Текст книги "Глобальная Экономическая История. Краткое Введение"

Автор книги: Роберт Аллен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)

В 1910-1940-е гг. в стране было открыто большое количество государственных средних школ, что поощрялось «движением за среднюю школу». После Второй мировой войны в США происходило дальнейшее расширение системы средних школ и университетов.

До начала XX столетия сфера образования в Мексике пребывала в застое. Мексиканская революция способствовала расширению школьного образования, но в 1946 г. свыше половины взрослых граждан страны оставались неграмотными. Во второй половине века произошло огромное расширение сферы образования на всех ее уровнях. Но Мексика опоздала с этим на два столетия.

В чем причина различий в траекториях развития США и Мексики? Более высокий, по сравнению с Мексикой, спрос на грамотность и умение считать в колониальный период США был обусловлен тем, что экономика базировалась на экспорте важнейших сырьевых товаров и поселенцы стремились к достижению европейского уровня жизни посредством продажи значительной части производимой ими продукции и приобретения на полученные деньги английских потребительских товаров. Умение читать и писать облегчало эту коммерческую деятельность. В Мексике, напротив, коренное население было в значительно меньшей степени вовлечено в коммерцию и в меньшей степени нуждалось в знании грамоты.

Американское государство было в большей степени заинтересовано в строительстве школ, чем правительства стран Латинской Америки. Эгалитарные экономики Новой Англии и среднеатлантических штатов опирались на демократическую форму правления, предусматривавшую предоставление общественных услуг, таких как образование (тем более что они пользовались широким спросом). Государственное руководство Мексикой, напротив, осуществлялось белой элитой, интересы которой были далеки от предоставления народу такой услуги, как школьное образование. Основная масса населения была лишена возможности научиться грамоте и счету. Высокий уровень неравенства – отличительная черта Латинской Америки. И в государствах, представлявших интересы узких элит в Андах, и в колониях, экономика которых основывалась на рабском труде (Вест-Индия и Бразилия), мы видим один и тот же результат – ограниченное школьное образование.

США предлагают нам в высшей степени поучительное сравнение, так как в колониальный период процветание одного из регионов страны основывалось на подневольном труде. Почему США не повторили судьбу Ямайки или Бразилии? После отмены рабства и окончания периода реконструкции Юга, расположенные здесь штаты также характеризовались высоким уровнем неравенства и управлялись элитой, мало заинтересованной в предоставлении афроамериканскому населению возможности получения образования. Доступ его представителей к школьному образованию (при этом низкого качества) оставался ограниченным вплоть до окончания расовой сегрегации в 1960-х гг. Важнейшее различие между США и Латинской Америкой заключалось в доле социально исключенного, маргинализированного населения. В США афроамериканцы составляли одну седьмую часть жителей страны, в то время как в Латинской Америке на долю индейцев и чернокожих людей приходилось две трети от общей численности населения. Если бы элиты США обращались с 70 % населения страны так же, как с афроамериканцами, результатом этого была бы не просто еще более масштабная несправедливость. Скорее всего, произошло бы изменение траектории общенационального развития. В условиях столь сильного ограничения доступа населения к образованию США никогда не смогли бы превратиться в экономического гиганта нашего времени, «мотор» современного мирового хозяйства.

ГЛАВА 7

Африка

АФРИКАНСКИЕ бедность, нужда, нищета стары как. мир. Африка к югу от Сахары была беднейшим регионом мира в начале XVI в. и остается таковым в наши дни (за эти столетия доходы в расчете на душу населения, конечно же, выросли). Цель этой главы заключается в том, чтобы установить структуру и цепь событий, приведших к тому, что Африка остается в бедности на протяжении столь длительного времени.

«Окончательный» список кандидатов довольно длинен. В соответствии с царящей в некоторых кругах Запада колониальной идеологией бедность африканцев приписывается воображаемой лености или якобы недостаточно развитому интеллекту. Согласно более тонким ее вариантам африканцы «связаны по рукам и ногам» традиционными или некоммерческими ценностями. Но ни одна из этих концепций не выдерживает проверки историей.

Широкое распространение получили институциональные объяснения африканской бедности. Весьма популярны ссылки на торговлю рабами. Действительно, страны, из которых было вывезено больше всего рабов, входят в число беднейших государств Африки и в наши дни. Но очень бедными по современным стандартам остаются и те страны континента, население которых оказывало решительное сопротивление работорговцам. Следовательно, имело место еще что-то, оставшееся вне сферы внимания сторонников этой точки зрения. Еще одним распространенным объяснением является колониализм. Во многих местах его целью было присвоение европейцами африканских богатств. Несмотря на определенный прогресс в развитии, европейское колониальное администрирование не сумело запустить «мотор» современного экономического роста. Теоретики зависимости винят во всем безудержную глобализацию. Они считают, что сосредоточение Африки на экспорте первичных продуктов, сырья подорвало экономические позиции континента в долгосрочной перспективе. И наконец, многие современные комментаторы делают особое ударение на коррупцию, интервенционизм и авторитаризм, получившие довольно широкое распространение в африканских странах. Если в несостоявшиеся государства континента назначить западные администрации, то экономика этих стран якобы немедленно излечится от всех болезней. Конечно, только в том случае, если бы иностранцам дали сделать вторую попытку.

Для того чтобы понять причины бедности Африки в наши дни, необходимо установить причины ее бедности в начале XVI в. Ответ кроется в географии, демографии и происхождении сельского хозяйства. Сформировавшиеся к тому времени социальная и экономическая структура определили последующий ответ континента на глобализацию и империализм. Они и являются причиной африканской бедности.

АФРИКА И ДИСКУССИЯ О ВЕЛИКОМ РАСХОЖДЕНИИ

В начале XVI столетия бедность Африки к югу от Сахары была обусловлена отсутствием развитой аграрной цивилизации. Впрочем, в то время их круг был довольно ограниченным – Западная Европа, Ближний Восток, Персия, некоторые части Индии, Китай и Япония. Это были страны, в которых имелись предпосылки для начала промышленной революции. Остальной мир, включая Африку, был не готов к ней. Поэтому континент и остался на обочине дискуссии о великом расхождении.

Аграрные цивилизации имели множество преимуществ перед Африкой – производительное сельское хозяйство, разнообразное мануфактурное и ремесленное производство, институциональные и культурные ресурсы, необходимые для экономического роста современного типа. Имеются в виду частная собственность на землю и безземельные работники, а также соотносительные культурные составляющие организации отношений собственности и коммерции, такие как письмо, землеустройство, геометрия, арифметика, стандартные меры веса, длины и объема, деньги, и правовая система, основывавшаяся на письменных документах, а также должностные лица, способные руководствоваться этими текстами в своих решениях и действиях. Перечисленные выше культурные элементы необходимы были для развития торговли, прогресса обучения, математики и науки, а также для изобретения и распространения современных на тот момент технологий. В Африке к югу от Сахары все эти предварительные условия отсутствовали. Но их не было и в других частях света – в Юго-Восточной Азии и Австралии, в Новой Зеландии и Полинезии, в Северной Евразии и малонаселенных частях Америки.

На историческое развитие Африки оказывали влияние характер ранней агрокультуры и его связь с демографией. Примерно пять тысяч лет назад на сахарские пастбища (в то время климат был более влажным) «добрались» ближневосточные овцы и крупный рогатый скот. Одновременно жители региона познакомились с пшеницей и ячменем, выращивавшимися в долине Нила и на Эфиопском нагорье. Впоследствии круг культивируемых эфиопами растений значительно расширился. В него вошли теф, дагусса, кунжут, горчица, энсета и кофе. С течением времени возникло смешанное, скотоводческо– земледельческое, хозяйство, когда поля, на которых выращивались зерновые культуры, обрабатывались плугами с использованием волов в качестве тягловой силы и удобрялись навозом, который давали овцы и крупный рогатый скот. Осуществлялись инвестиции в террасирование и ирригацию. Эфиопия была единственной частью Африки к югу от Сахары, в которой возникла передовая для своего времени аграрная цивилизация. Примерно в XX–XV вв. до н. э. в окрестностях озера Чад были окультурены просо и сорго. Населявшие эти районы африканцы занимались овцеводством, но скотоводческо-земледельческое хозяйство (как в Эфиопии) здесь так и не сформировалось. Даже сегодня в этой части Африки сорго и просо выращиваются по примитивным системам земледелия, когда для обработки почвы используется мотыга, а не волы и плуг. И наконец, в зоне тропических лесов основой сельского хозяйства стали выращивание ямса (сладкий картофель) и получение пальмового масла. Ямс был окультурен в Нигерии, где он произрастает и сегодня. Отсутствие здесь скотоводства объясняется высокой смертностью лошадей, крупного рогатого скота и овец от сонной болезни, возбудители которой переносятся широко распространенной в тропических лесах мухой цеце.

По мере появления новых возможностей они использовались и в сельскохозяйственной системе Западной Африки. В I–VIII вв. н. э. здесь началось выращивание азиатских культур, таких как бананы, азиатский ямс, таро и фасоль. В XVI столетии список сельскохозяйственных растений значительно расширился, благодаря американским кукурузе, маниоке, арахису и табаку. Они быстро стали восприниматься как «традиционные», что лишний раз подчеркивает бессодержательность объяснения африканской бедности «неизменными обычаями».

В результате перехода населения Африки к выращиванию различных зерновых культур распространялось оседлое земледелие, следствием которого становится повышение рождаемости, как это происходило повсюду в мире. Особенно быстро увеличивалась численность жителей Эфиопского нагорья, свободного от тропических болезней. По мере этого роста потребности в земле перед государством и аристократией возникала возможность получения доходов от ее аренды или налогообложения. Общинная собственность была приватизирована, и появились безземельные работники, утратившие право на ведение сельского хозяйства там, где они хотели бы им заниматься. В VIII в. до н. э. на севере Эфиопии и в Эритрее было образовано царство Дамот. Его сельское хозяйство основывалось на использовании плуга и ирригации. Применялись железные орудия труда. В царстве была известна письменность. Со временем государство Дамот трансформировалось в огромное Аксумское царство.

Рост численности населения в Западной Африке сдерживался тропическими болезнями, которые были основной причиной высокой смертности. Наиболее опасная форма малярии и переносящие ее возбудителей (Plasmodium falciparum и Anopheles gambiae) комары появились примерно тогда же, когда началась первая расчистка джунглей для выращивания ямса. Подготовка земельных участков, вероятно, способствовала эволюции вызывающих эту болезнь паразитических протистов. Определенную роль в сохранении высокой смертности сыграли и другие тропические болезни, такие как сонная лихорадка.

Западная Африка оставалась регионом, изобилующим пригодными для сельского хозяйства землями. Поэтому в нем сохранялись примитивные формы земледелия. Рассмотрим пример народа яке, населяющего тропические джунгли на востоке Нигерии. Основу рациона питания яке составляет ямс. В 1930-х гг. жителям одной из деревень (Умор) требовалась для сельскохозяйственной обработки территория площадью 40 кв. миль. Ежегодно для посадки ямса использовали только з кв. мили доступной земли. После сбора урожая, участок оставляли на 6 лет, в течение которых он зарастал кустарником, а для новых посадок ямса расчищали новый участок. Учитывая находящиеся под паром земли, жители деревни использовали чуть больше половины (21 кв. милю) из 40 кв. миль сельскохозяйственных земель. Остальная их часть оставалась для игр детям, или ее мог занять любой, кто нуждался в земле. Следовательно, в деревне яке не было безземельных работников. В ней не существовало и спроса на участки, которые можно было бы приобрести в собственность или сдать в аренду, так как любой яке мог расчистить себе необходимый участок, не ущемляя интересов других жителей деревни.

Выращивание ямса, сбор пальмового масла и изготовление пальмового вина (тодди) не требовали значительных затрат труда, и жители деревни получали необходимое для своего существования количество продуктов питания. В области А табл.5 представлена реконструкция производства продуктов питания типичной семьей яке из деревни Умор. Она состояла из мужчины, двух его жен и четырех или пяти детей. Рацион питания яке был преимущественно растительным – блюда из ямса изредка дополнялись мясом (часть добывалась на охоте в джунглях, часть приобреталась у соседей). Кроме того, семья ежедневно потребляла пальмовое масло и половину галлона тодди в день. Тем самым ежедневная энергетическая «подпитка» составляла 1941 калорию в пересчете на одного взрослого мужчину. Это означает, что потребление типичного яке находилось на абсолютном минимуме, необходимом для существования. Обработка участка и уход за посадками, а также собирание кокосовых орехов и добыча пальмового масла занимали у троих взрослых яке 400 рабочих дней в год. Данная потребительская матрица, вероятно, является типичной для Африки до появления в ней европейцев.

Низкая плотность населения и высокие транспортные издержки ограничивали возможности поставок продукции на крупные рынки со стороны специализированных изготовителей. Производство железа появилось в Западной Африке в начале XII в до н. э., но общий объем выпуска оставался низким. В африканской саванне выращивался хлопок. Для изготовления хлопчатобумажной ткани использовались ручные станки. Небольшие мастерские группировались вокруг нигерийского города Кано, но, как и в случае с производством железа, объем выпуска был незначительным. Вместо того чтобы покупать готовые изделия, большинство африканцев самостоятельно изготавливали простейшие орудия, инструменты, домашнюю утварь и предметы одежды из обработанного луба. Соответственно, круг доступных населению потребительских товаров был очень узким. Африканцы выращивали и добывали продукты в достаточном для удовлетворения собственных потребностей количестве, но не более, так как в случае образования излишка они не могли ничего получить взамен. Выращивание ямса и других продуктов занимало только часть года, а остальное время они наслаждались праздностью.

Функционирование данной системы производства сопровождается двумя основными формами политической организации. Первой из них является племя – союз земледельцев, проживающих в данной области. Эта общность могла организовать распределение земель и урегулировать разногласия относительно ее использования, а мужчины – вооруженные группы для защиты территории от посягательств иноплеменников. Правление осуществлялось в «вождистском» стиле, а для того, чтобы занять и сохранить «руководящие должности», необходим был дар убеждения. Эта политическая система была относительно эгалитарной.

Примитивным формам земледелия была свойственна черта, ставшая «ростком», из которого развивалась иерархическая организация общества: у земледельцев было большое количество свободного времени. Увеличение времени, отдаваемого труду, означало бы получение дополнительного объема сельскохозяйственных продуктов, превышавшего потребности поддержания собственного существования. Этот добавочный продукт мог использоваться для того, чтобы обеспечить безделье для некоторых членов племени или (на политическом уровне) военных вождей. Привлекательность праздности и власти подталкивала к использованию рабского труда. Проблема заключалась в том, что огромные по площади необитаемые местности открывали перед рабами возможность побега и самостоятельного поиска пропитания. Примеры этого мы видим обратившись к истории французского Конго в XX в.: чтобы избежать призыва на военную службу или принудительного труда на каучуковых плантациях сельские жители убегали в джунгли, где они могли скрываться годами, занимаясь собирательством³⁶. Поэтому обычной практикой вождей различных африканских племен, нуждавшихся в рабском труде, были походы в другие регионы. Захваченные в них невольники не знали ни местного языка, ни способов выживания в незнакомых им условиях. Однако всю эту «науку» прекрасно усваивали их дети. Неудивительно, что во многих случаях длительность периода рабства составляла одно поколение, а дети рабов считались уже членами племени. До появления на континенте европейцев захват невольников и рабский труд оставались общей практикой, составляя основу многих африканских государств.

История государственности в Африке уходит в глубокую древность. Африканские государства отличались от государств, формировавшихся на основе развитых сельскохозяйственных экономик. Аграрные государства обеспечивали собственное функционирование посредством налогообложения частных земель или взимания арендной платы за пользование участками земли, находившимися в государственной собственности. В Африке, напротив, земля была в изобилии и не стоила вообще ничего. Поэтому данная схема была невозможной. В результате в африканских странах отсутствовали правовые и культурные институты, использовавшиеся передовыми аграрными обществами для организации частной собственности. Имеются в виду межевание участков, арифметика, геометрия и письменность. К исключениям, лишь подтверждавшим общее правило, относились расположенные в саваннах западноафриканские империи – Гана, Мали и Сонгай. В этих государствах сельскохозяйственные земли находились в общинной собственности и широко было распространено рабство. Основную часть доходов империи получали от налогообложения транссахарской торговли и добычи золота (но не из сельского хозяйства). Господствующей религией в этих западноафриканских странах был ислам, что способствовало распространению письменности и принятию законов, регулировавших отношения собственности. Тем самым облегчалось решение различных административных проблем.

РАБОТОРГОВЛЯ

Появление европейцев привело к глубоким изменениям в обществах, в которых доминировали примитивные формы ведения сельского хозяйства, поскольку африканцы познакомились с множеством ранее неизвестных им товаров. Для того чтобы коренные американцы, полинезийцы или африканцы осознали, что одежда из хлопчатобумажных тканей превосходит по своим свойствам одежду из обработанного луба или что огнестрельное оружие лучше, чем лук и стрелы, требовалось совсем немного времени. В 1895 г. путешествовавшая по Габону Мэри Кингсли писала, что большинство африканцев:

…молодые и старики, мужчины и женщины относятся к торговле как к важнейшему делу всей жизни, покупая и продавая до тех пор, пока они могут держаться на ногах, не оставляя этого занятия и после смерти, так как согласно их верованиям, души самых известных купцов будут время от времени возвращаться к привычному занятию, влияя на исход рыночных сделок³⁷.

В этом отношении Африка была отнюдь не уникальной. До появления французов, канадские гуроны использовали для приготовления пищи довольно сложный процесс с применением глубоко выдолбленных деревянных колод. Наливавшаяся в них вода нагревалась с помощью раскаленных в костре камней. Индейцы были просто поражены котлами и чайниками, которые предлагали им в обмен французские торговцы пушниной. Гуроны были уверены, что человек, изготовивший самый большой котел, просто обязан быть королем Франции³⁸. Для того чтобы приобретать европейские котлы, топоры и ткани, коренные жители должны были иметь нечто ценное для обмена. В тех случаях, когда обнаруживались те или иные пользующиеся спросом ресурсы, аборигены увеличивали производство на экспорт. Соответственно, возрастало и количество рабочих часов. В Северной Америке таким ресурсом были меха и пушнина. Приблизительно в 1680 г. индеец из народа микмаков в разговоре с французским монахом-францисканцем шутил:

По правде говоря, брат мой, бобер способен делать все что угодно лучше, чем все остальные. Он изготавливает для нас котлы, топоры, оружие и ножи. Он позволяет нам выпивать и не забывает о хлебе насущном. При этом мы избавлены от обработки земли³⁹.

Западная Африка экспортировала в Средиземноморье и арабский мир золото. Но в XVI столетии был «открыт» гораздо более важный экспортный «товар» – рабы. Сахарная экономика Америки предъявляла огромный спрос на рабочую силу. Наименее затратным способом его удовлетворения была покупка работников. В 1526 г. африканский правитель Конго Афонсу I, стремившийся обратить население страны в христианство, жаловался королю Португалии Жуану III на то, что: «…многие наши подданные алчут португальских товаров, которые твои подданные доставили в наши владения. Для того чтобы утолить свой неумеренный аппетит, они захватывают многих наших черных подданных… [и] продают их»⁴⁰ работорговцам на побережье. В XVII столетии такие африканские королевства, как Дагомея и Ашанти, экономика которых в течение длительного времени основывалась на рабстве, в ответ на внешний спрос на рабов попытались увеличить объем их вывоза, совершая набеги на соседние территории. Пленников конвоировали на побережье, где их продавали на европейские суда. На вырученные средства африканские цари и короли покупали оружие (способствовавшее усилению их власти и использовавшееся в новых набегах с целью захвата рабов), текстильные изделия и спиртные напитки. В 1500–1850 гг. в Новый Свет было перевезено от ю млн до 12 млн рабов. К ним следует добавить миллионы невольников, которых гнали через Сахару или перевозили через Красное море и Индийский океан для продажи в Азии.

ЗАКОННАЯ КОММЕРЦИЯ

На протяжении XVIII столетия в просвещенных и религиозных кругах непрерывно нарастало возмущение практикой рабства. В 1807 г. в Британской империи работорговля была поставлена вне закона. На место рабов пришли новые экспортные товары. Началась так называемая «законная коммерция». Первым новым товаром было пальмовое масло, пользовавшееся спросом в качестве смазочного вещества при обслуживании машин и железнодорожной техники, а также для изготовления мыла и свечей. В 1842 г. Фрэнсис Сванзи, английский управляющий Золотого берега, выступая в парламентском комитете, заявил, что внешняя торговля с использованием новых товаров способствует интенсификации труда африканцев, так как открывает для них возможность приобретения потребительских товаров:

Ежедневно потребности людей возрастают. Зайдите в дома аборигенов – и вы найдете в них европейскую мебель; во дворе вы увидите европейские сельскохозяйственные орудия; они носят больше одежды; на самом деле их положение значительно улучшилось, их потребности растут, но их невозможно удовлетворить, греясь на солнышке; они должны работать⁴¹.

Более половины английского экспорта в Западную Африку составляли хлопчатобумажные ткани. Остаток приходился в основном на металл и металлоизделия, включая огнестрельное оружие. На вопрос о том, способны ли африканцы позволить себе покупку английских товаров, Ф. Сванзи отвечал:

Они уходят в джунгли в поисках золота; очень многие занимаются изготовлением пальмового масла. Действительно 20 лет назад экспорт был ограничен; сегодня вывозятся самые разные продукты; в частности спросом пользуются земляные орехи⁴².

Для перевозки масла на побережье использовались те же самые коммерческие сети, которые в прошлом обеспечивали доставку в порты невольников. Крупнейшим экспортером пальмового масла была Нигерия, но его изготовление было широко распространено во всей Западной Африке. Коммерческие возможности его применения еще более расширились после того, как в середине XIX столетия выяснилось, что пальмоядровое масло, получаемое из семян масличной пальмы, прекрасно подходит для производства маргаринов. Масличные пальмы могут выращиваться и на специальных плантациях. Но в большинстве случаев осуществляется сбор плодов с дикорастущих деревьев. Например, в Нигерии в начале XX в. площадь произрастания дикорастущей масличной пальмы, из плодов которой изготавливалось масло, составляла 2,4 млн га. Площадь плантаций в крупных хозяйствах не превышала 72 ооо га. Еще 97000 га занимали небольшие плантации, обрабатывавшиеся мелкими фермерскими хозяйствами⁴³. Типичной семье из народа яке, о которой упоминалось выше, для наполнения пальмовым маслом 12 жестяных банок (объемом 4 галлона, а вес полной банки достигал 36 фунтов), заготовки свыше 700 фунтов семян масличной пальмы и изготовления 93 бутылок (объемом 0,5 галлона) пальмового вина, пользовавшегося спросом у местных покупателей, требовалось дополнительно затратить 155 рабочих дней (табл. 5). Основную статью расходов семьи составляли ткани и одежда. Кроме того, приобретались ножи и ножницы, кухонная утварь, гигиенические товары, украшения (все это импортировалось) и мясо.

Поскольку африканцы занимались изготовлением пальмового масла для того, чтобы приобретать на вырученные деньги различные европейские товары, их стимулы к труду во многом зависели от того, какое количество тканей можно было приобрести за каждую жестяную банку продукта. На рис. 17 приводятся данные о соотношении цен на пальмовое масло и хлопчатобумажные ткани в западноафриканских портах начиная с 1817 г. и до наших дней. Что касается первого товара, то начиная с 1817 г. и до середины XIX столетия происходил рост цены масла относительно тканей. В рассматриваемый период африканцы могли приобретать в обмен на экспортируемый продукт все больше и больше тканей, что стимулировало их к расширению производства. Английский импорт увеличился с нескольких тонн в год в 1800 г. до 25 ооо т в середине XIX в. и почти юосюо т. к началу Первой мировой войны.

Пальмовые продукты были далеко не единственной статьей экспорта из Западной Африки. Большим успехом пользовалось какао. Какао-бобы были родом из Америки и впервые были ввезены в Африку в XIX в. В Англии в 1840-1880-х гг. произошло двукратное увеличение цен на какао, по сравнению с ценами на хлопчатобумажные ткани (рис. 18), что стало стимулом для африканцев (не европейцев!) к экспериментам с выращиванием этой сельскохозяйственной культуры. Уже в 1890-х гг. в Гане началось крупномасштабное производство какао-бобов. Так как какао-дерево не относилось к местной африканской флоре, для создания плантаций необходимо было расчищать лесные участки и высаживать новые деревья. Это стало вызовом системе общинной собственности, в соответствии с которой любой член племени мог занять участок пустующей земли. Поэтому для того, чтобы организовать выращивание какао-бобов, система собственности была модифицирована. Одно из решений заключалось в разделении собственности на деревья и собственности на землю; член племени, взявшийся за культивирование деревьев какао, гарантированно получал отдачу от своих вложений, независимо от того, кто выращивал на соседних полях ямс или маниоку.

Более радикальное решение было найдено представителями народа кробо. Группы из нескольких кробо приобретали земли у других племен, а затем распределяли их между собой в индивидуальное владение. После того как участок был разработан, группа повторяла процесс, приобретая новые земли. Таким образом, группы кробо пересекли с востока на запад Гану и в конечном итоге вторглись в Кот-д’Ивуар. В результате в обеих странах оказалось множество земельных участков, принадлежавших группам кробо. Часть из них обрабатывалась самими кробо, а часть сдавалась в аренду. Перемещения по странам и организация фермерских подворий требовали значительных средств. Источником денег стали накопления, полученные благодаря продажам какао-бобов, выращенных на уже разработанных участках. Стратегия кробо напоминает протестантскую этику М. Вебера в действии.

КОЛОНИАЛИЗМ

Начало европейскому колониализму было положено португальцами, создавшими в XV–XVI вв. первые поселения на территории современных Гвинеи-Бисау, Анголы и Мозамбика. Укрепленные форты, задача которых состояла в обеспечении работорговли, были построены на побережье Западной Африки и другими ведущими европейскими державами. Голландское поселение на Мысе Доброй Надежды появилось в 1652 г. В XIX столетии европейский колониализм приобрел более основательный характер, но окончательное разделение континента между империалистическими державами произошло в конце века.

Захват колоний осуществлялся как по экономическим, так и по стратегическим соображениям. В соответствии с первыми колонии должны были поставлять в метрополию различные тропические продукты и одновременно служить рынком сбыта готовых изделий. Кроме того, жители колониальной державы получали возможность переселяться в колонии, а перед буржуазией открывались новые перспективы для прибыльных инвестиций. В метрополиях считалось, что, помимо прочего, они выполняют в колониях цивилизаторскую миссию, распространяя христианство и предоставляя аборигенам возможность повысить свой культурный уровень. Предполагалось, что достижение целей не потребует от имперских держав дополнительных расходов, поскольку колониальные власти должны были финансировать расходы из своих собственных доходов.

По сравнению с другими частями мира, африканский колониализм оказал еще более пагубное воздействие на экономическое развитие континента. Прежде всего, оно выразилось в создании на удивление скверных институтов. Организация первых африканских колоний предусматривала применение в них, как и в колониальных странах Северной Америки, «прямого правления», когда власти колонии применяют действующие в метрополии законы и к новым поселенцам, и к коренным жителям, хотя последние во многих случаях были лишены политических прав. Но в конце XIX в. на смену прямому правлению пришло опосредованное, осуществлявшееся через местных вождей. Тем самым метрополии пытались изменить отношение аборигенов к своему присутствию. Введение непрямого правления означало признание метрополией всех этнических различий и опору на уступчивых местных вождей в обмен на предоставление им власти и богатства. В данной системе колониальное государство применяет законы метрополии только к колонистам и в городах. Контроль над сельскими жителями колонии передавался «вождям», действовавшим в соответствии с «обычаями» своих «племен». Приведенные выше понятия взяты в кавычки, так как в данном случае речь идет о правовых понятиях колониального государства имеющих мало общего с доколониальной реальностью. При этом все африканские организованные сообщества, от царства Ашанти до почти неструктурированных групп, рассматривались как эквивалентные субъекты с единообразными обычаями. При этом игнорировалось то обстоятельство, что сложные человеческие сообщества могли включать в себя покоренные племена и народы с самыми разными, зачастую не имевшими между собой ничего общего, обычаями. В таких местах, как Северная Гана и Восточная Нигерия, колониальные власти сами назначили местных «вождей», несмотря на то что это не соответствовало здешним традициям. Многим из организованных сообществ была присуща текучесть. В случаях установления в них деспотических режимов люди вправе были переселиться в другие районы. Тем самым ограничивалась тирания правителей. После колониального разделения на племена африканцы лишились этого права. Обычаи были переопределены для того, чтобы они соответствовали целям колонизаторов. Такие «варварские» обычаи, как рабство, были упразднены (хотя на практике они продолжали соблюдаться), а полезные, такие как право вождей требовать неоплаченного труда, сохранялись. В результате принудительный труд превратился в одну из общепринятых черт колониальной жизни. В большинстве случаев общинная собственность на землю превращалась в обычай. Поэтому получить участок земли для ведения сельского хозяйства могли только соплеменники и только по решению вождя, которому они подчинялись. Там, где это было возможно, возведение в ранг племенных вождей осуществлялось в рамках традиционных процессов, но в конечном счете они назначались оккупационной державой. Племенные вожди были наделены большей властью, чем правители в доколониальный период. Новые вожди превратились в надсмотрщиков империи, ответственных за сбор налогов, принуждение к труду, использовавших предоставленную им власть для увеличения личных состояний. Тем самым колониальное правление привело к созданию системы мелких деспотов, безраздельно царивших в сельской местности, основные усилия которых были направлены на извлечение различных видов ренты к своей личной выгоде.