Текст книги "Легион (СИ)"

Автор книги: Родион Кораблев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 19 страниц)

Глава 20
Манок

– Впредь прошу предупреждать о подобных планах, – холодно заметила Мирам. – Между прочим, я не за себя прошу, а за всех нас. Легион не разнесло только потому, что мы в центре стояли!

– Я и представить не мог, что левиафан такой… незащищенный, – чуть смущенно хмыкнул Алекс, разглядывая дело своих рук.

На месте, куда недавно извергался водопад энергии, клубился самый обычный красный туман. К сожалению, тут не осталось ничего, что можно было бы использовать в качестве сырья для варки Крови, если, конечно, такой фокус вообще можно было провернуть с левиафаном.

Хотя тут висела очень слабая энергетическая аномалия. Если бы не обстоятельства, Алекс легко бы ее пропустил, приняв за флуктуацию тумана. Потому что аномалия ничего не излучала и вообще грозила вот-вот развалиться. Больше всего она походила на живой маяк. Похожие штуки, только искусственного происхождения, мастера Троп использовали для прокладки тоннелей.

– Видимо, это метка, по которой Бесформенный настраивался на это место. Точнее, все, что от нее осталось, – пробормотал он. – Надо ее взять.

– Любопытная штука, но для нас бесполезная. Даже вредная, – не согласилась Мирам. – Вдруг по ней Бесформенный тебя выследит? Лучше не таскать ее с собой.

– Мы и так на его территории. Нас не надо долго искать, – усмехнулся Алекс.

– Тогда просто уничтожь ее, – настаивала Мирам. – Это манок для вызова Бесформенного! Он нам только навредит.

– Этот, как ты выразилась, манок, может быть ценностью. Я его подержу пока при себе. Если не найдем применения, то выбросим, когда выберемся отсюда. Хотя жаль, что Ферма не имеет нормального тела. Будь у нее обычная плоть, у нас был бы шанс получить нормальные врата, а не этот жалкий обрубок.

– Я, конечно, тоже хочу получить богатую добычу, особенно после такого… представления. Но если бы Ферма была стандартным монстром, мы бы не смогли по ней свободно разгуливать. Так что не надо жаловаться.

– Верно, не следует жадничать, – согласился Алекс, закидывая аномалию в Призрачное хранилище. На всякий случай он дополнительно упаковал ее в сферу. Оглядевшись, он спросил: – А где Хемет?

– Понятия не имею, но вокруг полно Достойных. Судя по их состоянию, им сейчас не до нас. Твой план оказался для них такой же неожиданностью, как и для меня, и для остальных, – проворчала Мирам.

– Хм… не напоминай… Значит, у Хемета много дел. Не будем его отвлекать. Найди мне еще один энергетический узел. Но в этот раз он должен располагаться как можно ближе к границе.

– Есть такой. Однако теперь Ферма готова к твоей диверсии. Левиафан же не идиот, чтобы позволить тебе снова безнаказанно подобраться к вратам и закрыть их.

– Не думаю, что это вопрос готовности или неготовности. Посмотри вокруг – он до сих пор не залечил рану. И даже не пытается отрастить новые врата. Мы для него слишком непонятная угроза.

– Возможно, ему нужно больше времени, – неуверенно произнесла Мирам.

– А возможно, левиафан просто не может этого сделать. Возможно, врата ему ставит Бесформенный, и не здесь. А там, где его власть абсолютна.

– Получается, мы все-таки ослабили Ферму! – обрадовалась Мирам.

– Да, и надо ослабить ее еще сильнее, пока есть такая возможность.

– И про добычу не забудь! Не хочется уходить отсюда с пустыми руками.

– Я рад, что к тебе вернулось хорошее настроение, но пора лететь. Я не хочу выяснять, на что еще способен левиафан.

– Все еще опасаешься его реакции?

– Надо быть готовым ко всему, – кивнул Алекс. – Любой проснется, если начать его резать. Но пока у нас нет выбора…

Получив новое направление, легион отправился к новой цели…

Адепты не были дураками, и многие догадались, что они ранили Ферму! Хотя не все поначалу поверили новостям, ведь монстр казался непобедимым, и недавно они все были его пленниками. К тому же новости, что Ферма – это левиафан, уже начали распространяться. Это вызывало еще больше разговоров. Да и как не удивиться подобным чудесам?

Так или иначе, народ повеселел и поверил в своего лидера.

Правда, Мирам быстро оборвала все веселье, приказав сосредоточиться на Телах Потенциала. Мол, иначе, когда они покинут Ферму, неудачников придется оставить, чтобы те не сгорели. И тогда им придется самостоятельно объясняться с Хеметом, чем они занимались все это время.

Народ все быстро понял и занялся усердной работой. Надо сказать, это была еще одна идея Алекса, что для трансформации адепт должен научиться хорошо контролировать Бесформенность. В этом смысле Хемет был прав, когда объяснял, что каждый Достойный должен «вернуть» власть над матрицами, и это лучший способ удержаться от грязного пути.

Однако тренировка матриц – это слишком сложный и долгий процесс. Поэтому адепты просто поддерживали течение энергии по телу, опираясь на общее вибрационное поле. Собственно, Алекс занимался тем же самым в масштабах всего легиона. В результате поле стабилизировало энергетику всех участников и вообще помогало управлять собой. Для роста Тел Потенциала этого должно было хватить.

Некоторое время легион летел практически не сдерживаемый туманом, настолько левиафан ослаб в районе бывшего энергетического узла.

«Врата – это часть конструкции Фермы, – размышлял по дороге Алекс. – Если их все разрушить, монстр просто развалится? Или расползется по округе, как куча песка? Хм… в огромных размерах есть свои недостатки».

Но постепенно туман сгущался и в какой-то момент стал еще плотнее, чем раньше.

– А вот и реакция подоспела, – промычала Мирам. – Мы попали в зону следующего энергетического узла. А тут Ферма проснулась.

– Что там с Хеметом?

– Я его едва чувствую. Но он постоянно движется за нами. Правда, не приближается. Но и не сдается.

– Либо его заставили догнать нас. Ладно, пусть движется…

В этот раз полет продолжался сорок минут. Но это потому, что скорость резко снизилась. Зато адепты с грехом пополам создали Сосуды и перешли к формированию Тел Потенциала. Наконец, легион добрался до нового энергетического узла…

– Левиафан точно готовился, – присвистнула Мирам.

– Если мы выбили одну опору, другие должны усилиться…

Перед ними кружил еще один смерч-кокон. Но в два раза больше и громче предыдущего. Очевидно, Ферма пустила весь поток на защиту врат и усиление собственного тела. Точнее, все, что позволяли обстоятельства.

«Спасибо, что не атакует нас. Или не может?» – задумался Алекс.

Приблизившись вплотную, он понял, что в этот раз они не смогут залететь внутрь всей армией, настолько плотным был вращающийся поток.

– План меняется! – объявил он. – Левиафана нашими увертками больше не обманешь. Я иду туда один…

– Тебе не хватит энергии! Легион – твое оружие, – возразила Мирам.

– Мне главное подобраться на расстояние удара. Дальше будет проще. Чтобы закрыть врата, легион мне не нужен…

– Бездна! Не рассчитывай, что все пройдет так же просто, как в прошлый раз. Ферма готова к нападению. Возможно, даже поджидает тебя.

– Я тоже готов. И хватит спорить – раз мы тут, то надо действовать прямо сейчас. У нас слишком мало времени, и дело не только в Хемете. Он меня как раз мало волнует.

Получив указание, армия отошла подальше в красный туман, сохраняя боевой порядок, чтобы адепты не разлетелись по округе в случае взрыва. За Хемета Алекс действительно не слишком беспокоился – все указывало, что противник истощен и прошлым взрывом, и погоней. Поэтому вряд ли с ходу кинется в бой. А если кинется, то мало что сделает готовым к битве адептам.

«Хм… наверняка для начала он начнет болтать, чтобы переманить Достойных на свою сторону», – холодно подумал он.

В любом случае судьба легиона зависела от него и от того, как быстро он справится со смерчем…

Немного погрузившись в смерч, Алекс мельком заглянул в интерфейс:

[ Среда: Смертельная / Полная слепота]

«Ну, еще бы», – усмехнулся он, видя самое опасное состояние среды.

Полная слепота также была естественным состоянием для барьера, а вот отсутствие жажды вызвало вопросы – легион же не поддерживал сейчас Алекса. Да, двадцать вторые врата гнали энергию без ограничений, однако остальные должны были сильно замедлиться. Но набор через них шел, как ни в чем не бывало.

Подозрительно.

В конце концов, Алекс решил, что двадцать вторые врата не просто работают независимо от среды, но еще и подтягивают за собой все остальные. Как маяк. Это было крайне удобно. Особенно в такие моменты, когда приходится тратить кучу энергии ежесекундно, чтобы просто удержаться на одном месте…

К сожалению, обмануть Ферму было нечем – личной Бесформенности у него не имелось. Впрочем, поток постоянно пульсировал, и подстроиться под него в любом случае было бы сложно. Продвижение замедлилось, и приходилось использовать и Тело Звезды, и Всплеск, и все остальное.

В общем, тренажер из Фермы вышел превосходный, вот только этот тренажер был настроен на другую весовую категорию, до которой Алекс пока не дотягивал. Это он понял примерно через пять минут, когда не смог удержаться и его просто «сдуло».

Ситуация была крайне любопытной – Ферма не была аномалией, а Алекс давно не испытывал проблем с тем, чтобы зацепиться и удерживать себя в обычном пространстве. Но врата слишком сильно изменили Реальность вокруг себя. Причем это были не те «полезные» изменения, которые помогали адепту трансформироваться, а нечто гораздо более сильное. Изменялись свойства самого пространства, причем на очень и очень глубоком уровне. Это как если бы он пришел в знакомый лес, а на его месте оказалось море.

И как тут ориентироваться?

При этом пространство по-прежнему не демонстрировало признаков аномалии – это было именно обычное пространство. Просто оно заполнилось Бесформенностью, и та, словно масло, мешала ухватиться, а тем более двинуться вперед. Удивительные ощущения.

В результате все закончилось тем, что поток закрутил незваного гостя и вышвырнул прочь…

– Прогулялись так прогулялись, – резюмировала Мирам. – Попробуешь еще?

– Мне хватило одного раза, – промычал в ответ Алекс.

– Разумный выбор… Куда теперь?

– Граница рядом. Хочу взглянуть на нее одним глазком.

– Тоже одобряю. Всегда надо пользоваться шансом, чтобы расширить свой кругозор…

Легион находился поблизости, Хемет еще сюда не добрался или не торопился, поэтому Алекс просто подхватил адептов и полетел к краю Фермы.

По дороге он размышлял, что им делать с монстром. Судя по всему, выходило так, что прежней тактикой они не навредят левиафану. Даже когда тот спит. Первый успех оказался последним, и из одиннадцати врат они смогли разрушить лишь одни.

Поэтому нужно было выбираться.

Но чем ближе легион подлетал к границе, тем сомнительнее казалась эта идея, потому что, в отличие от смерча-кокона, барьер на границе действительно напоминал огромную горную гряду. Бесформенность тут не двигалась, а словно бы застыла.

– Ни взгляд Вселенной сюда не проникает, ни мы не можем выбраться, – пробормотал Алекс.

– Действительно впечатляет, – согласилась Мирам. – Никогда бы не подумала, что внутри монстра можно встретить такие чудеса. Ферма даже больше наших дворцов пространства! Интересно, есть ли монстры, которые могут вместить в себя целую планету.

– В какой-то степени Бесформенный содержит в себе всю Галактику. И не одну, – задумчиво протянул Алекс.

– Но он-то не монстр… Ладно, есть мысли, как выбраться отсюда?

– Мы не проломим барьер, пока не ослабим Ферму.

– А Ферму мы не ослабим, – вздохнула Мирам. – Получается замкнутый круг. Хорошо, что она нам ничего пока не может сделать. Поэтому мы так и будем летать по ней до скончания веков. А заодно и Хемета гонять. Вот он обрадуется… Зря мы сюда сунулись. Лучше бы с теми титанами сразились. От них хотя бы был шанс улететь.

Алекс не успел ответить. Вместо него заговорило само пространство…

– Свободные адепты и Достойные… – голос Феста разнесся по туману. Казалось, он нигде не начинается и нигде не заканчивается. – Хватит бегать от своей судьбы! Вам пора определяться, чего вы хотите достичь. Скоро начнется новая трансформация, и она будет сильнее предыдущих. Кто окажется снаружи Котла, тот мутирует в монстра. Этим он все равно послужит нашему Господину… Но разумный на то и разумный, что может выбирать свой путь. Поэтому выбирайте правильно. Летите к Котлу! За безопасность не волнуйтесь, по пути вас никто не тронет.

Фест замолчал, но еще несколько минут по туману ходили волны.

– Хм… я думал, эти слова скажет Хемет, – хмыкнул Алекс. – Но предложение сделал Фест.

– Фест просто позер! – презрительно фыркнула Мирам. – Думаешь, он на всю Ферму вещал? Нет, только сюда. Да я также делала, когда дворцом управляла. Кого он вообще рассчитывал этим впечатлить? Наверное, боится нас и ничего больше сделать не может! Только дураки могут принять его предложение. Предлагаю немедленно напасть на Хемета и показать, кто тут главный!

– У меня другая идея, – спокойно произнес Алекс. – Летим к Котлу.

– Что⁈ Зачем нам возвращаться? Ты поверил этому Фесту?

– Котел – не просто место для трансформации. Это еще и самое уязвимое место Фермы. Точнее, самое уязвимое из тех, до которых мы можем добраться. Там все началось и там же все должно закончиться.

– Как именно?

– Полетели. Я все расскажу по дороге.

– Очень хочу это услышать! В этот раз желательно заранее…

Легион пустился в обратный путь. Стоило им немного отлететь от внешней границы Фермы, как туман потерял плотность, и лететь стало проще. Но Алекс не торопился – перед ним стояли две задачи: довести трансформацию Тел Потенциала до конца и набрать достаточно хаоса. И обе задачи требовали времени.

Поэтому он вел легион нарочито медленно. В какой-то момент сбоку вынырнула огромная армия Хемета, но, как и обещал Фест, Достойные не пытались помешать или напасть. Хотя наверняка сильно злились на отступников и за погоню, и за взрыв.

– Ничего, пусть бесятся! – с удовлетворением произнесла Мирам. – В следующий раз подумают, как с нами связываться.

– Уже не хочешь на них напасть? – усмехнулся Алекс.

– Было бы ради чего. Я тут посмотрела – у этих оборванцев и взять-то нечего. Пусть с ними Совет разбирается, а мы бесплатно работать не будем…

Игнорируя друг друга, две армии добрались до Котла. Весь путь занял долгих десять часов. Зато за это время все бойцы получили Тела Потенциала желтого грейда. Это произошло одномоментно, что означало окончательное превращение разрозненной армии в единый кулак.

Заодно Алекс забил Последователя пустоты хаосом. Теперь у него имелось достаточно энергии для одного очень мощного удара. Правда, его надо было применить в нужный момент и в нужное время.

Параллельно с этим он изучал захваченный манок, найденный на месте врат. Очевидно, тот когда-то был частью Фермы, и его можно было использовать повторно. Просто Ферма не умела этого делать, поскольку не работала с пространством.

«С такими размерами ей и не надо работать с пространством. Она сама – пространство», – мысленно усмехнулся Алекс…

По пути к ним подлетел посланник Хемета и предупредил, что Каег и остальные также должны отправиться в Котел.

– Ваш статус изменился. Теперь вы отступники, а не Достойные. И пока вы не посвятите половину своих врат Господину, вы не выберетесь из Котла. Впрочем, это всех касается. С этого дня правила изменились! И больше не рассчитывайте сбежать. Котел тоже изменился!

Сообщив новость, посланник гордо удалился.

– Наверное, этот тип уже забыл, как недавно кувыркался от взрыва, – заметила Мирам. – Надо было ему наподдать.

– Не отвлекайся, тем более это просто посланник. Сколько нам осталось?

– Почти прибыли. Все бойцы готовы и будут действовать по плану!

– Хорошо. Тогда начинаем…

Котел действительно обзавелся внушительным барьером. Не таким плотным и толстым, как у врат, и тем более как у внешней границы, но гораздо более мощным, чем раньше.

Едва легион приблизился, в барьере открылся проход. И закрылся, едва последний адепт зашел внутрь. Это означало, что Фест умел управлять Котлом…

Больше не было ни объявлений о трансформации, ни дополнительных «вдохновляющих» речей. Пространство просто задрожало и наполнилось вибрациями. Но это тоже было частью плана.

– Всем сомкнуться вокруг меня и ждать, – напомнил Алекс. – Легион должен защитить вас от трансформации…

Глава 21
Луч прожектора

Трансформация шла уже около часа и действительно серьезно отличалась от прошлой. Например, в этот раз не было ни монстров-опекунов, ни мягкого постепенного увеличения нагрузки. Вместо этого Бесформенность обрушилась на адептов и быстро заполнила весь Котел, а ее концентрация возросла до небывалого уровня.

Высокая концентрация в данном случае означала не просто количество сырой энергии – в боевых навыках или Крови ее было больше. Однако боевые навыки быстро разрушались, а Кровь считалась «замороженными» вибрациями. Которые не начнут действовать, пока их не распакуешь. В общем, ее можно было сравнить с артефактом.

Здесь же речь шла об активной, нераспадающейся и неменяющейся энергии. Одного качества и одной силы, что было необычно для Бесформенности. И тратилась она не на изменение пространства или физической реальности – ее целью были именно адепты.

В общем, Котел заполняли особым «эликсиром» для варки адептов.

Причем, когда уже казалось, что больше сюда ничего не впихнуть, Бесформенность все равно поступала, делая варево еще более насыщенным. При этом она физически давила на стенки легиона. Алекс даже думал, что если бы Бесформенность умела выпадать в осадок, то уже бы кружилась вокруг хлопьями и собиралась в «сугробы».

Впрочем, изменения были видны невооруженным глазом – само пространство посерело, а красный туман сменился вязким, неприятным месивом. Единственным «светлым» пятном оставался легион…

Используя Многомерное восприятие, Алекс смог различить разницу между новым потоком и «обычной» Бесформенностью. Надо сказать, он вообще все больше начинал разбираться в ее сортах и, оказывается, это была не просто все меняющая сила. Бесформенность могла нести в себе программу!

И вся энергия в Котле была заряжена этой программой. Поэтому она казалась неизменной.

Естественно, что Алекс не мог уловить нюансов программы. Удивительно, что он вообще ее заметил. Мирам, например, ничего такого не уловила, хотя умела смотреть дальше. Но она глядела в «подзорную трубу», а ее босс – в «микроскоп». Поэтому они и видели разное.

Однако некоторые адепты легиона также различали нюансы и тоже видели новое качество Бесформенности…

– И что это твое Многомерное восприятие дает? – ревниво поинтересовалась Мирам, старательно пряча недовольство.

– Бесформенность вокруг более жесткая, – охотно пояснил Алекс. – Если бы я был плохо с ней знаком, то не сразу бы понял, что это она. Потому что у нее появилась форма. Поэтому я думаю, что ее запрограммировали.

– Оформленная Бесформенность. В этом есть логика. Раз энергия все в себя включает, то ее можно менять как душе угодно. Чем это грозит нам?

– Проблемами. Дело даже не в количестве сырой энергии, а в том, что она ускоряет некоторые ненужные процессы. А у адептов нет возможности приспособиться. Если бы не легион, то выжили бы только самые умелые и сильные. Остальные скатились бы на грязный путь. Кстати, те монстры-опекуны как раз сглаживали негативную часть Бесформенности. Как буфер. А теперь буфера нет, и адепты должны были принять весь удар на себя.

– Это наверняка Фест придумал. Сволочь!

– А недавно ты называла его позером, – хмыкнул Алекс.

– Позер и сволочь! Зачем захватывать адептов и тратить гору ресурсов, чтобы потом толкнуть их на путь монстра? Какой в этом смысл? Видимо, от нас решили избавиться, поэтому твоя теория, что Достойные важнее Фермы, ошибочна. Достойные не нужны Фесту. Иначе над нами бы так не издевались.

– Либо нас списали как негодный материал и смотрят, как далеко и быстро зайдет трансформация, если проводить ее по самому жесткому пути.

– Похоже, теперь Фест и Хемет действительно будут делить всех прибывших на годных и негодных.

– Школы в Радиусах занимаются тем же самым, – усмехнулся Алекс.

– Но негодные становятся свободными, а не монстрами.

– Это мало что меняет…

Он воспользовался ситуацией и проверил Кровь. Многомерное восприятие не уловило в каплях никакой программы. То есть для любых целей адептов Кровь была самым безопасным средством.

«Хм… получается, что варка очищает Бесформенность от всех заложенных программ, – решил Алекс. – Теперь понятно, почему адепты во Втором Радиусе так ценят Кровь, хотя окружающий фон там достаточно сильный. Даже если они не видят программ напрямую, то давно должны были догадаться о них…»

Впрочем, фон в Котле значительно превосходил фон и Второго Радиуса, и Дальних Рубежей. Настолько, что даже старшие адепты почувствовали бы себя здесь крайне некомфортно. Просто пленников и Достойных защищало сродство с Бесформенным. Ну, и легион, разумеется.

Также было очевидно, что противник прекрасно видит защиту и пытается продавить ее потоком. Однако пока он не пытался взломать легион силой.

«Хм… Фест ищет способы справляться с большими армиями. Получается, он на нас отрабатывает тактику», – холодно подумал Алекс.

О личности Феста он пока не выяснил ничего нового. Только то, что противник имеет ограниченное влияние на Ферму. Но даже это делало Феста лучшим спецом по Бесформенности в мире адептов. С ним могли поспорить разве что ментаты Квазара.

Кстати, жители мертвого кластера, очевидно, также умели «перезаряжать» Бесформенность под свои цели. Например, запуская Волну. Сейчас Алекс был в этом абсолютно уверен. Просто раньше он таких нюансов не видел. Но иначе Квазар не выжил бы, ведь его жители сопротивлялись и адептам, и Бесформенному.

Это вызывало уважение, а также давало намек на то, что адепты с сильными ментальными способностями могут сделать не меньше. Просто надо было иметь сродство с Бесформенностью.

«Достойные более ценны, чем я думал вначале. В будущем среди них появятся настоящие специалисты по Бесформенности. Это куда эффективнее, чем мастера Устойчивости. Хм… Каега и других обязательно нужно вывести отсюда».

Впрочем, пока Алекс не мог выбраться даже сам. Но действовать было рано. Поэтому он ждал…

Бесформенность давила на легион все сильнее, но вибрационное поле держалось. Правда, пришлось подключить Тело Звезды, чтобы повысить общую стабильность. Без этого адепты не смогли бы тянуть достаточно энергии через родные врата. А это сейчас было ключом к выживанию.

В Котле боролись два соперника, один из которых значительно превосходил второго.

– Пора, – произнес Алекс через некоторое время. – Бесформенности уже достаточно.

– Мы давно готовы, но я немного нервничаю, – призналась Мирам.

– Мы не планируем сражаться.

– Зато ты собираешься призвать к себе демона! Лучше бы мы дрались с титанами.

– Бесформенный не демон, а стихия, – поправил Алекс. – И мы его не призовем, а всего лишь откроем дорогу.

– Что ни говори, но это опасно. Мы никогда ничего подобного не делали, – буркнула Мирам. – Дай мне минуту на подготовку…

По ее команде легион сдвинулся к краю Котла. К этому времени Ильда и остальные энергетические хирурги с грехом пополам научились поддерживать вибрационное поле самостоятельно. Впрочем, их нельзя было обвинить в отсутствии способностей – несмотря на небольшой размер легиона, удерживать поле было сложнее, потому что требовалось постоянно подстраиваться и учиться новому. А еще требовалось обуздать Бесформенного внутри себя.

К счастью, выход уже нашелся – раз Фест и ментаты умели «перезаряжать» Бесформенность, то и адепты могли это сделать. Да, не только Фест изучал адептов, но и адепты учились.

Лучше всего тут помогало звучание. Нужно было только, чтобы адепт звучал достаточно «громко». Обычно этому помогали ранг и избыток врат, но у пленников имелись Тела Потенциала. Это был их козырь.

«А когда они получат Тело Звезды, то станут настоящими мастерами Бесформенности. Хм… мастера Бесформенности, такого мир адептов еще не видел, – мысленно усмехнулся Алекс. – Пожалуй, пора им собственную школу открывать. Интересно, как к этому Совет отнесется…»

Мысли о будущем не мешали готовиться к решающей схватке. Основой плана был манок, добытый из врат левиафана. Алекс изучал его все эти часы, но крайне осторожно. Не доставая из Призрачного хранилища. А сейчас впервые достал.

Он висел один, так что ничего не мешало Бесформенности накинуться на манок. И тот сразу начал впитывать энергию, словно только этого и ждал. При этом программа внутри энергии ничуть не мешала аномалии.

Она даже как будто окрепла. Впрочем, сказать было сложно, так как Алекс разместил манок в драгоценных вратах титана. Но это были не расходы, а инвестиция. Точнее, спекуляция. Зато если сработает, то «доход» обещал быть баснословным…

– Давай, парень. Я на тебя рассчитываю, – хмыкнул он.

Тщательное изучение показало, что манок когда-то был частью Фермы. Очевидно, монстр умел восстанавливать потерянные врата, что было логично. Просто для этого нужно было оказаться в другом месте. Однако Котел как раз и был таким «другим местом», ведь сюда сейчас шел поток огромной силы. Можно было сказать, что Фест провел прямой канал от самого Бесформенного.

Этого и небольшой помощи Алекса должно было хватить…

– Пора, – кивнул он и потянулся Контактом куда-то далеко-далеко.

Навык работал в исследовательском режиме. Таким же образом Контакт когда-то исследовал Червя, Средоточия ментатов, Волну и много чего еще. Поэтому мог дотянуться и до Бесформенного…

Вообще, Алексу очень не хотелось этого делать, потому что Контакт не только давал новые знания об «объекте», но и сообщал исследуемой сущности о любопытном наблюдателе. Это было опасно. С другой стороны, а что сейчас вообще было безопасно?

Поначалу он ничего не ощущал. Потому что ему не на чем было сосредоточиться – Бесформенный же не имеет формы. А как Сила он вообще неизвестно где располагался. Единственный известный адрес – Мир Сил, о котором ходили легенды среди адептов, и который Алекс смутно почувствовал в центре черной дыры, где у него открылся прямой контакт с собственным источником.

Но сейчас он «шарил» наугад, в надежде, что Котел не хуже сингулярности и здесь тоже можно получить прямой контакт. По крайней мере, с одной нужной Силой…

И к добру или худу он что-то «нащупал». Точнее, тьма на той стороне шевельнулась, и Алекс тут же разорвал связь. Сильно подставляться не хотелось. Впрочем, манок и так начал пульсировать…

Прошло мгновение, и на месте врат титана возник небольшой поток, который резко начал превращаться в полноценный водопад энергии. Что интересно, эта энергия отличалась от «запрограммированной» Бесформенности.

«Фест не управляет потоком…» – успел подумать Алекс, обхватывая водопад энергии доменом.

Не для того, чтобы удержать прорыв энергии, а чтобы лучше настроиться…

Могло показаться, что он добровольно помогает Фесту «починить» Ферму. Однако спокойный полет позволил хорошенько подумать и по-новому взглянуть на ситуацию. Например, почему Фест так спокойно отнесся к потере врат? Ведь у Фермы их было всего одиннадцать, а осталось десять. Любого это бы разозлило. Но противник даже не стал искать виновных.

Ответ был очевиден – Фест и сам мог вырастить врата в любое время. Но не делал этого. А почему?

Этот вопрос был посложнее первого, однако после некоторых раздумий Алекс с Мирам пришли к выводу, что это было просто опасно. Ведь открытие новых врат даже у адепта было событием, которое не оставалось незамеченным. Помнится, он когда-то сам вживлял врата в тело, борясь с кракеном возле Ваантана, и монстра тогда сильно тряхануло.

А тут речь шла об открытии прохода к Силе, причем у левиафана.

Неудивительно, что Фест пока не хотел привлекать внимания одного крайне заинтересованного зрителя. Речь шла о Вселенной. Ну а то, что левиафан ее опасается, было понятно по мощному барьеру снаружи – вряд ли монстр добровольно себя законсервировал. Нет, это была именно защита…

Едва энергия хлынула в Котел, Алекс раскрутил Тело Звезды. Оно было лучшим из известных ему катализаторов горения.

И Вселенная увидела двух суперхищников. Хотя, возможно, хватило бы и одного левиафана, поскольку на его фоне какой-то там мелкий Глас с Телом Звезды явно не котировался. Собственно, Алекс с этим и не пытался спорить, и даже не расстроился, когда почувствовал знакомое жжение. Наоборот, обрадовался.

Еще больше его не расстроило, когда пространство содрогнулось.

Кхххххххххх…

Серое месиво вокруг словно бы заскрипело. Но это был не скрежет, это был вопль Фермы. Причин было две – во-первых, у монстра вдруг выросли новые врата. А в случае огромного левиафана это все равно как если бы внутри здания вдруг выросла новая колонна, пробивая перекрытия и снося стены. А во-вторых, Ферма загорелась гораздо сильнее Алекса.

Такой подлости монстр явно не ожидал.

– Получилось! – обрадовалась Мирам. – Поддай жара!

– Делаю что могу, – бросил спутнице Алекс. – Что с остальными?

– Сейчас суперзвезда – это ты. Поэтому все внимание к тебе приковано. Остальных не замечают.

– Главная звезда тут Ферма. Это ее выступление…

Алекс внимательно следил за собственным горением – оно показывало, что взор Вселенной пока проникает через все заграждения. К сожалению, он не знал, как долго это продлится и что будет дальше.

Например, левиафан мог все бросить и рвануть во Второй Радиус и даже выше. Само по себе это было неопасно, но чем дальше монстр от Галактики, тем больше энергии будет гулять по его телу. А в этом случае надо было успеть добежать до края…

Однако все пошло по более неприятному варианту – жжение начало уменьшаться, а врата стали свертываться. Фест каким-то образом удержал Ферму от бегства и «потушил» огонь…

– Ну уж нет! – взревел Алекс, выпуская большую часть накопленного хаоса.

Столкнувшись с окружающей Бесформенностью, волна выжгла ее и устремилась куда-то к границе Котла. Незатронутыми остались только врата. По плану Фест должен был потерять контроль над потоком. Но к сожалению, поток продолжал уменьшаться прямо на глазах, а жжение из пожара во всем теле снизилось до легкого дискомфорта.

На этом противостояние легиона и Феста должно было бы завершиться, потому что у Алекса не осталось оружия. Но у него был еще один козырь…

– Посмотрим, как вы с этим справитесь! – пробормотал он, активируя Жернова пространства.

В этот раз целью навыка стал не левиафан, не врата, а он сам… Однако это не было попыткой суицида, за этим скрывался тонкий расчет. Первое – мощные навыки, усиленные Телом Звезды, вызывали реакцию Вселенной. Второе – Жернова уничтожали не только материю, но и пробивали само Пространство. В результате получался глазок, через который можно было заглянуть внутрь.