Текст книги "Тень Января (СИ)"

Автор книги: Ри Даль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)

Глава 29

В костре трещали объятые пламенем поленья. Рэаган невозмутимо готовил ужин, пока я безутешно рыдала в стороне.

Для меня гибель животного всегда была куда страшнее человеческой смерти. Даже не могла смотреть фильмы, если там кого-то убивали из зверей, тем более – собаку или лошадь. Эти прекрасные и верные существа были в моём понимании живыми ангелами на земле. Сама бы я ни за что не причинила вред никому из братьев наших меньших. Да и если вспомнить, как закончилась моя земная жизнь, это уже о многом говорило.

А сейчас прямо на моих глазах главнокомандующий Эвигона без тени сомнений зарубил беззащитное животное. Легко и жестоко.

– Твоя еда, – услышала я голос, который отныне звучал для меня как голос убийцы.

– Что ты наделал?.. – прошептала я сквозь слёзы. – Он ведь был ещё жив…

– Он был мёртв. И я поступил так, как должно, – жёстко отчеканил Рэаган.

– Может, ты ошибся… Может, можно было вылечить…

– Нет, Адалена. Никакой ошибки не было. Перелом у лошади не лечится.

– Лечится! – выкрикнула я, готовая сейчас сама схватиться за оружие и перерезаться горло этому подонку. – Ты даже не попытался!..

– А что я должен был сделать⁈ – Рэаган тоже повысил голос. – Оставить его мучиться от невыносимой боли⁈

– Мы могли привести какую-то помощь!..

– Откуда⁈ Какая помощь⁈ Нет здесь никакой помощи, – он заговорил немного спокойнее. – Просто смирись, Адалена. Участь твоего коня уже была решена. Я лишь облегчил ему страдания.

– Облегчил?.. – он возмущения я даже усмехнулась.

– Да, облегчил, – повторил главнокомандующий. – Прими как данность: иногда кому-то приходится умереть. И часто – из-за чужой ошибки. В данном случае – это твоя ошибка.

– Моя?..

– Твоя, – снова подчеркнул Рэаган безжалостно. – Если бы ты послушала меня, все были бы живы и целы.

– Я сделала, как ты сказал…

– Я сказал обходить, а не прыгать, – голос его звенел сталью, а я боролась с собой, чтобы сталь эта не вонзилась ему в шею. – Так что если кто и виноват, то только ты. Твоя самонадеянность и безответственность не могли привести ни к чему другому. Скажи спасибо, что сама жива.

Рэаган поставил рядом со мной миску с приготовленным ужином и тут же отошёл.

Я не притронулась к еде. Мне кусок в горло не лез после всего случившегося. Обида и злость душили меня, потому что я знала, что Рэаган ошибается. Даже в Манескере, где нет никакой магии, уже научились лечить переломы у лошадей. А здесь при наличии магических заклинаний наверняка творили и не такие чудеса.

Конечно, с нами сейчас не было никого, кто бы обладал такими способностями. У настоящей Адалены они, возможно, были. И неизвестно, нашли бы мы какой-то способ вылечить бедное животное, но факт оставался фактом – Рэаган не оставил ни единого шанса на иной исход. Он единолично приговорил коня к смерти, и тотчас исполнил свой приговор. Безоговорочно. Бесчеловечно. Потому что ездовая лошадь стала бесполезной.

И тоже самое Рэаган сделает со мной, когда убедится, что с меня взять нечего. Я бесполезна для планов его правителя. Так что насчёт собственной участи я больше не обольщалась. Если раньше у меня ещё теплились какие-то призрачные надежды, то теперь я всецело осознала своё положение, которое было ничем не лучше положения несчастной зарубленной лошади.

Решение пришло быстро и без усилий – я должна бежать. Если хочу жить, то обязана сделать это немедленно. Только зря тянула и откладывала на потом. Приди я к такому выводу сутки назад, когда мы находились на постоялом дворе, и всё было бы куда проще. И мой жеребец остался бы жить, и выбраться было бы легче. Но и сейчас не всё было потеряно.

Мы только вошли в Мерклый лес. Я ещё помнила дорогу обратно. Препятствием могла стать всё та же река, но по трагической случайности именно тело моего павшего друга послужило бы ориентиром. Оставалось лишь улучить благоприятный момент для побега.

Глава 30

Собрав волю в кулак, я притворилась, что конфликт замят. Даже поела, не только, чтобы не вызвать лишних подозрений у Рэагана, но и потому что понимала – без пищи долго не протяну в лесу на холоде. Мне также стоило обдумать, как утащить какую-нибудь еду с собой. Ещё раньше заприметила, в каких сумках хранится провизия, где находится кресало, чтобы развести огонь, и даже знала, что у Рэагана есть бумажная карта мира, а ещё кисет с деньгами, которые мне бы тоже пригодились.

Пожалуй, самой трудной дилеммой стало решение забирать лошадь главнокомандующего с собой или не забирать. На коне я смогу уйти от погони быстрее и дальше, догнать меня будет гораздо сложнее. Но в этом случае Рэаган остается совершенно один, и ему тоже будет грозить опасность смерти.

И всё же в этом смысле мы двое были совсем неравны. Рэаган знал этот мир, знал эту местность, он был давно и прочно приспособлен к условиям экстремального выживания. В конце концов, он – мужчина и воин, прошедший множество боёв. Наверняка по одному его слову и кличу к нему стянутся на подмогу и армия, и простые жители Эвигона. Да и Арас не бросит своего главнокомандующего, а вот на меня, возможно, откроют охоту. Единственный способ спасти себя – укрыться в какой-нибудь дальней местности и попробовать начать всё с нуля. Обустроиться, завести знакомства, найти занятие по душе и зажить тихо и неприметно – в большем я и не нуждалась. А если уж настанет конец света… Увы, мне останется только его принять, как и всем прочим простым людям.

Рэаган соорудил из еловых веток и снега нечто вроде шалаша для ночлега. Его скакун был привязан неподалёку, все вещи главнокомандующий сложил в общую кучу, что было очень кстати.

– Завтра уже доберёмся к Хэйде, – сказал он, укладываясь на колючую постель. – Если повезёт, сможем переночевать у неё. Если очень повезёт, возможно, у неё будет лошадь, которую она согласится продать.

– Надеюсь, нам повезёт, – ответила я, стараясь говорить мягко и приветливо.

– Я тоже на это надеюсь. В худшем случае мы просто потеряем несколько дней впустую и ничего путного не выясним, – Рэаган пододвинулся к тому краю, что был ближе к улице и указал мне на пространство возле стенки из веток. – Ложись здесь. Тут теплее.

– Прошлой ночью ты пожертвовал своим комфортом ради меня. А сейчас я хочу уступить тебе более приятное место.

– Хочешь сделать мне приятно? – с сомнением переспросил главнокомандующий. – С чего бы вдруг такие перемены?

Я пожала плечами и улыбнулась:

– Женщины – очень переменчивые существа. Иногда наше настроение скачет по нескольку раз в день.

– Вот как? И какое же у тебя сейчас настроение?

– Умеренно-дружественное, – ответила шуткой, и Рэаган в самом деле улыбнулась.

– Ну, ладно. Как скажешь. В таком случае не будет лишним, если ты завернёшься в мой плащ, – с этими словами он приоткрыл полог, приглашая меня улечься рядом с ним. – Исключительно ради тепла.

– Разумеется, – я опустилась на лежанку и нырнула под его руку. – Главное, чтобы мы оба случайно не замёрзли.

– Не замёрзнем, – пообещал главнокомандующий, заворачивая меня туже в импровизированный кокон. – Будь спокойна, я позабочусь о том, чтобы мы оба дожили до утра.

Глава 31

Не хотела засыпать, да и подумать не могла, что сумею расслабиться даже при большом желании. А всё же сон прибрал меня к рукам. Незаметно для себя я почти моментально погрузилась в дремоту, как только очутилась в объятьях Рэагана. Он был таким тёплым и уютным, что бесконечное ощущение холода вдруг отпустило, глаза сами собой закрылись, баюкающая тьма и тишина леса стали чем-то вроде колыбельной.

Я проспала, наверное, несколько часов. Только каким-то чудом заставила себя вернуться в реальность и осознать, что пора приводить в действие мой план. Эта ночь – возможно, единственный шанс на спасение. После встречи с провидицей, вполне вероятно, уже ничто мне не поможет.

Рэаган по-прежнему обнимал меня и вроде бы крепко спал. Вроде бы – потому что я и раньше ошибалась на этот счёт, но сейчас ошибка могла стоить мне очень дорого. Я осторожно перевернулась и долго вслушивалась в его дыхание – тихое, ровное. Лица его было не различить, поскольку в Мерклом лесу тьма стояла постоянно, а костёр уже прогорел. Затем с предельной аккуратностью я приподняла плащ, с ещё большей аккуратностью расцепила руки Рэагана. Он только вздохнул сквозь сон и пробормотал нечто неразборчивое.

Мне удалось встать на ноги, почти не издав ни единого звука. На крайний случай решила, что, если Рэаган очнётся, скажу, что приспичило по естественной нужде. Теперь нужно было как-то вызволить сумки и собрать в одну то, что я намеревалась взять в дорогу. А сделать это было непросто в полнейшей темноте. Пришлось зажечь факел, что могло дополнительно потревожить сон главнокомандующего, но мне повезло.

Все приготовления я старалась производить быстро и неслышно. Постоянно держала ухо востро, чтобы среагировать, если в шалаше начнётся какой-нибудь шевеление. Однако мой спутник, похоже, действительно спал очень глубоко. Я нашла всё, что планировала. Провиант разделила примерно пополам, чтобы у Рэагана тоже что-то осталось. Карта и кресало обнаружились в единственном экземпляре, но я понадеялась, что без них главнокомандующий как-нибудь сумеет обойтись. Хотя оставаться без огня в этом непроницаемом пространстве для кого угодно стало бы суровым испытанием.

Когда дошла очередь заглянуть в последнюю сумку, вдруг поняла, что её ни разу не вскрывали за время нашего пути, и я понятия не имела, что там находится. А как только открыла… разинула рот от удивления. Потому что там находилась одежда и военное снаряжение – брюки, шерстяная рубаха с воротником под горло, лёгкий и прочный кожаный доспех с металлическими вставками. И всё это размером значительно меньше, чем пропорции главнокомандующего Эвигона. Зато такое обмундирование отлично бы подошло какой-нибудь хрупкой девушке, вроде меня. Иными словами, это был тот самый дорожный комплект, который я просила у Рэагана, помимо коня и оружия. Он выполнил мою просьбу, но почему-то эти вещи так и не вручил мне.

Было бы неплохо переодеться, но я не стала тратить на это время. Просто захватила ещё одну сумку с собой, помимо той, что уже была собрана. Закрепила их по бокам лошади позади седла, снова вслушалась в тишину, но ничего подозрительного не расслышала. Рэаган, судя по всему, просыпаться не собирался.

Мне подумалось о том, что сейчас я должна покинуть этого мужчину и больше никогда не встретить. Не скрою, было в нём нечто такое, что привлекало меня. Но гораздо больше в нём было того, что раздражало и пугало. Рэаган не являлся моим другом. В первую очередь он служил Арасу и интересам государства. Хотя я бы не отказалась иметь такого мужчину в друзьях, сейчас полностью отдавала себе отчёт, кто рядом со мной, и какова моя роль в этой запутанной игре. Пора было положить этому конец.

Я оседлала жеребца главнокомандующего, последний раз проверила, не проснулся ли Рэаган, а затем поудобнее перехватила факел и направила лошадь прочь от места стоянки.

Ещё сохранились наши недавние следы. Я с трудом выискивала их в кромешной тьме и двигалась по ним, намереваясь пройти тем же маршрутом через реку, а затем взять курс на восток. Там, согласно карте, находилось немало селений. Сколько придётся провести в дороге, я точно не знала. Если очень грубо прикидывать по пропорциям на условном изображении, то не менее двух недель, а то и больше, с учётом того, что я фактически продвигалась вслепую.

Мне удалось добраться до берега Морут. Как только Мерклый лес остался за моей спиной, появилась хоть какая-то возможность видеть без помощи факела. Уже знакомое синее свечение лилось с неба, освещая контуры ландшафта. Я разглядела упавшее дерево и погибшего скакуна. Его обезглавленное тело валялось почти у самой границы между речным льдом и усыпанной снегом почвой. Потушив огонь, я двинулась в том направлении. Не то чтобы мне снова хотелось взглянуть на мёртвое животное, но это был мой самый верный ориентир, которого я должна была придерживаться.

Спустилась с небольшого пригорка. Жеребец Рэагана смело ступил на лёд. Его конь был заметно мощнее и выносливее. Я невольно подумала о том, что, если бы и мне дали лошадь посильнее, не случилось бы этой трагедии, и мне не пришлось бы оставлять главнокомандующего фактически ни с чем в Мерклом лесу. Я ведь не хотела ему навредить, но, как минимум, уже усложнила жизнь, за что мне было немного совестно. Но я постаралась не думать об этом.

Сейчас правильней было сосредоточиться на преодолении реки. Синий свет давал достаточно видимости, чтобы я не сбилась с верной траектории. Но всё равно вела лошадь неторопливо, выверяя каждый шаг. Когда мы проходили мимо павшего коня, я притормозила, чтобы в последний раз взглянуть на невинное существо. Всё-таки отчасти главнокомандующий был прав, когда сказал, что я виновата в этой смерти. Моя вина и правда была, теперь я могла в этом сознаться самой себе и попросить прощения у храброго зверя, который просто послушался моей команды.

– Прости меня, – прошептала тихо.

И тут же слёзы вновь подступили к горлу. Я не сумела их сдержать и расплакалась вновь.

Конь главнокомандующего недовольно захрапел, будто попрекая меня за слабость. Я пригладила его по гриве.

– Не бойся. Тебя в обиду не дам, – я пообещала это самой себе, хотя умом понимала, что и себя-то с трудом могу защитить в этом жестоком тёмном мире.

Жеребец снова издал какой-то странный звук, словно злился. А потом стал вдруг притопывать копытами.

– Ну, тише-тише. Здесь не стоит танцевать. Под нами лёд, и лучше бы нам убраться поскорее отсюда.

Животное не желало успокаиваться. Тряхнув головой, конь зацокал ещё агрессивнее.

– Да что с тобой?.. – недоумевала я, натягивая поводья потуже.

И тут мой взгляд зацепился за какие-то светящиеся точки. Красные, точно зажжённые огни свеч. Одна, вторая, третья, пятая, десятая…

Я тотчас сбилась со счёта, когда количество огоньков резко возросло. И все они одновременно приближались, их становилось всё больше и больше. А двигались они с того берега реки, куда я намеревалась попасть, дабы очутиться в безопасности.

Вот только теперь возник серьёзный вопрос: какой берег для меня безопаснее? Ведь ко мне по льду надвигались не просто загадочные огни. Это были глаза, множество глаз. А принадлежали они существам, которых я никогда раньше не видела, даже в фильмах ужасов подобных монстров не встречала. Чем-то они напоминали волков, только очень крупных. И у каждого было по три пары красных светящихся глаз. А когда один из них разинул челюсти, я успела заметить ещё и острые зубы в несколько рядов.

Существа неторопливо сокращали расстояние. И, кажется, не из-за страха, а из-за предвкушения лакомых кусочков, одним из которых должна была стать я.

Конь подо мной буквально взбесился. Он стал метаться из стороны в сторону, в то время как чудовищные волки рассредоточивались по периметру, загоняя нас в кольцо.

– Ну, тихо! Тихо! – силилась я усмирить животное.

Но все мои порывы оказались бесполезны. Жеребец в ужасе встал на дыбы. Я не удержалась в седле, упала на лёд. Больно ударилась боком. Но как-то всё же умудрилась выхватить свой меч.

И как раз вовремя – один из монстров прыгнул прямо на меня. Я ударила его по морде лезвием. От такого удара у нормального животного ничего бы не осталось от головы, но этот только зарычал и отскочил прочь. Рана едва-едва виднелась на его шкуре. Видимо, она была какой-то невероятно прочной.

Боковым зрением я заметила, что двое других чудовищ напали на жеребца и впились ему в ноги. Тот отбивался изо всех сил. Но я не могла ему помочь. Теперь меня обступали уже трое, одного из которых я только что ранила. И понимала, что если уж такой точный удар не сразил монстра, то с тремя подобными мне ни за что не справиться.

– Адалена!.. – голос Рэагана прорвал ночь. – Адалена!!!

– Я здесь!!! – закричала в ответ.

И в тот же миг меня атаковал тот же волчара. Одновременно с ним бросился второй, третий. Я размахивала мечом, полосуя звериные шкуры, для которых моя сталь была не страшнее укола иглой. Они лязгали зубами, отступали и нападали вновь, пытаясь ухватить за подол платья или меховой накидки.

– Адалена!!! – Рэаган был где-то рядом.

Я слышала его, слышала, как ревёт в предсмертной агонии его жеребец, которого буквально рвали на куски адские твари.

– Адалена!!!

Атака за атакой я снова и снова наносила удары. Успела схватить левой рукой ещё и кинжал, но, увы, не настолько была умелой, чтобы биться сразу двумя оружиями. Одного из волков я всё-таки проткнула коротким клинком, который вошёл под нижней челюстью вы вышел острием перед шестью красными глазами.

– Адалена!

Наконец, я увидела главнокомандующего. Оба своих меча он уже держал наизготове. Двое монстров как раз закончили добивать лошадь и кинулись на Рэагана. Тот их встретил сокрушительными ударами. Но я не увидела, получилось ли у него кого-то убить. Только поняла, что целиться надо в челюсть – там их слабое место.

– Адалена, держись! – прокричал Рэаган, когда очередным тычком я сумела вогнать меч прямо в один из шести глаз монстра.

Тот завизжал, как щенок, и пополз по льду, безвольно суча лапами. Однако возрадоваться успеху я не успела, потому что третий волк никуда не подевался. Он сделал быстрый высокий прыжок. Я не успела вовремя поднять меч, когда тяжеленная туша обрушилась на меня сверху. Я упала на спину и тут же почувствовала вибрацию под собой, а затем и хруст ломающегося льда.

– Адалена!

Ледяная толща разверзлась у меня за спиной. Я ничего не сумела предпринять, когда меня разом поглотила холодная чёрная вода.

– Адалена!!!

Шестиглазый волк упал вместе со мной. Его челюсти плотно впились в капюшон на моём плаще. Чудовище барахталось на глубине, тем самым утягивая и меня за собой. Он сделал рывок, и я полностью окунулась в воду.

– Адалена!!!

Мне не хватило всего-то глотка воздуха. Одного, пускай самого крошечного. А на то, чтобы вынырнуть не хватило уже сил. Всё тело в долю секунды заледенело и свело страшным спазмом. Я больше не могла контролировать свои движения, не могла бороться, не могла помочь даже себе.

Очередной рывок захлебывающегося животного заставил меня сделать рефлекторный вдох. Вода вошла в лёгкие. Синеватое свечение в небе над водой – последнее, что я помнила и на что смотрела, уходя на дно.

– Адалена!!!

А затем всё исчезло. И призрачный синий свет, и голос главнокомандующего, который отчаянно звал меня, но так и не дозвался.

Глава 32

Холод. Непередаваемый, могильный холод вновь сцепил меня прочными цепями.

Я пребывала в нём целую бесконечность. В ней не было ни света, ни даже слабого отблеска. Тьма поглотила меня. Полностью. Я стала её частью, неотделимой и сумрачной. Не ощущала ни времени, ни пространства, ни самой себя. Во мне не осталось чувств, эмоций, желаний. Лишь бездонная пропасть сознания зияла пустотой, гулкой и холодной.

– Адалена… – звук моего имени первым пробился сквозь эту беспросветность.

Я ухватилась за него, как за спасительную нить. Слишком хрупкую, чтобы вытянуть меня. Но иной у меня всё равно не было.

– Адалена… – нежный и уверенный голос.

Я узнала его, я рвалась к нему. Он звучал через время и пространство, звучал где-то, куда я не могла добраться, но куда всегда стремилась попасть.

– Адалена…

Я разглядела его во тьме. И вдруг осознала, что он и был той самой тьмой. Был соткан из неё подобно ткани чёрного шёлка с чёрными узорами, разнообразными и многочисленными, причудливо переплетавшимися друг с другом. Но настолько тёмными, что ни один глаз не способен был различить этой красоты.

А я смогла. И встретилась взглядом с его глазами.

– Адалена… – он притронулся своей большой сильной и в то же время чуткой рукой к моим волосам, белым, как снег, как и его волосы, рассыпанные по широким плечам.

Завитые длинные рога безошибочно давали понять, что это именно он. А синие пламена глаз ласкали нежнее самых трепетных прикосновений.

– Я так рад тебя видеть, моя любовь…

– Валлафар… – прошептала иссохшими слабыми губами. – Ты пришёл… Ты не уйдёшь?.. Пообещай, что ты не уйдёшь…

– Я всегда с тобой, – заверил он, снова и снова проводя пальцами по моим прядям. – В любой жизни. В любой смерти. Ты моя.

– Забери меня, – моя просьба прозвучала тихо и жалостливо. – Я не хочу больше находиться здесь. Я хочу к тебе.

– Скоро. Скоро, Адалена. Скоро так и случится. Скоро не станет «здесь» и «там». Скоро наши миры станут единым миром. Нашим миром, Адалена.

– Как это возможно?

– О, ты знаешь. Ты всё знаешь, Адалена, – он мягко улыбнулся. – Ты хранишь это знание внутри себя. Просто открой сердце и дай ему освободиться.

– Я не понимаю… – простонала глухо.

Первое ощущение физического тела прорезалось так некстати и так неприятно, запульсировав в висках тупой болью. А боль вскоре обратилась в монотонный звон, который бил по слуховым перепонкам, провоцируя приступ головной боли.

– Мне страшно…

– Ничего не бойся, любовь моя. Я с тобой, – снова пообещал демон.

– Чаша… – внезапно вспомнила я, когда мутный образ неожиданно всплыл в голове, окутанной мигренью. – Мне нужна чаша… Чаша Аллесат…

– Всё верно, – Валлафар вновь одарил меня улыбкой. – Тебе нужна чаша. Ты должна её найти.

– Но… Но как мне её найти?.. Она… она была у меня…

Я глянула на свои руки, которые были скрючены также, как в тот момент, когда открыли мой гроб. Сейчас я словно надеялась наконец-то обнаружить в них чашу. Но – увы. Ладони мои были по-прежнему пусты и холодны.

– Я забрал Аллесат, – вдруг сказал демон.

– Забрал?.. – меня охватила паника. – Зачем?.. Когда?..

– Перед твоим пробуждением.

– Но почему?.. Она моя… – я будто бы сама себя убеждала в этом, слова вырывались сами, помимо воли. Я бормотала без разбору: – Где Аллесат?.. Где мой артефакт?..

Улыбка Валлафара стала шире.

– Конечно, твой, Адалена. Никто иной во всех мирах не справится с этой чашей. Но я должен был забрать её, чтобы этого не сделали другие.

– Другие… – я совершенно не понимала, кто эти «другие», если кроме меня и Валлафара в этой тьме больше никого не было. – Скажи, где она?

– У врат Аклауб, – спокойно ответил демон.

– Я не знаю, что это за врата…

– Не знаешь, потому что я создал их, пока ты ещё пребывала в небытие. Это дверь из моего мира в твой мир. Аллесат дожидается тебя у входа.

– И как мне найти эти врата?

– В Мерклом лесу, на краю мира, у самого быстрого подземного потока, который питает Морут, ты найдёшь Аклауб и наконец увидишь мой мир. И найдёшь чашу.

– И ты будешь там?

Демон с улыбкой покачал рогатой головой.

– Ты всё время забываешь, любовь моя. Я с тобой. С тобой. И ты непременно вспомнишь.

– Когда? Когда найду чашу?

Его улыбка стала вмиг грустной.

– Ты вспомнишь тогда, когда позволишь своему сердцу пылать синим пламенем.

– Я не понимаю…

– Просто открой глаза, – повелел демон.

И это был слишком странный и непонятный наказ, ведь глаза мои уже были открыты.

– Открой глаза, Адалена, – повторил снова, и что-то переменилось в его баюкающем голосе. – Адалена, открой глаза, – он уже требовал и даже приказывал, а голос становился всё твёрже и нетерпимее: – Открой глаза. Ты должна открыть глаза, Адалена.

Его черты исказились, стали едва узнаваемыми и жуткими. Глаза с синими огнями раскалились добела, а затем стали обретать красный оттенок, всё насыщеннее и насыщеннее.

– Посмотри на меня, Адалена. Посмотри на меня. Посмотри. Ты видишь меня? Видишь? Видишь? Видишь?..

Я бы закричала. Но крик застрял у меня в горле, словно копьё, пронзившее плоть насквозь. Позвоночник прострелило молнией. Шею выгнуло назад. Наружу вырвался лишь утробный хрип.

– Адалена!..

Я не могла разогнуться, не могла снова вернуть своей голове нормальное положение. Глазные яблоки хаотично вращались в орбитах.

– Адалена! Адалена!.. Ты слышишь меня? Она очнулась!.. Адалена!..

Кто-то придержал мой затылок, чтобы я не свернула себе шею окончательно. Затем аккуратно надавил, заставив потихоньку опустить подбородок.

– Адалена?.. Ты можешь говорить? Ты узнаёшь меня?..

Я смотрела неотрывно на того, кто со мной разговаривал, и кто пытался достучаться до меня. И, да, я его узнала. Точёное лицо, длинные белые волосы, глаза – красная медь.

– Рэй Крост?..

– Она очнулась! – снова крикнул кому-то первый наместник лорда.

На его зов тут же объявился и сам лорд, которого я также узнала.

– Арас… – выдохнула потрясённо.

– Ну, наконец-то, – Хранитель быстро приблизился и сел рядом со мной на кровати. – Наконец-то ты пришла в себя. Мы думали…

Он прервался и тяжело вздохнул. Возможно, хотел что-то добавить, но передумал.

– С новым воскрешением, Адалена, – сказал рэй Крост с улыбкой. – Говорят, из смерти не возвращаются. А тебе удалось стать исключением уже дважды.