Текст книги "Детектив США. Книга 1"

Автор книги: Росс Макдональд

Соавторы: Джадсон Пентикост Филипс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Глава XX

Нескончаемые разговоры велись и на месте происшествия и в канцелярии шерифа. Моя поддержка, звонок лейтенанта Бастиана и рана на голове в конце концов помогли Бену убедить полицейских и чиновников прокуратуры, что он действовал только в целях самообороны.

Бен лишил меня важного свидетеля.

Но у меня оставалась свидетельница, если только она согласится говорить. Не теряя времени, я поехал на квартиру Сьюзен Дрю.

Дверь открыла Стелла. Я сразу заметил синеватые подглазья на ее бледном лице.

– Ты выглядишь испуганной, – заметил я. – Что-нибудь случилось?

– Ничего, и это тоже меня беспокоит. Мне бы следовало позвонить родителям, а я не хочу, они заставят меня вернуться домой.

– Но так или иначе ты должна вернуться.

– Нет! Я хочу повидаться с Томми. Он же сказал, что если наша первая встреча не состоится, мы увидимся сегодня вечером на той же автобусной остановке.

– В какое время?

– В девять, как и вчера.

– Я пойду вместо тебя.

Девушка согласилась, хотя и не слишком охотно.

– Стелла, а где мисс Дрю?

– Пошла завтракать. Я была еще в постели. И она оставила мне записку, что скоро вернется, а прошло уже больше двух часов… Мистер Арчер, вы позволите задать вам один вопрос?

– Один задавай.

– Вас интересует мисс Дрю?.. Ну, вы понимаете… По-настоящему.

– Пожалуй. А что?

– Не знаю, говорить ли, но… но она пошла завтракать с другим мужчиной.

– Что же тут плохого?

– Как вам сказать… Я его не видела, но слышала его голос, а у меня хорошая память на голоса. По-моему, это был женатый человек.

– Ты определила по голосу?

– Это был отец Томми – мистер Хиллман…

От неожиданности я даже опустился на стул. Мне показалось, что развешанные по стенам и ярко освещенные солнцем африканские маски строят мне гримасы.

– Мне не следовало распускать язык, да? – озабоченно спросила Стелла, подходя ко мне. – Вообще-то я не сплетница и сейчас чувствую себя прямо шпионкой, проникшей в чужой дом.

– Нет, почему же. Ты правильно сделала, только больше никому не рассказывай.

– Обещаю. – Видимо, Стелла испытывала облегчение, поделившись со мной этой новостью.

– У тебя сложилось впечатление, что они друзья?

– И да и нет. Я не хотела, чтобы он увидел меня, и поэтому не выходила из комнаты и не видела их вместе, но по тону разговора мне показалось, что они… как вам казать… довольно близки.

– Что ты имеешь в виду?

Стелла, чуточку подумав, ответила:

– Ну, так они разговаривали… Без всяких там церемоний, как близкие люди.

– И о чем же они говорили?

– Попытаться пересказать слово в слово?

– Это было бы здорово.

– Всего я не слышала. Как только он вошел, она сказала: «Я надеялась, что ты будешь более осторожным, Ральф». Она назвала его «Ральф». А он: «Не говори мне про осторожность! Положение становится отчаянным». Я не поняла, что он хотел этим сказать.

– А все же?

– Может, о Томми, а может, о чем-нибудь другом… «А я-то, – говорит, – надеялся найти в тебе хоть немного симпатии». Она ответила, что у нее теперь вообще ни к кому нет симпатии. Тогда он назвал ее жестокой женщиной и что-то сделал – кажется, хотел поцеловать, потому что она воскликнула: «Не смей!»

– У нее был сердитый голос?

Стелла посмотрела на потолок.

– Не очень… Пожалуй, ей было просто неинтересно. «Мне кажется, ты не очень любишь меня», – сказал он. Она ответила, что сейчас не время открывать дискуссию, особенно когда в доме посторонний человек. «Почему же ты не предупредила меня? – всполошился он. – Мужчина?» Я не слышала, что она ответила, а через несколько минут они ушли.

– У тебя хорошая память, – похвалил я.

Стелла рассеянно кивнула:

– В школе это помогает, а в остальном не всегда полезно. Я запоминаю и все плохое и все хорошее.

Теперь я почти не сомневался, что именно Хиллман был тем человеком, телефонный звонок которого так расстроил Сьюзен. Вот так, словно край ее юбки зацепился за шестерни работающей машины, которую никто не может остановить, Сьюзен все больше и больше вовлекалась в историю с исчезновением Тома Хиллмана. Должен признаться, я не стал бы останавливать машину, если бы и знал, как это сделать. Такова одна из неприятных особенностей профессии детектива.

– Ты ела что-нибудь? – спросил я Стеллу.

– Выпила стакан молока.

– Вот почему ты такая бледная. Едем завтракать.

– Спасибо… А потом?

– А потом я отвезу тебя домой.

– Пожалуй… Мама, наверное, в панике.

– Позвони ей и скажи, что едешь.

Я закрылся в ванной комнате, побрился и принял ванну – следовало подготовиться к важной беседе, а может, и к нескольким, если повезет.

Стелла встретила меня с пылающими щеками.

– Я звонила. Нам лучше сразу ехать домой.

– Мать очень волнуется, да?

– Я разговаривала с папой. Он винит во всем вас.

– И правильно делает. Надо было вчера же отвезти тебя.

Примерно через час мы подъезжали к школе «Забытая лагуна». Ветер разогнал облака, но даже при ярком солнечном свете школьные здания выглядели уныло. Я поймал себя на том, что взглядом разыскиваю на горизонте одинокую синюю цаплю, но сегодня ее не было.

Повинуясь внезапному порыву, я свернул с шоссе и подъехал к школе. Из будки вышел старик сторож и поковылял к машине.

– Доктора Спонти нет, – сообщил он.

– А миссис Мэллоу?

– Она в Восточном крыле.

Я оставил Стеллу в машине и постучался в переднюю дверь Восточного крыла. Прошло что-то уже слишком много времени, пока наконец миссис Мэллоу открыла мне. На ней был тот же самый темный форменный костюм, и от нее так же пахло джином.

– Мистер Арчер?! – Она улыбнулась, щурясь от яркого солнечного света.

– Как поживаете, миссис Мэллоу?

– Не спрашивайте меня об этом по утрам… Да и вообще в любое время.

Существую.

– Ну и отлично.

– Надеюсь, вы приехали не за тем, чтобы справиться о моем житье-бытье?

– Мне хотелось бы минутку поговорить с Фредом Тинделлом.

– К сожалению, мальчики сейчас в классе.

– Мне это крайне необходимо.

– Но вы не расстроите его?

– Надеюсь.

Миссис Мэллоу оставила меня в холле и вскоре вернулась. В ожидании Фреда мне пришлось выслушать историю всех ее бракосочетаний, включая и самое последнее – бракосочетание с бутылкой. Потом пришел Фред, остановился у порога и, пощипывая щетину на подбородке, ждал, когда ему скажут, что он натворил на этот раз.

– Алло, Фред, – поздоровался я, подходя к нему.

– Алло.

– Ты помнишь разговор, который мы как-то вели?

– С памятью у меня в порядке… Вы Лу Арчер Первый… Нашли Тома? – спросил он с быстро промелькнувшей улыбкой.

– Пока нет. А ведь ты мог бы помочь мне.

Фред поскреб ботинком дверной косяк.

– Это как же?

– Рассказать все, что знаешь. Могу обещать: обратно сюда его не привезут.

– А мне-то, думаете, от этого будет легче? – уныло проговорил он.

Я промолчал. Да и что я мог ответить?

Немного повременив, Фред спросил:

– А что вы хотите услышать от меня?

– По-моему, прошлый раз ты кое о чем умолчал. Нет, нет я тебя не виню, ты ведь совершенно меня не знал. Собственно, ты и сейчас меня не знаешь, но прошло три дня, а Том все еще не найден.

Лицо Фреда приняло серьезное выражение, однако ненадолго, он с усмешкой тряхнул головой:

– Договорились, я выложу вам все.

– Хочу спросить вот о чем. Перед тем как сбежать в субботу вечером, Том не называл какого-нибудь определенного человека или определенного места, куда он намеревался отправиться?

– Куда, он не сказал, он только упомянул что-то о том, что должен найти своего настоящего отца.

– Что он хотел этим сказать?

– А то, что он был усыновлен.

– Это правда?

– Откуда я знаю! Многие наши ребята хотели бы оказаться усыновленными.

– Том говорил серьезно?

– А как же! Он еще добавил, что не может сказать, кто он сам, пока точно не узнает, кто был его отец. – Фред снова усмехнулся. – А я вот, наоборот, пытаюсь забыть, кто был мой отец.

– Вы все выяснили, что вас интересовало, мистер Арчер? – вмешалась миссис Мэллоу. – Фреду пора в класс.

– Ты можешь рассказать еще что-нибудь?

– Нет, сэр. Честное слово. Мы мало разговаривали с Томом…

Вернувшись к машине, я спросил у Стеллы:

– Том когда-нибудь рассказывал тебе, что его усыновили?

– Усыновили?! Совсем не так! Однажды летом он вдруг придумал сказать мне, что его тайком подменили в родильном доме и Хиллманы не настоящие его родители. Как, по-вашему, это правда?

– Все может быть.

– Но вы-то верите?

– Я и сам не знаю, чему я верю, Стелла.

– Но вы же взрослый, – с чуть заметной насмешкой заметила Стелла, – вам все полагается знать.

Я предпочел не отвечать, и мы молча доехали до ворот усадьбы Карлсонов.

– И думать боюсь, что сделает со мной отец! – поежилась Стелла. – Извините, что втянула вас в эту историю.

– Полно, Стелла! Ты помогла мне больше всех.

Джей Карлсон, которого я не знал и не хотел знать, стоял у ворот своей усадьбы. Упитанный моложавый человек с голубыми, как у Стеллы, глазами, он сейчас буквально дрожал от злости.

Из дома вышла Риа Карлсон, рыжие волосы которой мое сознание восприняло как сигнал надвигающейся опасности. Она ринулась к машине, увлекая за собой мужа.

– Что вы делали с моей дочерью? – набросилась на меня женщина.

– Оберегал, как мог. Она ночевала у одной моей приятельницы, а утром я уговорил ее вернуться домой.

– Проверим, проверим! – прищурилась миссис Карлсон. – Как фамилия вашей приятельницы?

– Сьюзен Дрю.

– Стелла, это так?

Девочка кивнула.

– Ты что, разучилась говорить? – гневно крикнул отец. – Пропадала где-то всю ночь, а теперь, видите ли, не желает удостоить нас хотя бы одним словом!

– Не волнуйся, папа. Он говорит правду. Мне пришлось съездить в Лос-Анджелес, но…

– Не волнуйтесь? – перебил отец. – Не волнуйтесь, хотя мы даже не знали, жива ли ты?

Стелла виновато понурилась:

– Прости, папа!

– Ты жестокая, бесчувственная девчонка! – снова взвилась миссис Карлсон. – Теперь я никогда не смогу тебе верить! Никогда!

– Напрасно вы так, миссис Карлсон!

Отец Стеллы яростно повернулся ко мне.

– А вы не вмешивайтесь! – крикнул он.

Я видел, что больше всего ему хотелось бы сейчас наброситься на меня с кулаками, но вместо этого он схватил Стеллу за плечи и с силой встряхнул. – Ты что, совсем ума лишилась – выкидывать такие штучки?!

– Оставьте ее в покое, Карлсон!

– Она моя дочь!

– Вот и относитесь к ней, как к дочери. Она провела очень трудную ночь, и…

– Что значит трудную ночь?

– Она учится понимать жизнь, а вы не очень-то помогаете ей в этом.

– Прежде всего ей нужно учиться дисциплине, и я знаю, где ее научат этому.

– Вы глубоко заблуждаетесь, если думаете о школе «Забытая лагуна».

По-моему, Стелла прекрасная девочка, и…

– Меня не интересует ваше мнение. Рекомендую поживее убираться, пока я не вызвал полицию.

Мне и самому дорога была каждая минута, и я ушел. У Стеллы хватило мужества помахать мне на прощание рукой.

Глава XXI

Я направился было к дому Хиллманов, но увидел идущую навстречу машину Дика Леандро и затормозил как раз на середине дороги. Он волей-неволей должен был последовать моему примеру, причем взглянул на меня так, словно я преградил ему путь на треке в разгар автогонок на «Гран-при». Я вышел из машины и похлопал ладонью по капоту его спортивного автомобиля:

– Отличная штучка!

– Мне нравится.

– У вас несколько машин?

– Нет одна… С… скажите, я с… слышал, Том н… нашелся?

– Пока нет, но известно, что он на свободе.

– Замечательно, – без всякого энтузиазма заметил Дик. – Вы не знаете, где Шкипер? Миссис Хиллман сказала, что он не ночевал дома.

– На вашем месте я бы не стал о нем беспокоиться. Он в состоянии сам позаботиться о себе.

– Да, да, к… конечно. Но где он? Мне нужно п… поговорить с ним.

– О чем?

– Это наше с ним дело… По личному вопросу.

– У вас много общих секретов с мистером Хиллманом? – насмешливо поинтересовался я.

– Н… нет. Он консультирует меня… Он дает мне х… хорошие советы.

Неприязнь ко мне сквозила в каждом слове Леандро. Неприязнь и страх. Я оборвал разговор, уселся в машину и подъехал к особняку Хиллманов. Мне предстояло поговорить с Элейн, и она сама открыла дверь. Сегодня она выглядела лучше, чем в прошлый раз, даже улыбнулась мне.

– Я получила вашу добрую весть, мистер Арчер.

– Мою добрую весть?!

– Да. Весть, что Том жив. С ваших слов мне сообщил об этом лейтенант Бастиан. Заходите и расскажите подробно. Можно надеяться, что наши мучения подошли к концу?

– Не сомневаюсь.

– Как я рада! – Она пристроилась на краешек кушетки. – Садитесь и рассказывайте.

Я сел рядом.

– Мне остается досказать немногое, но в этом немногом не все хорошо.

Однако Том жив, свободен и, по всей вероятности, все еще в Лос-Анджелесе. Я проследил его маршрут от гостиницы «Барселона», где он скрывался все это время, до центра Лос-Анджелеса. Его видели вчера вечером на автобусной остановке.

– Мне хотелось бы, чтоб в эту минуту мой муж был здесь, со мной… Я немножко беспокоюсь о нем. Он уехал из дому вчера вечером и еще не возвращался.

– Вероятно, он провел ночь в Лос-Анджелесе, занимаясь поисками Тома.

Сегодня утром он завтракал с Сьюзен Дрю.

Я умышленно без всякой подготовки назвал это имя, и на лице Элейн отразилась именно та реакция, которую я ожидал.

– Боже! – воскликнула она. – Неужели они все еще продолжают?

– Я не знаю, что они продолжают.

– Да они же любовники вот уже двадцать лет! – с ожесточением бросила миссис Хиллман. – А ведь он клялся, что между ними все кончено! Он умолял меня не бросать его, давал честное слово, что никогда даже близко не подойдет к ней!.. – Она строго взглянула мне в глаза. – Мой муж – бесчестный человек!

– Он не произвел на меня такого впечатления.

– Я знаю, о чем говорю. Мы прожили вместе четверть века, и не любовь удерживала его около меня, а мои деньги, которые нужны были ему не только для деловых операций, но и для удовлетворения своих прихотей, включая… – Она вздрогнула от отвращения, – включая грязную привычку постоянно менять своих постельных подруг… Но я бы не должна рассказывать вам все это, вы первый человек, с которым я так откровенна.

– Но пока вы ничего особенного мне не рассказали, хотя в интересах дела и следовало бы.

– Вы полагаете… все это связано между собой?

– Вполне возможно. Мне кажется, что именно по этой причине ваш муж и мисс Дрю встретились сегодня утром. Он, вероятно, договорился с ней о встрече по телефону еще во вторник днем.

– Постойте! Я вспомнила. Он действительно разговаривал по телефону в гостиной, но прекратил разговор, как только заметил меня. Я успела расслышать, как он сказал, что все это должно остаться строго между ними.

Конечно, он разговаривал с этой шлюхой Дрю!

– Вероятно. Как раз накануне я рекомендовал лейтенанту Бастиану иметь ее в виду как свидетельницу, и лейтенант, наверно, упомянул об этом в разговоре с вашим мужем.

– И опять вы правы, мистер Арчер: муж и в самом деле разговаривал перед этим с лейтенантом. Но откуда у вас такая осведомленность?

– Профессия!

– Профессия профессией, но как вы могли узнать о телефонном разговоре между… этой самой Дрю и мужем?

– В тот момент я находился в квартире мисс Дрю. Я не слышал, о чем они разговаривали, но заметил, что она выбита из колеи.

Взгляд миссис Хиллман несколько смягчился, она слегка коснулась моей руки.

– Дрю ваша приятельница?

– В некотором смысле.

– Загадочный ответ.

– Еще более загадочны для меня их взаимоотношения. Но, мне кажется, она не любит вашего мужа.

– Тогда что же они пытаются скрыть?

– Что-то из прошлого. Вот почему я надеюсь услышать от вас более подробный рассказ, хотя понимаю, что это причинит вам боль.

– Я не боюсь боли, если в ней есть какой-то смысл. Тяжело переносить бессмысленную боль, вроде той, какую причинил мне Том. – Я ждал, что миссис Хиллман разовьет свою мысль, но она замолчала, сжав ладонями запавшие, в синих прожилках виски.

– Я постараюсь не затягивать нашу беседу. Вы сказали, что их роман тянется уже двадцать лет.

– Да. Я тогда жила с приятельницей в Бербанке, а муж служил на флоте.

Раньше он командовал соединением кораблей, но в то время, о котором я говорю, служил старшим офицером конвойного авианосца. Позднее его назначили командиром.

Как-то корабль мужа пришел в Сан-Диего на ремонт. Ральф получил отпуск на несколько дней и приехал ко мне. Однако со мной он бывал значительно меньше, чем мне хотелось бы. Потом я узнала, что он проводил ночи, а иногда субботу и воскресенье с Сьюзен Дрю.

– В гостинице «Барселона»?

– Она рассказывала вам об этом?

– Она рассказывала о себе и совершенно не упоминала о вашем муже. Мисс Дрю – порядочная женщина.

– Я не хочу, чтобы ее хвалили при мне! Она причинила мне много горя.

– Не забывайте, что в то время ей было всего двадцать лет.

– Мне тоже было чуть больше двадцати, но муж бросил меня.

– Он же не бросил вас!

– Да, Ральф вернулся, но не потому, что любил меня. Он вернулся из-за моих денег, они понадобились ему на расширение фирмы. Он прямо сказал об этом и ни в чем не раскаивался. Он считал, что любая чета, у которой не может быть детей… – Миссис Хиллман испуганно закрыла рукой рот.

– Но у вас же был Том, – подсказал я.

– Том появился позже… Слишком поздно, чтобы спасти наш брак…

Слишком поздно, чтобы спасти мужа. Он трагически несчастный человек, но я не в состоянии испытывать к нему жалости.

– Скажите, в чем причина таких частых ссор между ним и Томом?

– Неискренность.

– Неискренность?

– Мистер Арчер, мне, очевидно, придется открыться вам, поскольку рано или поздно вы все узнаете сами, а это может оказаться очень важным именно сейчас.

– Том был… Том приемыш?

Миссис Хиллман кивнула.

– Возможно, позже об этом узнают все, но вас я прошу ни с кем пока не делиться нашей семейной тайной. В городе никто ничего не знает. Даже сам Том. Мы усыновили его в Лос-Анджелесе вскоре после демобилизации мужа, накануне нашего переезда сюда.

– Но Том так похож на вашего мужа…

– Поэтому-то Ральф и выбрал его. Он очень самовлюбленный человек, мистер Арчер, и стыдится сказать даже нашим друзьям, что у нас не может быть своих детей… что ни одна женщина не может иметь от него ребенка. Мне кажется, временами он и сам верит, что Том его плоть и кровь, настолько сильным у него всегда было желание иметь собственного сына.

– Миссис Хиллман, а что произошло в воскресенье утром? Почему вы сразу же отправили Тома в «Забытую лагуну»?

– Так решил Ральф, – быстро ответила миссис Хиллман. – Я тут ни при чем.

– Они поссорились?

– Даже очень. Ральф был прямо вне себя.

– Из-за чего?

– Я и без того открыла вам больше, чем следовало бы. Но вообще-то я ни в чем не виню Тома. Мы с мужем мало что ему дали. Он нервный, легковозбудимый мальчик с музыкальными способностями. Мужу это не нравилось – видимо, напоминало, что Том не наш родной сын. Он долго пытался воспитать в нем иные качества, а когда это не удалось, перестал им интересоваться. Но, я уверена, не перестал любить.

– И потому все свое время проводит с Диком Леандро?

– Вам не откажешь в наблюдательности, мистер Арчер.

– Положение обязывает. Кстати, Леандро и сам не старается держаться в тени. Вот и сейчас я встретил его у вашего дома.

– Он спрашивал Ральфа, – сухо пояснила миссис Хиллман. – Он очень зависит от Ральфа. Родители Дика разошлись несколько лет назад, отец уехал из города, и Дик остался с матерью. Он хотел встретить кого-то, кто бы мог заменить ему отца, а Ральф как раз искал компаньона на свою яхту. К тому же бедняге Дику еще во многом надо помогать.

– Ну, этот бедняга и получил уже немало. Он сам говорил, что с помощью вашего супруга окончил колледж.

– Не следует забывать, что отец Дика когда-то хорошо работал в фирме Ральфа, а Ральф очень ценит добросовестных служащих.

– А Дик? Как он отвечает на заботу о нем?

– Он фанатично предан Ральфу.

– Разрешите задать гипотетический вопрос. Если бы ваш муж лишил Тома наследства, наследником стал бы Дик?

– Вы правы: вопрос чересчур гипотетический.

– Но ваш ответ может иметь практические последствия. Итак?

– Муж, конечно, может оставить ему что-нибудь. Да, да, в любом случае Дик получил бы какую-то часть. Но не думайте, что бедный, глупенький Дик с его кудряшками и мускулами способен интриговать, чтобы…

– Ничего подобного я и не думал.

– Вы не должны нервировать Дика. Во всем, что произошло, он вел себя очень благородно, мы оба опирались на него.

– Знаю и обещаю не нервировать. – Я встал, намереваясь уйти. – Спасибо за откровенность.

– Теперь уже нет смысла кривить душой. Если хотите спросить еще о чем-нибудь…

– Пожалуй, есть еще одно обстоятельство, которое не мешает уточнить. Вы не могли бы назвать организацию или агентство, через которое усыновили Тома?

– Это было сделано в частном порядке.

– Через адвоката или врача?

– Через врача, который принимал Тома в родильном доме «Кедры Ливана».

По договоренности с матерью мы оплатили все расходы по ее пребыванию в родильном доме.

– Кто она?

– Какая-то бедная обманутая девушка. Я не встречалась с ней и не испытывала никакого желания встречаться. Мне всегда хотелось чувствовать, что Том мой собственный сын.

– Понимаю.

– Да и какое значение имеет, особенно сейчас, кто были его родители?

– Большое, особенно если он бродит сейчас по Лос-Анджелесу и разыскивает их. А у меня есть основания думать, что именно этим он и занят.

Вы знаете фамилию врача?

– Муж, вероятно, знает.

– Но его же нет.

– Попробую поискать в его письменном столе.

Я пошел вместе с ней в кабинет Хиллмана и, пока она рылась в столе, снова присмотрелся к фотоснимкам. Особенно долго я разглядывал фотографию Дика Леандро, снятого на яхте, но его пышущее здоровьем невыразительное лицо ничего мне не сказало. Возможно, оно многое могло сказать кому-то другому? Я быстро снял снимок со стены и положил в боковой карман. Элейн Хиллман ничего не заметила.

– Нашла, – повернулась она ко мне. – Имя и фамилия врача – Илайджа Вейнтрауб.