Текст книги "Бастард рода Неллеров. Книга 12 (СИ)"

Автор книги: Серг Усов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Дом, милый дом, – выдыхаю, проходя по коридору своих покоев. Фраза из какого-то американского фильма, уж не помню названия, вроде не понравился, но тут прям само вырвалось. – На кого же я тебя оставлю? На того неведомого кузена, дебошира, дуэлянта и пьяницу? Ох, Сергий, – оборачиваюсь к молчаливо слушающему мои очередные мысли вслух секретарю. – может благотворная сила нашего святого источника на него повлияет?

– По другому и не может быть, ваше преподобие. – убеждённо ответил мой помощник.

Ну, успокоил. Я с наслаждением скидываю с себя дорожные доспехи и одежду, переодеваюсь в свой домашний ситцевый костюм и в сопровождении взявшей с собой полотенца, простынь и банные принадлежности Ирэн отправился в мыльню.

Там мы собрались втроём, со мной ещё Эрик, уже успевший обняться с юной супругой, и чуть припозднившийся милорд Монский, явившийся в приподнятом настроении и с улыбкой до ушей. Париться я так никого из своих соратников не приучил, впрочем, не сильно и старался, а вот к горячей парной Карл, Эрик, как и отсутствующие сейчас брат Макс с Сергием, уже привыкли, им понравилось. Вскоре надо будет в Рансбуре и Гринфоре мыльни модернизировать под себя и под своих соратников. Там наверняка просто тёплые помывочные, и не факт, что в замке вообще имеется.

– Чего такой радостный? – спрашиваю друга, потея рядом с Эриком на верхней полке.

– Ух, какой шум поднялся в монастыре и городке, когда узнали о твоём скором назначении настоятелем столичного храма, – отвечает, размещаясь справа от меня.

– И это тебе веселит? – удивляюсь.

– Нет, не это, – смеётся. – Три дня назад в обитель письмо пришло. Мелани ждёт от меня ребёнка. Получилось, и без всякого усиления алхимическим зельем, как я ей и говорил. У меня мужская сила ого-го. – похвастался.

– Ну, поздравляю, – хмыкаю с иронией. – В будущем, полагаю, всё наше королевство будет заселено твоими потомками, если продолжишь в том же духе.

– Вот чего ты опять начинаешь? – отмахивается. – Говорю же, обо всех буду заботиться. А с Иваном, который от Джессики вскоре и вовсе буду ежедневно видеться. Подожди, время быстро летит, не заметишь, как самому захочется иметь своих детей.

Блин, вообще-то эту фразу, насчёт быстро летящего времени и потомства должен был бы произнести я, но ладно, пусть начинает интуитивно впитывать мои подходы к жизни и взгляды.

– Давай я с этим как-нибудь без тебя разберусь, Карл? – предлагаю. – И вообще, если согрелись, освобождайте мне место под берёзовый веничек. Сами не захотели ещё похлестать себя? Нет? Ну, как хотите.

Традиционная русская баня, пожалуй, единственное из моих новшеств, которое не приживётся и покинет этот мир вместе со мной. Даже если своих детей и внуков приучу париться, глобально это ничего не изменит. Вот если бы я попал в более суровый климат, тогда шансы были бы побольше. И пусть так. Хватит с лихвой других моих нововведений. Одно только культивирование сахарной свеклы чего стоит. На нескольких полях герцогского домена и маркизата Агнии уже завершили сев этой культуры, а в мастерских Неллера изготавливают прессы для нарезки свеклы и чаны для её отварки. По моим прикидкам, те деньги, которые Хельга выдавила из нашего рода, мы за счёт продажи сахара окупим уже в ближайший год, а потом целое десятилетие, пока рынок не насытится, будем продолжать загребать серебро лопатой. Да и в последствии потребности в сахаре никуда не денутся, будут только расти. Безумных цен уже не выставить, но прибыль останется высокой.

– Вот теперь можно и плотно пообедать, – отдуваясь после полива меня рабами водой из вёдер, говорю соратникам. – Приглашаю составить мне и братии компанию.

– Степ, если не возражаешь, я бы домой отправился. – попросил лейтенант Ромм. – Юлька ждёт. Она тоже там всего наготовила. Когда успела твои рецепты выучить? И, знаешь, у неё ловко получается.

– Конечно иди, – усмехаюсь с некоторыми нотками зависти. – Не в моих принципах вставать между любящими сердцами. К тому же, о чём пойдёт у меня разговор с помощниками, ты прекрасно знаешь.

Глава 3

Привычка просыпаться рано, не оставившая меня и в этом мире в юном теле, срабатывает даже тогда, когда я засыпаю очень поздно. Сейчас свою роль сыграло ещё и желание посетить серебряный таз за ширмой. Но решил немного потерпеть, не хочу будить сладко спящую миледи Алису, закинувшую во сне на меня ногу и чуть слышно сопящую, уткнувшись носом в покрытую дорогим юстинианским шёлком подушку. Рука у меня сама непроизвольно легла на упругое бедро лейтенанта-мага, а ноздри втянули травяно-цветочный аромат её волос. Долго я смогу так лежать? Что победит во мне, желание не прерывать удовольствие от близости замечательной женщины или естественный позыв организма? Корректного ответа не дождался, ситуация разрешилась благодаря кошке, явившейся в спальню через окно, ничтоже сумняшеся, запрыгнувшей на кровать, протиснувшейся между мной и Алисой и заурчавшей что тот трактор на пахоте. Здоровая выросла, куда той рыси, а ведёт себя порой, как маленькая. Мурзик, тот посолидней будет.

– Котя, – не раскрывая глаз, миледи погладила кошку по голове и спине. Уж где-то с месяц, может больше, та позволяет Адисе себя ласкать, перестала шипеть и царапать до кровавых ран. Хорошо, что лейтенант-маг целитель, иначе почти всё лето ходила бы по обители и в роте с ободранными руками. – Ты когда-нибудь дашь нам нормально поспать?

Мои пушистики, не сомневаюсь, отлично понимали, если не слова, то тон и смысл им сказанного. Поэтому кисуля сочла нужным презрительно фыркнуть, дескать, вас тут раньше не лежало, не нравится, уходи.

– Да ладно, девочки, не ссорьтесь, – потягиваюсь. – Всё равно уже пора вставать.

– Куда так рано? – вздохнула моя любовница. – Твой кузен раньше девяти не проснётся. Любит поспать и вообще, прости Степ, неприятный он тип. За три дня, которые здесь провёл, успел испортить настроение всем.

– За что извинять? – аккуратно встаю с постели под недовольным взглядом не дождавшейся от меня долгих ласк Котьки. – Сам вижу. Но, какой ни есть, а всё ж родня. Уж месяц как официальная. Церемония была проведена, всё в соответствии с нашим неллерским ритуалом. Мне герцог написал ещё месяц назад. Рано? Можно подумать, у меня без дорогого кузена нет, чем заняться.

Мои расчёты, что ситуация с моим переназначением в столицу затянется до поздней осени, не оправдались совсем. Ещё только шестнадцатый день третьего летнего месяца, а мой троюродный, не кровный кузен уже здесь в обители, треплет всем нервы и мне в том числе своими глупостью и активностью, замешанными на оптимизме. Жуткий букет. Бедный мой монастырь. Уже не мой так-то. Милорд Уварский прибыл с пергаментом, подписанным прецептором Николаем, в руках. Заодно и мой, утверждённый лично его высокопреосвященством Рональдом Первым, вручил. Там всё чёрным по белому – настоятелем главного храма Рансбура назначен милорд Степ из рода Неллеров.

Ну, свиток-грамота о жаловании мне манора Гринфор от королевы Хельги Первой – вот так у нас теперь в Кранце, и кардинал и правительница первые своего имени – тоже мною получен. Всё, осталось только передать дела и получить, как говорится, напутствие «скатертью дорога».

Алиса нырнула за ширму после меня. Мы с лейтенантом-магом с весны не то чтобы сожительствуем, но один-два раза в неделю, иногда чаще, она остаётся у меня ночевать. В обители невозможно такое скрыть, да мы особо-то и не таимся. Осуждения ни от кого не наблюдаю. Разве что милорд Карл вначале соизволил шутить на эту тему, и то больше от лёгкой зависти, миледи Паттер ему самому очень нравится. Однако, друг быстро почувствовал, что мне его подколки не сильно нравятся, и, как говорится, с темы съехал.

– Степ, ты позволишь у тебя умыться? – спросила подруга, появившись из-за ширмы.

Для меня шестнадцатилетнего она в свои тридцать два, пожалуй старовата, но для меня настоящего – совсем молодка, девчонка, считай. Так что, по поводу наших отношений не комплексую нисколько. Ещё ж есть моё родовое превосходство. Алиса по любому младший партнёр. И в постели я сумел её удивить. Щёки от гордости надувать не стану, только ей, да и никакой другой женщине, никогда не приходилось ощущать сплава молодого теле и опыта зрелого, да что там зрелого, очень пожилого, мужчины. Как бы не влюбилась всерьёз. Нет, вряд ли. Она баба умная и видит, какая пропасть между нами. Ещё не хватало косплеить Эммануэля и Брижит Макронов в этом магическом мире.

– Не надоело спрашивать каждый раз одно и тоже? – я уже надел подштанники и обулся в домашние войлочные боты. Зову не очень громко, уши мои служанки моют тщательно: – Елена! Ирэн!

Молодые женщины тут же вбежали с водой в тазах и полотенцами. Я махнул рукой в сторону миледи, ей первой умываться, сам сел в кресло-качалку, изготовление этого вида мебели стало очередной статьёй дохода, и стал дожидаться своей очереди.

– Ваше преподобие, – умываясь, Алиса в присутствии служанок обратилась ко мне официально. – Может мне принести вам вассальную клятву как баронету Гринфору? Вчера перед сном пришла такая мысль.

– Мысль хорошая, – одобряю. – Мне нравится. Только вот давай не будем торопиться. Понятно, прецептору Ульяну больше нет смысла интриговать против моего рода, с кардинальской сутаной он пролетел как тонкий деревянный лист над Рансбуром, но мы пока не знаем, насколько он злопамятен. С Наказующими вообще лучше не связываться, тебе ли не знать? Давай этот вопрос отложим. Вот прибудем в столицу, я посоветуюсь с его высокопреосвященством. Как он скажет, так и сделаем. Ты всё? Тогда моя очередь.

Не знаю, на кой чёрт, но всё ж какую-то стеснительность мы с Алисой проявляем, под ручку публично не ходим и вообще демонстрируем удалённость. Из моих покоев вначале ушла она, направилась в казарму, на ней, ещё когда вчера ко мне явилась, была надета офицерская форма, так что, идти в свою квартиру в доходном доме переодеваться ей сейчас не потребовалось. Я вышел спустя пять минут в сопровождении чем-то недовольного, хмурого Мурзика, вернувшегося с крысой в зубах – фу, гадость, не отучи его никак – и, обойдя здание, через плац направился на тренировочную площадку, где меня уже дожидались оба наставника – лейтенант Макс и вернувшийся накануне из учебки Кир Бирюк – капитан Карл Монский и штаб-сержант Николас, пожалуй, самый молодой унтер-офицер в Кранце. Офицеры бывают и помоложе, если дворяне, а вот сержантские лычки к шестнадцати годам вряд ли кому-то ещё удавалось. Тем более, штабного.

Этого юного карьериста как раз чему-то наставляли офицеры, а Кир Бирюк сидел рядом на Г-образной скамье, на которой мы обычно отдыхаем в перерывах и по окончании тренировок. Он, закрыв глаза, подставил лицо лучам только-только появившемуся краешком над стенами обители солнцу. Рядом с ним лежали тренировочные мечи в количестве четырёх штук и кинжал, вроде даги, только с чуть более широким и менее длинным лезвием.

Начиная с весны меня гоняют в схватках один против троих. В такой пропорции сражаться с двумя мечами в руках я не смог, а вот с мечом и даги кое-что получается. Нет, разумеется, сражайся соратники в полную силу, то с их умениями они б меня в пару секунд разделали, но мы пока лишь отрабатываем приёмы и связки. Наставники свои силы сдерживают.

– Благословляю вас, друзья мои, – осеняю их жестом.

Со стороны поди смотрится смешно, ну, это если бы я смотрел, но мои соратники к благословениям служителя Создателя, тем более, столь прославленного, относятся с большими довериями и уважением.

Занимались больше часа, вначале на мечах, а потом и рукопашным боем, это уж мы с Киром вдвоём. Вымотавшись в схватке с офицерами, ему я продул трижды, причём, победа ему далась довольно легко. Ещё бы, он же теперь круглыми днями в учебке занимается рукопашкой с моими воспитанниками, а мне удаётся поддерживать форму только во время его редких приездов в монастырь.

– Там ещё двое просятся, – сказал Карл, когда я кряхтя из-за отбитого бедра сел на лавку между ним и Киром. – а я уже все тридцать отобрал, и, главное, обнадёжил парней. Не выгонять же и не менять? А эти оба отличные стрелки, что из арбалетов, кавалерйских и пехотных, что из луков.

С собой в Гринфер брать всю сформированную егорско-кавалерийскую роту в полном составе я не намерен. Там, во-первых, не нужно такое количество защитников крепости и патрульных, размах не тот, только зря кормить, а, во-вторых, давно хотел избавиться от любителей кутить и морально разлагаться, пусть это даже неплохие рубаки, наездники или стрелки. Нет, понятно, есть такие парни, кому можно прощать некоторую безбашенность, но если, как говорится, ты ничего из себя особенного не представляешь, так хотя бы покажи себя дисциплинированным.

Офицеры в полном составе изъявили желание отправиться со мной в Рансбур, а заодно дать мне вассальные клятвы, в том числе, и Карл. Ему нужно клясться по новой, уже как баронету Степу. Разница имеется. Нынешняя клятва может потерять силу в случае моей смерти, а данная как владельцу манора будет действовать ещё три года и в отношении моих наследников. Дальше уж решение принимается отдельно. Немного запутано, но какой-то смысл в этом есть. Действительно, без такого подхода было бы так, что помрёт феодал, и все вассалы могут разбежаться. Ан, нет, будь добр продолжить защиту феода.

Конечно же, я всем своим соратникам ответил согласием, и Карлу, и Эрику с Гербертом, и Алисе, и лейтенанту Николасу. Пригодятся. Я их проверил в боях и походах, так что, с их стороны подлянки не жду. Милорд Монский позавчера отдал мне список из тридцати солдат и сержантов, которых предлагает включить в состав моей дружины.

Чёрт, а я ещё не ознакомился. Тут этот милорд Уварский свалился как снег на голову и смешал мне все планы, бес. Но ладно, сегодня обязательно посмотрю, есть в роте несколько рож, которые не хотел бы видеть в составе своей дружины. Пока же ответил:

– Запиши и этих двоих. Где тридцать, там и тридцать два прокормлю. А в учебке что? – спрашиваю Кира. – Начали сборы?

– Да, конечно, – наставник мял нижнюю челюсть и водил ей туда-сюда, я ему тоже неплохо пару раз врезал, пусть и не настолько, чтобы сейчас активировать амулет. – Вначале конечно впали в ступор. Рассчитывали-то на конец осени, а тут такое.

– Я и сам впал в ступор, – грустно усмехаюсь. – Но куда деваться, если наш герцог и род умеют так быстро всё проворачивать. Полгода прошло с момента предложенного королевой договора, и вот уже вопрос решился. Как там ученики?

– Не поверите, но очень обрадовались, – хохотнул Бирюк. – Молодые, ветер в голове, уверены, что теперь все перемены в их судьбе только к лучшему. Собираются с радостью, торопятся, словно прям завтра выезжать. Арчи завтра приедет, доложит. Не понятно, что с самой заимкой делать. Столько сил на её обустройство потратили, ресурсов.

Если б он знал, какая жаба на этот счёт меня самого душит, не стал бы бередить рану, посыпать её солью. Но ладно. Фургоны я уже через брата Алекса заказал. Вывезем всё самое ценное с собой. Тем более, двадцать девять моих будущих спецназовцев – двадцать один парнишка и восемь девчонок – отправятся сразу со мной в Рансбур и Гринфор. Воспитанников приюта имени герцогиней Марии Неллерской заберу позднее, когда устроюсь на новом месте и организую там места для детей, их учёбы и проживания. Это ученики Арчи Добнеса, Лео Тимаса, бывшего акробата, и Кира Бирюка могут пожить в спартанских условиях, а задохликов тащить с собой сразу рискованно, помрут ещё по дороге.

– Разберёмся. – отвечаю.

– Миледи Сильвия ещё просится с тобой, – сообщил милорд Монский. – Говорит, брат Симон и без неё справится. А ей интересно продолжить работу над новыми алхимическими препаратами и боится, что без твоих идей у неё ничего не получится.

– И правильно делает, что боится. – усмехаюсь. – Хорошо, её тоже буду иметь в виду.

Двадцатидвухлетняя лекарка хоть и не одарена магией и имела в голове много бредовых мыслей местной медицины, зато оказалась умна и, что уж говорить, университет даёт неплохую базу в плане системного подхода к освоению новых знаний. В моём теперь личном хозяйстве миледи Сильвия точно будет полезной.

– Когда планируется отъезд? – хмуро уточнил брат Макс.

– А я знаю? – жму плечами. – Не хватает как минимум четырёх фургонов. Как готлинские каретники управятся, так через день-два и тронемся в путь. А пока надо всё готовить к погрузке. Я ещё только первоочередное указал, позже дополню список того, что заберу.

Всего полторы недели назад у меня со своим караваном гостила сестра Агния. Вчера мелькнула мысль, попытаться нагнать её на пути до Рансбура, чтобы вместе почти триумфально въехать в столицу, но как представил, сколько ещё нужно вопросов утрясти, так идею откинул в сторону.

Вместе сходили в мыльню, ополоснулись тёплой водой, тётка Валя, банщица, смотрю, чуть не плачет, подавая нам простыни. Только в эти дни понял, какую большую любовь я заслужил не только среди соратников, но и среди обычных людей, даже тех, кто носят ошейники. А ведь добреньким особо не был. Видать, люди и в самом деле умеют ценить, когда о них заботятся. Без ложной скромности, могу отметить, что жизнь всех обитателей Готлинского монастыря, наших крестьян и сервов Монастырки и Гутово, жителей городка улучшилась кардинально. Не стоит даже вспоминать о том, что кого-то мне лично или с помощью брата Симона и миледи Сильвии случалось от смертельных болезней и травм спасать. Даже немного чувствую себя предателем. Но тут уж пришлось выбирать, кому изменить, этим людям или приютившей меня семье. Моя верность принадлежит роду Неллеров, так что, никуда не денешься.

В мои покои поднялись вчетвером, отправив штаб-сержанта в казарму. Сегодня у меня расширенный в плане присутствующих завтрак. Чтобы не терять времени, решил сразу с него начать обсуждение имеющихся проблем и постановку задач. Все и собрались за столом, уставленным так, будто у нас пиршественный обед, а не утренний перекус. Только вот сменщика своего не вижу.

Слева он должен сидеть, а стул вот пустой. Напротив брат Михаил, эх, каких он только козней поначалу против меня не планировал, а сейчас расстроен, пожалуй, больше других братьев. Рядом с ним по обе стороны – Георг, гениальный механик и астроном, да и как управитель на высоте, недосягаемой многими, и брат Виталий, наш старичок-библиотекарь, справа от меня милорд Карл, а по краям стола, лицом друг к другу братья Макс и Симон, опытный целитель. А ведь зря я тревожусь насчёт будущего Готлинской обители, эта замечательная сработавшаяся команда, многому у меня научившаяся даже в плане работы с людьми, пожалуй, сможет обеспечить функционирование выстроенных мною производств и при абсолютно тупом руководстве. А ведь Эдвин совсем не дурак, к тому же, как я сам убедился, готов расшибиться в лепёшку, чтобы оправдать доверие своей тётушки Марии, которая его серьёзно напугала, убеждённо сообщит, что, если он допустит снижение доходов рода от монастыря, то уедет проповедовать с кафедры Щукинска, мелкого городка на границе с Ронерским герцогством, раз уж отменить принятие в род нельзя. Да, в этом мире изгнать из рода можно только под землю. На такое редко идут, хотя, я слышал, случается.

– Его преподобие Эдвин ещё почивают, – вернулась с докладом бегавшая в гостевые апартаменты, где сейчас расположился мой не кровный кузен, Елена. – Я сказала его рабу, что его ждут за столом, но тот боится его будить.

– Наш новый настоятель ночь опять не спал, – мрачно скривился в ухмылке Михаил, решив прояснить для меня ситуацию. – Две девки, присмотренные им в прачечной, вернулись уже под утро и сильно пьяные. Брат Тимофей доложил.

На лицах всей братии осуждение, хотя конечно же вслух из них никто про его преподобие слов порицания не произнесёт. Один Карл только весел, он бы и сам с удовольствием оказался на месте моего кузена. Что, кстати, иногда с другом случалось. Нет, не прав. Карл ни разу не позволил себе манкировать службой. Пьянки, гулянки – это одно, долг – другое. Кузен конечно оправдывает то, что про него говорили. Надо будет с ним крепко поговорить. Или не стоит? Может наоборот поддержать в его стремлении вести жизнь сибарита и не влезать в дела, которые хорошо исполняются и без его участия? А ведь это мысль, причём, дельная. Надо будет с ним ещё поближе пообщаться, и тогда уж решу.

– Получается, нам больше достанется, – шучу, обводя взглядом стол. – Что ж, братья, приступим, помолясь, к трапезе и обсудим наши вопросы.