря она тебя обхаживает. Если думаешь, что там влюблённость, то очень глубоко заблуждаешься, – как по мне, заблуждается она. Нет, политические и магические расклады тоже играют свою важную роль, но опытом пятидесятилетнего мужика, отца взрослой дочери, не сомневаюсь, что чувства Хельги ко мне искренне дружеские и даже чуть больше, чем просто дружеские. – Ты уже совсем взрослый, поэтому скажу откровенно. Да, она отдала право первой очереди престолонаследия будущему ребёнку Эдгара и Люсинды, дав в том клятву перед ликом Создателя, но не рассчитывай, что эта змея не хочет иметь своих детей максимальной одарённости. Усиление Саворских не в интересах высоких родов и кланов, а нашего особенно. Имей в виду, что помимо магических зелий и артефактов предотвращающих беременность, есть и те, которые их нейтрализуют или и вовсе усиливают влечение. И такое не обнаружит ни одна магическая защита, не станет противодействовать этому воздействию. Помни об этом всегда, когда она будет вызывать тебя на аудиенцию. Так уж получается, что именно мне приходится тебе говорить о столь непубличных вещах, раз уж твоего отца нет.

Ну, мне известны способы, чтобы у партнёрши не могло возникнуть зачатия, и без применения алхимии или амулетов. Только раскрывать свои столь глубокие познания в этом щекотливом интимном вопросе не стал. Пообещал, что буду максимально осторожен и стану избегать оставаться с королевой наедине в таких местах, где возможно наше тесное общение. Даже удалось покраснеть при обсуждении этой темы. Некими актёрскими талантами, оказывается, я всё ж обладаю. В прошлой жизни не имел. Ну, наверное. Во всяком случае, не только Даша, но и Леська, став постарше, меня на раз-два вычисляли.

А что с Хельгой делать, теперь не знаю. Раньше у меня юную кровь взбудоражила Берта, эта милая девчонка, но сейчас начинает зарождаться чувство старшего братика, примерно такое же, какое я испытываю к любимой кузине Юлиане. Умом понимаю, что четвероюродная сестра – это, можно сказать, никакая не сестра, а вот в душе как-то всё перекосило. Не могу сам разобраться в своих мыслях старый дурак. Кто остаётся-то из тех, с кем мне действительно было бы хорошо? Только Хельга и, как ни странно, та прикольная огонь-девка Анна Миорская, маркиза, моя несостоявшаяся невеста, беглянка. Богатый выбор. Как мешок сахара, говоря по здешнему. Ладно, вторая навсегда скрылась из моих глаз, но первая-то осталась. И как же с ней будет всё сложно. Мы ведь не простые парень и девушка. В наших отношениях много слоёв – межличностный, клановый, политический, экономический, династический и, главное для реалий Паргеи, магический. Страшный замес. В таком даже могущественный боевой маг и великий целитель легко может головы лишиться.

Будто прочитав мои мысли, мачеха добавила:

– Твою опекаемую, миледи Берту, Курт заберёт с собой. Сюда. Не хочет расставаться с дочерью, которая вдруг у него нашлась. Благодаря тебе. Степ, ты удивительный. Весь в отца. Не только внешностью, хотя и внешне вы с ним почти одно лицо, но и той пользой, которую приносишь нашей семье и роду. Миледи Берта оказалась не просто сильной магиней, но и родственницей. Я сама помогу Курту заняться воспитанием и обучением девушки.

– Как тогда быть с университетом? – уточняю.

Чёрт, я реально расстроен. Хотелось бы видеть эту замечательную девчонку почаще, а так уедет, и всё. И что теперь делать с особняком, который я с таким прилежанием обустроил? У меня теперь в Рансбуре свой дворец будет, ну, ладно, не дворец, скорее, подворье, жить придётся там. Продавать? Жалко. Может Ригера с Эльзой там поселить? Так им не по статусу. Хотя, почему не по статусу? Мало того, что они меня с детства воспитали? Пусть туда переселятся. Если что, решу с Хельгой вопрос о дворянстве для них. Нет, не получится. Есть вещи, которые можно заслужить только на поле брани в войнах за интересы короны.

– Да что с университетом? – равнодушно жмёт плечами герцогиня. – Будет осваивать материал здесь. Учителей найдём, пригласим. Зачёты и экзамены будет ездить раз в год сдавать. Для дочери епископа всегда найдётся достаточное количество охраны, чтобы даже в наши смутные времена обеспечить ей безопасность поездок. Так что, этот вопрос легко решается. Степ, ещё у меня есть к тебе личная просьба.

– Вам всегда готов служить во всём, – уверяю, может и не совсем честно, но близко к тому.

– Я хочу воспользоваться твоей магией для себя. Мне нужно омоложение.

– Вам? – изображаю удивление, хотя сразу, едва только вошёл, жду эту просьбу. – На вы и так молоды и прекрасны, герцогиня! – Снежная Королева на мою лесть не ведётся совсем. Блин, она не женщина что ли? Все они падкие, а эта нет. – Но, конечно же, готов приступить хоть сейчас. Только нужно послать за моим секретарём, у него нужный фолиант с плетением.

– Сейчас не нужно, – опять приподняла уголки губ Мария. – Вначале торжественная трапеза, а потом можно будет заняться. Тебе ведь часа три потребуется?

– Меньше, – ответил скромно. – Не первый раз создавать буду, есть опыт.

– Заранее благодарю, – кивнула Снежная Королева. – Тебя сейчас проводят в гостевые покои и вскоре пригласят. Приходи вместе со своими спутниками.

Конечно же она имеет в виду благородных спутников. Брату Сергию вряд ли когда удастся посидеть за одним столом с герцогами, разве что, если я сам когда-нибудь, хе-хе, стану герцогом и приглашу его составить компанию.

Дворецкий привёл меня в апартаменты, расположенные тут же на третьем этаже. Милорд Карл и миледи Алиса уже хозяйничали, командуя и моими Еленой с Ирэн, и дворцовыми лакеями.

– О, Степ, – обернулся приятель. – Я поговорил с виконтом Генрихом. Всё ему рассказал, объяснил, как тебе удалось установить истину. Он, хоть и не сильно обрадовался, но обещал быстро во всём разобраться и доложить герцогу Джею на его решение.

Ну, а чему должен восторгаться начальник нашего сыска? Во-первых, не он обнаружил обман в столь серьёзном вопросе, как наказание осквернителей чести рода Неллеров, а, во-вторых, в Рансбуре мне Леон Рофф весьма подробно рассказал, как устроена муниципальная власть в столице. Там помимо официальных коронных сборов и налогов, существуют и отчисления с берущейся местными чиновниками мзды. Эти отчисления идут не в казну королевства, а дворцовым сановникам. С Неллером я это вопрос не прояснял, но уверен, тут работают примерно те же самые схемы. То есть, тот толстяк-префект явно задействован в существующих раскладах и пользуется покровительством чиновников герцога. И пусть так. Есть границы, за которые никому не стоит переходить. И покровители вряд ли вмешаются, чтобы отмазать толстяка и его зятя, пусть даже среди этих покровителей сам виконт Генрих Реймсский.

– Господ приглашают в трапезную. – доложил пожилой лакей, едва я успел переодеться в парадный мундир.

Глава 8

Шли за лакеем к трапезной втроём – я и Карл с Алисой. Миледи Паттер ещё ни разу не довелось обедать в присутствии столь высокородной аристократии, но особого волнения за ней не наблюдаю. И правильно, чего волноваться-то? Брюхо набить – много ума не нужно. Как понимаю, раз уж их, моих соратников, удостоили столь высокой чести, то, во-первых, семья Неллеров отдаёт им дань уважения, понимая, что в одиночку даже столь великий маг, как их бастард Степ, сделал бы намного меньше, ну, а, во-вторых, каких-то очень серьёзных разговоров, касающихся родовых планов, ждать не стоит. Значит, вскоре меня ждёт ещё одна аудиенция, на этот раз у единокровного брата. Не сразу, позже, после того, как сделаю мачеху юной девицей. Шутка разумеется, юной девицей она не станет, и всё ж выглядеть будет не старше тридцати. Силу своего плетения омоложения теперь знаю неплохо.

Сколько уж раз я его создавал? Чёрт, а ведь и не сосчитаю сейчас. Надо было бы сразу, едва начал свою магическую силу применять, оказавшись в этом мире, начинать вести счёт. Всплыли вдруг слова Ильича, что социализм – это учёт и контроль. К чему бы это? Ладно, вспомнил и вспомнил, а вообще, чем дольше здесь живу, тем реже у меня в мыслях самопроизвольно, без намеренного желания, появляются воспоминания прошлой жизни. Неужели начинаю забывать своё настоящее прошлое? Не хотелось бы. Хвала Создателю, что нет, не забываю. Просто, как говорится, оно уходит на задворки сознания.

В трапезной нашего родового дворца легко разместится больше сотни пирующих, и ещё полно места для танцев или цирковых представлений останется, но сейчас здесь в центре единственный стол, накрытый на полтора десятка человек. Мы пришли сюда не первыми, а вот из членов семьи я появился раньше всех. Ну, да, так и положено. Я ж самый младшенький, и по возрасту, и по статусу.

О, знакомые всё лица. Тут и баронет Алекс, секретарь Марии и наставник милорда Майкла, секретаря герцога, который тоже здесь, сидит рядом, тут и полковник Тойбин, командир нашей гвардии по должности, а по сути военный министр герцогства – командиры других полков ему подчинены в плане организации снабжения, кадровых вопросов и управления в мирный период. Впрочем, последнее – профанация, мы ж почти постоянно воюем, вялотекущие конфликты на границах, считай, никогда не прекращаются и требуют личного присмотра и руководства самого герцога Джея. Рядом с военным министром виконт Генрих Реймсский, начальник сыска, чьё имя наводит страх порой больший, чем правители. Он-то что здесь делает? Ему нужно разбираться с осквернителями нашего рода, а не пировать. Шутка конечно. Во-первых, от приглашения герцога не отказываются, а это он определяет состав своих гостей за столом, во-вторых же, у виконта Генриха достаточно толковых исполнителей, над которыми не нужен постоянный контроль. Конечно, вижу и наставника.

Милорд Ричард Ванский улыбается, отхлёбывая из серебряного кубка вино. Единственный из присутствующих, кто не постеснялся протянуть руку к содержимому уставленного яствами и напитками стола, где особое внимание привлекает лежащая в центре на огромном овальном блюде из начищенной до блеска бронзы большая, метра полтора длиной, мурена, запечённая – или зажаренная, тут я не разобрался с первого взгляда – муреной, откормленной мясом преступников. Вот уж эту рыбу я так и не приучил себя есть. Не стану и сегодня.

Марго Вирская, фрейлина и лучшая, да даже не лучшая, единственная, подруга моей мачехи приветливо помахала мне рукой, едва я сделал шаг за порог зала. Я ж в ответ благословил и её, и всех остальных. Все склонили при этом головы. Ненадолго.

Симпатичная горничная провела нас к местам, мне, естественно, досталось ближе к голове стола, моим спутникам – в конце. Вскоре появились одновременно нынешняя и вдовствующая герцогини, у двадцатиоднолетней Ольги, выделившей взглядом из всех присутствующих только меня и радостно улыбнувшейся, живот скоро на нос полезет. Двойня у неё там что ли? Похоже, своим переселением в Паргею я безо всякого материнского капитала стимулировал рождаемость в роду Неллеров, и это не считая найденной для нас миледи Берты. Как говорится, плодитесь и размножайтесь.

Ольга села рядом со мной, чуть покраснев, когда мы с ней здоровались, а Снежная Королева расположилась напротив. И нам всем тут же пришлось подняться, приветствуя появившегося в сопровождении двоих гвардейцев нашего правителя герцога Джея. Ух, как он постарел. Преувеличиваю конечно, это я так сформулировал впечатление, накрывшее меня при виде единокровного братца. Но реально выглядит старше своих двадцати девяти. Вот что груз ответственности делает. Я ведь тоже кажусь намного взрослей своих сверстников из простонародья. Сегодня утром в околотке это в очередной раз мысленно отметил.

Чем мне нравится здешний застольный этикет, так это отсутствием необходимости подниматься на ноги, как при произнесении здравиц, так и становясь объектом их направленности. Так что, первые четверть часа, когда, можно сказать, только про меня и говорили, поздравляя с назначением на столь высокую церковную должность, выражая уверенность, что полностью её достоин и желая дальнейшей карьеры, мне не пришлось изображать Ваньку-встаньку. Только слушал, улыбался, благодарно склонял голову, ел и пил. Даже нашёл возможность подмигнуть прислуживавшей мне красавице-рабыне.

Если братец, несмотря на произносимые им тёплые слова в мой адрес, был хмур и озабочен, мачеха, как всегда, холодна будто лёд, то Олька всё время посматривала на меня и улыбалась словно деревенская дурочка. Поначалу мелькнула мысль, что ей тоже нужна от меня магическая помощь, но тут же эту мысль отмёл. Омоложение ей точно не требуется, а исцелить она сама кого хочешь исцелит, будучи очень сильной одарённой. Собственно поэтому младшую виконтессу из захудалого, да к тому же многодетного рода графов Атирских из Ормайского герцогства и приняли в наш род в качестве невесты наследника, выдержав нешуточное сопротивление этому браку со стороны герцога Конрада. Не будь мой здешний биологический отец дружен с соседом, не видать Джею такой невесты. Бесприданница? Не принесла Неллерам ни земель, ни денег? Ну, как сказать. Земли можно завоевать, деньги заработать или награбить, а вот магия – либо есть, либо нет. Теперь, в животе у Ольги почти наверняка усиление могущества нашей семьи. Точно ведь двойня, не ошибаюсь. Спросить? Нет, не удобно. Вдруг там просто толстый малыш вырастает? Захотят, скажут.

– Я все твои удивительные истории прочитала, – когда Джей увлёкся разговором с матерью, сообщила мне молодая герцогиня. Так вон она чего улыбается. – Не только те, что записаны в книгах, но и те, которые ты Агнии с Юлианой отправлял. Они распорядились их переписать, по моей просьбе, и прислали сюда. У меня самые лучшие золовки. С сёстрами так не дружила, как с ними. Ты ведь не возражаешь, что мы станем делиться твоими рассказами?

Хм, похоже, я подтолкнул создание ещё и первого в этой реальности самиздата. Или это, скорее, книжное пиратство? Нет, какое пиратство? Настоящий самиздат, как тот, который мне попадался в моём настоящем детстве в виде отпечатанных на машинке на газетной бумаге фантастической книги Гарри Гаррисона о Стальной крысе или повести Булгакова «Собачье сердце». Тут, понятно, не машинка и не газетная бумага, но принцип распространения тот же самый.

– Конечно не возражаю, – пожимаю под столом протянутую ею мне руку. – К тому же, ты им сможешь вскоре отплатить за доброту. Я как раз записал в дороге пару новых историй. В Рансбуре по новой секретарь сделает, а эти свитки тебе оставлю. Их ещё никто не видел. Русалочка, Гадкий утёнок и Оловянный солдатик.

– Ой, спасибо, Степ! Как же я рада. Когда пришлёшь? Давай я рабыню сразу после обеда пришлю за ними? Ой, оловянный солдатик? – вскинулась герцогиня. – Мне привезли набор для сына, когда родится и подрастёт, только это же будет не скоро. Из Готлина привезли. Ой, это же, получается, опять твоя придумка? Степ!

– Моя, – подтверждаю. – Просто вдруг подумалось, почему бы детям не сделать игрушки из олова? А у меня будет племянник? Нашли плетение определения пола?

– Нашла, – смеётся. – И племянник, и племянница. Так что, и для девочек игрушки из чего-нибудь придумай.

– Сделаю, – обещаю и, между прочим, безо всяких шуток. Неужели я родную племянницу без забав оставлю? – Пришлю из столицы первым же караваном, который пойдёт в нашу сторону.

Тут нас отвлекла вдовствующая герцогиня, втянув в обсуждение завершившейся уборочной страды. Второй урожай этого года оказался выше ожиданий, и Джей предлагал часть собранного отправить в королевский домен. Там сейчас цены выше, чем даже на нашем традиционном северном рынке в Виргии, с которой мы не останавливали торговлю, даже когда воевали с нею. Правда, пользуясь для этого услугами верцийских либо ладунзских торговых гильдий, зерновой и продуктовой. Моей мачехе идея сына не нравилась. Цены-то выше, да только расплата идёт в основном векселями королевской казны, а её состояние все присутствующие за столом знали хорошо. Хельга содрала с нас приличную сумму за поддержку дяди Рональда, вот только, все деньги ушли на оплату наделанных Эдгаром долгов.

– Я бы согласился с дорогим братом. – отвечаю после некоторых раздумий на вопрос Марии. – Мы ведь выплатили только половину оговоренной суммы. Оставшиеся должны отправить в последующие два года. Если вдруг у короны возникнут проблемы с обналичиванием выданных ею обязательств, то мы остаток обещанного королеве отдадим её же векселями. – жму плечами, другого-то всё равно вот так навскидку придумать не смогу, и с удовольствием беру второй кусок медового пирога. Удачный получился.

За столом же воцарилось молчание, которое спустя минуту-две оборвалось тихим смехом до этого слишком уж серьёзного герцога, а затем и остальных пирующих.

– А ты великолепен, Степ. – пояснила Снежная Королева причину общего веселья.

А что я такого сказал? Решение же, как по мне, на поверхности лежало.

Поев и обсудив ряд рабочих вопросов, направились к окнам, смотрящим на сторону плаца и площади с небольшой церквушкой с левой стороны. Герцог сегодня в виде зрелища приготовил казнь двух слуг – супружеской пары, обнажёнными привязанными к невысоким столбам, чуть выше человеческого роста, вкопанными на границе плаца. Мужчину, кажется, узнаю, он где-то на конюшне вроде работал, а вот женщина точно не знакома. Ричард просветил, та служила прачкой и решила освободить себе место старшей прачки, подсыпав начальнице яд, который с этой целью приобрёл муж. Мозгов не хватило сообразить, что аптекари о подобных покупках немедленно сообщают агентам тайного сыска, а пойти в кварталы трущоб к подпольным зельеварам конюх не мог, он там никого не знал. В общем, попались на попытке покушения, потому и казнь им назначена не из самых жестоких – их приказано удавить ремнём.

Другой вопрос, что наш замковый палач Кирилл, здоровенный бугай с копной ярких рыжих волос на голове и огромными ручищами, знал, как угодить господам, и, будучи в силах моментально сжать шеи до хруста позвонков, сделал процесс удушения долгим и мучительным для преступников, которых поочерёдно умерщвлял минут по пять, пока из тех не вытекало всё содержимое кишечника и мочевого пузыря.

В отличие от остальных, я на это безобразие смотрел краем глаза, сосредоточив своё внимание на проводившуюся как раз в это время смену часовых на башнях замка. Когда я служил в своём родном мире, нас на смену водили разводящие из сержантов. Там был целый ритуал – «Стой! Кто идёт?», «Стой! Освети лицо!», ну, если дело ночью, потом «Стой! Стрелять буду!» и далее печальное. И менялись по командам сдать-принять пост, и докладывали о сдаче-приёме поста, и уходили организованно. А здесь всё как-то по-крестьянски – построили новую смену, проверили вооружение, напугали карами, если что не так будет, и отправили к местам службы, куда караульные добираются сами по себе.

Была одно время мысль у себя в обители создать подобие нормальной караульной службы, да эта идея пополнила копилку множества задумок, до которых у великого мага, целителя, мыслителя не дошли руки и, так подозреваю, в этом мире уже не дойдут. Может в следующем реализую? Угу, а будет ли следующий-то?

Не только мы из окон любовались казнью. Похоже, всё население замка высыпало смотреть, как их бывших коллег умертвят. И не всем слугам это обошлось бесследно. Заметил, как двоих пареньков из дворцовой кухни повар прогнал увесистыми подзатыльниками, один из мальчишек даже упал. Сходили на бесплатное представление, называется. И поделом.

– Пытался её убедить, – негромко, почти в самое ухо сказал мне оказавшийся рядом виконт Ванский. что она так намного лучше молодых девушек выглядит, ни к чему ей это омоложение, но бесполезно. Если Мария что-то решила, то уже не слушает.

Это он о предстоящем сеансе омоложения вдовствующей герцогини. Подслушал? Вряд ли. И так догадался. Наставник ничуть не менее сообразительней, чем я. Эх, Ричард, не одна Машенька твоя такая. Многие женщины, если что-нибудь втемяшат себе в голову, чёрта с два ты их переубедишь. Да и нужно ли? Женщине главное, чтобы она сама себе нравилась.

После казни мы со Снежной Королевой отправились в её кабинет. Не хочется ей время терять. А то я буду делом занят, а ей что, просто так сидеть? Карл с Алисой поехали в амфитеатр. На медведя они точно не успеют, а вот на волков и гладиаторские поединки вполне. Попросил друга всё ж уточнить, как развиваются события насчёт осквернения памяти моего славного предка. По большому счёту мне уже, как говорится, до фонаря, но из принципа хочется добиться справедливости, раз уж начал.