Текст книги "Мой демон удачи (СИ)"
Автор книги: Саша Бездушная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 10 страниц)
Гад скривился так, будто его заставили глотать гвозди, но послушно, с грацией разъярённой пантеры, уселся в коляску. Ромашки рядом с ним, демоном из Бездны, смотрелись настолько сюрреалистично, что Варя не выдержала и расхохоталась. Смех был истерический, громкий, очищающий. Она смеялась над своей жизнью, над Вселенной, над демоном, застрявшим в коляске, и над собой.
Гад бросил на неё испепеляющий взгляд.
– Смейся, смейся, – пробормотал он. – Посмотрим, как ты запоёшь, когда поймёшь, что твой личный демон удачи – это не подарок, а проклятие. Потому что для того, чтобы тебе повезло, сначала кому-то другому должно крупно не повезти. Таков баланс. Ты готова к этому, Варвара?
Варя перестала смеяться. Она посмотрела в его золотые, пылающие адским пламенем глаза. И впервые за этот сумасшедший день сказала абсолютно серьёзно:
– Знаешь что, демон? Ради того, чтобы изменить свою жизнь, я готова на всё. Даже поиграть в твои игры. А теперь держись крепче.
Глава 3. Торт, пистолет и два ствола
Глава 3. Торт, пистолет и два ствола
Мотоцикл катил по ночному городу, издавая звуки, которые могли бы напугать даже видавший виды трактор. Двигатель не просто работал – он пел. Пел хриплую, пропитанную мазутом и древней магией песнь, от которой у редких прохожих волосы вставали дыбом, а собаки начинали подвывать в тональности ля-минор.
Варя сидела за рулём, вцепившись в ржавый руль так, словно от этого зависела её жизнь. Что, в общем-то, было недалеко от истины. Ветер трепал её спутанные волосы, а в лицо летела какая-то мошкара, которую она героически игнорировала. Она впервые в жизни управляла чем-то, что теоретически должно было слушаться руля и тормозов. На практике «Урал» вёл себя как взбесившийся носорог: норовил вильнуть в сторону при малейшей неровности асфальта, а тормоза срабатывали с задержкой примерно в полторы секунды, что добавляло поездке остроты.
В коляске, скрестив руки на груди и всем своим видом выражая крайнюю степень презрения к окружающей действительности, восседал Гад. Ромашки на боку коляски, подсвеченные тусклым светом уличных фонарей, придавали его демоническому облику оттенок сюрреалистичного безумия. Представьте себе падшего ангела, которого засунули в декорации детского утренника. Примерно так он и выглядел.
– Я всё ещё не понимаю, – произнёс он, перекрикивая рёв мотора, – почему мы не можем переместиться туда, куда тебе нужно, более цивилизованным способом? Телепортация, например? Или, на худой конец, полёт? Я мог бы перенести нас обоих в любую точку этого жалкого городишки за долю секунды.
– Потому что, – проорала в ответ Варя, не поворачивая головы, – у меня нет прав на телепортацию! И на полёты тоже нет! Зато есть права категории «А», которые я честно получила три года назад и с тех пор ни разу не использовала по назначению!
– Права? – Гад фыркнул. – Ты говоришь о каких-то бумажках, выданных другими смертными, которые дают тебе разрешение на передвижение? Это самая нелепая вещь, которую я слышал за последнюю тысячу лет.
– Добро пожаловать в человеческий мир, детка! – усмехнулась Варя, лихо (по её мнению) входя в поворот. Мотоцикл заложил такой крен, что Гад едва не вывалился из коляски. – Здесь без бумажки ты – какашка!
Гад схватился за поручень коляски с такой силой, что металл жалобно скрипнул.
– Если ты намереваешься меня угробить раньше, чем мы доберёмся до места назначения, предупреди заранее. Я хотя бы успею составить завещание. Хотя кому я его оставлю? Своему злейшему врагу? Так он и так получит всё после моей смерти.
– У демонов есть завещания? – удивилась Варя.
– У великого демона Гада есть всё, что он пожелает, – отрезал он. – Кроме, по-видимому, нормального водителя.
Они выехали на центральную улицу. Ночной город жил своей жизнью: светились витрины круглосуточных магазинов, компании подвыпивших студентов бродили по тротуарам, где-то вдалеке завывала сирена скорой помощи. Обычный, ничем не примечательный вечер. С той лишь разницей, что по проезжей части ехал ржавый мотоцикл с демоном в коляске.
– Куда мы вообще направляемся? – спросил Гад, когда они остановились на светофоре. Рядом притормозила тонированная «Приора» с гремящей музыкой. Водитель был парень, он опустил стекло и уставился на Гада с таким видом, будто увидел живого динозавра. Гад лениво повернул голову, и его золотые глаза на мгновение вспыхнули алым. Парень побледнел, перекрестился, поднял стекло и, грубо нарушив правила, рванул на красный свет.
– В супермаркет, – ответила Варя, трогаясь с места. – Мне нужен нормальный торт.
– Торт? – переспросил Гад таким тоном, будто она предложила ему отправиться на поиски Святого Грааля в соседний ларёк.
– Торт, – подтвердила она. – У меня сегодня день рождения. Мне стукнуло двадцать семь. Я имею полное право на чёртов торт. И на бенгальские огни.
– День рождения, – медленно повториил Гад, и в его голосе послышалась странная, почти мечтательная интонация. – Странный человеческий обычай. Отмечать дату своего появления на свет. Как будто это какое-то достижение.
– А у демонов дней рождения не бывает?
– Мы существуем вне времени, Варвара. Мы не рождаемся и не умираем. Мы просто есть. Всегда были и всегда будем. Пока какой-нибудь невезучей смертной не придёт в голову завести ржавый мотоцикл.
Варя проигнорировала шпильку. Она свернула на парковку перед огромным, сияющим неоновыми огнями супермаркетом. Время близилось к полуночи, и парковка была полупустой. Она заглушила двигатель, и в наступившей тишине стало слышно, как где-то вдалеке лает собака, а в моторе что-то щёлкает и остывает.
– Приехали, – объявила она, слезая с мотоцикла. Ноги слегка дрожали от напряжения, а руки, вцепившиеся в руль, затекли. – Вылезай, демон. Пойдём выбирать торт.
Гад с видимым облегчением покинул коляску. Он расправил плечи, и его чёрные одежды, больше похожие на доспехи из застывшей тьмы, красиво заструились в свете неоновых огней. Он оглядел супермаркет с таким видом, с каким император оглядывает варварскую деревню.
– И это ваш храм потребления? – скептически произнёс он.
– Это «Плобус», – поправила Варя. – Здесь есть отдел с выпечкой и скидки на бытовую химию. Что ещё нужно для счастья?
– Я мог бы перечислить тебе несколько десятков пунктов, – начал Гад, – начиная с...
– Это был риторический вопрос, – перебила она, направляясь к входу. – Пошли.
Автоматические двери разъехались перед ними с тихим жужжанием. Варя вошла в ярко освещённый, пахнущий хлебом и пластиком зал и сразу почувствовала себя чуть более живой. Среди бесконечных рядов с товарами, под ненавязчивую музыку из динамиков, можно было притвориться, что ты обычный человек с обычными проблемами. А не девушка, которая час назад вызвала демона из преисподней.
Гад вошёл следом и тут же замер, как гончая, почуявшая дичь. Его ноздри затрепетали.
– Что это за запах? – спросил он, и в его голосе послышалось отвращение.
– Где именно? – уточнила Варя, беря пластиковую корзинку. – Здесь пахнет всем сразу. Хлебом, чистящими средствами, духами тётки в отделе косметики и чуть-чуть рыбой.
– Вот! – он ткнул пальцем в сторону ряда с освежителями воздуха. – Этот химический ужас. Вы, люди, добровольно распыляете это в своих жилищах?
– Ну, некоторым нравится аромат «альпийских лугов», – пожала плечами Варя. – А что, в Бездне ароматы лучше?
– В Бездне пахнет озоном, серой и древней силой, – надменно ответил Гад. – А не вот этим... «морским бризом». Кстати, я был на морях этого мира. Ни одно из них не пахнет так, как ваш освежитель. Это ложь в аэрозольном баллончике.
Варя невольно улыбнулась. Ей начинало нравиться это вынужденное партнёрство. По крайней мере, с Гадом было не скучно. Он шёл рядом с ней по проходу, с интересом разглядывая товары, и комментировал всё подряд с таким апломбом, будто был экскурсоводом в музее человеческой глупости.
– Жевательная резинка со вкусом арбуза, – зачитывал он надписи на упаковках. – Вы жуёте, но не глотаете? Иллюзия еды? Гениально. А это что? Суп в пакетике? Просто добавь воды? То есть вы даже еду готовить ленитесь? Я начинаю понимать, почему твоя аура такого отвратительного цвета. Ты питаешься химией.
– Во-первых, я питаюсь чем придётся, – Варя бросила в корзинку пачку печенья. – Во-вторых, ты тоже теперь в этом варишься. Привыкай.
– Я никогда к этому не привыкну, – отрезал он, брезливо отодвигая с дороги упаковку туалетной бумаги. – Это ниже моего достоинства.
– Твоё достоинство ехало в коляске ржавого мотоцикла, – напомнила она. – Так что советую слегка понизить планку ожиданий.
Гад хотел что-то возразить, но осёкся. Его золотые глаза сузились, и он посмотрел куда-то в конец прохода.
– Что там? – спросила Варя, проследив за его взглядом.
– Ничего, – медленно произнёс он. – Просто странное чувство. Как будто где-то рядом концентрация дурных намерений.
– В супермаркете в полночь? – она усмехнулась. – Тут максимум концентрация просроченного йогурта.
Они подошли к отделу с выпечкой. За стеклянной витриной красовались торты на любой вкус: бисквитные, творожные, шоколадные, с фруктами и без. Варя прилипла к стеклу, разглядывая это великолепие. Её желудок жалобно заурчал.
– Смотри! – она ткнула пальцем в небольшой круглый торт, украшенный шоколадной глазурью и кремовыми розами. – «Прага». Классика.
– «Прага», – повторил Гад, пробуя слово на вкус. – Вы называете еду в честь городов? Что дальше? Пирожное «Освенцим»?
Варя поперхнулась воздухом.
– Это уже совсем не смешно, – прошипела она.
– А я не шучу, – он пожал плечами. – Я просто пытаюсь понять вашу логику.
– Логика простая: это вкусно. Всё.
Она уже потянулась к дверце витрины, чтобы взять заветный торт, когда услышала это. Звук, от которого кровь стынет в жилах, а все инстинкты кричат «беги». Но, будучи Варей, она, конечно, не побежала. Она замерла.
– Всем стоять! Это ограбление!
Голос раздался откуда-то со стороны касс. Варя медленно, очень медленно обернулась. В проходе, метрах в пятнадцати от неё, стоял мужчина в чёрной маске и с пистолетом в руке. Пистолет был направлен на кассиршу – молодую девушку с косичками, которая сейчас выглядела так, будто вот-вот упадёт в обморок.
– Деньги из кассы! Живо! – рявкнул грабитель, размахивая пистолетом. – И не вздумай нажимать тревожную кнопку!
Варя перевела взгляд на Гада. Демон стоял, прислонившись к витрине с творожными сырками, и смотрел на сцену с выражением лёгкой брезгливости. Как будто перед ним развернулась не вооружённое ограбление, а неудачное уличное представление.
– Сделай что-нибудь, – прошептала Варя.
– Я? – он вскинул бровь. – С какой стати? Это ваши человеческие разборки.
– Ты – демон удачи! Сделай так, чтобы нам повезло!
– Тебе повезло, Варвара? – он чуть склонил голову набок. – Ты хочешь, чтобы я вмешался?
– Я хочу, чтобы этот псих никого не убил! И желательно, чтобы мой торт не пострадал!
Гад тяжело вздохнул. Так вздыхает учитель, которому в сотый раз приходится объяснять таблицу умножения.
– Хорошо, – произнёс он. – Но запомни: ты сама попросила.
Он поднял руку. Его длинные пальцы, унизанные массивными перстнями с тёмными камнями, сложились в замысловатый жест. Губы шевельнулись, произнося беззвучное слово. Варя физически ощутила, как воздух вокруг них сгустился, стал плотным и вязким, как кисель. А потом время словно дёрнулось и понеслось вперёд с утроенной скоростью.
Грабитель, который до этого стоял у кассы и требовал деньги, вдруг пошатнулся. Его нога, обутая в дешёвый кроссовок, поехала по кафельному полу, на котором неизвестно откуда взялась лужа пролитого кем-то йогурта. Он взмахнул руками, пытаясь удержать равновесие, и сделал несколько неуклюжих шагов назад. Прямо в стоявшее у стены ведро со шваброй.
Швабра, предательски подпрыгнув, ударила его черенком точно в лоб. Раздался глухой стук. Пистолет вылетел из рук грабителя, описал в воздухе замысловатую траекторию и приземлился точнёхонько в мусорную корзину, где скрылся среди скомканных чеков и пустых упаковок.
Сам же грабитель, по инерции пролетев ещё пару метров, врезался головой в стеллаж с консервами. Банки с зелёным горошком и кукурузой посыпались на него градом, создавая аккомпанемент, достойный симфонического оркестра абсурда. Последняя, особо крупная банка с ананасами, приземлилась ему точно на макушку. Грабитель обмяк и сполз на пол, окружённый консервами.
В супермаркете повисла тишина. Кассирша, охранник и пара случайных покупателей застыли с открытыми ртами. А затем, словно в замедленной съёмке, из кармана грабителя выпал его собственный мобильный телефон, ударился об пол, и на экране сам собой набрался номер «112».
– Алло, полиция? – раздался из динамика искажённый помехами голос. – Служба спасения слушает...
Охранник, пожилой мужчина с одышкой, медленно подошёл к лежащему грабителю, потыкал его дубинкой и на всякий случай придавил сверху упаковкой подгузников.
Варя выдохнула. Она только сейчас поняла, что всё это время не дышала.
– Это... это было... – она не могла подобрать слов. – Ты видел? Он поскользнулся на йогурте! На йогурте, Гад!
Демон лениво отлепился от витрины. На его губах играла лёгкая, самодовольная улыбка.
– Разумеется, я видел. Это я сделал так, чтобы он поскользнулся. Точнее, я слегка изменил вероятность. Йогурт был пролит кем-то ещё сорок минут назад. Швабра стояла там с прошлой смены. Консервы были плохо уложены. Я лишь свёл все эти факторы воедино. В нужное время и в нужном месте.
– Так это ты его?..
– Ну разумеется, я! – Гад закатил глаза. – Неужели ты думаешь, что такое стечение обстоятельств возможно в естественной среде? Это же чистой воды удача. Твоя удача.
Варя почувствовала, как внутри что-то теплеет. Не просто тепло от осознания, что она осталась жива. А что-то другое. Какое-то странное, лёгкое, почти эйфорическое чувство. Она посмотрела на свои руки. Они дрожали, но не от страха, а от радости?
– Что это? – тихо спросила она.
– Это удача, – ответил Гад, и его голос прозвучал чуть мягче, чем обычно. – Ты впервые в жизни почувствовала её вкус. Поздравляю.
– И что теперь?
– А теперь, – он прикрыл глаза на мгновение, и Варя заметила, как по его телу пробежала едва заметная дрожь, – я получаю свою долю. Подпитку. Это как... глоток воды после долгой засухи. Очень маленький глоток. Но всё же.
Он открыл глаза, и в их золотой глубине мелькнуло удовлетворение. Но длилось это всего секунду.
– Однако, – продолжил он уже своим обычным, саркастичным тоном, – не обольщайся. У любой удачи есть обратная сторона.
– В смысле?
– Баланс, Варвара. Я говорил тебе о балансе. Удача для тебя – это всегда чьё-то невезение. Ты получила свой счастливый финал. Ограбление предотвращено, все целы. А теперь посмотрим, кто заплатил за это.
Глава 4. Расплата за удачу
Глава 4. Расплата за удачу
Он кивнул в сторону выхода. Варя перевела взгляд и увидела, как через автоматические двери в супермаркет вбегают полицейские. Двое. Один – молодой, подтянутый, с горящими глазами, сразу бросился к грабителю. А второй, постарше, с уставшим лицом и седыми висками, замешкался у входа...
...и в этот момент автоматическая дверь, обычно работающая безупречно, вдруг решила закрыться прямо перед его носом. Створка с силой ударила полицейского по голове. Тот охнул, пошатнулся и рухнул на пол, обливаясь кровью из рассечённой брови. Его напарник бросился к нему, крича в рацию: «Офицера ранило! Срочно нужна скорая!»
Варя застыла, глядя на эту сцену. Молодой полицейский суетился вокруг раненого коллеги, а тот, лёжа на кафеле, тихо матерился и прижимал к лицу пропитанную кровью салфетку.
– Вот, – тихо сказал Гад. – Видишь? Тот молодой, что сейчас оказывает помощь, – он метит на место начальника отдела. У него хорошие показатели, но не хватало выслуги лет и одного громкого дела. Сегодня он получил и то, и другое. Ограбление предотвращено, преступник обезврежен, напарник выбыл из строя. Через месяц он получит повышение. А этот, седой, проведёт две недели в больнице с сотрясением мозга и шрамами на лице. Его место займёт конкурент. Его жена будет плакать ночами. А его дочь не поедет в летний лагерь, потому что денег на лечение уйдёт больше, чем планировали.
Варя слушала, и её недавняя эйфория медленно превращалась в холодный, липкий ужас.
– То есть... – она сглотнула, – это из-за меня? Из-за моей удачи?
– Из-за нашей удачи, – поправил Гад. – Это был наш первый совместный проект. И да, цена – чьё-то несчастье. Такова природа магии, которой я управляю. Я – демон удачи, Варвара, не ангел-хранитель. Я не творю добро. Я перераспределяю вероятности. И всегда, всегда кто-то платит по счетам.
– Но... – она смотрела, как санитары укладывают раненого полицейского на носилки. – Это же нечестно. Он же ничего не сделал.
– А что ты сделала, чтобы заслужить своё невезение? – тихо спросил Гад. – Ты родилась в пятницу тринадцатого в тринадцать тринадцать. Ты не выбирала это. И тот полицейский не выбирал. Но это случилось. С ним. Сейчас.
Он помолчал.
– Мир несправедлив, Варя. Я – лишь инструмент этой несправедливости. И теперь, ты тоже часть этого механизма. Добро пожаловать в реальность.
Они стояли в тишине, глядя, как полицейские завершают работу. Арестованного грабителя, всё ещё в окружении консервных банок, подняли и повели к выходу. Молодой полицейский, сияя, принимал поздравления от охранника. Его раненого коллегу увозила скорая.
– Я не хочу такой удачи, – наконец произнесла Варя.
– У тебя нет выбора, – ответил Гад. – Я привязан к тебе. Пока ты не познаешь удачу, настоящую, полную и безоговорочную, я буду рядом. И каждый раз, когда мы будем что-то менять к лучшему для тебя, кто-то другой будет получать по голове дверью. В прямом или переносном смысле.
– А если я откажусь? Откажусь от удачи? Буду продолжать жить как раньше – неудачницей?
– Тогда я умру, – просто сказал он. – Без подпитки я исчезну. Растворюсь. Вернусь в Бездну, но уже не как демон, а как безымянная тень. Вечность забвения. Не самая приятная перспектива, знаешь ли.
Варя посмотрела на него. На его прекрасное, высокомерное лицо, на золотые глаза, в которых сейчас, в глубине, пряталась тень страха. Демон боялся. Боялся исчезнуть. И от этого он вдруг показался ей не могущественным существом, а почти человеком.
– Чёрт, – прошептала она. – И что нам делать?
– Нам? – он вскинул бровь. – Ты уже говоришь «нам»? Прогресс.
– Не уходи от ответа.
– Есть один вариант, – медленно произнёс Гад. – Удача не обязательно должна быть большой. Она может быть маленькой. Точечной. С минимальными побочными эффектами. Если мы будем осторожны. Если ты будешь слушаться меня. Мы сможем подпитывать меня понемногу, не причиняя особого вреда окружающим.
– Это как диета на удачу?
– Вроде того, – он усмехнулся. – Малокалорийная демоническая диета. Звучит унизительно, но выбирать не приходится.
Варя глубоко вздохнула. Ей всё это очень не нравилось. Но выбора, похоже, действительно не было.
– Ладно, – сказала она. – Будем соблюдать диету. Но у меня есть одно условие.
– Я весь во внимании.
– Мы не будем намеренно причинять вред невинным людям. Если есть шанс избежать жертв – мы его используем. Если есть выбор между плохим и очень плохим – мы выбираем меньшее из зол. Договорились?
Гад посмотрел на неё долгим, изучающим взглядом.
– Ты странная смертная, – наконец произнёс он. – Большинство людей на твоём месте уже давно попытались бы использовать меня для обогащения или мести. А ты требуешь этики.
– Я не большинство, – парировала она. – Я – Варя. И у меня, знаешь ли, есть свои принципы.
– Принципы у ходячей катастрофы, – хмыкнул он. – Занятно. Но... договорились. Я постараюсь минимизировать ущерб.
– «Постараюсь» – это не то же самое, что «сделаю», – заметила она.
– А «сделаю» – не всегда возможно с демоном удачи, – отрезал он. – Но я обещаю прикладывать усилия. Это всё, что я могу предложить.
Варя кивнула. Сойдёт. По крайней мере, пока. Она повернулась к витрине с тортами. Её «Прага» всё ещё стояла на месте, не пострадав в хаосе ограбления.
– Знаешь что? – она открыла дверцу и достала торт. – Я всё ещё хочу его съесть.
– После всего, что случилось? – удивился Гад.
– Именно поэтому, – она поставила торт в корзинку. – Мой день рождения. Мои правила. Ты со мной?
Гад помедлил секунду, а затем его рот дрогнул в улыбке.
– Куда я денусь, – сказал он. – Я привязан к тебе, забыла?
– Вот и отлично. Тогда пошли на кассу. Надеюсь, она ещё работает после всего этого.
Она развернулась и направилась к кассам, где всё ещё суетились люди. У выхода стояла заплаканная кассирша, которую утешал охранник.
– Прошу прощения, – Варя поставила корзинку на ленту. – У вас можно ещё расплатиться?
Кассирша посмотрела на неё красными от слёз глазами.
– Вы что, всё это время были здесь? Во время.
– Ну да, – Варя пожала плечами. – А что?
– И вы... вы не испугались?
– Почему же, испугалась, – честно ответила она. – Но у меня день рождения, а торт ещё не куплен. Сами понимаете.
Кассирша пару раз моргнула, переваривая эту информацию, а затем её губы дрогнули в истерическом смешке.
– С днём рождения, что ли, – пробормотала она, пробивая торт. – Двести сорок рублей. И... возьмите бенгальские огни. У нас акция.
Она протянула Варе упаковку бенгальских огней.
– Спасибо, – Варя взяла свечи и улыбнулась. – Вы не представляете, как это сейчас кстати.
Через пять минут они вышли из супермаркета. Ночной воздух приятно охлаждал разгорячённое лицо. На парковке стояли две полицейские машины и скорая, но основная суета уже улеглась. Гад нёс пакет с тортом, всем своим видом выражая крайнюю степень неодобрения.
– Я не понимаю, – проворчал он, – почему я должен таскать покупки? Я – демон, а не носильщик.
– Потому что ты теперь живёшь за мой счёт, – напомнила Варя. – И будешь есть мой торт.
– Демоны не нуждаются в смертной пище.
– А ты попробуй. Вдруг понравится.
Она подошла к мотоциклу, который сиротливо стоял в углу парковки, и остановилась. На сиденье «Урала» лежал какой-то свёрток.
– Это ещё что? – нахмурилась она.
Гад подошёл ближе. Его глаза сузились.
– Не прикасайся, – тихо сказал он.
– Почему?
– Потому что от этого свёртка несёт очень, очень дурными намерениями, – он осторожно, двумя пальцами, поднял свёрток. Это оказался конверт из плотной чёрной бумаги, запечатанный сургучной печатью с изображением змеи, кусающей собственный хвост.
– Что это? – прошептала Варя.
Гад сломал печать и достал из конверта лист пергамента, исписанный алыми чернилами. Его лицо, пока он читал, становилось всё мрачнее.
– Поздравительная открытка, – процедил он. – От старого знакомого.
– От кого?
– От того, кто когда-то низверг меня в Бездну, – он смял пергамент в кулаке, и тот вспыхнул чёрным пламенем, рассыпаясь пеплом. – Баал-Зебуб, владыка Разрушения. Он знает, что я здесь. И он... недоволен.
Варя почувствовала, как внутри снова холодеет.
– Это плохо?
– Это катастрофа, – ответил Гад. – Но не настолько срочная, чтобы отказываться от торта. Садись за руль. Поехали отсюда.
