Текст книги "Развод. Лишняя жена дракона (СИ)"

Автор книги: Рина Мадьяр

Соавторы: Дина Нежина
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)

Глава 40

Проснулась я от того, что было жарко. Даже очень жарко. И тяжело. Рука Вэллиана лежала поперёк моего живота, прижимая меня к нему спиной, а его дыхание щекотало затылок.

– Ты не спишь, – его голос хриплый, сонный.

– Уже нет, – я не обернулась.

– Жаль. Я бы ещё полежал.

– Так лежи. Я не мешаю.

– Мешаешь. Ты дышишь.

Я усмехнулась. Осторожно, чтобы не разбудить его окончательно, попыталась высвободиться из-под его руки. Он не позволил.

– Вэллиан...

– Не убегай, – он притянул меня ближе, уткнулся носом в мои волосы. – Рано ещё.

– Уже рассвет.

– И что? Я дракон. Мне можно спать до обеда.

– А мне нет. У меня дела.

– Какие дела? Ты теперь королевский архитектор. Тебе положено отдыхать и принимать поздравления.

– И восстанавливать Греймур, – я наконец вывернулась и села на кровати, натягивая на грудь край одеяла. – Ты обещал, что я смогу уехать.

Он приподнялся на локтях, и его волосы смешно растрепались. Я не сдержала улыбку, но отвела взгляд.

– Уехать, – повторил он задумчиво. – Прямо сейчас?

– Через пару дней. Документы на руках, патент оформлен. Что мне здесь делать?

– Меня, например, – он ухмыльнулся, и я швырнула в него подушку.

– Вэллиан! Я серьёзно.

– Я тоже, – он поймал подушку, положил под голову и уставился в потолок. – Греймур никуда не убежит. Подождёт. А я хочу, чтобы ты осталась. Хотя бы на неделю.

– Зачем?

– Чтобы мы могли побыть мужем и женой.

Я замолчала, глядя на его профиль и на то, как утренний свет ложится на его лицо. И понимала, что он прав. Мы так и не побыли просто вдвоём. Сначала был Греймур, потом гарнизон, потом королевская комиссия. Всё время бег и какая то борьба не давала нам выдохнуть, но в то же время сделала нас ближе.

– Одна неделя, – сдалась я.

Он повернул голову, и в золотых глазах мелькнуло что-то тёплое.

– Договорились. Алана, – он взял меня за руку, переплёл пальцы. – Я хочу, чтобы ты знала.

– Что?

– Я тебя не отпущу. Никуда. Ты можешь ехать в Греймур, можешь строить что угодно, но ты всегда будешь возвращаться сюда. Ко мне.

– Слишком самоуверенно, – я усмехнулась, но руку не отняла.

– Это моё тебе обещание. Теперь, если ты захочешь развода я сам расчерчу лист своим размашистым “Никогда!”. Я дракон. Мы умеем ждать и не сдаваться.

– Хорошо, – я поднесла его руку к губам и поцеловала костяшки пальцев. – Тогда я тоже тебе кое-что обещаю.

– Что?

– Что буду возвращаться. Но только если ты перестанешь меня запирать.

– Договорились, – он потянул меня на себя и поцеловал.

– Завтрак, – сказала я, выныривая из поцелуя.

– Что?

– Сначала завтрак. Потом ты можешь целовать меня сколько угодно.

Он рассмеялся и отпустил меня.

Я встала, накинула халат, подошла к окну, глядя на то, как там за стеклом просыпалась шумная живая столица.

Узкие улочки постепенно заполнялись народом. Торговцы открывали лавки, где-то звенел колокол, зовущий на утреннюю службу. Всё это было таким чужим и в то же время завораживающим.

– Ты так смотришь, – голос Вэллиана раздался совсем рядом. Я не слышала, как он подошёл. Он встал позади, положил руки на мои плечи. – Будто видишь это впервые.

– Я и вижу впервые, – ответила я, не оборачиваясь. – В том смысле, что раньше, словно и не замечала ничего, – быстро поправилась я.

– Значит, тебе нужно показать город, – он говорил так, будто это было самое очевидное решение в мире. – Я проведу тебя по столице. Покажу, где лучшие пекарни, где торгуют тканями, где можно найти всё, что душе угодно.

Я усмехнулась, повернула голову и посмотрела на него через плечо.

– Ты хочешь устроить мне экскурсию?

– Хочу прогуляться с женой, – поправил он. – И заодно показать ей, что столица – это не только королевская комиссия и бумаги. Что здесь тоже можно жить.

– Ты правда думаешь, что я захочу здесь жить?

– Я думаю, что ты захочешь здесь бывать. И если я покажу тебе город, то у тебя будет причина возвращаться. Кроме меня, конечно.

Сперва я хотела возразить и сказать, что Греймур м не всё равно милле, но быстро подумав, решила, что нет смысла отказываться.

– Хорошо, – кивнула я. – Прогуляемся, но только если дашь мне время переодеться.

– Я подожду, – он поцеловал меня в макушку и отошёл. – Только не слишком долго. Я хочу успеть до того, как город заполнится народом.

Я улыбнулась его нетерпению и начала собираться. Служанка подобрала для меня простое, но элегантное платье тёмно-зелёного цвета с длинными рукавами и неглубоким вырезом. Я заколола волосы сама и посмотревшись в зеркало решила, что, наверное, выгляжу как обычная женщина из богатой семьи.

Когда спустилась вниз, увидела Вэллиана ожидавшего у дверей в простом камзоле без видимых семейных регалий.

– Ты тоже решил притвориться обычным человеком? – спросила с улыбкой, подходя ближе к нему.

– Я решил, что нам не нужны лишние взгляды. Особенно, если мы желаем позавтракать где-нибудь в столице, – он подал мне руку. – Идём?

Я взяла его под руку и мы вышли на улицу.

Столица сегодня сияла с самого утра, ещё сильнее подогревая моё и без того приподнятое настроение. В воздухе витал аромат цветов и свежеиспечённого хлеба, заставляя мой рот наполнится слюной.

– Сначала завтрак, потом всё остальное, – притворно нахмурилась я, напоминая о том, что ужасно хочется есть после вчерашнего.

Глава 41

Вэллиан улыбнулся и повёл меня по узким улочкам, которые казались лишь смутно знакомыми. Мы остановились у небольшой пекарни с вывеской, на которой был изображен золотой крендель. Запах, доносившийся изнутри, был божественным. Пахло свежей выпечкой, и к этому запаху примешивались запахи корицы, ванили и шоколада.

– Это лучшая пекарня в столице, – сказал Вэллиан, открывая передо мной дверь. – Ходят слухи, что в выпечку тут примешивают щепотку магии, иначе невозможно объяснить совершенно волшебный вкус здешних круассанов. Их тут подают такие, что пальчики оближешь!

Мы сели за маленький столик у окна. Внутри было очень уютно. Деревянные столы, солнечный свет, проникающий из высоких окон, приглушенный говор посетителей. Хозяин пекарни, кругленький невысокий мужчина с румяными щеками, лично принёс нам поднос с выпечкой.

– Для леди горячие булочки с корицей и клубничный джем, – объявил он, ставя передо мной тарелку. – и чай с бергамотом.

Вэллиану он подал кофе и тарелку с круассанами.

Я откусила кусочек булочки и закрыла глаза, млея от удовольствия. Булочка была очень мягкой, словно облако, и буквально таяла во рту.

– Божественно! – выдохнула я, не в силах сдержать своё восхищение. – Спасибо, что привёл меня сюда.

После завтрака мы гуляли по городу. Вэллиан показал мне самые красивые места. Я лишь постоянно напоминала себе, чтоб я не должна выдать сама себя, заявив, что вижу их впервые, ведь та, прежняя Алана, явно тут бывала и не один раз.

Мы побывали в главном соборе, где огромные витражи отбрасывали цветные тени на мраморный пол, а церковный хор пел словно ангелы на небесах, так что душа готова была устремиться вверх и невесомо парить там.

Потом мы пошли в королевский парк, где в пруду плавали белые лебеди, а на центральной площади журчали фонтаны, а в самом дальнем конце парка была красивая набережная, откуда открывался вид на реку, сверкающую на солнце золотыми бликами.

Я смотрела на это всё и чувствовала, как город постепенно становится мне родным.

– Нравится? – спросил Вэллиан, когда мы остановились у перил набережной.

– Очень! – честно ответила я.

– А вот там, – он показал вдаль, где виднелись шпили королевского дворца, – оттуда виден весь город. Если подняться на королевскую башню, открывается такой вид на город и на долину, что дух захватывает.

Потом мы прошлись по рядам цветочного рынка, и Вэллиан купил мне букет белых нежных пионов. Потом был обед в ресторанчике у воды, а вечером прогулка в свете ярко-жёлтых фонарей, которые спорили с луной своим светом.

И так дни сложились в неделю.

Каждое утро я просыпалась в его объятьях, и день начинался с взаимных улыбок. Мы завтракали в разных местах, от шумных таверн до тихих садов, где над нами шелестели листвой огромные каштаны. Вэллиан показал мне в один из дней дворцовую королевскую библиотеку, и я потеряла счёт времени, разглядывая старые книги.

А ночи были нашими, жаркими и страстными, полными шёпота и прикосновений.

Мы оба не заметели, как пролетела эта неделя. Время бежало неумолимо, и я знала, что рано или поздно она закончится.

Вечер последнего дня недели я сидела у окна в гостиной, глядела на закат, что заливал небо багрянцем, чередовал его полосы с золотом. Внутри меня разливалась грусть, но я уже решила, что завтра в любом случае уеду. Греймур ждал меня.

Вэллиан вошёл и встал позади меня, положив мне руки на плечи.

– Ты грустишь…

– Нет, – соврала я, накрывая своей ладонью его, – просто думаю и завтрашнем дне.

– И что же тебя тревожит в завтрашнем дне? – спросил он вкрадчиво, – утром мы отправимся на завтрак в ту же пекарню, где были неделю назад… – он осёкся на полуслове.

– Вот именно, Вэллиан, – подтвердила я то, о чём он побоялся признаться вслух, – неделя прошла, не нужно планировать завтрак, утром я уеду в Греймур, как мы и договаривались.

Он замер, и я почувствовала, как напряглись его ладони на моих плечах.

– Что? – голос его был низким и напряжённым. – Завтра?

– Мы договаривались на неделю, – я осторожно повернулась к нему, заглядывая в его золотистые глаза снизу вверх, – Неделя прошла. Я должна ехать.

– Но… – он нахмурился, сделал шаг назад, провёл рукой по волосам, и я увидела, как на его лице мелькнула растерянность. – Это было так быстро. Я думал, что ты останешься ещё. Тебе ведь всё понравилось?

– Мы говорили об одной неделе, – напомнила я. – Греймур ждёт. Я обещала себе, что восстановлю его.

– Греймур никуда не денется! – его голос стал твёрже, и в нём появились знакомые властные нотки.

– Ты можешь поехать со мной, или приехать позже в любое время, когда ты захочешь, как ты и сделал в прошлый раз.

– Я не могу сейчас! У меня дела в столице. Королевские поручения, ты же знаешь. Я не могу всё бросить и поехать за тобой.

– Я и не прошу тебя бросать всё. Я еду в свой дом.

Мне было сложно выдержать напор дракона, тем более, что сердце ныло и уговаривало меня остаться хотя бы еще на денёк. Но в то же время я понимала, что останься я на день, за ним потянется второй и, возможно, третий… А в Греймуре меня ждут, я должна восстановить свой дом.

– Тут твой дом, Алана! Рядом со мной! Я не готов отпускать тебя!

– Я понимаю. – сказала я и сделала шаг к нему, коснулась его руки. – Но я тоже не готова отказываться от своей мечты. Греймур часть моей жизни.

– А я? – спросил он резко и его жесткий взгляд полоснул по мне, словно плеть. – Я часть твоей жизни? Или просто элемент удобства?

Я замерла. Его слова прозвучали как удар.

– Конечно, ты часть моей жизни! – воскликнула я, почувствовав, как внутри закипает раздражение от несправедливости. – Но не единственная!

Глава 42

После той ссоры мы так и не заговорили больше. Проснулась я первой ещё затемно и, окинув взглядом лежащего на спине Вэллиана, чьё лицо даже во сне ещё хранило напряжение, я осторожно встала.

Надела дорожное платье, собрала волосы в простой узел. Вещи я упаковала ещё вчера, пока Вэллиан был в кабинете. Не хотела, чтобы он видел, как я складываю сумку.

Когда я уже взялась за ручку двери, его голос остановил меня:

– Ты даже не попрощаешься?

Я замерла на мгновение, а следом обернулась. Он сидел на кровати, обнажённый по пояс, и смотрел на меня тяжёлым, сонным взглядом. Волосы растрепались, на щеке застыл след от подушки и выглядел сейчас так тепло, что где-то внутри появилось странное чувство тоски.

Когда я ещё не уехала, а мне уже грустно.

– Я не хотела тебя будить, – ответила я тихо.

– А я не хотел, чтобы ты уезжала, – он откинул одеяло и встал. – Но это не помешало тебе принять решение.

Я вздохнула, разжала ручку двери и шагнула к нему.

– Вэллиан…

– Я знаю, – он подошёл ближе, взял мои руки в свои. – Ты едешь в Греймур. Ты обещала себе это. И я не буду тебя останавливать. Но запомни, Алана, – он поднёс мою ладонь к губам, коснулся поцелуем. – Ты моя жена. Это не изменится, даже если ты будешь жить в своих развалинах. И я приеду к тебе. Скоро. Как только смогу.

– Я буду ждать, – прошептала я.

Он усмехнулся, притянул меня к себе, обнял так крепко, что я услышала стук его сердца.

– Это ты можешь ехать в Греймур, – сказал он, уткнувшись носом в мои волосы. – Но если я не увижу тебя в ближайший месяц, я прилечу. В прямом смысле. Сожгу пару полей, если понадобится.

Я рассмеялась, утыкаясь ему в грудь.

– Договорились.

Мы стояли так долго. Слишком долго. Я чувствовала, что если не уйду сейчас, то уже не смогу уйти никогда.

– Прощай, Вэллиан, – сказала я, отстраняясь.

– До встречи, Алана, – поправил он.

Карета ждала у крыльца. Я села внутрь, не оборачиваясь. Не хотела видеть, как он стоит на пороге, провожая меня взглядом. И всё равно я чувствовала его взгляд спиной, до самого поворота.

Дорога до Греймура заняла два дня. Я почти не спала в первую ночь, глядя в тёмное окно и перебирая в памяти каждое его слово, каждый взгляд. К утру я устала думать и просто позволила себе заснуть под мерный стук колёс.

Когда карета остановилась у знакомых развалин, я вышла на свежий воздух и замерла.

Греймур изменился.

Я смотрела на флигель, в котором мы с Лиссой провели первую ночь, и не верила своим глазам. Крыша была заделана, окна вставлены, на двери висела новая ручка. У крыльца была расчищена дорожка.

– Лисса! – крикнула я в тишину.

Дверь распахнулась, и оттуда выбежала моя служанка. Она выглядела помолодевшей, в новом платье, с румяными щеками.

– Госпожа! – она бросилась ко мне, чуть не сбив с ног. – Вы вернулись! А мы тут, знаете, не сидели сложа руки. Как узнали, что вы получили патент, и Греймур ваш навсегда, так сразу решили, что нужно встретить вас достойно!

Я оглянулась на флигель, потом на главное здание. Даже там я заметила изменения: часть дыр была заложена кирпичом, а с крыши сняли обломки.

– Кто это сделал? – спросила я.

Лисса загадочно улыбнулась.

– Да те же мужики из деревни. Оказалось, что они не только камни таскать умеют. Один из них бывший кровельщик. Узнал, что вы теперь полноправная хозяйка, сам вызвался помочь. Сказал, что леди, которая с королём спорила и победила, заслуживает нормальной крыши над головой.

Я не сдержала улыбки.

– А ты?

– А я, – гордо вскинула нос Лисса, – лично следила за всем и даже научилась замешивать тот ваш раствор. Не так хорошо, как вы, конечно, но для начала сойдёт.

Я обняла её, чувствуя, как внутри разливается тепло.

– Ты чудо, Лисса!

– Идёмте, госпожа, – она взяла меня за руку и потянула к флигелю, – я тут кое-что приготовила. Вы, наверное, голодны с дороги.

Я и правда поняла, что за два дня почти ничего не ела. Перый день я была слишком погружена в свои мысли, а во второй просто не хотелось. Но сейчас, когда Лисса заговорила о еде, желудок предательски заурчал.

Мы вошли внутрь, я остановилась на пороге, не веря своим глазам. На окне висели занавески, а на столе, накрытом простенькой скатертью, стоял букет полевых цветов.

– Лисса, – выдохнула я, – это всё ты?

– Мы все старались, госпожа. – она смущённо потупилась, – там за перегородкой, я устроила кухню. Печь правда старая, и дымит, но если вызвать трубочиста, то будет как новенькая!

Лисса усадила меня за стол, поставила передо мной тарелку с дымящимся мясным рагу.

– Спасибо, – я почти пропела, прожевав первую ложку, – это восхитетельно!

Лисса расцвела от похвалы:

– Я так рада, что вы вернулись, госпожа. Мы все рады. Если честно, я боялась, что забудете про Греймур и нас.

– Нет, нет, нет! – замотала я головой. – Я думала о Греймуре каждый день, пока была в столице. Я и с Вэллианом говорила о нём.

– Вы простили его? – бесхитростно спросила служанка, не сводя с меня глаз.

Глава 43

Вопрос застал меня врасплох, хотя я знала, что рано или поздно он прозвучит, и я должна буду ответить на него. Хотя бы самой себе.

– Наверно, – произнесла я всё ещё сомневаясь. – Во всяком случае, я скучаю по нему. Но при этом не жалею нисколько, что уехала и выбрала Греймур. Это было мое решение, и он должен принять его.

Лисса посмотрела на меня со смесью тревоги и жалости во взгляде:

– Вы любите его, госпожа, я вижу это так же чётко, как и старые перекрытия на потолке этой кухни. Но почему вы так боитесь это признать? Совсем как его светлость.

Я опустила глаза, не в силах выдерживать её прямой взгляд. Помолчала, собираясь с мыслями. Слова давались с трудом, но я была уверена, что Лисса заслуживает правды.

– Потому что любить Вэллиана – это постоянно сталкиваться с его проклятием. – я наконец смогла поднять глаза на собственную служанку. Слова полились вдруг рекой, как будто открыли запруду, что мешала им до этого. – Он проклят, Лисса. Он сам это сказал и его лекарь подтвердил. Да и я сама видела это своими глазами.

Лисса вскрикнула и тут же прикрыла рот ладошкой, посмотрела на меня испуганно, но я уже не могла остановиться:

– Я видела, как оно меняет его, делает жестоким, отталкивает всех, кто рядом. Я боюсь, что однажды оно возьмёт над ним верх. Он станет тем самым чудовищем, который прогнал меня сюда и от которого я сбежала, не желая его видеть. Увы, никто не знает, когда оно проявляется. Лекарь сказал, что обычно это происходит в то время, когда Вэллиану особенно нужна помощь, он, как нарочно, отвергает её и отталкивает всех, кто может ее оказать. И это ужасно, Лисса! Никакая любовь не выдержит такого! Он становится просто невыносим.

Лисса отвела взгляд, потом вздохнула и понурила голову. Так и не поднимая её, она призналась:

– Я слыхала о таком проклятье, госпожа, – сказала она очень тихо, так, что я даже не была до конца уверена, что она сказала это, а не мне послышалось. – Старые слуги шептались, говорили, что проклятье живёт в роду Ар'Рахш уже много поколений. Что оно делает мужчин жестокими, отталкивает всех, кто пытается приблизиться. Что оно однажды приведёт к тому, что род дракона навсегда прервётся. Говорили, что его можно снять только какой-то большой жертвой. Но тогда я подумала, что это просто пустая болтовня стариков, не придала никакого значения, а потом и забыла об этих разговорах…

Но я уже насторожилась:

– Какой жертвой, Лисса?

– Да никто не знает, госпожа. – Пожала плечами служанка. – Но я слышала, что это должно быть что-то очень личное, не просто кровь или магия, а что-то от сердца. И её может принести только сам проклятый дракон. Но поймите, госпожа, никому не известно врали ли слуги или нет. Не берите в голову! Уверена, он скоро приедет за вами. Ведь в прошлый раз и нескольких дней не выдержал, сразу был тут.

Она лукаво засмеялась, и я улыбнулась в ответ, признав её правду. Вэллиан действительно в прошлый раз только изгнал меня в Греймур, а потом сразу примчался. А на этот раз мы расстались, пообещав друг другу писать письма и приезжать, так что наверняка он скоро приедет.

С этими мыслями я и уснула вечером, а утром навалились прежние заботы. Рабочие ждали моих указаний, Греймур ждал, когда же его восстановят.

Работа предстояла тяжёлая и не на один день. Я работала наравне со всеми, замешивала раствор, чинила стены одну за одной, латала дыры и восстанавливала недостающие пролёты. Но я знала, что каждый день приближал меня к моей цели. Мы вставили новые окна в нижнем этаже, где это было необходимо, заменили сгнившие двери и отремонтировали те, которые просто просели и искривились.

Греймур оживал на глазах, и я чувствовала, что вместе с ним оживала я сама. Но по ночам, когда работа заканчивалась, и я оставалась одна, в груди разрасталась пустота. Я думала о Вэллиане, что он сейчас делал? сидел ли к кабинете? вспоминал ли обо мне?

На десятый день Лисса сказала, что ей нужно срочно съездить в столицу, чтобы купить новые инструменты мужчинам, которые работали на стройке, и проведать её мать, с которой она давно не виделась.

– Я быстро, госпожа, дня на два, плюс дорога, – пообещала она.

Я кивнула, а в голове тут же созрела мысль.

– Лисса, раз ты едешь в столицу, я напишу письмо, а ты передай его господину Вэллиану. Если увидишь, его конечно.

Она разулыбалась:

– Непременно увижу и передам, госпожа. Будьте спокойны!

Я села за написание письма, строчки бежали сами одна за другой, я описывала всё, и стройку, и погоду, которая словно решила помогать мне во всём, стояла великолепная и то, как я скучаю и думаю о нем. Закончив писать, я прижала его к груди, будто хотела, чтобы бумага запомнила взволнованный стук моего сердца и передала его Вэллиану.

Лисса уехала на рассвете следующего дня. Я стояла на обновлённом крыльце дома и смотрела, как телега скрылась за поворотом и не могла не улыбаться. Он получит письмо и сразу же ответит. Самое сложное, как мне казалось, это дождаться Лиссы обратно с ответным письмом.

Два дня прошли в напряжении. Я работала, как одерживая, но мысли были далеко. Они витали где-то в столице, в особняке Вэллиана, где он возможно сидел в кабинете, с моим письмом в руках, перечитывал его раз за разом, целовал строчки, в которых я писала о своей любви и тоске по нему.

Лисса вернулась к вечеру пятого дня. Я выбежала ей навстречу, но когда увидела её растерянное лицо, сердце ухнуло куда-то вниз.

– Лисса! – я схватила её за руки. – Ты видела его? Он ответил?

– Я передала письмо, госпожа, – сказала она, нервно потеребив складки юбки, – но ответа не привезла.