Текст книги "Тени Янтарной комнаты"

Автор книги: Петр Селезнев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

[1] Всем приготовиться, объект в зоне видимости.

[2] Цель на мушке, готов открыть огонь.

[3] Отставить! Действуем по плану.

[4] Русский подозрительно себя ведет. Не стуканул ли он генералу?

[5] Вряд ли, тогда бы его задержали за убийство Альберта. Тут никого нет, но все равно будь на чеку.

[6] Проклятье.

Глава 61

Охотники за сокровищем оказались во всепоглощающей тьме. Лишь свет карманных фонариков освещал им путь. В лицо откуда-то спереди подул сильный, но в то же время теплый ветерок. Они шли дальше, не зная, чего ждать впереди, но в глубине души чувствуя, что Янтарная комната где-то рядом, нужно лишь протянуть руку, чтобы до нее дотянуться.

Валерий шел первым, внимательно осматриваясь по сторонам, боясь нарваться на какую-нибудь старую ловушку, с которыми он уже нашел общий язык за время поисков Либереи. Однако стены из голого камня лишь отбрасывали на такой же пол тени, а никаких сюрпризов с первого взгляда не было. Виноградов стал постоянно слышать в ухе шуршащий и трескающийся звук наушника, начинающий сбоить из-за радиопомех. С каждым шагом сигнал становился все хуже, что вызывало сомнения в том, что на поверхности его смогут услышать.

Немцы, тянущие Светлану за собой, шли следом, стараясь не отставать, но в то же время из предосторожности не торопиться, всматриваясь в каждый камешек.

Пройдя около ста метров, Валерий неожиданно увидел перед собой пропасть, после чего резко остановился. Причем как раз вовремя: носок его ботинка уже успел переступить через край, скинув вниз десяток крохотных камешков, громко ударившихся через пару секунд об дно впадины, эхом отразившись по всей пещере.

– Тут обрыв, – заявил Виноградов, обернувшись к немцам.

Пауль подошел ближе и молча посмотрел вниз, подсветив пропасть фонариком. Там он заметил погнутую и валяющуюся внизу металлическую грузовую камеру с толстенными тросами, которые должны были когда-то выдерживать не одну сотню килограмм, однако сейчас находились в удручающем состоянии. Все они сильно истончились и были готовы оборваться в любую секунду, соединяясь на огромной клетке с мотором сбоку, рядом с которым расположились кнопки управления и рубильник.

Подойдя к нему, Рудольф дернул за рычаг, после чего двигатель начал с невероятным скрежетом раскручивать валы, а затем, издав душераздирающий писк, снова заглох.

– Öl[1], – заявил Шольц, кивнув ему в сторону бочонка.

Немец тут же понял намек, смочил технической жидкость агрегат, а затем вновь дернул рубильник. Мотор тут же заорал громче, запустившись и начав «чихать» осевшей на него пылью. На панели управления кнопки загорелись подсветкой и, нажав одну из них, лифт, пришел в движение, начав, сильно раскачиваясь, подниматься наверх. Скрежет стоял такой, что возникало ощущение, что трос прямо сейчас порвется, однако кабина постепенно набирала высоту, пока не остановилась, слегка дергаясь из стороны в сторону, на краю обрыва.

Подойдя к ней вплотную, Валерий аккуратно раздвинул механические двери, осмотрев внутреннее устройство агрегата. Он представлял из себя старую металлическую клетку без единой кнопки, выступая слегка улучшенной версией древних и средневековых ручных механизмов, предполагающих наличие человека, который будет всем управлять на одном из концов переправы. Лифт в результате падения сильно повредился, а местами и приобрел сквозные отверстия из-за коррозии, но продолжал худо-бедно функционировать.

– Проходите, – заявил Виноградов, обернувшись к противникам.

– О, нэт, уговор был другой, – возразил ему Пауль, качая головой и кинув ему устройство для связи. – Спустишься вниз и дашь нам знать, эсли что найдешь. Дэржи рацию.

Посмотрев еще раз на лифт и ненадежность конструкции, молодой человек хотел было уже отказаться, но потом он глянул на несчастные и абсолютно стеклянные от напряжения глаза Светланы и сразу все понял.

– Живэй давай! – поторопил его Рудольф, подталкивая в сторону кабины.

Валерию оставалось лишь тяжело выдохнуть, после чего сделать шаг внутрь, аккуратно ступая на проминающийся под его весом металл. Лифт тут же качнулся в другую сторону, заставив охотника за сокровищем испуганно вцепиться в перилла и запрыгнуть в самый центр. Постепенно он стабилизировался, позволяя дышать намного легче и свободнее.

– Senken Sie es ab[2], – обратился Пауль к Дикману, который тут же нажал на одну из кнопок, и лифт с сильным скрежетом стал постепенно опускаться вниз.

Кабина раскачивалась все больше и больше. Хруст тросов стоял такой, что было страшно, что прямо сейчас они оборвутся, позволив упасть в этой консервной банке на глубину. Однако других вариантов не было. Предвкушая самый плохой сценарий, Виноградов оперся со всей силы в стенки, пытаясь зафиксироваться в пространстве.

Еще пара мгновений, и лифт достиг дна, грохнувшись об камни, качнув пассажира. Валерий тут же радостно улыбнулся, а затем раскрыл двери кабинки и вылез наружу, посмотрев наверх на ожидающих его вердикта немцев.

– Все нормально! – крикнул он, показывая большой палец.

– Продолжай продвижэниэ. Вызовешь по рации, как найдошь, – раздался механический голос Пауля из устройства на ремне с большим количеством помех.

Поняв, что нужно двигаться дальше, Виноградов развернулся и с замиранием сердца отправился в темноту, не зная, что его может ждать на пути. Однако одно он знал абсолютно точно: это вовсе не будет легкой прогулкой.

[1] Масло.

[2] Опускай!

Глава 62

Внизу стало значительно холоднее. В воздухе запахло сыростью и влажностью. Валерий продолжал идти по пещере, подсвечивая свой путь фонариком, пока не уперся в тупик. Однако он отнюдь не был таким, как в начале пути: вместо каменных стен впереди его встретило бетонное и немного растрескавшееся перекрытие, как будто оно было построено значительно позже, чем изначально появившееся здесь хранилище.

Ровно посередине издалека виднелась толстенная большая металлическая дверь, закрывающая проход внутрь. Казалось, что Виноградов очутился на пороге гигантского сейфа с титановой створкой. Рядом с ней на стене висела стальная эмблема орла, удерживающего в когтях знаменитый символ нацистской Германии.

Подойдя вплотную, молодой человек заприметил уже ставшую ему привычной в поисках этого сокровища вращающуюся круговую ручку. С большим трудом повернув ее вбок, он услышал характерный щелчок, после чего дверь выпустила изнутри накопившиеся из-за отсутствия кислорода газы, выдавившись наружу, слегка приоткрывшись. Взявшись за поручень, Валерий потянул створку на себя, и та с невозможным и душераздирающим скрипом поддалась, позволяя пройти внутрь.

– Ну, не подведи, ты не можешь быть где-то еще, – прошептал Виноградов, с замиранием сердца перешагнув через порог.

Он оказался в абсолютной темноте. Даже свет фонарика едва освещал то, что находилось перед его носом. Возникало ощущение, что молодой человек вновь опустился в пучину Балтийского моря, только она оказалась сродни Марианской впадине, где никогда не показывается солнце. Продолжая делать осторожные шаги вперед, охотник за сокровищем оглядывался, надеясь хоть что-то увидеть.

Скрежет и вибрация от помех в наушнике были невыносимыми. Поняв, что уже давно потерял связь с поверхностью, Валерий вынул его из уха и убрал в карман джинс, решив сохранить на всякий случай. Он дальше брел в темноте, пытаясь хоть что-то разглядеть.

Неожиданно тот споткнулся о препятствие, схватившись за больную ногу. Резко развернувшись, Виноградов понял, что на полу лежит слегка приоткрытый ящик. Наклонившись к нему поближе и откинув крышку, молодой человек увидел внутри аккуратно упакованные в мягкую красную ткань глиняные римские чаши. На вид им была не одна тысяча лет. Они словно смотрели на него из прошлого своим растрескавшимся от старости профилем, готовые рассказать свою историю, которая мало его сейчас интересовала.

Подняв глаза чуть выше, охотник за сокровищами увидел еще с десяток закрытых коробок. В желтых лучах фонарика вдалеке сверкнул металлический отблеск, и, присмотревшись, Валерий понял, что это ничто иное, как еще один генератор, к которому тянулись смотки проводов.

Виноградов аккуратно, стараясь ничего не задевать, отправился в ту сторону. Оказавшись в шаге от двигателя, он заглянул внутрь: весь бензин отложился наслоениями на стенках. Из стоящей неподалеку канистры топлива молодой человек добавил немного масла и дернул за расположенный рядом тумблер. Мотор тут же начал, сильно кашляя, раскручиваться, пока не запустился. Свет над головой заискрился, начав бесконечно моргать и трещать, пока отсыревшие галогенные лампы не заработали вновь, оставив поверженным окутывавший помещение до этого мрак.

Оглянувшись по сторонам, Валерий расплылся в улыбке, осознавая, что увидел только часть комнаты, которая представляла из себя гигантский ангар, до отказа заполненный сотнями ящиков, уложенных друг на друга, и старинными немецкими автомобилями.

– Прием! Слышите меня! Спускайтесь! Здесь целая сокровищница! – довольно заявил он, сняв рацию с пояса, надеясь, что донес мысль через чудовищные помехи.

Глава 63

Пауль с большим трудом разобрал то, что сказал Валерий и удовлетворенно улыбнулся, кивнув соратникам.

– Lass uns runtergehen. Und du, Hans, bleibst der Aufzugsführer. Wenn ich von dort nicht zurückkomme, wirst du es selbst herausfinden[1], – заявил он.

Немец тут же кивнул, став поднимать опущенный механизм наверх. Нацисты стояли, в предвкушении потирая руки.

– Ты сядешь, Пауль, я тебе это обещаю, – прошипела Светлана, которую он до сих пор удерживал за горло.

– Посмотрим, – улыбнулся тот, толкнув ее первой вперед, как только кабина подъехала.

Девушка лишь недовольно гаркнула, но повиновалась, ведь все еще чувствовала холодный ствол у себя за спиной.

Погрузившись втроем в кабину, они сделали знак Заммеру, и тот нажал на кнопку, став опускать лифт вниз. Элеватор поехал, вновь став издавать невероятные скрипы, немного пугая пассажиров, но все же уверенно выполнял свои функции. Пара секунд, и он грохнулся на камни, открыв дорогу к старому хранилищу.

Шольц тут же пнул Вербову в ту сторону, надеясь как можно скорее увидеть сокровище. Немец сгорал от нетерпения, он гнал своих товарищей вперед, практически не разбирая дороги. Невероятное рвение и жажда наживы сжирала его изнутри, сводя с ума. Здравый смысл окончательно утратил значение, есть только цель, к которой не осталось ни единого препятствия на пути.

Троица быстро добралась до открытой Валерием двери, увидев впереди льющийся свет. Открыв посильнее створку, все они забрались в сокровищницу.

За это время Валерий уже успел завести около пяти генераторов, которые прямо сейчас невозможно шумели, эхом отражаясь в своем монотонном вращающемся звуке от стен помещения. При этом оно оказалось освещено значительно лучше и теперь можно было рассмотреть все это великолепие.

Гигантский ангар оказался до отказа заполнен сотней ящиков. Все они стояли стройными рядами, сложенные друг на друга, образовывая десятки петляющих коридоров. По бокам расположились старые немецкие чёрные автомобили начала двадцатого века в прекрасном состоянии, как будто только что выехали с завода. Они были только слегка припорошены сверху пылью, которая придавала им особый шарм.

– Das ist einfach toll[2], – прошептал Пауль, оглядываясь горящими глазами по кругу.

В это время Валерий, подняв с пола валяющийся ломик, выдергивал из ящиков старые гвозди, открывая крышки, и изучал содержимое. В одном из них он заметил старую рыцарскую броню шестнадцатого века. В другом удивительно хорошо сохранившиеся итальянские картины мастеров эпохи Возрождения. В третьем несколько греческих скульптур. Вдалеке стояли египетские каменные сфинксы, подпирающие стены. Все это были прекрасные предметы искусства разных эпох, украденные у других народов и бережно собранные в одном месте в единое великое сокровище. По своей значимости и исторической ценности оно намного превосходило Либерею, ведь некоторые элементы были значительно древнее.

Услышав звук шагов, Виноградов тут же повернулся к источнику, поняв, что в помещении появились немцы и Светлана. Он сразу отложил лом в сторону, практически бегом кинувшись им навстречу.

– Я привёл тебя к сокровищу, вот оно, отпусти ее, – настойчиво потребовал молодой человек, впившись в Шольца яростным взглядом.

Тот слегка колебался, однако, подумав немного, отпустил руку и толкнул Вербову вперед, заставив ее рухнуть на грудь Валерию.

– Твоя правда, – согласился с ним Пауль, а затем они с Рудольфом прошли мимо них, осматривая сокровищницу.

– Ты в порядке? – спросил Виноградов, нежно обнимая девушку.

– Да, – едва дыша, ответила та. – Когда ты вышел из гостиницы, я увидела, как за тобой погнались Ганс и Рудольф и решила за ними проследить. Только они привели меня к нему. Я поняла все слишком поздно.

– Ладно, главное – мы живы и здоровы, – заявил молодой человек, после чего наклонился к ее уху, прошептав: «Сильвестр наверху вместе с „Интерполом“. Они задержат их».

– Правда? Откуда они взялись? – переспросила Светлана, не веря в такой поворот событий.

– Да, они поймали меня, когда я шел из гостиницы, – решил упустить подробности про покупку кольца Валерий, – а потом позвонил Пауль и Михайлов понял, что мы невиновны. Они ждут моего сигнала.

Сказав об этом, Виноградов вновь достал из кармана наушник, вставив его в ухо.

– Сильвестр, начинайте, – заявил он, однако слышал лишь шипение. – Сильвестр! Черт.

Никакого ответа не последовало. В этот момент Шольц и Рудольф ходили вдоль рядов, осматривая помещение. Они пожирали окружение довольными глазами, ведь все, что они так долго искали, было прямо перед ними. Открыв один из ящиков, Дикман достал оттуда арабскую саблю, гордо ей помахав.

– Paul! Ist das nicht wunderbar! Das Bernsteinzimmer ist nur ein kleiner Teil unserer neuen Schätze. Wir verfügen jetzt über praktisch endlose Ressourcen und Artefakte, um Anhänger anzulocken und es zu finanzieren! Wir werden Deutschland an die Spitze des Olymp zurückbringen und herrschen![3] – гордо заявил он, светясь от счастья.

Правда его товарищ в это время был не так доволен. Тот задумчиво оглядывался, словно не мог найти себе места и решиться на последний акт этой оперы.

– Stimmt etwas nicht?[4] – непонимающе спросил Рудольф.

– Nein, alles ist gut, aber es wird ohne dich sein[5], – ответил ему Шольц, тут же направив на него пистолет, выстрелив в голову.

Дикман ничего не успел сказать, как глаза его закрылись, а тело обмякло, грохнувшись на ближайшие ящики.

Услышав звуки пальбы, Валерий и Светлана тут же развернулись, нервозно переглянувшись. Они оба поняли, что только что произошло.

– Und jetzt ist es an der Zeit, dieses Paar zu töten[6], – прошипел Шольц, направившись в сторону выхода.

[1] Спускаемся. А ты, Ганс, остаешься за лифтера. Если я не вернусь оттуда, сам разберешься.

[2] Это просто великолепно,

[3] Пауль! Разве это не прекрасно! Янтарная комната – лишь малая часть наших новых сокровищ. Теперь у нас практически бесконечные ресурсы и артефакты, чтобы заманить последователей и профинансировать это! Мы вернем Германию на вершину Олимпа и будем править!

[4] Что-то не так?

[5] Нет, все нормально, только это будет без тебя.

[6] А теперь пора убить эту парочку.

Глава 64

Сильвестр вместе с коллегами из «Интерпола» лежал в камуфляже на земле, внимательно прислушиваясь к звуку в наушниках. Сначала он был свидетелем разговоров Валерия и Пауля, однако потом с каждой секундой по мере погружения Виноградова глубже в пещеры связь становилась все хуже.

Сейчас можно довольствоваться лишь звуками шипения и помех и изредка какими-то проблесками сигнала. Пролежав так еще пару минут и поняв, что выходить они оттуда не собираются, мужчина поднялся с места, став отряхивать одежду от иголок и листьев.

– Сильвестр Геннадьевич! Пригнитесь! – зашипел Варфоломеев, услышав недовольные перешептывания немцев.

– Все равно не появятся, пожалей мои почки в таком возрасте! – ответил ему Михайлов, оперевшись на дерево, разминая спину.

В этот момент в наушниках по рации послышался голос, отдаленно напоминающий Светланин, а затем раздался громогласный хлопок, похожий на выстрел, после чего эфир снова заполнился помехами. Группа захвата тут же переглянулась между собой, не зная, что делать. Они словно ждали еще одного сигнала к решительным действиям.

– Чего встали, стреляют! Пошли, пошли! – закричал председатель СК-а, взяв в руки пистолет и кинувшись в сторону пещер.

– Sie schießen! Ging![1] – заорал вместе с ним Матвей, бросившись следом.

Сотрудники «Интерпола» тут же встали, вытянув автоматические винтовки на изготовку, после чего бегом двинулись за ними, озираясь по сторонам.

Они быстро преодолели необходимое расстояние, начав спускаться в туннели, включив на своем оружии фонарики. Свет тут же разрезал темноту. Команда быстро пронеслась по коридорам, после чего прошмыгнула за потайную дверь, готовясь ко всему.

В этот момент стоящий у пульта с лифтом Ганс испуганно обернулся, услышав за своей спиной шаги. Он обернулся, а грохот становился все ближе. Немец сразу вытащил из кобуры пистолет, выставив его на изготовку, готовясь к бою.

Тут из-за угла выскочил Сильвестр, уверенно направляясь вперед, после чего почувствовал в груди резкую боль, как только услышал звук выстрела. Он согнулся «в три погибели», а бежавший за ним Варфоломеев, быстро сориентировавшись в ситуации, выстрелил в ответ в ногу Ганса, вынудив его выронить пистолет в пропасть и упасть на землю.

– Вы как? – спросил Матвей, наклонившись к начальнику.

– Нормально, – прохрипел тот, корчась от боли, – синяк хороший будет, броник спас.

Их нагнали и сотрудники «Интерпола», быстро выстроившись в линию, оглядывая каждый угол. Они подошли к сопротивляющемуся немцу, взяв того под руки, крепко удерживая, понесли в сторону выхода.

Сильвестр же, не став терять времени, бросился, немного прихрамывая, к пульту, нажав на кнопку подъема лифта. Нужно было торопиться. Счет шел на секунды. Прямо сейчас Валерий и Светлана боролись с Паулем, поэтому промедление могло стоить им жизни.

Кабина поднималась с чудовищным скрипом, после чего, очередной раз качнувшись, резко остановилась. Михайлов еще несколько раз нажал на кнопку, но ничего не происходило.

– Да что ж такое! Давай! – заорал он, стукнув кулаком по панели.

Лифт в очередной раз попробовал запуститься, а затем съехал на несколько метров вниз, став раскачиваться на истонченном и практически полностью порванном тросе.

[1] Стреляют! Пошли!

Глава 65

Валерий и Светлана испуганно застыли на месте. Они прекрасно понимали, что Пауль только что убил Рудольфа и сейчас направлялся в их сторону. Причем мотивы прекрасно прослеживались. Пригнувшись и спрятавшись за одним из ящиков, пара стала гадать, что же будет дальше.

Шольц не заставил себя долго ждать. Он появился из-за поворота, жадно оглядываясь, направляя пистолет во все стороны. Глаза его бегали из угла в угол, выискивая свою добычу. Казалось, что он даже вслушивается в биение сердца.

– Валэрий! Гдэ же Вы! – крикнул тот, топнув от недовольства ногой.

– Зачем ты убил его и что хочешь от нас? Я выполнил свою часть сделки! – ответил ему Виноградов, затаившись.

– Я тоже! Свэтлана свободна! – заорал Пауль, стрельнув в область, из которой доносился голос.

Пуля просвистела прямо над головой у пары, отрикошетив со свистом от деревянного ящика. Вербова чуть не закричала от испуга, но вовремя удержалась. Сердце бешено колотилось. Адреналин впрыснул в кровь. Животный страх пытался возобладать над разумом, заставляя бежать как можно быстрее отсюда.

– Эти Idioten[1] были ни на чито нэ способны. Я с самого начала придумал план, как втянуть Вас в поиски сокровища! Нужна была искра и опасность. Konfrontation[2]. Потом Вы отказались, и я дал им адрес, чтобы принудить Вас силой. Но они опять облажались! Но какая удача! Ты сам вышэл на меня! – продолжил разглагольствовать Пауль, обходя препятствие полукругом, вытянув свой пистолет вперед.

– Только вот они снова нашли нас в Калининграде, видимо, тоже твоя работа, – прорычал недовольный Виноградов, делая Светлане знак перемещаться за другие ящики.

– Absolut wahr![3] – обрадовался немец, наконец, увидев их перемещения и выпустив несколько пуль в ту сторону. – Мнэ надоэло с вами нянчиться. Я приказал им поймать Вас, но они снова облажались. Всо надо дэлать самому!

Валерий и Вербова продолжали на корточках перемещаться между коробками. Увидев, что ряды заканчиваются, молодой человек сделал знак, и они кувырком переместились за другие. Пули вновь засвистели у них над головами. Пауль был все ближе.

– Нэ убэгайте! Всо равно найду Вас! – злорадно засмеялся Шольц, сделав еще несколько выстрелов в воздух.

В этот момент гам работы электрогенераторов стал невыносимым. Слова немца уже едва слышались, смешиваясь с механическим раскручивающимся звуком. Запущенный одним из первых двигатель прокрутил вал мимо креплений шестеренок, сорвав их из пазов, после чего корпус его треснул, а изнутри полился бензин вперемешку с моторным маслом. Подключенная к нему старая и отсыревшая проводка тут же заискрилась, не выдерживая необходимого напряжения, а затем эта ядреная смесь воспламенилась, моментом распространяя огонь по разлитой на полу жидкости, захватывая ближайшие деревянные ящики.

Услышав неожиданный звук, Пауль тут же обернулся, видя перед собой, как загорелись коробки, охваченные беспощадными и неразборчивыми языками пламени.

– Gott nein[4], – прошептал немец, который не мог поверить собственным глазам, замерев на месте.

Все его труды и стремления, которые он обрел, прямо сейчас служили топливом для природной стихии. Она быстро охватывала помещение, не собираясь останавливаться.

Выглянув из своего укрытия, Валерий понял, что лучшего момента, чем сейчас ему не представится, выскочил оттуда и с разгона напрыгнул на Шольца сзади, повалив его на пол. Пистолет тут же выпал из рук, улетев по поверхности бетонного пола куда-то далеко под другие ящики. Виноградов нанес немцу размашистый удар кулаком, а потом еще один, но это слабо на него действовало.

Пауль перевернулся на спину, а затем схватил молодого человека за руки, боднув его головой в область солнечного сплетения. Валерий мгновенно зашатался, упав на бок. В глазах потемнело, а дыхание перехватило. Казалось, что кто-то наступил ему на горло.

Шольц поднялся, начав со всей силы пинать охотника за сокровищами в живот, постепенно начиная в приступе ярости наносить каждый удар все сильнее. Глаза его пожирали добравшиеся до раритетных автомобилей языки пламени, превращающие их в куски деформированного металла.

– Это ты во всем виноват! Из-за тэбя все сгорит! – поговаривал немец, не собираясь останавливаться.

Поняв, что ее любимому нужна помощь, на него сзади напрыгнула Светлана, схватив Пауля за шею, зажав его ногами, не давая выбраться. Тот тут же прекратил избиение, став раскручиваться, стараясь сбросить неожиданный груз с себя, но все тщетно. Вербова была прекрасно подготовлена для таких ситуаций, не собираясь отпускать руки.

Тогда, поняв, что вариантов у него немного, мужчина со всей силы разогнался, ударившись спиной с насевшей на него девушкой об ящики, вынудив ее слегка ослабить хватку, после чего нанес точный удар локтем в область печени, заставив окончательно отпустить себя и рухнуть на пол, сильно кашляя. В этот момент расположившиеся над ней ящики зашатались, а затем один из них грохнулся сверху, больно прижав Светлану к полу.

Валерий же поднялся, кинувшись к немцу, однако тот нанес размашистый удар, отправив его в полет через другие коробки, вынудив их упасть вниз.

– Хватит! Здэсь все сгорит! – возмутился Пауль, с ужасом наблюдая, как огнем уже была охвачена практически половина помещения.

Вербова попыталась высунуться из-под навалившегося на нее груза, но ничего не получалось, тот был слишком тяжелым. В глазах у нее начало темнеть. Казалось, что это конец.