Текст книги "Мой демон удачи (СИ)"
Автор книги: Саша Бездушная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц)
Глава 7. Ночлежка «Три апостола»
Глава 7. Ночлежка «Три апостола»
Здание хостела представляло собой трёхэтажный особняк дореволюционной постройки, который когда-то, судя по остаткам лепнины на фасаде, был купеческим домом. Теперь лепнина облупилась, а стены покрылись трещинами. Над входом красовалась вывеска, нарисованная от руки: «Хостел: Три апостола. Уют, покой и демократичные цены». Буква «ю» в слове «уют» была написана вверх ногами, что придавало вывеске оттенок сюрреализма.
– «Три апостола», – прочитал Гад, выбираясь из коляски. – Ты решила, что мне, демону, будет комфортно в хостеле с таким названием?
– Это просто хостел, – Варя заглушила мотор и слезла с мотоцикла, разминая затёкшие ноги. – А название – просто название. Дед Михей, который им заправляет, в прошлом байкер, а не святой, на сколько я знаю. Говорят, он назвал хостел в честь трёх своих любимых мотоциклов.
– Мотоциклы звали апостолами?
– Их звали «Хонда», «Ямаха» и «Харлей», – усмехнулась она. – Но «Три апостола» звучит лучше, чем «Два японских мотоцикла и один американец».
Гад ничего не ответил. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на здание с таким выражением, с каким смотрят на блюдо, которое заведомо невкусное, но есть всё равно придётся.
– Это временно, – добавила Варя, подхватывая чемодан. – Пока не найдём что-то получше.
– «Получше», – повторил он. – Ты говоришь так, будто у нас есть перспективы. У тебя нет работы. У меня нет сил. У нас нет денег. Какие у нас перспективы?
– У меня есть небольшой запас, – она похлопала по карману. – На первое время хватит. А там видно будет.
Она направилась к входу. Дверь была тяжёлой, деревянной, с коваными петлями и массивной ручкой в виде львиной головы. Варя потянула за ручку, и дверь со скрипом, достойным фильма ужасов, распахнулась.
Внутри пахло старым деревом, сушёными травами и ладаном. Холл был просторным, с высоким потолком и скрипучим деревянным полом. Вдоль стен стояли потёртые кожаные диваны, на которых лежали вязаные подушки. На стенах висели фотографии мотоциклов, карты автомобильных дорог и пара икон в углу. У стойки ресепшена, сколоченной из грубых досок, стоял высокий барный стул, на котором никто не сидел.
– Эй! – крикнула Варя в пустоту. – Есть кто живой?
В ответ раздался шаркающий звук, и из-за портьеры, отделяющей холл от подсобных помещений, вышел старик. Он был колоритен до невозможности: седые волосы собраны в хвост, на морщинистом лице виднелись выцветшие голубые глаза, которые смотрели на мир с мудрым прищуром человека, повидавшего всё. Одет он был в кожаную жилетку поверх тельняшки, которая была вся в нашивках, а на шее висел кулон в виде мотоциклетного поршня.
– Здрасьте, – сказал старик, оглядывая гостей. – Я Михей. Хозяин этого балагана. Вы по какому вопросу?
– Комната, – ответила Варя. – Нам нужна комната. На двоих. Самая дешёвая.
Михей перевёл взгляд с Вари на Гада, который стоял у неё за спиной, возвышаясь мрачной тенью. Взгляд старика задержался на золотых глазах демона, на рунах, проступающих на скулах, на чёрных одеждах. Он хмыкнул.
– Ролевики? – спросил он без тени осуждения.
– Вроде того, – кивнула Варя.
– У меня тут всякие бывают, – Михей пожал плечами. – Ролевики, реконструкторы, хиппи, поэты-самоубийцы. Платите деньги и живите. Паспорт покажете?
Варя протянула паспорт. Гад не шелохнулся.
– А твой друг? – Михей кивнул на демона.
– Он... иностранец, – быстро сказала Варя. – Документы в посольстве. Оформляются.
Михей снова хмыкнул, но спорить не стал. Видимо, за годы работы в «Трёх апостолах» он привык не задавать лишних вопросов.
– Тысяча рублей с человека за ночь, – объявил он. – Завтрак включён. Душ в конце коридора. Уборная во дворе. Тишина после одиннадцати. Если будете шуметь – выгоню, не посмотрю, что вы из преисподней.
При последних словах Гад чуть заметно кашлянул, но Михей уже отвернулся к доске с ключами.
– Комната номер семь, на втором этаже. Окна во двор. Вид на помойку, зато солнце не мешает спать. Идите.
– Спасибо, – Варя взяла ключ. – Мы ненадолго.
– Все так говорят, – Михей усмехнулся в седые усы. – А некоторые живут тут годами.
Они поднялись по скрипучей лестнице на второй этаж. Коридор был длинным и узким, с рядом дверей по обе стороны. Из одной двери доносился храп, из другой были приглушённые звуки телевизора, а из третьей слышалось странное бормотание, похожее на молитву или заклинание.
– Комната семь, – Варя остановилась у нужной двери. – Ну, с богом.
Она отперла дверь и вошла. Комната оказалась маленькой, но удивительно уютной. Узкая кровать (одна на двоих, что Варя отметила с лёгкой паникой), старый платяной шкаф, колченогий стул и окно, выходящее, как и обещал Михей, на помойку. На подоконнике стоял горшок с геранью. Это единственный признак того, что кто-то пытался придать этому месту жилой вид.
– Кровать одна, – констатировал Гад.
– Вижу.
– И она уже, чем твой диван.
– Тоже вижу.
– Ты предлагаешь мне делить ложе с тобой?
Варя повернулась к нему. Его лицо было непроницаемым, но в золотых глазах виднелся не то насмешливый, не то любопытный огонь.
– Я предлагаю тебе спать на полу, – отрезала она. – Как джентльмену.
– Я не джентльмен, – он сделал шаг к ней. – Я демон. Мы не уступаем дамам место. Мы, наоборот, сталкиваем дам с места, чтобы занять его самим.
– Тогда будешь спать в коляске мотоцикла.
– Там тесно, холодно и пахнет бензином. Я не буду там спать.
– Тогда на стуле.
Гад посмотрел на колченогий стул. Стул, словно почувствовав его взгляд, жалобно скрипнул.
– Это не стул, – изрёк демон. – Это орудие пытки.
– Тогда давай спать по очереди! – Варя всплеснула руками. – Полночи я, полночи ты. Или будем кидать монетку. Ты же демон удачи, подтасуй результат!
– Я не использую свои силы для решения бытовых споров, – надменно ответил он.
– Ой, да ладно! Ты вчера использовал их, чтобы грабитель поскользнулся на йогурте!
Их перепалку прервал стук в дверь. Варя, всё ещё кипящая, открыла. На пороге стояла маленькая, сухонькая старушка в платке. У неё были удивительно живые, тёмные глаза, которые, казалось, видели всё насквозь. На мгновение Варе стало не по себе. Старушка смотрела не на неё, а куда-то вглубь комнаты, туда, где стоял Гад.
– Новенькие? – прошамкала старушка. – Я Клавдия Степановна. Живу в пятой комнате. Зашла познакомиться.
– Варя, – представилась Варя. – А это...
– Знаю, знаю, – старушка отмахнулась от неё и просеменила в комнату, не спрашивая разрешения. Она подошла к Гаду, запрокинула голову (демон был на две головы выше) и уставилась на него своими чёрными, буравящими глазами. – Чую, чую. Сущность. Очень сильная. Очень старая. И очень недовольная.
Гад отшатнулся от неё с таким видом, будто старушка была заразной.
– Что вы себе позволяете? – процедил он.
– Я экстрасенс, милок, – Клавдия Степановна ничуть не смутилась. – Всю жизнь с духами общаюсь. Ты не дух, конечно, ты кто-то помасштабнее. Но аура у тебя будь здоров. Чёрная, но красивая. И девочка, – она повернулась к Варе, – у девочки аура цвета прокисшего молока, но с розовой зефиркой внутри. Вы вместе, как кофе с прокисшим молоком. Не сочетаетесь, а визуально смотритесь хорошо.
– Спасибо за наблюдение, – сухо сказала Варя. – Мы устали с дороги.
– Конечно-конечно, – старушка покивала и направилась к выходу. У двери она обернулась. – Кстати, молодые люди, если будут проблемы с астральными сущностями – обращайтесь. У меня скидки для соседей.
Она вышла, прикрыв за собой дверь, и в комнате повисла тишина.
– Она видит меня, – тихо произнёс Гад. – Эта смертная видит мою истинную сущность.
– Ну, она экстрасенс, – Варя пожала плечами, пытаясь скрыть тревогу. – Может, просто угадала.
– Экстрасенсы не угадывают ауры демонов, – он покачал головой. – Эта женщина... Она опасна.
– Она похожа на бабушку Красной Шапочки, вроде милая.
– Волк тоже так думал, а потом ему пузо распороли.
Варя хотела ответить, но в дверь снова постучали. На этот раз на пороге стоял мужчина неопределённого возраста в мятом пиджаке и с трёхдневной щетиной. От него ощутимо пахло перегаром, но держался он с достоинством профессора.
– Сан Саныч, – представился он, слегка покачиваясь. – Философ. Живу в третьей. Слышал, новенькие приехали. Решил засвидетельствовать почтение.
– Очень приятно, – пробормотала Варя.
– А я вот, знаете ли, размышляю о природе удачи, – Сан Саныч привалился к дверному косяку, явно намереваясь задержаться. – Что есть удача? Случайность? Предопределение? Иллюзия? Вот вы как думаете?
– Я думаю, что удача – это когда тебя не выселяют из квартиры в день рождения, – сказала Варя.
– О! – философ поднял палец. – Экзистенциальный подход! Мне нравится! А вы? – он повернулся к Гаду. – Что вы думаете об удаче?
Гад медленно, очень медленно повернул голову. Его золотые глаза встретились с мутным взглядом философа.
– Я думаю, – произнёс он ледяным тоном, – что тебе стоит уйти. Сейчас же.
Сан Саныч моргнул, словно выходя из транса. Затем кивнул, пробормотал «извините, что побеспокоил» и удалился, слегка пошатываясь.
– Ты не мог бы быть повежливее с соседями? – вздохнула Варя.
– Я не собираюсь быть вежливым с местными алкоголиками и экстрасенсами, – отрезал Гад. – Я демон, а не социальный работник.
– Ты демон без дома, без денег и без сил, – напомнила она. – Может, слегка понизишь планку?
Он ничего не ответил, только отвернулся к окну и уставился на помойку. Варя вздохнула и села на кровать. Та жалобно скрипнула. День только начинался, а она уже чувствовала себя выжатой как лимон.
Глава 8. Обучение
Глава 8. Обучение
Следующие несколько дней прошли в странном, почти сюрреалистичном ритме. Хостел «Три апостола» жил своей жизнью, в которую Варя и Гад постепенно втягивались. Михей по утрам жарил яичницу на общей кухне и травил байки о своих мотоциклетных приключениях. Клавдия Степановна раскладывала карты Таро и время от времени стучала в стену, если соседи, по её мнению, «излучали слишком много негативной энергии». Сан Саныч философствовал на крыльце, и его монологи о тщетности бытия разносились по всему двору. Ещё были и другие жильцы. Молчаливый парень из восьмой комнаты, который, кажется, писал роман, супружеская пара из первой, которая постоянно ссорилась и так же постоянно мирилась, и загадочная девушка из четвёртой, которая выходила только по ночам и всегда носила солнцезащитные очки.
Гад держался особняком. Он не завтракал со всеми, не участвовал в вечерних посиделках на кухне и на все попытки завязать разговор отвечал ледяным молчанием. Днём, пока Гад медитировал (или делал вид, что медитирует), Варя пыталась решить практические проблемы. Денег оставалось в обрез. Нужно было искать работу. Хоть какую-нибудь.
– Я собираюсь устроиться раздавать листовки, – объявила она однажды утром.
Гад, сидевший на подоконнике, медленно повернул голову.
– Что?
– Листовки, – повторила она. – У метро. Там платят сто рублей в час. На первое время хватит.
Он спустился с подоконника с грацией падающей звезды. То есть, величественно и пугающе.
– Ты хочешь сказать, – его голос был тихим, но в нём клокотала ярость, – что я, Гад, повелитель случайностей и владыка вероятностей, буду жить на деньги, которые ты заработаешь, раздавая листовки у метро?
– Во-первых, не ты будешь жить, а мы будем жить, – поправила Варя. – Во-вторых, у тебя есть другие предложения? Может, ограбим банк с помощью твоей удачи?
– Идея не лишена смысла.
– Я пошутила!
– А я нет, – он скрестил руки на груди. – Это унизительно. Я не для того вырвался из Бездны, чтобы моя... – он замялся, подбирая слово, – ...моя носительница раздавала рекламные буклеты.
– Носительница? – Варя вскинула бровь. – Я теперь твоя носительница? Как паразит?
– Ты – человек, к которому я привязан, – дипломатично поправился он. – И я отказываюсь мириться с твоим прозябанием. Если уж ты будешь работать, то так, чтобы это приносило удачу.
– И как ты предлагаешь это сделать?
Он замолчал. Затем его губы дрогнули в усмешке. Она явно не предвещала ничего хорошего.
– Я научу тебя, – произнёс он. – Буду давать уроки. Ты будешь генерировать удачу маленькими порциями. Достаточно, чтобы подпитывать меня, но не настолько много, чтобы навредить кому-то серьёзно. Это как тренировка. Для нас обоих.
– Уроки удачи?
– Именно. Уроки теории вероятностей для избранных. Ты готова?
Варя посмотрела на него. На его красивое, надменное лицо. Что-то в его тоне заставило её насторожиться, но,и в то же время и заинтриговало.
– Ладно, – сказала она. – Давай попробуем.
Первый урок состоялся тем же днём. Гад вывел Варю на улицу, подальше от хостела, в небольшой сквер с чахлыми деревьями и покосившимися скамейками. В центре сквера стоял латок с лотерейными билетами. Старушка в пуховом платке дремала над коробкой с красно-жёлтыми бумажками.
– Урок первый, – произнёс Гад, останавливаясь у ларька. – Мелкая удача. Ты купишь билет и выиграешь. Небольшую сумму. Ровно столько, чтобы я мог подпитаться, а ты почувствуешь вкус победы.
– Это же просто лотерея, – Варя с сомнением посмотрела на билеты. – Там выигрывает один из тысячи.
– Вот именно, – он наклонился к ней, и она почувствовала исходящий от него жар. Его губы оказались у самого её уха, и от этого по её спине пробежала стая мурашек. – Один из тысячи. И этим одним будешь ты.
– Не мог бы ты не дышать мне в шею? – пробормотала она, краснея
– А тебе не нравится? – в его голосе послышалась откровенная насмешка. – Я думал, смертным такое нравится. Это же часть ваших брачных ритуалов.
– Мы не проводим брачные ритуалы! – она отшатнулась, но он поймал её за руку. Его пальцы были горячими. – Отпусти!
– Сначала купи билет, – он чуть сжал её запястье. – И сосредоточься. Думай о выигрыше. Представь его. Почувствуй.
Варя глубоко вздохнула и подошла к ларьку. Старушка встрепенулась, смерила её сонным взглядом и протянула коробку.
– Пятьдесят рублей за штуку. Выбирай любую.
Варя запустила руку в коробку, вытащила первый попавшийся билет и, чувствуя на себе взгляд Гада, развернула его. На обратной стороне было написано: «Выигрыш – 500 рублей».
– Ого, – выдохнула она. – Я выиграла. Пятьсот рублей.
– Поздравляю, – Гад чуть улыбнулся. – Это твоя первая учебная удача. Чувствуешь?
Она действительно чувствовала. Внутри разливалось что-то похожее на радость. А затем появился адреналин. Она заметила, как Гад тоже стал выглядел иначе. Его глаза засияли чуть ярче, руны на скулах запульсировали быстрее. Он подпитывался.
– Это было легко, – сказала она. – Слишком легко.
– Разумеется, – он пожал плечами. – Это мелкая удача. Но помни про баланс. Сейчас...
Он не договорил. Земля под ногами Вари вдруг ушла вниз. Буквально. Она шагнула вперёд, намереваясь отойти от ларька, и её нога провалилась в открытый канализационный люк, который она не заметила.
– Ай! – вскрикнула она, падая. Гад молниеносным движением подхватил её, не дав рухнуть в зловонную дыру полностью, но одна нога всё же ушла в люк по колено. Кроссовок, ещё утром бывший относительно чистым, теперь был покрыт чем-то, о чём Варя предпочитала не думать.
– Что за... – она выкарабкалась, цепляясь за руку Гада. – Откуда здесь люк?!
– Баланс, – повторил Гад, помогая ей встать. – Ты выиграла пятьсот рублей. А кто-то другой мог поскользнуться и свернуть лодыжку. Но в твоём случае судьба решила отыграться сразу на тебе. Вот ты и провалилась в люк. Один к одному.
– Ты же говорил, что кто-то другой будет расплачиваться за мою удачу.
– Я такого не говорил. За удачу неудачей, может расплатиться кто угодно. В том числе и ты.
Варя выругалась, пытаясь оттереть кроссовок о траву. Пятьсот рублей грели карман, но запах от ноги перебивал всю радость от выигрыша.
– Я так понимаю, урок окончен? – процедила она.
– Только начат, – Гад усмехнулся. – Идём. Второй урок будет более захватывающим.
Второй урок состоялся на следующий день. Гад заставил Варю вывести мотоцикл на людную площадь перед торговым центром. «Урал» с ромашками, как обычно, привлекал внимание прохожих, но Гад, казалось, наслаждался этим.
– Урок второй, – объявил он, вручая ей ключи. – Удача требует дерзости. Адреналина. Риска. Ты должна совершить что-то, что заставит твою кровь бежать быстрее, а сердце бешенно колотиться. Что-то опасное. Что-то, чего ты никогда не делала.
– И что же? – Варя с подозрением посмотрела на него. – Ограбить банк?
– Нет. Угнать мотоцикл.
– Что?!
– Да хоть свой собственный, – уточнил он с дьявольской усмешкой. – У тебя есть ключи. Ты знаешь, как его завести. Но ты должна сделать это при свидетелях. Так, чтобы все подумали, что ты – угонщица. Чтобы полиция. Чтобы погоня. Чтобы адреналин.
Варя хотела отказаться. Честно хотела. Но этот вызов в его глазах, эта насмешка и азарт заставил её передумать.
– Ладно, – сказала она, сжимая ключи. – Но если меня арестуют, я скажу, что ты меня загипнотизировал.
Она подошла к мотоциклу, села за руль и огляделась. Площадь была полна людей. Кто-то сидел на скамейках, кто-то шёл по делам, кто-то пил кофе на летней веранде кафе. Отличные свидетели.
– Эй! – вдруг закричала она во весь голос, заводя мотор. – Этот чужой мотоцикл теперь мой! Я его угоняю! Слышите?! Угоняю!
Люди обернулись. Кто-то засмеялся, решив, что это розыгрыш. Кто-то достал телефон, чтобы снимать. А Варя, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле, рванула с места.
«Урал» взревел и понёсся по площади, лавируя между прохожими. Варя слышала крики за спиной, слышала, как кто-то вызывает полицию, и чувствовала, как в крови закипает адреналин. Она смеялась. Смеялась, как сумасшедшая, с ветром в волосах и ужасом в глазах.
И вдруг, заворачивая за угол, она увидела их. Трое парней в тёмных куртках, копошащихся у другого мотоцикла. Но только не такого жалкого, как у нее. Это был новенький, блестящий «Харлей». У одного из них в руках были инструменты. Провода. Это были точно настоящие угонщики.
Варя нажала на тормоз. «Урал» завизжал и остановился в метре от парней. Те замерли, уставившись на неё. Затем двое направились к ней, с явным намерением не просто поболтать.
– Э... привет, – сказала она, всё ещё тяжело дыша. – Тоже... мотоциклы угоняете?
Парни переглянулись. Ситуация была настолько абсурдной, что они просто не знали, как реагировать. И тут из-за угла выбежал Гад. Он был великолепен в своей ярости. Чёрные одежды развевались, золотые глаза метали молнии, руны на скулах сияли алым.
– Это моя ученица! – прорычал он, и его голос разнёсся по всей улице. – И она угоняет лучше, чем вы! Посмотрите на неё! Она угнала этот драндулет за десять секунд! А вы возитесь с «Харлеем» уже полчаса! Позор!
Угонщики застыли. Потом один из них, видимо, самый сообразительный, попятился и побежал. За ним – второй. Третий замешкался, но, встретившись взглядом с золотыми глазами Гада, побледнел, выронил инструменты и бросился следом.
– Вот так, – Гад удовлетворённо кивнул. – Урок окончен.
– Что это было?! – Варя слезла с мотоцикла и уставилась на него. – Ты же сказал просто угнать свой мотоцикл! А тут настоящие угонщики!
– Я не знал, что они здесь будут, – он пожал плечами. – Это чистая случайность. Или, если хочешь, удача. Твоя удача. Ты спугнула преступников, Варвара. Ты – герой.
– Я – герой?! – она всё ещё задыхалась. – Я чуть не получила сердечный приступ!
– Но адреналин ты получила, – он сделал шаг к ней и вдруг оказался слишком близко. Слишком. Его лицо было в нескольких сантиметрах от её. – И я получил подпитку. И ты спасла чужой мотоцикл. По-моему, отличный результат.
– Ты... – она хотела сказать что-то резкое, но слова застряли. Он был слишком близко. Его золотые глаза смотрели прямо в её.
– Что я? – тихо спросил он, и его голос стал ниже, глубже, бархатнее.
– Ты... невыносим... Я не знаю, что с тобой делать... – выдохнула она.
– Я знаю, – он улыбнулся и вдруг провёл пальцем по её щеке, убирая выбившуюся прядь волос. Жест был неожиданно нежным, почти интимным, и от него у Вари внутри всё сжалось. – Но ты тоже не сахар, Варя.
Она отшатнулась, чувствуя, как горят щёки.
– Не делай так больше, – пробормотала она.
– Как?
– Не трогай меня. Без предупреждения.
– А если предупрежу?
– Тогда... тогда, наверное, можно, – она сама не поняла, как это сказала. Слова вырвались прежде, чем она успела их остановить. Она тут же пожалела о них, увидев, как расширились его зрачки и как дрогнули уголки губ.
– Хорошо, – произнёс он медленно. – Я запомню.
И в этот момент, в наступившей между ними напряжённой тишине, раздался звук полицейской сирены. Кто-то из прохожих всё-таки вызвал стражей порядка.
– Вот чёрт! – Варя схватилась за руль. – Запрыгивай!
Они рванули с места за секунду до того, как из-за поворота показалась патрульная машина. «Урал» летел по переулкам, а Варя, всё ещё красная от смущения и злая на Гада, слышала, как демон в коляске смеётся. Смеётся от души, запрокинув голову и подставив лицо ветру.
– Ты псих! – крикнула она, перекрикивая рёв мотора.
– Я знаю! – крикнул он в ответ. – Но тебе ведь понравилось! Признайся!!
Она не призналась. Но он был прав. Ей понравилось. И это пугало её больше, чем ее неудача, люки и угонщики вместе взятые.
