Текст книги "Крестьянские восстания в Советской России (1918—1922 гг.) в 2 томах. Том второй"

Автор книги: Петр Алешкин

Соавторы: Юрий Васильев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

Методы подавления крестьянского восстания, особенно приказ №171, вызвали неудовольствие даже в высших слоях большевистского руководства. В последние годы рассекречены два важных документа, проливающие свет на трагичный финал борьбы с антоновщиной: письмо А. И. Рыкова Л. Д. Троцкому от 18 июля и протокол заседания комиссии по борьбе с бандитизмом под председательством Л. Д. Троцкого от 19 июля 1921 г. Из опубликованных ранее ленинских документов было известно лишь, что 16 июля на утреннем заседании Политбюро Рыков просил Ленина, а Ленин обещал «через два часа» прислать номер тамбовской газеты с каким-то приказом неизвестно какого Антонова. Публикаторы этих документов оговаривали, что им «не удалось» установить наименование этой газеты, а, следовательно, и повод обмена записками на упомянутом заседании. Речь же шла о номере козловской уездной газеты «Наша правда» от 18 июня 1921 г. с приказом №171. Теперь мы знаем, что на заседании Политбюро состоялся какой-то разговор по существу и было принято постановление, согласно которому Рыков пересылал Троцкому газету с текстом данного приказа.

В протоколе заседания Политбюро от 16 июля, где между Лениным и Рыковым произошел обмен записками, пункт 8 «Заявление т. Рыкова» содержит весьма туманное решение по этому заявлению: «Передать вопрос, поднятый т. Рыковым, на рассмотрение Комиссии по борьбе с бандитизмом при участии т. Троцкого, поручив ей принять при единогласии окончательное решение»[124]124
  РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 190. Л. 2.


[Закрыть]. Между тем в письме Рыкова сообщалось, что в президиум ВЦИК было внесено предложение отменить приказ и отозвать из Тамбова Антонова-Овсеенко и Тухачевского. Рыкову было поручено подготовить доклад по этим предложениям, и он просил председателя РВСР Троцкого «рассмотреть вопрос срочно». Записка члена Политбюро ЦК РКП (б) А. И. Рыкова председателю РВСР Л. Д. Троцкому от 18 июля 1921 г. содержала следующий текст: «Согласно постановлению Политбюро, посылаю Вам приказ Антонова-Овсеенко и Тухачевского. В Президиуме ВЦИК было внесено предложение, поддержанное большинством его членов: 1) Аннулировать приказ. 2) Отозвать Антонова-Овсеенко и Тухачевского. За мной числится доклад в Президиуме ВЦИК об этих предложениях и согласование их с ЦК РКП. Прошу рассмотреть вопрос срочно и уведомить меня. На мой взгляд, Президиум ВЦИК должен как-то с опубликованием хотя бы в местной печати на этот приказ реагировать. А. И. Рыков»[125]125
  РГВА. Ф. 33987. Оп. 3. Д. 62. Л. 799—799 об.


[Закрыть].

Комиссия по борьбе с бандитизмом под председательством Л. Д. Троцкого 19 июля 1921 г. приняла решение (исключительный случай в ее практике!) «отменить приказ» и в тот же день «по прямому проводу передать для напечатания в тамбовских изданиях». На заседании Комиссии по борьбе с бандитизмом при РВСР от 19 июля 1921 г. постановили: «1) Приказ №171, устанавливавший применение суровых мер расправы над мятежниками, был вызван исключительными условиями и преступно-предательской деятельностью анархо-эсеро-бандитских элементов, сосредоточивших в пределах Тамбовской губернии свои главные силы. Приказ имел целью прежде всего показать большинству крестьянства всю серьезность обстановки, создаваемой указанными элементами, и решимость Советской власти беспощадно карать такого рода элементы, подрывающие обороноспособность Республики и в конец расстраивающие ее хозяйственную жизнь. Вместе с тем Советская власть имела своей целью приостановить те зверские истязания, которые учинялись бандитами над беззащитными нередко рабочими и крестьянами, верными Советской власти. Ныне, когда бандитские шайки, после того как они оказались изолированными от населения, разбиты и фактически ликвидированы, представляется возможным отменить приказ, вызванный указанными выше исключительными обстоятельствами. 2) Постановление это окончательно отредактировать сегодня и по прямому проводу передать для напечатания в тамбовских изданиях»[126]126
  РГВА. Ф. 33988. Оп. 2. Д. 383. Л. 303.


[Закрыть]. Решение об освобождении Тухачевского «с возвращением его на Западный фронт» было принято Комиссией еще на заседании 17 июля 1921 г., т.е. на второй день после первого разговора о приказе №171 на Политбюро. В скором времени был отозван и Антонов-Овсеенко.

16 июля 1921 г. командующий войсками Тамбовской губернии М. Н. Тухачевский направил записку В. И. Ленину о положении дел в губернии, в которой выражалась его личная оценка и характеристика восстания: «I. Положение бандитизма к началу мая. В пяти уездах Тамбовской губернии: Кирсановском, Тамбовском, Моршанском (южнее Сызр-Вяз. ж.д.), Козловском (восточнее Ростовской ж. д.) и Борисоглебском (за исключением самой южной части его) Советской власти не существовало (не считая городов). В этом районе, объятом крестьянским восстанием, власть принадлежала СТК (Союз трудового крестьянства), через который проводила свою политику партия эсеров. Бандитов насчитывалось до 21 000 человек. Восстание началось в сентябре 1920 года, и местное крестьянство и бандиты именуют его своей революцией и даже датируют события, считая от момента революции (например, говорят: это было до революции, это после и т.д.). Причины восстания – общие для всей РСФСР, т.е. недовольство продразверсткой и неумелое и исключительно жестокое ее проведение продорганами на местах. Причины, организовавшие восстание, следующие: а) сильное эсеровское гнездо, свитое в Тамбовской губернии; б) искусная тактика, проявленная эсерами в создании СТК; в) скрытый большой запас оружия, сделанный Антоновым за время его начальствования Кирсановской уездмилицией и, наконец, военно-организаторский талант Антонова.

II. План кампании. На предстоявшие действия приходилось смотреть не как на какую-нибудь более или менее длительную операцию, а как на целую кампанию или даже войну. Разгром живой силы бандитов, благодаря ее слабой боеспособности, не представлял серьезных затруднений. Главную и самую трудную задачу составляло завоевание территории, оккупация источников комплектования банд и советизация их. На эту задачу оккупации и были брошены главные воинские и политические силы, а на маневренные действия было выделено лишь три кавбригады. Для согласования советской работы на местах с военными мероприятиями были созданы уполиткомиссии – уездные органы Полномочной комиссии ВЦИК. Советизация должна была проводиться следующими мерами: изъятием бандитского элемента, насаждением ревкомов, расслоением крестьянства путем вооружения его против бандитизма, заинтересовывая его материально за счет конфискационных имуществ бандитов, применением террористических мер против сочувствующих бандитизму, извлечением комитетов СТК, трудовой помощью Красной Армии населению и налаживанием советской работы. Параллельно с этим был намечен ряд маневренных операций против банд, каковые и должны были окончиться полной гибелью последних от истощения (источники комплектования оккупированы).

III. Достигнутые результаты и дальнейшие мероприятия. В результате методически проведенных операций на протяжении сорока дней крестьянское восстание в Тамбовской губ. ликвидировано. СТК разгромлен. Советская власть восстановлена повсеместно. От 21 000 бандитов осталось к 11 июля лишь 1 200 сабель. Громадное количество главарей банд уничтожено. Крестьянство скомпрометировано в глазах бандитов и ищет от них вооруженной защиты Красной Армии. Но вместе с тем крестьяне определенно не верят в искренность декрета о продналоге. Среди них ходят слухи о том, что к осени наши войска будут выведены из Тамбовской губ., и тогда бандиты вновь начнут действия и, наконец, кое-где еще сидят волостные комитеты СТК.

В виду этого я считаю необходимым проведение нижеследующих мероприятий: 1) не выводить из Тамбовской губернии ныне действующих в ней войск в течение одного года; 2) оставить оккупационное командование в Тамбовской губернии по крайней мере до зимы, не увлекаясь сокращением штабов; 3) всех коммунистов, присланных по мобилизации в Тамбовскую губернию, закрепить за последней, а также произвести перегруппировку засидевшихся коммунистов; 4) не налагать на Тамбовскую губернию никаких дополнительных продовольственных налогов»[127]127
  РГВА. Ф. 33988. On. 2. Д. 324. Л. 36—40.


[Закрыть].

17июля 1921 г. состоялось секретное заседание комиссии по борьбе с бандитизмом. На основании доклада Тухачевского о состоянии борьбы с бандитизмом в Тамбовской губернии комиссия постановила: «1) Не выводить из Тамбовской губернии ныне действующих в ней войск, необходимых для оккупации и окончательной ликвидации бандитизма. 2) До 1 октября по возможности не снимать коммунистов, присланных в Тамбовскую губ. по мобилизации. 3) Предложить Главснабпродарму обеспечить Тамбовские войска продовольствием без перебоев. 4) Предложить Главначснабу усилить меры по обмундированию Тамбовской армии. 5) Разрешить командованию Тамбовской армии предлагать бандитам сдаваться на условиях сохранения жизни и широкого применения условного осуждения – при условии сдачи оружия и выдачи всех главарей. 6) Предложить Главкому обеспечить Тамбовскую губ. до 1 октября бригадой курсантов». Комиссия освободила Тухачевского от занимаемой должности для возвращения его на Западный фронт. Комиссия высказала пожелание, чтобы ЦК РКП (б) командировал в Тамбовскую губернию специально для проведения крестьянской конференции ответственных партийных работников, а также усилил Тамбовскую губериню советскими работниками»[128]128
  РГВА. Ф. 33988. Оп. 2. Д. 383. Л. 324.


[Закрыть].

Активную роль в принятии этих решений сыграл Н. И. Бухарин. В разгар их обсуждений – 17 июля В. И. Ленин направил именно ему доклад главкома Красной Армии С. С. Каменева, в котором одобрялись методы борьбы, использованные Тухачевским в Тамбовской губернии, и признавалась целесообразность их применения в других районах. Полномочная комиссия ВЦИК 20 июля 1921 г. направила секретную депешу в Тамбов следующего содержания: «Банды Антонова разгромлены. Шайки Богуславского уничтожены. Банда Карася вместе со своим атаманом ликвидирована. Бандиты массами сдаются, выдавая главарей. Среди самих бандитских главарей идет разброд, и уже многие из них, окончательно разуверившись в неправильности эсеровской программы, перешли на сторону Советской власти. Само крестьянство окончательно отшатнулось от эсеро-бандитского предательства: оно само вступает в решительную борьбу с разбойными шайками, ими организуются дружины в помощь Красной Армии, создается оборона селений, производится изъятие бандитов и эсеров-предателей. Полномочная комиссия уверена, что при дружной поддержке самого крестьянства Красная Армия в кратчайший срок покончит со всеми остатками бандитизма в Тамбовском крае. Окончательный развал эсеро-бандитизма и полное содействие в борьбе с ним со стороны крестьян позволяет Полномочной комиссии ВЦИК приостановить применение исключительных мер приказа №171, направленных против упорствующих бандитов. Полномочная комиссия еще раз подтверждает, что все добровольно сдающиеся сохраняют свою жизнь»[129]129
  РГВА. Ф. 235. Оп. 2. Д. 13. Л. 39.


[Закрыть].

Одновременно на территории Тамбовской губернии создавались концентрационные лагеря, в том числе для малолетних детей. В докладе уполномоченного по улучшению жизни детей при Тамбовском губисполкоме приводились сведения о количестве детей, содержавшхся в концлагерях Тамбовской губернии на 1 августа 1921 г.: до 3-х лет – 397, до 5-ти лет – 758 детей. Это еще более ожесточало повстанцев, которые в качестве ответной меры брали в заложники семьи коммунистов, красноармейцев, советских служащих. В противовес приказу №130 губком Союза трудового крестьянства издал свой приказ – «забирать заложниками семьи красноармейцев и советслужащих, конфискуя их имущество». Этот приказ проводился в некоторых районах с величайшей жестокостью (красноармейские семьи вырезались десятками). Местами граждане иногда просили красноармейские части, из боязни партизанского террора, не трогать бандитские семьи[130]130
  Русский журнал. 2002. 27 ноября [сайт]. URL: [битая ссылка] http://www.russ.ru/politics/20021127-sol.html. (дата обращения: 11.05.2010).


[Закрыть]. В июле 1921 г. было издано специальное распоряжение Тамбовской уполиткомиссии о запрете ареста в качестве заложников детей, беременных женщин и женщин с малолетними детьми. Тамбовская уполиткомиссия направила 20 июля 1921 г. председателю Пригородно-Слободского волревкома распоряжение о запрете ареста в качестве заложников детей, беременных женщин и женщин с малолетними детьми. За неисполнение этого распоряжения председатели ревкомов должны были привлекаться к строгой ответственности»[131]131
  ГАТО. Ф. Р. – 4049. Оп. 1. Д. 1. Л. 117.


[Закрыть].

Покидая Тамбовщину, В. А. Антонов-Овсеенко докладывал, что сделано Полномочной комиссией ВЦИК и что предстояло сделать в будущем в Тамбовской губернии, чтобы восстание крестьян не вспыхнуло вновь: «В общем, к настоящему времени положение таково: 1. Военные силы бандитизма сломлены: к началу мая насчитывалось до 20000 действующих бандитов, к настоящему времени их несколько сотен. 2. Бандитские шайки совершенно потеряли поддержку хозяйственных слоев деревни. Крестьяне во многих местах настроены к ним определенно враждебно и охотно организуют дружины в помощь нашей милиции и войскам. 3. Организация СТК почти повсеместно сломлена и вся система бандитской милиционной армии разрушена, как весь ее аппарат связи, разведки, снабжения. 4. Однако в Кирсановском и Тамбовском уездах некоторые села еще сохраняют бандитские настроения и организации. Оружия изъято мало. Настроение большинства крестьянства выжидательно недоверчивое. Многие бандиты распущены (по слухам) по домам временно. 5. Это настроение питается скудностью и крайней пестротой урожая при громадном недосеве и паническими слухами из голодающих губерний, и слухами о предстоящем вскоре выводе красных войск из губернии. 6. Оккупация района почти завершена и уже приступлено к насаждению постоянных органов Соввласти в селах. 7. Сельская милиция осела на местах и приобрела некоторое значение наряду с начавшимися организовываться крестьянскими дружинами. 8. Партийная организация ослаблена, переутомлена, среди рабочих растет оппозиционное настроение, крестьянские организации (комячейки) только начинают налаживаться. Парторганизация насчитывает до 5000 членов вместо 14000 прошлого года. В армии также до 5000 членов партии. 9. Заложников накоплено в концентрационных лагерях до пяти тысяч, а нарядов на их высылку нет. 10. Железнодорожники продолжают служить стержнем для контрреволюционной организации; между тем до сих пор не разрешен практически вопрос о перемещении их на другие дороги»[132]132
  РГВА. Ф. 33988. Оп. 2. Д. 324. Л. 40.


[Закрыть].

Летом 1921 г. основные силы Антонова были разбиты. В конце июня – начале июля им был издан последний приказ, согласно которому боевым отрядам предлагалось разделиться на группы и скрыться в лесах или разойтись по домам. Восстание распалось на ряд мелких, изолированных очагов, которые были ликвидированы до конца года.

Изложенное дает возможность сделать следующее заключение. В официальных документах не раз утверждалось о спаде или разгроме восстания, но оно вновь оживало. Действия властей не давали желаемого результата. Важнейшим рубежом стал февраль 1921 г. К этому времени повстанческое движение достигло наибольшего размаха, стало находить отклик в пограничных уездах Воронежской и Саратовской губерний. Советская власть перешла к решительным действиям против антоновцев. В феврале 1921 г. в Тамбовской губернии, ранее, чем по всей России, началось изменение политики Советского государства по отношению к крестьянству. Переход к новой экономической политике оказался связан с антоновщиной как частью общего крестьянского движения того времени. Тамбовское крестьянство восприняло новую экономическую политику в целом одобрительно. Немало было и крестьян, которые не верили заверениям руководителей. Губернское руководство было не способно справиться с положением. В феврале 1921 г. В. А. Антонов-Овсеенко возглавил Полномочную комиссию ВЦИК, которая фактически сосредоточила в своих руках всю власть в губернии. Полномочная комиссия ВЦИК активно вступила в борьбу с Партизанской армией Тамбовского края.

Против крестьянской армии была брошена вся военная мощь Советского государства. Военным разгромом антоновщины занималась Центральная междуведомственная комиссия по борьбе с бандитизмом. Стратегия советского военного командования во главе М. Н. Тухачевским состояла в осуществлении военной оккупации повстанческих местностей. Печально знаменитые советские приказы №130 и №171 и соответствующие инструкции по применению приказов определили жестокость методов подавления крестьянского восстания. Летом 1921 г. основные центры восстания были ликвидированы.

***

Исследование феномена антоновщины в условиях политики военного коммунизма, предпринятое в главе IV, позволило выявить типологические черты крестьянского протеста, тождественные общему крестьянскому движению на территории всего Советского государства. Крестьянское протестное движение в Тамбовской губернии в начале 1920-х годов стало знаменательным событием послеоктябрьской истории России общероссийской значимости по масштабу, политическому и экономическому резонансу и последствиям в стране. Наряду с другими крестьянскими восстаниями антоновщина создала реальную угрозу для Советского государства (в большей степени продовольственную, чем военную), которая стала опасной для самого существования большевистской власти. Социальное движение крестьянства вынудило государственную власть к отмене политики военного коммунизма и переходу к новой экономической политике. По решению руководства Советского государства подобный переход в Тамбовской губернии начался фактически на месяц раньше, чем объявление и введение нэпа по всей стране.

В работе обосновывается положение, что на территории трех тамбовских уездов: Кирсановского, Борисоглебского, Тамбовского – существовало в течении нескольких месяцев (ноябрь 1920 года – май 1921 года своеобразное крестьянское государство в государстве, на территории которой действовали свои законы, была своя законодательная и исполнительная власть, в котором была своя регулярная армия, построенная по образцу Красной Армии, потому что все ее командиры, особенно среднего звена, командиры полков, эскадронов, были прежде командирами Красной Армии. Основу же партизанской армии Тамбовской губернии составляли бывшие красноармейцы, многие из которых воевали под командованием командарма М. Н. Тухачевского, которому пришлось возглавить борьбу против своих бывших однополчан.

Как свидетельствуют приведенные материалы, руководителей Советского государства больше всего беспокоили не стихийные волнения крестьян, а политические цели и задачи, которые объединили крестьян, заставили их подняться с оружием в руках против большевистской власти. В антоновщине сложился прообраз крестьянской партии – Союз трудового крестьянства, который формировал идеологию крестьянского движения. Аргументируя определение «партия власти», автор рассматривает политические цели и задачи, которые пытались достичь руководители крестьянского движения, и которые были близки большинству крестьян, независимо от их социального положения. Большевистская идеология определяла смысл борьбы за хлеб как борьбу за социализм. Однако объектом кровавого спора крестьян с большевиками была не только продразверстка. Крестьяне верили, что революция принесла им свободу. Советы, за которые крестьяне боролись, воспринимались как органы народной власти, форма самоуправления трудящихся.

Глава V. Определяющие факторы и особенности крестьянского протестного движения

5.1. Крестьянский вопрос в Белом движении

В крестьянском сознании все политические проблемы воспринимались через призму земельного вопроса, поэтому крестьянство поддерживало те политические лозунги, которые обещали крестьянам землю. В крестьянской среде, к примеру, лозунг «Грабь награбленное!» считался как вполне справедливое средство удовлетворения крестьянских требований. А вот лозунг, предложенный Белым движением – «Единая, Великая и Неделимая Россия», – оказался для крестьянства туманным и неопределенным.

Отношение основной части генералов и офицеров Белого движения к решению земельного вопроса для крестьянства выражалось в следующем: учитывая сложившиеся объективные обстоятельства, провозгласить о намерении провести аграрную реформу, но осуществление ее отложить на будущее. Расчет делался на скорейший вооруженный захват власти в России, последующий созыв Учредительного собрания – существовало мнение о юридической неправомочности власти одного белого правителя разрешать аграрный вопрос. В Декларации Добровольческой армии от 14 апреля 1918 г. было записано: «Вопросы о формах государственного строя являются последующими этапами, они станут отражением воли русского народа после освобождения от рабской неволи и стихийного помешательства»[133]133
  Декларация Добровольческой армии от 14 апреля 1918 г. // Белая гвардия [сайт]. URL: [битая ссылка] http://www.whiteforce.newmail.ru/14041918.htm (дата обращения: 12.01.2010).


[Закрыть]. Представители Белого движения надеялись, что Колчаку, Деникину, Юденичу, Врангелю удастся победить большевиков и силою штыков утвердить свою власть в России – тогда острота вопроса о земельной реформе угаснет, установятся привычные порядки. Однако командующие белогвардейскими армиями – профессиональные и квалифицированные военные – оказались неопытными политиками. Показательно в этой связи признание адмирала Колчака: Верховный правитель белой России не ставил перед собой «никаких решительно определенных политических целей». Свою миссию («временную, переходную») он видел в том, «чтобы путем победы над большевиками дать стране известное успокоение, чтобы иметь возможность собрать Учредительное Собрание, на котором была бы высказана воля народа…, когда он мог бы взять управление в свои руки, то есть выбрать правительство по своему желанию»[134]134
  Допрос Колчака. Л., 1925. С. 185, 187, 188.


[Закрыть]. Начав вооруженную борьбу с большевиками в конце 1917 г., лидеры Белого движения недооценили крестьянский вопрос, который имел в условиях гражданского противоборства белых и красных в крестьянской стране глубокий идеологический смысл. В результате с заявлениями по крестьянскому вопросу они опоздали более чем на год[135]135
  См.: Ломкин А. В. Земельная реформа генерала П. Н. Врангеля // Белое движение на Юге России (1917—1920): неизвестные страницы и новые оценки. М., 1995. С. 27.


[Закрыть].

В решении аграрной проблемы перед руководителями Белого движения возникло объективное противоречие. С одной стороны, свершившийся в ходе революции захват помещичьих и других частновладельческих земель поставил вопрос о необходимости легализовать данный процесс, направить захваты в деревне в мирное русло, чтобы не посеять недовольство белой властью среди крестьян участников земельного передела. В то же время, с другой стороны, не вызвать возмущения в среде прежних собственников.

К началу 1919 г. в среде Белого движения проявилось осознание необходимости разработки и реализации основного для страны вопроса, крестьянского, решение которого позволяет получить необходимую социальную базу и поддержку основной части народа – крестьянства. Во Всероссийском Национальном центре, созданном кадетами, при обсуждении перспектив гражданского противоборства в России усилилось мнение о недостаточности опоры только на военную силу и установки на решение аграрного вопроса будущим Законодательным собранием и государственной властью. Рассматривались условия для создания поддержки белой армии «в широких кругах населения». Чтобы получить возможность в борьбе против большевизма опереться на крестьянство, предлагалось провозглашение лозунгов о земле, созвучных психологии крепкого крестьянина – хозяина. В то же время отвергался расчет на привлечение крестьянства лишь обещаниями – в подобном подходе скрывалось неприятие популистской политики большевиков, которая в 1917 г. привлекла народ обещаниями земли и мира[136]136
  ГАРФ. Ф. Р – 5913. Оп. 1. Д. 262. С. 20—24, 27—28.


[Закрыть].

Национальный центр подготовил несколько проектов преобразований. Земельный проект основывался на принудительном отчуждении части земель, которые должны переходить к «трудовым земледельцам на правах собственности». В то же время специально оговаривалось восстановление прав собственности «на все захваченные земли» и право «потерпевших убытки на справедливое вознаграждение»[137]137
  ГАРФ. Ф. Р – 6088. Оп. 1. Д. 11. Л. 74—76.


[Закрыть]. В ходе обсуждения проекта 22 и 24 декабря 1918 г. в Екатеринодаре один из основателей Национального центра А. А. Червен—Водали подчеркивал: «Нельзя рассчитывать на успех борьбы с большевизмом при помощи одних штыков, необходимы также меры, способные убедить население в том, что возрождаемый порядок лучше большевистского. Для этого необходимо, во-первых, удовлетворить его продовольственную нужду, во—вторых, дать ему уверенность в том, что старый земельный строй не восстановится, и что его настроения получат известное удовлетворение… Обещания этого рода… встретят сочувствие более твердого и здорового слоя трудового крестьянства. Проект не содержит огульного отрицания помещичьего землевладения. Если помещики могут вновь взяться за свое разрушенное революцией хозяйство, то тем лучше; но так как в большинстве случаев этого, очевидно, не будет, то надо так или иначе распределить освобождающуюся землю. Это дело может быть возложено на особые комиссии из мировых посредников, которые должны будут, руководясь учетом всех местных условий, не передавать землю, а давать разрешение на ее покупку». При этом обращалось внимание на возможность за счет реформы получить финансовые средства и «хотя бы отчасти поправить расстроенные государственные финансы» посредством «взимания с крестьян, покупающих землю, несколько большей суммы, чем уплачиваемая помещикам»[138]138
  ГАРФ. Ф. Р – 5913. Оп. 1. Д. 262. Л.20—22.


[Закрыть].

Другой проект Национального центра предусматривал расширить функции гражданского управления на территории, контролируемой белой властью, передачей власти на местах начальникам губерний и уездов, назначаемых правительством[139]139
  ГАРФ. Ф. Р – 6088. Оп.1. Д.11. Л. 84—85.


[Закрыть]. Основные положения Временного положения об органах самоуправления сводились к следующему: прежние земства объявлялись распущенными, для текущей работы создавались новые земские управы, но их распорядительные полномочия сокращались: администрация имела право приостанавливать решения управ. Персональный состав управ не избирался, а назначался[140]140
  ГАРФ. Ф. Р – 5913. Оп. 1. Д. 262. Л. 25—26.


[Закрыть].

Признание главнокомандующим Вооруженными силами на Юге России (ВСЮР) генералом А. И. Деникиным власти Верховного правителя России – адмирала А. В. Колчака, повлекло за собой обязанность принять установку Колчака: узаконить пользование захваченной крестьянами землей впредь до решения Национального собрания. 28 августа 1919 г. Колчак уведомил Деникина: общее руководство земельной политикой принадлежит исключительно Российскому правительству. Рамки законотворчества белых правительств, таким образом, ограничивались сверху Верховным правителем легитимацией предоставления крестьянам пользования той землей, которая в ходе революции 1917 г. была захвачена крестьянами и находилась в их фактическом владении. Как военный человек, наделенный диктаторскими полномочиями, но неискушенный политик[141]141
  О себе Колчак говорил: «Я вырос в чисто военной семье… Вырос я под влиянием чисто военной обстановки и военной среды. Большинство знакомых, с которыми я встречался, были люди военные. Какими—либо политическими задачами и вопросами я почти не интересовался и не занимался… Науками социального и политического характера я занимался очень мало» (Допрос Колчака. С. 34).


[Закрыть], Колчак не придавал серьезного значения разработке законов: «А законы все—таки ерунда, – говорил он. – Не в них дело. Если мы потерпим новые поражения, никакие реформы не помогут, если начнем побеждать, сразу и повсюду приобретем опору»[142]142
  Трукан Г. А. Верховный правитель России // Отечественная история. 1999. №6. С. 31.


[Закрыть].

В организации управления Колчак руководствовался положениями военных уставов. Суть организации государственной власти в понимании Верховного правителя сводилась к следующему. Единоличная власть с диктаторскими полномочиями может действовать только в области военных действий и в течение определенного и короткого периода времени, основываясь на военных законоположениях. В данном понимании полевое управление войск – это диктатура, военное управление. Но управлять страной на основании «полевого положения» нельзя: оно не предусматривает осуществления функций государственной власти. Единоличная власть, как военная, должна дополняться вне сферы военных действий организованной гражданской властью, которая подчиняется военной власти. Таким образом, единоличная власть складывается из двух функций: верховного командования и верховной гражданской власти[143]143
  Допрос Колчака. С. 150.


[Закрыть].

Осуществляя правление на основе указов, Колчак не издал специального нормативного документа по аграрному вопросу, ограничившись декларацией собственного Российского правительства от 8 апреля 1919 г., которой устанавливалось правило: все пользователи земли, не являясь собственниками или арендаторами, если ее засеяли и обработали, имеют право собрать урожай. Правительство декларировало принятие мер для обеспечения безземельных и малоземельных крестьян за счет частновладельческих и казенных земель, к тому времени уже перешедшей в фактическое владение крестьян. Однако осуществление данной декларации предполагалось в «будущем времени», самовольные захваты запрещались. В окончательном виде решение «векового земельного вопроса» относилось в перспективе к компетенции будущего Национального собрания. Правительством Колчака указанная установка осуществлялась в Сибири, где земельные отношения не имели той остроты, как в Европейской России: на необъятной сибирской территории не было проблемы недостатка земли и малоземелья, сибирское крестьянство не познало на собственном историческом опыте тягот помещичьего гнета. Для крестьянства европейской России, особенно центральной и южной части, подобное ограниченное и неопределенное решение аграрного вопроса не могло устроить.

Правительство Колчака, именовавшееся Российским правительством, за время своего более чем годичного функционирования на обширной территории России, не разработало какого—либо проекта аграрных преобразований. Председатели совета министров колчаковского правительства (сначала П. В. Вологодский, затем В. П. Пепеляев) не обременяли себя заботами земельного ведомства. Осенью 1919 г. министр земледелия Н. И. Петров подал председателю совета министров докладную записку с критикой слабости власти. Она заканчивалась словами: «Если не можем быть властью, надо уйти»[144]144
  Процесс над колчаковскими министрами. Май 1920 г. М., 2003. С. 518.


[Закрыть]. Министр земледелия в правительстве оказался на второстепенной роли. Нередко решения по его ведомству принимались без его участия. В частности, по представлению министра внутренних дел на заседании совета министров 3 декабря 1919 г. обсуждался вопрос о предоставлении Иркутскому губернскому земству ссуды в размере 3 млн руб. Петров протестовал, в резких выражениях, против данного решения, утверждая, что средства расходуются главным образом на содержание персонала. Однако решение приняли, не обращая внимания на «особое мнение» министра земледелия[145]145
  Там же. С. 624—625.


[Закрыть].

Колчаковские декларации, безразличные для сибирского крестьянина, практически не имевшего дела с помещиками, не давали ничего конкретного и определенного крестьянству европейской части России. Количество пригодной для земледелия земли в Сибири, в отличие от страдавшей от малоземелья европейской части России, не могло породить социальные причины для недовольства. Колчак недооценил существенные различия в крестьянском вопросе в Сибири и в европейской России.

В телеграмме Верховного правителя Колчака Деникину 23 октября 1919 г. содержалось предупреждение о недопустимости создания у крестьянства представления о возврате помещичьего землевладения. Колчак требовал, учитывая фактически свершившийся переход земли в руки крестьян, принять меры по закреплению земли в собственность крестьян участками в размерах определенных норм. Только такая политика, по мнению адмирала, «обеспечит необходимое сочувствие крестьянства освободительной войне, предупредит восстания и устранит возможность разлагающей противоправительственной пропаганды в войсках и населении». Одновременно сложностью земельного вопроса объяснялась невозможность его решения до окончания гражданской войны[146]146
  Деникин А. И. Национальная диктатура и ее политика (Очерки русской смуты) // Революция и гражданская война в описаниях белогвардейцев. М., 1991. С. 22, 36—37.


[Закрыть]. Однако самому Колчаку не удалось осуществить указанные намерения. Неопределенность шагов его правительства выразилось в затягивании решения крестьянских проблем. В условиях военной экономики его правительство обратилось к непопулярным мерам – реквизиции продовольствия, принудительным наборам в армию (в результате весной 1919 г. армия Колчака по своему основному составу стала крестьянская). Встретив сопротивление, оно инициировало карательные военные экспедиции против деревни, ответом на которые стали мощные вооруженные выступления крестьян. За антиправительственное вооруженное восстание жителей села Тасеево Канского уезда и села Степной Баджей Красноярского уезда Енисейской губернии, согласно указу Колчака от 21 июня 1919 г., надельные земли данных селений подлежали изъятию и передаче военнослужащим, отличившимся в борьбе с большевиками[147]147
  Процесс над колчаковскими министрами. С. 611.


[Закрыть]. Отобранные участки земли передавались также тем, кто участвовал в подавлении восстаний.