Текст книги "Тени Янтарной комнаты"

Автор книги: Петр Селезнев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)

[1] Нет, не сюда.

Глава 30

Не поверив своим ушам, Валерий тут же подошел ближе, внимательно вглядываясь в экран смартфона. Увидев то, о чем говорила Светлана, он тут же повеселел, значительно приободрившись.

– Вот же он, следующий ключ! – радостно заявил он, практически крича, крепко обняв Вербову.

– Только вот что означает? – протянула та, пытаясь догадаться.

– Pillau[1], – прошептал Пауль, почесывая голову.

– Да, Балтийск, – согласился с ним Виноградов, заулыбавшись.

– Не поняла, почему два названия? – спросила Светлана, крепко задумавшись.

– Наш немецкий друг имеет в виду его старое название, либо саму крепость. В Балтийске огромное старое и мощное фортификационное сооружение в форме звезды, окруженной рвами. Видимо, понимая, что Кенигсберг будет потерян, Отто Ляш отдал приказ увезти все ценности в Пиллау, откуда их можно было бы вывезти на кораблях по морю. А потом после сдачи города Гитлер заочно приговорил его и семью к смертной казни, – предположил Валерий, став размышлять логически.

– Значит комната вполне можэт быть имэнно в форте, – заявил Пауль, запустив подводный дрон по обратному маршруту.

– Я уверен, что она там. Это самое надежное место в городе. Если транспортировать, то только туда, – сказал Виноградов, стоя на своей позиции.

– Значит Pillau, – подытожил немец, смотав до конца дрон, начав убирать его в сумку.

– Тогда нам нечего больше тут делать, давайте выбираться, – прошептала Светлана, дрогнув на холодном ветру, после чего двинувшись в сторону выхода.

Молодой человек сразу последовал за ней, быстро вскочил на валун, поднял пальцами из пазов люк, сдвинув его в сторону, подтянулся наверх, вытащив из щели голову, чтобы посмотреть, нет ли вокруг свидетелей. На удивление желающих пройти в бункер больше не было, так что, выждав несколько секунд и прислушавшись, Валерий сделал товарищам знак, после чего целиком вылез наверх. За ним тут же последовала и Вербова, которой он протянул руку, помогая оказаться без больших усилий на поверхности.

Пауль же молча протянул им сумку со своими инструментами и, достав из кармана ингалятор сделал себе несколько впрысков, а затем потянулся к кромке лаза. Виноградов также протянул ему руку помощи, однако немец демонстративно ее отверг, кряхтя и пыхтя выкарабкиваясь из подвала. Как только он весь грязный и мокрый вылез оттуда, Валерий ловким движением закрыл люк, пригласив их скорее уйти из этого бункера как можно дальше.

– Думаю, мы можем прямо сейчас собирать в гостинице вещи и отправляться. Балтийск не так далеко. Всего два часа езды. К вечеру будем уже там, – внес предложение молодой человек, сгорая от нетерпения, как овчарка, которая напала на след и готова идти по нему до конца, пока не поймает добычу.

– Вряд ли это хорошая идея. Вэчэром мы ничего там не найдем. Прэдлагаю выехать ранним утром и нэмного передохнуть, – возразил ему Пауль.

– Что думаешь? – спросил Валерий совета у девушки. Ей предстояло выбрать из двух совершенно полярных точек зрения.

– Нам нужен компромисс, поедем в Балтийск сегодня вечером и переночуем там с этими мыслями. А в крепость отправимся на свежую голову с утра, – ответила Светлана, стараясь угодить сразу им обоим.

– Gut[2]! – согласился с ней немец. – Да будэт так.

Улыбнувшись друг другу и взявшись за руки, пара, довольная собой, уверенно двинулась вверх по лестнице, понимая, что на сегодня они выполнили программу максимум. Все пока шло своим чередом. Сильвестр не появился и был, по их мнению, где-то очень далеко в Москве. Они и не догадывались, что прямо сейчас он всего в двух километрах от них разговаривал с Арсением Степановым в Доме Связи, напав на след. А про существование Рудольфа они вообще позабыли.

Однако Пауль не спешил подниматься за ними. Он достал из кармана телефон, набирая кому-то СМС, удовлетворенно улыбаясь. Закончив печатать и нажав на кнопку «отправить», которая издала характерный булькающий звук, означающий, что сообщение ушло адресату, немец взял с пола свою сумку с дроном, двинувшись следом по ступенькам, догоняя охотников за сокровищем.

[1] Пиллау.

[2] Хорошо.

Глава 31

Остров Канта

Решив немного прогуляться по городу, который они за сегодняшний день видели лишь из подземелий, Светлана и Валерий отправились по мосту через реку Преголя на остров Канта. Пауль ретировался в отель, посетовав на усталость и захотев немного передохнуть перед вечерней дорогой. Пара же не могла пропустить возможность поближе познакомиться со знаменитым Кафедральным собором.

Это удивительное здание, построенное в стиле кирпичной Балтийской готики, прельщало их взгляд еще с момента прогулки по набережной, пронзая небеса своим остроконечным высоченным шпилем, окруженным со всех сторон зеленью густых деревьев на острове. Венчали башню красивые резные золотые часы, посмотрев на которые, молодой человек и девушка поняли, что время перевалило уже за пять часов вечера, а на Калининград постепенно стал опускаться своим томным и неумолимым присутствием вечер, неизбежно погружая все вокруг во мрак.

К сожалению, во время бомбардировок 1944 года церковь почти полностью выгорела, как и многие другие дома в городе, но само здание устояло. Спасти богатое убранство костела не удалось: орган и фрески семнадцатого века были уничтожены, сохранились лишь несколько каменных эпитафий, самая крупная из которых – одиннадцатиметровый надгробный памятник герцога Альбрехта Гогенцоллерна в стиле фламандского ренессанса. Всю вторую половину двадцатого века собор простоял в разрушенном и печальном виде, а восстановить его удалось только в начале двухтысячных.

Спустившись по лестнице с моста, Виноградов и Вербова двинулись по аккуратно высаженной аллее в сторону храма. Вокруг стоял детский смех и гам. Ребята катались на велосипедах и электросамокатах, что-то крича друг другу. Пожилые сидели рядом на скамейках, наслаждаясь свежим воздухом и уходящими за небосклон солнечными лучами. Вся эта дружелюбная и успокаивающая атмосфера грела душу, позволяя немного забыть о проблемах и предаться общему настроению.

– Я так понимаю, что мы сейчас ищем именно те панели Янтарной комнаты, которые были похищены во время налета бандитов, но где тогда остальное? – заявила Светлана, которую уже давно мучил этот вопрос.

– Хорошее замечание, – согласился с ней Валерий. – На этот счет у историков есть несколько предположений. Начнем с того, что из Царского села она переехала в Калининград не на постоянное место жительства. Советское правительство не указало ту в списке ценностей дворцового ансамбля, поэтому демонтировать не решились. А вот немцы это сделали и собирались разместить ее в будущем грандиозном музее Фюрера в австрийском Линце. Однако его не успели построить, поэтому директор Кох и доктор Роде попросили Гитлера выставить ее в Королевском замке, где ее последний раз и видели, разделив на две части.

– И бандиты украли как раз вторую часть из лишних деталей? – предположила Вербова, решив, что это логичное умозаключение.

– Скорее всего нет, – тут же возразил ей Виноградов, – эти «лишние» детали некуда было деть, и они хранились в запасниках замка или в подвалах Имперского банка напротив. В августе сорок четвертого года, перед началом сильных бомбардировок города, доктор Роде комнату демонтировал и спрятал в подвалах замка. И даже поседел, когда сидел с ней во время пожара. С конца шестидесятых годов поисками Янтарной комнаты занялся самый известный немецкий кладоискатель Георг Штайн, которому подполковник «Штази» Пауль Энке сообщил о соляной шахте Граслебен-1 в Саксонии, куда в начале 1945 года прибыло шестьдесят транспортов с ценностями. Изначально их собирались разместить в районе Нюрберга, но из-за быстрого продвижения американских войск колонна с архивами и культурными ценностями свернула, и их привезли в шахту, где разместили в забое на глубине больше четырехсот метров. Через несколько дней этот район заняли американцы, и есть версия, что все эти огромные ценности весной 1945 года захватили и вывезли в США. Об этом Штайн хотел сообщить на конференции в Мюнхене, однако накануне ему позвонили двое неизвестных с важной информацией. Он решил встретиться с ними и погиб, а следом и подполковник Энке.

– Так, хорошо, допустим, а где тогда вторая часть? – спросила девушка, слегка начиная путаться в этих исторических хитросплетениях.

– Она была также условно разделена на два куска, один из которых мы ищем, как украденный бандитами, а второй хранился в Королевском замке, – ответил ей Валерий, немного задумавшись. В его голове это точно также было тяжело уместить. – Альфред Роде и профессор Брюсов считали, что она сгорела в огне пожаров во время осады замка. Однако Анатолий Кучумов утверждает, что ящики с панелями успели вывезти, сгорели лишь три мозаики. Директор ресторана «Кровавый суд» Пауль Фейерабенд во время допроса сказал, что, когда он сдал замок, в него вошел «русский полковник», и остатки комнаты передали ему.

– Но это же абсурд, тогда ее давно бы нашли! – возмутилась Светлана.

– Вполне вероятно, однако сомнения в этом вопросе вызывают дальнейшие действия Кучумова, который дал пожизненную подписку МГБ СССР о неразглашении. У Советского союза были долги перед США за военные поставки на несколько миллиардов долларов. Платить было нечем. Возможно, что ее передали американцам в счет уплаты долга по ошибке, посчитав за какую-то немецкую ценность. А когда опомнились, было уже поздно. Мне не хочется в это верить, но есть такая вероятность.

– Мда. Запутанно все, – расстроенно протянула Вербова, проникнувшись рассказом.

– Согласен, единственный наш активный след – украденное бандитами. Это последний шанс найти ее, – подытожил Валерий, скрестив руки у себя на груди.

За время беседы они успели добраться до собора, остановившись у его подножия. Вблизи он казался еще более величественным и монументальным, чем издалека. Это и неудивительно, ведь в высоту был больше пятидесяти метров.

В этот момент глаза Светланы округлились, после чего молодой человек почувствовал, как кто-то схватил его за руку. Плечо прожгла сильная боль, заставившая его сморщиться, но все же обернуться, чтобы понять, что случилось. Перед собой он увидел злого Рудольфа с перемотанной кистью, а сзади к Вербовой подошел Ганс, уперевшись в ее спину пистолетом.

– Вот и снова свидэлись, Валэрий, – прошипел немец, сверля молодого человека своим мстительным взглядом.

Глава 32

Валерий замер, испуганно глядя на своего противника. Он совершенно не понимал, что ему делать в такой ситуации. Но самое главное – такой манёвр со стороны немца оказался настолько неожиданным, что поставил в ступор молодого человека и девушку. У нее же положение было еще менее завидным. Она позвоночником чувствовала, как в спину упирается холодный металлический ствол пистолета.

– Боюсь в прошлый раз мы не закончили наш разговор, – заявил Рудольф, слегка встряхнув прострелянную и замотанную в бинты кисть, как будто испытывая фантомные боли от одних лишь воспоминаний тех событий. – Ганс вообщэ потэрял из-за Вас брата.

– Это ты убил его, – грозно прошипел в ответ Валерий, параллельно отчаянно пытаясь придумать план дальнейших действий.

– Давайтэ не будэм передергивать, – одернул его немец. – Сути дэла это не меняет. Нам нужна Янтарная комната и всэ немецкие сокровища, зарытые вместе с ней. Где она?

– Думаешь мы тебе скажем? – огрызнулась Светлана, попытавшись вырваться, но помощник крепко схватил ее стальной хваткой за талию, не отпуская.

– Бойкая junge Frau[1]. Валэрий, надеюсь ты благоразумнее. Сдэлка такова: кабинет или ее смэрть.

Виноградов стал тяжело дышать, он впился в немца яростным взглядом, прекрасно понимая, что это именно он является причиной всех бед, которые свалились на их голову. Молодой человек готов был вырваться в любую секунду, тем более Рудольф после ранения находился в нелучшей физической форме. Однако это означало смертельный приговор для Светланы.

– Здесь слишком много народу, ты не выстрелишь, – процедил он сквозь зубы.

– Ты так думаэшь? О, Mein Gott[2], тогда очень глуп, пистолэт с глушителем. Здесь очень громко. Пуля будэт бэсшумной.

– Тогда я тем более не буду помогать, – возразил Валерий, отрицательно качая головой.

Немец сделал удивлённое лицо, слегка приподняв брови, после чего отпустил его руку и задумчиво почесал затылок.

– Deine Wahrheit[3]. Но если я возьму junge Frau в заложники, ты сдэлаешь все, что я скажу.

Не успел Виноградов опомниться, как мужчина отдал знак и Ганс толкнул Светлану вперед, вынуждая ее идти дальше. По лицу видно было, что ей очень больно, но она старается сдерживаться.

– Если хоть волос упадет с ее головы, – прошипел Валерий, приближаясь к немцу.

– Спокойно. Nehmen Sie es einfach[4]. Полегче, – согласился с ним Рудольф, сделав знак подчиненному, после чего тот слегка ослабил хватку.

На лице у Вербовой тут же стало видно облегчение. Главный же взял молодого человека под руку, потащив за собой.

– Пойдем в машину. Там все расскажешь, – заявил он, немного ускоряясь.

Ганс также толкнул девушку вперёд в сторону набережной. Виноградову ничего не оставалось делать, кроме как повиноваться. Других вариантов не было.

Параллельно в голове у него роились тысячи мыслей, как выйти из сложившейся ситуации. Они искрились, словно молнии, а молодой человек за доли секунды представлял дальнейшее развитие событий. Те стояли у него прямо перед глазами, словно наяву, как будто он пророчески предсказывал, что будет дальше, смотря в будущее. Однако ни один из вариантов не подразумевал положительного исхода. Так или иначе начиналась стрельба, приводящая к смерти его или Светланы, либо их обоих.

Немцы быстро обогнули здание Кафедрального собора, направляясь по улице Канта в сторону моста через реку. Их машина была припаркована прямо на другой стороне на Октябрьской улице возле новой Синагоги, так что времени на решение проблемы было совсем немного. Этому храму досталась далеко нелегкая судьба: построенный еврейской общиной в 1894—1896 годах на улице Линденштрассе он был сожжен и разрушен в 1938 году во время немецких погромов, после чего в 2011 году вновь восстановлен. Она представляла из себя крупное многоцветное кирпичное здание с большим куполом посередине и двумя вертикальными остроконечными башенками и белым выделенным порталом посередине, обрамляющем синюю звезду Давида. Издалека казалось, словно оно игрушечное, как будто архитектурный код был взят из пряничного домика, тем самым придавая ему уникальности и своеобразного шарма.

В то же время вся компания уже оказалась на узеньком пешеходном Медовом мосту. От цели их отделяло не больше ста метров. По левую руку столпились туристы, умиляясь крохотной бронзовой скульптурой – Дедушкой Хомлиным, сидящим на чугунных перилах, которые все были обмотаны десятками свадебных замков. Решив обойти эту толпу, Ганс сместился правее, проходя вдоль самого бортика. Валерий лишь бросил на него короткий взгляд, как вдруг его осенило. Этот план был самым лучшим из тех, что приходили ему в голову, но нужно было действовать быстро, а главное – точно попасть. До конца переправы оставалось около десяти метров. С каждым мгновением окно возможностей уходило, нужно было запрыгивать в последний вагон, причем прямо сейчас.

Молодой человек тут же оттолкнул Рудольфа в сторону, заставив его грохнуться на пол, после чего с разгона влетел в его помощника, только что успевшего к нему развернуться. Ганс инстинктивно выстрелил, но пуля чудом проскочила мимо всех окружающих, после чего перевалился через перила и грохнулся в воду, уйдя с головой на глубину.

– Ганс! – крикнул во всю глотку немец, кинувшись к краю, наблюдая за тем, как тот выныривает на поверхность.

Остальные туристы испуганно обернулись, наблюдая за этой странной картиной и восклицая о том, что человек упал вниз. Поняв, что это их шанс, пара тут же кинулась прочь от немцев, стрелой преодолев остаток моста и выбежав на набережную ветеранов, повернув направо. Рудольф молча, дергаясь на месте, понаблюдал за тем, как его товарищ гребет в сторону берега, после чего, решив не терять ни секунды, кинулся в погоню.

Валерий и Светлана уже неслись мимо кучи кафе рыбной деревни дальше. Фастфуд, булочная, суши, отель, ресторан – все проносилось в калейдоскопе мимо. Будь они на отдыхе, то обязательно остановились бы в этой Рыбной деревне, которая являлась удачным примером современной застройки в архитектурном стиле, имитирующем довоенный восточно-прусский город Кёнигсберга с несколькими зданиями кремового оттенка с треугольными крышами и белым пузатым маяком посередине, на вершине которого располагалась веранда и обеденный зал, однако прямо сейчас было не до этого. Рудольф быстро догонял их.

Пролетев мимо всех этих прекрасных строений, пара забралась на Юбилейный мост с причудливыми старенькими фонариками в начале и в конце переправы, оглядываясь назад. Немец был уже рядом. Вдруг он резко остановился, схватившись за свою ногу, начав корчиться от боли. Старая травма дала о себе знать. Валерий прекрасно понимал, что больше двух таких подарков за пару минут судьба им уже не даст. Он посмотрел вниз, где прямо на них, быстро набирая скорость, шел катер.

– Ты мне веришь? – спросил молодой человек у девушки.

– Да, – прошептала та, почуяв неладное.

– Надо прыгать, – заявил он, кивком указав на приближающийся речной транспорт.

– Ты уверен, а если мы промахнемся, нас же лопасти покромсают! – воскликнула она.

Виноградов вновь обернулся на Рудольфа, который казалось, поборол свою боль и готов к финальному рывку, после чего кинул взгляд на катер. До него было не больше 20 метров.

– Да, прыгаем на счет на три, – утвердительно сказал молодой человек, схватив девушку крепко за талию, после чего они перелезли через ограждение.

Немец уже был совсем рядом. Пара мгновений его отделяло от цели. Катер был уже под мостом. Закрыв глаза, пара сделала заветный шаг в неизвестность, за секунду преодолев несколько метров свободного падения, приземлившись на палубу. Рудольф же только схватил оставшийся после их прыжка ветер.

– Scheiße[5]! – заорал он во всю глотку, наблюдая, как транспорт уплывает в противоположном направлении.

[1] Девушка.

[2] Господи.

[3] Твоя правда.

[4] Просто возьми ее.

[5] Проклятье!

Глава 33

Закончив со своими делами, Пауль наконец-то смог улечься на кровати, чтобы немного отдохнуть перед отправлением в дорогу в Балтийск. Вытянув ноги, даже не снимая ботинок, немец разлегся сразу на два спальных места, закрыв от удовлетворения глаза.

Почувствовав приятную мягкость и легкость, мужчина стал нежиться на перине, слегка переминаясь с одного бока на другой и довольно улыбаясь. Душевная теплота растеклась по всему телу. Посмотрев на настенные часы, он понял, что Светланы и Валерия еще не будет около часа, так что времени на расслабление было навалом. Быстро глянув в окно на начавшее опускаться к горизонту оранжевое солнце, рассекающее своими лучами округу, Шольц перевернулся, приобняв подушку и прикрыв глаза.

Однако всю эту идиллию тут же разрушил неожиданный и чудовищный стук в дверь, подобный громогласному удару колокола. Пауль в гневе поднял веки, выругавшись про себя. За одним стуком тут же раздался другой, уже более громкий и настойчивый. Схватившись за голову, которая гудела, мужчина поднялся с кровати, двинувшись в сторону выхода из гостиничного номера. Тут нервы у посетителя не выдержали, и он начал сильно барабанить кулаком, словно хотел как можно скорее вломиться внутрь.

– Wen hat es dorthin gebracht?[1] – прошипел немец, стиснув зубы.

Шольц провернул ключ, после чего приоткрыл дверь, увидев в щелку лицо Валерия. Молодой человек тут же схватился за створку, потянув ее на себя, после чего, оттолкнув немца в сторону, Виноградов и Вербова, промокшие потом, ввалились внутрь.

– Что случилось? – едва успел пролепетать Пауль, когда те оказались в центре комнаты.

– Нацисты, – недовольно ответил ему охотник за сокровищами. – они нашли нас около Кафедрального собора. Едва ноги от них унесли.

– Как смогли обнаружить Вас? Рудольф и Ганс не могли знать, что мы в Калининграде! – возмутился немец, сев на кровать.

– Не знаю, это сейчас не так важно, нам нужно уходить отсюда, как можно скорее, едем в Балтийск прямо сейчас! – подытожил Валерий, готовясь в эту же секунду выдвигаться в следующий город.

– Погоди, а откуда ты знаешь, что их было двое? Мы не говорили тебе об этом! – заявила девушка, заподозрив неладное.

– Я, я по своим связям знал, что Albert погиб у Вас дома, – немного замявшись, ответил ей Пауль.

– Света, сейчас не время для обвинений, нам нужно решать, что делать дальше, причем как можно скорее! – одернул ее Виноградов.

– Как мы поняли, – встрял Шольц, – они могут нас найти гдэ угодно. Значит нужно дэйствовать быстрее.

– Ты уверен по поводу Пиллау? – спросила молодого человека Вербова. – Сейчас каждая ошибка будет стоить нам очень дорого.

Последняя фраза заставила Валерия задуматься. Будучи до этого абсолютно непоколебимым в своей позиции, его мнение пошатнулось, словно кто-то поставил ему знатную подножку, заставившую споткнуться на ровном месте. Однако, поразмыслив пару секунд, он все же остался при своем мнении.

– Да, это точно герб Балтийска. А кроме него не было других портов, куда можно привезти комнату для эвакуации с расчетом дальнейшей погрузки на корабль до Германии. Думаю, сокровище там, или, хотя бы, следующий ключ, – подытожил свои умозаключения.

– Хорошо, я тебе верю. – ответила ему Вербова, после чего повернулась к Паулю. – Вы готовы сейчас ехать?

– Ja, lass uns gehen[2], – согласился он, двинувшись в угол гостиничного номера за своим чемоданом.

– И еще кое-что, – добавила девушка, – мне нужны точные данные о Рудольфе и Гансе. У меня остались друзья в службе охраны, которые мне должны. Наверняка они смогут на них что-то нарыть.

– И ты думаешь, что они нас не сдадут? – удивился подобному решению Валерий.

– Все может быть, но нам нужно знать больше о противнике, а иных источников информации у меня просто нет! – возразила ему Светлана.

– Ладно, будь, что будет, у нас и так остается мало вариантов, – тяжело вздохнув, ответил ей Виноградов.

Вербовой оставалось лишь взять в руки телефон и, открыв список контактов, ждать от Пауля фамилий немцев.