Текст книги "Верни мою дочь (СИ)"

Автор книги: Роза Ветрова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

Глава 24

Марк только что фактически признался мне в чувствах. Да, так только он может сделать: сообщить об этом сдержанно, как в холодном тоне, будто его заставили. Но все же… это признание.

Сердце гулко стучало в ребрах, щеки горели. В груди творилось что-то невообразимое, эйфория затапливала огромной волной, не позволяя равномерно дышать.

До утра я не смогла уснуть. Порывалась броситься за ним в кабинет, сказать, что я тоже люблю его, но почему-то лежала, не шевелясь. Нет, нужно сказать об этом в более спокойной и романтичной обстановке, а не тогда, когда он злился. А Марк злился. Он же думает, что я до сих пор влюблена в Савельева.

Я улыбнулась. Какие глупости! Что я вообще нашла такого в Артеме? У меня явно пелена на глазах была. А теперь, узнав от Марка, что Савельев так бессовестно меня предал, я не испытываю к нему ничего, кроме презрения. Ту ночь даже вспоминать не хочется. Мне неприятен этот человек, так ловко обманывающий всех и вся.

И почему я не хотела замечать своего мужа? Почему я тратила столько времени на тупую депрессию и ненависть к нему? Я была так слепа… вспоминая время, проведенное в лесу, я невольно вздыхаю, улыбаясь в темноте.

Нужно непременно признать ему в чувствах. Сделаю это завтра… Утром я проснулась и обнаружила, что Марк уехал на работу. Умывшись и собравшись, я решила что нужно раз и навсегда покончить с Савельевым. Остановить его.

По телефону такие вещи не решить, я намеревалась поехать к нему в офис.

Маша играла в своей комнате, когда я вошла. Римма взглянула на меня исподлобья, но промолчала, лишь недовольно поджав тонкие губы.

Невольно я отметила про себя, что няня немногим старше Марка. На вид ей точно до тридцати пяти. Она правда в него влюблена, или мне показалось?

– Мамочка, а ты куда? – дочь бросилась ко мне на руки, я крепко ее обняла.

– Съезжу по делам и сразу вернусь. Почитаем сказку, ладно?

– Да! Пло полосят хочу и волка.

– Договорились.

От меня не ускользнуло с какой досадой посмотрела на нас Римма. Ну точно влюблена в Марка. Бедная, наверное, со дня на день ожидала развода. Понимала, что ребенка мне Марк не оставит, а значит она, минимум как няня, останется в этом доме. А теперь голову ломает, что между нами произошло, что Марк снял все запреты для меня.

– Вы чего-то хотели? – Она вздрогнула от моего резкого вопроса и отвела взгляд.

– Нет.

– Вы так пристально на меня смотрите, – съязвила я.

Меня не отпускало то, как эта церберша вела себя раньше. Конечно, Марк сам отдал ей приказ, но… Я точно знаю, что эта гадюка получала истинное удовольствие унижая меня.

– Я… Извините, – с явной неохотой выдавила она.

Хотелось сказать ей что-нибудь неприятное, нахамить, но я сдержалась. Скоро я вышвырну ее вон, необходимости в постоянной няне не вижу, как и раньше. Смерив ее взглядом, я попрощалась с дочерью и поехала разыскивать Савельева. В офисе Артема меня ждало разочарование. Его не оказалось на месте. Тогда пришлось ему набрать. Глупо было приезжать просто так, без договоренности. И на что я надеялась?

Трубку он взял после нескольких гудков.

– Да?

– Артем, это Вита.

– Я понял, – нетерпеливо перебил он. Он явно был занят.

– Мы можем встретиться и поговорить? Это очень важно. Ты сам знаешь о чем, пора это прекратить. Артем, пожалуйста…

Внезапно я замолчала, услышав на фоне голос отца. Удивленно застыла. Я думала, что они уже давно не работают вместе.

– Наберу как освобожусь, – быстро сказал Артем и положил трубку.

В легком ступоре я стояла еще какое-то время на парковке около офисного здания, а потом меня окатило тревожное чувство. До последнего я гнала от себя эту паршивую мысль, но она упорно возвращалась обратно и стучала молотком по вискам.

Неужели отец замешан в том, что сейчас происходит на работе у Марка? Неужели он причастен и к покушениям?

Думать и размышлять больше нечего. Сев за руль, я нажала на газ и помчалась в сторону отцовского дома. Мой отец ненавидел разного вида офисы. Он всегда работал дома, в своем уютном кабинете. Я была уверена почти на сто процентов, что они оба сейчас там.

После банкротства отец распустил почти всю прислугу. Вызывал раз в неделю клининговую компанию, да экономку, что занималась готовкой и мелкими делами оставил. Поэтому я без проблем прошла внутрь, открыв двери своим ключом. Охранник кивнул мне на входе, сразу же узнав, и я беспрепятственно вошла в дом.

Быстрым шагом добравшись до кабинета, я застыла у его дверей. Не хотела подслушивать, но эти двое совершенно не стеснялись, громко обсуждая последние события.

– … недолго. Совсем скоро все развалится на наших глазах. Мы разворошим все хорошенько, а остатки выкупим на аукционе, – довольным тоном заявил Савельев.

– Пора все заканчивать.

– Да, осталось немного. Он в пути.

Что? В каком пути?

Не выдержав, я распахнула дверь и вошла. Мужчины вздрогнули и повернулись на дверь. Вздохнули с облегчением.

– А это ты… – отец скупо улыбнулся. – Подслушиваешь?

– Здравствуй, Вита, – вздохнул Савельев.

С отвращением взглянув на них обоих, я попыталась оправиться от шока. Те вели себя как ни в чем не бывало. Отец выкуривал сигару, с наслаждением выпуская дым, Артем вальяжно расположился в кресле напротив.

– Что происходит?!

– Не делай вид, что не понимаешь. Ты все верно растолковала.

– Это все правда? – гневно спросила я. – Вы… Вы вместе за этим всем стоите?

– Н-да, что и говорить, сначала я Артема прибить был готов, когда три года назад он устроил мне подлянку. – Отец скривился, взглянув на помощника. Лицо того осталось бесстрастным.

– Благодаря мне вы получите намного больше, чем те жалкие обещанные гроши, – ответил ему Артем.

– Что верно, то верно. – Согласный кивок.

– Как вы можете говорить об этом так спокойно? – неверящим голосом прошептала я.

– Радуйся, – сварливо произнес отец. – Скоро все закончится. Будешь свободна от этого психа.

– Что?! Папа! В Марка стреляли! Это… ты тоже в этом участвовал?! – заорала я, потеряв контроль. Слезы выступили на глазах, мне не хотелось верить в этот кошмар.

Что, черт возьми, вообще происходит?!

– Да не трясись ты так! Никто не планировал его убивать, больно надо грех на душу брать. – Он цинично рассмеялся. – Просто припугнуть хотели. Чтобы он начал принимать поспешные и неверные решения. Его помощник очень активно содействовал ему в этом.

Прижав ладонь к губам, я в ужасе смотрела на отца. Улыбка не сходила с его лица.

– В-Виктор помогал вам?

Мои ноги тряслись, пальцы и вовсе ходили ходуном. Господи! Виктор тоже предатель! И мы так беспечно ехали с ним в одной машине! Он знал наше местоположение!

– Вита, я же тебе говорил, что все под контролем, – Артем вышел вперед. – Ты должна нам помочь.

«И деньги в итоге я ему заплатил. Чтобы скрылся с радаров на край земли. Твоей семейке нужно от меня только одно. Деньги. И не только им. Всем нужно одно и тоже. Я привык».

От происходящего в этой комнате и за ее пределами меня начало подташнивать.

– Ни за что! Вы верно с ума сошли?! Оставьте мою семью в покое!

– Ты сама просила о помощи. Сама согласилась на то, чтобы фальшиво умереть для мужа вместе со своей дочерью. Ты готова была пойти на этот шаг! Мы вместе следовали одному плану. Твоему, черт подери, плану! Что изменилось сейчас?!

– Я… Я… Это была ошибка, – просипела я, смахивая слезы.

– Этот брак был ошибкой, – выплюнул отец. – Я должен был стать в разы богаче, а этот щенок меня обанкротил!

Слушать это дальше было невыносимо. Как и бессмысленно кричать им о вспыхнувшей любви и проснувшейся совести. Они не поймут. Они просто хотят деньги моего мужа. Вот что не дает им покоя.

Я попятилась назад к двери, голова кружилась, а в глазах темнело.

– Ты сама этого хотела. Не отрицай, Вита.

Дернув за ручку, я почувствовала, как ноги подкосились. Мне стоило большого труда удержаться на месте. Потому что прямо за дверью стоял мой муж с застывшим выражением на побелевшем лице.

– Ну теперь все в сборе. Проходи, Марк. Не стесняйся, – я еле расслышала ехидный голос отца. В ушах бурно шумела кровь. – Мы тебя ждали.

Глава 25

После долгой паузы Марк зашевелился. Не отрывая от меня взгляда, вошел внутрь. Выглядел он на удивление спокойно, даже отрешенно. В его руках была лишь тонкая папка. Деловой костюм и узкий галстук невероятным образом ему шли. Как всегда.

Я смотрела на его упавшую на лоб черную челку, на сжатую линию челюсти и чувствовала, как земля уходит из под ног. Все, что нам удалось создать и построить между нами – разрушалось в считаные секунды. Он больше никогда мне не поверит.

– Марк… – прошептала я.

Что творилось на его душе сейчас можно было только догадаться. Ничего не ответив, он отвернулся от меня и прошел к столу.

– Присаживайся, – милостивым тоном разрешил отец, кивнув на свободный стул.

– Обойдусь, – сухо ответил Вольский, оставаясь возвышаться над ними. – Не думал, что меня можно еще чем-то удивить, но вам удалось. Браво.

На его лице появилась злая усмешка.

– Что же ты застыла в дверях, дорогая жена? – опять повернулся ко мне и смерил презрительным взглядом. Даже на таком расстоянии я ощутила всю его ненависть и презрение ко мне.

– Марк, все не так… Выслушай меня…

С мольбой посмотрев на всех участников этой кошмарной встречи, я закусила губу.

– Давай поговорим наедине, я…

– Зачем? – резко перебил он. – Здесь все свои. Самые близкие, так сказать, люди.

– Но я не могу так…

– Вита, перестань, – скривился отец. – Все в курсе как ты к нему относишься. Можешь больше не претворяться любящей женой, в этом нет необходимости.

Мне казалось что я развалюсь на кусочки прямо на месте, так мне стало плохо. Все слова были неправильными, неподходящими. Марк ускользал от меня, закрывался за толстой стеной деланного безразличия. Для него я была предателем.

Ноги не слушались, меня покачивало из стороны в сторону. Жестко схватив мое запястье, Марк дернул меня на себя и с силой усадил на свободный стул.

– Сядь. – Холодная сталь в голосе не позволила ослушаться.

– Полегче, – влез Артем, но Марк посмотрел на него так, что тот не осмелился продолжить.

– Давайте к делу. Вита, посиди и послушай, раз уж пришла, – предложил отец и повернулся к Марку. – Теперь уже нет смысла делать вид, что мы ничего не понимаем. Это мы стоим за всей той задницей, что творится в твоей компании. Тебе конец, щенок.

Отец выглядел жутко самодовольным, в зеленых, как у меня, глазах плескалось торжество. Брошенные слова казались отрепетированными. Как же долго он мечтал об этом, представлял, как швыряет это в лицо Вольскому лично, внезапно поняла я. Не верилось, что мой папа мог сделать такое. В голове не укладывается…

– Думал, что я потерплю то, как ты со мной обошелся? Думал, что деньги решают все? Ты ублюдок, без роду без племени, да ты должен бы быть счастлив, что тебя приняли в нашу уважаемую семью. Это ты взялся непонятно откуда, вылез как черт из табакерки, а я, и мой отец, и мой дед делали себе имя годами!

Если Вольский и был задет его словами, то виду не показал, не дрогнул. Выражение его лица осталось бесстрастным.

Артем улыбался уголками губ, почти не скрывал свое удовольствие от происходящего. Вальяжно откинувшись на спинку кресла, он глядел на моего мужа с раздутым чувством превосходства.

Все происходящее до того было абсурдным, что я даже не находила что сказать. Лишь глупо вращала головой, слушая их всех по очереди.

Отец бросал обвинения, брызгал слюной, Артем молча наслаждался происходящим. Эмоции Марка трудно было прочитать, но мне было невыносимо дышать от того, что здесь происходило. Он не заслуживал всего этого. Ни банкротства, ни преследования, ни этих мерзких слов. Как Я САМА могла поступить с ним вот так?

– Как долго ты будешь стоять с таким индифферентным лицом? Не поверю, что тебе все равно, – ухмыльнулся отец. – Уверен, ты удивлен, хоть и старательно скрываешь.

Вздохнув так, словно весь разговор его неимоверно утомил, Марк швырнул папку, что держал по-прежнему в руках, на стол. Та плавно подъехала к рукам отца.

– Жаль разочаровывать, но у меня для вас плохие новости.

Легкое замешательство появилась на лицах обоих оппонентов.

– Полистай. Там много интересного.

Открыв папку, отец быстро пробежался глазами по документам. Его улыбка погасла, ноздри начали нервно раздуваться.

– Этого не может быть… Это блеф…

– Едва я узнал, что кто-то покушается на мою компанию, как предпринял необходимые меры. То, что сейчас разваливается – это обыкновенное подставное дело, жалкая капля в море. Но было необходимо вычислить того, кто все сливал. Все основные резервы и активы я заранее перевел в другую компанию. Это, кстати, было до вашего вмешательства. Я просто решил подстраховаться. Выяснить кто за всем этим стоит заняло какое-то время, но оказалось вполне осуществимо.

Лица отца и Артема застыли в неверии. Артем, потеряв напускную сдержанность, схватил папку, и принялся лихорадочно перелистывать документы. Марк на него даже не взглянул.

– Однако, повторюсь: удивить сегодня меня смог только один человек в этой комнате. – На этих словах он взглянул на меня сверху из-под полуприкрытых глаз.

– Но твой помощник… – неуверенно пробормотал отец. – Мы точно знали…

– Виктор? Делал вид, что предал меня, – спокойно ответил Марк. – Это была наша с ним договоренность.

– Я… Я не верю! – Отец окончательно растерялся.

Как, впрочем, и я. Я ничего не соображала. Артем покраснел, вспотел, весь зарылся в бумагах, пытаясь найти лазейку.

– Я мог бы утопить твою компанию еще раз, но, боюсь, она и так не выживет. Нет нужды марать руки. Компания «Fair Consulting», – Вольский повернулся на миг к Артему. – Уличена в мошенничестве, следственный комитет возбудит по этому поводу дело после моей подачи.

– Но как ты… – Артем смахнул пот со лба, развязал душащий его галстук. – Какого черта?! Твою мать, да это мелочь! Хочешь сказать, ты никогда не работал по темным схемам?!

– Мои схемы вряд ли сможет обнаружить любой желающий, – усмехнулся Марк и отвернулся от побагровевшего Савельева, потеряв к нему всякий интерес.

Теперь уставился на меня, и мрачный взгляд его не предвещал ничего хорошего. Серые глаза напоминали дождливые тучи, никогда я не видела их такими темными. Между бровей пролегла глубокая хмурая складка.

– Что же до тебя, дорогая женушка, то радуйся. Бракоразводный процесс начнется в ближайшие дни. Все как ты и хотела.

– Марк… – в изнеможении проговорила я. Голос дрожал и не слушался.

– С дочерью решим. Никто не собирается ущемлять тебя в твоих материнских правах. На этом разговор можно считать оконченным.

Повернувшись к нам спиной, он направился к выходу. Вышел за дверь, даже ею не хлопнув. В отличие от других в комнате он прекрасно держал себя в руках.

Отец рвал и метал, брызгал слюной и орал на Артем благим матом. Тот пытался оправдаться, божился, что все было под контролем. Стало противно от них обоих.

Вскочив с кресла, я бросилась догонять Марка, пытаясь придумать нужные слова. Ничего не приходило на ум. Полная пустота. Тугой комок в горле не давал нормально дышать, давил на грудь. Хотелось кричать и плакать.

В доме его уже не было, и я припустила быстрее на дурацких каблуках, лишь бы его догнать.

– Марк! – Я поймала его за руку около машины. – Подожди!

С омерзением, словно увидел дохлую крысу, он скинул мою руку со своего локтя. На его лице появилась кривая улыбка.

– Все не так! Дай мне сказать, пожалуйста! – взмолилась я.

– Перестань.

– Марк, я… Я правда… Все это звучит ужасно, знаю… Я… Прости меня! – Все мысли и слова путались, собираясь в бессвязную речь.

– Скажи мне одно. Ты правда намеревалась объявить себя и Машу погибшими? – глухо спросил он.

– Я… Я просто… Я не знала… Это было… – Слезы текли по моим щекам, я пыталась ухватить его за лацканы пиджака, но он снова убрал их. Схватил меня за плечи и довольно сильно потряс, приводя в чувство.

– Да или нет? – жестко повторил он. – Простой вопрос. Ответь!

Последнее слово он практически заорал в мое лицо.

Я обмякла в его руках, захлебываясь рыданиями.

– Да… Я хотела так сделать… Я хотела исчезнуть… Прости…

Прикрыв глаза на мгновение, он стиснул зубы.

– Это моя дочь! Мой крохотный ребенок! И ты… Как ты могла о таком даже подумать? – Глядя на меня и словно не узнавая, он расцепил пальцы и оттолкнул меня. Покачал головой. – Ты чудовищна.

– Марк, пожалуйста…

Но он уже уселся за руль и, не обращая внимания на мои крики и мольбы, рванул с места, обдав меня пылью из-под гравия.

Опустившись кулем на землю, я сжала кулаки и уронила на них голову. Рыдания не прекращались.

Все было кончено.

Глава 26

Когда я вернулась домой, то обнаружила, что Марка не было. Тщетно я ждала его весь день, и весь вечер, и всю ночь. Слезы высохли, а на душе была точно выжженная зноем пустыня. Я ждала его, чтобы объясниться, хотя бы попытаться. Но он не возвращался.

Его не было и на следующий день. И через день тоже.

Все это время я была похожа на бледную тень самой себя. Перед Машей силилась улыбнуться, держала голос максимально бодрым, но стоило остаться наедине с собой, как силы иссякали. Я падала лицом в кровать и выла, зарывшись в подушки, чтобы приглушить звук.

Маша спрашивала каждый день где ее папа, и я не знала, что ответить. Обещала, что скоро она его увидит. Я ломала голову, где он сейчас, гадала, возьмет ли трубку в этот раз. Марк Вольский исчез из моей жизни на несколько дней. И я отчаянно надеялась, что не насовсем.

Через пару дней мне позвонили юристы. Как обычно, деньги решают все. Полученная премия от моего супруга – и все процессы проходят под совершенно иной скоростью. Развод случился слишком быстро, я не успела и глазом моргнуть. И даже то, что я была категорически против – не сыграло никакой роли.

Суд постановил, что дочь будет проживать со мной. Марк не стал оспаривать. По нашему письменному соглашению юристы составили график общения отца с ребенком. Дом, машину и еще кое-какое имущество он оставил мне, отказавшись делить и брать половину. Хотя, какая половина? Все это было оформлено на него еще до нашего с ним брака. Но он все оставил нам…

Я по-прежнему не имела возможности поговорить с ним, могла только задавать вопросы юристам. Меня они, впрочем, мало интересовали. На последнем судебном заседании он подписал все документы, на меня даже не глядя. К тому времени я настолько устала плакать, что сидела точно застывшее восковое изваяние. Мою попытку поговорить с ним он пресек на корню. Было горько и больно осознавать все, но мне пришлось это сделать.

Марк Вольский освободил меня от себя, как я и хотела. Маша со мной, как я и мечтала.

Но теперь все воспринимается иначе. Я потеряла любимого человека. Я даже до конца не могу принять тот факт, что теперь жизнь будет складываться иначе. Без него.

С собой он забрал всех слуг в доме, великодушно предложив выбрать других. Все это входило в сумму выплачиваемого мне ежемесячного содержания. Я отказалась, но в скором времени в доме появился Виктор, его помощник, который настоятельно порекомендовал оставить хотя бы охранников, экономку и пару горничных. Сказал, что в его обязанности входит на первых порах помогать мне обустраивать свою новую жизнь.

На мои слова, что мне не нужна новая жизнь, он никак не реагировал. На лице его было извечно равнодушное каменное лицо. Наверное, Марк такое учит держать при найме на работу, невесело думалось мне.

По графику за Машей приезжал его водитель или сам же Виктор, и увозил в неизвестное мне место, где она проводила время со своим папой. После встреч с ним Маша какое-то время грустила, постоянно говорила мне, что хочет его увидеть. Мне было больно и обидно за нее, я продолжала винить себя. Из-за нашего с ним конфликта пострадала, в первую очередь, она, наша дочь.

Вначале я обрадовалась тому, что за нами приглядывает помощник Марка. Я воображала себе, что это связующая нас ниточка, которую возможно удастся укрепить. Если бы Марку было плевать, то он бы не заботился обо мне, верно? И, к тому же, он признался в чувствах… Разве сильные могут так быстро угаснуть?

Но время шло, и теневое участие Марка в моей жизни никоим образом не влияло на наше сближение. Месяц шел один за другим, но ничего не менялось. Пора было признавать свое поражение, но я не хотела мириться. Я задалась целью возродить нашу семью из пепла.

3 месяца спустя

– Вы уверены? – засомневалась я. – По документам, что вы прислали, учредителем является другой человек.

– Это типичное прикрытие, – заверил детектив. – Ваш супруг скрывал это три месяца назад в процессе банкротства основной компании. Сейчас он особо и не скрывает. Но юридически все верно, не подкопаешься.

– Вы же знаете, меня юридические стороны мало волнуют. Мне важно, чтобы Вольский был там.

– Не волнуйтесь. Он там практически круглосуточно. Это его проект.

– Спасибо.

Поговорив с детективом, я приободрилась. Стоило больших трудов разузнать какая же компания относится к моему мужу. Он не светил свою фамилию. Для меня это было важным, потому что я… собиралась устроиться к нему на работу. Вряд ли он самолично проверял тех, кто к нему устраивается работать, скорее всего, этим занимается рекрутинговое агентство, как и положено, в случаях с крупными компаниями. А значит шанс просочится в его святая святых был, хоть и ничтожный.

Полтора месяца назад этот же детектив выяснил новый адрес моего теперь уже бывшего мужа. Деликатно не задавал вопросов, такая уж у него работа.

К новому дому Вольского я не смогла приблизиться. И если шлагбаум и охранника у входа в поселок мне удалось пересечь, то во двор попасть было попросту невозможным. Территория была настолько закрытой, что я не обнаружила ни одной кнопки звонка. Гостей тут не ждали.

Я околачивалась у ворот целый день, пока не вышел шкафоподобный охранник и не прогнал меня, как какую-то попрошайку. На все мои доводы, что я бывшая жена и ищу встречи с его хозяином, он отреагировал весьма ожидаемо: пригрозил применить силу и вышвырнуть меня вон, если не уйду сама.

Встретиться с Марком шансов практически не было. Светские мероприятия он не посещал, в общественные места не захаживал. Поэтому я решилась устроиться к нему на работу и потихоньку приблизиться к нему.

Я не была готова отказываться от него. Пусть поздно, но я полюбила этого человека, и поэтому хотела вернуть в семью. Он был нужен мне, Маше. Я решила во что бы то ни стало добиться Марка Вольского.

Мое резюме сплошь наглая липа и вранье, купленные сертификаты и такие же рекомендации, но только так я могла попасть к нему на работу. Марк нанимал лучших.

В тот же день я просмотрела все свободные вакансии на сайте компании. Выбрав секретариат, подогнала резюме подходящим образом и отправила в рекрутинговое агентство. На следующий день мне позвонили и пригласили пройти конкурс. Я немедленно согласилась.