Текст книги "Борьба за любовь (СИ)"

Автор книги: Сандра Лав

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц)

Глава 21

Pov. Логан

Откинул очередную пустую бутылку с горячительным, и она с глухим звоном разбилась о стену. Но и он не берет меня. Криво усмехнулся, эта жалкая попытка заглушить боль. Её глаза стояли перед глазами, яркие, полные слёз и страха, не исчезали ни на секунду, даже когда я пытался захлебнуться в забытьи.

С размахом откинул стол, который с грохотом перевернулся, посуда, стоявшая на нём, полетела вниз с треском. Думал забыться в алкоголе, утонуть в нём, но куда там. Не выходит. Боль в груди не притупляется, режет, словно осколками. Урод, какой же я урод, что сказал ей такие слова, что требовал от неё.

Это же моя Серена, моя нежная девочка, которая может сломаться от одного грубого слова, от одного неверного движения. Зарылся руками в свои волосы, оттягивая их, словно пытаясь вырвать из себя эту боль, эту тоску. Дурак, какой же я идиот.

Тогда уехал, когда она выскользнула из моих объятий, но так тянуло обратно, каждая клеточка тела рвалась к ней. Думал, что развернусь, что не смогу уехать, но сдержался, заставил себя отдалиться. Не достоин находиться рядом с ней после таких слов, после этой моей ярости. Она прощение попросила, а я, ослеплённый злостью, игнорировал.

Игнорировал,ведь боюсь, что вновь ударит по мне, что не выдержу. Не выдержу. Усмехнулся, когда ты Логан стал таким,

Как же тяжело. Тяжело дышать, тяжело думать, тяжело существовать, когда каждая мысль о ней.

Вся ночь до сих пор перед глазами. Какая она была, моя, моя. Нежная, хрупкая, смущенная. Но при этом она тянулась ко мне. Глаза в глаза. Видел всё тогда. Её любовь, знаю же, что любит. Чувствую всей душой. Но оскорбил, как же я её оскорбил.

Вся злость на себя на то, что не дал и шанса. Должен был, обязан был. Вздохнул.

– Пьёшь опять?– голос Хьюго не заставил себя долго ждать. Он стоял в дверном проёме, его взгляд был полон укоризны, но я не обращал внимания.

– Забыть, мне нужно её забыть – твердил я себе, снова и снова. Но не могу. Как я забуду её, если она моя? Если её запах до сих пор преследует меня, если её прикосновения жгут кожу?

Если всю ночь тогда она отдавалась мне, каждую минуту, каждый вздох. Всю ночь жалась ко мне, ища тепла, ища защиты в моих руках. Она была такая искренняя, такая обнажённая душой, настоящая, моя. Моя, до мозга костей, до последнего вздоха.

Выкинь её из головы, кричал внутренний голос, но он звучал так слабо, так обречённо. Она выкинула моё кольцо, символ нашей связи, символ моей клятвы, выбросила, как ненужный хлам. Зато его кольцо носит, гордо, напоказ. Она молчала тогда, когда просто могла открыться, могла объяснить. Что ещё ты хочешь от неё? Что ещё нужно, чтобы эта боль утихла? Не утихнет, ведь люблю её, но сделал ей больно сделал. Кто я после этого.

– Ты помнишь, что сегодня за ночь?– прошипел он, оскалился, закрывая глаза. Особая ночь для волков, ночь, когда мы бежим к своим истинным, чтобы соединиться с ними, чтобы любить в этот день, любить и навсегда быть вместе. Моя метка жгла запястье, напоминая о ней. Эта ночь, где она должна принадлежать мне по поверию. И душой и телом, истинные соединяются и после всего всегда вместе. Эту ночь чтут, эту ночь почитают? О ней рассказывают. Каждый волк в эту ночь становится сильнее, и каждый волк рвётся к своей истинной. Чтобы показать ей свою любовь.

– Я выдержу, – сказал я Хьюго, вставая, и уже хотел выйти, когда его следующие слова ударили по мне с такой силой, что я еле выдержал. Мир вокруг поплыл, а потом сузился до одной точки боли.

– Думаю ты должен знать. Она замуж сегодня выходит, Логан. Мои кулаки сжались до побелевших костяшек, глаза закрылись, и это слово, «замуж», билось в голове.

– Вальтер написал, что готовят пиршество, – продолжал он, и эти слова вышибли весь воздух из лёгких. Я еле держался на ногах, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Замуж. Сегодня она станет его женой. Его, а не моей.

– Где? – вырвалось из моей груди одно слово, но это был не вопрос, а рык, пронесшийся по всему дому, заставивший даже Хьюго вздрогнуть.

– Недалеко, до Верховной они не доехали, не знаю, что случилось, но свадьбу быстро организовали. Мои руки сжимались, представляя эту картину: её, в белом, рядом с ним, с тем, кто посмел прикоснуться к моей Серене. Это было невыносимо.

– Собирай войско, брат, мы едем на свадьбу! – грозно прорычал я, только представив это, и в моём голосе слышалась сталь.

– Ты подумай головой, Логан, сегодня ты её вряд ли оставишь, – Хьюго попытался образумить меня, но его слова лишь разожгли пламя ещё сильнее. Я горько усмехнулся, оскалившись, в моих глазах читалось безумие.

– Закончим там. Привяжите меня цепями, чтобы и не думал порываться к ней. Ясно? – я развернулся, смерив его взглядом, который не терпел возражений. Он усмехнулся, качая головой, его взгляд был смесью беспокойства и восхищения.

Зачем тебе это? Помнится, ты прогнал её, – напомнил он.

– Хочу искупить свою вину перед ней – сказал я ему, и в моих словах была не ложь, а правда. Натягивая на себя доспехи, я чувствовал, как каждая пряжка словно запирает внутри меня зверя, который вот-вот вырвется наружу. Я не просто хотел искупить вину. Я хотел забрать своё. Моё. И мне было плевать, какую цену придётся заплатить.

Грозно восседая на лошади, мы приближались, чем ближе, тем мой рык был сильнее. Что я буду делать после, что будет потом с нами. Простит ли она меня, или же нет. Поэтому я должен сделать всё, чтобы спасти её отсюда, чтобы вытащить. Она не выдержит, не сможет справиться. Моя Серенка, сглотнул, закрывая глаза.

– Зачем согласилась выйти за него замуж, зачем, что тебя заставило девочка моя, шептал я, сжимая в руках её цепочку. Намотал на кулак, целуя.

Зима, холодало, но было плевать. Я не отступлюсь.

– К бою, приказал своим волкам, когда показался замок. Они ринулись вперёд, убирая охрану. Началась заварушка, я же должен найти её, должен. Усмехнулся, представив её реакцию.

Крики, вопли, всё это было позади меня.

– Прикроешь, спросил у брата, Хьюго кивнул, усмехаясь.

– Забери её уже, надоел со своей хмурой рожей, усмехнулся, отстреливаясь стрелами в врагов. Они не ожидали, были застигнуты врасплох.

– И я тебя люблю брат, с этими словами пробирался по замку, принюхиваясь, её запах усилился. Сглотнул, сжимая сильнее лук со стрелами.

Дверь, поворот, и нашёл. Около комнаты стояли двое охранников. Но даже они мне не помешали, ничто не остановит меня перед моей целью.

Вырубил их не стоило ничего. Буквально выбил дверь, которая с треском слетела с петель, и моё дыхание остановилось. Служанки, которые порхали над Сереной вскрикнули. Мой взгляд, дикий и голодный, был прикован только к ней. К моей Серене.

Серена вскочила, её глаза, полные удивления и чистого страха, уставились прямо на меня. В них были слёзы, невысказанная обида и такая глубокая боль, что я почувствовал, как что-то внутри меня сжимается. Я сглотнул, мой взгляд скользил по ней: она была в белом платье, расшитом жемчугом, волосы завиты и распущены по плечам, а на голове – фата, почти прозрачная, но такая символичная. Мы продолжали смотреть друг на друга, не в силах оторваться, и в этот момент весь мир вокруг замер, существовали только мы двое, и безмолвный вопрос в её глазах.

Глава 22

Pov. Логан

– Вон пошли, крикнул в сторону служанок, не отрывая взгляда от Серены. Между нами повисло напряжение. Сглотнул, стоило осмотреть её.

– Замуж собралась? Забыла чей изначально должна быть невестой – не мог не задеть её этими словами, и каждое из них было пропитанно моей собственной болью и злостью. Я продолжал стоять на месте, широко расставив ноги, словно врос в пол, и даже адские крики, доносившиеся с улицы, лязг стали и стоны раненых не могли отвлечь меня от её лица.

Я изучал её, каждую черточку, каждое подрагивание мышц,словно пытаясь понять о чем она думает. Она сжала ладони в тугие кулаки, ногти впивались в кожу, и смотрела на меня с таким вызовом, что сердце моё сжалось, а затем вспыхнуло новой яростью.

– Тебе какая разница, волк?!– её голос был низким, дрожащим от ярости . Я усмехнулся, горько, почти безумно, и одним широким шагом преодолел между нами расстояние. Она же стояла на месте, вжавшись в себя, маленькая, но такая непокорная, моя Серенка. Моя, и это слово билось в висках, перекрывая всё.

– А вот есть, представь – прохрипел я, голос сорвался на шёпот, полный мрачного триумфа, и с этими словами, не давая ей опомниться, закинул её на плечо. Её тело было лёгким и податливым, и я почувствовал её удивлённый, надломленный крик, который тут же утонул в лязге боя.

– Отпусти меня! Уходи!– она била по моей спине кулаками, её удары были слабыми, я лишь смеялся от этого. В груди всё горело, но это была не боль, а дикая, неукротимая радость. Меня было уже не остановить. Я нашёл её, и в этот момент больше мне ничего не нужно было. Мир мог гореть, но она была здесь, в моих руках.

– Отпусти, Логан! Спусти меня!– её голос над моим ухом прерывался от слёз, но я молчал, лишь сильнее сжимая её, чувствуя её дрожь. Моя рука скользнула по её ягодице, и она вздрогнула, перестала брыкаться, застыла на мгновение. Выйдя на улицу, где драка продолжалась с новой силой, я остановился. Не мог я так это оставить.

Спустил её на землю, но не выпустил из рук. В её глазах, распахнутых и мокрых от слёз, была целая буря эмоций: боль, страх, искорка надежды, которую она так тщетно пыталась скрыть. Я натянул стрелу в лук, который висел на моём плече, и с лёгким щелчком пальцем коснулся её носа.

– Спрячься! – грозно прорычал я, мой голос был низким и утробным, приказывая ей одним звуком подчиниться. Сам же, прикрывая её, стал отбиваться от наседающих врагов. Она продолжала смотреть на меня, её взгляд был полон такого неподдельного удивления, что я едва сдержался, чтобы не схватить её и не унести прочь.

Она сглотнула, испуганно обнимая себя за плечи. Стянул с себя плащ, накидывая его на неё. Она утонула в нём, с болью смотря мне в глаза.

– Зачем ты приехал, прошептала. Уезжай, оставь меня снова, скривился от её слов, сжав её плечи.

– За тобой приехал ясно, она поджимала губы, отрицательно качая головой. Слеза скатилась по её щеке.

– Зачем, шепнула так обречённо. Разве не всё ты решил, зачем делаешь мне больно вновь, говорила она, коснулся ее лба в поцелуе, сжимая в своих руках. Проигнорировал ее слова, понимаю, что ей больно, но все объясню ей, но не сейчас, не сейчас.

​​​– Спрячься, только попробуй сбежать от меня, не выйдет Серенка, я тебя везде найду, подмигнул ей, продолжая обороняться.

Но она и не думала уходить, лишь сжимала мой плащ сильнее в своих руках.

– Я что тебе сказал?!– уже не рык, а громовой крик сорвался с моих губ, когда она не двинулась с места. Она дёрнулась, но вместо того, чтобы убежать, отрицательно покачала головой, и тут же удивила меня, показав свою истинную силу. В её руках, окружённых неземным светом, появился воздушный лук и такие же эфирные стрелы. Серена стала отбиваться, стреляя в ведунов с такой яростью и точностью, что я застыл на мгновение. Её магия была чистой, неистовой, и это удивило меня ещё больше, чем всё остальное. Я мгновенно присоединился к ней, прикрывая её спину, следя за каждым движением врага, чтобы ни одна стрела, ни одно заклинание не ранило её.

– Неужели запомнила все, чему я учил. – спросил я у неё, голос мой был хриплым от натуги и дикой смеси ярости и облегчения. Я знал ответ, конечно, знал, но так хотел услышать это от неё, признание. Когда я прижал её к своей груди, её тело было напряжено, она часто дышала, каждый вздох отдавался в моей груди. Её взгляд упорно избегал моего, она лишь покачала головой, отводя глаза, словно эта правда была слишком тяжёлой.

– Это не из-за тебя, ответила она, так упрямо, разозлило меня ещё больше. В голове вспыхнули воспоминания о тех днях, когда мы с ней дрались, когда я поймал её, когда она, словно дикий зверёныш, пыталась вырваться из моих рук.

– Наклонись! – резко шепнул я ей на ухо, впечатывая в неё свой приказ, и в тот же миг выпустил стрелу в стражника, который пытался обойти нас сзади. Стрела пронзила воздух с сухим свистом, и враг упал, не издав ни звука.

– Осторожно родная, не переживу, если с тобой что-то случиться – не унимался я, чувствуя, как злость смешивается с восхищением. Ее глаза округлились, когда она услышала это. Мы смотрели друг другу в глаза, люблю, люблю ее. А ее же застыли слезы. Пальцем провел по лицу, смахивая слезинку.

Мы двигались в каком-то безумном, смертоносном танце, ходили кругами, стреляя, отбиваясь, её воздушные стрелы свистели рядом с моими. Она дрожала, когда я прижимал её к груди, чтобы укрыть от очередного удара, но её дрожь была не от страха, а от истощения и невероятного напряжения. От того, что она чувствует, что со мной творится, когда она рядом со мной.

– Логан, осторожно! – шепнула она мне в самый критический момент, и в следующий миг её сила, чистая, отбросила тех, кто был сзади, отшвырнув их прочь. Но я видел, как эта вспышка далась ей нелегко. Она не могла долго колдовать, её энергия таяла на глазах. Моё сердце сжалось от беспокойства. Пошатываясь,она бы упала, но я успел поддержать её, вовремя схватив.

– Значит, мне придётся сделать для тебя лук – сказал я ей, не задумываясь, понимая, что её магические силы не бесконечны, а она нуждается в защите. Она вопросительно уставилась на меня, её глаза, такие широко распахнутые, её лицо нахмурилось, и слезы, уже не от страха, а от обиды, выступили на глазах.

–Мне ничего от тебя не нужно! – её слова кольнули меня так глубоко, что я тяжело дышал, пытаясь унять эту внутреннюю боль. Я встал напротив неё, наши взгляды сцепились в немом поединке.

– Запретить не сможешь – сказал я ей, и в моих словах была нерушимая воля. Она поджала губы. Но в этот момент Хьюго предстал перед нами в своём истинном образе – огромного, могучего волка. Джордана я не видел, хотя хотел уничтожить его раз и навсегда. Прячется трус.

– Будет подарком на день рождения, её глаза округлились пуще прежнего, она сглотнула, растерявшись.

– Ты помнишь, шепнула так обречённо, усмехнулся взяв её руку поцеловал, прижимая её к себе.

– Никогда не забывал цветочек, она пристально смотрит мне в глаза, я же убрал мешающую прядь волос с её лица.Погладил щеку, смахнул ее слезы, которые я так не хотел видеть.

– Вы в курсе, что идёт бой, отвлёк нас Хьюго. Или ты брат готов на неё сейчас же набросится, щеки моей ведьмы запылали, она быстро отвернулась, не мог скрыть усмешку. Вспоминая какая она была тогда со мной.

– Найдём подходящее время и для этого, Серена резко развернулась, с укором смотрят на меня.

– Ничего не будет, прошептала едва слышно.

– Будет, парировал я, она шмыгнула носом, опуская глаза.

– У тебя полно поклонниц, кто с радостью будет с тобой, удивился её смелости.

– Но я хочу лишь одну, сказал ей, она закрыла лицо руками, качая головой.

– Мне помнится, что ты ясно дал понять, где моё место, с обидой ответила она, со злостью смотря на меня. Я сжал лук. Казалось даже крики и бой не мешает нам, даже не слышал ничего только её одну видел перед собой. Она дрожит, но так смотрит на меня, пристально рассматривает.

– И это место рядом со мной, сказал ей шагнул в ее сторону. Ее плечи опустились. Послышались крики.

Ведуны и ведьмы наступали, я же не обращал внимание, смотрел только на нее.

Подошёл к ней, приподнимая за подбородок ее лицо. Она вздрогнула, очертил губу, где еще была рана от удара, она сглотнула, стоило мне это сделать.

– Я заберу тебя отсюда, тебе здесь не место, она удивленно смотрела на меня.

– Но, не дал ей сказать, а вместо этого быстро поцеловал ее в губы. Она даже опомнится не успела.

– Увези её! – приказал я брату, мой голос был твёрд, как сталь. Сам же, оттолкнув Серену в сторону Хьюго, продолжал отбиваться, чтобы прикрыть их отступление.

Её глаза, полные волнения, которое она даже не пыталась скрывать, нашли мои. В них было столько боли и тревоги за меня, что я сглотнул, чувствуя, как дикое желание прижать её к груди и больше никогда не отпускать захлёстывает меня.

– Времени нет, Логан, уходить надо! – прорычал Хьюго, и я скривился от боли, понимая, что он прав. Серена же продолжала стоять на месте, сжимая ладони, её тело напряжено, словно она пыталась сопротивляться.

– Я, что неясно сказал?!– крикнул на неё, и она вздрогнула, но не двинулась.

– А ты– её голос был едва слышен, и я усмехнулся, эта слабая, но такая нежная нотка заботы. Неужели она думает обо мне, о моей жизни, когда я был таким ублюдком?

– А что, жених уже не важен?– задел я её, не в силах сдержать свою злость, свою ревность, которая жгла меня изнутри. Я вскинул голову, ожидая реакции.

– Не твоё дело! – показала свои зубки она, её глаза сверкали.

– Моё – твёрдо произнёс я, наступая.

– Нет!– повторила она, и в её голосе была такая решимость, что я на секунду замер.

– Увези её! – сказал брату, не выдерживая. Хьюго лишь усмехнулся, понимая мою слабость к ней.

– Ты научил её стрелять?– спросил он, когда Хьюго, склонив голову, позволил ей сесть на свою могучую спину.

Наши глаза с Сереной встретились в последний раз, и в этот взгляд было вложено всё: наши прошлые обиды, невысказанные слова, и дикая, необъяснимая связь, которая тянула нас друг к другу. Наша любовь, которая так сильно ощущается. Сегодня нужно держаться, держаться, чтобы не порываться к ней. Любыми способами выдержу, но не уверен. Чувствую, что любит, чувствую это. Значит у нас все впереди.

– Да – сказал я, и она закрыла глаза, словно приняв это, а затем Хьюго резко рванул с места, унося её прочь от этого ада. Я обернулся в волка, чувствуя, как моя кожа разрывается, как кости перестраиваются, призывая остальных волков к отъезду. Мы выполнили свою миссию, и теперь надо было уйти. Теперь она со мной, со мной.

Глава 23

Pov. Серена

Слёзы жгли глаза, оставляя горячие дорожки на щеках, и я сильнее сжимала густую шерсть Хьюго, цепляясь за неё. Логан приехал. Приехал за мной. Зачем? Зачем, после тех слов, которые до сих пор жгли мне сердце, разрывая его на части?

Зачем забрал меня, если сам же оттолкнул, выкинул, словно ненужную вещь? Зачем? Я закрыла глаза, не в силах сдержать нахлынувшие слёзы, которые лились неудержимым потоком.

Обернулась, сквозь пелену слёз, волнуясь до дрожи, чтобы убедиться, что он бежит за нами, что его силуэт, превратившийся в огромного волка, не исчез в пыли.

«Моя», – услышала я в голове, и от этого голоса, такого глубокого, я вздрогнула. Удивление смешалось с тревогой. Его голос! Почему я его слышу его в своей голове. Нахмурилась, пытаясь осознать. Как мне теперь вести себя с ним? Что делать с этим вихрем чувств, что разрывал меня изнутри?

« Серена», – вновь его голос. Закрыла глаза, выравнивая дыхание.

Плащ Логана, который он накинул на меня, всё ещё согревал, пропитанный его запахом. Я принюхалась, глубоко, жадно втягивая воздух. Его запах такой родной, такой любимый, и от этого ещё больнее. Горькая, едва заметная улыбка появилась на лице. Глупый дурак. Обида была в груди, тяжёлым, колючим комком. Что он предложил мне тогда? Какую боль причинил? Это было так обидно, так жестоко. А теперь он ведёт себя так, словно ничего не произошло, словно его слова не разорвали меня на части. Как он может?!

Впереди показались дома, их силуэты проступали. Я сглотнула, и страх, ледяной и пронзительный, сжал моё сердце. Я не готова. Не готова оказаться с ним наедине. Ведь не выдержу, расплачусь от этой обиды, от этой ноющей боли, которая сидела глубоко внутри.

Когда он прогнал меня, всё остальное было как в тумане. Я не чувствовала ничего, мне было уже всё равно, что сделают со мной. Ведь самый главный человек, моя половинка, отказался от меня, выкинул, предал. Смахнув слёзы тыльной стороной ладони, нахмурилась, когда Хьюго резко остановился.

Спуститься самой было сложно, ноги казались ватными, но я молчала, не попросила помощи. Не хочу, чтобы он касался меня. Хватит. Эта любовь, эта связь – она не для нас. Не для нас. Но Логан был быстрее. Едва я попыталась соскользнуть с Хьюго, он ловко перехватил меня за талию, и в следующий миг я оказалась прижата к его груди. Он не спешил спускать меня, а так, в объятиях, понёс в дом, словно я была лёгким перышком. Его прикосновения были властными, но в них чувствовалась странная нежность, от которой по телу пробежала дрожь.

Отпрянула от него, стоило оказаться внутри, оказавшись снова на своих ногах. Сняла его плащ и крепко обняла себя за плечи, пытаясь согреться от пронизывающего холода. Чувствовала его пронзительный взгляд, который буравил меня, словно пытаясь прочесть каждую мысль. Зачем так смотрит? Зачем?

Он стал искать что-то в шкафу пока не подошёл ко мне.

– Переоденься, его властные слова, заставили взглянуть в его глаза. В них пылал огонь, такой сильный, мощный. Сам он часто дышал, смотря на меня. Его взгляд был горячим.

– Мне не нужны твои вещи, прошептала, я останусь в этом платье, сказала ему на свой страх и риск. Он сжал рубаху в своих руках, откинул её.

– В его платье хочешь ходить а, цветочек, вздрогнула от его прозвища, как давно я его не слышала.

– Может не стоило мне тебя забирать а, сделал шаг ко мне, сжала кулаки, ведь его слова были такие злые.

– Не стоило бы, сказала ему, он разозлился, зло усмехнулся, взъерошил свои волосы.

– Я тебя не звала, сказала ему, сжимая руки в кулаки. Логан разозлился ещё сильнее, ведь его глаза пылали. Уши покраснели, ведь я помню, чем тогда всё закончилось, закрыла глаза. Щеки горят, я вся из-за него горю.

– Помешал, хотела стать женой этому ведуну спросил со злобой в голосе. Скривилась от его слов, прошла до камина, согревая руки. Даже не думала, что так продрогла.

Как он может после всего говорить такое. Слезы застелили глаза, но я держусь, чтобы не показать их ему, чтобы не видел. И так унизил, растоптал моё сердце, которое без того слабо бьётся.

В его глазах вижу злость, угрозу, но и ещё кое-что, что не могу выдержать. Вижу его нежность.

​​​– Дикарь, сказала ему, видя как ухмылка затрагивает его лицо.

– Цветочек, ответил он, сделал шаг ко мне. Закрыла глаза, ну вот что он хочет, разве не видит моё состояние. Я и так еле держусь, чтобы не упасть перед ним, а он, он вновь играется. Внезапно прижал меня к своей груди, обнимая, так крепко и так сильно. Я вздрогнула, но не отталкивала.

– Злюсь, как же я злюсь на всю эту ситуацию, зато тебе здесь будет безопасно родная, я зажмурилась, отпрянула от него, отвернувшись. Закрыла лицо руками, чувствуя его за собой.

– Прости, что сейчас сказал, от его шепота пошли мурашки. Не должен был, сглотнула, повернувшись к нему.

– Не говори так, я бы никогда с ним не была бы, устало прошептала. Он долго всматривался в меня, я тоже, ведь не могу игнорировать, что люблю его и всегда буду любить, что он так дорог мне. Слезы появились на глазах, он заметил, ведь часто задышал. Сжимал свои руки, его взгляд, какой же взгляд.

– Не ищи меня, я сам приду, когда будет время, резко ответил, я сглотнула, прижимая ладони к груди.

– Теперь эта комната в твоём распоряжении, если нужна будет помощь тебе помогут, с этими словами он ушёл, оставив меня одну. Плечи опустилась, опять не смогли поговорить с ним.

Подняв с пола его рубашку, прижала к груди. Его комната, чувствую, что его. Растерянна, я не знаю, что делать, не знаю как быть теперь. Все так сложно. А родители, что будет с ними. Если их убьют. Могу ли я оставаться здесь.

Вдохнула, прижала его рубашку к груди. Мой. Мой.

Стала осматриваться. Его комната мужская, такая мужская. Столько луков у него, сглотнула проведя по столу. Его запах тут, такой приятный, такой родной. Мои глаза округлились стоило увидеть мою ленту, всё это время он хранил её у себя, это его дом. Почему мы приехали сюда. Что теперь будет с нами. Подошла к шкафу, его вещи, закрыла глаза вдыхая асе вещи, его запах его. Как же я скучала. Продолжала осматриваться, было интересно чем он жил, когда мы не были знакомы. На столе всё разбросано, да и заметила, что маленький столик лежит откинутой. Словно он его сам откинул в порыве злости.

Легла на кровать, прижимая его рубашку к себе, было больно и страшно, страшно от неизвестности.Как же мои родители, что будет с ними теперь.

Не помню, сколько пролежала так, пока не послышался скрип двери.

Осторожные шаги, заставили меня подняться. Милая бабушка, взглянула на меня с улыбкой, поставив поднос еды на столик.

– Вижу грустишь милая, слабо кивнула ей, смахивая свои слезы. Опустила плечи, сжимая его рубашку сильнее. Куда он пошёл, дома ли. Обидно, обидно, что до сих пор не слышит меня. Что взял и ушёл, хотя мог остаться, он же мне нужен.

– Кто вы бабушка, спросила я.

– Бабка Логана я, она усмехнулась, вижу ты ведьма, сильная ведьма, сказала мне.

– Кольцо чужое носишь, хотя истинный есть, ошарашила другим ответом. Сильнее сжала руки, пряча кольцо.

– Я старая, видала много всего. Волки только так ведьм разбирали, так и ты досталась одному из сильнейших. Дикий, не зря прозвали так. На сердце, как и у тебя не было спокойно, всё об истинной своей думал, сказала мне. Сжала руки, закрывая глаза. Зачем, зачем она всё это говорит, если ничего уже не изменить, если и так понятно, что вместе нам не быть. Зачем всп это.

– Боишься, вижу это. Но не стоит, я добрая, да и тебя повидать хотелось, сказала она мне, подходя. Покачала головой, смахнув слезы с лица.

– Не думал он обо мне бабушка, если бы думал, то не оставил бы, сказала ей. Она так по доброму улыбнулась, что на сердце стало немного легче. Похлопав по спине, села рядом со мной.

– Думал девка, ой как думал, сомнения душили его, но его вой был слышен даже здесь, сглотнула, удивлённо смотря на неё.

– Волки не могут быть вдали от своей истинной, он же делает всё наперекор, думает, что так правильно, хотя сердцем понимает, что нет.

– Он не любит меня, не простит, сказала ей, прижимая его рубашку к груди. Она лукаво усмехнулась, взяв мою руку.

– Не верь его словам, от боли так говорил. Обида глушила его, но он любит тебя девка, ой как любит, покачала она головой.

– Не сможет противиться он своим чувствам сегодня, пусть думает, что угодно, но свои чувства не обманешь. Не получится. Сегодня тем более не получится.

– Почему, почему не получится, спросила затаив дыхание. Она прищурилась, почесав подбородок.

– Сегодня особенная ночь Серена, раз в пятнадцать лет такое бывает. Ночь, где истинный может заявить право на свою любимую, на ту ради которой бьётся его сердце милая, сказала мне.

– Я не знала, отрицательно покачала головой. Логан не говорил мне об этом никогда, сказала ей.

– Конечно не скажет, ведь в этот день волки не могут себя контролировать милая. Всё рвутся к вам, к истинным своим, чтобы разделить эту ночь с ними, смутилась, качая головой.

– Мы не связаны с ним, он отрёкся от меня, сказала ей, поджимая губы.

– Связаны, взяла мою руку, потянув рукав, показывая узор. Метка истинности самое прямое доказательство милая. Нет ничего сильнее чем ваша связь, почему тогда ты чувствуешь боль, она не только твоя, но и его. Вы ощущаете эмоции друг друга. Чувствуете даже на расстоянии, сказала мне, смеясь.

– Что мне делать, он ушел я, я не знаю, как мне быть бабушка, она улыбнулась.

– Повезло моему внуку, вижу, что обижаешься, но думаешь о нём. Он уехал подальше отсюда, чтобы переждать эту ночь милая, я вопросительно уставилась на неё.

– Зачем, прошептала, сердце билось сильнее.

– Боится, что не выдержит, ведь ты здесь, рядом. Волк становится очень сильным в эту ночь,такой мощи ещё не было. А когда истинная, не знаю выдержит ли он, смутилась, закрывая глаза.

– Езжай к нему дочка, расскажи ему всё как есть, а дальше, дальше будь умней, приручи зверя к себе в этот день, сказала мне.

– Я пыталась ему рассказать, он даже не слушал меня, выгнал, сказала ей. Она вздохнула.

– Молодой, кровь кипит в нём очень сильно, альфа севера, усмехнулась, такие разные, но как вы дополняете друг друга. Если любит, то примет тебя, поймёт тебя, простит, а он любит, ты сама это знаешь, но боишься признаться после его слов, сглотнула ком в горле.

– Истинного найди своего, расскажи всё, он поймёт тебя. Покачала головой, закрывая глаза.

– Мне страшно, страшно, что я увижу в его глазах ненависть к себе,презрение этого я боюсь больше всего на свете. Не хочу ранить, моё сердце разбито, сказала ей, обнимая себя за плечи.

– Лучше один раз рассказать всё ему, чем потом жалеть всю жизнь Серена. Эта ночь самая сильная для истинных. Ты сама не сможешь быть безучастной. Сама захочешь к нему, ваши чувства лишь усилятся, да хватит ему сил сдержаться, сказала она.

– Как, как мне его найти, я не знаю, где он бабушка, сказала ей, сжав её руки.

– Такая светлая девочка ему попалась, моему внуку так повезло милая. Так ждали тебя, чтобы его укротить, она гладила меня по волосам. Недалеко отсюда он, дом есть охотничий, там он. Они с Хьюго шептались, думали, что не прознаю я. Мать узнаёт получать они. Только переодеться тебе нужно дочка, так только зверя разозлишь, он еле контролирует себя милая.

Сомнения душили, но увидеть его я хочу, хочу быть с ним, пора признаться ему. Даже, если он не поймёт, мне будет легче, что рассказала. Только страшно, как же страшно.