355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Селия Фридман » Восход черного солнца » Текст книги (страница 14)
Восход черного солнца
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 05:53

Текст книги "Восход черного солнца"


Автор книги: Селия Фридман



сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 37 страниц)

– В самом сердце Леса стоит замок. Говорят, он из черного обсидиана. Он скрывается среди теней, и увидеть его невозможно – разве что Он сам захочет, чтобы вы его увидали. Там он, Охотник, и живет. Он почти никогда не выходит оттуда, кроме как на охоту. Ее повезли туда.

Дэмьен оглядел толпу:

– Кто из вас там был?

– Никто, – фыркнул сереброволосый. – Никто никогда не возвращался оттуда, чтобы рассказать об этом месте. Вы что, не поняли? Если ищете Охотника – не важно, по какой причине, – вы никогда не вернетесь. Ни с женщиной, ни без женщины.

– Охотник не знает жалости, – пробормотал кто-то еще, а другой добавил:

– Откажитесь от своей затеи.

– Пусть Охотник подавится своим Лесом! – разозлился Дэмьен. – Как добраться до черного замка?

Все замерли от столь неслыханного богохульства. Наконец сереброволосый промолвил:

– Все дороги ведут к замку Охотника. Поезжайте в Лес как можно глубже, и когда сгустятся тени, вы доберетесь к нему. Увидите вы его или нет, это уже другое дело. Но обратной дороги нет, – в последний раз предупредил он. – Не по всяким тропам можно ходить живым людям.

Дэмьен посмотрел в сторону Леса. Между деревьев змеилась тропинка, словно след огромного червя. Внезапно из-за поворота выехали двое всадников и направились к своим товарищам.

– Так все-таки кто-то возвращается! – в негодовании вскричал Дэмьен.

– Не всегда, – буркнул кто-то рядом.

Священник услышал приглушенные проклятия. Суровый мужчина в черной шерстяной куртке хрипло обронил:

– Там есть ради чего рискнуть. Такие травы больше нигде не растут, к радости знахарей, а животные мутируют так быстро, что у следующего поколения уже другой мех. Здесь водятся белые волки, принадлежащие лично Охотнику. Если вы добудете достаточно, чтобы пошить из шкур шубу, я могу показать покупателя, который отвалит кругленькую сумму за товар. Да, мы идем на риск. Но мы знаем правила. Делай все, что угодно, днем… но если ты остался в Лесу на ночь, ты – Его добыча. Точка. Поэтому мы делаем все быстро и чисто. Оставляй чистый след, а перед закатом убирайся. – Он нервно взглянул в сторону Леса и содрогнулся. – Но не так это легко, как кажется. Когда ты не видишь солнца, когда с твоим сознанием играют дурные шутки…

– Ладно, – оборвал его Дэмьен. Он услышал уже достаточно. Достав небольшой кошелек, он огляделся и бросил его сереброволосому. Тот не стал ни ловить его, ни подбирать.

– Забери деньги, – отказался он от вознаграждения. – Одно дело – поболтать об Охотнике, и совсем другое – продавать Его тайны за деньги. – Он оглянулся на опушку Леса и горько добавил: – Он часто напоминает нам об этом различии.

– Как пожелаете, – хмыкнул Дэмьен, но деньги не взял, а лишь тронул лошадь с места. Сензи хотел последовать за ним, но ноги отказались ему служить, да и руки странно онемели.

– Дэмьен… – Боль в боку пульсировала в такт с ритмом сердца. – Я не могу…

Священник повернулся в седле и окинул долгим взглядом своего товарища. Сензи мог представить, о чем он думает: «Слабак. Горожанин. Никогда не получал серьезных ран, теперь вот страдает. Но здесь нельзя Исцелить, не отдав душу Лесу. А если мы остановимся хотя бы на час, это может стоить Сиани жизни».

– Со мной все в порядке, – еле выдавил из себя Сензи. Дэмьен продолжал смотреть, и он добавил: – Правда!

Минуту помедлив, священник кивнул. Он развернулся к Лесу и тронул своего коня. Стиснув зубы, Сензи все-таки заставил свое тело повиноваться. Его лошадь медленно последовала за конем Дэмьена. А третья затрусила рядом.

«Ты в порядке, – твердил он себе. – И все будет хорошо. В любом случае, все зависит от силы воли. Ты не можешь позволить себе болеть, поэтому ты выздоровеешь. Идет?»

Тем не менее ему остро не хватало целебного воздействия Фэа. И впервые он понял, что значит обходиться без такой помощи.

23

Теперь их было семеро, и они расположились на северном склоне Моргота, с ненавистью разглядывая побережье напротив. Один из них был ранен. Трое мертвы. Из тех, кто побывал в Джаггернауте, остался один. И теперь он был вожаком, так как только он проходил здесь раньше.

– Среди них есть колдун, – зло прошептал один.

– Они все колдуны, – поправил вожак.

– Ты понимаешь, о чем я. Эта…

– Эта сука с равнины, – перебил второй. – Если бы она не вмешалась…

– Тебе надо было убить ту женщину еще в Джаггернауте, – заявил один из новичков. – И тогда бы этого не случилось. Ничего бы не случилось.

– Верно, – тихо подтвердил вожак. – Я тоже так считаю.

– Тогда почему ты этого не сделал?

– У меня был другой приказ, – просто ответил он.

– А это была та самая женщина? – вопрошал новичок. – Ты точно уверен?

– Да, точно. Внешность изменилась, но ее мысли на вкус такие же. – Он облизнулся от воспоминаний. – Отличная штука, эти людские души.

Они напряженно всматривались куда-то за Мордрет, в сторону Леса.

– Мы пойдем за ними? – тревожно спросил первый.

– Не стоит, – прошептал второй. – Они вернутся. Они должны вернуться. И тогда мы убьем их.

– А если эта равнинная сука опять вмешается?

Первый злобно зашипел, второй сжал кулаки, как будто готовясь к драке.

– Сука с равнин ушла. Она не пошла в Лес. Я видел, как она направилась в земли ракхов. Теперь она, должно быть, за Завесой. Я говорю… мы расправимся с людьми, когда они выберутся из Леса. А потом убьем и равнинную женщину, позже, когда будем возвращаться мимо ее лагеря. – И добавил голодным шепотом: – Она будет хорошей пищей на долгом пути домой.

24

Перед тем как въехать под деревья, Дэмьен приказал Сензи остановиться. У каждого из них был с собой разобранный арбалет. Дэмьен отцепил свой от седла и знаком приказал Сензи сделать то же самое.

Священник быстро и умело собрал механизм. Арбалет Сензи был новым, блестящим, купленным перед самой поездкой. Оружие Дэмьена, старого образца, утяжеленное в рукояти, красноречиво свидетельствовало о частом применении и не только для защиты.

– Ты когда-нибудь имел дело с таким оружием? – спросил он Сензи.

– Только в тире, – извиняющимся тоном ответил тот, будто при своем городском воспитании он мог практиковаться на живых мишенях.

– Только теория. Это оружие будет потяжелее. – Дэмьен подъехал поближе, для уточнения некоторых деталей. – Он заряжается двумя стрелами. Держи арбалет заряженным все время, так безопаснее, и постоянно проверяй, взведен ли он.

Священник понаблюдал, как Сензи поднял приклад на уровень глаз, придерживая ложе левой рукой.

– Попробуй попасть вон в то дерево.

Сензи тщательно прицелился и спустил курок. Верхняя стрела со щелчком вылетела с ложа. Просвистев всего в дюйме от темного ствола, она исчезла во мраке Леса.

– Сойдет, – проворчал Дэмьен. – Найдем время потренироваться, когда выберемся отсюда.

«Не если, а когда», – отметил про себя Сензи. Он не разделял подобной уверенности.

– На конце ложа имеется штык, а приклад окован медью. Если кто-то подберется к тебе слишком близко, бей как дубиной и не пробуй перезарядить, на это уходит много времени. – Он взял у Сензи арбалет и снова взвел его. Механизм натяжения протестующе заскрипел. – А еще у нас есть кое-что особенное… – Он достал из колчана новую стрелу. – Только посмотри!

Древко светилось приглушенным светом, который был бы незаметен при дневном освещении. Но в сумраке Леса вокруг разливалось слабое сияние. Один Бог знает, что ждет их во тьме, но свечение Огня было вполне различимым. Оно просачивалось сквозь дерево и восковое покрытие, вырываясь из плена.

– Боги Эрны! – прошептал Сензи.

– Это Церковный Огонь, служащий целям Церкви. – Дэмьен вложил две стрелы в гнездо. – Пожалуйста, не поминай других богов, когда возьмешься за оружие.

Сензи хотел улыбнуться, но вдруг понял, что Дэмьен говорил очень серьезно. Он кивнул и потянулся за арбалетом. Он показался ужасно тяжелым, тяжелее, чем в день покупки. Неужели силы теряются так быстро…

– Ладно, – мрачно кивнул Дэмьен. – Теперь слушай. Увидишь Тарранта – стреляй. Не спрашивая, не разговаривая. Ясно?

– А куда его можно убить?

– Целься в сердце. Это наверняка, а остальные места оставь мне. – Он осмотрел Сензи. – Готов?

Подмастерье не был готов, да и не мог быть, но кивнул. Единственное, что он мог ответить.

В последний раз бросив хмурый взгляд на садившееся солнце – наполовину уже скрывшееся за линией горизонта, – Дэмьен направил своего коня по узкой тропе, и они вошли под сень деревьев.

Ночь без промедления накрыла их. Плотная стена стволов с густо переплетенными ветвями смыкалась над головой в непроницаемую завесу, сквозь которую не мог пробиться ни один лучик света. Уже через несколько сотен ярдов тропинка терялась в непроницаемых тенях. Сензи оглянулся назад и увидел только карминное зарево заката в том месте, где дорога выходила из Леса. Но даже это светлое пятнышко дрожало, как если бы он смотрел сквозь поток воды или рифленое стекло. И хотя он еще мог различить начало пути, ему приходилось делать усилие, чтобы разглядеть его. Сензи подумал, что теперь они потеряли последнюю возможность вернуться. Останется ли эта тропа на месте, если они решат повернуть?

– Темное Фэа, – пробормотал Дэмьен. – Ну да, разумеется.

– Что это значит?

Дэмьен указал на деревья вокруг, путаницу ветвей над головой.

– Сюда никогда не проникали солнечные лучи, – прошептал он. – Понимаешь, что это значит? Ты когда-нибудь видел, как распространяется темное Фэа истинной ночью, как быстро оно набирает силу? Яростное, непостоянное, вызывающее самое темное в человеке. Но здесь… Представь это место летом, когда ветки покрываются плотной листвой… Боже мой! Утром и даже в полдень… свет никогда не касался этой земли. Здесь живет темное Фэа, безразличное к солнечному свету, и чем дальше, тем оно сильнее…

– Дэмьен…

Священник обернулся к Сензи, его конь сбавил шаг.

– Если сюда никогда не заглядывает солнце, – медленно начал Сензи, – даже если совсем чуть-чуть, тогда…

Дэмьен сжал поводья и выругался.

– Значит, Таррант не останавливался, – закончил он. – Черт бы его побрал! Мы могли бы и догадаться.

Он достал из сумочки хрустальный фиал, подаренный Патриархом. В сумраке Леса он засиял не хуже звезды.

– По крайней мере, у нас есть свет, – мрачно заявил священник, подвешивая флакон к своему седлу. – И Охотнику это не понравится. А это уже кое-что.

Но голос его был далек от уверенности. Думал ли он о том же, что и Сензи, – что за этот потерянный день Таррант уже доставил Сиани к Охотнику?

Они продолжали путь. С такой поспешностью, как никогда раньше, когда Си еще была с ними. Свет Огня выхватывал из тьмы все повороты дороги, копыта лошадей дробно стучали по земле, скакуны инстинктивно избегали неровностей тропы. Без сомнения, Лес изобиловал неведомыми опасностями, но необходимость найти Сиани как можно скорее, наверстать упущенное время, заставляла пренебречь любой угрозой.

Сензи остро не хватало Зрения. Он хотел увидеть эту дорогу такой, какой она была в действительности: черную землю, оплетенную фиолетовыми потоками ночного Фэа, упругие отростки голодной силы, которые тянутся к копытам лошадей, как призрачные пальцы… и скручиваются, горят, втягиваются назад, соприкоснувшись с мощью Огня. Или собираются в тайном месте, готовясь отразить приближающуюся опасность. Возможно, где-то неподалеку незримые страхи Сензи уже собирали темное Фэа в кулак, придавая форму тому, что никогда формы не имело. Какая древняя сила таилась здесь, какая ощутимая и смертельная! А он все еще медлил выйти с ней на открытый бой. И всего на одно мгновение, – одно короткое мгновение – ключ Познания начал срываться с его губ. Он уже ощутил привкус слов… и загнал их обратно, заставил себя замолчать. Там, в Кали, его едва не унесли потоки, а здесь, в самом Лесу, смерть настигнет его прежде, чем он поймет, чем будет нанесен удар. И даже если это даст ему возможность познать такую силу – на одно мгновение, – сейчас он должен думать прежде всего о Сиани. Он мучительно желал погрузиться в черное солнце, пить эту силу, но сейчас она выступала против него.

Тропинка постепенно зарастала, уже почти ничем не походя на ту дорогу, которой они въехали в Лес. Огонь по-прежнему освещал им путь, но несмотря на отсутствие видимой угрозы, Сензи ощутил легкое покалывание в затылке, как будто кто-то или что-то незримо наблюдало за ними. Оглядываясь же, парень видел лишь темноту. Однако с каждым шагом ощущение крепло. Это было даже не наблюдение, но враждебное выжидание.

Как-то машинально он пробормотал ключ Познания, и хотя остановился после первой же произнесенной строчки, нескольких слов хватило, чтобы рухнули запоры порожденного страхом Творения. Потоки разбуженного Фэа взметнулись перед его глазами как наводнение, сила удара едва не вышибла Сензи из седла. Он был вынужден защищать свою драгоценную жизнь, потому что потоки атаковали, окутывали его, пытаясь поглотить… И как они были глубоки, как глубоки! Неужели в одном месте могло скопиться столько силы? Он попытался крикнуть – в панике, предупреждая, стремясь остановить Познание, но потоки были слишком сильны, слишком близки. На краткое мгновение ему удалось сосредоточиться на ближайшей волне Фэа, и волна отступила, растаяла. Но на ее месте поднялась новая, жадная и неуправляемая, неистовая, как ветер, мощная, как начинающийся вихрь торнадо…

Он все-таки смог закричать. Дэмьен обернулся, вытянув руку, сжимающую арбалет, готовый стрелять. И что-то черное метнулось к нему из тени деревьев. Он, должно быть, что-то услышал или увидел отражение твари в расширенных зрачках Сензи, потому что успел повернуться точно в тот миг, когда к нему потянулись длинные лапы. И разрядил арбалет, стреляя в упор. Пораженная первобытной яростью Дэмьена и тут же сметенная ударом арбалетной стрелы в морду, тварь скользнула лапами по шее лошади, седлу и закружилась, завертелась в круговороте Фэа…

– Там еще! – прохрипел Сензи.

Его голос потерялся в реве потоков. Он молился, чтобы Дэмьен услышал его. Раненая тварь корчилась у самых копыт коня Сензи, и он добил ее, чтобы оборвать эти конвульсии, и Огонь завершил ее мучения.

– Другие! – выдавил он. Борясь с напором потоков, он поднял руку. Показать. Подмастерье в отчаянии шептал ключ Невидимости, поднимая свой арбалет, мучительно отыскивая силы удержать его и спустить курок.

Он приготовился к защите. И вовремя.

Они надвигались из Леса, молчаливые и непроницаемые, как сама Тьма. Их души изнывали от голода и ненависти, аккордом смерти пронизывая потоки Фэа, и кровь стыла у Сензи в жилах. Он прижал ложе арбалета к плечу, моля небо дать ему силы выстрелить. Твари подбирались со всех сторон, и Сензи огляделся, чтобы не пропустить атаку. Дэмьен был за его спиной. А перед ним находились только запасная лошадь, в ужасе мотающая мордой, насколько позволяли поводья, и четыре темные фигуры, с горящими багровыми глазами, задыхающиеся от ненависти. Он прошептал слова Невидимости еще раз, и снова и снова, пока они подходили все ближе и ближе, и он уже мог быть уверен, что не промахнется. Рев потоков на миг утих, и он услышал, как Дэмьен кричит указания. Рука, сжимавшая приклад, слегка дрогнула – от страха или от слабости? – когда он навел прицел первому из чудовищ точно между глаз. И Сензи выстрелил. Он услышал щелчок, с которым вылетела стрела, увидел свет, сорвавшийся с ложа. Раздался глухой удар наконечника о кость, и Огонь взметнулся золотыми искрами, пронизывая свою жертву насквозь. Сензи заставил себя не смотреть, не думать, а только наклонился, чтобы подготовить арбалет к новому выстрелу, прислушался к легкому щелчку, означавшему, что стрела встала на место… и спустил курок. Второй выстрел был не таким метким, как предыдущий, но все же задел одну тварь, которая с воплем скрылась в лесу. Остались двое. Маг-подмастерье полез в карман за следующей парой стрел, но вспомнил, что Дэмьен не советовал перезаряжать – и тут одна из тварей прыгнула. Ее когти впились в бок лошади, багровые глаза горели голодом. Не раздумывая Сензи ткнул штыком в морду чудовища и почувствовал, как лезвие вошло в плоть. На его руки выплеснулась черная ночная кровь. Он с трудом сдержал тошноту. Его лошадь, обезумевшая от боли и страха, встала на дыбы, и несколько мгновений он просто старался удержаться в седле. А когда наконец смог выпрямиться, то увидел, что запасная лошадь оборвала поводья, и огляделся в поисках беглянки.

– Назад! – заревел Дэмьен.

Крик вернул Сензи к реальности, он заставил свою лошадь сделать назад шаг, другой. Совсем рядом двое чудовищ терзали запасную лошадь. Сензи поразился, что его конь все еще подчиняется поводьям, а не скачет сломя голову прочь от ужасного места. Но Эрна дала своим четвероногим детям силы путешествовать в самых опасных частях людских земель, а те, кто поддавался слепому страху, давным-давно вымерли в результате естественного отбора.

А Дэмьен был уже рядом с Сензи. Он вскинул заряженный арбалет, быстро прицелился и выстрелил в ближайшую тварь. Заржавшая лошадь встала на дыбы, едва не подставившись под выстрел, но стрела прошила черное скользкое горло, и одно чудовище упало.

И прежде чем Дэмьен успел выстрелить снова, лошадь взбрыкнула и попала подкованным копытом прямо в голову последнего монстра, отбросив его к ближнему дереву. Страшилище ударилось о ствол с громким хрустом, странно выгнулось, сползло на землю и замерло.

Сензи потянулся было за поводьями освободившейся лошади, но резкая боль в боку скрутила его в седле мучительным спазмом. А несчастное животное снова поднялось на дыбы. Кровь струилась по ее израненным ногам и шее. Она промчалась мимо них, в глубь Леса, неистово хрипя от боли и страха. Сензи крепче вцепился в седло. Боль огнем разливалась по венам, мир медленно плыл перед глазами… но зато потоки снова стали невидимыми. Теперь они были бессильны повлиять на него. И слава богам за это.

– С тобой все в порядке? – прошептал Дэмьен.

Сензи попытался выдавить хоть слово, но вдруг чуть западнее того места, где они находились, ночь пронзил предсмертный визг лошади.

Дэмьен молча перезарядил оба арбалета. Штык и ложе оружия Сензи были покрыты темными кровавыми полосами, но он даже не посмотрел на них. Кивнув в сторону стихшего ржания, он направил своего коня к западу. Арбалет он положил на плечо. Сензи двинулся за ним, гадая, будет ли тропа на том же месте, когда они вернутся, и как долго им придется ее искать.

Примерно ярдов через сто Огонь осветил упавшую лошадь. Тяжелый стальной капкан подрубил ей ноги – рассек плоть и раздробил кости. Животное пыталось освободиться, теряя последние силы и кровь. Дэмьен проклял трапперов и уже шагнул к лошади, но Сензи остановил священника, слегка коснувшись прикладом его плеча.

Из-под земли начали выползать какие-то существа, темные, скользкие, похожие на червей. Их привлекла лошадиная кровь, стук ее сердца, ее визг. Они ползли на пиршество. Мерзкие черные черви, толщиной с мужскую руку, с кругом острых белых зубов впереди. Окружив теплую плоть шевелящимся кольцом, они начали ввинчиваться в нее, стараясь добраться до нежных внутренних органов.

Сензи снова скрутило, и на этот раз он не смог сдержаться. Он нагнулся, и его вырвало на дорогу. Когда он поднял голову, Дэмьен целился в погибающую лошадь. Такого мрачного выражения на его лице Сензи еще никогда не видел. Священник выждал, пока обессиленная лошадь не замерла, и выстрелил. Стрела попала ей в шею, лошадь вздрогнула, и древко обломилось. Из развороченной шеи хлынули волны крови.

– Сонная артерия, – пояснил Дэмьен. – Быстрая смерть. – Он отер с лица кровавые брызги. – Эта лошадь везла только снаряжение, так? Ничего жизненно важного, из-за чего стоит рискнуть?

– Да, – ответил Сензи хриплым, срывающимся шепотом. – Ничего особенного.

– Ладно.

Стоны лошади замирали, раздавалось лишь бульканье крови. Дэмьен повернул своего коня обратно, сжав окровавленные поводья.

– Давай убираться к чертям отсюда.

Не слезая с седел, они кое-как обработали свои раны и постарались сделать все, что возможно, для животных. Дэмьен предположил, что червей привлекло тепло живого тела, и в этом случае подкованные копыта коней служили лучшей защитой, чем их собственные сапоги. Поэтому они ехали без остановок, наскоро перебинтовав израненные руки. Сензи ощущал, как по боку ползут теплые струйки, но молчал; у них не было ни времени, ни возможности сделать остановку и осмотреть рану.

Прошло уже двадцать четыре часа. А казалось, миновало много дней, много лет, да вообще все это случилось в другой жизни. Сензи думал о Дэмьене, который постоянно странствовал по таким местам, куда боятся заезжать даже торговцы, смело сражаясь с тварями, которые не могли явиться и в страшном сне… И впервые Сензи понял, что это значило. Избрать такой путь, всегда идти одному, даже без товарища, который прикроет тебе спину или покараулит ночью, пока ты спишь… Он не мог себе этого представить. Не мог понять, почему люди выбирают такую жизнь. Не мог представить себе, что значит придерживаться веры, которая заставляет отправляться в подобные путешествия, даже не задумываясь об опасностях, с которыми предстоит встретиться.

«А ведь их Бог ничего не дает взамен. Ни особой удачливости, ни простых чудес. Ничего, кроме одной-единственной мечты, которая, может, никогда и не исполнится».

Они продолжали путь. Дэмьен всматривался во тьму и, отыскав какие-то понятные ему признаки, объявил, что недалеко, чуть к востоку от дороги, течет река. И объяснил, что это весьма неплохо. Можно не ждать порождений Фэа с этого направления. А когда взойдет солнце, река, если нужно, может послужить хорошим убежищем.

«Если оно вообще когда-нибудь взойдет, – думал Сензи. – Если мы доживем до этого…»

Они скакали так быстро, как могли и насколько позволяла усталость лошадей. Дэмьен строго придерживался этого: потерять лошадей, даже если бы они и нашли Сиани, будет равносильно гибели для всех троих. Огонь у седла священника освещал дорогу далеко впереди, и если бы тропа неожиданно оборвалась или их поджидали порождения Фэа, у путников хватило бы времени остановиться, не попав в западню.

Нервы Дэмьена были на пределе, и когда ему показалось, что впереди обозначилось какое-то движение, то он резко натянул поводья и Сензи едва не налетел на него, избежав столкновения только благодаря своей лошади, которая в точности следовала примеру своей товарки. Бок о бок они застыли на середине тропы, вглядываясь в темноту. Лошади под ними тревожно вздрагивали, помня о когтях тварей, выскочивших из Леса несколько минут – или часов? – назад.

Но вот показавшуюся из-за деревьев фигуру уже можно было разглядеть. Вполне человеческая, немного сгорбленная; Дэмьен поднял арбалет на уровень глаз и прицелился. Когда существо дошло до границы света, очерченной Огнем, стало видно, что оно еле бредет, согнувшись от истощения и, возможно, от боли. Оно сделало еще один шаг навстречу и подняло руку, чтобы прикрыть глаза от света, слишком яркого после непроглядной тьмы Леса.

Сиани!

Сердце Сензи чуть не выпрыгнуло из груди, адреналин наполнил его жилы живительным огнем: от страха за Си, от радости за нее, от того, что она нашлась. Правда, женщина казалась жалкой тенью прежней Сиани, ее верховой костюм превратился в лохмотья. Ее ноги были разбиты в кровь, она стояла, шатаясь от слабости и прикрывая глаза от яркого Огня. Шепот сорвался с ее губ, слишком тихий, чтобы они расслышали. Может, имя, может, молитва. На ее руках виднелись синяки и еще большой кровоподтек на скуле. Казалось, она потеряла половину веса за этот день. Смертельная бледность покрывала ее лицо.

– Слава Богу, – прошептала она. – Я услышала лошадей… – Рыдания сдавили ей горло, она шагнула вперед и упала, ослабевшие ноги отказались ей служить. Слезы бежали по ее лицу. – Дэмьен… Сензи… Мой Бог, я и не верила, что найду вас…

Сензи наконец избавился от шока. С криком радости он спрыгнул с лошади – рана в боку полыхнула огнем, как пронзенная раскаленной сталью, но какое это имело значение? Они нашли ее! Подмастерье бросился к ней на своих слабых ногах, дрожащих и не гнущихся после целого дня в седле…

Что-то просвистело у его уха. Вспышка света – поток Огня – горящий снаряд, оставивший за собой полосу горячего воздуха. Он запнулся, пытаясь сообразить, что это было, чем это могло быть, и тут оно ударило в Сиани. Сияющая стрела попала ей прямо в грудь, точно в сердце. Со страшным воплем женщина вцепилась в древко, но стрела вошла слишком глубоко, и она уже не могла ее выдернуть. Она стояла так близко, что Сензи мог дотронуться до нее. И вдруг ее тело вспыхнуло. Ее приподняло над землей, как горящий сухой листок. Сензи закричал, прикрывая глаза от сияния сжигавшего ее пламени, и упал на колени перед этим погребальным костром. Языки Огня лизнули ветви деревьев над их головами, и на дорогу упали маленькие черные дымящиеся хлопья. И Сензи медленно-медленно начал понимать, что случилось. До него начало доходить, что сделал Дэмьен. И почему.

Огонь понемногу умирал, не оставляя на том месте, где только что стояла Сиани, ни костей, ни следов, только слабый запах серы. Сензи оглянулся на священника. Тот одной рукой держал поводья его лошади, а в другой все еще сжимал приклад арбалета.

– Но как? – прохрипел маг-подмастерье. Он дрожал всем телом. – Как ты догадался?

Священник выглядел чернее тучи, его лицо прорезали морщины. Казалось, за эти несколько часов он постарел на десять лет.

– Она не вышла на свет, – объяснил он. – А Сиани знала, что Огонь означает для нее защиту, и подошла бы к нему, чего бы это ей ни стоило. Она помянула моего, а не своего бога. Она назвала тебя полным именем, никогда раньше она так тебя не называла, по крайней мере при мне. Продолжать?

– Но ты не был уверен! – закричал Сензи. – Ты не мог быть уверен! А если бы ты ошибся?

– Но я не ошибся, не так ли? – Лицо Дэмьена казалось вырезанным из камня, его голос был непререкаем. – Запомни это, Зен. Некоторые порождения Тьмы могут принимать любые формы. Они считывают твои страхи из окружающего тебя Фэа и создают любой подходящий образ, способный пробиться сквозь твою защиту. И у тебя есть только один шанс, чтобы распознать обман, только один шанс, чтобы ответить. Если ты ошибся – или заколебался хотя бы на минуту, – они сделают с тобой все, что угодно. – Он отвернулся, и Сензи подумалось, что это затем, чтобы не видеть, как он дрожит. – По сравнению с тем, что я повидал, смерть в таком случае считается за счастье.

Огонь угасал. Сензи растерянно разглядывал место, где все это произошло, и удары сердца отдавались у него в ушах. Странно, почему ему так жарко? Может, Огонь настолько обострил его восприятие, что ему казалось, будто что-то внутри продолжает гореть? Он чувствовал себя поверженным. Ему хотелось крикнуть: «Я не выдержу! У меня нет сил! Как я мог сделать такое, я же хочу спасти ее!»

Дэмьен молчал, давая Сензи время прийти в себя. Вдруг он весь подобрался. И тихим, но твердым голосом приказал:

– Садись на лошадь. Быстро.

Сензи оглянулся и увидел, что Дэмьен перезаряжает арбалет. Священник смотрел на запад, его взгляд был прикован к какой-то точке вдалеке.

– Садись! – прошипел он.

Дрожащий Сензи послушался. Когда он забирался на лошадь, бок пронзила острейшая боль. «Если я слезу еще раз, залезть обратно уже не смогу». От этой мысли ему стало спокойнее. Нехороший покой, знание того, что все страхи, все сражения могут остаться позади.

Он взял поводья у Дэмьена и проследил за его взглядом, вперед и влево от дороги. В темноте мигнули два огонька, горевшие приблизительно в ярде от земли. Алые, как кровь.

– Поехали, – буркнул Дэмьен.

И они снова тронулись в путь. Сперва медленно, присматриваясь к огонькам. Все быстрее и быстрее, когда заметили, что красные точки преследуют их. Вскоре к первым огонькам присоединилась еще пара, потом еще.

«Это глаза, – думал Сензи, – глаза, в которых отражается свет Огня. Да помогут нам боги!»

Они пустились в галоп.

Глаза не отставали.

Их становилось все больше и больше, не сосчитать. Они сияли настоящими звездами во тьме, когда хозяева их смотрели на добычу, или на миг пропадали из виду, когда твари оглядывались или задирали морды вверх. Чем бы эти существа ни являлись, они были быстры и неутомимы. Скача во весь опор, беглецы не могли оторваться от них, Сензи услышал вырвавшееся у Дэмьена ругательство. Он знал, что нельзя долго гнать лошадей с такой скоростью. Но как бы быстро они ни мчались, сияющие глаза не отставали от них ни на шаг.

Наконец Дэмьен придержал коня. Лошадь Сензи тоже замедлила бег. Она вся покрылась потом и дрожала, как от холода. Он вдруг до конца осознал, насколько важны для них лошади. Ведь даже если они доберутся до замка и спасут Сиани, им еще предстоит обратный путь. «А пешие мы не продержимся и часа».

Дэмьен поднял арбалет и тут же выдохнул:

– Черт возьми!

– Что?

– Они держатся за пределами выстрела. Точка в точку. Дьявол! Либо им чертовски везет… – Он опустил оружие. – Либо у них уже есть опыт.

– Или они разумны, – прошептал Сензи. Помолчав, добавил: – Будем надеяться, что нет.

Что-то выпрыгнуло на дорогу.

С первого взгляда это существо выглядело как волк – довольно необычный огромный волк, с белым мехом и горящими красными глазами. Но приглядевшись, можно было заметить различия. Лапы больше походили на человеческие руки, челюсти были шире и мощнее, чем у любого волка. Да и весь его вид говорил не столько о голоде, сколько о сильной ненависти, отнюдь не звериной.

Волк вышел на середину тропы и остановился, как бы бросая вызов.

Дэмьен рванул поводья, и его конь, послушный каждому движению хозяина, взял с места в галоп. Вопреки желанию Сензи последовал за ним. Священник несся прямо на волколака, как будто желая сравнять его с землей. В ответ тот только низко зарычал и раздвинул губы в насмешливой, почти человеческой ухмылке.

Когда Дэмьен уже почти поравнялся с волком, его конь резко взял вправо от тропы. Они помчались по направлению к реке, и лошадям приходилось продираться сквозь плотные, едва ли проходимые заросли. Конь Дэмьена оступился, но смог удержаться на ногах. Проскакав какое-то время вдоль реки, они снова забрали к западу. Сензи сообразил, что священник надеется сделать круг, обогнуть стаю и снова выбраться на тропу. Но когда они решительно повернули на запад, то увидели поджидающие их красные огоньки. Зверюги рассчитали расстояние так точно, как будто договорились с беглецами встретиться именно в этом месте.

«Они загоняют нас», – в отчаянии подумал Сензи. Вероятно, та же мысль пришла в голову и Дэмьену; священник выхватил меч из ножен и приготовился прорываться через строй. Сензи прижал к груди арбалет и забормотал слова молитвы, гадая, молится ли сейчас Дэмьен и надеется ли он, что ему ответят, или молитва просто помогает ему сконцентрироваться.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю