Текст книги "S.T.A.L.K.E.R — Сердце Аномалии (СИ)"

Автор книги: Серафим Леман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)

Глава 12

Андрей, Елена и Алекс шли по заброшенному коридору подземной лаборатории. Стены, покрытые плесенью и ржавчиной, словно шептали о тайнах прошлого. Тусклый свет их фонарей выхватывал из темноты обрывки старых документов, разбитые пробирки и покосившиеся стеллажи.

– Андрей, посмотри, – тихо позвала Елена, указывая на полуоткрытую дверь в конце коридора.

Сталкер подошел ближе, толкнул дверь. Та поддалась, открывая взору небольшую лабораторию.

– Твою мать...

Комната была заполнена странными приборами, большая часть которых была Андрею незнакома. На стенах висели схемы и чертежи, испещренные непонятными символами и формулами. В центре стоял массивный металлический стол, на котором лежало нечто, накрытое потемневшей от времени тканью.

Андрей невольно вспомнил рассказы своего деда о секретных лабораториях времен холодной войны. Старик работал в одном из закрытых НИИ и часто намекал на существование проектов, о которых нельзя было говорить вслух.

– Андрей, – Елена подошла к столу. – Ты понимаешь, что это может быть?

– Думаю, да. Но давай не будем спешить с выводами.

– Ребят, – Алекс переминался с ноги на ногу у входа. – Может, не стоит здесь задерживаться? Мне это место не нравится.

– Алекс, следи за коридором. Мы с Еленой осмотрим лабораторию.

Елена сняла ткань со стола. Под ней оказался странный прибор, похожий на большой кристалл, заключенный в металлическую оправу.

– Это прототип «Сердца аномалии»? – прошептала Елена, читая подпись у стенда.

– Похоже на макет. И, судя по всему, именно здесь проводились первые эксперименты.

Он начал осматривать стены, изучая развешанные схемы и документы. Среди бумаг он заметил старую фотографию. На ней группа ученых в белых халатах стояла возле какого-то сложного оборудования. Лица были улыбчивыми. Они точно не знали, что натворят.

Елена тем временем склонилась над прибором, внимательно его разглядывая.

– Андрей, посмотри сюда, – позвала она. – Здесь какие-то надписи на основании.

Сталкер подошел ближе, всматриваясь в мелкий текст на металле.

– «Проект 'Монолит'. Прототип М-1», – прочитал он вслух. – Я слышал об этом, но думал, это просто легенды.

– Что за проект? – Елена вопросительно посмотрела на него.

Андрей вздохнул, провел рукой по лицу.

– Проект «Монолит» должен был создать устройство, способное изменять законы физики в локальном масштабе с помощью О-Сознания. Но, как видишь, – он развел руки в стороны.

– И это «что-то» привело к созданию Зоны? – спросила Елена.

– Возможно. Но это лишь теория. Никто не знает наверняка, что именно произошло.

Их диалог прервал громкий звук, похожий на металлический лязг. Андрей и Елена резко обернулись. Алекс стоял в дверном проеме, его лицо было бледным от страха.

– Т-там... в коридоре... Что-то движется!

Андрей мгновенно переместился к двери, Елена последовала его примеру.

– Алекс, за мной. Елена, прикрывай с тыла, – скомандовал сталкер.

Они вышли в коридор. Свет их фонарей выхватывал из темноты лишь обломки мебели и обрывки бумаг. Но Андрей заметил движение.

Из тени выступила фигура. Это был старик в лабораторном халате. Его седые волосы были всклокочены, а глаза светились странным, неестественным светом. Тело его было полупрозрачным. Очередной призрак Зоны.

– Кто вы? – хрипло, подавшись вперед, спросил он.

– Мы исследователи, – Андрей опустил оружие, – изучаем аномалии Зоны. И прекрати хрипеть, старик, и так страшно.

– Исследователи, значит? – старик усмехнулся. – Как и мы когда-то. Извините. Я давно ни с кем не говорил.

– Вы работали здесь? До аварии? – Елена шагнула вперед.

– Да, работал. Мы все работали. Днями и ночами, одержимые идеей контроля мира. Мы хотели подчинить себе законы природы. Какими же мы были наивными...

– Ты! – он резко вскинул руку в направлении Андрея. – Ты похож на Анатолия! Это не может быть совпадением!

– Анатолия? – Андрей нахмурился.

– Анатолия Лугового, – старик подался вперед. – Он был одним из ведущих ученых проекта «Монолит». Блестящий ум, но... слишком амбициозный. Это он настоял на проведении финального эксперимента, несмотря на все предупреждения!

Андрей почувствовал, как по спине пробежал холодок. Анатолий Луговой – это имя его деда...

– Что произошло во время эксперимента? – стараясь скрыть дрожь в голосе, спросил Андрей.

– Мы думали, что контролируем ситуацию. Но в последний момент что-то пошло не так. Энергия вышла из-под контроля. Мы создали разлом в ткани реальности, и оттуда... оттуда начало просачиваться нечто чуждое нашему миру.

– Вы хотите сказать, что Зона – это результат вторжения из другого измерения? – Елена прижала руку ко рту.

– Да, девочка. Мы открыли дверь, которую не смогли закрыть. Впустили сюда что-то чуждое этому миру. И теперь он расплачивается за нашу самонадеянность.

– Но почему вы остались здесь? – подал голос молчавший до этого Алекс. – Почему не ушли, когда началась эвакуация?

– Уйти? Куда? – старик горько усмехнулся, обводя рукой пустой коридор. – Мы создали этот ад, мы и должны были остаться здесь. Пытаться исправить то, что натворили. Но, как видите, не слишком-то преуспели.

Андрей почувствовал, как внутри него растет странное чувство – смесь страха, любопытства и какого-то мрачного восхищения. Его дед был частью этого. Частью эксперимента, который изменил мир.

– Что нам теперь делать? – спросил Андрей. – Есть ли способ... закрыть эту дверь?

– Может быть. Но цена будет высока. Очень высока.

Где-то в глубине лаборатории раздался громкий треск, а затем нарастающий гул. Металлический скрежет повторился. Стены задрожали, с потолка посыпалась штукатурка.

– Пошли, – сказал старик, никак не реагируя на измененную обстановку. – Я должен показать вам кое-что.

Старик повел их вглубь лаборатории. По пути он рассказывал о работе института в советские годы, о секретных проектах и амбициозных планах. Алекс с недоумением заметил, как шаги призрака не совпадают со скоростью его движения, но был вовремя остановлен Еленой, не давшей задать ему вопрос.

Андрей вел группу за стариком, но помнил, что он может оказаться слабым полтергейстом и сейчас попросту отвлекает внимание, ведя их в ловушку.

– ...вы не представляете, какой это был подъем, – говорил призрак. – После запуска первого спутника и полета Гагарина нам казалось, что нет ничего невозможного. Мы мечтали о колонизации других планет, о путешествиях во времени! Каждый день мы приходили на работу с ощущением, что вот-вот совершим великое открытие. Мы работали на износ, но это нас не пугало. Мы верили, что делаем это ради всего человечества.

– А как начался проект «Монолит»? – спросил Андрей.

– Это была концепция вашего деда, Анатолия, – старик провел дрожащей рукой по лбу. – Он первым выдвинул теорию о возможности влиять на сознание через особые пси-излучения. Предполагалось создать устройство, способное объединять и направлять мысли людей. Контролировать их желания, стремления... В теории это могло привести к новому этапу эволюции человечества.

Андрей не мог отделаться от мысли, что это не просто совпадение. Похоже, что наследие прошлого тянется дальше, чем он ожидал. Грехи отцов, а порой и дедов, ложатся на плечи потомков. Но был ли конкретно его дед причастен... Андрей не мог сказать точно, ибо старик всегда темнил с ответами. Но вот так вот, чтобы он был напрямую связан со всем происходящим... Очередной выверт Зоны в виде призрака, считавшего воспоминания? Ответа на этот вопрос у Андрея не было.

Они вошли в огромный зал, заполненный сложным оборудованием. В центре находилась массивная установка, похожая на гигантский кристалл, окруженный кольцами из неизвестного металла. Призрак провел их в операторскую будку, комнату, возвышающуюся над всем строением. В этом помещении громоздились ряды старых советских компьютеров с потускневшими мониторами. Массивные шкафы с серверами занимали большую часть стен, и их индикаторы все еще тускло мерцали. Под потолком тянулись пучки толстых кабелей, местами свисающих до пола. Куча тумблеров и всяческих переключателей. Понять с первого раза, что тут с чем связано, не представлялось реальным. И никакого «главного тумблера» или самой большой красной кнопки...

– Вот оно, – сказал старик. – Главный пси-излучатель проекта «Монолит». Именно здесь все пошло не так.

Гул становился все громче, стены тряслись все сильнее.

– Что нам нужно делать? – крикнул Андрей, перекрывая шум.

Призрак поплыл к пульту управления.

– Мы должны запустить процесс отключения установки, но я не помню, как это делается. Андрей Луговой, подойди ко мне.

Андрей замер на мгновение, осознав, что своего имени он не называл.

– Встань перед пультом управления, – потребовал призрак.

Андрей подчинился.

– Только ты можешь это сделать. А теперь терпи, будет больно, – проговорил призрак и, разогнавшись, прошел сквозь тело Андрея, сливаясь с его сознанием.

Последнее, что услышал Андрей перед тем, как отключиться, был крик Елены:

– Андрей!

☢️☢️☢️

Когда реальность вновь обрела четкость, Андрей обнаружил себя в той же операторской рубке, но только тридцать с лишним лет назад. Помещение разительно отличалось от его нынешнего состояния – ряды советских компьютеров светились яркими мониторами, массивные серверные шкафы гудели исправной работой, а под потолком тянулись аккуратно уложенные пучки кабелей.

Воздух был наполнен странным запахом. Не привычной затхлостью заброшенного помещения, а смесью озона от работающей электроники и каких-то химикатов – не тех, что обычно встречаются в лабораториях. Что-то совершенно иное, ранее незнакомое. Терпкое, отвратительное...

Андрей осмотрелся, осознавая, что каким-то образом оказался внутри воспоминаний призрака. Его собственное тело казалось полупрозрачным – он был лишь наблюдателем в этом мире прошлого.

«Нужно найти выключатель», – напомнил он себе, оглядывая рубку. Он решил понаблюдать за происходящим, надеясь найти подсказку.

В углу рубки сидел мужчина в белом халате, склонившийся над журналом с данными. Его руки уверенно перелистывали страницы, а седые волосы были всклокочены, будто он не спал несколько суток.

– Товарищ Соколов, вы опять засиделись допоздна? – раздался голос от двери.

– А, Ковалев! – старик поднял голову и устало улыбнулся вошедшему. – Да вот, никак не могу оторваться. Эти новые показания... они просто поразительны!

Андрей повернулся к двери и увидел молодого лаборанта с папкой бумаг в руках. На стене за его спиной висел отрывной календарь, показывающий дату – 9 марта 1986 года.

– Вы бы отдохнули, Александр Иванович. Завтра важное совещание, нужно быть в форме.

– Ты прав, конечно, – Соколов тяжело вздохнул и отложил журнал. – Но эти исследования... Алексей, мы на пороге величайшего открытия!

Лаборант нервно оглянулся и понизил голос:

– Александр Иванович, вы же понимаете, что об этом нельзя...

– Да-да, конечно, – махнул рукой старик. – Секретность превыше всего. Но когда-нибудь мир узнает о нашей работе!

Он поднялся из-за стола, и Андрей увидел, как в его руке блеснул небольшой металлический предмет. Призрачное сердце Андрея забилось быстрее. Он следил за каждым движением профессора.

Соколов подошел к массивному серверному шкафу в углу рубки и открыл его. Внутри Андрей заметил стопки папок с грифом «Совершенно секретно» и какие-то странные приборы.

Старик на мгновение замер, словно колеблясь, а затем решительно отодвинул нижнюю панель шкафа. В открывшемся тайнике он спрятал ключ и аккуратно вернул панель на место.

– Вот так, – пробормотал Соколов. – Здесь оно будет в безопасности, пока не придет время.

– Что вы там прячете, Александр Иванович?

– Ах, ничего особенного, – отмахнулся Соколов. – Просто старые записи. Знаешь, в нашем деле никогда не знаешь, что может пригодиться.

Он закрыл дверцу шкафа и повернул ключ в замке.

– Ну что, пойдем? – улыбнулся старик. – Ты прав, нужно отдохнуть перед завтрашним днем.

Лаборант кивнул, и они направились к выходу. Проходя мимо пульта управления, Соколов машинально поправил стоявший там радиоприемник «Океан», из которого доносились последние известия:

«...В Политбюро ЦК КПСС обсудили ход выполнения решений двадцать седьмого съезда партии. Товарищ Горбачев отметил необходимость ускорения социально-экономического развития страны...»

Перед тем как выйти, профессор остановился у пульта и потянулся к одному из рубильников. Андрей напрягся, внимательно следя за его рукой. Соколов щелкнул рубильником, и большая часть мониторов в рубке погасла, оставив работать лишь аварийные системы.

«Вот он!» – обрадовался Андрей, запоминая его расположение.

Дверь за Соколовым и лаборантом закрылась, и рубка погрузилась в полумрак. Андрей остался один, продолжая свои наблюдения. Он медленно обошел помещение, стараясь запомнить каждую деталь. Его взгляд остановился на стенде с газетными вырезками – «Правда», «Известия», «Комсомольская правда». Заголовки кричали о трудовых подвигах и грядущей перестройке.

Андрей почувствовал странное головокружение. Окружающий мир начал терять четкость, расплываясь по краям. Он понял, что его время в прошлом подходит к концу.

Мир вокруг закружился, и Андрей почувствовал, как его выбрасывает обратно в настоящее. Он судорожно вздохнул, приходя в себя после пережитого видения.

– Андрей! Андрей, ты в порядке? – обеспокоенный голос Елены вернул его к реальности.

– Да... да, все нормально. Кажется, я знаю, где искать ключ и как выключить эту... вещь.

– Что произошло? Ты словно впал в транс на несколько секунд. И призрак куда-то исчез.

– Я... я видел прошлое, – Андрей потер виски, чувствуя отголоски чужих воспоминаний, перемешанных с собственными. – Лабораторию, старого ученого.

– Ты уверен? – в глазах Елены мелькнуло сомнение.

– Абсолютно. Это было так реально, словно я сам там находился.

Андрей подошел к пульту и уверенно переместил положение нужного рубильника вниз. С замиранием сердца он щелкнул им, и, к их облегчению, часть ламп на потолке потухла, а с ними и гудящая установка посреди комнаты.

Они направились к сейфу, с которым Алексу пришлось повозиться.

Внутри они увидели несколько стопок папок и старых документов, запечатанных в желтых папках. Но то, что привлекло их внимание, – это был скрытый отсек за одной из полок. Андрей заглянул внутрь и, словно почувствовав облегчение, извлек оттуда контейнер.

– Вот он, – сказал он, держа предмет перед собой. – Все это время он был здесь.

Третий ключ был найден.

☢️☢️☢️

Тусклый свет раннего утра едва пробивался сквозь плотную завесу тумана, окутавшего заброшенную лабораторию. Андрей, Елена и Алекс, измотанные долгим путешествием и недавними испытаниями, шли по полуразрушенному коридору. Их шаги гулко отдавались в пустых, вывернутых наизнанку помещениях, нарушая покой этого забытого места.

Андрей шел впереди, внимательно вглядываясь в полумрак и прислушиваясь к каждому шороху. Его рука то и дело ложилась на рукоять пистолета, готовая в любой момент выхватить оружие. Елена следовала за ним, ее глаза горели научным интересом, несмотря на окружающий хаос. Алекс замыкал группу, постоянно оглядываясь через плечо, словно ожидая, что опасность может подкрасться сзади.

Из темноты впереди раздался знакомый голос:

– Вы хорошо справились. Я знал, что вы сможете добраться сюда.

Из тени вышла фигура в комбинезоне и противогазе – Призрак. Его появление заставило всех троих напрячься. Андрей инстинктивно положил руку на оружие, но не вытащил его.

– Призрак, – сказал Андрей.

Призрак снял противогаз, открывая изможденное лицо с глубокими морщинами и пронзительными глазами. Его взгляд, казалось, проникал в самую душу, заставляя троицу чувствовать себя неуютно.

– В Зоне нет случайностей, Андрей, – произнес Призрак. – Каждая встреча предопределена.

Андрей на мгновение замялся, не понимая, о чем говорит Призрак. И решил сам сказать кое-что:

– Призрак, во время нашего... недавно я видел кое-что странное. Точнее, кого-то.

Призрак немного склонил голову набок, с интересом смотря на Андрея, он жестом предложил продолжать.

– Я видел профессора Соколова. Он был там, в прошлом. Работал над чем-то, связанным с «Монолитом». Или мне называть его «Сердцем»?

– Соколов? – переспросил Призрак, и его голос впервые дрогнул. – Ты уверен?

– Да. Я видел его фотографии.

Призрак на мгновение замолчал, словно обдумывая услышанное. Затем он произнес:

– Это... неожиданно. Но, возможно, это ключ к разгадке всего, что происходит в Зоне.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Елена, не в силах сдержать свое любопытство.

Призрак повернулся к ней, и его глаза блеснули в полумраке. Он усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья, лишь горечь и что-то похожее на надежду.

– Профессор Соколов жив, – сказал он, наблюдая за реакцией группы.

Алекс даже присвистнул от удивления, но быстро замолчал под строгим взглядом Андрея. Зона – последнее место на Земле, где можно свистеть.

– Жив? – переспросила Елена. – Но как? Ведь прошло столько лет... Он должен быть уже стариком!

– В Зоне время течет иначе, – Призрак усмехнулся. – Здесь возможно то, что невозможно нигде больше. Годы могут пройти за мгновение, а мгновение растянуться на годы.

Андрей нахмурился, пытаясь осмыслить услышанное. Он потер подбородок, щетина царапнула ладонь, напоминая о долгих днях пути.

– Если Соколов жив, – сказал он, – то он может знать о «Сердце Аномалии» больше, чем кто-либо другой. Он может быть ключом ко всему.

– Именно, – согласился Призрак. – И я могу устроить вам встречу с ним.

– Вы знаете, где он? – спросил Алекс.

– Знаю, – ответил Призрак, но тут же поднял руку, предупреждая дальнейшие вопросы. – Но добраться до него будет непросто. Путь лежит через места, где реальность истончается до предела.

Алексу явно не понравился такой ответ:

– Звучит опасно, – пробормотал он.

– Вы зашли слишком далеко, чтобы отступать, сталкеры, – сказал Призрак. – Если есть шанс найти Соколова и узнать правду о «Монолите», известном так же как «Сердце Аномалии», мы должны им воспользоваться.

– «Мы»? – переспросила Елена.

– Верно, Елена, мы, – ответил Призрак.

Андрей обменялся взглядами с Еленой и Алексом. В их глазах читалась решимость и готовность идти до конца.

– Мы готовы рискнуть, – твердо сказал Андрей.

– Согласна. Риск велик, но и награда может быть неоценимой.

– Решение за вами.

– Показывай путь.

– Хорошо. Тогда слушайте...

Глава 13

Говорил он долго, став на время спутником, провожающим отряд сталкеров. Его голос, тихий и хриплый, казалось, проникал прямо в сознание слушателей, рисуя перед их внутренним взором картины прошлого.

Из его рассказа следовало, что все случилось много лет назад, когда Зона была еще молода, но уже успела показать свой опасный характер. Тогда еще не было тех огромных территорий, которые она занимает сейчас, не было многих аномалий и мутантов, которые сегодня кажутся неотъемлемой частью этого места. Но уже тогда Зона притягивала к себе тех, кто жаждал разгадать ее тайны.

Профессор Соколов был одним из таких людей. Он активно изучал аномалии и артефакты, пытаясь разгадать тайны Зоны. Его исследования были на передовой науки, он не боялся выдвигать смелые гипотезы и проверять их на практике. Соколов часто работал с группами сталкеров, которые помогали ему добывать образцы для исследований. Он уважал этих людей за их смелость и знание Зоны, хотя многие из них не имели даже среднего образования.

Однажды, во время очередного рейда, сталкеры принесли Соколову удивительную находку – небольшой кристалл, который, казалось, пульсировал изнутри. Кристалл был найден в самом сердце одной из самых опасных аномалий, и двое сталкеров погибли, пытаясь его достать.

Профессор был в восторге. Он сразу же приступил к изучению артефакта, проводя бессонные ночи в своей лаборатории. Кристалл не походил ни на один из известных ему артефактов. Он словно жил своей собственной жизнью, реагируя на малейшие изменения окружающей среды.

Спустя несколько дней Соколов сделал шокирующее открытие: кристалл обладал свойствами, которые могли бы революционизировать науку и технологии. Он мог аккумулировать и преобразовывать энергию аномалий, служить практически неиссякаемым источником чистой энергии. Более того, кристалл, казалось, мог влиять на саму структуру пространства-времени вокруг себя, создавая микроскопические «карманы» измененной реальности.

Соколов понимал, какую ценность представляет его открытие. Он представлял, как эта технология могла бы изменить мир: чистая энергия положила бы конец энергетическому кризису, возможность манипулировать пространством-временем открыла бы дорогу к звездам. Но в то же время он осознавал, насколько опасным может стать артефакт в неправильных руках. Военные могли бы использовать его для создания невиданного оружия.

Профессор решил держать информацию в секрете, пока не будет уверен в безопасности своего исследования. Он работал день и ночь, пытаясь понять принцип действия кристалла и найти способ контролировать его силу. Соколов отказывался от сна и еды, полностью погрузившись в работу. Его ассистенты начали беспокоиться о его здоровье, но профессор отмахивался от их забот.

Но слухи о находке просочились за пределы лаборатории. Может быть, кто-то из ассистентов проговорился, может быть, один из сталкеров не смог удержать язык за зубами. Как бы то ни было, вскоре к Соколову нагрянули военные.

Они пришли без предупреждения, посреди ночи. Отряд спецназа ворвался в лабораторию, требуя немедленно передать им артефакт и все данные исследований. Соколов, несмотря на усталость от бессонных ночей, твердо стоял на своем. Он отказался.

Разгорелся жаркий спор. Военные угрожали, Соколов не сдавался. Он пытался объяснить им важность своего открытия для всего человечества, говорил о потенциальных опасностях неконтролируемого использования кристалла. Но военные не хотели слушать. Для них кристалл был лишь потенциальным оружием, которое нельзя оставлять в руках гражданского ученого.

Ситуация быстро вышла из-под контроля. Один из солдат, потеряв терпение, попытался силой отобрать кристалл у Соколова. В завязавшейся потасовке кристалл упал на пол и раскололся на несколько частей.

В тот момент произошло что-то невероятное. Комната наполнилась ослепительным светом, пространство вокруг разбитого кристалла начало искажаться. Соколов и военные оказались в эпицентре локальной аномалии, созданной высвободившейся энергией кристалла.

Когда свет погас и пространство вернулось в норму, картина в лаборатории изменилась. Большая часть военных исчезла бесследно, словно их никогда и не было. Те немногие, кто остался, были мертвы или серьезно ранены. Сам Соколов лежал без сознания рядом с осколками кристалла.

Когда профессор пришел в себя, он обнаружил, что мир вокруг него изменился. Он чувствовал Зону так, как никогда раньше. Каждая аномалия, каждый артефакт словно пульсировали в его сознании. Он мог чувствовать энергетические потоки, пронизывающие Зону.

Но вместе с этим новым пониманием пришло и осознание опасности. Соколов понял, что теперь он сам стал чем-то вроде живого артефакта, и что военные не оставят попыток заполучить его.

Он решил исчезнуть. Используя свои новые способности, Соколов смог незаметно покинуть лабораторию и уйти глубоко в Зону, туда, куда не осмеливаются идти даже самые храбрые сталкеры.

С того дня Соколов стал призраком, легендой, о которой шептались у костров сталкеров. Одни говорили, что он погиб, другие верили, что он все еще где-то там, продолжая свои исследования втайне.

Правда же была где-то посередине. Соколов не умер, но и не остался прежним. Слияние с энергией кристалла изменило его на фундаментальном уровне. Он стал чем-то средним между человеком и сущностью Зоны, способным воспринимать и взаимодействовать с ней на уровне, недоступном обычным людям.

Профессор удалился глубоко в Зону, туда, где реальность становится зыбкой и неопределенной. Он продолжал свои исследования, движимый новой целью – понять Зону в ее ядре, раскрыть тайну «Сердца Аномалии».

Соколов верил, что, если он сможет понять и, возможно, контролировать его, он сможет предотвратить трагедии в будущем. Он мечтал о мире, где сила Зоны могла бы быть использована во благо, без насилия и крови.

Но его изоляция и постоянное воздействие радиации и аномалий Зоны не прошли бесследно. Тело Соколова продолжало меняться, адаптируясь к суровой среде так, как это невозможно объяснить с точки зрения обычной науки. Он стал чем-то большим, чем человек, но одновременно и меньшим. Его физическая форма стала нестабильной, способной меняться и адаптироваться к окружающей среде.

Прошли годы, и существование Соколова растворилось в легендах. Но он никогда не прекращал свою работу, не переставал пытаться разгадать тайны Зоны. Он наблюдал, как Зона растет и меняется, как появляются новые аномалии и артефакты. Он видел, как приходят и уходят сталкеры, как военные и ученые пытаются понять и контролировать Зону.

Все это время Соколов продвигался все ближе к разгадке тайны Сердца Аномалии. Он начал понимать, что Зона – это не просто территория с аномальными явлениями. Это живой, развивающийся организм, обладающий своего рода коллективным разумом. И этот разум пытается что-то сказать, что-то донести до людей.

Но так продолжалось лишь до недавних пор, до момента, когда Зона начала стремительно меняться. Аномалии становились все более нестабильными, появлялись новые виды мутантов. Соколов чувствовал, что приближается какой-то критический момент, точка невозврата.

Затем случилась неожиданная для Соколова встреча. Молодой сталкер по имени Башка попал к нему. Наблюдая за ним, Соколов понял две вещи: этот сталкер действительно имел уникальный контакт с Сердцем Аномалии, и при этом совершенно не осознавал, насколько он важен и какой опасности подвергается.

Соколов оказался перед сложным выбором. Оставить парня в Зоне означало его верную гибель – тот наверняка попытался бы снова найти Сердце Аномалии. Защитить его самостоятельно Соколов не мог – его ресурсы были слишком ограничены. Оставался третий вариант – военные. У них были технологии, защита, возможности. Да, они бы изучали парня, но хотя бы сохранили живым.

Соколов выдал молодого сталкера военным, надеясь, что выбирает меньшее из зол. Военные, все эти годы не оставлявшие попыток найти Соколова, думали, что наконец поймали его. Но они не знали, что Соколов намеренно подстроил эту ситуацию.

Однако что-то пошло не так. Молодой сталкер был убит. С тех пор Соколова никто не видел – ни военные, ни сталкеры.

– И теперь, после всех этих лет, ты увидел его, Андрей. Твое видение Соколова в прошлом, его работа над Сердцем Аномалии – это не просто случайность. Зона пытается что-то нам сказать. Она ведет нас к откровению, – закончил свою длинную речь Призрак. – Удачи вам, сталкеры.

Его голос затих, растворившись в воздухе, как и он сам. Призрак исчез, оставив сталкеров наедине с их мыслями и новообретенным знанием, но Андрей думал сейчас лишь о том, что за все время своего пути в Призраком во главе отряда они не встретили ни единого мутанта или аномалию.

Елена первой нарушила молчание:

– Это… это немыслимо. Если хотя бы половина из того, что рассказал Призрак – правда, то… я не знаю что и сказать…

– Да, но и опасность соответствующая, – сказал Андрей. – Если военные до сих пор охотятся за Соколовым, они не остановятся ни перед чем, чтобы заполучить секреты Зоны.

– Что будем делать дальше? – спросила Елена, глядя на своих товарищей.

– У нас нет выбора, – ответил Андрей. – Мы должны найти Соколова. Только он может помочь нам понять, что происходит с Зоной и как это остановить.

Решение было принято.

– Но как мы найдем его? – спросил Алекс. – Если даже военные с их ресурсами не смогли этого сделать за столько лет.

– Я думаю. Что не мы найдем Соколова. Он сам найдет нас.

С этими словами Андрей поднялся на ноги и посмотрел вдаль, туда, где небо над Зоной окрашивалось в странные, неестественные цвета.

– Нас ждет долгий путь.

☢️☢️☢️

Пронзительный вой прорезал воздух, заставив Андрея, Елену и Алекса вздрогнуть. Они переглянулись, понимая, что ситуация стремительно ухудшается.

– Черт возьми, это псевдогиганты! – прошипел Андрей, вскидывая оружие. – Их не меньше трех, судя по звуку!

Елена активировала свой ПДА, сканируя окрестности. Ее лицо побледнело, когда она увидела результаты.

– Андрей прав. И это не все. Я фиксирую еще несколько групп кровососов и химер, движущихся в нашу сторону. Похоже, что-то спровоцировало массовую миграцию мутантов.

Вдалеке послышались выстрелы и крики людей.

– Похоже, мы не одни в этой заварушке, – сказал Андрей, вглядываясь в горизонт.

Сквозь пелену аномального тумана они увидели вспышки выстрелов и силуэты людей, отчаянно отбивающихся от наступающих монстров.

– Это сталкеры из «Долга» и «Свободы», – сказала Елена, настроив оптику своего оружия. – Они… сражаются вместе?

– Никогда не думал, что увижу такое. Должно быть, ситуация действительно паршивая, если эти ребята объединились… – прошептал Алекс.

– Мы отступаем к позициям сталкеров, – скомандовал Андрей. – Вместе у нас будет больше шансов выжить и выбраться из этого ада.

Команда двинулась в сторону сражения, постоянно оглядываясь и держа оружие наготове. Вой мутантов становился все ближе, а земля под ногами дрожала все сильнее.

Из-за холма появился огромный псевдогигант. Его массивное тело, покрытое наростами и шрамами, возвышалось над сталкерами. Красные глаза существа светились злобой и голодом.

– Огонь! – крикнул Андрей, активируя плазменный заряд своего оружия.

Яркая вспышка плазмы ударила в бок монстра, оставив дымящуюся рану. Псевдогигант взревел, но не остановился.

Елена и Алекс тоже открыли огонь, их оружие извергало потоки пуль и плазмы. Монстр впитывал весь урон, продолжая наступать.

– Давим! – крикнул Андрей, перезаряжая оружие. – Лена, токсин!

Елена быстро переключила режим оружия и выстрелила специальным дротиком, вставленным в подствольный гранатомет. Дротик вонзился в шею псевдогиганта, впрыскивая мощный яд. Монстр закачался, и его движения стали пьяными, неуверенным.

– Хватит! – отдал очередную команду Андрей, видя, что монстр потерял к ним интерес.

Псевдогигант рухнул с оглушительным грохотом, сотрясая землю. Но времени праздновать победу не было – со всех сторон приближались новые твари.

– К сталкерам, быстро! – крикнул Луговой, и команда побежала, лавируя между аномалиями и грудами искореженного металла.

Они добрались до позиций «Долга» и «Свободы», где кипело ожесточенное сражение. Сталкеры из враждующих группировок стояли плечом к плечу, отстреливаясь от волн наступающих мутантов.