Метаморфозы

Текст добавлен: 10 февраля 2026, 17:30

Текст книги "Метаморфозы"

Автор книги: Публий Назон

Жанр:

Античная литература

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 29 страниц)

Назад к карточке книги

Все обращающий лик Медузы, какой бы он ни был.

О, отврати, я молю! Не злоба, не царствовать жажда

К брани подвигли меня: за супругу я поднял оружье.

²²⁰ Право заслугами ты приобрел, а я – ожиданьем.

Не уступил, – и мне жаль. Из всего, о храбрейший, мою лишь

Душу ты мне уступи, да будет твоим остальное!»

И говорившему так, и того, к кому сам обращался,

Видеть не смевшему, – «Что, – говорит, – о Финей боязливый,

²²⁵ Дать тебе ныне могу, – и дар то не малый для труса! —

Дам, ты страх свой откинь. Не обижу тебя я железом.

Наоборот, на века, как памятник некий, оставлю.

Будешь всегда на виду ты в доме у нашего тестя,

Чтобы супругу мою утешал нареченного образ!»

²³⁰ Молвив такие слова, он главу повернул Форкиниды

К месту, куда был Финей лицом обращен трепетавшим.

И, между тем как глаза повернуть пытался он, шея

Окоченела его, и в камень слеза затвердела.

Но умоляющий лик и уста боязливые в камне

²³⁵ Видны досель, о пощаде мольба и покорности знаки.

Вот победитель Персей с супругою в отчие стены

Входит. Защитник семьи, неповинности дедовой мститель,

Вот он на Прета напал: затем, что, оружием выгнав

Брата, Прет захватил твердыню Акризия силой.

²⁴⁰ Но ни оружьем своим, ни присвоенной подло твердыней

Грозных не мог одолеть он очей змееносного чуда.

Все же тебя, Полидект, небольшого правитель Серифа,

Юноши доблесть, в делах очевидная стольких, ни беды

Все же смягчить не могли. Ненавидишь упорно Персея,

²⁴⁵ Непримиримый, и нет неправому гневу предела.

Хочешь и славы лишить, утверждаешь ты, будто измыслил

Он, что Медузу убил. «Я дам тебе знак непреложный.

Поберегите глаза!» – воскликнул Персей и Медузы

Ликом царево лицо превращает он в камень бескровный.

²⁵⁰ Сопровождала досель своего златородного брата

Дева Тритония. Вот, окруженная облаком полым,

Бросив Сериф и Китн и Гиар направо оставив,

Наикратчайшим путем через море отправилась в Фивы,

На Геликон, обиталище Дев. Геликона достигнув,

²⁵⁵ Остановилась и так обратилась к сестрам ученым:

«Слава наших ушей об источнике новом достигла,

Том, что копытом пробил в скале Быстрокрылец Медузы.202 202
257. Быстрокрылец Медузы – Пегас (см. IV, 785 слл.).

[Закрыть]

Ради того я пришла. Я хотела чудесное дело

Видеть. Я зрела, как сам он из крови возник материнской».

²⁶⁰ «Ради чего б ни пришла, – отвечала Урания,203 203
260. Урания – муза астрономии.

[Закрыть] – в наши

Сени, богиня, всегда ты нашему сердцу желанна!

Верен, однако же, слух: Пегасом тот новый источник

Был изведен», – и свела Тритонию к влаге священной.

Долго дивилась воде, от удара копыта потекшей,

²⁶⁵ Обозревала потом и лесов вековечные чащи,

Своды пещер и луга, где цветы без счета пестрели,

И назвала Мнемонид204 204
267. Мнемониды – музы, по имени матери их Мнемозины, или Мнемы.

[Закрыть] счастливыми и по занятьям,

И по урочищам их. Одна из сестер ей сказала:

«О, если б доблесть твоя не влекла тебя к бо́льшим деяньям,

²⁷⁰ Что бы тебе не примкнуть, Тритония, к нашему хору!

Молвишь ты правду, хваля по заслугам и дело и место.

Наша прекрасна судьба, – да лишь бы нам жить безопасно!

Но – до чего же ничто не запретно пороку! – девичьи

Все устрашает сердца: Пиреней пред глазами жестокий

²⁷⁵ Так и стоит, до сих пор не могу отойти от испуга.

Лютый, в давлидских полях и фокейских он стал господином

С войском фракийским своим и без права владел государством.

В храмы парнасские мы направлялись: нас увидал он

И, с выраженьем таким, будто чтит божественность нашу, —

²⁸⁰ «О Мнемониды! – сказал, – он по виду узнал нас. – Постойте!

Не сомневайтесь, молю, от дождя с непогодой укройтесь —

Дождь пошел, – под кровлей моей! И в меньшие клети

Боги входили не раз». Побуждаемы речью и часом,

Дали согласие мы и в передние входим хоромы.

²⁸⁵ Дождь меж тем перестал, был Австр побежден Аквилоном,

По небу, чистому вновь, лишь темные тучи бежали.

Мы собрались уходить. Но дом Пиреней запирает.

Нам же насильем грозит. Его мы избегли – на крыльях.

Как бы вслед устремясь, во весь рост он стоял на твердыне!

²⁹⁰ «Тем же путем понесусь, – говорит, – где вы понесетесь!»

Вдруг, безрассудный, стремглав с верхушки бросился башни;

Вниз головой он упал и раздробленным черепом оземь

Грянулся, землю залив, перед смертью, проклятою кровью».

Муза вела свой рассказ. Но крылья вверху зазвучали,

²⁹⁵ И от высоких ветвей раздался приветствия голос.

Глянула вверх, не поймет, откуда так слышится ясно

Говор. Юпитера дочь полагает: то речи людские.

Были то птицы! Числом же их девять: на рок свой пеняя,

В ветках сороки сидят, что всему подражают на свете.

³⁰⁰ И удивленной рекла богиня богине: «Недавно

Птиц приумножили сонм побежденные в споре сороки.

Их же богатый Пиер породил на равнине пеллейской.205 205
302. Равнина пеллейская – у города Пеллы в Македонии, одной из областей которой была и Пеония.

[Закрыть]

Мать им Эвиппа была пеонийка, что к мощной Луцине,206 206
303. Луцина – богиня ро́дов.

[Закрыть]

Девять рождавшая раз, обращалась девятикратно.

³⁰⁵ Вот возгордилась числом толпа тех сестер безрассудных.

Множество градов они гемонийских прошли и ахайских,

К нам пришли и такой состязанье затеяли речью:

«Полно вам темный народ своею обманывать ложной

Сладостью! С нами теперь, феспийские,207 207
309. Феспийские – по городу Феспиям у подножия Геликона.

[Закрыть] спорьте, богини,

³¹⁰ Если себе доверяете вы! Ни искусством, ни звуком

Не победить нас. Числом нас столько же. Иль уступите,

Сдавшись, Медузы родник заодно с Аганиппой гиантской,208 208
312. Медузы родник – Гиппокрена. Аганиппа – источник муз, названный «гиантийским» по беотийскому племени гиантов.

[Закрыть]

Иль эмафийские209 209
313. Эмафийские – македонские.

[Закрыть] вам мы равнины уступим до самых

Снежных Пеонов, – и пусть нам нимфы судьями будут».

³¹⁵ В спор было стыдно вступать, но еще показалось стыднее —

Им уступить. Вот выбрали нимф, – и тотчас, поклявшись

Реками, сели они на сиденье из дикого камня.

Дева, что вызвала нас, начинает без жребия первой.

Брани бессмертных поет; воздает не по праву Гигантам

³²⁰ Честь, а великих богов деянья меж тем умаляет:

Будто, когда изошел Тифей из подземного царства,

На небожителей страх он нагнал, и они, убегая,

Тыл обратили, пока утомленных не принял Египет

В тучные земли и Нил, на семь рукавов разделенный.

³²⁵ Будто потом и туда заявился Тифей земнородный,

И что бессмертным пришлось под обманными видами скрыться.

«Стада вождем, – говорит, – стал сам Юпитер: Либийский

Изображаем Аммон и доныне с крутыми рогами!

Вороном сделался Феб, козлом – порожденье Семелы.

³³⁰ Кошкой – Делийца сестра, Сатурния – белой коровой.

Рыбой Венера ушла, Киллений стал ибисом-птицей».210 210
330 слл. Делийца сестра – Диана; Сатурния – Юнона; Киллений – Меркурий. Овидий намекает на нелепое, с точки зрения греков, а затем римлян, почитание египтянами и некоторыми восточными народами богов-животных.

[Закрыть]

Все это спела она, сочетая с кифарою голос.

«Вызвали нас, Аонид, – но тебе недосужно, быть может,

Некогда, может быть, слух склонять к песнопениям нашим?»

³³⁵ «Не сомневайся и всю передай по порядку мне песню», —

Молвит Паллада и в тень прохладную рощи садится.

Муза, – «Даем мы одной, – говорит, – одолеть в состязанье!» —

Встала и, плющ молодой вплетя себе в волосы, стала

Пальцем из струн извлекать Каллиопа211 211
339. Каллиопа – муза эпической поэзии.

[Закрыть] печальные звуки,

³⁴⁰ Сопровождая такой дрожание струнное песней:

«Первой Церера кривым сошником целину всколыхнула,

Первой – земле принесла и плоды, и покорную пищу,

Первой – законы дала, и все даровала – Церера!

Буду ее воспевать. О, только б достойно богини

³⁴⁵ Песня пропелась моя! – богиня сей песни достойна.

Остров Тринакрия212 212
346. Тринакрия – Сицилия.

[Закрыть] был на падших наложен Гигантов,

Грузом тяжелым его под землей лежащий придавлен

Древний Тифей, что дерзнул возмечтать о престоле небесном,

Все продолжает борьбу, все время восстать угрожает.

³⁵⁰ Но авсонийский Пелор над правой простерся рукою,

Ты же на левой, Пахин; Лилибеем придавлены ноги,

Голову Этна гнетет.213 213
350 сл. Пелор, Пахин, Лилибей – три мыса Сицилии.

[Закрыть] Тифей, протянувшись под нею,

Ртом извергает песок и огонь изрыгает, беснуясь.

Тщетно старается он то бремя свалить земляное,

³⁵⁵ Силой своей раскидать города и огромные горы:

Вот и трепещет земля, и сам повелитель безмолвных214 214
356. Повелитель безмолвных, то есть умерших, – Плутон.

[Закрыть]

В страхе, не вскрылась бы вдруг, не дала бы зияния суша.

Свет не проник бы к нему, ужасая пугливые тени.

Царь, той напасти страшась, из хором своих сумрачных вышел,

³⁶⁰ На колесницу ступил и, черными мчимый конями,

Тщательно стал объезжать основанья земли Сицилийской.

Все осмотрев, убедясь, что ничто не грозит обвалиться,

Страх отложил он. Меж тем Эрикина215 215
363. Эрикина – Венера, по сицилийской горе Эрику, где был ее храм.

[Закрыть] его увидала

С ей посвященной горы. И, обняв крылатого сына, —

³⁶⁵ «Сын мой, оружье мое, и рука, и могущество! – молвит, —

Лук свой возьми, Купидон, которым ты всех поражаешь,

Быстрые стрелы направь в грудь бога, которому жребий

Выпал последний,216 216
367 сл. Жребий последний. – По мифу, после победы над титанами Юпитер разделил власть над миром с двумя своими братьями: Нептуном, которому досталось царство воды, и Плутоном, получившим преисподнюю.

[Закрыть] когда триединое царство делили.

Горние все и Юпитер-отец, и боги морские

³⁷⁰ Власть твою знают, и тот, в чьей власти боги морские.

Тартару что ж отставать? Что власти своей и моей ты

Не расширяешь? Идет ведь дело о трети вселенной!

Даже и в небе у нас – каково же терпение наше! —

Презрены мы; уменьшается власть и моя и Амура,

³⁷⁵ Разве не видишь: от нас и Паллада теперь и Диана

Лучница прочь отошли? И девствовать будет Цереры

Дочь, коль допустим: она и сама этой участи хочет.

Ежели к просьбе моей ты не глух – ради общего царства

С дядей богиню сведи». Сказала Венера. И тотчас

³⁸⁰ Взялся Амур за колчан и стрелу, как мать повелела,

Выбрал из тысячи стрел одну, но острее которой

Не было и ни одной, что лучше бы слушалась лука.

Вот свой податливый рог изогнул, подставив колено,

Мальчик и Диту пронзил искривленной тростинкою сердце.

³⁸⁵ Глубоководное есть от стен недалеко геннейских217 217
385. Стены геннейские – от города Генны в Сицилии, где процветал культ Цереры.

[Закрыть]

Озеро; названо Перг; лебединых более кликов

В волнах струистых своих и Каистр едва ли услышит!

Воды венчая, их лес окружил отовсюду, листвою

Фебов огонь заслоня, покрывалу в театре подобно.

³⁹⁰ Ветви прохладу дарят, цветы разноцветные – почва.

Там неизменно весна. Пока Прозерпина резвилась

В роще, фиалки брала и белые лилии с луга,

В рвенье девичьем своем и подол и корзины цветами

Полнила, спутниц-подруг превзойти стараясь усердьем,

³⁹⁵ Мигом ее увидал, полюбил и похитил Подземный, —

Столь он поспешен в любви! Перепугана насмерть богиня,

Мать и подружек своих – но мать все ж чаще! – в смятенье

Кличет. Когда ж порвала у верхнего края одежду,

Все, что сбирала, цветы из распущенной туники пали.

⁴⁰⁰ Столько еще простоты в ее летах младенческих было,

Что и утрата цветов увеличила девичье горе!

А похититель меж тем, по имени их называя,

Гонит храпящих коней, торопясь, по шеям, по гривам

Сыплет удары вожжей, покрытых ржавчиной темной,

⁴⁰⁵ Мимо священных озер и Паликовых, пахнущих серой,

Вод,218 218
405 сл. Паликовых вод. – Палики – братья-близнецы, сыновья Юпитера, по имени которых названы два озера и город Палика в Сицилии.

[Закрыть] что бурлят, прорываясь из недр; через местность несется,

Где бакхиады – народ из Коринфа двуморского – древле

Стены воздвигли меж двух корабельных стоянок неравных.

Меж Кианеей лежит и пизейским ключом Аретузой,219 219
409. Кианея и Аретуза – два источника. Аретуза названа пизейской по городу Пизе в Эпиде (см. ст. 572—641).

[Закрыть]

⁴¹⁰ Там, где отроги сошлись, пространство зажатое моря.

Там-то жила – от нее происходит и местности имя —

Нимфа, в Сицилии всех знаменитее нимф, Кианея.

Вот, до полживота над поверхностью водной поднявшись,

Деву узнала она. «Не проедете дальше! – сказала, —

⁴¹⁵ Зятем Цереры тебе не бывать против воли богини;

Просьбой, не силою взять ты должен был деву. Коль можно

С малым большое равнять, – полюбил и меня мой Анапис,220 220
417. Анапис – река, в которую впадает Кианея.

[Закрыть]

Все ж он меня испросил, я в брак не со страха вступила».

Молвила нимфа и их, в обе стороны руки раздвинув,

⁴²⁰ Не пропустила. Сдержать тут гнева не мог уж Сатурний.

Страшных своих разогнал он коней и в бездну пучины

Царский скиптр, на лету закрутившийся, мощной рукою

Кинул, – и, поражена, земля путь в Тартар открыла

И колесницу богов приняла в середину провала.

⁴²⁵ А Кианея, скорбя, что похищена дева, что этим

Попрано право ее, с тех пор безутешную рану

Носит в безмолвной душе и вся истекает слезами.

В воды, которых была божеством лишь недавно великим,

Вся переходит сама, утончаясь; смягчаются члены,

⁴³⁰ Кости – можно согнуть, и ногти утратили твердость,

Что было тоньше всего становится первое жидким, —

Пряди лазурных волос, персты ее, икры и стопы.

После, как члены она потеряла, в холодные струи

Краток уж был переход. Бока, спина ее, плечи

⁴³⁵ И ослабевшая грудь – все тонкими стало ручьями.

Вот наконец, вместо крови живой, в изменившихся жилах

Льется вода, и уж нет ничего, что можно схватить бы.

В ужасе мать между тем пропавшую дочь понапрасну

Ищет везде на земле, во всех ее ищет глубинах.

⁴⁴⁰ Отдых вкушавшей ее не видала Аврора с власами

Влажными, Геспер221 221
441. Геспер – вечерняя звезда (планета Венера).

[Закрыть] не зрел. В обеих руках запалила

Ветви горючей сосны, на Этне возросшей, богиня

И леденящею тьмой проносила, не зная покоя.

Снова, лишь радостный день погашал созвездия ночи,

⁴⁴⁵ Дочь искала она, где Солнце заходит и всходит.

Раз, утомившись, она стала мучиться жаждой, но нечем

Было ей уст освежить; соломой крытую видит

Хижину, в низкую дверь постучала; выходит старуха,

Видит богиню она и тотчас выносит просящей

⁴⁵⁰ Сладкого чашу питья из поджаренных зерен ячменных.

Пьет Церера. Меж тем злоречивый и дерзкий мальчишка

Перед богинею стал и, смеясь, обозвал ее «жадной».

И оскорбилась она и, еще не допивши напитка,

Мальчика вдруг облила ячменем, в воде разведенным.

⁴⁵⁵ Пятна впитались в лицо; где были у дерзкого руки, —

Выросли ноги, и хвост к измененным прибавился членам.

И в невеликий размер, – чтобы силы вредить не имел он, —

Сжался: в ящерку он превращен был, малого меньше.

От изумленной, в слезах, попытавшейся чуда коснуться

⁴⁶⁰ Бабки бежал он и в норку ушел. Так и носит названье

В изобличенье стыда, и в крапинках все его тело.

Сколько богиня еще по землям блуждала и водам,

Трудно в словах передать. Весь мир был для ищущей тесен.

И возвратилась она в Сиканию222 222
464. Сикания – Сицилия.

[Закрыть]; все озирая,

⁴⁶⁵ До Кианеи дошла. Кианея, не будь превращенной,

Все рассказала бы ей. Хоть нимфа сказать и желала,

Не было уст у нее, языка, чтобы вымолвить слово.

Знаки, однако, дала; очам материнским знакомый,

Павший в том месте в святой водоем поясок Персефоны

⁴⁷⁰ Молча богине она на поверхности вод показала.

Та, лишь узнала его, убедясь наконец в похищенье

Дочери, стала терзать в небреженье висящие кудри,

И без числа себе грудь ладонями мать поражала,

Все же не знала, где дочь. Все земли клянет, называет

⁴⁷⁵ Неблагодарными их, недостойными дара богини,

Всех же сильнее клянет Тринакрию, где обнаружен

След был беды. Вне себя, богиня пахавшие землю

Переломала плуги, предала одинаковой смерти

И поселян, и волов, работников поля; велела

⁴⁸⁰ Нивам доверье людей обмануть, семена загубила…

Плодоношенье земли, всего достояние мира,

Сокрушено. В зеленях по полям умирают посевы;

То от излишних дождей, то от солнца излишнего чахнут;

Звезды и ветер вредят. Опавшие зерна сбирают

⁴⁸⁵ Жадные птицы; волчец и куколь и разные травы,

Не выводимы ничем, полонили пшеничные нивы.

Тут Алфеяда223 223
487. Алфеяда – Аретуза, названная так по реке Алфей в Элиде.

[Закрыть] главу из вод показала элейских

И, оттолкнув к ушам волос струящихся пряди,

Молвит: «О девы той мать, искомой по целому миру,

⁴⁹⁰ Мать урожаев земных, отреши непомерные муки

И в раздраженье своем не гневись на верную землю!

Не заслужила земля: похищенью открылась невольно.

Нет, не за родину я умоляю. Пришла я как гостья.

Родина в Пизе моя, происходим же мы из Элиды.

⁴⁹⁵ Я чужестранкой живу в Сикании. Все же милей мне

Всех она стран. У меня, Аретузы, здесь ныне пенаты,

Здесь пребыванье мое: его пощади, всеблагая!

Двинулась с места зачем, как я под громадою моря

В край Ортигийский пришла, – рассказам об этом настанет

⁵⁰⁰ Время свое, когда от забот свободна ты будешь

И просветлеешь лицом. Для потока доступна, дорогу

Мне открывает земля; пройдя по глубинным пещерам,

Здесь я подъемлю чело и смотрю на забытые звезды.

Там-то, когда я текла под землею стремниной стигийской,

⁵⁰⁵ Я Прозерпину твою лицезрела своими глазами.

Так же печальна она, с таким же испуганным ликом,

Но – государыней там великого темного царства,

Но преисподних царя могучею стала супругой!»

Мать при этих словах как каменной стала и долго

⁵¹⁰ Поражена словно громом была; когда же сменилось

Тяжким страданием в ней беспамятство тяжкое, взмыла

На колеснице в эфир. И с ликом, тучами скрытым,

В негодованье, власы распустив, пред Юпитером стала.

«Вот я, Юпитер, пришла молить тебя, – молвила, – ради

⁵¹⁵ Крови моей и твоей. О, если ты мать не жалеешь,

Дочь пусть тронет тебя! Да не будет твое попеченье

Менее к ней оттого, что была рождена она мною.

Дочь я нашла наконец, которую долго искала.

Ежели только «найти» означает «утратить» иль если

⁵²⁰ Знать, где она, означает найти! Прощу похищенье,

Лишь бы вернул он ее, затем, что грабителя мужа

Дочь недостойна твоя, – коль моей уже быть перестала!»

Царь ей богов возразил: «Для обоих залог и забота

Наше с тобою дитя. Но ежели хочешь ты вещи

⁵²⁵ Правильным именем звать, – то это ничуть не обида;

Наоборот, то – любовь. И зять нам такой не постыден.

Дай лишь согласье свое. Не касаясь иного, – не мало

Братом Юпитера быть! У него же и много иного.

Жребием только своим меня он пониже. Но если

⁵³⁰ Так их жаждешь развесть, да вернется в эфир Прозерпина,

Но при условье одном, чтоб там никогда не вкушала

Пищи: Парками так предусмотрено в вечных законах».

Молвил. И вывесть на свет Прозерпину решила Церера.

Но воспрепятствовал рок. Нечаянно пост разрешила

⁵³⁵ Дева: она, в простоте, по подземным бродя вертоградам,

С ветви кривой сорвала одно из гранатовых яблок

И из подсохшей коры семь вынула зерен и в губы

Выжала: только один Аскалаф ее видел при этом, —

Тот, про кого говорят, что его в дни оные Орфна,

⁵⁴⁰ Между Авернских сестер224 224
540. Авернские сестры – нимфы подземного царства, где одним из богов-рек был, по мифу, Ахеронт. У Авернского озера в Кампании был, по мифу, вход в Тартар.

[Закрыть] превеликой известности нимфа,

В мрачных глубинах пещер родила своему Ахеронту.

Видел – и девы возврат погубил, жестокий, доносом.

Стон издала владычица тьмы, и отверженной птицей

Стал чрез нее Аскалаф: окропив флегетоновой влагой225 225
544. Флегетонова влага. – Флегетон – река в Тартаре.

[Закрыть]

⁵⁴⁵ Темя его, придала ему клюв и округлые очи.

Он, потерявший себя, одевается в желтые перья

И головою растет; загибаются длинные когти;

Новые крылья еще непроворными зыблет руками.

Гнусною птицей он стал, вещуньей грозящего горя,

⁵⁵⁰ Нерасторопной совой, для смертных предвестием бедствий.

Этот, как можно судить, за язык и донос наказанье

Мог понести. Но у вас, Ахелоевы дочери,226 226
552. Ахелоевы дочери – нимфы, отцом которых считался речной бог Ахелой.

[Закрыть] птичьи

Перья и ноги зачем? Ведь раньше вы девами были!

Иль оттого, что, когда собирала цветы Прозерпина

⁵⁵⁵ Вешние, были вы с ней, сирены ученые, вместе?

После по миру всему ее вы напрасно искали,

И чтобы даже моря про вашу узнали заботу,

Вскоре над зыбью морской на крыльях-веслах держаться

Вы пожелали, и к вам божества благосклонность явили:

⁵⁶⁰ Руки и ноги у вас вдруг желтыми стали от перьев!

Но чтобы пение их, на усладу рожденное слуху,

Чтобы подобная речь в даровитых устах не пропала,

Девичьи лица у них, человечий по-прежнему голос.

И между братом своим и печальной сестрою посредник, —

⁵⁶⁵ Круг головой разделил на две половины Юпитер.

Ныне – равно двух царств божество – проводит богиня

Месяцев столько ж в году при матери, сколько при муже.

А у Цереры тотчас и душа и лицо изменились.

И перед Дитом самим предстать дерзнувшая в скорби,

⁵⁷⁰ Вдруг просветлела челом, как солнце, что было закрыто

Туч дождевых пеленой, но из туч побежденных выходит.

Дочь получив, успокоена, так вопрошает Церера:

«Что ж, Аретуза, ушла? Почему ты – священный источник?»

И приумолкли струи, и главу подымает богиня

⁵⁷⁵ Из глубины родника, и, зеленые волосы выжав,

Так начала про любовь элейского бога,227 227
576. Элейский бог – Алфей.

[Закрыть] речного:

«Происхожу, – говорит, – из нимф я, живущих в Ахайе,

Не было девы меж них, что усердней меня выбирала б

Место охоты иль сеть усердней меня наставляла.

⁵⁸⁰ И хоть своей красотой не стремилась я славы достигнуть,

Хоть и могуча была, но красивою все же считалась.

Пусть хвалили меня, не тщеславилась я красотою.

Рады иные, – а я в простоте деревенской стыдилась

Женской красы: понравиться – мне преступленьем казалось.

⁵⁸⁵ Из стимфалидских дубрав228 228
585. Стимфалидские дубравы – в Аркадии.

[Закрыть] возвращалась я, помню, усталой.

Зной был, труды же мои – немалые – зной удвояли.

Вот подошла я к воде, без воронок, без рокота текшей,

Ясной до самого дна, чрез которую камешки в глуби

Можно все было счесть, как будто совсем неподвижной.

⁵⁹⁰ Ветлы седые кругом и тополи, вскормлены влагой,

Склонам ее берегов природную тень доставляли.

Я подошла и ступню сначала в струю погрузила.

Вот по колена стою. Не довольствуясь этим, снимаю

Пояс и мягкий покров кладу на склоненную иву.

⁵⁹⁵ Вот уж и вся я в воде. Ударяю по ней, загребаю,

Черпаю на сто ладов и руками машу, отряхаясь.

Тут глубоко под водой услыхала какой-то я ропот, —

И в перепуге плыву на закраину ближнего брега.

«Что ты спешишь, Аретуза? – Алфей из вод своих молвит, —

⁶⁰⁰ Что ты спешишь?» – еще раз повторяет он голосом хриплым.

Мчусь я, такой как была, без одежды, – мои ведь одежды

Были на том берегу. И настойчивей он пламенеет,

Голою видит меня и считает на все уж согласной.

Я убегала, а он меня настигал, разъяренный, —

⁶⁰⁵ Так, крылом трепеща, от ястреба голуби мчатся;

Ястреб, преследуя, так голубей трепещущих гонит.

Мимо уже Орхомен,229 229
607. Орхомены – город в Аркадии, как и другие перечисляемые здесь места.

[Закрыть] Псофиды, Киллены и сгиба

Гор Меналийских, туда, к Эриманфу, и дальше, в Элиду

Я продолжаю бежать. Он был меня не быстрее.

⁶¹⁰ Но выносить столь длительный бег, неравная силой,

Я не могла, – а Алфей был в долгой работе вынослив.

Я через долы, поля и лесами покрытые горы,

Через утесы, скалы без всякой дороги бежала.

Солнце светило в тылу; и видела длинную тень я

⁶¹⁵ Перед собою у ног – иль, может быть, страх ее видел!

Но ужасал меня звук приближавшихся ног, и под сильным

Уст дыханьем уже в волосах волновались повязки.

Тут я вскричала, устав: «Он схватит меня! Помоги же

Оруженосице ты, о Диктинна, которой нередко

⁶²⁰ Лук свой давала носить и стрелы в наполненном туле!»

Тронул богиню мой зов, и, облако выбрав густое,

Приосенила меня. Не найдет он покрытую мраком

И понапрасну вокруг близ облака полого ищет.

Два раза место, где я укрыта была, обогнул он;

⁶²⁵ Дважды «Ио́, Аретуза! Ио́, Аретуза!» взывал он.

Что было тут на душе у несчастной? Не чувство ль ягненка,

Если рычанье волков у высокого слышит он хлева?

Иль русака, что сидит, притаясь, и враждебные видит

Морды собачьи, а сам шевельнуться от страха не смеет?

⁶³⁰ Но не уходит Речной; не видит, чтоб продолжались

Ног девичьих следы: на облако смотрит, на берег.

Потом холодным меж тем мои покрываются члены,

С тела всего у меня упадают лазурные капли.

Стоит мне двинуть ногой, – образуется лужа; стекают

⁶³⁵ Струи с волос, – и скорей, чем об этом тебе повествую,

Влагою вся становлюсь. Но узнал он желанные воды

И, навлеченное им мужское обличие скинув,

Снова в теченье свое обернулся, чтоб слиться со мною.

Делией230 230
639. Делия – Диана.

[Закрыть] вскрыта земля. По бессветным влекусь я пещерам

⁶⁴⁰ Вплоть до Ортигии. Та, мне единым с моею богиней

Именем милая, вновь наверх меня вывела, в воздух».

Кончила речь Аретуза. Впрягла урожаев богиня

Вновь в колесницу свою двух змей и уста им взнуздала.

Между небес и земли по воздуху так проезжая,

⁶⁴⁵ Легкую правила в путь колесницу к Тритонии в город,

В дом к Триптолему231 231
646. Триптолем – сын легендарного элевсинского царя Келея, основатель культа Деметры (Цереры).

[Закрыть]: семян половину велела посеять

На целине, а другие в полях, не паханных долго.

Над европейской землей и азийской высоко поднялся232 232
648. …высоко поднялся… – Триптолем летит на колеснице Цереры.

[Закрыть]

Юноша. Вот он уже до скифских домчался пределов.

⁶⁵⁰ В Скифии царствовал Линк. Вошел он под царскую кровлю.

С чем и откуда пришел, про имя и родину спрошен, —

«Родина, – молвил, – моя – пресветлой твердыня Афины,

Имя же мне – Триптолем. Не на судне я прибыл, по водам,

Не на ногах по земле: мне открыты пути по эфиру.

⁶⁵⁵ Вот вам Цереры дары: по широким рассеяны нивам,

Пышные жатвы они принесут вам и добрую пищу».

Зависть почуял дикарь: быть хочет виновником дара

Сам. Триптолема приняв, как гостя, на спящего крепко