Текст книги "Альфа. Путь исцеления (СИ)"

Автор книги: Полина Чупахина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 11 страниц)

Глава 3

Официально в полисы сложно попасть кому-то из королевства, там не доверяют этому народу. Иные люди открыто называют подданных Розенкройцев порождениями тьмы. В этом была небольшая доля истины, сам Мален являлся носителем потусторонней силы, провоцирующей жажду крови и насилия. Он был живым подтверждением возможности проникновения призрачных тварей в их мир. И не сомневался, что не уникален. В тот год, когда королева забеременела, случился прорыв границы, и призрачные захватывали тела, сливаясь с мужчинами и женщинами, заражая их злом. Не может быть такого, что единственный ребёнок, рождённый от симбиоза и выживший в тот год, оказался сыном короля. А то, что отец заразился, Мален знал наверняка. Чувствовал в себе с раннего детства ростки зла, голос тьмы.

– Стой, кто идёт? – крылатый страж загородил проход, возвышаясь над Маленом почти на целую голову. Король усмехнулся, скидывая с головы капюшон плаща. К каждому визиту на территорию врага он тщательно готовился. Сегодня исключением не стало:

– Амброуз Сотерти. Я абитуриент академии исцеления, – выбор легенды не был случайным. Это там училась девочка Айлин. И пусть Розенкройц знал много заведений в этом городе, притвориться будущим целителем показалось забавным.

Страж с недоверием смотрел на слишком уж взрослого абитуриента.

– Ваши документы, господин Сотерти, – потребовал, положив ладонь на энергодубинку. Хорошие штуки, Мален планировал внедрить подобную технологию в королевстве, но вначале требовалось получить хотя бы один рабочий образец и учёного нужной квалификации. И если с первым проблем не ожидалось, то второе представляло определённые трудности – учёные редко покидали охраняемые комплексы.

– Разумеется, вот, прошу, – Мален протянул небольшой кристалл, содержащий всю информацию об Амброузе Сотерти. Двадцати семи лет от роду, уроженцу города Фариана, пятнадцатого в списке полисов.

– Проходите и помните, что после заката вы должны находиться на территории общежития для абитуриентов. Иначе стража может вас задержать и выдворить из города. – Король поблагодарил стражника и отправился на поиски золотоволосой девчонки с редким даром.

Айлин чувствовала себя уставшей от слишком ясных и немного жарких дней. Хотя, возможно причина крылась не в этом. Всё дело было в бессоннице. Девушка не могла нормально спать по ночам в последнее время. Ей снился случайный пациент, бесцеремонно ворвавшийся в жизнь далёким дождливым вечером. Первый раз, когда Лин не доверилась интуиции, и при этом не случилось ничего плохого. Если не считать мыслей, прочно занятых загадочным мужчиной.

Сегодня она собралась расслабиться в компании друзей. Встреча, которую откладывала не один день, должна состояться. И Алекс, и Мара оказались свободны в этот вечер.

Айлин сидела возле учебного корпуса на скамейке и любовалась ветками рубинового дерева. Алые и бордовые листья слегка искрились в лучах света. Теперь они были ядовитыми, но ещё две недели назад Лин могла не только любоваться, а даже касаться мягких ярко-красных молоденьких листочков. Смертельная красота, под маской невинности.

На мгновение Айлин отвела взгляд от дерева и вскочила с места. Неподалёку, прислонившись плечом к крепкому древесному стволу, стоял её пациент. И как бы Лин ни пыталась себя убедить, что ей показалось из-за жары и постоянных мыслей о нём, незнакомец не исчез. Он точно стоял там, высокий, худощавый мужчина с тяжёлыми скулами, и смотрел на неё. Девушка постаралась успокоить сбившееся сердце, но, к сожалению, делать это для пациентов намного проще, чем делать для себя.

– Айлин Динари, перестань вести себя как нервная девчонка. Наверняка этот парень – плод твоих фантазий. Конечно, пациент был реален, однако ему вовсе не обязательно оказываться чужаком. Город большой, вот вы и не пересеклись ни разу. И глупо ждать благодарности, – убеждала себя целительница вполголоса. Она сделала вид, что планировала встать, а не вскочила от неожиданности. Подошла к рубиновому дереву, рассматривая листья вблизи, даже потянулась к одному, но вовремя вспомнила про яд. Отдёрнула пальцы. Поправила упавшую от ветра на глаза прядь волос и бросила косой взгляд в ту сторону, где видела своего пациента. Мужчина пропал.

– Давно ждёшь, Айлин? – Мара, нежная, хрупкая и невероятно красивая брюнетка, обняла Лин. Её длинные волосы были собраны в высокий хвост, а глубокие синие глаза напоминали юной целительнице вечернее летнее небо за пределами защитного купола.

– Нет, я подошла недавно. Где Алекс? – Айлин запретила себе завидовать изящной фигуре, грации движений и привлекательности форм Марты. Природа была щедра к ним обеим, наделив и внешностью, и умом. Не вина Мары, что Айлин не нравится собственный цвет волос, раздражают пухлые губы и бледная кожа. Она тоже красива и должна радоваться отражению в зеркале, а не желать Маре подхватить какую-нибудь неопасную болезнь, которая расцветёт на гладких щеках лихорадочным румянцем, а безупречные плечи изгрызёт не смертельными воспалениями.

«Это нехорошие желания, Айлин! Ты выше зависти и злобы. Ты не должна так думать!» – она улыбнулась Марте, пытаясь незаметно взглядом отыскать случайного пациента, но тот либо действительно был плодом её воображения, либо ушёл, не желая подходить к своей спасительнице. И от этого настроение стало чуть хуже. Айлин старалась держать себя в руках, чтобы не привлекать внимание друзей, не вызывать ненужных вопросов. В конце концов, Алекс, как младший хранитель, запросто на правах друга, начнёт расследование давнего случая. Просто чтобы сделать жизнь дорогой Айлин вновь простой и приятной. Если бы это пошло на пользу, то Лин не задумываясь, излила другу душу, но у неё оставались сомнения, из-за которых девушка молчала.

Мален отступил в тень и уже оттуда наблюдал за маленькой целительницей. То, как вспыхнули её щёки, мужчина даже с приличного расстояния рассмотрел. Она не забыла человека, на чьей коже упражнялась в шитье. И выглядела так, словно желала новой встречи. Это делало выполнение плана Малена несколько проще. Целительница не изменилась с их последней встречи, такая же ясная, наполненная кипучей энергией. Тьма с готовностью поползла к сознанию, подталкивая короля к правильной, губительной мысли. Надо просто подойти и насытиться. Поглотить сероглазую девчонку и двигаться дальше, выкинув из головы её живой образ.

«Спокойно, сейчас не время и не место. Ты же её нашёл, причём легко выделил эту чудесную энергетическую составляющую из основной массы. Так что не нужно торопиться и всё портить. Сначала разберись, отчего в ней света больше чем в других, встреченных тобой сегодня и раньше», – Мален осадил собственное тёмное начало почти легко. Как если бы голодная тьма дремала не в нём, а сидела на цепи у ног. И подчинялась командам того, кто сильнее. Мален хотел верить, что он ещё способен подавить наследие призрачных тварей. О плате за силу он подумает потом, когда будет готов.

Айлин хотела этой встречи, об этом буквально кричали её тело и взгляд. Они выдавали секреты девушки, хотя Мален не отрицал возможности, что окружающие этого не замечают. Не способны рассмотреть невербальные откровения ученицы академии. Не всегда глаза позволяют увидеть правду, да и Айлин неплохо притворялась незаинтересованной. Мален мог бы поверить. Вот только энергия в теле не лжёт. А значит, целительница с готовностью придёт в его руки.

– Алекс задерживается на службе. Давай подождём немного здесь, ну или, если хочешь, пойдём, прогуляемся по магазинам. Он точно нас найдёт.

«У неё даже выражение лица меняется, когда об Алексе говорит», – с ноткой ревности подумала Айлин. И тут же одёрнула себя. С ней определённо что-то нехорошее происходило в последние недели. Словно всё тёмное, что есть в душе каждого, поднялось, как поднимается осадок со дна бутылки, если её взболтать.

«Вот только для осадка вода изначально должна быть мутной», – вновь укорила себя Айлин, усаживаясь обратно на скамейку.

– Мне нравятся рубиновые деревья, жаль, что с каждым годом их вырастает всё меньше. После окончания академии я планирую отправиться в другой полис. Для практики. Не хочу работать в нашем доме исцелений, – Марте наверняка было не очень интересно, но она слушала. Подруга отличалась повешенной тактичностью и стремлением поддерживать близких людей в любой ситуации. Сейчас Мара не понимала, что происходит с их милой Лин, отчего старалась сильнее.

– Алекс огорчится, но я считаю, что ты поступаешь правильно, дорогая. Нужно раздвигать рамки и двигаться к новым горизонтам. В нашем городе хватает толковых целителей. Вдруг вдали от дома ты обретёшь собственное предназначение! – Лин стало стыдно за неискренность. Но была ли искренней Мара? Или она наоборот, скрывала радость, что Лин исчезнет из жизни Алекса? Опять тёмные мысли, недостойные настоящего целителя.

– Ну, мне ещё год до выпускных экзаменов. За это время многое может измениться, – Айлин беззаботно улыбнулась, прогоняя из мыслей тьму, и вновь взирая на мир с ясностью и восторгом. Справиться с завистью сложно, но она смогла и теперь была рада общению с подругой. Нельзя позволять сомнениям отравлять себя. – Чем планируешь заняться ты? Пойдёшь в хранители, как Алекс? Или останешься бескрылой, но свободной от правил?

Мара задумалась над ответом. Айлин не мешала, любуясь миром, ощущая внутри неожиданный покой, которого не было ещё несколько минут назад.

– Вот ты где, крошка. А я боялся, что сегодня мы не увидимся, – она вздрогнула и попыталась резко обернуться, но не успела уклониться от крепких объятий. – Ты сегодня ослепительно прекрасна, – знакомый голос, наглые руки. Губы, коснувшиеся тёплой кожи чуть ниже мочки уха.

– Что вы себе позволяете! – Айлин была растеряна, испугана, и оттого сердилась. Что явно забавляло незнакомца.

– Не больше, чем ты разрешила, – Лин задохнулась от возмущения, а Мара, наоборот, посмотрела на подругу интересом. – В конце концов, целительница, софа в твоей квартире – отвратительное пыточное приспособление. Но даже на ней твои руки буквально вернули меня к жизни. Помнишь? – то, как это прозвучало, каждая интонация, вздох, прикосновением губ к шее, не оставляло наблюдателям сомнений в близости не медицинского характера.

– Айлин, я прогуляюсь, хочется пить. А ты пока пообщайся со своим кавалером, не буду мешать, – и она сбежала, наверняка напуганная присутствием тьмы, что сейчас обволакивала юную целительницу. Когда подруга удалилась, объятия незнакомца ослабли, и Айлин смогла, наконец, вырваться.

– Не стоило спасать вам жизнь! Надо было оставить умирать за моей дверью! – раздражённо бросила девушка, поднимаясь со скамейки и отступая от мужчины. Он был хорош, и улыбка на его губах разбавляла лёд взгляда неожиданным теплом. А собственное тело тянулось окунуться в пугающий жар объятий. В этот раз Лин интуиции поверила, собираясь последовать за Мартой.

– Айлин, прирождённая целительница не станет вредить тому, кто нуждается в помощи. А я, как ты справедливо заметила, умирал, малышка, – мужчина довольно улыбался, наслаждаясь её замешательством, недоумением и страхом. Он не ошибся и тварь, живущая в душе, почуяла светлое создание с пьянящей чистой энергией. Король поманил девушку пальцем, предлагая подойти ближе.

– Простого «спасибо» более чем достаточно. Я отвечу «на здоровье» и каждый отправится своей дорогой, – ей не нравилось гипнотическое воздействие голоса незнакомца. Айлин готова была слушать его вечность. Наслаждаясь глубиной и манерой говорить. Страх немного отрезвлял.

– Спасибо? Серьёзно? Такая низкая цена за помощь? Хм, с другой стороны, творить добро в твоей природе… Хочешь, я докажу, что бросить умирать человека ты не сможешь?

– Сейчас вы в помощи целителей не нуждаетесь, – она отвернулась, хоть инстинкт и кричал, что не стоит этого делать. Нельзя подставлять спину хищному зверю.

– Уверена? – Лин скорее почувствовала, чем услышала, как мужчина сделал несколько шагов к дереву. – А если так? – багровый лист впился в открытую ладонь этого безумца, и кровь закапала на тротуарную плитку. Безумец ещё и старательно растёр его.

– Сумасшедший! Если ты ищешь смерти, то мог выбрать что-то менее болезненное.

Мален мысленно согласился. Яд, распространяясь по венам, походил на жидкое пламя, что пожирало руку от кисти до локтя. И этот огонь стремился дальше, заставляя тварь корчиться в агонии. Затем всё закончилось. Айлин прижала тонкие пальцы чуть ниже сустава его плеча и словно возвела стену между ядовитым пламенем и кровью. Жжение пошло в обратном порядке, спускаясь к повреждённой ладони.

Розенкройц с интересом следил за работой целительницы. Лечение давалось ей непросто – щёки девушки побледнели до прозрачности, на висках заблестели капельки пота, дыхание стало тяжёлым, словно ей пришлось долго бежать с грузом на спине. Но пальцы, прижатые к его телу, не дрожали и дарили прохладу. Пламя стекало вниз, обратно в кисть, пока не выплеснулось сквозь крошечный порез от листа рубинового дерева зеленовато-бурой жижей. Айлин разорвала контакт только после того, как из пореза закапала чистая кровь.

Девушка отошла от Розенкройца, чуть пошатнулась от усталости и опустилась на скамейку. Сказать, что она думает об этом психе, Айлин пока была не в состоянии, но планировала в ближайшее время наверстать упущенное.

– Прекрасная работа, у тебя талант к работе с жидкостями. Мне повезло встретить такие уникальные способности в рядовой целительнице. Что? Я сказал что-то неприятное? Иначе к чему поджатые губы и сердитый взгляд? Не любишь похвалу? Или дело в том, что я похвалил не мастерство, достигнутое годами кропотливой учёбы, а данное тебе от природы?

Мален действительно не понимал странной реакции Айлин. Но и разбираться не горел желанием.

– Это не способность, а результат долгих и упорных тренировок. Ты же сам понимаешь, что целителями не рождаются. Ими становятся, пройдя полное обучение и сдав полагающиеся экзамены. Хочешь поговорить об этом? – она всей душой желала продемонстрировать иронию, но глупое детское желание не сбылось. Мужчина так и не понял, что предложение сделано не всерьёз.

– Нет, благодарю покорно, говорить о сложностях обучения и ужасах экзаменов я точно не готов. Значит, талант искусственно развитый? Жаль, каждому от природы даётся что-то уникальное.

– Наставники утверждают, что у меня уникальное упорство. Подойдёт, господин без имени? – Айлин постепенно теряла контроль над собой. Незнакомец провоцировал в целительнице злость, жажду причинить боль. Не физическую, ни в коем случае, но не менее ощутимую. Ей вдруг захотелось уподобиться этому безымянному наглецу, и достать его так, чтобы он начал выходить из себя. Однако тот только насмешничал, рассматривая целительницу с пристальным вниманием. В мозгу билась мысль – скрыться пока не поздно. Сбежать в аудиторию, надеясь, что опасный чужак исчезнет и больше никогда не появится.

– Моё имя Мален, прелесть. Теперь ты боишься меньше? – лучезарно улыбнулся мужчина, поймав руку Лин. Перевернул ладонью вверх, прижался губами, вызывая оторопь и колючие мурашки.

– Это не меняет того факта, что вы не совсем в здравом уме, Мален. Я не прелесть, я целительница, – к чему было подчёркивать это обстоятельство? Айлин и себе не смогла бы ответить на такой вопрос. Собственное здравомыслие вдруг вызывало внутри протест. Нет, Айлин понимала, что самое правильное в данной ситуации – попрощаться и уйти. Но кто-то внутри, совершенно девушке не знакомый, настаивал, что мужчина хоть и опасен, однако интересен и привлекателен. И стоит дать шанс проявить себя с хорошей стороны.

«Угу, если такая вообще в этом парне есть», – возразила самой себе Айлин. Она догадывалась, что не имеет права так думать. Ей требовалось хоть как-то уменьшить противоречивое воздействие со стороны незнакомца.

– Значит, мне требуется профессиональная помощь, – он держал её руку, заставляя Айлин дрожать от предвкушения. Чего? Приключений? Вызова обществу, с его устоявшимися правилами? Лин запуталась и не знала, что делать, но вырвать пальцы из горячей ладони не могла. Что-то глубоко внутри не позволяло это сделать.

– Мне кажется, что в нашу первую встречу я сумела помочь.

– Во вторую, Айлин. Когда я умирал от чудовищной кровопотери и искал помощи, это была наша вторая встреча.

Мгновение в проулке стало судьбоносным для короля. Благодаря тому столкновению он сумел запомнить целительницу, найти в огромном городе и не погибнуть. Айлин нахмурилась и отняла руку.

– Разве? Не помню иных встреч, – солгала она. Забыть миг, когда впервые оказалась так близко к пугающе противоречивому мужчине, Лин не сумела.

– Лгунья, – короткое слово обожгло её лицо румянцем, а Мален рассмеялся негромким хрипловатым смехом. – Но мне нравится, что ты умеешь лгать. Скажи, бывает тебе тесно и душно жить под куполом? Твоя душа не жаждет большего? Не стремится к открытиям? Поверь, если думаешь, что фантазии невозможно реализовать, ты не права. Я покажу тебе целый мир, новый и пугающий, но потрясающий и безграничный. Просто рискни пойти со мной, – Мален увлёкся. Он мог забрать целительницу, подвергнув внушению, но захотел убедить, заставить принять выгодное ему решение добровольно, без принуждения. Это сделало бы игру интересной с первого действия.

Айлин слушала, чувствуя, что погружается в транс, вплетаясь в ритм голоса. Её разум словно покинул тело и взмыл вверх, под купол радужного колпака. Айлин летела туда, куда звало её сердце – навстречу к невероятным приключениям, в новые, неведомые земли, к обязательно ожидающей, безграничной и всепоглощающей любви…

Глава 4

Где-то на мыслях о любви Айлин очнулась. Вздрогнула, глядя на Малена с искренним недоумением. Что особенного было в этом хрипловатом голосе опасного чужака?

– Жаль вас разочаровывать, но я довольна своим выбором. И будущим, которое он открывает. Мне пора возвращаться к занятиям, – Лин была неприятна себе в этой нелогичности поведения, в чопорности манер. Но инстинкт кричал о необходимости бежать, быстро и без оглядки.

– Я привык к разочарованиям, – произнёс король, касаясь плеча девушки, словно в намерение её остановить. Она была слабее, чем думала, и потому легко поддалась внушению, теряя волю, подчиняясь безмолвному приказу. Мален пока не встретил соперника, готового отразить подавляющее воздействие врождённых способностей выродка Розенкройца.

– Ты отправишься путешествовать по-новому для себя миру, маленькая моя. К чужим горизонтам и опасным открытиям, – прошептал он на ухо девушке. Прижался губами к её виску, впитывая тепло атласной кожи, вдыхая нежный запах. – А потом, когда мне надоест веселиться, ты будешь свободна. Не волнуйся, я недолго использую одни и те же игрушки.

Он бесстрастно наблюдал за тем, как теряет осмысленное выражение взгляд девушки, и чувствовал движение тьмы внутри себя. Овладеть целительницей, сломать. Превратить в чудесную послушную куклу с иллюзией свободы. Вот что просила сделать тварь внутри, и Мален сглотнул, едва сдерживаясь. Отступил, разрывая контакт, прежде чем переступит границу, за которой целительницу ждёт смерть. Целительница окажется отличной заменой старику Пряце. Её хватит на много лет, и даже безо всякого внушения девчонка сама не пожелает вернуться под купола федерации. Вкусив настоящей свободы.

– Пойдём, тебе нужно вещи собрать. Впереди дальняя дорога, – Мален торжествовал, и тварь внутри утихла в предвкушении.

Первое, что осознала Айлин: она сидит возле пылающего огня. Костёр, скрытый в небольшом углублении, защищающем от порывов ветра, согревал и давал достаточно света, чтобы девушка рассмотрела окружающую действительность. Как оказалось, они покинули город, и если судить по глубокой черноте небес, произошло это много часов назад. Лин моргнула, пытаясь вспомнить обстоятельства ухода, но в памяти зиял провал. Её вещи, сложенные в дорожную сумку, стояли неподалёку. На самой девушке оказались тёплый брючный костюм и прочная обувь, отлично подходящие для путешествия.

– Вижу, действие внушения закончилось, – твёрдые пальцы бесцеремонно ухватили за подбородок, поднимая лицо навстречу пристальному взгляду. – Да, однозначно закончилось. Жаль, мы ушли не так и далеко. Но теперь ты не доставишь мне проблем, маленькая целительница. Не беспокойся, ночью мы не замёрзнем, сейчас достаточно тепло в диких землях, а на рассвете тронемся дальше. Помнишь, я обещал тебе новый мир? – от страха Лин хотелось вырваться и бежать без оглядки. – Собираешься погибнуть здесь? Какой странный выбор. В конце концов, что такого страшного происходит? Это всего лишь моя благодарность за спасение.

Он, наконец, отпустил девушку и отступил в ночную тьму, туда, куда не доставал слабый свет костра.

«Благодарность? Стоило позволить безумцу умереть на пороге», – зло подумала Айлин, стараясь взять себя в руки, вернуть ясность рассудка. Она силилась вспомнить, но события дня ускользали, как предрассветный туман. Что именно произошло?

– Какая странная благодарность, Мален. Простого «спасибо» хватило бы, точно тебе говорю, – Лин не видела смысла соблюдать манеры здесь, в компании опасного незнакомца и тварей, что в изобилии водились в диких землях. Сколько справочников прочитала Айлин, изучая убийственную фауну этих мест? Больше половины обитателей представляли смертельную опасность. Противоядий от них так и не разработали. Почему? Из-за крайне сложного состава ядов или из-за нехватки опытных экземпляров и подопытных людей? Раньше Лин не волновали такие вопросы, она училась на целителя и не хотела углубляться в разработки. Плохо, что не разработали. – Вряд ли предстоящую гибель можно считать благодарностью.

– С женщинами всегда так сложно, не перестаю этому поражаться, – прозвучал из темноты завораживающий голос. – Я пригласил тебя в увлекательное путешествие, дал шанс узнать мир вокруг и испытать собственные возможности, а ты недовольна.

Мален понимал её раздражение и страх. Эти эмоции забавляли короля. Он даже порадовался, когда рассудок девушки прояснился.

– Полагаю, тебя ждёт ещё немало сюрпризов касательно женщин, Мален, – фыркнула Айлин, начиная перебирать вещи. Она искала походную аптечку и вздохнула с облегчением, когда обнаружила её на дне сумки. Разум не до конца отказал, раз всё, что она взяла с собой, было полезным, функциональным, а местами необходимым. И при этом сумка оказалась достаточно лёгкой, чтобы Лин смогла нести самостоятельно. Девушке стало интересно, это Мален позаботился или у неё подсознание такое здравомыслящее?

– Если ты голодна, то в мешке есть вяленое мясо и какая-то трава, на вкус – гадость, но вполне съедобная, – возле Лин шлёпнулся небольшой свёрток. Видимо в нём лежал их поздний ужин.

– Который сейчас час? – целительница не стала притворяться сытой, это было бы глупо, она давно не ела, а терять силы в подобных местах – безумие. Мясо оказалось жёстким и с трудом поддавалось зубам Лин, а травой Мален обозвал сушёную заготовку для целебных противовоспалительных припарок.

«И он это ел?» – Лин приложила огромное усилие, чтобы не рассмеяться. Не стоит злить кого-то столь могущественного и опасного, особенно когда ты понятия не имеешь, где точно находишься. Тем более что заготовка действительно была съедобна. Но есть её Айлин не стала, она же не умирает от отравления и не теряет сознание от голода, можно и мясом обойтись.

– Отличное мясо! Думаю, ты его не первый год в этой сумке носишь, – прожевать продукт нормально не получалось. Лин, как могла, смачивала отгрызенные куски слюной и глотала, искренне надеясь, что тот не застрянет у неё в пищеводе.

– Не понимаю, как вы можете жить под куполом? Там совершенно не видно звёзд ночью. Посмотри, как красиво! – его голос выдернул Лин из собственных мыслей и чуть не заставил подавиться. Но голову девушка вверх подняла и вгляделась в беспросветную тьму. Мален оказался прав: небесные огни сияли так ярко и маняще, что у неё дыхание перехватило на мгновение. За годы жизни под куполом Айлин совсем позабыла про звёзды, которые рассматривала в детстве.

– Ночью принято спать. Красотой можно наслаждаться весь день. Да и Радужными наши города называют не просто так – купола самый хмурый день превращают в праздник настроения, разве не замечал? – ей было легко противопоставить привычную красоту этой дикой, пугающей и манящей одновременно. Ведь та служила признаком безопасности и процветания их народа.

– Я даже боюсь предположить, что ты знаешь о создании нашего мира, если так бескомпромиссна ко мне, – Мален лгал. Он не испытывал страха, только любопытство. Раньше Розенкройц не интересовался, существуют ли другие трактовки истории Великого Переселения, Нового начала. Но прямо сейчас захотел услышать её версию цивилизации. Пока Мален ждал, Лин смотрела в пламя, не решаясь ответить. Вдруг он посмеётся и скажет, что эти знания лишь глупые предположения и не имеют ничего общего с правдой?

«Даже дети знают историю мира. Она краеугольный камень общества», – возразила себе целительница, пытаясь отыскать Малена взглядом. Мужчина держался за пределами освещённой площадки, словно специально дразнил и пугал возможностью потеряться, остаться в одиночестве.

– Мы не создавали мир, Мален, – начала она негромко, – его сотворили те, у кого для этого нашлись силы. Великие и неведомые творцы лепили единое пространство из разрозненных частей. А затем творцы придумали жизнь. Всё – от травинки до тебя самого, было создано их силой и Светом, что снисходил на каждого, наделяя душой и сознанием. Конечно, ты можешь поспорить, какое сознание у ромашки или улитки. Но свет коснулся каждого, и все мы стали тем, чем являемся ныне. Предки поклонялись Творцам и как первые создания могли просить их совета и помощи. Творцы дали знания, научили всему, чтобы мы не уподобились животным, а затем покинули, ведь миров бессчётное множество. А потом случилась катастрофа, у всего есть противоположность, это закон. Не может быть добра без зла, света без тьмы. И тьма вырвалась и начала отравлять наш мир, превращать его в уродливую пустошь. И тогда люди использовали полученные от Творцов знания и построили защитные купола над городами. Это было тысячи лет назад, Мален, угроза миновала, но купола остались, как память и защита для грядущих поколений. Тьма всегда возвращается, это неизбежно.

Она рассказывала негромко и чуть отрешённо, вспоминая всё, что читала в книгах, видела на картинах. То, что произошло прямо перед созданием куполов, было по-настоящему ужасно. Люди гибли сотнями. Болезни без названий, яд в воде и в воздухе. Безумие, что передавалось от одного человека к другому. Айлин не уставала благодарить Творцов, за знание о защитных экранах. Без этого изобретения её предки бы вымерли.

– Ваша история сильно отличается от того, что рассказывали мне. Но в одном ты не ошибаешься: защитные купола над городами были необходимы. Только их защиты оказалось мало. Мутации происходили со многими детьми. Одни ваши крылатые стражи чего стоят, – Айлин легко было представить, как кривятся губы Малена в едкой усмешке.

– Крылья не мутация, тебе об этом скажет любой целитель! Это дар Творцов, увеличивающий шансы на выживание в мире, переставшем быть добрым и приветливым, – он не имел права насмехаться над основами жизни граждан Федерации. Не имел права! – Ещё скажи, что не веришь в Творцов!

– Создание мира? Малышка, твоя наивность не может не вызывать улыбку у знающих людей. Пойми, этот мир освоили несколько столетий назад. Всего лишь два или три поколения. И не Творцы привели нас на планету, а предки, бежавшие из гибнущего мира. Искали новый дом и даже здесь всё испортили неспособностью сосуществовать друг с другом, – Мален говорил так надменно, что у Лин слёзы закипели на глазах. Она не ожидала от себя настолько острой реакции на чужой бред.

«Нельзя спорить с безумцами. Это опасно и бессмысленно! Надо же, какую глупость он придумал. Мы не какие-то беженцы, мы творения высших сил! Ведь будь сказанное Маленом правдой, этому легко найти доказательства. А раз они всё ещё не представлены общественности, то никаких доказательств нет!» – напомнила себе Айлин, безучастно глядя в огонь. У неё не было причин доверять Малену и сомневаться в истинах, открытых с детства мудрыми наставниками. И всё же Айлин чувствовала, как внутри шевелится червяк сомнения, грызёт её, не позволяя расслабиться и с лёгкостью отмахнуться от чужого бреда, неприятное ощущение.

– Значит, нам рассказывали разные версии. Федерация хранит знания, нет причин сомневаться в правдивости того, что слышишь с детства.

– Мне нравится твоя наивная вера, целительница. Но не разумнее попросить у меня доказательства? Или это слишком сложно для женского разума, и я жду слишком много от тебя? – он насмехался, издевался, но Лин сомневалась в своих возможностях противостоять похитителю. Сумасшедших нельзя провоцировать на агрессию.

– Как и все дети, я посещала школу, а там проходят историю, Мален. Возможно, тебе не стоило прогуливать уроки, тогда не было бы необходимости придумывать. Наставники рассказали всё как есть, – она, наконец, почувствовала себя уверенно.

– Я не прогуливал уроки, я был, скажем так, на домашнем обучении, – хмыкнул король. – Так что мой наставник старался на совесть.

«И немного на страх», – подумал Мален. Его преподаватели тоже хотели дожить до пенсии и сбежать из замка.

– Сожалею, некомпетентный учитель только вредит юным умам, – Айлин не готова была сдаться просто так.

– Сожалею, но твоим взглядам придётся сильно измениться под влиянием неоспоримых фактов, красавица, – парировал Мален. – А теперь ложись-ка спать, Отправляемся с рассветом, и привалов не будет до темноты.

Его приказ не вызвал никаких эмоций, ни раздражения, ни облегчения. Айлин послушно раскатала одеяло, до того скрученное в тугой валик, и легла. А Мален остался сидеть в темноте, всматриваясь в звёздное небо. Ему тоже требовался отдых, но спать в диких землях без дозорных – непозволительная роскошь. Значит, придётся продержаться до убежища. Время текло медленно, глаза закрывались сами собой, и мужчине приходилось прилагать усилия, чтобы не уснуть.

– Думаю, тебе стоит отдохнуть, а то утром мы никуда не пойдём, – Айлин поднялась со своего места и подошла к нему. Мален удивился, что не услышал её шагов. Тёплые руки обвили шею, заставив мышцы напрячься, но девушка просто прижалась щекой к плечу. Такое неожиданное объятие.

– Даже не попытаешься меня придушить? – он не то чтобы шутил, действительно пытался понять, что взбрело в голову целительнице посреди ночи.