Текст книги "Сказки Тридесятого царства: Лягушка и Колобок (СИ)"

Автор книги: Полина Вечерница

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 10 страниц)

Глава 18. Момент, которого ждал Кристиан

Кристиан

– Я не шанишка, что бы это ни значило! – как можно громче заявил колобок.

Но девочка, укутанная в сто шерстяных платков, кажется, не расслышала его. Приблизив мучной шарик к лицу, она мечтательно улыбнулась:

– Пахнет вкусно.

– Не ешь меня!!! – завопил Кристиан, размахивая изо всех сил тонкими ручками.

– Ой, Ждан она ещё и разговаривает, – от удивления девочка ещё сильнее раскрыла свои голубые глаза.

– Я – он! А не она, – поспешил задекларировать Кристиан.

– Шутишь, Ладушка, – к девочке подбежал тот, кого звали Ждан, и теперь на Кристиана глядели две пары любопытных детских глазёнок.

– Не-ет, сам послушай. Шанишка, как тебя зовут?

– Кристиан! Я принц Кристиан!

– Ого, – снова удивилась девочка.

– Ты что ли, как принц Тридевятого королевства? – блеснул своей осведомлённостью Ждан.

– Я и есть он! Принц-колобок. Не слышали разве? Просто сейчас я слегка заколдован.

– Слышали. Только врёшь ты всё. Принц Кристиан в Тридевятом королевстве живёт, да по балам ходит. Что ему в нашем дворе делать?

– Я в гости приехал. К своей невесте – царевне Виренее.

– Царевна Виренея тоже в Тридевятом королевстве живёт, – упирался Ждан.

– Живёт. Мы утром втайне приехали. А теперь мне надо её спасти. Вы лягушку в снегу не видели?

– От кого спасти? Какую лягушку? – хором спросили дети.

– Ма-аленькую, зелёную такую. Красивую, – добавил Кристиан, который и в самом деле считал вторую ипостась Виренеи весьма изящной и милой.

– Вот эту что ли? – Ждан быстро сориентировался, и через пару мгновений держал за лапку Виренею, не подающую признаков жизни.

– Осторожнее! Нормально её возьми! – запаниковал принц, и не успокоился, пока мальчишка не уложил лягушку на варежку.

– Это что? Наша царевна?.. Настоя-ащая? – у Ладушки от удивления даже голос притих.

– Она самая. Её мне и надо спасти. Только наши родители против, вот мы и сбежали из дворца. Поможете? – Кристиан сложил ручки в умоляющем жесте.

– Поможем, Ждан? – запрыгала радостно Ладушка.

– Ну и чем мы можем помочь? – насупился Ждан. – Мы маленькие. Злата-серебра у нас нет. Даже коня подарить не можем.

– Ну причём тут конь? – надулась Ладушка.

– При том. У всех сказочных героев есть конь, – парировал мальчик.

– Нет, с конём – это ты здорово придумал. На коне, конечно, сподручнее, – Кристиан тёр пятернёй запечённый подбородок. – Но и мы сами с усами, на своих двоих убежим. Нам бы только спрятаться, да одежды раздобыть… А когда вернёмся из побега, пожалуем вам по золотому.

– Спрятать вас? – теперь уже подбородок тёр Ждан, и что характерно, проигнорировал обещанную награду.

Сощурившись, как взрослый, принимающий важнейшее решение, мальчуган медленно оглядел двор:

– Разве что в чулан вас снести?

Выяснив подробности расположения искомого чулана, Кристиан согласился. Туда же через десяток минут Ждан принёс одежду.

– Тут, правда, рваньё одно. Матушка для чёрных работ, да на ветошь в сундуке хранила, – Ждан положил на полку холщовый мешок, – но, может, пригодится?

– Спасибо тебе, дружище. А теперь иди, пожалуйста. Чую корочкой, у меня скоро начнётся превращение.

Ждан оказался понимающим мальцом. В миг выскочил из чулана и дверь плотно прикрыл.

Через пару минут Кристиан, и правда, превратился в человека. Без сбоев, без регресса. Зато Виренея, точнее лягушка, как спала, так и спала.

Кристиан уже и оделся, и с портянками да лаптями справился, оставив для Виренеи пыльные, стоптанные чуни. А она по-прежнему лежала на полке с закрытыми глазами, только живот едва заметно подрагивал.

«Сонно мне на холоде,» – вспомнил её слова Кристиан.

– Может, тебя отогреть просто надо? – догадался принц.

Взял прохладное лягушачье тельце в ладони, подержал чуток, и принялся отогревать дыханием.

За всеми своими делами и беспокойством он не сразу обратил внимание на голоса и даже крики, которые доносились из-за двери. А стоило сделать это раньше, ибо, прислушавшись, он понял, в чём дело: мать Ждана искала метлу. Метла стояла в чулане, прямо перед носом Кристиана. А дверь Кристиан сразу после превращения запер изнутри.

– Точно помню, в чулан её поставила, – проговорила вслух женщина и попыталась открыть дверь снаружи. – Заела, блин… Эх… Ну и что теперь делать? Ломать её что ль? – дверь тряхнули сильнее.

А потом пнули. И ещё. И ещё…

– Виренея, проснись, – старательно дышал на лягушку Кристиан, оглядывая одновременно чулан изнутри. – Надо выбираться отсюда.

– Митрофан! Митро-ош!! Да где ты, леший тебя побери?

Судя по звукам удаляющихся шагов, мать Ждана куда-то утопала. А Кристиану того и надо было.

– Метла вам нужна? Так вот она, – он выставил метлу в коридор и двери закрыл.

Вдруг Виренея, точнее, лягушка в его руках, зашевелилась, начала стремительно тяжелеть… и он едва успел подбросить, а потом удержать в руках всё ещё сонное, но уже очеловеченное тело.

Впрочем, Виренея быстро пришла в себя:

– Что ты..?! – набросилась было на него царевна.

– Тщ-щ! Умоляю, молчи… – прошептал Кристиан. – Просто придержал тебя, чтоб не свалилась и шуму не наделала.

– Не стоило, – шикнула девушка. – Отвернись!

Принц тут же развернулся к двери:

– Видишь мешок? Там старьё. Переодевайся, да не мешкай. У нас всего пара минут, и то, если повезёт.

– Ты видел меня, – прошипела Виренея, но судя по шевелению за спиной, всё-таки последовала его указаниям.

– Не видел. Тут темно.

– Ага, рассказывай. Вон окошко какое большое под потолком. При желании…

– Окно на щеколде? – уточнил Кристиан.

– Не знаю. Отсюда не видно.

– Тогда погляди.

– Сам гляди.

– Ты уж определись: гляди или не гляди, – не удержался Кристиан.

Вместо ответа Виренея фыркнула.

И тут же закрыла рот – она ещё не оделась, а в коридоре уже послышались громкие шаги и голоса:

– Заела, зараза. Выбей, и дело с концом, – просила женщина.

– Погодь. Метлу, говоришь, искала? Так вон она, – ответил басом мужчина.

– Ой… И как я её не заметила? Я ж цельный час искала. И дверь дёргала. Митрох, ну как я её проглядеть-то могла?

– Выходит, проглядела? – усмехнулся мужчина.

– Всё равно выбивай.

– Говорю же, заела она.

– Зачем выбивать? Мне ж чинить потом.

– Раньше выбьешь – раньше починишь. Мне чулан каждый день нужен.

– Вот пристала, – буркнул мужчина.

Но в дверь всё же чем-то ударил. Да так, что она жалобно скрипнула, а на полках звякнули глиняные бутыли. Снова последовал удар – ещё сильнее и злее. Деревяшка, прибитая на гвоздь, и исполняющая роль засова, хряснула, но удержалась. Зато от следующей пары ударов сломалась пополам.

Митроха радостно крякнул. Матушка Ждана охнула, и весело засмеялась. Войдя в чулан, женщина посетовала на забывчивость, влезла на табуретку и закрыла позвякивающее от сквозняка окно.

Правда, этого Кристиан и Виренея не видели. Они лишь догадывались о происходящем в чулане, по звукам, которые слышались за спиной.

Виренея

Слава лешему (болотнице, домовику и прочим духам, которых почитали в Тридевятом), чулан находился на первом этаже. Выбираясь из сугроба, который намело под чулановым окном, Виренея чуть не потеряла чуню, Кристиан замочил портянки, но главное – они выбрались. Из чулана. Но не из дворцового двора. Поэтому Виренея тут же потащила принца дальше.

– Куда теперь? – оглядывался Кристиан, замечая стражей, прогуливающихся по высокой крепостной стене.

– К выходам из кухни. Туда каждый день с поставками приезжают.

На этот раз им повезло. У низенького кухонного крыльца разгружали большую крытую телегу. Вскоре её оставили порожнюю, готовую к выезду. При этом полог опустили, а возницу позвали на кухню попить в дорогу чайку.

Естественно, Кристиан и Виренея при первой же возможности запрыгнули внутрь.

– Уверена, что стажи с юга нас не заметили? – Кристиан имел в виду стражей, которые стояли на южной части крепостной стены.

– Угу. Они во двор не смотрели. А твои на северной?

– То же самое.

– Вот и славно… что? – усевшись в телега и сладко потягиваясь, Виренея вдруг заметила, как странно смотрит на неё Кристиан.

– У тебя улыбка красивая.

– М-м, – подняла царевна бровь, впрочем, улыбаться не перестала.

Больше они не говорили – возница пришёл.

Телега выехала из царского дворца без проверки. Стражи ещё на въезде её запомнили, а проверять порожние повозки и телеги им, видимо, не поручили.

– Странно, что они не шерстят всё, что выезжает со двора, – поделилась сомнениями Виренея.

– Может, не додумались? Или терема до конца не обыскали? – предположил Кристиан.

В ответ царевна лишь пожала плечами.

В пути они несколько раз выглядывали наружу. Выдохнули ещё раз, когда возница покинул столицу. Телега проехала с десяток вёрст по царскому тракту и притормозила у поворота – видимо, возница собрался сворачивать к ближайшей деревне.

Пользуясь случаем, Кристиан и Виренея спрыгнули с повозки и скатились в придорожный ров.

– Чу! – принялся оглядываться возница, но позади него высился купол телеги, к тому же кони уже свернули, а беглецов прикрывали кусты и лесок. Да и улеглись они в снег и затихли, чтобы не вызывать дальнейших подозрений. – Показалось что ли?.. Пшла! – щёлкнул в воздухе хлыст.

Возица припустил, торопясь умчаться от места, где ему почудились проделки нечистой силы.

Через пару минут Кристиан первым поднялся на ноги и помог встать Виренее:

– Ну и… куда теперь? – поинтересовался он у царевны.

– Пара вёрст по тракту, потом около трёх вглубь леса, – Виренея отряхнулась от снега и бодро зашагала вдоль дороги.

– А в лесу что? – тут же догнал её Кристиан.

– Сторожка. Еда, питьё. Дрова для печки. И кони… Там отдохнём до темноты, потом ведь скакать 5 часов до самого Северного портала.

– Ясно. А ты уверена, что там… вот это вот всё?

– Уверена, – шмыгнула носом Виренея. – Человек, которому я поручила приготовления, должен мне услугу.

– М-м. А как ты… предвидела, что всё это пригодится? – изумился Кристиан.

– Просто знаю своих родителей и брата. Догадывалась, что нас задержат, вот и продумала план Б.

Кристиан

Через несколько часов, когда ноги Кристиана гудели, а нос буквально посинел, путники, и правда, добрались до сторожки.

Хороший оказался домик, крепкий.

Правда, глянулся он не только беглой царевне и принцу. Но и отряду лихих людей, которые высыпали наружу, стоило Кристиану запнуться о сигнальную нитку, протянутую под снегом.

– Эх… – сил не было даже не привычные ругательства, вряд ли Виренея разработала для подобного случая план В.

Глянув на ощерившиеся в мгновение ока кривые сабли и копья царевна просто захихикала.

– Это нервное, господа, мы долго шли, барышня устала, – Кристиан сделал медленный шаг в сторону, закрывая Виренею от разбойников собой и заодно примеряясь, кого из них можно разоружить?

«И каким приёмом?»

На магию можно было не рассчитывать – сил просто не было. Как и оружия. И всё же, руки помнили некоторые приёмы, приобретённые в Синь-Ваньском монастыре, а разум отслеживал происходящее, выгадывая подходящий момент.

Глава 19. В которой герои отогреются и переоденутся

Виренея

Виренея хихикала.

Возможно, и правда от нервов, но ещё и от радости, хотя со стороны это смотрелось странновато, даже глупо – их окружили, они мечтали о покое и отдыхе, а получили незваных гостей.

«Всё равно приятно. Не такой уж Кристиан неженка избалованный. Не испугался, прикрыл меня буквально собой. Стоит теперь, на сабли грозно поглядывает».

Не известно, чем закончились бы эти гляделки, если бы дверь вдруг не отворилась, и из сторожки не вышел низенький рыжий человек.

– О… какие люди без охраны, – просиял главный над вольными вооружёнными людьми, сбегая с шатких ступенек.

– Почему же без охраны? Со мной принц, между прочим, – Виренея вышла из-за Кристиановой спины.

– Здоровечка, царевна, – главарь отвесил неуклюжий поклон.

– И тебе не хворать, Орех, – деловито ответила Виренея. – Идём, – позвала она Кристиана, сдвинула в сторону острия сабель голой озябшей рукой и пошла вперёд, чуть ли не расталкивая ребят Ореха.

– А-а-а… – у Кристиана явно было много вопросов, но объяснять всё здесь и сейчас Виренея не горела желанием, слишком уж замёрзла и устала.

Хвала всевышнему, внутри сторожки посторонних не оказалось.

Зато печь была жарко натоплена. На столе стоял самовар, дымился горшок с какой-то снедью, от которой густо пахло чечевицей и тушёным мясом, а вокруг горшка сияла чистыми боками фарфоровая посуда и полотняные мешочки с орешками и чем-то ещё.

– В сервировке, ваш с-сочество, не разумеем, чем смогли, как говорится, – прокомментировал содержимое стола Орех.

Виренея кивнула, принимая работу. И кратко уточнила:

– Кони?

– В пристройке стоят. Крепкие, молодые, накормленные и напоенные, – отчитался Орех, и Виренея слегка выдохнула, пока всё шло, как по маслу. – Благодарствую за заботу, – она слегка поклонилась.

– Спасибо, мил человек, – на удивление, поклонился и Кристиан.

– Не за что, – буркнул Орех.

– Составишь компанию? – не раздеваясь, Виренея села за стол, налила себе крепкого горячего чаю, только пить не спешила, просто обхватила горячую глиняную кружку непослушными пальцами, наслаждаясь покалывающим теплом.

– Нет, – с ноткой грусти произнёс Орех. – Теперь мы в расчёте, царевна.

– Что это значит? – заподозрила неладное Виренея.

Кристиан, который уселся напротив неё, тоже уши навострил.

– Перед вашим батюшкой у меня должков-то поболе, – ответил уклончиво Орех.

В глубине души Виренея ругнулась. Конечно, она понимала Ореха, догадывалась даже, почему он её сдал. И всё равно на душе кошки заскребли.

– Скажешь хотя бы, сколько у нас времени? – спросила она, отбросив принципы.

После фразы «теперь мы в расчёте» Орех ничего-то ей не обязан был говорить, оставалось надеяться лишь на его человечность.

– Около часа. Может меньше, вы пешком сюда шли, они – скорее всего, верхом.

– Ясно, – кивнула Виренея.

– И это, – произнёс Орех прежде, чем выйти из домика. – На кровати, – он кивнул в угол, где стояла печка и висела лоскутная занавеска, за которой пряталась широкая лавка-лежанка, – одежда для севера: шубы, шапки, носки, сапоги… Как знал, что понадобится.

– Да уж, в этих лохмотьях мы далеко не ускачем, – вздохнула царевна, чувствуя, как горят в тепле насквозь продрогшие ноги. – Если вообще ускачем.

– За экипировку вам отдельное спасибо, – произнёс Кристиан, старые лапти которого едва выдержали дорогу к сторожке и грозились вот-вот окончательно развалиться. – Вернусь в Тридевятое королевство, распоряжусь отправить награду.

Орех только хмыкнул, низко откланялся и вышел из домика.

Снаружи послышались голоса, конское ржание и топот. Через пару минут всё стихло.

– Расскажешь, кто это был? – Кристиан разложил по тарелкам тушёное мясо с пряностями, морковкой и тыквой, и подвинул одну из тарелок к Виренее.

– Угу. Давай только поедим сначала, – накинулась царевна на еду. – Знаешь, по идее новость о грядущей погоне… должна была напрочь отбить аппетит. Но нет.

– Угу, – согласился Кристиан, тоже распробовав жаркое. – Кто бы ни был повар или кухарка у Ореха, руки у него золотые.

– Угу.

Опустошая вторую тарелку, Виренея исподволь любовалась, как Кристиан орудует ложкой.

«Не по этикету, но… в этом что-то есть,» – Виренея улыбнулась.

Она вдруг поняла, что сама напрочь забыла про столовый этикет. Странно, но в присутствии принца крови она – царевна – не задумывалась, как выглядит со стороны. Как ест? Обляпалась или нет? А всё потому, что чувствовала: для него придворные условности не имеют никакого значения.

Когда они с Кристианом сытые, согревшиеся и переодетые вышли из домика и направились к конюшне, принц вдруг усмехнулся:

– Твой Орех нам и тут удружил.

– Он не мой, – бросила Виренея через плечо, входя в конюшню. – Он вообще-то Уложение нарушил… Просто там ситуация была спорная, а я по чистой случайности в тронном зале оказалась, услышала его историю, сжалилась и вступилась. Зря, наверное, – она вывела наружу серого коня и взобралась в седло.

– Я вообще-то серьёзно, – Кристиан тоже запрыгнул на коня. – Взгляни на следы.

Только сейчас сидя верхом, Виренея окинула взглядом стоптанный снег вокруг сторожки и дальше в глубине леса, и заметила, что конские следы расходятся от домика в разных направлениях, как солнечные лучи.

– А кони у нас видела, какие? – продолжил Кристиан. – Он ведь мог и чёрных найти, или гнедых.

«Кони у нас серые в яблоках. И одежда светлая. Самое то – по снежному лесу от погони уходить,» – догадалась Виренея.

Но вслух ничего не сказала. Только коня пришпорила и помчалась в лес, стараясь не сходить с северного протоптанного «луча».

Кристиан

Уже стемнело, когда они услышали звуки погони.

«Снова,» – стиснул зубы Кристиан и пришпорил практически загнанного коня, ведь до Портала было рукой подать.

Последние 5 часов они только и делали, что петляли по лесу, убегая то от одного поискового отряда, то от другого. Временами пересекались с людьми Ореха, которые скакали будто бы по своим делам, а на самом деле путали царских гончих.

«Ореху, конечно, спасибо. Да что толку, если наша конечная цель им известна?»

И да, Виренея хорошо ориентировалась в Северном лесу. Это помогало. Но среди настигающих их царских людей тоже имелись знатоки Тридесятых охотничьих угодий.

Видимо, в какой-то момент люди царя поняли: просто так им поймать царских детишек в лесу не удастся. И теперь вопрос заключался лишь в том, кто скорее доскачет до портала.

– Как он выглядит?! – крикнул на бегу Кристиан.

– Кто?! Портал? – догадалась Виренея. – Как заснеженное поле, а посреди два высоченных столба… Между ними нам и надо ухитриться проскакать.

– А в чём подвох?!

– В очереди из купцов!

– В какой ещё очереди?! – этого Кристиан не ожидал.

А ведь следовало. Он прекрасно знал: издревле с помощью порталов торговые пути сокращали. Северный портал в этом смысле был самым выгодным, и одновременно – самым рисковым. Пусть горы, где обитает Василиск, находятся верстах в десяти, история знала случаи, когда чудище добиралось до самого портала.

«Если учесть, что Новогодняя ночь – и правда такая особенная, что Василиск её боится, понятно, почему купцы пользуются моментом».

– А вот и очередь, – Виренея начала притормаживать своего коня.

Будто в подтверждение её слов, впереди замелькали рыжие огоньки костров. Деревья становились всё реже. Вскоре лес и вовсе расступился, и лунный свет озарил широкое поле, в середине которого высилась пара резных столбов, вспыхивающих голубым каждый раз, когда сквозь портал проходила очередная повозка. Проблема состояла в том, что строй из этих повозок занимал оставшуюся половину поля, а его конец изгибался в сторону и скрывался где-то в лесу.

Глава 20. Поцелуй, который – бизнес-идея

Виренея

Это был её промах. Виренея лучше Кристиана знала о портале. Слышала и об очереди из купцов, просто забыла вовремя рассказать.

«Почему забыла-то?» – мысленно кусала она локти.

Впрочем, теперь это было неважно. Время поджимало – позади в лесу уже показались тёмные конные силуэты, а впереди раскинулась очередь из повозок и целых караванов с товаром, которые двигались в час по чайной ложке.

– Что ты делаешь? – спросила она у Кристиана, который внезапно смахнул с её головы шапку из белой овчины.

Принц не ответил. Снял и свою такую же, спешился и побежал к ближайшим купцам.

Через пол минуты разговоров он вернулся с тёмными шапками и парой расписных шалей:

– Надевай.

Виренея даже спрашивать не стала, зачем? Уши от холода уже в трубочку сворачивались, а платком можно было обмотать шею и горло. Кроме того, любая, мало-мальская маскировка позволяла выиграть минуту или даже две, а в их ситуации каждая секундочка была на вес золота.

– За мной, – Кристиан, направил коня в объезд очереди.

– На что ты рассчитываешь? – не выдержала Виренея.

– А на что мы всегда рассчитывали?

– На выверенный план, в реализацию которого вложено достаточно денег, а на каждом шагу задействованы профессионалы? – ответила на ходу царевна и сама себе не поверила.

Меж тем они подскакали к столбам, между которыми уже проходил чей-то караван. И Кристиан прямо на коне попытался протиснуться между правым столбом и оглоблей повозки, которая первой стояла в очереди.

– Куда?! – рослый парень заступил ему дорогу, да ещё и схватил ручищами коня Кристиана за уздцы. – Не видишь, очередь?

Парень явно сопровождал повозку седобородого купца. Купец сидел тут же, в доверху нагруженных санях рядом с женой или дочкой, но не желал вступать в перепалку. Видимо, доверил разбираться с очередью более молодому и горластому приказчику.

– Так мы… быстро проедем, – широко улыбнулся Кристиан, пытаясь выехать на собственном обаянии.

– Тут все быстро хотят. Не у всех получается, – огрызнулся приказчик. – Сейчас Суслины проедут, а следом мы. А за нами видел, сколько народу?

– Слушай, приятель, у вас целый обоз, а нас всего двое. Двое, понимаешь? Ну пропустите, нам всего-то секундочка нужна.

– Всем секундочка нужна, – продолжал препираться приказчик.

– Сделайте исключение, пожалуйста. За нами погоня, – вступила в разговор Виренея, с тревогой оглядываясь на лес, из которого, вопреки последней надежде, выехали не купцы, а царские конники.

– Так вы ещё и беглые! – хохотнул приказчик и обернулся к купцу. – Слыхали, Михал Кузьмич? А может и правда, пропустим? Авось, побегают по северу от Василиска, уму разуму наберутся?

– Мы не беглые, а влюблённые! – надулась Виренея.

– Да-да! И мы действительно хотим к Василиску! – подтвердил Кристиан.

– Чего? – опешил приказчик. – Дурные что ль? Так мы с дурными дел не ведём.

– Пшли вон, – припечатал купец, внезапно включившийся в разговор.

– Папенька, погодите… Не гоните их. Вы влюблённые говорите? – встрепенулась купеческая дочка. – Папенька, это же беглый принц! И царевна Виренея.

– Чего-о? – теперь за компанию с приказчиком опешил и купец.

– Чего-чего, газеты читать надобно, – торжествующе улыбнулась купеческая дочка. – Я вот знаю вашу историю, – повернулась она к Кристиану. – Мы пропустим вас. За поцелуй. Идёт?

– Это что ль тот самый принц, волшебный поцелуй которого тебе давеча жулики какие-то продали? – догадался купец.

– Ага, – просила дочь. – Только это настоящий. Я его сразу вычислила.

– Поедете за поцелуй? Тогда пропустим. Слово купца, – Михал Кузьмич протянул руку и коротко глянул в конец очереди, где уже слышалось нетерпеливое конское ржание и неудобные вопросы.

– Идёт. Только давайте скорее, – опрометчиво согласился Кристиан.

Будучи прямо на коне, принц пожал купеческую руку и потянулся к купчихе…

– Тебе нельзя! – запоздало всполошилась Виренея. – Ты мне в человеческом виде нужен! Я одна с Василиском не справлюсь! – она спрыгнула с лошади и отчаянно вцепилась в Кристианов тулуп, оттягивая его от румяного купчихиного лица.

Зря. Всё равно принц до чужих губ не дотянулся – слишком уж широкой оказалась повозка, а дочка купца не сразу не сообразила, что сидит далеко от края.

Но и недооценивать «противницу» было нельзя. Миг – и купчиха ловко перелезла через ноги отца. Ещё миг – и вытянув губы трубочкой, да ещё и закрыв в предвкушении глаза, вытянула вперёд миловидное личико…

Чмок!

– Квак!! – Виренея, которая в самый последний момент встала одной ногой на повозку, успела подтянуться кверху, двинуть Кристиану в лицо…

«За всё хорошее. И чтоб не целовался с кем попало».

…да ещё и подставила лоб под жадные губы купеческой дочки.

И только после этого с чистой совестью обернулась в лягушку. Упала, кстати, удачно, на мех, которым покрыли повозку, чтоб мягко сиделось. С меха её Кристиан и подхватил.

– А-а… – хотела было спросить купеческая дочка.

– Вон они! Хватай! Лови! – закричали совсем рядом, да так громко, что ёкнуло даже холодное лягушачье сердечко.

– Был же поцелуй? – подмигнул Кристиан ушлому приказчику, торопливо засовывая Виренею за пазуху.

– Был, ваше высочество, – ответил тот рьяно.

– Слово купца? – уточнил Кристиан.

Виренея не видела выражение лица Михала Кузьмича. И ответа не слышала – мужские окрики и конское ржание, доносящиеся снаружи, всё перебили. Лишь шкуркой почувствовала она резкие рывки, вверх и вперёд, а потом – совсем отчётливо – момент, когда они промчались меж столбов Северного портала.

Несколько часов спустя

Ветер выл. Он уже не убаюкивал, напротив, кидал в лицо пригоршни колких снежинок, будто приговаривая: проснись… Проснись, Виренея.

Царевна подскочила с чего-то тёплого и мягкого и поняла, что находится в пещере. Причём это была очень небольшая пещера, – ладошку обжёг холод каменного «пола», по которому стелилась позёмка, потрескивающий прогорающий костёр едва освещал скалистые стены и низкий свод, а под одежду, что укрывала её, тут же бесцеремонно забрался ледяной ветерок.

А вот Кристиана рядом не наблюдалось. Виренея поёжилась от холода и от нехорошего предчувствия, но решила не накручивать себя понапрасну, а для начала одеться.

Справившись с последними пуговицами и надев на голову шапку, она подкинула в костёр пару толстых веток из запаса и принялась ждать.

Некоторое время царевну занимал процесс отогревания у костра. Сидела она, кстати, на куче лапника, оказавшегося под её одеждой в качестве основы лежанки, которую смастерил для неё Кристиан.

– Благодарю за заботу, ваше высочество, – обратилась Виренея прямо к костру. Ну а что? Принца рядом не было, а поговорить с кем-то хотелось. – Особенно, когда ты одна в заиндевевшей пещере на Краю земли… Я ведь тут одна? – спросила она пустоту.

Пустота не ответила. Тогда Виренея начала нетерпеливо перестукивать пальцами по коленке, отсчитывая в уме секунды и минуты.

Наконец наступила минута, когда она окончательно поняла: Кристиан не вернётся в пещеру. Не заглянет с извиняющимся лицом и каким-нибудь нелепым оправданием.

В груди зазмеился холодок.

Вскочив с кучи лапника, Виренея подбежала к темнеющему выходу из пещеры и увидела на снегу то, чего опасалась: конские следы, которые почти замело.