Текст книги "Букет невесты"

Автор книги: Салли Лионс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 9 страниц)

Джун подлила масла в огонь.

– Вижу, что прогневала вас, ваше высочество!

– У тебя есть полное право высказывать свое мнение – пусть даже ошибочное.

– Если ты не возражаешь, я, пожалуй, поужинаю в номере…

– Столик уже заказан.

Он взял ее за руку, чуть повыше локтя, и снова удивился, как в Джун уживаются податливость и упрямство.

– Ну да! Еще одно протокольное мероприятие.

Джун не скрывала раздражения, и Алекс решил поменять тему, чтобы окончательно не испортить вечер.

– Расскажи мне, где еще ты была сегодня. К сожалению, у меня на достопримечательности вечно не хватает времени.

Взяв под руку, Алекс вывел ее в коридор и закрыл дверь.

– Ходила в Музей современного искусства, – уже мирным тоном ответила она. – Ездила в Рыбачью пристань.

– А еще куда? – Приобняв за талию, Алекс направил Джун к лифтам.

– Неужели тебе интересно? – спросила она и состроила премилую гримаску.

Губы у нее приоткрылись, и нижняя выдвинулась чуть вперед – словно приглашая поцеловать… Потеряв самообладание, Алекс порывисто развернул Джун лицом к себе и поцеловал, вложив в поцелуй всю свою страсть и отчаяние. Он понимал, что ведет себя безрассудно, и знал, что это ни к чему не приведет, но желал эту женщину до исступления.

– Позвольте пройти, – раздался у него за спиной незнакомый голос.

Они загородили узкий коридор, и седовласый джентльмен тактично кашлянул, а его пожилая спутница сделала вид, будто не замечает следов губной помады на лице принца.

– Прошу прощения, – буркнул Алекс, отступая к стене и не выпуская Джун из объятий.

Лукаво улыбнувшись, она коснулась его рта кончиками пальцев и заметила:

– Ты весь в помаде. Может, вернемся в номер и приведем себя в порядок?

– К несчастью, я непременно должен быть на этом ужине. – Достав из кармана носовой платок, Алекс вытер губы.

– А разве я предлагаю отменить ужин? – спросила она подозрительно сладким тоном.

– Мне нравится, когда у тебя не накрашены губы. Они у тебя и так яркие. – Сложив платок на чистую сторону, он вытер и губы Джун.

– Признавайся! – с вызовом потребовала она.

– В чем? – удивился Алекс.

– В том, что это был самый лучший поцелуй в твоей жизни. И вот еще что. Думаю, теперь ты и сам справишься с потенциальными принцессами. Я устала от этой… игры.

– Значит, хочешь вернуться домой без интервью?

– И не мечтайте, ваше высочество! Вы дали мне слово.

– Вот как? И ты, смею напомнить, тоже! – Он уперся руками в стену, захватив Джун в плен. – А теперь надумала играть со мной в кошки-мышки? Ну-ка, признавайся, что тебе на самом деле от меня нужно?

Но он не дал ей ответить – не захотел в очередной раз слушать про ее преданность делу и карьерные устремления, а снова поцеловал. На этот раз почти грубо, словно в отместку за ее отказ, который сводил его с ума.

– Нам пора, – сказал Алекс, с сожалением отрываясь от губ Джун.

– Я тебя не задерживаю!

Она вырвалась из его рук и зашагала к лифту, сердито постукивая каблуками, а он все не мог оторвать глаз от ее ног в разрезе платья и волнующего изгиба бедер…

Прибыл лифт, и Алекс, тяжко вздохнув, присоединился к Джун. Да, вечер явно не заладился..

За окном моросил дождь. Джун смотрела, как капли бегут по стеклу, и, выбрав две, загадывала, которая из них первой достигнет нижней перекладины рамы. Проиграв три раза подряд, она горько усмехнулась и окончательно записала себя в неудачницы.

Она совершенно запуталась. Порой ей казалось, что она знает про Алекса все – хоть книгу пиши, но в то же время во многом он до сих пор оставался для нее тайной за семью печатями. Почему он смотрит на нее так, что она тает, как мороженое на пляже? Зачем то распаляет ласками, то вдруг становится холодным и неприступным? Господи, и зачем только он втянул ее в эту авантюру?!

– Ничего себе «втянул»! – Джун усмехнулась, не в силах погрешить против истины. – Да я с радостью согласилась… Лишь бы быть с ним рядом.

Чтобы отвлечься от тяжелых мыслей и убить время, она принялась листать журналы. До начала уличного фестиваля «Дикий Запад» оставалась уйма времени. В дверь постучали.

– Извините, мисс Томпсон, но я неверно вас информировал. – Антуан чуть заметно склонил голову. – Принц пожелал быть на празднике в соответствующем костюме. Так что и вам надлежит одеться сообразно случаю.

– Нет проблем! Джинсы у меня найдутся.

– Прошу прощения, мисс, но даме, – он выдержал паузу, – не пристало быть в брюках. Я обо всем договорился. Вас ждут в магазине одежды в вестибюле. Полагаю, там же вы подберете себе обувь, шляпу и прочее. Если пожелаете, составлю вам компанию.

– Спасибо, Антуан, но в этом нет необходимости. У вас и так масса обязанностей.

– Вы очень любезны, мисс. Счет выпишите на свой номер. Принц выразил уверенность, что вы подберете себе отличный костюм э-э-э… коровьей пастушки.

– Вы хотите сказать, ковбойский костюм? Не беспокойтесь, Антуан, все будет о'кей.

– О'кей, – повторил Антуан иностранное слово, словно пробуя на вкус, и по его лицу скользнула тень неодобрения. – Если я вам понадоблюсь, мисс, звоните мне в номер, – добавил он, откланялся и с достоинством удалился.

Через пару минут Джун уже спускалась на лифте в вестибюль. Как и все представительницы слабого пола, она любила ходить по магазинам. Правда, до недавнего времени в гостиничных лавках она по большей части глазела: в одной из них за пачку жвачки заломили такую цену, что потом было жалко выплевывать резинку. Однако перечить Антуану она не рискнула: раз Алексу вечером нужна «коровья пастушка» – он ее получит.

Увидев Джун, продавщица в лавке ковбойской одежды расплылась в улыбке и с воодушевлением затрещала:

– Вы невеста принца Алекса? Я сразу вас узнала. Его камердинер предупредил, что вы зайдете. А что конкретно вас интересует, мисс? У нас отличный выбор одежды и аксессуаров.

Вот оно, бремя славы! – сокрушалась про себя Джун. А я-то размечталась: думала, убью час-другой в лавке, выбирая наряд на вечер…

Тем временем продавщица развила бурную деятельность: притащила в примерочную вороха джинсовых платьев, юбок, ковбоек, жилеток и Бог знает чего еще в ковбойском стиле. Девица источала любезность, однако это не мешало ей вламываться в кабинку с очередной порцией одежды, нимало не смущаясь тем, что клиентка едва одета. Джун чувствовала себя музейным экспонатом – рассматривают чуть ли не в увеличительное стекло, да еще и руками норовят потрогать! А потом примутся смаковать подробности: узрят какой-нибудь прыщик – вот и будет о чем почесать с подружками языки за чашечкой кофе… Впрочем, кто знает, как бы она сама повела себя, окажись на месте продавщицы? Может, Алекс прав в своем неприятии журналистской братии. Людям нравится читать про изъяны и слабости известных личностей. Наверное, от осознания, что богатые и знаменитые тоже плачут, обывателям легче мириться с обыденностью собственной жизни. И все-таки, нравственно ли копаться в личной жизни «звезд» в поисках их недостатков? Как же расценивать работу репортера – как социальный заказ или как недопустимое вмешательство в личную жизнь?

Чем больше Джун об этом размышляла, тем очевиднее ей становилось: Алекс прав. Неудивительно, что ее профессиональный интерес к его особе претит ему еще больше, чем досужий вымысел или откровенная ложь на страницах бульварной прессы!

– Спасибо, но это не совсем то, что мне нужно, – сказала Джун, возвращая продавщице охапку чудовищно дорогой одежды. – Пожалуй, я еще подумаю.

– Нам только что завезли прекрасные серебряные пояса и…

– Спасибо, но сейчас мне некогда, – буркнула Джун и поспешила уйти, чувствуя себя виноватой перед расторопной девицей, которая с трудом скрывала огорчение.

Она поднялась в номер, схватила дождевик, спустилась в вестибюль и, улучив момент, пока швейцар объяснял что-то двум японским бизнесменам, поймала первое попавшееся такси.

– Мне нужен магазин одежды в ковбойском стиле, – сказала она таксисту. – Только такой, куда ходят нормальные люди, а не богатенькие туристы.

Шофер понимающе хмыкнул и, лихо развернув машину, помчал по лабиринту улиц, а Джун с некоторой тревогой следила за счетчиком. Когда он остановился у большого, похожего на склад здания, пестревшего яркими вывесками скидок, она с облегчением перевела дух: ее привезли точно по назначению.

– Будьте любезны, приезжайте за мной через час, – попросила Джун таксиста.

– Лучше через два, мисс. За час вы навряд ли управитесь.

Через два часа она вышла из магазина, увешанная покупками, которые изрядно облегчили ее кошелек, зато укрепили чувство собственного достоинства.

Премного вам благодарна, ваше высочество, но пока что я и сама могу покупать себе одежду! – даже когда Алекса не было рядом, Джун не могла отказать себе в удовольствии лишний раз его уколоть.

Дождь закончился, но вечером, когда Джун облачилась в новый наряд, зарядил снова. Она купила себе голубое джинсовое платье, отороченное оборкой, и белые остроносые сапожки, расшитые блестящими камушками – точь-в-точь под сережки, которые она надевала на бал.

Начесав волосы, Джун щедро полила их лаком и надела белый замшевый жилет с бахромой. Жилет украшали разбросанные тут и там тисненые тавро, а довершала туалет белая широкополая шляпа «стетсон». Джун никогда не носила ковбойскую шляпу и, примерив ее и так и эдак, примяла верх, чтобы придать фетру ношеный вид. Оглядев свое отражение критическим взглядом, она осталась вполне довольна. Жаль только, что не прикупила темные очки в белой оправе с блестящими камушками..

Интересно, понравится ли наряд Алексу? Джун не могла дождаться его прихода и коротала время перед зеркалом, отрабатывая ужимки и фразочки из классических вестернов.

– На этот раз ты хватил через край, приятель – сказала она, подражая интонации легендарного Джона Уэйна, и залихватски крутанула на пальце воображаемый кольт.

Раздался стук в дверь, и Джун, бросив последний взгляд в зеркало, поправила шляпный шнурок под подбородком, сосчитала до десяти и открыла.

– Привет, красавчик! – приветствовала она Алекса, на этот раз имитируя Крошку-вамп Мей Уэст.

А он и впрямь был неотразим в классической клетчатой рубашке-ковбойке, в замшевой куртке с бахромой и в джинсах «Рэнглер». Джинсы сидели как влитые, подчеркивая достоинства ладной фигуры, а из-под отворотов выглядывали рыжие ковбойские сапоги из тисненой кожи. Как истинный джентльмен, шляпу принц держал в руке.

– Какое расточительство! – воскликнул он, оглядев Джун с головы до ног, и даже присвистнул.

– Не извольте беспокоиться! Все это я купила на свои денежки, и, между прочим, мне мой наряд очень нравится.

– Между прочим, мне тоже. – Он вошел и закрыл дверь. – Какая жалость, что фестиваль отменили!.. Только это я и имел в виду. А мне так хотелось похвастаться своей невестой, одетой в ковбойском стиле!

– Отменили? – переспросила Джун упавшим голосом и тут же сама на себя разозлилась. Отменили – так отменили! В конце концов, это не бал-маскарад, а так, очередное мероприятие в программе турне…

– Да, из-за плохой погоды. Так что вечером мы свободны.

– Ты вовсе не обязан меня развлекать.

– Не обязан. Но мне приятно тебя видеть. Ты такая красивая… Что бы ни надела – тебе все к лицу.

– Спасибо за комплимент. – Джун надеялась, что румяна скрывают огонь, пожирающий ее щеки.

– Где будем ужинать? – спросил Алекс уже будничным тоном, словно зашел к ней лишь потому, что проголодался. – Может, в отеле? Погода явно не располагает к прогулкам. Давай закажем ужин в номер.

– Нет.

– Ну ладно. Тогда поужинаем в одном из ресторанов отеля? Выбирай любой на свое усмотрение.

– Спасибо, не хочу.

Однако надо отдать должное – самообладание у него завидное! А может, все дело в том, что ему безразлично, будет она с ним ужинать или нет?

– Выходит, придется мне ужинать в одиночестве. А я, между прочим, всерьез воспринял твои слова насчет своей свиты. Даже отпустил на весь вечер телохранителей. И Антуана тоже.

– Что-то ты подозрительно легко сдаешься… – Джун состроила недовольную мину. – Неужели ты думаешь, что я нарядилась этакой королевой родео лишь для того, чтобы слоняться по отелю?

Он широко улыбнулся, и тепло его улыбки согрело ей душу.

– Ах вот в чем дело! Ты вознамерилась сразить наповал завсегдатаев местного салуна?

– Угадал. Составите мне компанию, ваше высочество?

– А у меня есть выбор?

– Боюсь, что нет.

– А ты знаешь подходящее заведение?

– Нет, но знаю, как его найти.

– По телефонному справочнику?

– Не угадал. С помощью таксиста. Именно так я нашла магазин, где купила все это. – И, широко разведя руки в стороны, Джун покружилась, чтобы Алеке смог по достоинству оценить ее наряд.

– Убедила!

– Я накину красный дождевик. А у тебя есть плащ или зонт?

– С такой шляпой, леди, – сказал он, нахлобучивая шляпу и входя в роль ковбоя, – зонт не понадобится.

– Послушай, а вдруг нас узнают? Что тогда будем делать?

– Нет проблем. – Загадочно улыбнувшись, Алекс направился в ванную, оставив Джун в полном недоумении.

Через пару минут он вышел преображенный – мокрые волосы гладко зачесаны назад, как у торговца наркотиками, ковбойка расстегнута до пупа. Увидев загорелую грудь с островком курчавых шелковистых волос, Джун поспешно отвела глаза.

– Ну, что скажешь? Надеюсь, это поможет нам хотя бы выскользнуть из отеля незамеченными.

Спустившись на лифте на второй этаж, они прошли по коридору в боковое крыло и по служебной лестнице вышли в переулок, где им сразу удалось поймать такси.

– Сам Джеймс Бонд тебе бы позавидовал! – поддразнила принца Джун. – Удовлетвори мое любопытство. Тебя обучали «делать ноги» или это врожденный талант?

– Ни то ни другое. Метод проб и ошибок. – Он снял шляпу, положил на сиденье сбоку и как бы ненароком пододвинулся поближе к Джун.

– Мы бы хотели поужинать в салуне, – сказала она водителю. – Отвезите нас куда-нибудь, где подают жаркое на вертеле и где нет туристов.

Таксист – молодой белобрысый парень в джинсовой куртке – задумчиво ворочал во рту жвачкой.

– Поблизости таких заведений нету, – наконец изрек он. – Да и откуда им взяться? Здесь ведь сплошь одни отели.

– А где-нибудь подальше, скажем, в получасе езды – такое заведение найдется?

– Неважно, сколько это будет… – решил вмешаться Алекс, но Джун дернула его за рукав и потрясла головой, призывая помолчать.

– Чуток подальше есть один салун – «У Фредди». Правда, публика там еще та… Шумное местечко. Иной раз и драки случаются.

– А туристы бывают?

– Откуда им там взяться?

– Скажите, а другие заведения… – снова попытался вклиниться в разговор Алекс, но Джун его перебила:

– Отвезите нас туда! – велела она таксисту и покосилась на своего спутника – не возражает ли?

Но тот лишь ухмыльнулся и пожал плечами, всем своим видом давая понять: на этот раз он подчиняется ее выбору.

– Как скажете. – Таксист заложил такой вираж, что Джун швырнуло к дверце, а Алекс едва ли не очутился у нее на коленях.

– Прошу прощения. Ты не ушиблась? – спросил Алекс, чуть отодвигаясь.

– Нет, но, пожалуй, не мешает пристегнуться. Обшарив сиденье у себя за спиной, Джун нашла лишь одну часть ремня безопасности.

– Позволь, я тебе помогу. – Наклонившись, Алекс сунул руку между спинкой и сиденьем, извлек оттуда вторую половинку с замком и потянулся за той, что была в руках у Джун. Концы не сходились.

– Одно из двух. Либо я поправилась, либо ремень слишком короткий. – Джун изо всех сил вжалась в спинку сиденья, чтобы руки Алекса не касались ее живота.

– Сейчас что-нибудь придумаем.

– Не стоит… Обойдусь и без ремня.

– Нет, береженого Бог бережет. Я – за безопасность.

Джун насторожилась: интересно, он имеет в виду ремень… или что-то другое?

Тем временем Алекс ослабил пряжку и, отрегулировав длину ремня, соединил половинки в замке у нее на животе точно посередине. В процессе он неведомым образом исхитрился не единожды задеть рукой ее грудь, обнять за талию и сдвинул подол платья выше коленей. Этого еще только не хватало!..

– Большое спасибо. Теперь я в полной безопасности, – сухо поблагодарила она, убирая его руку со своего бедра.

Джун бросало то в жар, то в холод. Перед глазами вставали картины одна соблазнительнее другой… Но она сумела совладать с собой. Поумерьте свой пыл, Александр Луи Франциск! Сделка есть сделка. Что он себе позволяет? Разве я игрушка?! Скоро все закончится – и пусть в памяти останется, как мы танцуем вальс на балу, а не то, как принц тискает меня на заднем сиденье такси!

– А почему ты не пристегиваешься? – спросила Джун, чтобы нарушить неловкую паузу.

– В этом нет необходимости, – довольно резко ответил он, злясь на себя за несдержанность.

– Ваше высочество, разве можно рисковать цветом нации?! – шепнула она с ехидцей.

Поделом тебе! – корил себя Алекс. За удовольствия надо платить. Приставал к ней, как озабоченный подросток, так теперь сиди и слушай отповедь! Не хватает еще, чтобы она догадалась, насколько дорога мне, а потом расписала в красках в своем журнале…

* * *

Схватив половинки ремня безопасности, он рывком соединил их – замок клацнул, а Алекс в сердцах фыркнул.

– Ну вот! Ты опять фыркнул.

– Разве?

Докатился! Она надо мной смеется в открытую! Неужели в ее глазах я так смешон? Подобных терзаний Алекс не испытывал с тех пор, как начал бриться. Да что со мной на самом деле происходит?! Я же и впрямь смешон! Совсем заигрался… Нарядился в ковбойский костюм, отправил гулять телохранителей, сел с подружкой в такси и отправился «погудеть» в салун!

Он чуть было не велел таксисту поворачивать назад, но передумал – если они вернутся в отель, не удастся побыть с Джун наедине.

– Давай сыграем в игру, – предложила она. – Если до полуночи ты еще хоть раз фыркнешь, то заплатишь мне штраф.

– Какой?

– По моему усмотрению.

– Договорились. Но с одним условием. Если выиграю я, то штраф платишь ты. И по моему усмотрению.

– Пожалуй, это справедливо, – не сразу, но согласилась она.

– Итак, до полуночи. Согласна?

– До полуночи, – мрачно подтвердила Джун, словно скрепляя клятвой тайный договор.

Такси остановилось у довольно большого бревенчатого здания с аляповатой неоновой вывеской на крыше. «САЛУН „У ФРЕДДИ“». На парковке сплошняком стояли грузовики.

Открыв дверь в заведение, Алекс невольно отпрянул – по ушам ударила музыка. Мощные усилители грохотали так, что дрожали стены. От неожиданности – Алекс представлял себе негромкую музыку в стиле кантри – он попятился, но, взглянув на Джун, с решительным видом перешагнул порог. Щеки ее порозовели от возбуждения, глаза горели, а губы полуоткрылись в улыбке… За этой женщиной он готов идти куда угодно – хоть к черту в зубы!

– Сколько вас – спросила хозяйка заведения, разбитная толстуха неопределенного возраста в короткой юбчонке и в тесной маечке.

– Двое, – ответил Алекс.

Толстуха отвела их к высокому столику с круглой черной столешницей и двумя высокими стульями, стоящими друг против друга.

– Попробую взгромоздиться, – смущенно буркнула Джун, но, поставив ногу на перекладину, без труда забралась на сиденье.

Алекс тоже сел и, подперев лицо кулаками, наклонился вперед. В салуне царил дымный полумрак, но он смотрел только в глаза Джун – глубокие, словно два омута, – и сознавал, что стремительно тонет… Взял ее ладонь в свою и бережно поднес к губам.

Узнаю сказочного принца с бала! – пронеслось в голове Джун, а Алекс медленно и нежно целовал каждый ее палец.

– Я так рад, что ты согласилась поужинать со мной! – признался он.

А может, мне это только показалось? – усомнилась Джун. Музыка заглушает все. Да, здесь особо не разговоришься…

Словно прочитав ее мысли, Алекс переставил свой стул и сел вплотную к Джун, чтобы говорить на ухо, и от его слов у нее закружилась голова… Впрочем, она не могла с уверенностью сказать, какие именно слова он говорил и говорил ли вообще – от его близости с Джун творилось нечто невообразимо приятное.

Подозвав официантку, Алекс, не советуясь с Джун, заказал столового вина, и через пару минут принесли графин сухого красного.

Она поднесла бокал к губам, но он остановил ее.

– Не глотай сразу! Так вино не пьют.

– А как пьют? – смиренно спросила Джун.

– Глотать вообще необязательно. Удовольствие получаешь, не когда вино попадает в желудок, а когда почувствуешь его вкус. – Алекс оседлал любимого конька. – И нюхать надо подольше. Нюхать, а потом перекатывать во рту. После этого вино можно выплюнуть…

– Как это выплюнуть?! – возмутилась Джун.

– Так и выплюнуть. Больше оно ничего не даст. Джун с интересом следила за выражением его лица и чуть не прыснула, когда Алекс, отпив глоток, мученически сморщился и – вопреки своим же наставлениям – не выплюнул, а проглотил.

– Какая гадость!

Джун сделала глоток – у нее свело скулы.

– Ну и кислятина!

– Пусть заберут это пойло!

– Не гневайтесь, ваше высочество! – Джун подняла бокал и чокнулась с Алексом. – Раз туристы сюда не ходят, полагаю, что и к принцам с благородными замашками и утонченным вкусом здесь не привыкли.

– Ты права. Сомелье в этом заведении, надо думать, нет.

– Кого-кого здесь нет?

– Сомелье. Старшего официанта, отвечающего за вина.

– Приму к сведению. Кстати сказать, у меня к тебе одна просьба.

– Какая? – спросил Алекс, предвидя очередной подвох.

– Дозволь мне самой выбрать еду. Понимаю, выбор напитков ты, как эксперт по винам, не мог доверить дилетанту…

– Может, хватит издеваться? – перебил ее Алекс. – Выбирай что угодно на свой вкус. – И подозвал официантку.

Они заказали две порции фирменного блюда – жареных цыплят и мясо на ребрышках, – а на гарнир взяли убойную дозу жареной картошки. К блюду подали томатный соус – такой острый, что по сравнению с ним вкус вина показался мягчайшим. Официантка повязала им бумажные нагрудники, что оказалось весьма кстати – к окончанию трапезы белые переднички щедро украшали брызги жира и пятна соуса.

А потом они танцевали… Танцевали все подряд – кружили в обнимку под заунывные баллады и отплясывали вместе со всеми залихватскую кадриль, меняясь партнерами под одобрительный свист толпы. Сначала Джун от смущения путала шаги и фигуры, но потом втянулась и присоединилась к общему веселью.

Здесь все были на равных – старые и молодые, отличные танцоры и неумехи, с трудом попадающие в такт. Кое-кто просто обнимался и целовался под музыку, а один костлявый ковбой танцевал сразу с двумя партнершами – и все трое были донельзя довольны друг другом. Рядом с Джун пожилая пара выделывала коленца, которым позавидовали бы Джинджер Роджерс и Фред Астер, а за спиной у Алекса сухонькая старушка уверенно вела молодого увальня и по ходу дела громогласно его поучала.

Джун давно так не веселилась. Конечно, это не бал в благородном собрании, зато здесь Алексу нет нужды быть принцем.

– Люблю повеселиться! – вырвалось у нее от избытка чувств.

– А я люблю тебя! – отозвался он.

Во всяком случае, Джун показалось, что именно это Алекс сказал. Но ведь не станешь просить повторить на бис! Вдруг ей только померещилось? Может, он напевает строчку из песни, вторя солисту. Ну да, так оно и есть… При чем здесь любовь? Прижал к себе так, что они стучатся коленями и теснит грудь… Это не любовь, а вожделение или, если угодно, похоть – только и всего!

Джун танцевала с принцем и завидовала всем женщинам в зале – в любой момент каждая из них может пойти домой вместе со своим любимым. А ей предстоит распрощаться с Алексом навсегда… Как ей теперь жить без него?! У нее шла кругом голова и путались мысли. И тут Алекс наклонился, поймал губами ее рот и раздвинул языком губы.

Ну и что с того? – упрямо подумала Джун. Да все кругом только и делают, что целуются и обнимаются! Похоже, это заразно…

Они стояли посреди толпы танцующих, и пары обходили их – так вода обтекает валун посреди ручья. Жар губ Алекса передался Джун, а его язык, заполонив рот, разбудил в ней желание. Прильнув к Алексу всем телом, она хотела ответить, но он не позволил – это был его поцелуй. И чем дольше он длился, тем больше Джун хотелось, чтобы поцелуй никогда не заканчивался.

Открыв глаза, Джун заметила – вокруг никого нет.

– Алекс, – выдохнула она, усилием воли легонько его оттолкнула и услышала за спиной смешки, а потом хохот. И только тогда поняла – музыка давно смолкла. Зато со всех сторон понеслись одобрительные возгласы:

– Продолжай в том же духе, приятель!

– Ну-ка, ковбой, давай еще разок!

От стыда Джун хотелось провалиться сквозь пол, а Алекс преспокойно обнял ее за плечи и снова поцеловал – на этот раз на потребу публики. Стяжав бурные аплодисменты и восхищенный свист, они – не сговариваясь – дружно расхохотались и вернулись за свой столик. Алекс усадил Джун на стул и, обняв за плечи, шепнул на ухо:

– Ты вела себя, как королева. Простишь меня?

– Я подумаю. – На самом деле Джун могла думать лишь об одном – чувствует ли он то же, что и она?

Алекс заказал легкого белого вина, похожего на сидр, и они пили за все подряд – в том числе за процветание Калифорнии и за благосостояние гостеприимного Фредди.

– Пью за здоровье самой прекрасной женщины на свете! – произнес последний тост Алекс и чокнулся с Джун.

Словом, возвращались в отель они слегка навеселе. Во всяком случае, так наверняка решил таксист – особенно, когда Алекс вручил ему полсотни, небрежно бросив:

– Сдачи не надо.

– Ну зачем же сорить деньгами! – сокрушалась Джун, когда они входили в вестибюль. – На чаевые за глаза хватило бы и пары долларов!

– А ты чересчур рачительна. Не стала покупать одежду в отеле, как я просил, и потратила свои деньги…

– Я могу покупать одежду сама.

– Разве я спорю? Можешь! И вкус у тебя отменный.

– А ты можешь? Признавайся, кто купил тебе эти джинсы?! Антуан?

– Удачная шутка!

Он расхохотался, да так заразительно; что Джун не могла не присоединиться. На них неодобрительно покосился портье, а благообразный седовласый господин отпустил едкое замечание насчет молодежи с ее пагубным пристрастием к алкоголю.

– Из-за тебя нас того и гляди вышвырнут из отеля! – притворно ужаснулась Джун, давясь от хохота.

– Я вовсе не пьян! – громогласно объявил Алекс. – Да будет тебе известно – на меня алкоголь вообще не действует. Если я пьян, то лишь тобой!

– Вот как! Я рада. – Она старалась говорить как можно тише. – Пошли скорее в лифт.

– Пошли!

Внезапно он схватил ее за талию и одним движением забросил себе на плечо.

– Алекс! Что ты делаешь?! – закричала она, барабаня кулаками ему по спине. – Опусти меня! Сию секунду!

Он опустил – но лишь тогда, когда вошел в кабину и двери лифта закрылись. После чего продолжил с того самого места, на котором они остановились в салуне.

Нашарив за спиной Алекса панель, Джун нажала на кнопку своего этажа.

Слава Богу, кроме них, в лифте никого не было…

– Не хочу, чтобы вечер кончался! – шепнул Алекс, отрываясь от ее губ, а в голове стучало одно: неужели я провожу ее до двери номера – и все?!

– Рано или поздно все кончается.

Уловив в ее голосе грустные нотки, Алекс воодушевился. Теперь он знал наверняка – за внешней сдержанностью скрывается страстная натура. Как и то, что эту ночь они проведут вместе.

Джун сняла шляпу, и при виде ее прелестного лица в нимбе пышных волос у Алекса защемило в груди. Раздался мелодичный звон – двери лифта открылись.

Когда они дошли до ее номера, Алекс с надеждой спросил:

– Угостишь чашечкой кофе?

– Я как-то пробовала готовить кофе в номере. Ничего путного у меня не вышло.

– Вообще-то я хочу не кофе.

– Я так и поняла, – игриво ответила Джун, опустив глаза. – Где же ключ? – Она покопалась в кармане дождевика. – Наверное, в другом кармане…

Джун обшарила карманы по два раза – ключ так и не сыскался.

– И денег нет… Я брала с собой десять долларов. Меня обокрали!

– Наверное, карманы обчистили, пока мы танцевали. Ты оставила плащ на спинке стула.

– И где только была моя голова! Интересно, а ключ-то им зачем понадобился? Ведь на брелоке нет названия отеля, а только номер… Ну и что теперь делать? Второй ключ заперт в номере. Вот растяпа!

– Не огорчайся! Невелика потеря.

– Дело не в этом. Просто неудобно перед портье.

– Не переживай! – Алекс обнял ее за плечи. – Я позвоню ему из своего номера и попрошу принести дубликат. Хочешь, скажу, что ключ потерял я?

– Не надо! Я спущусь к нему и все объясню сама.

Алекс хотел поцеловать ее в щеку – чтобы приободрить – но в этот момент Джун повернула голову, и их губы встретились. От этого прикосновения он почувствовал такой прилив желания, что в порыве страсти прижал ее к себе и поцеловал. У Джун перехватило дыхание, она приникла к Алексу, а ее язык затрепетал в ответной ласке. Они словно пили друг друга и все не могли напиться…

– Пойдем ко мне в номер, – сказал Алекс, неотрывно глядя ей в глаза.

Прикрыв рот тыльной стороной ладони, Джун молча смотрела на него широко распахнутыми глазами.

– Я позвоню портье, – буркнул Алекс первое, что пришло на ум, лишь бы удержать ее рядом.

– Буду тебе весьма признательна, – ответила она чужим голосом.

Дойдя до своего номера, Алекс опустил руку в карман – к счастью, бумажник и ключ оказались на месте. Открыв дверь со второй попытки – в первый раз он норовил вставить ключ не той стороной, – он пропустил Джун вперед.

– Все почти точно так, как и у меня в номере, – невольно вырвалось у нее.

– Тебя это удивляет? А что ты представляла?

– По меньшей мере – номер люкс. При входе наготове стоит Антуан, а телохранители – навытяжку по обе стороны… – Она замешкалась.

– Кровати? – подсказал он и отвернулся, чтобы не смущать ее ухмылкой.

– А вот кровать здесь и в самом деле королевского размера.

– Разве у тебя в номере не такая?

– Нет. А мне широкая и ни к чему. Я сплю очень спокойно. Мне вполне хватает одной подушки. Даже если на кровати есть еще две…

Джун зарделась, и Алекс в который раз удивился – кто бы мог подумать, что такая женщина засмущается в спальне мужчины?

– Я вспомнила, ты отпустил слуг до утра. – У каждого свой отдельный номер.

– Разумеется.

Она пожала плечами, а Алекс насторожился. Ну конечно! Как же он сразу не догадался – самый подходящий момент для интервью!

– Я бреюсь, одеваюсь и даже тру себе спину сам. Еще вопросы есть?

– Я ни о чем не спрашивала!

Не обращая внимания на ее возмущенный протест, он как ни в чем не бывало продолжил:

– Одежду мне стирает, гладит и чистит Антуан. Обувь чистит тоже он – у меня пунктик по этой части, и он же следит за порядком в номере. Кроме того, Антуан выполняет секретарские обязанности и делает покупки.

– Ловко ты устроился! – небрежно заметила Джун, делая вид, будто рассматривает гравюру над кроватью.

– А еще он тактично поправляет меня, если я не прав. У Антуана это отлично получается. Между прочим, на должность камердинера его назначил мой отец, а я к нему так привык, что мне и в голову не приходит нанять кого-нибудь другого.