А 259. Всплеск ярости

Текст добавлен: 10 октября 2016, 04:57

Текст книги "А 259. Всплеск ярости"

Автор книги: Саймон Стронг

Жанр:

Современная проза

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 6 страниц)

Назад к карточке книги

– Транк? – заинтересовался Джим. – Какой? Туинал? Давай сюда скорее.

Он проглотил, постоял-поозирался и потом сообщил: «Ой, мне надо спрятаться. Тут вокруг люди» – и свалил. Вельветы закончили программу композицией «After Hours», Джим нашел небольшое помещение, надавил кнопку и дематериализовался.

ЙЁЁЁЁООПСЗДЬ! Его атомы засосало в струю, и он вернулся.

– Ну? Удачно? – спросил адмирал.

– Потрясающе! Попал на новую программу Velvet Underground, бодро играют.

Рядом находилась секретарша адмирала, наверно, пришла в его отсутствие.

– Какое совпадение, – заметила она, – мой сын очень интересуется этой поп-группой. В общем… я ему недавно составила каталог всех их концертов с помощью прибора межвременной картографии. Убила почти час, получилось от их, гм, тура «Up Tight» в феврале 66-го до последней вылазки в 1970 году и, разумеется, все их последующие составы.

– Можно посмотреть распечатку?

Секретарша подошла к шкафу с бумагами, вынула толстый перегнутый рулон телетайпа и протянула Джиму.

– Здесь еще все соло-проекты, потому такой большой.

Джим пробежался по нему: «Хммм, ндааа, 23 августа 1970 года, наверно, туда я попал или попаду. Мне повезло. Если верить бумагам, следующий раз они будут играть только через двадцать лет. Ну, раз они пока пользуются популярностью, они, должно быть, сочиняют что-то, что зацепит детишек. Мы явно полностью заблуждались по поводу звукового аспекта «The Soft Parade», ни струнных, ни духовых! Это явное отклонение от луча. Невозможно лабать на двух гитарах, басе и ударных!

– Ну, в целом, удачно, Джеймс?

– Ага! Спасибо, пап! Просто здорово, скорее бы остальным рассказать… Думаю, наш следующий альбом будет самым лучшим!

Брайтон Воскресный вечер

Раздался стук, и в дверь зашел Моркемб.

– Я только что встречался с Эдом, – начал он, – и он сказал, что хочет с тобой встретиться, когда ты сможешь. Завтра в пять в «Пище Овоща». Он говорил взволнованно.

– А, – отвечаля, закрывая папку, – наверно, ему нужна его пленка.

– Я иду в «Дракон», пойдешь со мной?

– Ыыыыы, вообще-то, мне не стоит, но если мы пару стаканов по быстрому, хуже не будет

– Нда… совсем забыл. Эд тебе передал, – Моркемб вручил мне смятую жестяную фольгу.

– Ого-го! – воскликнул я, разворачивая комок, там лежал жирноватый серый порошок вперемешку с маленькими волокнистыми хлопьями, – Что это за херня? – возмутился я, ткнул пальцем, облизал его и сморщился, – На вкус как, блядь, пепел сигареты смешали с рыбьим кормом. Ебть, Терияки, если не хуже.

– Мне не показалось, что это спид… это то странное говно из коры йохимбе ²¹.

Сказал, что это подлечит тебе прибор, просто занюхнешь за час до планируемой ебли. Он нормализует у тебя содержание сульфатов.

– Атлично! Мне нравится, – я спрятал/при-брал порошок, – Теперь пошли убьемся!

– Угу! Мне всегда нравится завершать неделю, блюя и плача…

Когда мы добрались до паба, Робинзон уже сидел там, он был с Тёрнером. Я поставил всем по 1664-му ¹, осмотрелся, поздоровался и присел.

– Я как раз объяснял Робинзону Теорию о трех углах в панк-роке ², – заявил Тёрнер.

Доступ к компоненту, фиксированному во времени осуществляется, таким образом, последовательно, т. е. это реальность, характеризующая последовательным доступом. Реальность, которой свойственен варьируемый доступ, является своего рода реальностью случайного доступа.

Фиксированный во времени компонент имеет, таким образом, последовательный доступ, т. е., является реальностью последовательного доступа. Реальность, обладающая варьирующимся време-

¹ «Kronenberg 1664» – Популярная в то время марка очень крепкого светлого пива, которое в некоторых пабах продавали в розлив.

²Теория о трех углах устанавливает индексы для составляющих культурных артефактов. В нижеследующей таблице приведены составляющие «образ», «слово» и «звук» относительно времени. «Ф» означает, что доступ к компоненту фиксирован во времени (т. е.доступ осуществляется с заранее известной и фиксированной скоростью) и контакт с ним должен происходить при жестком контроле со стороны артефакта, а «в» означает, что возможность доступа к компоненту контролируется потребителем, хотя та или иная скорость доступа может быть предпочтительней. ²²

Носитель

Книга (текст)

нет

Иллюстрированная книга, комикс и т. п.

нет

Живопись и т. п.

нет

Аудиозапись, CD и т. п.

нет

Видеопленка

нем доступа, есть реальность произвольного доступа.

– Пожалуйста, давай поговорим об этом… – попросил я.

– Ладно, сперва надо обозначить твое культурное пространство, то есть установить, что ты понимаешь под «панк-роком». «Оксфордский словарь английского языка» (второе издание) определяет его, давай посмотрим… «Стиль громкой и быстрой рок-музыки, которой свойственны агрессивные и нарочито скандальные текст и манера исполнения». Не назовешь адекватным определением даже сцены 76-го год а, к которой оно относится. Оно полностью игнорирует генеалогию, которая, как вы знаете, восходит к песне «Louie, Louie» группы Kingsmen, а ее, по моему мнению, нам следует считать первой панк-композицией во всех смыслах этого слова.

Робинзон и Моркемб кивками выразили согласие – одобрение.

– Первый Закон Панк-Рока: весь панк-рок это «Louie, Louie», но не всякий «Louie, Louie» это панк-рок, – провозгласил Моркемб.

– И, разумеется, сюда относится та сцена, что породила всю эту психоделию и прочую музыку шестидесятых. Теперь нам становится очевидным, почему панк-рок занимал и продолжает заниматьстоль важное место. Потому что с момента своего появления панк-рок пишет саундтрек к бушу всей (белой) молодежи, что следует из определения. Фактически, его воплощение в 76-го и быломолодежным бунтом. И, конечно, молодежный бунт есть предварительное условие любой революции, это аксиома. К несчастью, все революции, которые сопровождались панк-роком, либо впоследствии уничтожили сами себя, либо выдохлись, но я полагаю, что это служит иллюстрацией живучести панк-рока по сравнению с мимолетностью идеологической революции.

– Второй Закон Панк-Рока:, – провозгласил Моркемб, – панк-рок нельзя ни создать, ни уничтожить.

– Именно! Но, все-таки, для наглядности мы со скрипом примем определение Оксфордского словаря, поскольку, как вы увидите, оно упрощает вопрос, который в противном случае проиллюстрировать было бы сложнее.

Я отправился еще за пивом, остальные прервали разговор, чтобы закурить, посетить сортир и прочее. Когда мы все снова собрались, Тёрнер заговорил снова:

– Так вот… Каждый культурный артефакт обладает качествами образа, слова и звука…

– Только давай обойдемся без этого сраного Барта ²³…, – возмутился Робинзон, – у меня нет времени выслушивать этот, бля, высокоинтеллектуальный бред. Никогда не читал это дерьмо, правда, один раз взял в руки «Мифологии», но только потому, что там были сиськи… не… на фиг… мне вспомнились «Способы видения»… Джон Берджер, не важно, извиняюсь. Все это лажа. Мы же говорим о панк-роке…

– Охуительно правильно! – заявил Моркемб.

– Нет, нет, не беспокойтесь… Я про другое, – заверил нас Тёрнер. – Так, на чем я остановился? Да… Все культурные артефакты обладают качествами образа, слова и звука, разными способами объединенными и взаимодействующими. В данных терминах, книгу делают не бумага, чернила и прочая фигня, но ее слова и оформление обложки; картина есть образ на холсте, но при этом ее название является проявлением словесного аспекта; тоже самое – скульптура, только это пространственный образ, фильм, кино, которые вас цепляют, представляет собой самую сложную из известных на настоящий момент комбинаций, настоящий gesamkunstwerk ²⁴.

Его образный аспект составляет визуальный ряд, звуковой аспект – уместный саундтрек со всеми звуковыми эффектами, музыкой и прочим, сюда же относится звук произносимых слов, особенно если это одна из европейских поделок, в которую ты не врубаешься, и, сами понимаете, содержание диалогов составляет словесный аспект. Наконец, самое важное, в пластинке звуковой аспект это музыка, образный – коробка, наклейка и внутренняя коробка, даже когда это просто вкладыш компании звукозаписи, а тексты в данном случае представляют собой словесный аспект. Вы следите за ходом моих рас-суждений?

– Угу-угу.

– Так вот, каждый из аспектов имеет спектр от большей до меньшей степени панка, если пользоваться определением Оксфордского словаря. А у некоторых групп в каких-то аспектах панка больше, чем у других. Это можно продемонстрировать вот такой таблицей. Мы ставим в колонке «О» минус (-), обозначая менее панковый образный аспект, или плюс (+), обозначая более панковый образный аспект. То же самое в колонке «С» – словесный аспект, и колонке «3» – звуковой аспект… Теперь, исходя из того, что под наше определение попадает британский панк конца семидесятых, равно как и наша градуировка, я постарался выбрать подходящие команды, но нам надо допустить натяжки в паре пунктов… Включение здесь не просто механическое:

Пример

–

Magazine

–

Joy Division

–

The Stranglers

Wire

–

The Fail

–

The Clash, Sex Pistols, The Adverts

–

Buzzcocks, X-Ray Spex

The Damned, Snivelling Shits

Таблица I

Культурно-пространственные отношения

– Начнем с The Dammed. Их первый альбом представляет собой охуительный панк почти по всем аспектам: они не умели играть достаточно быстро, им приходилось обращаться к звукорежиссеру, чтобы он увеличил скорость записи, дабы она звучала достаточно быстро; их тексты отличались невнятностью, никто из них даже примерно не представлял о чем текст «Новой розы»; обложки у них были настолько убогими, что компания нечаянно поместила на оборот фотографию совершенно другой группы. Дерьмовое звучание… Но почти идеальный пример тройного зенита…

Я сказал «почти», потому что их тройной нади-ризм бледнеет по сравнению с Snivelling Shits. Они так и не заслужили должного признания, и за все свое существование выпустили всего один сингл, плюс вышла песня в сборнике Streets, кстати, их лидер был соавтором «Сегодня просто не получается быть счастливым» для The Dammed. Недавно вышел отличный сборник на «Damaged Goods» (FNARRLP3). Там все то, что надо: «(Гш Waiting For Му) Crossroads»; «I Can’t Come»; «Et Moi! Et Moi! Et Moi!»; «I W&nna Be Your Biro»; «Bring Me The Head Of Yukimo Mishima»; «Only Thirteen»; «Terminal Stupid»; «isgodaman?». По-настоящему вдохновляюще… погром в сонном царстве… От таких талантов кровь идет из жопы… Невозможно описать словами…

– Ага, я понял.

– Ой, извиняюсь. Так вот… Остальные говорят сами за себя. The Clash и Pistols, несмотря на то, что стали квинтэссенцией панк-группы 76 годы, и те и те располагали методикой, которая интеллек-туализировала, по меньшей мере, их словесный аспект, даже если только рассматривать задним числом. И самая большая наколка, разумеется, в том, что они вообще могли играть. Благодаря обложкам, их первые альбомы остаются образцом традиционного панк-дизайна. Некрасивые, конфронтационные, но в разумной степени конструктивные и…

– Да, да, да…, – закивал Робинзон.

– Заткнись, это хорошо, – остановил его Мор-кемб.

– Видите ли, – продолжал Тёрнер, – в культурном пространстве все относительно. Если бы вы задумали сделать запись, лишенную слов или звука, и положить ее в коробку из чистой бумаги, вы получили бы не артефакт с тремя нулевыми аспектами, а скорее, артефакт с теми абсолютными аспектами. Возможно, причина в том, что наша культура ориентирована на потребителя и к молчанию и незаполненное™ относится с презрением.

– Угу-угу.

– Теперь следующая стадия заключается в том, чтобы проранжировать примеры более строго, на цифровой шкале установить точно, каким образом панк становится артефактом. Конечно, приходится быть субъективным насчет того, положительной или отрицательной оценки по шкале застуживает фото, текст или мелодия, но если вы сравниваете за раз один аспект с другим, это становится яснее. Несомненно, можно брать образцы с помощью опроса общественного мнения и тому подобного, чтобы установить среднее отклонение и степень статистической достоверности своих данных. Таким образом, ваше субъективное восприятие становится объективным… Вы следите за ходом рассуждения? По очень приблизительной шкале от —5 до +5 наша таблица приобретает следующий вид:

Пример

– 4

– 5

Magazine

– 5

– 2

Joy Division

– 1

The Stranglers

– 2

+ 1

Wire

– 3

– 1

The Fall

– 2

The Clash,

– 3

Sex Pistols,

– 2

The Adverts

– 3

Buzzcocks

– 1

X-Ray Spex

The Damned

Snivelling Shits

Таблица II

Культурно-пространственные координаты

– Затем существует достаточно интересный опыт, который мы можем проделать и вычислить «коэффициент панк-рока» для каждой из групп, который принято обозначать КПР. Мы можем ввести его в таблицу:

?7?

Пример

– 4

– 5

100

Magazine

– 5

– 2

Joy Division

– 1

The Stranglers

– 2

Wire

– 3

The Fall

– 2

The Clash,

– 3

Sex Pistols,

– 2

The Adverts

– 3

Buzzcocks

– 1

X-Ray Spex

The Damned

Snivelling Shits

Таблица III

Культурно-пространственные координаты в соотношении с КПР

– Гммм… – вмешался я, – можно провести интересное исследование и вычислить формулу, связывающую размер денежного дохода группы с показателем каждого из аспектов.

– Я уже провел кой-какую работу в этом направлении, но пока никаких конкретных результатов. В любом случае, мы имеем трехортогональный знак. Теперь представьте себе трехмерный график, по одной оси на каждый аспект, все расположены друг к другу под прямым углом. Потом наносим каждую координату на соответствующую ось трехмерного графика и получаем культурно-пространственное положение данной конкретной группы. Например:

S+5

Рисунок I

Культурно-пространственное положение группы The Adverts

– Это общее представление, но есть маленькие нюансы. К примеру, давайте взглянем, как позиция Wire менялась с течением времени. Таким способом мы получим данные и для их более поздних работ:

КПР

Альбом (год)

– 2

+ 1

Pink Flag (1977)

– 2

– 3

+ 1

Chairs Missing (1978)

– 3

– 5

– 3

154(1979)

Таблица IV

Культурно-пространственные координаты для группы Wire (1977—79)

– Теперь мы можем внести все координаты в наш график и провести сквозь них траекторию наилучшего соответствия:

– Будь у нас компьютер, мы смогли бы анимировать изображение и увидеть, как культурнопространственное положение группы менялось со временем. И могли бы, учитывая изменения в составе группы, посмотреть, как положение меняется в соответствии с…

– Да, – сказали мы.

– Или мы можем построить один график для двух групп… Это интересно, потому что такая группа, как Ramones, выпустившая море альбомов, в конце концов, занимает меньший культурно-пространственные объем, нежели, к примеру, Wire, записавшая все три.

О Pink Flag (1977)

О Chairs Missing (1978) 154 (1979)

Рисунок II

Культурно-пространственная траектория Wire (1977-79)

– Но в некоторых координатах будет наблюдаться большая плотность, – заметил я*

– Правильно, – ответил Тёрнер. – И станут ли эти координаты вместе оказывать заметный гравитационный эффект на свое окружение? Напрашивается множество подобных выводов, некоторые из них до сих пор неясны. В любом случае я просто придумал эту теорию по дороге сюда.

– И предполагаю, твоя теория приложима не к одному панк-року? Ведь имея другое определение, возможно классифицировать что угодно в этих понятиях…

Тёрнер ошарашенно глядел на меня: – Да… полагаю… Гипотетически… Но кому до этого дело?

Вдруг мы выпили еще десять 1664-го, нам поплохело, мы развопились, а потом отправились домой.

* * *

На следующее утро я встал, навел лоск, проглотил солей, посрал, принял душ, побрился, наполировал до блеска ботинки и затем занюхал продукта. Йохимбе оказался не столь мерзок, как ожидалось, я и хуже засовывал в нос. Потом отправился позвонить Сэди. Она жила неподалеку, и солнце сияло, когда я шел по променаду к городу; велосипедисты, скейтбордисты и роллеры курсировали мимо меня по обеим сторонам и во всех направлениях, а я любовался допплеровскими сдвигами ²⁵.

Подойдя к ее дому я позвонил в модный домофон, каких больше нигде не имелось, им служил обломок булыжника, которым ты колотил в дверь.

– КВАРК? – спросили у меня.

– МИКСЗ КВАЙ! – ответил я, и входная дверь, звякнув, открылась.

Я поднялся на три пролета к ее квартире, где у открытой двери она поджидала меня в прозрачном черном декольтированном платье, по-моему, кружевном. Сквозь него все прекрасно просматривалось, и я понял, что йохимбе превосходит все ожидания.

– Заходи, пожалуйста, – пригласила она.

Комната оказалась потрясающей. Я с тех пор,

как я покинул свой дом, не видел чьего-либо жилья, а лишь одни заведения, куда люди ходят, пока пабы закрыты. Там стояли телевизор, видеомагнитофон, раздолбанный музыкальный центр с CD-проигрывателем, мебель, лежали ковры и так далее. Еще мне показалось, что картины на стенах висят не только с целью спрятать от лендлорда дыры от попадания бутылок из-под «Пилз». Я узнал «Jours de Lenteur» Танги (1937), «Похищение невесты» Эрнста (1940) и «Сон поэта» Чирико (1915).

– Здорово у тебя, – произнес я.

– Спасибо… Я сейчас…

’ Я прошелся, разглядывая книжные полки. На одной жесткое чтиво: издания Atlas Press, выпущенные ограниченным тиражом, заголовки с именами Джона Калдера и Гроува, на другой – сплошные французы: издания Minuit и Galli-mard, несколько шикарных томов Denoel/ Pleiade. Я закрыл глаза, снял наугад книгу и открыл ее. Я попал на 320-ю страницу второго тома «Oeuvres Complets» Альфреда Жарри. Раздел назывался «La Chandelie Verte» («Зеленая свеча»), избранная публицистика. Я шлепнулся на скользкую белую кожаную кушетку и перевернул страницу на начало статьи. И как раз вошла Сэди.

– Я куда-то задевала помаду для сосков, – объяснила она, – При таком раскладе, мне кажется, без нее… никак.

– Ну, ыыы… Да, я тоже так считаю, – ответил я, когда она уселась совсем близко ко мне.

– Что это у тебя? – продолжала она, – не думала, что ты франкофил.

– Я? Я, блин, омнифил.

– Посмотрим…

Она взяла у меня книгу и стала читать:

La Revue Blanche, n°201du ISOctobre 1901 Hommages Posthumes

Une monstrueuse illdgalitd judiciaire dtant кla veille de se commettre, nous entendons la condemnation de M. Honord Ardisson ou son intemement dans un asile d’alidnds, il nous parait urgent de ddvoiler кquels mobiles, plus forts que la loi, obdissent les magistrate, qui violent ainsi кleur manidre. Le ldgislateur, en effet, dans sa sagesse, s’est bien gardd de ddsap-prouver le viol des cadavres: il ne Га prdvu par aucun article du Code, ce qui dquivaut, comme on sait, selon l'esprit du Code, кl’encourager.

En ceci le ldgislateur se montre d’accord, comme en tout, avec la conscience du citoyen vertueux, dont il ne fait qu’enregistrer et prdciser les dlans. Toutefois, la plupart des contribuables n’ont coutume de pratiquer ce viol de cadavres que sous une forme superficelle, encore qu’ostentatoire. A chaque occasion qui s’est prdsentde d’avoir кleur disposition, sur un lit, un cadavre – femme, dpoux, pdre, mdre ou enfant – ils se sont fait un devoir de ddposer, selon la formule con-sacrde, «un dernier baiser sur le front glacd du mort», mais on doit ddplorer que bien peu d’entre eux aient eu le courage de pousser plus loin leurs hommages posthumes, si ldgitimes pourtant dans le cas de la perte, par exemple, d’un dpoux ou d’une dpouse. Cette sdcheresse de coeur et ce manque de ddmonstrations subit s’excusent кpeine par i’horreur de ce qui ne vit plus, lacqueile n’etait кl’origine que la repugnance pour la chair morte acquise au cours de sidcles par i’animal humain avec l’habitude des aliments cuits. La cuisson interviendra-t-elle, dans quelques mille ans, тёше en amour? Quoi qu’il en soil, conscients de i’af-front fait aux morts, les survivants s’efforcent de le pal-lier par des presents, fleurs et courotines, orndes de protestations d’affection ddclamatoires et non suivies d’effet. 11 n’est pas etonnant que M. Ardisson, au cours de sa carriere de fossoyeur, ait ete revolte par ces inscriptions fallacieuses et se soit decide кdonner l’ex-emple qu’eut dO offrir tout honnete homme, en prou-vant son amour de l’humanite morte par des expansions plus indeniables.

L’usage de fomiquer avec les morts a toujours ete considdre comme au plus haut degre saint et moral. Sans rappeier la coutume de certains peuples, qui enterrent l’epoux vivant avec son conjoint decede, remarquons-en un vestige dans notre usage, qu’une personne veuve ne se remarie point avant quelque deiai. Or ce deiai n’a aucune signification, кmoins qu’il ne soit consacie кdes rapports sexuels d’outre-tombe. II fut sans doute primitivement mesure sur le temps qui precede la decomposition de cadavre. Les papes ont toujours Ш trbspartisans de cette union posthume, et тёте sans aucune limite de duree, ainsi qu’il 1’ont fort clairement exprime par leur hostilite permanente кregard du divorce, par lequel les epoux dluderaient, en i’autre monde comme en celui-ci, le devoir conjugal

La science moderne a ddmontrd que cette rigeur est exagdrde, et qu’il n’y a point d’utilitd, au point de vue de la reproduction, a prolonger les relations sexuelles avec les cadavres au-del& de trois jours. Passd ce terme, le cadavre masculine a perdu son pouvoir fdcondant. Dans la pratique, la mddecine ldgale restreint encore ce ddlai, et c’est dans les quarante-huit heures que la personne ddfunte est «arrachde aux bras des siens».

La copulation posthume dtant une chose si excel-lente, comment les magistrals ont-ils dtd amends кaffecter de considdrer M. Ardisson comme un criminel ou un fou, empechant ainsi d’autres honndtes gens de suivre son exemple? Pour deux raisons:

1° Le viol des morts est, par quelche aberration capricieuse du Code militaire, un cas d’exemption du service. Nous covenons que notre patriotisme serait trou-bid кl’idde de voir un nombre, peut-etre par malheur trop grand, de consents prdfdrer quelques instantes passds dans un cimetidre кtrois anndes de caserne. II serait кcraindre que les industriels vendeurs de rubans tricolores substituent кleur commerce celui, plus lucratif, de fabri-cateurs de jeunes mortes ou entremetteurs fundbres. Aussi rautoritd militaire s’est-elle dmue et a-t-elle exered une piession occulte sur les juges de M. Ardisson.

2° Une surexcitation non moins vive s’est manifestde parmi les jeunes filles кmarier, ldgitime-mentjalouses.

Cette dernidre information est cependant ddmentie par M. Ardisson lui-mdme, en ces termes: «Je ne pou-vais pas avoir de jeunes fiiles vivantes, et c’est pour cela que j’ai dtd oblige de prendre des mortes.» Nous ne croyons pas que M. Ardisson se soit ехрптё ici avec sa vdracitd coutumidre. Le dessein de M. Ardisson n’a pu etre autrefois, comme maintenant, que de faire,en tout, plaisir au juoe.Si le juge est, en effet, du тёте avis que le Code, comme se le figurait, en sa candeur, M Ardisson, it doit prdfdrer – hmoins d’une duplicitd que nous n’osons supposer – le viol des mortes, autorisd par la loi, кcelui des vivantes, explicitement ddfendu si l’on n’est muni de permis ou contrat. En outre, M. Ardisson aimait emporter chez lui la t6te соирёе des jeunes fiiles, comme Га dit admirablement un dcrivain: «pour son dessert d’amour». II fallait que la jeune fllle ffit dd$ morte, sinon il aurait du g&ter ses douces effusions en les prёcёdant d’un acte de violence. Oui, M. Ardisson s’efforce en tout de complaire au juge, mais que veut le juge? Ses exigences sont bien vagues et incohdrentes, et dminemment propres кdbranler 1’esprit de tout honnlte homme, у compris celui de M. Ardisson. Ainsi, Se juge aura atteint le but clandestinement poursuivi, la folie et i’intemement de ce vertueux citoyen ²⁶.

ным г-на Оноре Ардиссона, либо его заключение в лечебницу для душевнобольных. Нам представляется важным выяснить мотивы, более весомые, нежели закон, которым следуют даже судьи, на свой лад совершая насилие. В конечном счете законники, в мудрости своей, не имеют ничего против насилия над трупами: об этом ничего не сказано ни в одной из статей Уголовного кодекса, что равно, насколько нам известен смысл Уголовного кодекса, его одобрению.

В этом законодатели, как и везде, выражают свое согласие с представлениями добродетельных граждан, которые они скрупулезно записывают в документах. Однако, большинству налогоплательщиков практика насилия над трупами знакома лишь в поверхностной, выставляемой напоказ форме. Каждый раз, когда им представляется возможность видеть на одре тело – жены, супруга, отца, матери или ребенка – они считают своим долгом запечатлеть, согласно священной формулировке, «последний поцелуй на ледяном челе почившего», но следует с прискорбием признать, что лишь немногие из них осмелились бы зайти дальше, отдавая дань почившему, сколь естественным это не покажется, например, в случае утраты супруга или супруги. Едва ли подобные черствость и сдержанность в проявлении чувств простительны, объясняя их страхом перед тем, кого больше нет в живых, который проистекает из отвращения к мертвой плоти, выработанного веками человеческими животными в связи с обычаем приготовления пищи. Неужели кулинарные традиции за тысячи лет своего существования оказали влияния даже на любовь? Как бы там ни было, осознавая наносимое мертвым оскорбление, живущие заставляют себя смягчать его подарками, цветами и венками, сопровождая их громкими заверениями любви, которую никогда не доказывают. Не удивительно, что г-н Ардиссон, работая могильщиком, возмутился этими лживыми предписаниями и решил показать пример, который должен был бы продемонстрировать всякий достойный человек, проявляя любовь к умершему человечеству самым недвусмысленным способом.

Занятие любовью с мертвецом всегда считалось высочайшей степенью проявления святости и морали. Не станем напоминать об обычае некоторых народов хоронить живого супруга вместе с почившей второй половиной, просто отметим его следы в нашей жизни, когда овдовевший не вступает в повторный брак в течении определенного времени. А ведь эта отсрочка свидетельствует лишь о том, что в это время он может вступать в сексуальные контакты только с умершим. Наверно, это был примитивный способ измерять срок, предшествующий разложению трупа. Папы всегда являлись горячими сторонниками такого посмертного союза, предпочитая даже не устанавливать для него сроки, что помимо прочего объясняет их вечное неприятие развода, с помощью которого муж и жена уклоняются от исполнения супружеского долга на том свете.

Современная наука доказала ненужность подобной строгости и бесполезность с точки зрения воспроизведения рода сексуальных контактов через три дня после смерти. Спустя это время мужское тело теряет способность к оплодотворению. На практике судебная медицина ограничивает данный период еще больше, и покойника «вырывают из родимых объятий» спустя сорок восемь часов.

Если совокупление с мертвецом есть вещь столь прекрасная, что заставило судей, считать г-на Ардиссона преступником или сумасшедшим, мешая тем самым честным людям следовать его примеру? Причин две:

I. Насилие над трупом является, согласно некой извращенной прихоти Воинского устава, основанием увольнения со службы. Мы признаем, что наша любовь к Родине возмутится, при мысли, что кое-кто, возможно прискорбно большое количество, из новобранцев предпочитают несколько минут, проведенных на кладбище, трем годам в казармах. Как бы производители и продавцы трехцветных лент не сменили свое ремесло на более прибыльное поприще поставщиков трупов недавно умерших или похороненных девушек. Старшие воинские чины встревожились и потихоньку оказали давление на судей г-на Ардиссона.

2. Не менее бурное негодование высказали молодые девушки на выданье, испытывающие естественную ревность.

По поводу последнего г-н Ардиссон возразил лично следующими словами: «Я не мог общаться с живыми девушками и потому был вынужден брать мертвых». Мы не верим, что здесь г-н Ардиссон выразился со своей обычной правдивостью. Намерение г-на заключалось в данной ситуации, прежде всего, в том, чтобы УГОДИТЬ СУДЬЯМ. Если судья на самом деле разделяет точку зрения закона, как предполагал в простоте душевной г-н Ардиссон, он должен отдать предпочтение – если только он не лукавит, чего мы осмелимся предположить – насилию над трупом, санкционированному законом, перед насилию над живыми людьми, которое недвусмысленно запрещено, если только оно осуществлено не по договору или согласию. Кроме того, г-н Ардиссон любил принести к себе домой отрезанную голову юной девушки для «любовного десерта», как очаровательно выразился писатель. Смерть девушки была необходимым условием, иначе он испортил бы себе сладкие излияния предварительным насилием. Да, г-н Ардиссон изо всех сил пытается угодить судье, но чего хочет сам судья. Его притязания туманны и непоследовательны и удивительным образом стремятся смутить честных людей, к коим относится г-н Ардиссон. И таким образом, судья мог бы достичь своей тайной цели, а именно признание невменяемым и интернирование сего добродетельного гражданина.

Когда клевые чиксы говорят по-французски, у меня всегда встает, и я провозгласил: «Когда клевые чиксы говорят по-французски, у меня всегда встает».

И тогда, придвигаясь теснее, Сэди заметила:. «Правда? Вот интересно…»

И тут я провозгласил: «Короче! Типа! Давай раздеваться и ТРАХАТЬСЯ!» или что-то вроде этого. Наши губы незамедлительно врезались друг в друга, языки, словно змеи, переплелись, зубы врезались так, что искры разлетались, и все прочее. Тут я запустил руку ей куда-то под платье, она так прикольно дышала со звуком гнрр, гнррр, мы немножко друг по дружке пошарились и вскоре приняли более или менее горизонтальное положение. Я задрал ее коротенькое черное платье, на ней оказались чулки и пояс, тоже черные. К этому времени она уже успела расстегнуть мне ремень и занималась ширинкой, она сняла с меня ботинки так, что я даже не заметил, что в некоторой степени свидетельствовало о наличии определенного опыта. Я стянул с нее лямки платья и распахнул молнию одним (почти) плавным движением, и оно сбилось у нее на талии. Ее пупок отличался особой прелестью, напоминая розу, или точнее те розовые цветки из сахарной глазури, которыми украшают свадебные торты. Я присосался к нему языком, и, определенно, даже на вкус он был сахарным. Налицо совместный эффект Сэди и йохимбе. Мой член успел налиться кровью и сделаться похожим на маленький цеппелин, чего с ним давно не случалось. Здесь Сэди сделала то, на что я надеялся, а именно: нежно отвела назад крайнюю плоть и стала лизать и целовать пульсирующую пурпурную головку, пока забрызгал все своим залпом, но сверхчеловеческим усилием я сумел сдержаться и переключил внимание на процесс снимания ее трусов. Под прозрачным черным кружевом я едва различил нежные крохотные волоски, но когда я стянул его вначале по одной длинной и стройной ножке, а потом по второй, я подивился их цвету и густоте. Они были желтого, почти серебристого оттенка, наподобие белого золота, при этом мягкие и пушистые, как бархат. Я раздвинул ей ноги и чмокнул пизду. Ее розовые влажные складки напоминали мне то светло-вишневые масляные краски, то теплое бланманже времен начальной школы. Тем временем, у Сэди из выреза платья высунулись сиськи, и она терлась сосками о головку моего члена. Они были того же оттенка, что ее губы, и очень длинные и очень-очень упругие. Потом она очень хитро и по-особому выгнулась, мы перевернулись, в этот момент она срывала с себя платье и остатки моей одежды. Я пристроился на ней и направил моего вздувшегося бычка в стойло. Она тихо застонала, когда я вошел в нее, потом я поддал жару, и мы перешли к отбиванию незамысловатого ритма в образовавшихся топях. Спустя несколько минут я ощутил нарастающее изнутри нее приближение оргазма, похожее на звуки в конце «А Day In The Life», но тут в момент, который я счел ответственным, она проговорила что-то вроде: «ВЫЕби… меня… в… ммм… жопу», чему я очень удивился, ведь у нас первое свидание и так далее. Но я человек просвещенный, и раз она хочет, чтоб я выеб ее в жопу, кто я такой, чтобы возражать? И тогда я вытащил член и прикоснулся им к ее маленькому коричневому анусу, она что-то пробурчала, потом стиснула мне ягодицы и протолкнула меня к себе в проход. Оно оказалось довольно тесным, казалось, что трахаешь, скорее, твердую какашку, а не очко. Она мотала головой из стороны в сторону, пока я продвигался вглубь, а ее золотые локоны разметались по подушке. Потом она опустила руку пониже и робко дотронулась до клитора. Результат последовал незамедлительно. «Ооох», – взвыла она, а потом: «Нггггг… Вррррг», и ее анус волнообразно сжался и буквально высосал сперму из моей мошонки одним удачным рывком и затем резко, словно катях, вытолкнул член. Она продолжала биться и брыкаться по постели, когда я полуосознанно притянул губы к ее губам, не сумев различить, где кончается поцелуй и начинается беспамятство.

Назад к карточке книги "А 259. Всплеск ярости"