Текст книги "Его строптивая малышка (СИ)"

Автор книги: Саша Кей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

Глава 59. Круг сужается

Для поездки на это мероприятие Данил выбирает тачку, которую я у него раньше не видела. Шикарный спорткар, который за версту кричит о больших бабках. Ну да, идею Староверова я улавливаю: унижать отчима он будет по всем фронтам.

Пока мы ждем Ви, я брожу по гаражу. В дальнем его конце на пандусе красуется мотоцикл Данила, который всем своим видом воскрешает у меня воспоминания о дне нашей встречи.

Глядя на блестящую хромированную зверюгу понимаю Староверовское ворчание. О да! На этом седле я отхватила не один оргазм. Перехватив красноречивый взгляд Данила, закусываю губу. Он так меня раздраконил во время одевания, что, кажется, я могу вспыхнуть даже от случайного прикосновения.

Ехать нам не то чтобы далеко, однако оба элитных посёлка: и тот, где живёт отчим, и этот, в котором дом Данила, находятся на разных концах города. Чтобы не собирать все пробки в час пик, Староверов выбирает объездную дорогу.

Мчимся с ветерком. Грех не прибавить газу, если ты на спортивной тачке. Данил вообще любит скорость, а я люблю Данила.

Скорость у меня прочно ассоциируется с ним после тех ночных покатушек, так что я тоже наслаждаюсь. Только Ви изредка призывает нас к благоразумию.

Кажется, что нас не догоняет даже ветер, но на середине пути за нами в хвост пристраивается огромный чёрный мерс. Всем своим видом он излучает опасность.

– Ящер, – поясняет Данил, бросив взгляд в зеркало заднего вида.

Тогда понятно. Каков хозяин, таков и автомобиль.

На секунду задумываюсь над тем, как характеризует Староверова его коллекция машин, и вспоминаю слова Коробова о том, что Данил может казаться каким угодно. Но могу поспорить, Дима и представить не может генерального директора «Старз» хулиганом с мальчишеской улыбкой. Этот образ, пожалуй, я и буду хранить в своем сердце.

Уже на подъезде или, точнее будет сказать, на подлёте к дому Казимирова меня охватывает волнение. Я комкаю в руках клатч, и Данил, уловив моё смятение, успокаивающе мне улыбается.

– Больше не о чем волноваться.

И меня накрывает волна благодарности.

Я только сейчас осознаю, что впервые за много лет мне не нужно волноваться за всё самой. Рядом есть кто-то большой, сильный и умный. Он всё решит.

Да, Данил – стервец, засранец и расчетливая сволочь, но я в надежных руках.

По большому счёту я могла перестать нервничать с того момента, как всё рассказала Староверову, но по привычке продолжала это делать.

Чтобы сегодня ни произошло, всё уже хорошо. Просто надо расставить все точки над «и».

Подъезжаем уже в густых и ароматных осенних сумерках. Мама рассталась. На воротах установлены дополнительные прожектора, которые делают заезд к дому похожим на ковровую дорожку. В этом вся она, очень уж любит эффектные детали.

Дом горит огнями, из распахнутых окон льётся музыка. На террасе болтая курят незнакомые мне мужчины. С прогулочных дорожек вокруг дома доносится тихий смех.

Мама выходит на крыльцо встретить вновь приехавших.

Данил помогает мне и Ви из авто.

Мамина лицо разглаживается, наверное, она переживала, где носит младшую дочь.

К нам присоединяется Гордеев и, возвышаясь надо мной, идет слева. Данил держит нас с сестрой обеих под руки и выглядит как Джеймс Бонд перед казино.

Мне кажется, мы должны выглядеть сногсшибательно.

– Мам, привет! – Ви бросается к ней обниматься.

– Привет детка, – она целует её в щёку. – Шикарное платье!

Мама переводит взгляд на меня, и её брови слегка приподнимаются, когда она видит колье на моей шее. Выражение глаз меняется, будто она видит меня впервые. В них появляется гордость.

– Привет, мам, – наше приветствие более сдержанное. – Это мой босс. Данил Староверов.

Вижу по глазам, что у мамы море вопросов, но она сдерживается. Чувствую, мне устроят допрос пристрастием.

– Данил, моя мама Валентина Долецкая.

Да. Мама оставила фамилию отца. Она более благозвучная. Хотя отчим очень злился. Теперь-то я понимаю, отчего он так бесился.

– Можно просто – Тина, – мама с любопытством разглядывает Данила, уделяя внимание тому, как его рука соскальзывает и обнимает меня за талию.

– Я сражён, – Данил целует кончики маминых пальцев. – А это, – указывает он на Гордеева – гость, которого вы в отличие от меня приглашали. Позвольте представить…

В этот момент на крыльце появляется отчим.

– Тина, ты где? О! – АВ засекает нашего специального гостя. – Тина мы держим гостей на пороге?

Отчим демонстрирует Ящеру прекрасную семью, но я успеваю заметить, как напрягаются мамины плечи, когда Казимиров её обнимает.

– Денис Гордеев, – договаривает Данил, и взгляд отчима приковывается к нему.

Его почти перекашивает, настолько сильны эмоции, что он с трудом с ними справляется. Особенно, когда отчим замечает нашу явную близость с Данилом.

– Денис, мой муж очень вас ждал и много о вас рассказывал, – говорит мама, которая ещё не чувствует, что сгущаются тучи. – Дорогой, это начальник Вики, Данил Староверов.

Судорога ярости пробегает по лицу отчима.

Я даже боюсь сцены изгонения неугодных, но, бросив взгляд на Гордеева, который смотрит на эту встречу, откровенно забавляясь, АВ сдерживается.

– Что ж. Гости Виктории – мои гости, – скрепя зубами, выдавливает он, прожигая меня взглядом.

Столько ненависти я ещё не видела.

– Прошу в дом, – приглашает Казимиров.

Мама и Ви проходят первыми, мы с Данилом следуем за ними.

Мимо меня проскальзывает один из мужчин, куривших на террасе.

– Это очень глупо. Ты пожалеешь, – шипят мне на ухо.

Поворачиваю голову и вижу Андрея, прихвостня отчима, но ответить ничего не успеваю.

– Это вы мне? – раздаётся позади меня голос Ящера, который, похоже, обладает отличным слухом, и Андрей практически растворяется в темноте террасы под злым взглядом Казимирова, который замыкает нашу группу.

Судя по количеству народа в доме, мы одни из последних гостей или самые последние. Совершив круг почёта по бизнесменам и прочим шишкам, которые Данилу знакомы, мы с ним отходим в сторону.

Я не знаю, как всё будет конкретно происходить, и в какой момент Староверов приступит к реализации своего плана, и поэтому опять начинаю жутко нервничать. Ненавижу ждать.

– Ты психуешь, – замечает Данил.

– С чего ты взял?

– Ты вот-вот проткнёшь мне руку ногтями, – усмехается он, и я поспешно ослабляю хватку.

– Извини, ничего не могу с собой поделать. Внутри всё в узел завязывается.

– Ох Вика, не от того ты трепещешь, от чего полагается моей женщине. Так и быть. Я помогу тебе отвлечься.

– Ты должен вести себя прилично в доме моей матери, – требую я, сразу заподозрив Староверова в развратных мыслях.

– Судя по всему, неприличная у нас здесь ты. Я просто хотел рассказать тебе кое-что, чего ты не знаешь.

– Я до фига всего не знаю, – ворчу. – Ну, выкладывай.

– У меня есть потрясающая кино, – хитро говорит Данил.

Он достаётся телефон, убирает звук, удаленно подключается к своему ноутбуку и запускает видео, от которого у меня волосы встают дыбом.

Трёхсекундного промо хватает, чтобы я захотела Данила убить.

– Ты сказал, что в моей спальне больше нет камер!

– Зато в моей теперь есть, – невинно отвечает он. – Не пытайся испепелить меня взглядом. Будешь хорошо себя вести, я и тебе дам посмотреть. Тебе понравится.

– Мерзавец!

– Да, – соглашается наглая морда. – Зато счастливый.

Убийству не даёт совершиться какой-то мужчина, который окликает Данила.

– Вика, я вынужден тебя ненадолго оставить, – его бессовестные глаза смеются.

Вынужден он!

Но с задачей своей Данил справляется. Все, о чем я сейчас могу думать, так это о способах мести.

Одной мне приходится быть не дольше пяти минут. Меня берут в плен мама и Ви. Они уволакивают меня подальше от гомона и звонов фужеров.

Мы устраиваемся в библиотеке, которая в доме отчима тоже присутствует, но я ни разу не видела, чтобы он что-то читал. Иногда мне кажется, что все эти книги были куплены только чтобы заставить полки, настолько их корешки новые и гармонируют с цветом стен и ковра.

– Платье потрясающее, – делает комплимент мама, скидывая туфли и забираясь с ногами в кресло, но глаза её неотрывно смотрят на колье.

Мы повторяем за мамой: кто бы что ни говорил, но даже самые удобные туфли превращаются в орудие пыток, если простоять в них хотя бы полчаса.

– Ну что ты ходишь вокруг до около? Спроси, если хочешь, – подбивает Ви маму.

Я даже завидую. У нас с мамой всегда была дистанция. Даже не представляю, чтобы я что-то сказала ей в таком тоне.

– Вика, этот мужчина… Он тебе кто? – всё же спрашивает она, хоть и неуверенно.

Такие дела. Дистанция работает в обе стороны.

С тех пор, как меня признали взрослой, мама не вмешивается в мои отношения.

– Он – мой босс, – отвечаю я, испытывая желание подразнить её немного.

И Ви, и мама делают одинаковое выражение лиц «больше заливай».

– Ну ладно-ладно, – смеюсь я. – Мы вместе, но он всё равно мой босс.

– А у вас серьёзно?

– Они вместе спят, – выдает моя сестра.

Хочу её одёрнуть, но мама нервно перебивает:

– Да разве я об этом?

И сейчас становится очевидно, что она действительно обо мне волнуется. Просто так сложились наши отношения, что обычно мама этого не показывает.

– Не знаю, мам. Тут уж куда кривая вывезет. Я бы хотела, чтобы было серьёзно, но вместе нам сложно, – признаюсь я.

– Данил умный, встревает Виолетта. – Он придумает, как всё засерьёзнить.

Очень хочется в это верить.

Хочется надеяться, что Староверов не потеряет ко мне интерес, когда все планы будут реализованы, цели достигнуты, а тайна раскрыты.

Внезапно в соседней комнате слышатся шум. За стеной находится кабинет отчима. Смежная дверь слегка приоткрыта, и нам хоть и не видно, но слышно всё достаточно хорошо.

– Эта сука поплатится, – рычит отчим.

Мама предупреждающе стреляет в нас глазами и прижимает палец губам.

Не сговариваясь, мы на цыпочках подкрадываемся к двери поближе.

Глава 60. Концы сходятся

– Зря вы с ней так мягко. Говорил же вам: это лярву надо проучить, чтобы не кобенилась.

Мама напряжённо вслушивается в диалог.

Нам-то с Ви понятно, о ком ведётся речь, а вот для мамы это становится сюрпризом.

– Кто же знал, что старшая кобылы начнёт стелиться под сосунка? Когда я ей предлагал быть со мной поласковее, она нос воротила.

Мама вцепляется пальцами в дверную ручку с такой силой, что костяшки белеют. Я даже решаю, что сейчас она не выдержит и ворвется в кабинет отчима. Ви успокаивающим жестом кладёт ей руку на плечо. Мама бросает на меня быстрый взгляд, в котором я читаю и вину, и сожаление.

Однако мама принимает новости стойко, только губу закусывает. Мне начинает казаться, что мама что-то подозревала.

– Я видел, как этот молокосос трепался с Гордеевым, – докладывает Андрей. Цацки на ее шее больно говорящие. Может, они вдвоём её пялят?

– Даже если она дает и Гордееву, мне от этого не легче. Знать бы наверняка, успел ли Староверов о чем-то договориться с Ящером. Не нравится мне всё это. Хотелось бы верить, что сукин сын притащился, чтобы просто меня позлить. Если так, то ему это удаётся. Звони Пантелееву. Ускоряемся. Пускай уже сегодня всё закладывает. Можно ещё по складу «Старз» парочку пакетиков рассовать.

Метнувшись к диванчикам, на котором я оставила клатч, достаю телефон и срочно отправляю сообщение Данилу.

Мама непонимающе косится на меня.

Одними губами проговариваю: «Потом».

Хлопает дверь, становится тихо. Видимо, Андрей отправляется выполнять поручение.

Телефон в моих руках вибрирует беззвучно, но мне кажется, что звук оглушающий. «Понял. Всё учтено. Приступаю».

Сердце ёкает и словно падает куда-то в живот, горло пересыхает, хотя нам, вроде, никакая опасность не угрожает, но всё равно я волнуюсь.

– Могу я войти? – раздаётся из-за двери голос Данила.

Я даже вздрагиваю.

– Явиться в мой дом ты не постеснялся, – цедит Казимиров.

– Как я мог упустить такую возможность? – наигранно удивленный голос Староверова бесит даже меня, чего уж говорить про АВ. – Нас же так много объединяет. Может, даже породнимся… Но самое главное, я тут обнаружил, что у нас полно общего, например, сотрудники…

– К чему ты клонишь? – отчим звучит напряженно.

Еще бы сейчас он прикидывает, какую именно рыбу поймал Данил.

– Да в общем-то, я не клоню, а говорю вполне открыто. Дима Колодцев прокололся.

– И какое мне дело до Димы Колодцева? – насмешливо спрашивает отчим.

– До него вполне возможно, что и никакого. А вот Дима, чтобы спасти свою шкуру запоет. Насколько мне известно, ему есть, что рассказать. Например, осветить некие планы по транспортировке кое-чего с помощью оборудования «Старз»…

– У тебя нет доказательств.

Блин, как жалко, что ничего не видно. Я бы хотела посмотреть на лицо Казимирова. Голос у него, конечно, уверенный, но, думаю, ему сейчас не по себе. Из-за подозрений в связях с Каплиным он ходит по краю. А органам только дай команду «Фас». Громкое дело, дополнительные звездочки на погонах никому не помешают.

– Пока нет, – беспечно отвечает Данил. – Но будут. Полагаю, уже сегодня.

Пауза.

На месте отчима я бы ни за что не поверила, что Староверов приперся к нему в дом и не имея никаких доказательств бросается такими обвинениями. Но это я. А Казимиров, несмотря на свою ненависть к Данилу, его сильно недооценивает. Считает себя умнее, а его просто выскочкой.

– И чего ты хочешь?

Та-ак.

Раздается шуршание бумаги. Стало быть, Данил передал ему свои требования в письменном виде.

– А жирно тебе не будет, щенок? Ты совсем охамел!

– Я вас умоляю, – издевается Староверов. – Очевидно, что нам рядом не ужиться. Кто-то должен утереться и свалить в закат. Я считаю, что это должен делать не я.

– Пошел вон! Если ты обвешался своими штучками из «Старз», то напоминаю, что эти записи нельзя использовать в суде.

– В суде? Не смешите. Но немного времени подумать и смириться еще есть. До конца вечера жду положительный ответ. Дальше пеняйте на себя. Мне плевать, каким способом избавляться.

Хлопает дверь. Отчим в кабинете звенит хрусталем. Насколько я помню он держит в секретере вискарь. Пробрало все-таки.

Только мы собираемся выйти на цыпочках из библиотеки, даже стоим, прижав туфли к груди, как из кабинета опять слышится голос Казимирова. Судя по всему, мы застаем телефонный звонок.

– Ларка, у тебя есть шанс унести ноги. Даю два часа на то, чтоб ты свалила из города. Нет. И не подумаю. Ты всерьез решила, что я позволю тебе попасть в руки ментов? Да я скорее сам тебя удушу. Смотри сама. Не успеешь, отправлю к тебе Андрея, а ему плевать насколько душевно ты отсасываешь. Я сказал, ты меня услышала.

Слышно, как отчим ходит по кабинету. Оставаться в библиотеку становится неразумным. Сам АВ руки марать, может, и не станет, но если уж он свою многолетнюю любовницу не жалеет, то случайные свидетели точно могут рассчитывать на снисхождение. В конце концов, как я понимаю, именно для этого и держит Казимиров Андрея. Несчастные случаи еще никто не отменял.

Нам выпадает удачный шанс, к отчиму возвращается Андрей, и у мамы с Ви появляется возможность выйти из библиотеки и не быть застуканными им возле кабинета.

– Идите к Данилу, – отправляю я их.

«А ты?» – беззвучно спрашивает меня Виолетта. Поджимаю губы. Мне бы тоже стоило свалить, но подслушать этих мерзавцев тоже не помешает. Данил знает, где я. А если что, постараюсь спрятаться. Хотя бы и на подоконнике.

Это мозг так хладнокровно рассуждает, когда я осторожно прикрываю дверь за мамой и сестрой, а весь остальной организм просто колбасит.

– Ну? Все готово? – требовательно рычит отчим. Ему не терпится подставить Данила.

– У нас возникли проблемы, – шелестит Андрей.

– Что за проблемы? – звереет Казимиров.

– Партию еще не доставили на место…

Я судорожно включаю диктофон на мобильнике. В суде, может, и не будет считать доказательством, но следствию с этим ознакомиться не помешает.

– Так пусть доставят сейчас же!

– Сейчас это не очень удобно…

– Да что ты мнешься? В чем дело?

– Дело в том, что она здесь. Мы ее перевезли, когда на хранилище нацелились менты, и …

– Что? Да вы охуели? Вы притащили наркоту ко мне в дом? Чья, блядь, это светлая идея?

– Пантелеев предложил, я согласился, – Андрея почти не слышно. – Но как только гости разъедутся, мы все исправим…

Вдруг шаги раздаются совсем близко к смежной двери, и я пулей встаю так, что, если ее открыть, она меня заслонит. Но дверь не открывается, а наоборот захлопывается. Я еще секунду стою, задержав дыхание, а потом на выдохе сползаю вниз по стене на пол. Мата Хари сраная! Чуть не попалась!

Голоса становятся глуше, и на диктофон можно больше не рассчитывать. Это все же не профессиональная аппаратура. Отчим в чем-то был прав. Работая в «Старз», глупо не использовать ее продукцию, но я – хреновый и совершенно неподготовленный шпион. И сдается мне, Староверов меня по головке не погладит.

Слышно плохо, но то, что планируют эти двое, заставляют мои волосы шевелиться на голове.

На четвереньках я добираюсь до двери из библиотеки.

В ушах шумит, зрение тоннельное, и колье с каждым движением тяжело шлепается о грудную клетку.

Выбравшись в коридор, я дышу как загнанная лошадь, и прежде чем найти Ви и вцепиться в нее, я заглядываю в уборную поплескать себе в лицо холодной водичкой. Искренне радуюсь, что из-за то, до чего довел меня Данил перед выходом, я ограничилась минимальным макияжем, так как руки меня не слушались.

Приведя себя в порядок, я отправляюсь на поиски сестры, мне везет, и я обнаруживаю ее практически сразу и в компании Староверова. Мама куда-то отлучилась, но, может, оно и к лучшему. Ей такое слышать совсем ни к чему.

– Данил, ничего не пей! – выхватываю я у него из рук фужер.

Ви косится на меня недоуменно. Староверов соображает быстрее.

– Я с этим бокалом хожу с того момента, как вышел от Казимирова, – успокаивает он меня, но смотрит вопросительно.

– И ты тоже клювом не щелкай, – дергаю я сестру и объясняю Данилу: – АВ и его ушлепок придумали план, как нейтрализовать тебя, чтобы все-таки подбросить тебе наркоту, да и еще и получить возможность тебя шантажировать.

– Каким же образом? – поднимает брови Староверов. И мне хочется дать ему затрещину. Самодовольный индюк! Ведь мог попасться, как миленький!

– Партия, которой они планировали тебя подставить, где-то здесь. Чтобы провернуть все уже сегодня и не дать тебе возможности что-то предпринять, они хотят тебе что-то подсыпать. Тебе и Ви. И выставить все так, будто ты ее пытался изнасиловать. Она несовершеннолетняя, Данил. Даже без заявы в ментуру, он может испортить тебе жизнь.

– Вика, милая, мне очень приятно, что ты обо мне волнуешься. Но в доме Казимирова я не стал бы пить или есть, что попало, – укоризненно говорит мне Староверов. – Этот фужер я взял из рук Тины. А что касается партии… То я в курсе. Более того, с моей подачи Пантелеев это Андрею и предложил.

– Кто такой Пантелеев? – влезает Ви, когда я уже забываю, что она тоже греет уши. С другой стороны, это и ее касается.

– А это, Ви, мой сотрудник, тот самый доверенный человек в службе безопасности.

Все-то у этого засранца продумано. Все-то просчитано. Одна я, как дура, волнуюсь!

– Ты обещал мне все рассказывать! – шиплю я.

– Я просто забыл, – безмятежно отвечает Данил.

– Я тебя убью, – обещаю ему я.

– Однажды доконаешь, – соглашается Староверов. – А сейчас посмотри вправо.

Я поворачиваю голову, и вижу, как по лестнице, ведущей со второго этажа, спускаются отчим и Гордеев. И если Ящер выглядит умиротворенным и даже довольным, то лицо АВ отличается белизной.

– Что? Что там произошло? – пытаю я Данила. – Почему я ничего не знаю? Мы все? Победили?

– Еще нет, – усмехается Староверов. – Только что твой отчим попытался предложить Денису сотрудничество. А Гордеев его разочаровал.

Разочаровал? Да Казимиров если не напуган, то близко к тому.

– Если ты мне не расскажешь, в чем дело, я вернусь жить домой!

– Растешь, – уважительно присвистывает гадский босс.

– Да колись уже! – не выдерживает Виолетта. – А то мы только стрессанули и не получили никакого удовольствия от всей вашей аферы!

– Гордеев, как обещал на нашей встрече, поднял свои связи и разузнал, на чем наш дорогой АВ заработал свое состояние. Вот об этом ему Ящер и напомнил. Сейчас Казимиров на крючке, потому что, если всплывет, что он во время работы в Департаменте продавал налево оружие, предназначенное для наших в Чечне, налево, полетит много голов. И чтобы себя обезопасить, его просто зачистят первым. При малейшем риске, что эта инфа увидит свет. Вот он и наложил в штанишки.

– Все? Он больше к нам не полезет? – спрашиваю я с надеждой. – Маме бы с ним без проволочек с его стороны развестись. Кажется, она созрела.

– Ну да, как же. Захочет он упустить шанс все же найти папино наследство! – недоверчиво хмыкает Ви. – Тем более сейчас, когда очевидно, что путь в высшие эшелоны ему закрыт. Он-то небось себя уже президентов представлял, лет эдак через пятнадцать.

– Еще не все. Но после финального штриха не полезет он к вам точно, – уверенно говорит Данил. – А увидеть завершение спектакля мы можем уже минут через пять. Предлагаю пройти вслед за нашей парочкой.

И мы с самым незаинтересованным видом двигаемся через главный зал, полный гостей, к выходу из дома, где уже скрылись спокойный Гордеев и дерганный Казимиров.

А на террасе нас ждало потрясающее зрелище.

Крайне греющее мою душу.

Я может и смогу забыть все, что заставила меня пережить эта скотина, но простить точно не смогу.

На самом освещенном месте подъездной дорожки припаркован настоящий монстр. Внедорожник всем внедорожникам, к капоту которого прислонился огромный викинг, флегматично следящий за тем, как парни в форме методично обыскивают сарай для садового инвентаря.

Рядом с ним стоит не настолько высокий, но в плечах немного пошире, молодой мужчина, в которого я почти влюбляюсь, потому что он держит за шкирятник Андрея со скованными за спиной руками.

Белый как мел отчим взирает на то, как парни, скорее всего, из СОБРа и еще какие-то, но с собаками, таскают из сарая крайне узнаваемые брикеты.

А главное, все в такой тишине…

Под доносящийся из раскрытых окон нежный вальс.

Капец. Сюр какой-то! Но мне нравится.

Данил подводит нас с Ви к отчиму.

– Все еще кажется, что умнее остальных? – спрашивает он его насмешливо, окидывая брезгливым взглядом. – Лариска – дура, что с тобой связалась, надеясь дождаться твоего развода и выскочить замуж. Жадная, ты это знал и запудрил ей голову этим наследством. Но даже она хочет жить, поэтому, когда ты ей звонил, она уже давала показания. Угрозы – это, кстати, тоже наказуемо, не говоря обо все остальном.

– Мразь! – брызгая слюной, выкрикивает Казимиров.

И куда только делся лощеный бизнесмен, метящий в политики.

Данил даже отвечать не считает нужным, мы спокойно отходим, а место возле отчима занимает мужик, которого я бы приняла за участкового, настолько задолбанным он выглядит. По крайней мере, все виденные мною участковые были похожи на него.

Правда, рядом с ним вырастает еще одна фигура, которую я уже знаю. Шахов, он кивает мне приветственно, и разрешающе этому замученному служаке, который, видимо, все же не тот, о ком я думаю.

Гордеев отвлекает меня от шоу. Он подходит к Данилу и протягивает руку.

– Что ж. Поеду я. Наши договоренности в силе, – прощается он. – Тине передавайте соболезнования. Ребята постараются сделать все тихо. Захочет, успеет развестись до шумихи.

Я выдыхаю.

– В Москву? – спрашивает Данил.

– Нет, придется задержаться. Нарисовались тут проблемы, – усмехается Денис.

– Серьезные?

– Симпатичные.

– Вика! – слышу я откуда-то справа.

Да что ж такое-то! Ото всего отрывают! Коробов? А этот тут зачем?

– Вика, можно тебя на минуточку?