Текст книги "Развод. Лишняя жена дракона (СИ)"
Автор книги: Рина Мадьяр
Соавторы: Дина Нежина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)
Глава 36
Проснувшись утром я первым делом я ощутила горячую тяжесть руки Вэллиана, которая лежала на моём животе. Его дыхание касалось моего затылка.
Несколько мгновений я лежала неподвижно, боясь пошевелиться и не веря, что всё это происходит со мной в реальности. Воспоминания прошлой ночи нахлынули волной: его руки, его губы, его шёпот, его тело, слившееся с моим в едином ритме. Я чувствовала, как внутри разливается тепло, но на смену ему уже торопился прийти страх. Что же будет сегодня?
– Ты не спишь, – голос Вэллиана прозвучал хрипло и сонно.
Я обернулась к нему лицом и расплылась в улыбке, которую невозможно было скрыть, видя его глаза, светившиеся теплом и какой-то новой, незнакомой нежностью.
– Доброе утро, моя леди, – сказал он, улыбаясь в ответ.
– Доброе утро, мой лорд! – ответила я со смешком.
Но он уже целовал меня, нежно, но в то же время жадно, будто успел соскучиться снова за прошедшую ночь. Я прикрыла веки и полностью отдалась этому поцелую, чувствуя, как мне его не хватало, чтобы обрести уверенность, что эта ночь не была случайностью.
– Сегодня будет трудный день, – Вэллиан по-прежнему не выпускал меня из объятий, – но я буду рядом, чтобы не случилось. Ты не останешься одна. Просто помни об этом. Я на твоей стороне, Алана.
– Обещаешь?
Я знала, как глупо это прозвучало, но не могла не спросить. Удивительно, но Вэллиан не рассмеялся и не упрекнул меня, напротив, он твёрдо заверил:
– Клянусь!
Я надела платье, которое он купил, оказывается, вчера для меня. Тёмно-синее, с серебрянной вышивкой по подолу, оно сидело идеально, словно его сшили точно по моим меркам. Вэллиан помог зашнуровать его.
В зеркало на меня смотрела стройная юная дама, жена дракона. Но всё равно внутри всё сжалось. Я выгляжу, как настоящая леди Ар'Рарш, но достаточно ли этого для королевской комиссии?
Вызванная мужем служанка уложила волосы в причёску, украсив её драгоценным гребнем.
Вэллиан ждал меня внизу. Когда я спускалась по лестнице, он поднял голову и замер. Его взгляд прошёлся по мне от макушке до носочков туфель, и в нём я увидела то же восхищение, что и вчера.
– Ты готова? – Спросил он, подавав мне руку.
– Нет, – прошептала я, решив не скрывать от него свои истинные чувства, – но поехали. Ожидание ещё хуже.
В карете Вэллиан взял мою руку и не отпускал всю дорогу. Хоть мы и молчали, но само его присутствие рядом было опорой, надёжной и непоколебимой. Я смотрела в окно, на проплывающие мимо дома и улицы столицы, но сама летала мыслями где-то далеко, да и сердце было не на месте, колотясь где-то в горле.
Королевский дворец встретил нас, как всегда и как и всех, высокими шпилями башенок и широкими мраморными лестницами. Нас проводили в один из залов, где уже собралась комиссия – пять человек в бордовых мантиях, сидящих за длинным, почти от стены до стены, столом.
Как меня и предупреждал заранее Вэллиан, по центру сидел самый старший и самый представительный из всех – советник короля.
Слуга доложил о моём приходе, а когда я вошла, что мне предложили стул напротив стола комиссии в метрах пяти от неё.
Вэллиан встал рядом со мной, положил руку на моё плечо. Жест был собственнический и одновременно защитный. Я сразу почувствовала тепло через тонкую ткань платья.
Я конечно же сразу заметила, что присутствие моего мужа, немного смутило членов комиссии, но не настолько, чтобы он растерялись от того, что он рядом и не собирался уходить.
– Леди Алана, – начал советник, не глядя на меня и перелистывая бумаги, – Люди утверждают, что вы разработали какой-то раствор, что скрепляет камни не хуже магии. Так ли это, ответьте!
– Да, ваша светлость, – ответила я кратко и почтительно склонив голову.
– Не могли бы вы рассказать о составе подробнее? – на этом вопросе он поднял глаза на меня и смотрел прямо и строго.
Я стала говорить общие фразы, о приниципах того, что мой раствор хорош и без магии, а его свойства равны магическим. Но при этом обходила стороной вопрос о пропорциях и компонентах:
– Ваша светлость, при всём моём уважении, но я пока не готова раскрывать полный рецепт до тех самых пор, пока мои права на него не будут официально зарегистрированы. Я думаю получить патент.
Члены комиссии переглянулись между собой. Советник нахмурился.
– Леди Алана, это вопрос государственной безопасности. Если рецепт попадёт в руки врагов, он может быть использован против нашего королевства.
– Но я не собираюсь отдавать его врагам королевства, напротив, я хочу удержать его втайне, пока моё право на патент не будет зарегистрировано. Я готова раскрыть технологию сразу после того, как мои права будут закреплены.
– Вот как? – члены комиссии, как один, сверлили меня сердитыми взглядами. – Король желает получить рецепт как можно скорее. Насколько нам известно, вы находитесь в бедственном положении. Королевская комиссия уполномочена купить у вас репепт, и вам хватит денег восстановить доставшееся вам после развода имение.
Он произносил это с тонкой улыбкой, демонстрируя нам, что им всё известно.
– Прошу прощения, ваши светлости, – вдруг заговорил Вэллиан, до этого слушавший молча. Его голос, спокойный и уверенный, разносился по всему залу, заставив всех внимательно слушать и не перебивать: – Развода не будет, моя жена не нуждается в деньгах на восстановление старых имений. Это моя забота, не её. Кроме того, я пригласил сюда нотариуса. Как глава дома Ар'Рахш, я заверяю, что моя жена имеет право на защиту своего изобретения в соотвествие с королевскими законоами о собственности. Пока рецепт не зарегистрирован на её имя, она не обязана раскрывать его. Таков закон. Единственный вариант получить рецепт быстрей – это ускорить регистрацию права моей жены.
Глава 37
– Лорд Ар'Рахш, – процедил он, – вы понимаете, что затягиваете вопрос государственной важности?
– Я понимаю, что моя жена – не воровка, у которой можно выкупить украденное за горсть монет, – спокойно ответил Вэллиан. – Она изобретатель. И закон на её стороне. Если у комиссии есть возражения, мы готовы выслушать их в присутствии королевского юриста.
Члены комиссии зашевелились. Один из них, толстый мужчина с бакенбардами, наклонился к советнику и что-то зашептал. Советник слушал, поджав губы, и наконец кивнул.
– Хорошо, – произнёс он, и было видно, каких трудов ему стоило сохранить спокойствие. – Мы ускорим регистрацию права леди Ар'Рахш на её... изобретение. Но в ответ она предоставит образец раствора для испытаний в королевской лаборатории. Без раскрытия рецепта.
Я бросила взгляд на Вэллиана. Он едва заметно кивнул.
– Согласна, – сказала я. – Образец будет предоставлен в течение трёх дней.
– И ещё одно, – советник поднял палец. – Корона желает, чтобы именно вы, леди Ар'Рахш, лично обучили королевских строителей работе с этим материалом. В случае успешных испытаний, разумеется.
– Это возможно, – ответила я, стараясь говорить ровно, хотя внутри всё пело. – Но обучение будет проходить в Греймуре. Там есть все условия для работы.
– В развалинах? – не удержался кто-то из комиссии.
– В моём поместье, – отрезала я. – Которое, согласно королевскому указу, является моей собственностью.
– Документы будут готовы к вечеру, – сказал он сухо. – Нотариуса мы пришлём в особняк лорда Ар'Рахш.
– Благодарю, ваша светлость, – я присела в реверансе, на этот раз без труда удерживая равновесие.
Когда мы вышли из зала, я едва не рухнула на ближайшую скамью. Ноги дрожали, сердце колотилось где-то в горле. Вэллиан остановился рядом, скрестил руки на груди и посмотрел на меня сверху вниз.
– Справилась.
– С твоей помощью, – выдохнула я.
– Нет, – он покачал головой. – Я только напомнил им закон. Торговалась ты сама. И ты сделала это отлично.
– Ты действительно пригласил нотариуса? – спросила я.
– Конечно. Я же сказал, что буду рядом.
– Ты не говорил про нотариуса.
– Зачем говорить? Я просто сделал.
Я усмехнулась. Вот уж действительно – дракон. Никаких лишних слов, только действия.
– Пойдём, – он подал мне руку. – Нужно возвращаться в особняк. К вечеру прибудут документы, а до того я хочу тебя покормить.
– Ты опять будешь за меня заказывать?
– Да. И ты съешь всё, что я закажу.
– Вэллиан...
– Ты похудела за эти дни. Я заметил.
Я хотела возразить, но поймала себя на том, что улыбаюсь. Он заметил. И теперь будет заказывать мне двойные порции, потому что по-другому этот невозможный дракон проявлять заботу просто не умеет.
В карете я откинулась на спинку сиденья и прикрыла глаза. Адреналин схлынул, оставив после себя приятную усталость. Вэллиан сидел напротив, и я снова чувствовала его взгляд.
– Что? – спросила я, не открывая глаз.
– Ничего. Просто смотрю.
– Ты всю дорогу смотришь.
– Привыкай.
Я открыла глаза и встретилась с ним взглядом. В полумраке кареты его лицо казалось особенно красивым, а золотистые глаза особенно ярко выделялись.
– Спасибо, – сказала я. – За то, что был рядом.
– Я всегда вмешиваюсь, когда пытаются отнять то, что моё.
Я усмехнулась.
– Знаешь, когда-нибудь ты поймёшь, что я не вещь, которую можно присвоить.
– Я знаю, – он подался вперёд и взял мою руку. – Ты не вещь. Ты – моя жена. Это другое.
– Чем же?
– Вещь можно заменить. А тебя заменить невозможно.
От этих слов краска прилила к моим щекам, а я отвела взгляд, принимая это маленькое, но очень приятное поражение в переговорах.
Ещё месяц назад я хотела сбежать от этого мужчины, а теперь вот, от чего-то не хочу, чтобы эта поездка заканчивалась.
В особняке нас уже ждали. Дворецкий доложил, что к вечеру доставят документы из королевской канцелярии, а пока в столовой накрыт обед.
Вэллиан, как и обещал, распорядился, чтобы еды приготовили побольше. И лично проследил, чтобы я съела свои порции до последней ложки.
После обеда он уехал по делам, а я поднялась в свою комнату, чтобы немного отдохнуть. Но уснуть не смогла из-за череды бесконечных мыслей в голове.
К вечеру я уже не могла отойти от окна, в ожидании прибытия новостей. Наблюдала за шумным городом, где грохотали телеги и переговаривались торговцы. Иногда звенел колокол, отмеряя время.
Внезапно, дверь скрипнула, а на пороге уже был Вэллиан, держа в руках увесистый свиток с королевской печатью.
– Документы, – он шагнул внутрь, протягивая мне свиток. – Твои. Уже готовы.
Я подошла, взяла свиток, развернула. Строчки прыгали перед глазами, но я разобрала главное:«...патент на изобретение строительного раствора... закрепляется за леди Аланой Ар'Рахш... поместье Греймур переходит в её полную и безраздельную собственность... титул королевского архитектора присваивается...»
– Я королевский архитектор? У меня свой титул? – приложив ладонь к губам, не веря произношу я.
– Да, и теперь любые твои изобретения смогут проходить регистрацию куда быстрее, чем чьи либо.
– Всего за один день всё утвердили?
– Так бывает, когда короне что-то очень нужно, – усмехнулся он. – Молодец, что не прогнулась. Раньше я думал, что ты просто вспыльчивая и себе на уме. Но твой отъезд в Греймур раскрыл тебя с другой стороны. Иногда думаю, что нужно было сделать это раньше, – глядя на меня с лёгким прищуром, произнёс Вэл и притянул к себе за талию.
Забрав у меня свиток он осторожно поцеловал мою шею.
– Теперь ты официально хозяйка Греймура, – обжигая горячим дыханием мою сказал он на выдохе. – Моя жена, – отбросив свиток в сторону, он положил обе руки на мою талию, прижмая к себе ближе. – Королевский архитектор, – заглянул в мои глаза с улыбкой. – И самая упрямая женщина в королевстве.
– Комплименты у тебя так себе, – заметила я, не сдержав улыбки в ответ.
Глава 38
Вэллиан прищурился, и в золотистых глазах мелькнула искра, словно принял вызов.
– “Так себе”? – Переспросил он, в то время как его голос стал ниже, – ты серьёзно?
– Абсолютно! Ты действительно думаешь, что “самая упрямая женщина” – это комплимент?
– Конечно. Более того, я уверен, что ты думаешь точно так же, – он рассмеялся, а его руки ещё ближе притянули меня к себе. – И я не говорил никогда, что плохо. Твоё упрямство – это то, что помогло тебе выжить. Или построить стену на северной заставе. А еще заставило бороться за свой рецепт. Мне нравится твоё упрямство.
– О! Так ты хотел сказать комплимент? – я улыбнулась с вызовом, задирая подбородок. – Тогда продолжай, извини, что прервала.
– Так тебе нравятся мои комплименты? – в его голосе одновременно сплелись рокот грома и сладость мёда, – Хорошо! Ты самая красивая женщина, которую я когда-либо видел. Увидев тебя, на других уже не хочется смотреть. Ты – очень умна. И внутри тебя чувствуется живой огонь такой силы, что не одно ледяное сердце не сможет устоять. Ты можешь растопить любой лёд… Довольна?
Он уставился на меня, глаза в глаза, словно держа мой взгляд привязанным к своему крепко-накрепко, в то время, как зрачки его глаз стали цвета расплавленного золота, будто на их дне кипела невиданной силы страсть.
Я почувствовала, как румянец расползается по щекам, окрашивая их в пунцовый, но не отвела взгляда. Дерзко дёрнула подбородком:
– Уже лучше, ваша светлость. Немного, но лучше!
– Тогда я продолжу, – он наклонился вниз и поцеловал мои веки. – У тебя самые пронзительные глаза, я никогда не думал, что такие бывают. Больше всего, я люблю видеть, как в них отражаются мои, и при этом знать, что в моих сейчас отражаются твои глаза.
От удовольствия я забыла, как дышать, просто замерла в его объятиях. Почувствовала тут же, как его руки заскользили по моей спине, как он прижал меня и всё внутри меня отзывалось на его ласку.
– У тебя самые очаровательные уши, маленькие и розовые, нежные, словно морская раковина. А как мне нравится шептать в них то, что я буду делать с тобой в нашей постели, перед тем, как возьму тебя.
По моей коже неслись мурашки, кровь закипела в венах, совершенно лишая меня возможности разумно думать. Я лишь смогла прошептать заплетающимся языком:
– Возьмёшь меня…
– Конечно… Возьму тебя… Ты такая желанная, что я не могу устоять! – Он целовал моё лицо после каждого своего слова, а потом подхватил меня на руки, будто играючи, я даже не успела напомнить ему о его ране, лишь коротко вскрикнула от неожиданности, вцепившись в его плечи.
Он смял мои губы в чувственном глубоком поцелуе, которому нельзя было не отдаться целиком. Я не смогла сдержать стон, который вырвался прямо в его рот, вызвав ответный глубокий стон Вэллиана.
Он с лёгкостью нёс меня по ступенькам лестницы, не забывая на каждой степени покрывать поцелуями моё лицо и продолжал свои говорить соблазнительные комплименты. Коварный дракон!
Но мне было так приятно слышать их, что у меня таяло всё внутри от его слов.
– У тебя самая тонкая шея и несколько родинок на ней скрыты в основании. Я рассмотрел их и понял, что они словно ожерелье, где каждую бусину нужно целовать и нежить, пересчитывая, чтобы они не пропали.
– Ох-х-х… – только и смогла выдохнуть я, когда он действительно стал целовать их одну за другой, не пропустив ни одной самой мелкой и еле заметной.
Кажется, он знал, где они расположены на моей шее лучше, чем я сама. Мне пришлось откинуть голову назад, чтобы он достал своими губами их все.
– А твои плечи… – он поставил меня на ступеньки, взирая совершенно опьяненным взглядом.
– М-м-мои плечи? – казалось, я даже не понимала произнесла я это или только подумала произнести.
Вэллиан медленно расстёгивал крючки лифа моего платья, при этом неотрывно глядел в глаза:
– Твои плечи невозможно не целовать. И ключицы тоже. Знаешь ли ты, что они словно два крыла птицы, манят к себе невероятно? Я готов на всё, лишь бы ты позволила прикасаться к ним снова и снова.
Я не могла сопротивляться, позволила ему унести меня в свои покои, позволила себе раствориться в его нежности и страсти, когда поняла, что мне не переиграть своего мужа.
Его прикосновения и слова сводили меня с ума, особенно тем, что он был неутомим и не думал останавливаться. Находил всё новые слова, которые я хотела услышать и новые точки на моём теле, которые жаждали его прикосновений.
В эту ночь мы забыли обо всём. КОгда он опустил меня на кровать в своей спальне, и навис надо мной, замерев на минуту. Его золотые глаза в полумраке комнаты казались бездной, полной кипящего золота и такого жара, что у меня вновь перехватило дыхание.
– Сегодня наш день, Алана, и наша ночь – прошептал он, и в его голосе звучала низкая, тягучая хрипотца, вызывающая прилив острого жара внизу моего живота. – я не остановлюсь.
– Пожалуйста… – выдохнула я, толком не осознавая, что именно просила, просто чувствую, как внутри всё сжимается от предвкушения.
– Люблю твой голос, – шептал он мне, раздевая меня, избавляя от остатков одежды и сразу же покрывая поцелуями и прикосновениями обнажённые участки кожи. – он становился колючим, когда ты злилась, и мягким, когда ты шептала моё имя. Я хочу слышать это каждое утро, как ты звала бы меня. Я и сейчас заставлю тебя выкрикивать моё имя в экстазе.
Он целовал мою грудь, обрисовывая вершины сосков пальцами, чуть сжимая их до сладкой боли и снова занеживая поцелуями и сладкими касаниями языка.
Я не могла говорить. Только смотрела на него, чувствуя, как слёзы счастья подступают к глазам.
– И твои губы, – он провёл подушечкой большого пальца по нижней губе, слегка оттягивая её, – они могли быть дерзкими, когда ты спорила со мной, стояла на своём до последнего. Но до чего же они нежны, когда ты целуешь меня, отвечая на мои поцелуи.
Он наклонился и поцеловал меня, будто не мог больше сдерживаться. Его жаркий поцелуй заставил меня забыть обо всём на свете. Я чувствовала только вкус поцелуя, запах любимого мужчины и его руки, которые нетерпеливо стягивали с меня платье.
Глава 39
Ткань скользнула вниз по телу, и я осталась в одной нижней тонкой сорочке, которая больше обозначала, чем скрывала.
Вэллиан отстранился на мгновение, и его взгляд прошёлся по мне, обжигая каждый миллиметр кожи, словно касаясь пламенем, что горело внутри него.
– Ты даже не представляешь, как ты красива, как притягательна, – прошептал он, и его голос был низким и чувственным. – Я видел тебя в развалинах и бальных залах, и всегда ты была прекрасна. А сейчас ты выглядишь словно самый желанный подарок на праздник.
Он провел обратной стороной ладони по моим скулам, мягко очерчивая их, потом по ключицам. Впился губами в углубление между ними.
– Я боюсь, что мне это снится. Что я проснусь, а тебя не будет рядом.
– Я здесь, – ответила я, улыбаясь, тая от его признаний и его поцелуев.
Он снова припал губами к моей шее. Его дыхание горячо обжигало кожу, заставляло меня покрываться колкими мурашками и выгибаться под ним.
Вэллиан целовал меня медленно, смакуя каждый миг, сводил меня меня с ума, заставляя желать ещё и ещё сильней.
Я не могла говорить, только стонать в ответ на его изощрённые ласки и слова, которые отпечатывались в памяти своей нежностью. Его губы скользили по моей груди, обрисовывая каждый её изгиб, и я чуствовала, как внутри растёт тепло, разливается вслед за каждым его прикосновением.
Он медленно, словно дразня меня и самого себя, стянул с меня тонкую сорочку, и я осталось полностью обнажённой перед ним. Но вместо того, чтобы броситься на меня, он замер опираясь на локти, и начал разглядывать. Смотрел так, будто хотел запечатлеть в своей памяти, выжечь на сетчатке своих глаз очертания моей груди, живота и бёдер. Я его взгляде полыхал такой огонь, что я чувствовала себя не просто желанной, я была для него богиней, которой он был готов поклоняться еженощно.
– Ты не представляешь, что ты делаешь со мной, – выдохнул он, проводя ладонью по ложбинке между полукружиями груди, по животу, заставляя меня вздрагивать и тянуться вслед за его прикосновениями, выгибаясь.
Он остановился у самого сокровенного места, дразня меня, стал целовать мой живот, внизу которого закручивалась всё туже и туже пружина нестерпимого желания.
– Вэлл… – Простонала я.
– Тише, девочка, тише, я знаю, знаю, – Уговаривал он меня, а сам тут же целовал мою грудь, нежно и страстно. Его язык обводил сосок, дразнил, покусывал.
Я вцепилась в простыни, чувствуя как внутри все сжимается нестерпимо.
– Пожа-а-алуйста… – прохныкала я, сама не зная, что именно прошу.
Он должен был знать, должен был догадаться, что мне невыносимо без тяжести его тела, без тугой наполненности внутри.
– Что, девочка моя? – ему нравилось дразнить меня, сводить с ума, заставлять признаваться в своих постыдных желаниях.
Я хотела его нестерпимо, мечтала только о том, чтобы он заполнил меня полностью и вколачивался в моё тело, пока я не потеряю рассудок, подчинил меня в своих желаниях. В постели я готова была ему принадлежать полностью, без остатка.
Он усмехнулся довольно. Снова поцеловал меня в губы глубоко и властно, выманив мой язык и заставив его танцевать нежный танец со своим. Не давал мне ни малейшего шанса прийти в себя.
Его руки и губы были везде. Он гладил меня по бёдрам, которые я сама развела перед ним. потом скользнул между ними и прошелся пальцами по влажным и набухшим складочкам.
И не заметила, когда он оказался полностью обнаженным рядом со мной, лишь почувствовала, как он прижимается ко мне всем своим мускулистым сильным телом, вжимая меня в простыни.
Я прижалась к нему, обхватив ногами, подалась навстречу бедрами. Застонала ему на ухо. Вэллиан смотрел на меня совершенно потемневшими глазами, внутри него словно кипел и взрывался вулкан, который он сдерживал изо всех сил, давая мне понять всю силу моего желания.
– Чувствуешь? – Рыкнул он низко и хрипло, – чувствуешь, как я хочу тебя?
Бархатная твердость его члена упиралась в мой подрагивающий от желания. Я могла лишь прохныкать в ответ и закивать головой. У меня не было столько выдержки, сколько у него, поэтому я просто прошептала умоляюще:
– Хочу… Ты будешь меня?
И эти слова словно сорвали последние оковы, которые сдерживали моего неистового дракона изнутри.
Он еще крепче вжал меня в простыни, чуть отстранился, чтоб упереться головкой члена мне между ног. Но он больше не медлил, сразу же скользнул внутрь по моей влаге на всю свою немаленькую длину, заполнив меня до краев.
Слезы невольно выступили в уголках глаз, а громкий протяжный стон сорвался с губ, когда он хрипло произносил:
– Я буду тебя… всю ночь, каждую ночь, Алана. Каждый раз, когда я смотрю на тебя, я хочу тебя. Каждый раз, когда ты говоришь со мной, я хочу тебя. Каждую ночь, когда ты рядом, я хочу тебя, и когда ты далеко от меня, я не могу заснуть, думая, как я хочу тебя сейчас рядом со мной.
Я не могла ему ответить, только стонала, запрокинув голову, чувствуя каждой клеточкой своего тела, как его руки скользят по моей спине, прижимая к себе всё теснее. Он входил в меня всё глубже, и я отвечала ему каждым движением, каждым прерывистым вздохом.
Он наклонился к моему уху, и его жаркое дыхание опалило кожу, а горячие слова – мою душу:
– Знаешь, что я заметил? Ты еще красивей, когда я внутри тебя. Когда ты отдаёшься мне без остатка, когда твоё тело сжимается вокруг моего, ты смотришь так, будто я – весь твой мир. В эти мгновения я самый счастливый мужчина в мире.
Он двигался так, будто знал, как я хочу, когда я сама даже не подозревала об этих желаниях. Задевал какие-то неведомые раньше точки внутри меня, заставляя выкрививать его имя раз за разом, стонать и извиваться под ним.
Волна наслаждения накрыла меня, оглушая и ослепляя, заставила тело выгибаться в сладких судорогах. Я вцепилась в плечи Вэллиана, чувствуя как наш мир взрывается фейрверками удовольствия. Он застонал, вонзаясь в меня особенно глубоко, и я почувствовала, что его тело содрогается в унисон с моими, как он наполняет меня своим горячим семенем.
Наше общее на двоих удовольствие поймало нас в свои сети, словно укутав в облако неги, из которого не хотелось выбираться. Мы не могли разлепиться. Сон сморил нас, обнимающихся и целующихся, но и во сне мы были вместе, чувствовали друг другами телами и душами.
