Текст книги "Мой демон удачи (СИ)"

Автор книги: Саша Бездушная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц)

Глава 9. Колесо Фортуны

Глава 9. Колесо Фортуны

Три дня после «урока с угоном» Варя и Гад провели в хостеле, не высовываясь. Варя боялась, что полиция всё-таки зафиксировала её номерной знак или кто-то из свидетелей опознал её. Но, похоже, всеобщее внимание переключилось на настоящих угонщиков, которых задержали тем же вечером. Они попытались угнать ещё один мотоцикл и попались. «Баланс», – прокомментировал Гад эту ситуацию, с таким видом, будто лично устроил это. Варя не стала спорить.

Затем, когда все улеглось, она пыталась найти работу, но безуспешно. Собеседование в кофейне закончилось тем, что она опрокинула на менеджера поднос с образцами выпечки, а вакансия официантки в ресторане уплыла, когда выяснилось, что ресторан закрывается из-за долгов. В общем, всё как обычно, для девушки, которая родилась в пятницу 13, в 13:13.

– Так больше продолжаться не может, – объявил Гад на четвёртое утро, когда Варя в очередной раз вернулась в хостел ни с чем. Он сидел на подоконнике в их комнате, и утреннее солнце, пробиваясь сквозь грязное стекло, очерчивало его профиль, делая его похожим на ожившую статую какого-то тёмного божества. – Мои силы тают с каждым днём. Твои жалкие выигрыши в лотерею и случайные срывы преступных операций дают крохи. Мне нужно больше.

– И что ты предлагаешь? – Варя устало опустилась на кровать. – Снова угнать мотоцикл? Только теперь по настоящему?

– Нет. Мы идём в казино.

Она уставилась на него, пытаясь понять, шутит он или нет. Он не шутил. Его золотые глаза смотрели очень серьёзно.

– Казино? – переспросила она. – Ты хочешь, чтобы я играла в азартные игры? С моим-то везением?

– С твоим везением, – он усмехнулся, – ты бы проиграла всё, включая собственную тень. Но со мной это уже другое дело. Я научу тебя чувствовать потоки вероятностей. Казино – идеальное место для этого. Там концентрация азарта, риска, надежды и отчаяния. Это как тренажёрный зал для демона удачи, и, конечно, для его ученицы.

– Я не твоя ученица, – буркнула Варя.

– Ну конечно, – он легко спрыгнул с подоконника и подошёл к ней. Она сидела на кровати, а он стоял, возвышаясь над ней, и это создавало странное, почти интимное неравенство. – Ты моя носительница, партнёр по несчастью, ходячая катастрофа и единственный источник пропитания. Но в том, что касается удачи, ты моя ученица. И сегодня у нас будет выпускной экзамен.

Он протянул ей руку. Варя посмотрела на неё, на длинные пальцы, чуть мерцающую кожу, массивные перстни, и на секунду замешкалась.

– Ну же, Варвара, – в его голосе послышалась та самая, раздражающе-обаятельная насмешка. – Ты доверила мне свою жизнь, когда мы удирали от полиции. Неужели не доверишь свои деньги?

– У меня нет денег, – она всё же взяла его руку. Пальцы Гада сомкнулись вокруг её ладони, горячие и сильные. – Только то, что осталось от заначки.

– Тем интереснее, – он рывком поднял её на ноги, и она оказалась слишком близко к нему. Грудь почти касалась его груди. – Сегодня мы сделаем из этих жалких грошей состояние. Или, по крайней мере, хороший ужин.

– А если проиграем?

– С демоном удачи? – он фыркнул. – Обижаешь.

Подпольное казино располагалось в подвале старого торгового центра на другом конце города. Вход был замаскирован под дверь в подсобное помещение, но Гад шёл так уверенно, будто бывал здесь сотни раз.

– Откуда ты знаешь, куда идти? – спросила Варя, спускаясь по узкой, тускло освещённой лестнице.

– Я чувствую азарт, – ответил он. – Для меня это как запах. Чем ближе, тем сильнее. Сейчас здесь играют сорок три человека. Из них двадцать восемь проигрывают, двенадцать в плюсе, трое блефуют. Один думает, что у него сердечный приступ, но это просто паническая атака.

– Ты можешь всё это определить по запаху?

– Я могу определить всё это, потому что я демон удачи, – он бросил на неё взгляд через плечо. – Азарт – это моя стихия. Я вижу вероятности так же, как ты видишь цвета. Я слышу, как они звенят. Я чувствую их на вкус. И сейчас, – он остановился перед массивной железной дверью, – здесь пахнет большими деньгами и большим отчаянием. Идеальный коктейль.

Он толкнул дверь, и они вошли в казино.

Это был не тот гламурный зал с люстрами и ковровыми дорожками, который показывают в фильмах. Подпольное казино было мрачным, прокуренным помещением с низким потолком, заставленным игровыми столами и автоматами. Свет давали только тусклые лампы над столами да неоновые вывески на стенах, рекламирующие дешёвое пиво. Пахло сигаретами, потом и разбитыми надеждами. Люди за столами выглядели так, будто проиграли здесь не только деньги, но и смысл жизни, и теперь играли просто по инерции.

Да уж, быть не везучим или быть лудоманом? Лучше невезучим, но с ручным демоном удачи.

– Очаровательно, – пробормотала Варя. – Я видела туалеты на вокзалах, которые выглядели приличнее.

– Зато здесь не проверяют паспорта и не задают вопросов, – Гад уверенно прошёл вглубь зала. – И здесь очень, очень хорошие потоки. Садись.

Он указал на свободный стол с рулеткой. Крупье, усатый мужчина с уставшими глазами, лениво крутил колесо. Игроков было немного: пара мрачных мужиков, женщина с обесцвеченными волосами и нервный парень в очках, который, кажется, ставил последнее.

– У меня только пять тысяч, – прошептала Варя, усаживаясь за стол. – Это всё, что осталось.

– Достаточно, – Гад сел рядом, его колено под столом коснулось её бедра. Варя вздрогнула, но он сделал вид, что не заметил. – Теперь слушай меня. Закрой глаза.

– Что?

– Закрой. Глаза.

Она подчинилась. В темноте она чувствовала его присутствие острее. Жар, исходящий от его тела, запах, тихое дыхание. Его губы оказались у самого её уха.

– Теперь представь, что ты стоишь на берегу реки, – зашептал он. – Река – это время. Это поток вероятностей. Ветви реальности. Каждый бросок рулетки – это камешек, брошенный в воду. От него расходятся круги. Бесчисленные варианты будущего. Ты должна научиться видеть, куда упадёт камешек, до того, как он коснётся воды.

– Это какая-то эзотерическая чушь, – прошептала она в ответ.

– Это работает, – его дыхание щекотало ей ухо, и она с трудом подавила желание отодвинуться. Или, наоборот, придвинуться ближе. – Просто попробуй. Открой глаза.

Она открыла. Крупье запустил колесо. Шарик запрыгал по ячейкам, и в этот момент Варя действительно что-то почувствовала. Как будто в воздухе появились тонкие, светящиеся нити, тянущиеся от шарика к разным числам. Одни были ярче, другие были тусклее. Она моргнула, и нити исчезли.

– Я что-то видела, – прошептала она.

– Хорошо. Теперь ставь. На чёрное.

– Почему на чёрное?

– Потому что я так сказал.

Она поставила тысячу на чёрное. Шарик замедлился и упал на ячейку. Чёрное. Выигрыш – две тысячи.

– Умница, – Гад чуть улыбнулся. – Теперь на двенадцать.

– Ты уверен?

– На двенадцать, Варвара.

Она поставила на двенадцать. Шарик снова упал куда нужно. Выигрыш. Уже пять тысяч.

– Теперь на зеро.

– Это слишком рискованно.

– Риск – это топливо удачи, – его рука под столом вдруг легла на её колено. Варя замерла. – Чем выше риск, тем больше энергии. Ты чувствуешь?

Она чувствовала. Не только его горячую ладонь на своём бедре, но и что-то пьянящее, острое, как адреналин, помноженный на эйфорию. Она чувствовала, как по телу разливается тепло, как сердце колотится быстрее, как мысли становятся яснее и острее. Она чувствовала удачу. Настоящую, чистую, концентрированную удачу.

Она поставила на зеро. И выиграла.

За полчаса они превратили пять тысяч в пятьдесят. Потом в сто. Потом в двести. Варя больше не закрывала глаза. Она и так видела эти нити вероятностей, тянущиеся от карт, от костей, от шарика рулетки. Она чувствовала ритм игры, как сердцебиение. Она была в потоке.

А Гад... Гад расцветал. Она видела это краем глаза. Его кожа теперь сияла, как начищенный до блеска металл. Руны на скулах пульсировали ярче. Волосы, казалось, струились, хотя ветра в подвале не было. Он подпитывался от каждого выигрыша, от каждой волны азарта, идущей от неё, и становился всё более нечеловечески прекрасным. И всё более опасным.

– Двести тысяч, – прошептала Варя, глядя на гору фишек перед собой. – У меня никогда в жизни не было таких денег.

– Это только начало, – Гад хищно улыбнулся. – Продолжай.

Но именно в этот момент к столу подошёл мужчина. Высокий, грузный, с бритой головой и лицом, пересечённым длинным шрамом от виска до подбородка. Шрам был старый, белёсый, и он придавал лицу выражение вечной, застывшей ярости. За мужчиной следовали двое охранников. Они были квадратные, с бычьими шеями и пустыми глазами.

– Добрый вечер, – произнёс человек со шрамом, и его голос звучал как скрежет металла о бетон. – Я вижу, вам сегодня везёт.

– Мы просто играем, – Варя инстинктивно придвинулась ближе к Гаду.

– Играете, – человек обошёл стол, разглядывая фишки. – И очень успешно. Подозрительно успешно. Вы не находите?

– Я не нахожу, – ответил Гад, и его голос был ледяным. – Моя спутница просто талантлива.

– Талантлива, – повторил человек. – Меня зовут Шрам. Я держу это казино. И я не люблю, когда в моём заведении выигрывают слишком много. Знаете почему?

– Потому что вы жадный? – предположила Варя.

Охранники переглянулись, но Шрам только усмехнулся. Усмешка получилась жуткой.

– Потому что это мой бизнес, девочка. И если кто-то выигрывает двести тысяч за полчаса, это значит одно из двух. Либо он гений, либо жулик. Гении не ходят в подпольные казино. Значит, вы жульничаете.

– Мы не жульничаем, – Варя сжала кулаки. – Нам просто везёт.

– Везёт, – Шрам прищурился. – Значит, удача – ваша специальность. Что ж, у меня есть предложение. Ты будешь играть на меня. Будешь приносить мне деньги из других казино. А за это я, так и быть, не отрежу тебе пальцы.

В зале повисла тишина. Даже крупье перестал крутить колесо и уставился на них. Варя чувствовала, как удача, только что наполнявшая её, куда-то уходит, сменяясь холодным, липким страхом.

– Это очень щедрое предложение, – произнёс Гад. Он говорил тихо, но в его голосе зазвенело что-то, от чего у Вари волосы на затылке встали дыбом. – Но я вынужден отказаться.

– Ты? – Шрам перевёл взгляд на него. – А ты кто такой? Её сутенёр? Или просто хахаль с татуировками? Я с ней разговариваю.

– Я, – Гад медленно поднялся, и в этот момент он стал выше, чем был секунду назад. Шире. Темнее. Воздух вокруг него сгустился, заряженный электричеством, – тот, кто решил, что эта девушка не будет на тебя работать.

Охранники потянулись за оружием, но не успели.

Гад взмахнул рукой, и казино взорвалось хаосом.

Рулетка заскрежетала и вдруг сорвалась с оси, прокатившись по залу и сбивая стулья. Шарик, всё ещё вращающийся в ней, вылетел и пробил неоновую вывеску, которая с грохотом рухнула на пол. Карты на столах вспыхнули чёрным пламенем и рассыпались в труху, прежде чем кто-либо успел к ним прикоснуться. Игровые автоматы начали биться в электрических конвульсиях, извергая фонтаны монет, которые разлетались по залу, как шрапнель.

Охранники бросились к Гаду, но один из них споткнулся о другого, и они покатились по полу, запутавшись в собственных дубинках. Третий охранник, который остался у двери, попытался выхватить пистолет, но кобура вдруг расстегнулась, и оружие с глухим стуком упало в ведро с грязной водой, стоявшее у входа.

Шрам отшатнулся, прикрывая лицо от летящих во все стороны вещей. Его лицо, и без того обезображенное, сейчас было искажено яростью.

– Ты кто такой?! – проорал он. – Что ты такое?!

– Я – твоя неудача, – ответил Гад, и его глаза вспыхнули алым. – Беги.

Глава 10. Откровение

Глава 10. Откровение

И Шрам побежал. Он бросился к чёрному ходу, перепрыгивая через рухнувшие стулья и осколки, скрывшись в темноте коридора.

– Уходим, – Гад схватил Варю за руку. – Сейчас здесь будет половина его людей.

– Но деньги...

– К чёрту деньги!

Он потащил её к выходу. Они пробежали через зал, где царил хаос: игроки кричали, прятались под столами, пытались собрать рассыпавшиеся деньги. Охранники всё ещё барахтались на полу. Где-то сработала пожарная сигнализация, и её вой резал уши.

Они выскочили на лестницу и побежали наверх. За спиной слышались крики и топот. Кто-то, видимо, всё-таки опомнился и бросился в погоню.

– Быстрее! – Гад почти тащил Варю. Она спотыкалась на ступенях, сердце колотилось в горле, но она бежала. Бежала, как никогда в жизни.

Они выбежали на улицу. Ночной воздух ударил в лицо, холодный и отрезвляющий. Мотоцикл стоял в переулке, там, где они его оставили.

– Заводи! – скомандовал Гад, запрыгивая в коляску.

Варя вскочила на сиденье, повернула ключ, нажала на кик-стартер. Мотор взревел, и они рванули прочь, в темноту. Подальше от казино, от Шрама, от погони.

Они ехали больше часа, петляя по ночным улицам, пока не убедились, что хвоста нет. Варя свернула в промзону на окраине и заглушила мотор среди ржавых гаражей, тех самых, где она когда-то купила «Урал». Место было пустынное, заброшенное. Идеальное убежище.

– Думаешь, нас выследят? – спросила она, слезая с мотоцикла.

– Нет, – Гад вышел из коляски. Он выглядел уставшим, но не измождённым. Подпитка из казино пошла ему на пользу, хотя хаос, который он устроил, явно стоил ему части сил. – Но Шрам нас запомнил. И он будет искать. Такие, как он, не прощают публичных унижений.

– И что нам делать?

– Для начала, мы можем переночевать здесь. Возвращаться в хостел сейчас опасно. Выяснить, что мы там снимаем комнату, не составит труда. Они могут наведаться туда.

Варя огляделась. Гаражи, ржавые контейнеры, кучи мусора. Не самое уютное место для ночлега, но выбирать не приходилось.

– Ладно, – она вздохнула. – Разведём костёр. Холодно.

Через полчаса они сидели у небольшого костра, разведённого в старом железном баке. Языки пламени плясали, отбрасывая на стены гаражей причудливые тени. Варя протянула руки к огню, пытаясь согреться. Гад сидел напротив, и его глаза в свете костра казались двумя расплавленными монетами.

– Знаешь, – тихо сказала Варя, глядя в огонь, – я никогда не думала, что моя жизнь обернётся вот так.

– Как?

– Что я буду сидеть у костра в гаражах с демоном, скрываясь от бандитов. Хотя, с моей-то биографией, это даже логично.

– Расскажи, – попросил он, и в его голосе было только любопытство. Ни намека на ехидство или шутовство.

– Что рассказывать? – она усмехнулась, но усмешка вышла горькой. – Я родилась в пятницу тринадцатого в тринадцать тринадцать. Медсёстры шутили, что я дитя сатаны. Дети в школе дразнили тем же самым. Нет, меня не били. Просто сторонились. Как прокажённую. Как будто моё невезение заразно. Может, так и есть.

– Продолжай.

– С первой работы меня уволили через неделю, потому что я случайно удалила базу данных клиентов. На второй – прогорела фирма. Третья – начальник решил, что я приношу несчастья, и выгнал меня. Четвёртая – меня подставила коллега, которую я считала подругой. Пятая... – она замолчала, подбирая слова. – Я перестала считать. Парни? Один бросил, сказав, что я «эмоционально истощаю». Второй изменил с моей же соседкой. Третий оказался женат. Четвёртого я просто не дождалась. Он уехал в командировку и не вернулся. Потом я узнала, что он встретил другую. Там, в поезде. За один вечер.

– И ты решила, что хватит, – произнёс Гад.

– Да, – она подняла на него глаза. – Я решила купить мотоцикл. Просто чтобы доказать Вселенной, что я могу хоть что-то изменить. А вместо этого вызвала демона.

– И тебе крупно повезло, – он улыбнулся широко во весь рот. – Со мной.

– Да уж, – она фыркнула. – Повезло так повезло. У меня теперь нет дома, нет денег, за мной охотится бандит, а мой единственный спутник это саркастичный демон, который питается моей удачей, и он же спит со мной в одной кровати.

– Мы спим в одной комнате, – поправил он. – Не в одной кровати. Хотя... – он сделал паузу, и его голос стал ниже, интимнее, – я бы не отказался.

Варя поперхнулась воздухом.

– Что?!

Он невинно улыбнулся.

– Я сказал: «Я бы не отказался от более комфортных условий проживания». Что ты там себе напридумывала?

– Ничего я не напридумывала! – она почувствовала, как краснеет, и отвернулась к костру. – Просто не говори так больше.

– Как?

– Таким тоном.

– Каким тоном?

– Будто ты меня соблазняешь!

– А разве я тебя соблазняю? – он подался вперёд, и пламя костра осветило его лицо, такое прекрасное, насмешливое. – По-моему, Варвара, ты сама соблазняешься. Я всего лишь сижу и разговариваю.

– Ты не «всего лишь сидишь и разговариваешь», – пробормотала она. – Ты воздействуешь на меня.

– Чем? – он развёл руками. – У меня даже сил нет, чтобы воздействовать. Я почти пуст. Если я на тебя и воздействую, то исключительно своей неотразимой харизмой.

– Вот именно, – буркнула она. – Неотразимой. В том-то и проблема.

Гад замолчал. Потом вдруг рассмеялся. Не саркастично, не надменно, а легко, почти по-человечески.

– Ты мне нравишься, Варвара, – сказал он отсмеявшись. – Давно мне не попадались настолько живые смертные.

– Спасибо, – она не знала, как реагировать на такой комплимент. – А теперь твоя очередь.

– Моя?

– Да, расскажи свою историю. Ты обещал. В супермаркете, после ограбления. Ты сказал, что расскажешь о себе.

Он откинулся назад, упёршись спиной в ржавый бак, и долго смотрел в огонь. Варя уже решила, что он не ответит, когда он наконец заговорил.

– Я не всегда был просто «демоном удачи», – произнёс он, и его голос прозвучал немного иначе, как эхо из давно забытых времён. – Когда-то я был одним из высших. Я решал судьбы народов, Варвара. Не отдельных людей, а целых цивилизаций. Я мог благословить город процветанием, а мог наслать на него чуму, и это называлось «баланс».

– И что случилось?

– Баал-Зебуб, – он произнёс это имя с такой смесью ненависти и горечи, что у Вари мурашки побежали по коже. – Владыка Разрушения. Мой, скажем так, коллега. Мы были равны по силе, но противоположны по сути. Я создавал вероятности, он их уничтожал. Мы соперничали тысячелетиями. И однажды он предложил пари.

– Пари?

– Да. Глупое, мальчишеское пари. Мы должны были выбрать по одному смертному и воздействовать на него. Если смертный оказывался невосприимчив к воздействию, то весь его город нужно было уничтожить вместе с ним, чтобы не проиграть. Отказаться ты не имел права.

– И ты проиграл?

– Меня подставили, – его глаза вспыхнули алым. – Баал жульничал. А когда я попытался восстановить баланс, он обвинил меня в нарушении правил. Совет демонов признал меня виновным. Меня лишили статуса, силы, имени – всего. Низвергли в низший круг, откуда нет возврата. Гад – это даже не моё настоящее имя. Это... кличка. Насмешка. «Гад» – на древнем языке означает «падальщик». Тот, кто питается объедками чужой удачи. Но самое интересное, что это имя мне нравится. Его дал мне, как раз тот человек.

– Господи, – прошептала Варя.

– В итоге, я провёл в Бездне несколько тысячелетий, – продолжал он. – Питался крохами, которые случайно просачивались из мира людей. Забытый. Униженный. И вот однажды я почувствовал зов. Древний ритуал призыва, который никто не проводил уже много веков. Босая нога в масле, троекратное заклинание, слово-ключ. И я подумал: «Это шанс. Мой шанс». А потом я увидел тебя.

– И разочаровался, – усмехнулась Варя.

– Нет, – он покачал головой. – Я был в ярости, да. Я не ожидал увидеть тебя... – он замолчал, подбирая слова. – Но ты! Девчонка, в порванной фйутболке, накричала на меня. Ты заставила меня почувствовать то, чего я не чувствовал тысячелетиями.

– Что же?

– Себя живым, – он посмотрел ей прямо в глаза. – Рядом с тобой, я впервые за долгое время, чувствую себя не падальщиком, не изгнанником, не тенью самого себя. Я чувствую себя тем, кто может что-то изменить.

Варя не знала, что сказать. Она смотрела в его золотые глаза, в которых сейчас не было ни насмешки, ни высокомерия. Только странная, уязвимая честность. И что-то в её груди дрогнуло.

– Знаешь, – тихо сказала она, – ты, конечно, невыносимый. Самовлюблённый. Саркастичный. И у тебя ужасный характер.

– Это должно быть комплиментом?

– Но, – она сделала паузу, – с тобой моя жизнь стала интереснее. Так что... спасибо тебе, что ли.

Он улыбнулся. Совсем слегка, медленно, чувственно.

– Значит, мы квиты?

– Почти, – она вдруг подалась вперёд и, прежде чем успела себя остановить, поцеловала его в щёку. Быстро, легко, едва коснувшись губами его горячей кожи. – Вот. Теперь квиты.

Гад замер. Его рука взлетела к щеке, туда, где только что были её губы, и на его лице отразилось выражение абсолютного, незамутнённого шока. Демон, повидавший тысячелетия, потерял дар речи от одного поцелуя в щёку.

– Ты... – начал он.

– Я – спать, – быстро сказала Варя, чувствуя, как горят её собственные щёки. – Завтра тяжёлый день.

Она завернулась в куртку и легла у костра, отвернувшись от него, чтобы скрыть смущение. Сердце колотилось как бешеное, и она была уверена, что он это слышит.

– Варвара, – позвал он через минуту.

– Что?

– И я рад, что ты меня призвала.

Она не ответила. Но в темноте, под треск костра, она улыбнулась, а затем уснула, чувствуя себя впервые за долгое время почти счастливой.