Текст книги "Измена. Месть подают холодной (СИ)"

Автор книги: Рита Ардея

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)

Глава 13. Враг из тени

Чуть ли не рычащую Тиору мы приматываем к креслу её же комнатными растениями при помощи магии Веспулы.

– Во избежание избежаний, – ласково говорит колдунья, хлопая эльфийку по щеке. Тат тут же резко поворачивает голову, пытаясь укусить Веспулу за пальцы.

– Какая злобная, – удивляется Руби. – Неужели в ней всегда это таилось? А казалась типичной прилипалой без намёка на собственную личность.

– Как же ты всегда меня бесила, высокомерное драконье отродье! – шипит Тиора. – Как же я радовалась, когда все обсуждали твой позор! Ледяной дракон правильно сделал, что тебя бросил!

– Можно я кину в неё заваркой? – тоном покорной овечки спрашивает Руби.

– Леди травой не кидаются, – качаю головой я.

– Вот именно. Леди драматично кидаются посудой, – подсказывает Веспула. – Держи тарелку, серебряная, не абы что. Такой стукнешь по голове – враз дурочкой станет! – колдунья оценивающе косится на Тиору и со вздохом отставляет тарелку. – Впрочем, ей это уже не грозит.

Оставляю подруг обсуждать кровожадные планы по поводу доставшей всех эльфийки, сама же ставлю стул напротив неё, сажусь и внимательно смотрю в полные ненависти зелёные глаза.

– За что ты так ненавидишь меня, Ти?

Она заливается нездоровым смехом.

– Посмотри на себя, холодная скользкая ящерица! У тебя всегда были подруги, тобой восхищались преподаватели, даже Райден упал к твоим ногам, хотя я первая его заприметила! Все так плясали вокруг тебя, я одна видела, что ты просто бессердечная жаба!

Молчу, только слушаю, позволяя магии развязать Тиоре язык. Поток речи свободно льётся из её рта.

– Я ведь честно хотела быть тебе подругой! Ты не очень нравилась мне, но это был шанс стать популярной. Но ты сама напросилась, когда увела у меня Райдена! Ты же знала, что я хочу его!

Травы не позволяют ей соврать даже самой себе. Наверное, Тиоре хотелось бы верить, что она любит Райдена, но правда уже произнесена: это просто низменное желание обладать.

– Откуда я могла знать? Ты говорила, что влюблена в парня, но никогда не называла его имя.

– О чём я и говорю! – вспыхивает эльфийка. – Тебе плевать на чувства других! Была бы ты хорошей подругой, ты бы заметила, что я испытываю к нему!

– А что Райден испытывал к тебе? – спрашиваю я равнодушно.

– Терпение, – подсказывает Веспула.

– Неправда! – восклицает Тиора. – Он был бы мой, если бы ты снова не появилась, змея! Мы так не договаривались! Оговорено было чётко: тебя Эйвану, а Рая мне!

По её щекам текут злые слёзы. Сейчас мне почти жаль её: это просто заблудившаяся в своих иллюзиях и желаниях дурочка, а не коварный враг.

– С кем и что было оговорено? – спрашиваю хладнокровно, одёргивая себя и не позволяя испытывать даже брезгливой жалости по отношению к ней.

Чувствую, как Руби и Веспула вытянулись за моей спиной, как гончие, почуявшие добычу. Сейчас прозвучит имя, и это определит многое. Задерживаю дыхание от волнения, глядя на эльфийку, но та отвечает то, что я никак не ожидала услышать.

– Понятия не имею! Он не называл своё имя.

– А выглядел он как? – не теряю надежды я.

– Да не показывал он лица! – закатывает глаза Тиора. – Ходил весь такой загадочный в капюшоне и маске, голос хриплый – явно нарочно его занижал, чтобы и по голосу узнать было нельзя. Я его называла «мужчина в чёрном».

– Точно мужчина? – уточняет Руби.

Тиора кривит губы, глядя на неё с презрением.

– Уж такое я не перепутаю.

– Мне нужны подробности, – говорю я, едва не теряя терпение. – Хоть что-то было в нём особенное? Черта, примета?

– Нуу… – она поднимает глаза к потолку, вспоминая. – Да какой-то обычный. Роста среднего, телосложения – тоже. Двигался только так… мягко. Ступал бесшумно и появлялся всё время будто из ниоткуда, да потом так же исчезал. Я подумала, он точно эльф.

Хмурюсь. На секунду я предположила, что это мог быть Эйван, но муж высокого роста, телосложение его не назвать средним, да и умения скрываться я за ним не замечала. А если эльфийка узнала в силуэте загадочного посетителя своего собрата, то это точно не может быть Эйван. Эльфы хорошо чувствую друг друга.

– То есть какой-то вероятно эльф явился к тебе из тьмы и предложил одурманивать соседку по комнате, – подытоживает Руби. – И ты согласилась. Внутри ничего не ёкнуло? Совесть, например?

– В первый раз я отказалась! – дёргает уголком рта Тиора. – Но он оставил мне визитку. Я хотела выкинуть, но сунула в карман, да и забыла о ней. А когда эта змеюка увела моего Рая, я тут же вспомнила про карточку.

– Скажи мне, что она до сих пор у тебя, – прошу я с замиранием сердца.

Но, увы, Тиора презрительно фыркает.

– Вот ещё, стала бы я хранить магическую картонку, мало ли, по ней бы меня нашли!

Мы тоскливо переглядываемся. Неужели след оборвался?

– Должно быть что-то, – уверенно говорю я. – Как часто он приходил? Он сам давал тебе травы, рецепты? В чём состояло твоё задание?

– Он появлялся в новолуние, сообщал по визитке время и место встречи. Сначала приносил готовые конфеты, потом я разобралась в рецепте сама, – рассказывает Тиора с весьма недовольным видом. Как же она была бы рада просто замолчать, но состав Веспулы работает без осечек. – Сначала я просто кормила тебя ими. Но эффекта не было, о чём я ему и сообщала. А потом он стал давать мне красный порошок. Не знаю, что за он, но мне велели рассыпать его по твоей одежде, добавлять в соли для ванн и еду – куда угодно. Я надеялась, ты от него прыщами пойдёшь, но ничего не произошло!

– До поры до времени, – подсказываю я.

Воспоминания явно приятны для Тиоры.

– Да. В один прекрасный день на тебя подействовал дурман. Все решили, что ты переутомилась, но я поняла, что у нас что-то выходит. Я тут же послала сообщение мужчине в чёрном. Он велел дальше рассыпать порошок и ждать указаний. А когда мы встретились, он сказал, что мы пробили защиту твоего дракона – время наносить рану.

Я стискиваю руки в кулаки. Хочется ударить эту курицу, но я сдерживаюсь.

– Это было легко и приятно, – воодушевлённо заявляет она. – Смотреть, как после вечернего чая твои веки тяжелеют, мысли путаются. А мне оставалось лишь шептать тебе на ухо то, что велел мужчина в чёрном. Ты и не заметила, как стала реально считать, что это твои мысли!

Она заливисто хохочет, но затем лицо её кривится.

– Но даже под дурманом ты отказалась писать то проклятое письмо. У тебя словно проблеск случился. Я говорила тебе всякие патетические вещи, что ты должна отвергнуть Райдена, чтобы спасти, а ты, наоборот, написала ему целое любовное послание!

– Но до него оно не дошло.

– Конечно, я не могла допустить, чтобы ты такое ему отправила! Он бы тут же из Вайшны за тобой прилетел. Я запаниковала и подсунула тебе сразу тройную дозу, чтобы ты всё же написала то, что нужно. Но потом что-то страшное случилось, ты стала, как кукла. Тебя забрали в Ристайл, и ты шла, как овечка на бойню. Я даже думала, уже не оклемаешься. Но вот ты здесь, десять лет спустя, всё ещё мозолишь мне глаза. – она презрительно кривит губы. – Вся такая правильная и замужем, а сама с порога кинулась охмурять Райдена!

Руби делает плавный шаг в её сторону. Сейчас я близка к тому, чтобы позволить ей сделать из Тиоры фарш. Но всё же я задаю ещё один вопрос:

– Точно не помнишь никаких примет связного? Может, на нём были какие-то символы, знаки, амулеты? Или хотя бы на визитке?

– А, на ней был странный значок, – вспоминает эльфийка. – Горящий глаз или глаз в костре – что-то подобное. И всё. Даже никаких букв.

Слышу внезапный резкий вдох и оборачиваюсь. Побледневшая Руби прикладывает руку ко рту. Я хмурюсь.

– Ты в порядке?

– В полном. Просто… мне хорошо знаком этот символ.

– Око пламени, – говорит Руби. – Его во время драконьих войн использовали ристайленские отступники.

– Те, что были против мира и существования драконьего альянса? – вскидывает брови Веспула.

– Те, задницы которых Вилле знатно приморозила, когда создала свою стену на месте дыры в защите Академии, – кивает Руби.

– Но ведь… мир уже был заключён на момент, когда меня начали травить дурманом, – теряюсь я. – Вряд ли они сделали это из мести, но зачем борцам за чёткое разделение драконов по расам пихать меня в жёны огненному?

Мы грозно смотрим на Тиору, но в глазах её полное безразличие.

– Мне откуда знать? – фыркает эльфийка. – Он со мной планами не делился.

– А ты и не любопытствовала, – ехидно договаривает Руби. Тиора фыркает.

– Он пообещал, что Вилле заберут, а Райден достанется мне, больше меня ничего не интересовало. Но обманул же, гад! – тянет она почти жалобно. – Как только Вилле увезли, проклятая карточка перестала работать! Я пробовала подсыпать Райдену остатки красного порошка, но это было непросто: к себе он не пускал, а в столовой попробуй ещё незаметно добавить что-то в чашку! А в итоге – никакого эффекта.

– Наверное, ей так легко живётся, – бормочет Веспула. – Такая пустота в голове, гуляет ветерок… И только какая-то неуловимая тоска на душе напоминает, что там должен был быть мозг.

Больше от эльфийки ничего не добиться. Даже будучи с нами предельно откровенной, она не слишком-то хороший источник информации. Мы втроём озадаченно смотрим на Тиору, после чего Руби высказывает то, что вертится у всех на языке:

– А что нам теперь делать с ней? Не отпускать же?

Дверь ректорского кабинета распахивается, и оттуда невозмутимо выходит Райден. Бессонная ночь на нём мало сказалась: он всё так же безукоризнен.

– С вашего позволения, леди, – улыбается он. – Будучи вайшнийским дипломатом я имею право наложить арест на любого подданного своей страны. Несмотря на то, что по закону сведения, добытые под чарами правды, нельзя использовать в суде, я уверен, наша старая подруга в итоге захочет повторить свои показания уже без воздействия магии.

Взгляд, полный туч и молний, обращается к Тиоре, и та съёживается на стуле.

– Райден! – лепечет она. – Я не хочу в тюрьму!

– А кто хочет? – разводит руками Веспула. – Особенно в тюрьму на нашей славной родине! Слышала, камеры там находятся под водой, сырость невыносимая, а солнца заключённые не видят. Так что когда ты выйдешь – если ты выйдешь! – ты будешь беззубой, бледной, насквозь больной…

Тиора не позволяет Веспуле продолжать со счастливым видом рассказывать обо всех ужасах, что её ждут. Она начинает скулить, по её щекам текут слёзы.

– Я просто хотела, чтобы ты обратил на меня внимание! – шепчет она, вскидывая взгляд на Райдена.

– Поверь, – отвечает он тоном, от которого даже мне становится холодно, – всё моё внимание будет обращено лишь на тебя, пока я буду доставлять тебя в Вайшну.

Охрана Академии забирает Тиору. Надеюсь, в следующий раз я увижу эту горе-отравительницу разве что в суде. Мы остаёмся вчетвером, и Руби, подбоченившись, лукаво смотрит на Райдена.

– И что же, наш ректор прятался в кабинете и грел уши, вместо того чтобы принять участие в допросе?

– У меня было чувство, что Вилле хочет сделать это сама, – невозмутимо отвечает он. – В конце концов, я бы вмешался, если что-то пошло не так.

Его слова немного снимают моё недовольство тем, что он не спросил меня насчёт Веспулы и отъезда. Райден смотрит на часы и качает головой.

– С вашего позволения, леди, мне нужно передать дела заместителю на время отсутствия.

– Лично доставишь Тиору, – хмыкает Руби. – Какая честь для неё.

– Хочу убедиться, что она не сбежит, – отвечает он мрачно.

– Разве доставить пленницу в столицу это так уж долго?

– Я буду вынужден задержаться и потом, так что в Академии меня не будет некоторое время.

Руби кивает, и повисает неловкая пауза. Я выразительно смотрю на Райдена, и подруга наигранно тянет:

– Что ж, проверю, как наши чемоданы и готовы ли извозчики. Веспула, не поможешь?

– А тебе нужна помощь? – рассеянно спрашивает колдунья, методично исследуя ящики стола Тиоры.

Руби выразительно кашляет.

– Ооо, – Веспула поднимает голову от книжки с засушенным гербарием и хлопает себя по лбу. – Так тебе нужны леденцы от кашля! Что же ты сразу не сказала. Пойдём!

Подхватив друг друга под локти, они удаляются и даже закрывают за собой дверь. От их заговорщицкого вида меня так и тянет улыбнуться. Я провожаю их взглядом и качаю головой.

– Представляю, какое веселье ждёт меня дома, – говорю я, поворачиваясь к Райдену. Его улыбку не назвать весёлой.

– Ты называешь это место домом? – спрашивает он. – Рвёшься вернуться туда.

– Это ради сына.

– Одно твоё слово – и мы выкрадем его.

– Хочешь напугать его до смерти? – я приподнимаю брови. – Эйван и Аделаида его семья. Я хочу подготовить его к мысли, что мы уедем, хочу сделать всё спокойно и взвешенно, а не похищать ребёнка под покровом ночи. Ему и так тяжело будет оставить отца и бабушку, любимую комнату, дом детства.

– Прости, – Райден на миг прикрывает глаза. – Мне просто не нравится даже сама мысль, что ты…

– Рай.

Я подхожу ближе, касаюсь его щеки. Мой взгляд исследует мужественные черты лица, аквамариновый лучистый взгляд. Я хочу запомнить каждую мелочь. Не знаю, что будет дальше, потому боюсь снова забыть его глаза.

– Ты уедешь в Вайшну, – говорю я, – когда мы увидимся вновь?

– В Вайшну я лишь доставлю Тиору, потом планы другие, – отвечает он расплывчато. – Кто знает, быть может, встретимся мы скорее, чем ты думаешь? Потому что оставлять тебя надолго я больше не намерен.

Если честно, я почти задыхаюсь от мысли, что надо вернуться домой. Идея выкрасть Ингвара не кажется больше такой уж дикой. Но пока не доказано, что Аделаида продолжала подсыпать мне огненный порошок или что-то подобное, а значит, нет причин срываться и действовать напролом. В конце концов, мы ещё не утратили шанс сделать всё по закону и не превращать семейный скандал во что-то большее.

Хотя упоминание императорских шпионов и участие повстанцев в этой истории меня не на шутку напрягают. Хочется спрятаться в объятиях Райдена, почувствовать надёжную защиту вокруг себя, а не закапываться в решение проблем.

И всё же я должна хотя бы попытаться решить всё сама. Я ледяной дракон, а не хрупкая мимоза.

– Что ж, надеюсь, что до скорой встречи, – прощально улыбаюсь и делаю быстрый, скорее, шутливый реверанс. – Удачно тебе добраться.

Смотрю на него с теплом, прежде чем покинуть кабинет, но не успеваю и шагнуть к двери, как мою руку ловят длинные мужские пальцы.

– По-твоему это прощание? – спрашивает Райден не то с возмущением, не то с осуждением.

Теряюсь от его слов. Я позабыла этикет? Или в Вайшне поменялись порядки, а я и не знала?

– Да? Нет? – хлопаю глазами, глядя на Рая. – А как надо прощаться?

– Ох, – он закатывает глаза. – Как же тяжело с тобой временами, Вилле.

Я хочу возмутиться, но крепкие руки обхватывают мою талию, прижимая к сильному телу, а затем я чувствую на губах его поцелуй, полный тоски, желания и нежности – сочетания, от которого сносит голову.

Как же я скучала по нему! Подаюсь навстречу, приоткрываю губы, чтобы почувствовать его язык, умело ласкающий, точно знающий, как заставить меня забыть обо всём. Секунду спустя я уже сижу на столе, его руки исследуют, вспоминая, моё тело.

От его прикосновений на коже тут же выступают морозные мурашки, а может, дело в том, что я чувствую с любопытством приоткрытые глаза внутренней драконицы. Она довольна. Мы довольны.

Я довольна. Глупо разделять свои чувства с чувствами своего внутреннего я, но слишком долго я не воспринимала нас едиными. Надо признать: только Райден способен заставить меня ощутить такую бурю эмоций. Внизу живота нарастает приятное томление. Я была бы совсем не против продолжить.

Голова кружится, и мне приходится вцепиться в плечи Райдена, чтобы не упасть. Но несмотря на жар его губ и рук, я чувствую сжавшее сердце тоску.

Он мгновенно ловит моё настроение, понимая, что что-то не так, и медленно отстраняется, глядя на меня с немым вопросом. Я всё ещё держусь за него, как за спасительную соломинку, просто не хочу отпускать. Кажется, мои щёки красные, хотя я знаю, что это невозможно, а глаза наверняка лихорадочно блестят. И всё же я выдавливаю из себя:

– Рай, я… всё ещё официально замужем, так что это… измена?

Последнее слово получается вопросительным. Чувствую себя полной дурой, но не могу заглушить муки совести. Как бы то ни было, но я дала Эйвану клятву.

– Вилле, твой брак – это фикция, – напоминает Райден. – Ты была не в себе. По всем законам его можно аннулировать.

– Но он всё ещё не аннулирован, – говорю я с грустью.

– Просишь меня подождать? – спрашивает он с иронией.

В его словах нет ни капли яда, но я увожу пристыженный взгляд. Он имеет право злиться, и мне было бы проще, если бы он просто излил своё недовольство. Он ждал меня достаточно, а я как будто снова нахожу предлоги. Вернее, он всегда один: честь ледяного дракона.

– Прости… – выдыхаю я, заглядывая в его глаза. Они удивлённо распахиваются.

– Вилле, твои глаза сверкают.

– Это всё дракон. Ей хорошо рядом с тобой, – говорю я и тут же исправляюсь: – Мне хорошо рядом с тобой.

– Казалось бы, логичный вывод: не уезжай.

Молча поджимаю губы, но взгляд не отвожу. Отныне я буду общаться с Раем только так, глаза в глаза. Чтобы никто не смог внести сумятицу между нами.

– Но ты уедешь, – договаривает он со вздохом. – Моя упрямая, непрошибаемая ледяная драконица. Знаешь, иногда эти черты вашей расы меня почти бесят.

– Почти? – переспрашиваю с улыбкой. Райден кивает.

– Но я не хочу диктовать тебе, что делать. Позволь мне хотя бы вмешаться, если что-то пойдёт не так.

Его пальцы нежно касаются моей шеи, а затем я чувствую холодящий кожу металл. Опускаю голову и подцепляю пальцами изящный кулон в виде капли воды. Нежное, утончённое украшение – так, как любят делать в Вайшне.

– Если что-то хоть самую малость пойдёт не так, отломи хвостик у капли – я тут же окажусь рядом.

– Веспулы и Руби тебе мало для контроля, – хмыкаю я, поднимая на него насмешливый взгляд. Райден на миг смущается.

– Вилле, это не контроль, я просто…

– Тш, – я кладу пальцы на его губы. – Я знаю, просто дразнюсь. Спасибо, что заботишься обо мне.

– Мы увидимся вскоре, – уверенно говорит Райден. – Но всё же будь осторожна. Если Эйван поднимет на тебя руку, я в эмоциях могу позабыть о своём решении позволить тебе разобраться самой.

– Он меня не тронет, – уверенно произношу я. Замявшись на миг, добавляю: – Ни в каком смысле. Мой лёфт принадлежит тебе.

Следующий поцелуй совсем другой, невесомый и тёплый – это прощание и обещание одновременно.

Я иду по коридору, преисполненная уверенности и спокойствия – давненько внутри меня не было подобного сочетания чувств. Райден считает, что я поступаю неверно, и, быть может, он прав в этом. Но он готов поддерживать меня даже в глупых и рискованных начинаниях, и я знаю точно, что он вытащит меня из любой передряги. Он моя подстраховка, а не хозяин, коим явно считает себя Эйван.

Это невероятное чувство любви, свободы и лёгкости. Я готова взлететь. И когда я выхожу из ворот, мне кажется, что я и правда сейчас обращусь, распахну крылья и устремлюсь в небо.

Магия разливается по венам, с пальцев срываются снежинки, температура вокруг отчётливо падает на несколько градусов и… Всё.

– Рано, – говорит Веспула, стоящая возле кареты. – Понадобится время, прежде чем твой дракон придёт в себя.

Вообще-то стоит она ко мне спиной, копаясь в какой-то книжице, так что непонятно, как она вообще поняла, что я делаю. Разве что почувствовала холод?

Руби высовывается из окошка. Как только её взгляд падает на меня, на её губах поселяется хитрая улыбка.

– Выглядишь прекрасно, – подмигивает она.

– Да, надеюсь, это станет нормой, – отвечаю я. – Поехали?

– Я собрала конфеты со шляпы, – невпопад добавляет Веспула. – Как приедем – покажете, кому их скармливать!

Мы с Руби переглядываемся.

– Всё может оказаться не так просто, – начинаю я осторожно.

Веспула поворачивается к нам. Её глаза кажутся особенно тёмными, а улыбка не сулит ничего хорошего, по крайней мере, нашим недругам.

– О, это делает всё ещё интереснее, – говорит она сладко и с неожиданной грацией запрыгивает внутрь кареты, проигнорировав кучера, подающего ей руку.

Я тоже забираюсь внутрь. Руби передаёт кучеру карту порталов. Эти извозчики наёмные, не дель Монроков – кучер Эйвана заберёт нас от Тамейна. Потому муж не должен узнать, что обратно мы добирались особым путём.

По предполагаемому графику мы прибудем в Тамейн в то же время, в которое должны были по первоначальному плану. У Эйвена нет причин в чём-то нас подозревать, но всё же я чувствую – дома нас что-то ожидает. Недоброе, тягучее, давящее.

Хватаюсь за кулон, чтобы успокоиться. Нет, всё теперь будет иначе. Поворачиваюсь к обеспокоенным подругам и успокаиваю их улыбкой.

– Всё будет иначе, – повторяю вслух.

– И надеюсь, что очень хорошо, – соглашается Руби.

Путь в два раза короче, а компания – в два раза веселее. Мы едва сомкнули глаза ночью, а утром уже прибываем в Тамейн. От него до поместья с порталами добираться полчаса от силы.

В мыслях я вовсю пытаюсь оправдать присутствие Веспулы в доме. Понятно, никто не будет доволен в любом случае, но убедительная ложь заставит их смириться. Если бы я ещё умела врать!

Нас не спешат встречать на пороге – это даёт мне ещё время на размышления. Дом встречает нас запахами корицы, чая и сладостей. Непонимающе щурюсь, когда передаю дворецкому пальто. Кроме Ариадны в доме никто не любит сладкое, даже Ингвар ест его по настроению. Но свекровь в последнее время следит за количеством сахара. С чего бы кухня решила устроить сладкий праздник?

– У нас гости? – спрашиваю я у алла Кендлика, и дворецкий привычно кланяется, прежде чем ответить:

– Ваша сестра приехала вас навестить.