Текст книги "Верни мою дочь (СИ)"
Автор книги: Роза Ветрова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)
Глава 42
– Давай я возьму, – я подхватила его пальто, чуть ли не вырывая из его рук, испугавшись, что он передумает.
– Спасибо, – сдержанно поблагодарил Марк.
В воздухе витала неловкость, Вольский явно чувствовал себя не в своей тарелке. Завис, словно впервые видел эти стены и мебель. Ох, и толстую стену он воздвиг между нами!
– Проходи, я сейчас быстро накрою на стол, – засуетилась я.
– Да не нужно, можешь просто налить чаю.
– Нет, мне совсем не трудно. Как раз оценишь мои кулинарные достижения. Чур, не плеваться, – засмеялась я.
Вольский смотрел на меня внимательным взглядом, а у меня из-за этого такая эйфория в теле поднялась, казалось, я вообще не имею веса, и ноги порхают над паркетом.
– Увлеклась готовкой? – спросил он, проходя за мной.
– Так, немножко. Оказывается, все не так уж и плохо. Хотя видел бы ты мои первые макароны! Это был сплошной комок несчастья, – я продолжала смеяться, вспоминая свой кулинарный кошмар.
– Нужно умудриться, чтобы испортить такое блюдо, – улыбнулся Марк. Серые глаза следили за моим каждым движением на кухне, он прислонился к дверному косяку, скрестив руки на груди. – Ты ешь здесь?
– Да, мне тут больше нравится. Здесь как-то попроще, поуютнее. Располагайся.
Я указала ему на стул за круглым небольшим столом. Он послушно уселся, продолжая пялиться. Какой-то миг мы неотрывно смотрели друг другу в глаза, на кухне повисла тишина. Марк первым отвел взгляд и прокашлялся.
– Где Маша?
– Да паззлы наверное собирает. Она ими в последнее время очень увлеклась. Еще чуть-чуть и будет, как взрослая, огромное количество деталей собирать. Машка! Папа приехал!
Над головой сразу послышался топот, а потом по лестнице, послушно придерживаясь перил, стала спускаться наша дочь.
– Папа! Ты приехал! – радостно завопила дочь, бросаясь Марку на шею. Он крепко ее обнял, целую в макушку. Я ей даже немного позавидовала.
Пока она рассказывала ему про сегодняшний день, я сбегала переодеться. Поменяла халат на атласное платье на тонких бретелях. Впопыхах досушила волосы, но на косметику время не стала тратить. Я все боялась, вдруг Марк уйдет, снова не попрощавшись.
Спустившись к ним обратно, я бросилась раскладывать лазанью по тарелкам, смущаясь из-за пристального взгляда Вольского. Но ведь по правде говоря, мне было приятно, что он как приклеенный скользит за моей фигурой, перемещающейся по кухне. На это и был мой расчет.
Так, а что тут с лазаньей? Блин, в стеклянной миске все выглядело куда приличней, теперь пласты теста разъехались, а фарш выглядит как горстка слипшихся между собой муравьиных попок.
– Эмм, вот. Лазанья.
Отчаянно покраснев, я расставила тарелки с блюдом. Ну вот почему я не начала интересоваться кулинарией чуть раньше? Хотела накинуть в свою сторону хоть один плюсик, но эффект, скорее всего, будет обратным. Кто в здравом уме будет есть эту непонятную мешанину?
Однако, не смотря на мои внутренние стенания, Марк взял вилку и тут же попробовал. Черные брови удивленно приподнялись.
– Вкусно, – похвалил он.
– Конечно, вкусно! – чуть ли не оскорбилась я. Ну, а что? Критику я пока только от себя могу принимать. – Я столько времени убила на это тесто!
– Никогда не думал, что ты действительно увлечешься готовкой. – Марк вдруг протянул руку и коснулся моих пальцев. Я вздрогнула, но потом увидела на своих пальцах пластыри и усмехнулась.
– Я никогда не пыталась. Здесь всегда была масса народу, готовых делать за меня все. В том лесу я впервые чистила картошку.
– Я это сразу понял, – его губы растянулись в насмешливой улыбке. – В миске столько крови было, я за тебя испугался.
Мы оба рассмеялись. Машка тоже сидела довольная, уплетала мою лазанью. Ела она, впрочем, только тесто, опять посеяв в моей голове сомнения по поводу съедобности муравьиных попок. Да ладно, уже ничего не поделаешь.
Почти два часа мы непринужденно болтали о делах. Марк рассказывал о своей работе, я о своей. Он хмурился, насколько я помню, модельный бизнес он терпеть не мог, но молчал. Понимал, что граница между нами все равно прочерчена. Больше он в моей жизни ничего не решал.
Потом я достала торт, и мы попили чаю. Вскоре Маша стала совсем клевать, и я ужаснулась. Время пролетело так быстро! Это значит, что он скоро уйдет… Словно в подтверждение, Марк взглянул на настенные часы и тоже удивился. Кажется, время пролетело незаметно не только для меня.
– Пойдем, я почитаю тебе сказку. – Он встал, вытаскивая Машу со стула. Та, уже сильно сонная, положила голову ему на плечо, удовлетворенно засопев.
– Я пока тут все уберу, – шепнула я.
Закидывая посуду в посудомойку под тихую музыку, я еле сдерживалась, чтобы не выбросить ключи бывшего от машины в унитаз и не изрезать пальто. Как мне его остановить? Как сделать так, чтобы он остался? Или на сегодня достаточно? Может, мне нужно шагать крохотными шажочками до заветной цели?
Но для себя я поняла. Пан или пропал. Сегодня мы должны окончательно выяснить есть ли у нашего будущего шанс.
Поэтому, когда он спустился вниз, я не дала ему и рта раскрыть.
– Останься еще ненадолго, – попросила я, нервно сжимая полотенце в руках. – Я… Я…
Я ничего не могла придумать! А Марк совсем не помогал, молча меня разглядывая в дверях.
– Знаешь, что? У меня сегодня не было танца в мой день рождения! – заявила я.
Ляпнула и чуть не по лбу себя хлопнула. Что я несу? Импровизация явно хромает.
– Танца? Не думаю что это хорошая идея… – Он опять посмотрел на меня чуть ли не с испугом. Я знаю, что он хорошо танцует. Боится близости?
– Да брось. Всего лишь танец. Откажешь имениннице? – я вполне правдоподобно расстроилась. Сдаваться я точно не собиралась.
– Не откажу, конечно, – слабо отозвался Марк.
Прибавив музыку на док-станции я повернулась к нему. Музыка, кстати, подходящая. От нее так и веет семейным теплом и любовью, как и от сегодняшнего вечера. Что за дивный праздник! Мои щеки приятно горели, в кончиках пальцев покалывало от сладкого предвкушения.
– Здесь?
– Да, здесь. – Я подошла к нему ближе и, заглянув в пасмурные глаза, положила руки на твердые плечи.
– Кажется, это стало твоим любимым местом, – пробормотал он, несильно сжимая мою талию в руках.
В этот момент я была готова взлететь до небес! Потянувшись до выключателя, я щелкнула, погасив свет. Остался только небольшой подсвеченный участок над фартуком кухни. Ожидала, что он снова начнет спорить, но Марк промолчал. Только вздохнул как-то обреченно.
Пока мы танцевали, наши глаза ни на секунду не отрывались друг от друга. Мое сердце глухо билось где-то в районе горла. Я снова осознала, что сегодня я опять попытаюсь. Все брошу к его ногам, даже свою гордость. Лишь бы он остался.
Нужно было ставить песню на повтор, потому что она пролетела еще быстрее, чем сегодняшний вечер. Начался другой трек, и мы остановились. Разглядывая мои губы, Марк облизнул свои, отчего-то пересохшие. Хотел что-то сказать, но не успел. Приподнявшись на цыпочках, я прижалась к его губам, нагло воруя поцелуй. Марк замер, застыл столбом. Только его сердце грохотало под моей ладонью, выдавая его с потрохами. Он тоже отчаянно желал меня.
– Вита, это… – оторвавшись, прошептал он.
– Это еще один крохотный подарок для меня… – прошептала я в ответ, снова жарко целуя его в губы.
– Это плохо кончится… – простонал он, его пальцы дрожали на моей талии.
– Это ни к чему тебя не обязывает. Просто ночь… – Медленно стянув бретели с плеч, я позволила шелковому платью соскользнуть с тела. Зрачки в его глазах расширились, потому что под платьем не было ничего. Он тяжело задышал, как будто задыхаясь.
– Вита…
– Прекрати думать, Вольский. Бесишь.
Я снова его поцеловала, и в этот раз, прекратив сопротивляться, он ответил мне со знакомым страстным пылом, прижав мое обнаженное тело к себе. Я приказала себе, как и ему только что, не думать. Не мечтать, не воображать и не строить дурацкие планы. Я просто невероятно сильно хочу его, а он меня. Знаю, я говорила себе много раз, но что поделать, если я люблю его? Ведь я должна попытаться попробовать все, верно?
Последняя мысль, прежде, чем он увлек меня на стол, была о том, что моя импровизация была не так уж плоха.
Глава 43
Утром я проснулась и подскочила, снова переволновавшись. Мне показалось, что вторая половина кровати опустела. Как мне этого не хотелось! Откинув волосы и приподнявшись, не обращая внимания на сползшую простыню, я застыла, наткнувшись на внимательный взгляд серых глаз. Фух! Он остался. И самое главное, наша ночь не была сном или плодом моей фантазии.
– Что-то случилось? – спросил Марк, закусив губу.
Я стыдливо спрятала лицо под белым хлопком, вспомнив, что на мне ничего нет.
– Нет-нет.
– Вита. Что случилось? – он аккуратно снял простыню с моего лица.
Я вздохнула, затеребив прядь волос.
– Мне показалось что ты ушел…
В воздухе повисла тишина. Зачем я это сказала? А если это спугнет его?
– Извини, я знаю, что это просто ночь, и это ничего не значит. Я… я просто…
– Для меня все имеет значение, – тихо ответил он.
Ухватив меня за талию, он подтянул меня к себе.
Я почти не дышала, слушая заветные слова, но Марк больше ничего не говорил.
– Мне было очень хорошо, – пробормотала я, уткнувшись в его грудь. Слава Богу, он не видел моего краснющего лица!
– Мне тоже.
Хотелось прыгать на кровати от счастья, но было оно такое зыбкое и мимолетное, что я боялась двигаться и делать даже крошечный вдох, чтобы его не спугнуть. И вот, как обычно, как бы я себя не сдерживала, мои мечты и фантазии убежали далеко вперед, и я никак не могла их остановить. И за мою торопливость тут же пришла расплата.
– Вита. – Марк запустил руки в мои волосы и заставил посмотреть на себя.
– М? – Я опять таяла, точно снег под проливным дождем, от проникновенного взгляда серых глаз.
– Я по-прежнему считаю, что мы совершаем ошибку.
– Марк, неужели ты разлюбил меня? Ты говорил, что сильно любишь! Как так вышло, что твоя большая любовь так быстро прошла?! – не выдержала я. Все во мне рухнуло вниз.
Он нахмурился.
– Я этого не говорил.
– То есть ты меня все еще любишь?
Марк не отвечал, продолжая буравить меня взглядом.
– Я знаю, что я виновата перед тобой! Я знаю, что поступила чудовищно, просто мерзко, и знаю, что ты не простил мне этого. Да, я налажала! Я это все знаю! Но еще я знаю, что люблю тебя безумно сильно, я не могу смириться с нашим расставанием. Я не готова все оставить как есть, я хочу вернуть тебя. Я хочу, чтобы ты был со мной! Ты не можешь все свалить на меня! Я не одна виновата в том, что случилось! Позабыл, как ты вел себя со мной? Я была просто твоей вещью! Манипулировал мной, терроризировал! Я не была с тобой свободной, ты не давал мне мою дочь! Рано или поздно что-то должно было произойти, я не могу жить в роли безмолвной тряпки! Поэтому не надо вешать на меня всю вину! Ты тоже причастен! Моей главной ошибкой было то, что я продалась тебе. Ради отца…
– Вита…
– Нет, дай сказать! – перебила я его. Марк поджал губы, продолжая хмуро слушать мою запальчивую речь. – Я совершила ошибку. Меня злило в нашем браке все, а главным образом, сам факт, что меня купили. Но конкретно тут ты не причем, это я пошла на это. Сама. Если бы я не вышла за тебя замуж, может, однажды я пошла бы с тобой на свидание, оценила бы тебя по достоинству, может, все было бы сейчас по-другому.
– Ты бы не пошла.
– Что?
– Ты бы не пошла со мной на свидание. Ты была по уши влюблена в своего Савельева!
– Да к черту Савельева! Я не могу тебе соврать и сказать, что я любила тебя в браке. – Я смахнула подступившие слезы. – И ты сам это знаешь. Но я не могу сказать и того, что полюбила тебя резко, внезапно. Все, за что я люблю тебя сейчас, ты посеял во мне давно. Просто взошло оно совсем недавно. Я как будто проснулась, понимаешь?
Словно в доказательство я взяла его ладонь и прижала к своей груди. Второй рукой он нежно стер мои слезы.
– Оно больше неспокойно стучит. Из-за тебя. Прости, что потеряла столько времени. Но вышло так, как вышло. И я буду не я, если не попытаюсь. Я не могу без тебя…
– Я давно простил тебя за тот случай. Я знаю, что это был твой единственный выход, – глухо произнес Марк.
Его лицо немного побледнело, вблизи были видны маленькие проступившие веснушки на носу. В моей груди екнуло от одного вида на него такого. Удрученного, беззащитного.
– Я счастлив слышать, что ты меня любишь. Как же долго я ждал этих слов. Но и не счастлив тоже.
– Почему? – простонала я в изнеможении. – Если мы друг друга любим…
– Говорю же, мы совершаем ошибку. – Марк глубоко и обреченно вздохнул. – Я испорчу тебе жизнь.
– Да о чем ты?! Что за чушь! – воскликнула я.
– Я не изменюсь, – жестко ответил он, придавив меня тяжелым взглядом. – И ты сама это понимаешь. Я так и останусь все тем же деспотом, тираном и манипулятором. Я такой всю жизнь. И, как бы я не сдерживался, однажды я опять начну давить на тебя, посягать на твое личное, на твою свободу. Я поломаю тебе жизнь, ты будешь несчастной со мной.
– Марк… – я ошеломленно уставилась на него. – О чем ты говоришь, это неправда…
Он из-за этого отвергал меня столько времени?! Чтобы не навредить?!
– Вита, послушай себя! На твоих глазах розовые очки! В будущем, конечно, возможны ссоры и недомолвки. И ты знаешь, как я, при этом, буду себя вести. Я даже сам не замечу, как сделаю тебе больно!
– То есть, ты сейчас жертвуешь любовью ради моего спасения? – яростно выпалила я. – Это просто невероятно!
– Я говорю, что тебе в будущем будет лучше без меня.
– А с кем мне будет лучше, чем с тобой? Ты даже после развода разваливаешь мое единственное свидание!
– Я перетерплю, – дернул он плечом. Выражение его лица, при этом, было свирепым.
– Как же ты меня бесишь! Ну что ты за человек такой?! Ты просто невыносим! – бессильно заорала я.
– Об этом и речь! Я все только рушу! Ты профукала три года своей жизни из-за меня!
– Да ни черта я не профукала, если в итоге обрела то, что обрела! Я люблю тебя, ты меня слышишь?! Я прошу тебя, дай нам шанс. Ты сказал, что эта ночь имеет для тебя значение!
– Да, имеет. Как и все, что связано с тобой.
Запустив руки волосы, он нервно сжал кулаки. Черные пряди тут же спутались.
– Я не верю, что ты такой, как ты говоришь, – притихшим голосом произнесла я. – И уж точно не всю жизнь. Пусть я знаю тебя не так уж и долго, но, уверена, ты всегда был невероятным. Добрым, отзывчивым, очень сильным. На тебя можно положиться. И во многом это заслуга твоего деда и того леса. Твоего окружающего мира, в котором тебе много пришлось бороться. Я верю, что у нас все получится. Теперь ты знаешь, что я люблю тебя, а я знаю какой ты на самом деле. Пожалуйста, Марк…
– Вита, мне тяжело слышать, как ты меня уговариваешь и плачешь. Я чувствую себя сукиным сыном, – простонал он.
– Я просто не хочу сдаваться.
– Тебе не нужно этого делать, – мрачно усмехнулся Марк и снова прижал меня к себе. – Я имею ввиду не нужно уговаривать. И тем более плакать. Я и так весь твой, разве ты не поняла?
В низком голосе я слышала почти обреченность. Как маленький огонек во мне снова затеплилась надежда.
– И хоть я по-прежнему уверен в своих словах, что испорчу тебе жизнь, я не могу сказать тебе нет. Я никогда не мог.
– Значит ли это, что ты будешь со мной? – не верящим голосом прошептала я.
– Буду, конечно. Никуда я не смогу исчезнуть, – глухо обронил Марк. В его глазах появилась тревога. – А теперь чего ревешь? Что случилось?
Я сдержанно улыбнулась, неистово пытаясь сдержать слезы. У меня не получалось, они потекли ручьем.
– Это от счастья…
Я все-таки заревела, окончательно расклеившись, и еще добрых пять минут растерявшийся Марк осторожно гладил меня по волосам, успокаивая.
Глава 44
Несколько недель спустя
«Сегодня вечеринка в «Сохо». У Серова юбилей. Будь готова к 19.00».
Прочитав сообщение от Марка, я улыбнулась и залезла в огромные пакеты, которые привез курьер. Я покупала себе одежду обычно сама, но вот эти подарки от Марка на его потрясающий вкус чрезвычайно полюбила. И чего, спрашивается, я раньше нос морщила?
В одном из пакетов я, конечно же, обнаружила платье невероятной красоты. Темно-зеленое, полностью расшитое хрупким стеклярусом, с тончайшим шлейфом через плечо. Боже, какое оно великолепное! В тон ему шли туфли-лодочки, которые я тут же примерила. Сфотографировав ноги в туфельках, незамедлительно отправила мужу.
«Спасибо! Подарки просто супер!».
К сообщению присовокупила кучу балдеющих смайликов. Ответ пришел незамедлительно, полностью в скупом репертуаре Марка. Один улыбающийся смайл. И все. Но мое настроение взлетело еще на пару километров вверх, потому что я знала о том, что эта фотография с вероятностью в сто процентов улетит в отдельную папку, на его телефоне, в которой он хранит мои фотографии. Спалила однажды, чисто случайно.
Неделю назад мы с Марком расписались, не делая из этого шумиху. Но каким-то образом новость все равно просочилась в медиа, мне даже попалось пару фотографий с наших с Марком свиданий. Мне было абсолютно все равно на пересуды среди наших знакомых, по крайней мере, не придется ничего объяснять на сегодняшнем мероприятии. Почти все в курсе, что мы снова вместе. Вольский показал второй дом, который он купил, и предложил мне сделать все по своему вкусу, но я отказалась и попросила его, чтобы мы жили там же, где и раньше. Без всяких пререканий он согласился.
Надя со своим парнем была частым гостем в нашем доме. Сначала я переживала, что Марк и Тимофей не найдут общий язык, уж слишком разные они были. Но ничего, они вполне себе хорошо общались, а когда выяснилось, что Надин Тимоха неплохо разбирался в оружии, в особенности в ружьях, эти двое спелись, постоянно обсуждая эту тему. Наши с Надей глаза в этот момент пересекались в молчаливом вопле – «что, опять?!».
Едва я про нее подумала, как она позвонила.
– Привет! – я все еще была в прекрасном настроении от предстоящей вечеринки.
Нет, в целом, я не сказать, что любила такие мероприятия, но сам факт того, что я проведу время с Марком на праздничном вечере, меня радовал. К тому же, Серова я знала. Его партнер по бизнесу являлся примерным семьянином, никогда не бросал на меня плотоядных взглядов, в отличии от других мужчин, а его супруга не трепала сплетни по всем углам. Вечер действительно обещал быть хорошим.
– Слышала, вы сегодня на тусовку идете в высшие круга?
– Да какие высшие круга, просто такие же люди, как и все, – улыбнулась я.
Я знала, что в Наде нет ни капли зависти, за это качество я обожала ее больше всего. Она просто любила подтрунивать над «сложной жизнью сливок общества», как она это называла.
– То есть, ты не наденешь сегодня платье Оскар де ла Рента, а напялишь скромную Зару?
– Эмм, – я пожевала губу, сдерживая смех. – Сегодня Жорж Хобейка (известный модельер, – прим.автора).
– О да! Это действительно существенная разница! – воскликнула Надя, а потом притворно заканючила: – Фотку хоть скинь.
– Скину, – пообещала я. – Откуда знаешь про юбилей?
– Тимофей созванивался с твоим благоверным. Хотел с ним что-то обсудить, я не в курсе. Может, новую модель охотничьего ружья, черт их знает, – незаинтересованно ответила подруга. – Короче для нас что-то на скучном.
– Это точно, – прыснула я. – В последний раз их телефонный разговор длился около часа. Я скоро ревновать начну.
– Не говори, – в трубке разнесся Надин заразительный смех. Отсмеявшись, она вдруг спросила: – Что там с твоей работой в итоге?
Марк попросил меня уйти из модельного бизнеса, ему категорически не нравилась эта моя работа. Так заново родившаяся звездочка погасла, даже не загоревшись. Это я про себя. Сначала я расстроилась, но потом согласилась, потому что знала, как для него это было важно.
– Ушла, – вздохнула я. – Колупанов орал, слюной брызгал, когда я ему новость преподнесла. Пришлось неустойку заплатить, я же толком даже не отработала по контракту.
– Да пошел твой Колупанов! Он тебе сущие копейки платил, скряга плешивая!
– Мне все равно нравилось…
– Жалеешь? – осторожно спросила подруга.
– Немного. Но я знала, что примерно все так и будет. Марк и не скрывал, что будет сложно. В некоторых вопросах он до зубовного скрежета категоричен.
– Снова превратился в тирана?
– Немного. Но в целом, нам удается приходить в золотой середине.
– Думала чем хочешь заняться? Дома же с ума сойдешь.
– Ой, нет! Дома я насиделась! Тем более, Машка в сад с удовольствием ходит. У нее там подружек тьма, социализация, все дела. Все эти домашние гувернантки совершенно не то. Поэтому дома мне сидеть смысла вообще нет.
– Тогда хватит артачиться, пусть Марк организует тебе бизнес, сиди ковыряйся, – она опять запела старую песню. Иногда в моей голове возникала мысль – а не Марк ли ее подговорил?
– Да мне самой хотелось…
– Как ты меня бесишь в этом вопросе! Я конечно плюсую за твои амбиции и стремление к независимости, но ничего такого в том, чтобы получить спонсирование супруга на собственный бизнес, нет.
– Я знаю. Я… В общем, я думаю. Может, в итоге так и сделаю, – сдалась я.
Еще немного потрепавшись на разные темы, мы в итоге распрощались, и я неторопливо начала собираться. Повалялась в ванной, потом высушила волосы и соорудила прическу. Нанесла неяркий макияж, подчеркнув глаза.
Платье налезло прямо-таки с трудом, и я даже немного запаниковала. Нужно перестать трескать всякую дрянь по вечерам, сидя с Марком перед теликом в обнимку. Но мне так до безумия нравились наши посиделки на мягком диване в гостиной. Иногда мы смотрели всей семьей полнометражный мультфильм, и я замечала, как глаза Вольского рассеянно скользили по мне и Маше, отвлекаясь от происходящего на экране. Он пытался скрыть улыбку. Я знала, что в такие мгновения он был невероятно счастлив. Потому что сама испытывала то же самое, украдкой поглядывая на него, расслаблено балдеющего в кругу близких.
Кое-как застегнув молнию, я досадливо поморщилась. Дышать будет трудно, не то что двигаться. Надев туфли, я сфотографировала себя в зеркале и скинула Наде со словами «Ну как?».
«Омайгаааад! Меня расщепило па атомы от зависти! Это просто бомба!!! Марк свалится в обморок!».
Улыбнувшись ее сообщению, я прислушалась. В холле хлопнула дверь.
– Марк? – крикнула я.
В ответ тишина. Напрягшись, я вышла из комнаты и вздрогнула, когда он появился в коридоре прямо передо мной.
– Фух! Ты меня напугал!
– Извини, – пробормотал он, уставившись на меня с восхищением. – Ты… потрясающе выглядишь.
Последнюю фразу он едва ли не промурчал, сразу же перейдя в наступление. Его руки оказались на моей талии, а губы прикоснулись к шее, отчего мои ноги тут же превратились в желе.
– Мы же опоздаем…
– Сергей поймет, он нормальный мужик. – Марк незаметно попытался расстегнуть молнию, вызвав во мне смех своей скрытой настойчивостью.
– Милый, я еле его застегнула. И опять макияж поплывет, а еще над прической я старалась…
Обреченно простонав, он отошел от меня, глядя с прищуром.
– Тогда тебе придется подождать меня, потому что мне срочно нужен ледяной душ.
Ждать его снаружи мне, конечно же, было скучно, поэтому, махнув рукой на прическу с макияжем, я расстегнула молнию и, освободившись от одежды, прокралась в душевую…
А уже через час с небольшим мы поздравляли Серова с юбилеем, попутно извиняясь за опоздание. Тот махнул рукой, намекнув, что «дело молодое превыше всего». В этот момент я стояла пунцовая, как мак, а Марку было хоть бы хны. Стоял, улыбался.
– А у нас новость, кстати, – Сергей поискал глазами свою жену, но Татьяна сама спешила к нам навстречу.
Походка у нее была не самая изящная, но когда она приблизилась, стало понятно почему. Нарядное платье совершенно не скрывало заметный животик, и Танино счастливое лицо от предстоящего материнства делало ее самой красивой в зале.
– Поздравляю! Это здорово! – искренне пожал руку Марк.
– Я теперь буду многодетным отцом, – с гордостью провозгласил Сергей, с любовью обнимая Татьяну.
Вскоре, после наших поздравлений, они отошли к другим гостям, а я все стояла как громом пораженная.
– Может, и мы займемся эти вопросом? М? – пробормотал Марк прямо в ухо.
Я повернулась к нему, продолжая хлопать глазами. Видимо, видок у меня был тот еще, потому что Марк нахмурился.
– Что случилось?
Я нервно пожевала губу, прежде, чем ответить.
– Это… Я даже не знаю как сказать…
– О чем речь? – терпеливо ждал муж.
– Марк, у меня несколько недель задержки. Я даже не заметила…. Напрочь забыла, каждый день балдея в твоих объятиях… И платье сегодня еле налезло, возможно я начала отекать. Я только сейчас поняла, увидев Таню!
– Это правда? – в серых глазах было столько надежды, что я побоялась что-либо отвечать. А вдруг нет?
– Я… Я не уверена, но… задержка точно есть.
Что и говорить, мы оба еле досидели положенное по регламенту приличия время, постоянно переглядываясь. Было странное, восхитительное предчувствие.
А когда все закончилось, мы отправились домой, по пути заскочив в ближайшую аптеку.
– Пожалуйста, ты не надейся особо, вдруг это просто цикл сбился, – взволнованно начала я, едва мы зашли домой. – Будет не очень, если понадеявшись, мы получим отрицательный результат.
– Эй. – Марк подошел ко мне, обхватив лицо ладонями. Наши глаза встретились, и на душе как-то сразу потеплело от его взгляда. – Все хорошо. Все в любом случае хорошо. Мы же не придавали этому значения, всегда можем попытаться осознано. Не заморачивайся.
– Хорошо, – кивнула я.
– Я тебя люблю.
– А я тебя, – прошептала я в ответ.
– Хочу тебя снова. Я постоянно хочу тебя. Ты сводишь меня с ума, – еле слышно проговорил он, прежде, чем поцеловать.
Через пару минут мне пришлось вырваться, иначе бы миссию по проверке теста пришлось бы переносить.
Самое удивительное во всей этой ситуации, что, еще не сделав тест, я была в полной уверенности, что забеременела. Я просто почему-то это чувствовала. Так же было и с Машкой. Поэтому когда тест показал две полоски, я всего лишь на мгновение прикрыла глаза, испытывая ни с чем не сравнимую радость. Нежно погладила совсем еще плоский живот, чувствуя эйфорию. Там был ОН. Мой малыш.
– Марк… – Я вышла из туалета. Марк, скинув пиджак, расстегивал часы.
Нам даже не нужно было ничего обсуждать. Мой муж понял все по моему сияющему взгляду и широченной улыбке. Ахнув, он подхватил меня на руки и закружил по комнате, хаотично целуя мое лицо: то в щеки, то в лоб, то в нос.
Это был один из самых счастливых вечеров в нашей семье. И потом их стало еще больше. Да, наша семья пережила многое… Грустно вспоминать всю боль, что мы оба испытали… Но, не смотря на разлом и расставание, нам удалось все отстроить заново, кирпичик за кирпичиком. Мы открывались друг другу все больше, доверяли как никому другому. Это было не быстро, даже наоборот, но мы верили. Мы старались.
Мы любили.
А это самое главное.
КОНЕЦ
