Текст книги "Мой демон удачи (СИ)"
Автор книги: Саша Бездушная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц)
Глава 5. Квартирный вопрос
Глава 5. Квартирный вопрос
Гад за всю дорогу не проронил ни слова. Он сидел всё в той же позе, скрестив руки на груди. Он был прямой как шомпол, и смотрел вперёд, в темноту. Но Варя кожей чувствовала, что он напряжён. Конверт с чёрной печатью, сгоревший в его пальцах, явно выбил демона из колеи сильнее, чем он хотел показать. «Баал-Зебуб». Имя звучало как что-то среднее между названием болезни и маркой дешёвого пива. Но по реакции Гада было ясно – это серьёзно. Очень серьёзно.
Она припарковала мотоцикл у своего подъезда. Эту ржавую громадину рядом с покосившейся лавочкой, на которой даже в такой поздний час сидели местные философы с бутылкой пива. Философы проводили мотоцикл и пассажира коляски долгим, оценивающим взглядом. Один из них, мужик в растянутой майке, икнул и глубокомысленно произнёс.
– Это чё за клоун? Из цирка, что ль?
Гад медленно повернул голову. Его золотые глаза встретились с мутным взглядом философа. Никакой магии, никаких спецэффектов – просто взгляд. Но мужик вдруг поперхнулся пивом, закашлялся и, схватив своего товарища за рукав, пробормотал.
– Пошли отсюда, Санёк. Тут какое-то... нехорошее место.
Они ретировались с такой скоростью, что пустая бутылка, забытая на скамейке, жалобно звякнула. Варя усмехнулась.
– Ты им что, гипнозом в мозги залез?
– Нет, – сухо ответил Гад, выбираясь из коляски и поправляя свои чёрные одежды. – Просто я посмотрел на него так, как смотрят на букашку, которую раздумывают раздавить. Люди очень чувствительны к таким взглядам. Это эволюционный механизм. Страх перед хищником.
– То есть ты у нас хищник?
– Я у вас демон, Варвара. Не упрощай.
Она хмыкнула и, достав из коляски пакет с тортом и бенгальскими огнями, направилась к подъезду. Дверь, как обычно, была не заперта. Замок сломали ещё полгода назад, и чинить его никто не собирался. В подъезде пахло сыростью, старым деревом и кошачьими метками. Лампочка на первом этаже, разумеется, не горела. Варя привычно нащупала ногой ступеньку и начала подниматься.
– Осторожно, тут четвёртая ступенька опасная, – бросила она через плечо. – И перила шатаются. И лифт не работает с две тысячи десятого года.
– Ты живёшь в башне, которую прокляли ещё до твоего рождения? – поинтересовался Гад, следуя за ней с грацией пантеры, абсолютно не вписывающейся в облупленные стены и граффити «Здесь был Вася».
– Почти. Это панельная девятиэтажка в спальном районе. Проклятие здесь – опция по умолчанию.
Они поднялись на четвёртый этаж. Варя остановилась у двери, обитой старым дерматином, из-под которого торчали клочья пожелтевшего поролона. Номер 42. Она долго копалась в карманах джинсов, пытаясь найти ключи. Гад терпеливо ждал, но его терпение было, как она уже успела понять, напускным.
– Ты всегда так долго ищешь ключи от собственного жилища? – осведомился он. – Или это часть твоего ритуала невезения?
– Заткнись, – беззлобно ответила она, наконец выуживая связку. Ключ вошёл в замочную скважину с третьей попытки. Замок, как всегда, заедал. – Добро пожаловать в мои хоромы, демон.
Дверь со скрипом распахнулась, и Варя вошла внутрь, щёлкнув выключателем. Свет зажёгся не сразу. Лампа под потолком моргнула, затрещала и только потом разлила по комнате тусклое, желтоватое сияние. Гад переступил порог и замер. Так замирает археолог, обнаруживший гробницу древнего царя, только в его взгляде читался не восторг, а глубочайшее, вселенское недоумение.
– Это... твой дом? – спросил он, и в его голосе не было сарказма. Только искреннее, почти детское непонимание.
Варя проследила за его взглядом и попыталась увидеть квартиру его глазами. Попытка, прямо скажем, была провальной. Студия представляла собой пространство размером с хорошую кладовку, в котором каким-то чудом умещались: продавленный диван, служивший одновременно кроватью и зоной отдыха, покосившийся стол, два стула (один из которых был сломан и стоял подпёртый стопкой книг), платяной шкаф с оторванной дверцей и кухонный уголок, состоящий из древней электроплиты, раковины с ржавым пятном и мини-холодильника, который гудел так, будто внутри него работал маленький, но очень злой завод.
Но главным украшением интерьера, безусловно, была дыра в потолке. За те несколько часов, что Варя отсутствовала, протечка, видимо, усилилась. Вода больше не капала, а лилась тонкой струйкой, под которую Варя предусмотрительно подставила под таз. Таз был уже полон, и вода переливалась через край, растекаясь по линолеуму мутной лужей. Побелка вокруг дыры вздулась пузырями и приобрела оттенок, который в каталогах красок, вероятно, назывался «экзема».
– Это, – Гад медленно обвёл рукой помещение, – даже не лачуга. Это... это архитектурное недоразумение.
– Это съёмная квартира, – защищаясь, сказала Варя. – Она стоит дёшево. Очень дёшево.
– Я надеюсь, тебе доплачивают за то, что ты здесь находишься?
– Хватит, – она прошла внутрь, стараясь не наступать в лужу, и поставила пакет с тортом на стол. – Это временные трудности. У меня, знаешь ли, были тяжёлые времена.
– У тебя вся жизнь – тяжёлые времена, – парировал Гад, но всё же переступил порог и закрыл за собой дверь. Он сделал это с такой осторожностью, будто дверь могла укусить. – И где, позволь спросить, я буду спать?
– На диване, – Варя кивнула в сторону продавленного монстра, с которого она ещё утром стряхивала штукатурку. Сейчас диван выглядел ещё хуже: влажная крошка белела на тёмной обивке, а одна из подушек загадочным образом оказалась на полу.
Гад подошёл к дивану, наклонился, провёл пальцем по обивке и отдёрнул руку с таким видом, будто прикоснулся к чему-то святотатственному.
– Это не диван, – изрёк он. – Это ложе для пыток. В Бездне есть специальный круг для грешников, которых укладывают на подобные конструкции. Они обречены вечно слушать скрип пружин.
– Можешь спать на полу. Или на коврике у двери. Как котик. – огрызнулась Варя.
– Ты только что сравнила меня с котом?
– Ты мурлыкал бы, если бы тебе дали нормальную еду, – она подошла к холодильнику, открыла его и заглянула внутрь. Внутри было эхо и половинка засохшего лимона. – Ужина не будет. Зато, у нас есть торт.
– Торт, – повторил Гад с таким выражением, с каким говорят о погребальных обрядах. – Ты собираешься праздновать день рождения в этом склепе?
– Именно, – она достала торт из коробки, поставила его на стол и воткнула в него бенгальские огни. – Спички есть?
– Я демон, Варвара. Я не ношу с собой спички. Я могу зажечь огонь силой мысли.
– Так зажги! – она пододвинула к нему торт. – Зажги бенгальские огни. Я хочу устроить себе праздник.
Гад посмотрел на неё долгим взглядом. Потом перевёл взгляд на торт, на эту скромную «Прагу» с кремовыми розами, и что-то в его золотых глазах дрогнуло. То ли жалость, то ли уважение к упрямству этой странной смертной. Он щёлкнул пальцами, и бенгальские огни вспыхнули, рассыпая вокруг себя искры и наполняя комнату шипением и запахом горелого металла.
– Загадывай желание, – сказал он тихо.
Варя уставилась на искры, пляшущие на кончиках проволочек, и на секунду задумалась. Чего она хотела? Удачи? Счастья? Чтобы всё наладилось? Нет. Это слишком абстрактно.
– Я хочу, – медленно произнесла она, глядя на танцующие искры, – чтобы этот год стал годом приключений. Не обязательно хороших. Просто. Чтобы было что вспомнить.
Гад хмыкнул.
– Ты странно формулируешь желания. Но, учитывая моё присутствие, приключений тебе не избежать. Желание исполнено.
Огонь погас, и комната снова погрузилась в полумрак. Варя отломила кусок торта прямо руками (ложек у неё не было – все лежали в раковине немытые) и протянула Гаду.
– Пробуй.
– Я не ем человеческую пищу, тем более, теперь этот торт весь в саже от бенгальских огней.
– Ты ешь удачу, я помню. Но физическая форма требует и физической подпитки. Ты выглядишь слишком реальным для бестелесного духа. Значит, можешь и торт съесть. Давай, это вкусно.
Гад с сомнением взял кусок. Поднёс к носу, понюхал, нахмурился. Затем осторожно, словно пробуя яд, откусил крошечный кусочек. Прожевал. Его брови поползли вверх.
– Это... сахар? Мука? Какао? – он перечислял ингредиенты так, будто читал заклинание. – Смесь углеводов и жиров. Примитивно. Но... не лишено приятности.
– Ого, это почти комплимент! – усмехнулась Варя, отламывая себе кусок. – Считай, что ты прошёл обряд посвящения в люди. Добро пожаловать в клуб тех, кто заедает стресс сладким.
Они ели торт молча, стоя у стола. За окном начинало светать. Серое, хмурое утро пробивалось сквозь немытые стёкла. Варя чувствовала, как силы постепенно покидают её. День был слишком длинным и слишком безумным.
– Я спать, – объявила она, доев последний кусок. – Ты – на диване. Я – на полу. Я не такая жестокая, чтобы заставлять гостя спать на коврике.
– Ты собираешься спать на полу? – уточнил Гад. – В луже?
– Я подстелю куртку, – она действительно сняла свою джинсовую куртку и бросила её в относительно сухом углу. – И не ворчи. Завтра что-нибудь придумаем.
Гад ничего не ответил. Он смотрел, как она устраивается на полу, подложив под голову вместо подушки стопку книг по позитивной психологии. Что-то в его взгляде снова изменилось, но Варя уже закрыла глаза и почти мгновенно провалилась в сон. Последнее, что она услышала, был скрип дивана – Гад всё-таки сел на него, пробормотав что-то на языке, которого она не понимала.
Утро наступило внезапно и безжалостно. Солнце, пробравшись в окно, ударило Варе прямо в глаза, и она застонала, переворачиваясь на другой бок. Тело ныло от сна на жёстком полу, шея затекла, а во рту стоял привкус вчерашнего торта и усталости. Она открыла глаза и увидела перед собой чьи-то босые ступни. Идеальной формы, с длинными пальцами. Это были ступни демона.
– Доброе утро, – раздался сверху голос Гада. В нём не было ни капли доброты. – Твой диван сломал мне спину. Я требую компенсации.
Варя села, потирая шею. Гад стоял над ней, скрестив руки на груди, одетый всё в те же чёрные одежды, но сейчас они были слегка помяты, что придавало ему почти человеческий вид. Почти.
– Кофе, – прохрипела она. – Мне срочно нужен кофе.
Она поднялась, пошатываясь, и поплелась к кухонному уголку. Таз с водой был опять переполнен, и лужа на полу заметно увеличилась. Варя перешагнула через неё и включила чайник. На счастье, электричество ещё не отключили.
– Что это за агрегат? – спросил Гад, наблюдая за чайником.
– Чайник. Кипятит воду.
– Посредством электричества? Примитивно.
– Зато быстро. У тебя в Бездне как кипятят воду?
– В Бездне не пьют чай или кофе, – он скривился. – Там вообще не употребляют жидкость. Мы – существа чистой энергии.
– А кофе ты тоже не пьёшь? – Варя достала с полки банку растворимого кофе. – Это лучшее, что придумало человечество.
– Лучшее, что придумало человечество, – поправил он, – это концепция долговой расписки. Она позволяет одним смертным контролировать других с минимальными усилиями. Гениально.
Чайник закипел. Варя насыпала в две кружки (одну – свою, любимую, с надписью «Котики рулят», вторую – старую, с отколотым краем) растворимого кофе и залила кипятком. Протянула кружку Гаду.
– Пей.
Он взял кружку с таким видом, с каким берут пробирку с опасным вирусом.
– Что это за субстанция? – он понюхал. – Пахнет горелым зерном и разочарованием.
– Это растворимый кофе, – терпеливо объяснила Варя, делая глоток. – Самый дешёвый. Другого нет.
– Растворимый, – повторил он. – То есть это не настоящий кофе, а его... эрзац? Иллюзия? Вы, люди, даже напитки делаете ненастоящими.
Он всё же поднёс кружку к губам и сделал крошечный глоток. Эффект был мгновенным. Его золотые глаза расширились, на скулах проступили руны, а сам он замер, как громом поражённый. Затем он медленно, очень медленно выплюнул кофе обратно в кружку.
– Что это за отрава? – прошипел он. – Это не напиток! Это химическая атака на мои вкусовые рецепторы! Ты пытаешься меня убить?
– Это обычный кофе, – Варя едва сдерживала смех. – Привыкай.
– Я не буду к этому привыкать! – он поставил кружку на стол с таким грохотом, что отколотый край отвалился окончательно. – Я требую нормальный кофе. Сваренный из зёрен. В турке. С кардамоном. Как положено.
– У меня нет турки. И зёрен нет. И кардамона, – Варя развела руками. – Ты в спальном районе, Гад. Тут высокая кухня – это пельмени со сметаной.
– Пельмени? – он нахмурился.
– Потом объясню, – она допила свой кофе, который, честно говоря, действительно был отвратительным, но зато бодрил. – Слушай, раз уж мы застряли вместе, может, расскажешь мне о своих способностях? Что ты вообще можешь? Кроме как подскальзывать грабителей на йогурте?
Гад отошёл от стола и сел на диван. Тот жалобно скрипнул под его весом, но выдержал.
– Мои способности... – он задумался. – Я управляю вероятностями. Я могу сделать так, чтобы монета всегда падала нужной стороной. Чтобы нужный человек встретился в нужное время. Чтобы кирпич упал на голову твоего врага, а не на твою.
– Это я уже поняла. А что-то более... зрелищное? Ты можешь летать? Телепортироваться? Читать мысли? Ты говорил, что с легкостью мог бы нас перенести, когда мы ехали на мотоцикле.
– Летать? – он усмехнулся. – В моей истинной форме я мог парить над городами и внушать ужас одним своим видом. Сейчас, в этой смертной оболочке, я ограничен. Так что, я немного преукрасил, для эпичности. Телепортация возможна, но требует слишком много сил. Проще доехать на твоём ржавом драндулете.
– А мысли?
– Мысли читать я не могу, – признался он. – Но я могу чувствовать намерения. Эмоции. Желания. Твои, например, сейчас – это смесь любопытства, страха и голода?
– Я просто не завтракала, – буркнула Варя. – А ещё?
– Ещё я могу внушать иллюзии. Небольшие. И манипулировать огнём. И разговаривать на всех языках, которые когда-либо существовали. И видеть в темноте. И...
– Ладно-ладно, убедил, – Варя подняла руки. – Ты – ходячий швейцарский нож. Но почему ты тогда не превратишь этот диван во что-то более удобное? Или не починишь потолок?
Гад замялся. Это было так неожиданно. Демон, который мнётся, подбирая слова. От этого Варя уставилась на него с удвоенным интересом.
– Видишь ли, – произнёс он наконец, – моя магия... она работает иначе на материальные объекты. Я не могу просто взять и починить потолок, потому что удача – это процесс, а не состояние. Я могу сделать так, чтобы тебе повезло и ты нашла хорошего мастера. Но я не могу материализовать ремонт из ничего.
– То есть ты бесполезен в быту?
– Я не бесполезен! – возмутился он. – Я просто узкий специалист.
– Узкий специалист по подскальзыванию грабителей, – кивнула Варя. – Понятно.
Гад хотел возразить что-то резкое, но его перебил внезапный звук. Звонок в дверь. Резкий, требовательный, пронзительный.
Варя и Гад переглянулись.
– Ты кого-то ждёшь? – спросил он.
– Нет. А ты?
– Я демон. Меня никто не ждёт в гости. Разве что кредиторы из преисподней.
Глава 6. Выселение
Глава 6. Выселение
Звонок повторился. На этот раз к нему добавился стук. Громкий, настойчивый, с явным намерением выломать дверь, если её не откроют.
– Варвара! – раздался женский голос из-за двери. – Открывай! Я знаю, что ты там!
Варя побледнела.
– Чёрт, – прошептала она. – Это хозяйка квартиры. Раиса Петровна.
– И что? – Гад не понимал паники.
– Что?! – она заметалась по комнате, пытаясь хоть как-то придать ей жилой вид. – У меня тут с потолка течет, лужа на полу, посторонний мужчина и полный разгром! Она меня выселит!
– Посторонний мужчина? – переспросил Гад, и в его голосе послышались нотки оскорблённого достоинства. – Я не посторонний мужчина. Я – демон из Третьего Круга Бездны.
– Вот именно! Ты ещё хуже, чем посторонний мужчина!
– Варвара, открывай, или я вызываю участкового! – голос хозяйки становился всё громче и злее.
– Иду! – крикнула Варя, судорожно пытаясь пригладить волосы. – Сейчас!
Она метнулась к Гаду и зашипела.
– Сделай что-нибудь! Прими нормальный вид! Исчезни! Стань невидимым!
– Я не умею становиться невидимым! – так же шёпотом ответил он. – Я же сказал: узкая специализация!
– Тогда просто... молчи! И надень что-нибудь другое! У тебя вид, как будто ты сбежал с ролевой игры по «Властелину колец»!
Гад возмущённо фыркнул, но всё же стянул с себя свой чёрный балахон, оставшись в одних свободных штанах. Его торс, обнажённый, с рельефными мышцами и пульсирующими рунами на скулах и плечах, выглядел так, будто сошёл с обложки эротического фэнтези. Варя на секунду залипла, но тут же тряхнула головой.
– Ещё лучше! – прошипела она. – Ты голый!
– Я не голый. Я в штанах.
– Это не штаны, а... неважно! Просто сядь на диван и молчи!
Она рванула к двери, поскользнулась на мокром линолеуме, чудом удержала равновесие и, нацепив на лицо самую невинную улыбку, распахнула дверь.
На пороге стояла Раиса Петровна. Женщина лет шестидесяти, с пышной химической завивкой на голове, в цветастом платье-халате и с выражением лица, которое ясно говорило: «Я здесь, чтобы вершить правосудие».
– Здрасьте, Раиса Петровна, – пропела Варя. – Какими судьбами?
– Какими судьбами?! – хозяйка шагнула вперёд, и Варя инстинктивно отступила, пропуская её внутрь. – Мне соседи позвонили! Сказали, что у вас тут вода течёт! А ещё шум, грохот и подозрительные личности!
– Какие личности? – Варя попыталась загородить собой обзор на диван, но безуспешно. – У меня тихо. А вода... это так, небольшая протечка. И то не у меня. Это надо идти разговаривать с соседями сверху.
Раиса Петровна упёрла руки в боки и обвела комнату взглядом. Её глаза, острые как у коршуна, мгновенно зафиксировали всё: и потолок, из которого продолжала течь вода (таз уже не справлялся), и лужу на полу, и сломанный стул, и диван, на котором в вальяжной позе возлежал полуголый мужчина с золотыми глазами и светящимися татуировками на скулах.
В комнате повисла мёртвая тишина.
Раиса Петровна перевела взгляд с Гада на Варю, потом снова на Гада, потом снова на Варю. Её рот открылся и закрылся, как у рыбы, выброшенной на берег.
– Это... это что такое? – наконец выдавила она.
– Это... – Варя судорожно соображала. – Это мой друг, то есть, двоюродный брат. Издалека. Он... э... реконструктор. Ролевик. У нас была вечеринка в стиле фэнтези. Вот, не успели переодеться.
– Реконструктор? – голос хозяйки стал подозрительно тихим. – А почему у него глаза... светятся?
– Линзы, – быстро сказала Варя. – Светодиодные. Новинка. Из Японии.
Гад, всё это время сидевший молча, решил, что пора подать голос.
– Приветствую, смертная, – произнёс он своим глубоким, бархатным голосом, от которого у Вари по спине пробежали мурашки. – Я – Гад. Повелитель случайностей и владыка вероятностей. Твоё жилище очаровательно.
Раиса Петровна побледнела, потом покраснела, потом снова побледнела.
– Так, – сказала она, и в её голосе зазвенел металл. – Значит так, дорогая моя. Я сдавала тебе квартиру как порядочной, одинокой девушке. А ты устроила здесь притон!
– Какой притон? – возмутилась Варя.
– Ролевой притон! – отчеканила хозяйка. – С голыми мужиками! С татуировками! С потопом! Ты посмотри на потолок! Ты посмотри на пол! Это что, жертвоприношения? А это что? – она ткнула пальцем в стол, где стояли остатки торта и лежали сгоревшие бенгальские огни. – Пентаграммы не хватает!
– Это торт, – устало сказала Варя. – У меня был день рождения.
– День рождения?! – Раиса Петровна всплеснула руками. – Ты отмечала день рождения с этим? – она кивнула на Гада. – С инострацем? С сатанистом? С кем?!
– Я не сатанист, – холодно заметил Гад. – Сатанисты – это дилетанты. Я – профессионал.
– Вооот! – хозяйка торжествующе ткнула пальцем в воздух. – Слышала? Профессионал! Ты, милочка, не просто квартиру разгромила, ты ещё и секту тут организовала!
Варя поняла, что спорить бесполезно. Ситуация вышла из-под контроля, как и всё в её жизни. Она вздохнула, провела рукой по волосам и сказала.
– Хорошо. Что вы хотите?
– Что я хочу? – Раиса Петровна достала из кармана халата какую-то бумажку. – Я хочу, чтобы ты съехала. Сегодня же. Договор аренды расторгнут. Залог я не возвращаю. В счёт ремонта пойдет. И ты мне ещё должна останешься.
– Но...
– Никаких «но»! – отрезала хозяйка. – Чтобы к вечеру духу твоего здесь не было! И этого... профессионала тоже! Иначе вызову полицию и расскажу им про секту! Про ролевые игры! Про притон!
– ДА КАКОЙ ПРИТОН?! – взвыла Варя. – У меня даже на кофе денег нет!
– А растворимый кофе, между прочим, – вставил Гад, – это уже химическая атака. Так что полиция будет уместна.
– Заткнись! – рявкнула Варя.
Гад заткнулся. Но по его лицу было видно, что он это так не оставит.
Раиса Петровна, ещё раз обведя комнату уничтожающим взглядом, резко развернулась и вышла, хлопнув дверью так, что с потолка посыпалась новая порция штукатурки. Варя осталась стоять посреди руин своей жизни. В прямом и переносном смысле.
– Ну вот, – тихо сказала она. – Теперь мы еще и бездомные.
– Мы? – переспросил Гад, поднимаясь с дивана. – Ты и я?
– А кто ещё? Ты привязан ко мне, забыл?
Он замолчал. Его лицо, обычно выражавшее высокомерие и сарказм, сейчас было напряжённым. Он прошёлся по комнате, перешагивая через лужу, и остановился у окна.
– Я – повелитель случайностей, – произнёс он, глядя на серый двор. – Я решал судьбы народов. Я дарил удачу царям и проклинал целые династии. И теперь я бездомный. С одной сменой одежды и без гроша в кармане. Привязанный к ржавому мотоциклу и девушке, которая не может даже кофе нормальный сварить.
– Эй! – возмутилась Варя, но Гад продолжал.
– Это дно, Варвара. Дно. Ниже падать некуда. Если Баал-Зебуб увидит меня сейчас, он умрёт от смеха. А демоны не умирают. Он будет смеяться вечно.
– Ну, – Варя попыталась найти позитивную сторону, – по крайней мере, у нас есть мотоцикл. И бенгальские огни.
Гад обернулся. Его золотые глаза встретились с её серыми.
– И куда мы поедем? – спросил он тихо.
– Я знаю одно место, – она вспомнила про старый хостел на окраине, про который ей рассказывал бывший коллега. «Три апостола». Заправляет им дед Михей, бывший байкер, который не задаёт вопросов и берёт сущие копейки. – Это не пятизвёздочный отель, но там есть крыша.
– Крыша, – повторил Гад. – Я, демон, буду спать под крышей в хостеле с названием «Три апостола». Если это не ирония судьбы, то что?
Через час они стояли у подъезда. Два чемодана, рюкзак и мотоцикл «Урал» с ромашками. Варя закинула вещи в коляску, привязала чемоданы ремнями к багажнику и села за руль. Гад устроился в коляске, на этот раз не скрывая своего раздражения.
– Если кто-то из моих знакомых демонов увидит меня в этой машине, – процедил он, – я лично заставлю тебя познать такую удачу, что ты выиграешь в лотерею билет на тот свет.
– Не ворчи, – Варя завела мотор. – Утро только начинается. У нас впереди целый день. И новая глава.
«Урал» взревел и выехал со двора, увозя самую странную пару бездомных, смертную неудачницу и демона удачи, навстречу новым проблемам и, возможно, новому дому.
