Текст книги "Рейд, дающий надежду 2.2 (СИ)"
Автор книги: Павел Шведов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц)
* * *
– Стоят! – доложил Славка.
По иронии судьбы на дороге, которую им нужно было пересечь на полпути к цели, чуть левее их маршрута, стоял патруль. БТР и БМП в сопровождении двух уазиков. Бойцы патруля вольготно расположились в тени деревьев в изобилии росших вдоль дороги, но судя по периодически выныривающим из люков головам, в башнях стрелки все-таки сидели. Хорошо хоть удалось их обнаружить первыми, и не пришлось прорываться с боем.
Воспользовавшись неожиданной паузой, Егор приказал как следует осмотреть и перевязать раненых. Чем сейчас и занимались.
– Аккуратнее, – сказал Егор, помогающий бледной от потери крови Тане вылезти на свет божий из танка. С тихим стоном девушка все же поднялась на башню. Егор уложил её на расстеленный тут же брезент и принялся осматривать ногу.
– Кто будет лечить доктора? – попыталась пошутить Таня. Получилось не очень. Глядя на нее смеяться почему-то не хотелось.
– Лежи и терпи, – сказал Егор, доставая из кармана нож.
– Нет, джинсы не режь! – взмолилась Таня. Видимо ей очень понравилась обновка.
– Придется, да и к тому же все равно в них дырка, – ответил Егор.
– Снимайте, я потерплю, – заявила Таня и расстегнула пуговицу.
– Уверена? – на всякий случай уточнил Егор. Таня в ответ кивнула. Егор аккуратно разрезал покрытый засохшей коркой крови бинт.
– Отвернись, – требовательно сказала присутствующая тут же Кристина. Егор нахмурился и отвернулся, бормоча, что он уже все на свете видел. Не обращая внимания на подполковника, Кристина принялась аккуратно стаскивать с Тани узкие джинсы. Та терпела, сколько могла, закусив зубами рукав своей куртки.
– Нахрен они тебе сдались? – спросила Кристина, откидывая в сторону джинсы и глядя на белую как мел Таню. Она все же не проронила ни звука. Ответа не последовало. Кристина тронула за плечо Егора и склонилась над раной.
– Жопа! – сказал присоединившийся к ней Егор, глядя на небольшую глубокую ранку, из которой потихоньку сочилась кровь.
– Не повезло, – сказала Кристина.
– Что там? – спросила Таня.
– Кровь идет, очевидно сосуд задет, – ответил Егор.
– Темная или светлая? – решила все-таки уточнить Таня.
– Темная вроде.
– Большую аптечку несите, я зашью, – после паузы сказал Таня.
– С ума сошла? – уставилась на нее Кристина.
– А тут кто-нибудь умеет сосуды сшивать?
– Леха, аптечку подай, оранжевый ящик под креслом, – сказал Егор, в открытый люк.
– Сейчас, – ответил Леха, находящийся на посту. Спустя минуту он вынырнул из танка с аптечкой, посмотрел на разворачивающийся прямо на башне полевой госпиталь и присвистнул: – Дела! – После этого он исчез в танке.
– Помощь нужна? – спросил Семён, закончивший вытаскивать у Зипки из спины осколок. К счастью, он ушел неглубоко, уткнулся в ребро, и его удалось вытащить ценой всего лишь пары матов от Зипки. Семён и пришел то, чтобы попросить кого-нибудь зашить страдальца, так как рана от осколка получилась довольно приличной.
– Ага. Пашка как? – спросил Егор.
– Да хрен его знает. Сидит, медитирует, – ответил Семён.
– Позови, – сказал Егор и принялся распаковывать аптечку. Семён почесал затылок и пошел за Пашкой. Ну да, если уж помощь требовалась доктору, то тут нужен был наиболее опытный из их роты в плане полевой хирургии. Рефлекторно зачесался старый шрам, зашитый все тем же Пашкой пару лет назад.
– Папа, подъем, – склонился Сема над люком. Пашка открыл глаза и уставился на торчащую над ним голову.
– Чего? – спросил он.
– Ты очухался? Там Таню зашить нужно, – сообщил Семён и едва успел отпрянуть от люка, чуть не снесенный как пружина сорвавшимся с места командиром. Тот выскочил из люка, мигом сориентировался и, спустя несколько секунд уже разглядывал рану на ноге у доктора.
– Бэтмен, бля, – ругнулся Семён и посмотрел на сидящего на башне соседнего танка Зипку.
– Слышь, Зипа, не до тебя пока. Хотя могу и я зашить, – сказал ему Семён.
– Да ну тебя, живодер хренов. Я лучше подожду, – ответил Зипка.
– Как знаешь, – сказал ему Семён, сложил кусок бинта, пришлепнул к дырке в спине у Зипки и заклеил сверху пластырем.
– Тогда сиди и жди, – сказал он и пошел обратно. Вдруг чем помочь придется.
* * *
Пашка смотрел на аккуратное отверстие длиной всего сантиметра три на передней части ноги и внутренне паниковал. Он слишком хорошо понимал, что означает струйка темной крови текущая из раны. Тут не просто нужно зашить рану, тут очень хреновая ситуация. Повреждение сосуда. Если кровотечение не прекратилось, значит оно довольно серьезное. Он взглянул в глаза Тане. Та смотрела на него. В её взгляде он прочитал скрытую где-то глубоко панику.
– Сможешь? – спросила она.
– Угу, – Пашка кивнул, хотя сам совсем не был уверен в этом.
– Я буду подсказывать, – сказала Таня.
– Угу, – вновь кивнул Пашка, пребывая в странном оцепенении. Возможно, последствия наркоза. С силой встряхнувшись, он посмотрел на Кристину.
– Будешь ассистировать. Подготовь уколы: новокаин и кофеин. Инструменты и прочее. Сейчас приду, – отдав указания, Пашка сорвался с места и исчез за танком.
– Как электровеник, – проводив его взглядом, сказал Егор.
– Ну, вот видишь, Паша все сделает, – сказала Тане Кристина и принялась копаться в аптечке.
– Ты не поняла? Кофеин ему нужен. Он явно не в форме, – слабым голосом ответила Таня.
– Блин! Может, тогда я попробую зашить, – запаниковала Кристина. Еще не хватало хирурга-наркомана запускать ковыряться в Таниной ноге.
– Крис, не паникуй. Папа сказал, значит сделает, – попытался успокоить её Семён.
– Патруль уходит, – сообщил вынырнувший из люка Леха. Славка, наблюдавший за дорогой, доложил, что вояки снимаются с якоря и готовятся куда-то стартануть.
– Хорошо, закончим и поедем на базу, – подтвердил прием Егор. Леха кивнул и вновь скрылся в люке.
Пашка стоял с канистрой в руках и пытался успокоить бешено скачущие мысли. Вода бежала с мокрой головы ему за шиворот, но он не этого не замечал. Он вытянул вперед руку. Пальцы тряслись. Не было в движениях четкости и уверенности. Как он будет шить сосуд такими руками. А ну соберись! Ты не можешь позволить ей умереть. Всё! Иди и делай.
Пашка поставил канистру на землю, решительно развернулся и пошел обратно. Вскарабкался на танк.
– Кофеин, – сказал он подозрительно глядевшей на него Кристине, скидывая свою куртку: – Коли сюда, только не в мышцу, а под кожу. Под небольшим углом.
Кристина протерла ваткой предплечье, взяла шприц и прицелилась, внимательно поглядывая на мокрого взъерошенного Пашку.
– Так? – спросила она. Пашка молча подкорректировал направление и кивнул.
– Теперь пальцами приподними кожу и вкалывай. Только неглубоко.
Кристина еще раз прицелилась и решительно воткнула иголку. Медленно выдавила содержимое шприца и вытащила иголку обратно.
– Теперь Таню. Новокаин. Обкалывай вокруг раны, – Пашка поморщился, видимо укол был достаточно неприятный.
Кристина достаточно быстро справилась с задачей и вопросительно посмотрела на командира. Пашка стоял и разглядывал кончики пальцев на вытянутой вперед руке. Руки почти не тряслись.
– Сойдет, – сказал он и оглядел столпившихся вокруг наблюдателей.
– Кыш отсюда, нечего микробов тут разносить. Крис, антисептик давай. Обрабатываемся. И намордники поищи в чемодане.
Все не задействованные в операции мигом свалили подальше. Кристина подала требуемое. Они надели повязки на лицо, обработали руки и Пашка уселся рядом с Таней. Принялся осматривать рану. Таня молчала.
– Скальпель, – наконец сказал он. Кристина подала. Пашка сделал небольшой надрез, расширяя рану.
– Расширитель, – прошептала Таня. Пашка согласно кивнул. Кристина отыскала блестящую штуковину, упакованную в герметичный пакет с надписью «Простерилизовано», разорвала упаковку и подала Пашке. Тот покрутил в руках агрегат и решительно сунул его в рану. Покрутил крутилку. Рана разошлась в стороны. Поток крови немного усилился.
– Тампон, пинцет, – скомандовал Пашка. Принялся аккуратно промакивать кровь тампоном, потом потребовал ещё
– Таня, тут осколок. И он, похоже, воткнулся в вену. Осколок почти треугольной формы. Втыкается в вену острым концом. Пашка опять залез в рану пинцетом.
– Шатается. Точно в вену воткнулся.
– Вена не порвана? – спросила Таня.
– Вроде нет. Но там кровь течет, плохо видно. Может вытащить осколок?
– Нужны зажимы. Два. Пережать вену с двух сторон. Потом вытаскивать, – ответила Таня.
– Принял. Крис поищи зажимы, – сказал Пашка.
Кристина принялась рыться в чемодане и вскоре нашла их. Разодрала упаковку и подала Пашке. Тот убрал кровь и принялся пристраивать зажимы. Те никак не могли поймать вену. Пашка вздохнул, взял скальпель и немного расширил рану. Дело пошло лучше.
– Готово, – наконец сказал он: – Вытаскивать? – Таня молчала. Пашка поднял глаза. Она лежала с закрытыми глазами и, казалось, спала. Подавив в себе всё, что рвалось наружу, Пашка принялся резко командовать:
– Семён, обработка рук, намордник, тонометр. Контроль давления. Крис, проверь дыхание и пульс. Быстро.
Сам вновь склонился над раной, взял пинцет и принялся осторожно тащить осколок. Тот неожиданно легко вышел. Пашка снова промокнул кровь и всмотрелся в рану. На пережатой с двух сторон вене виднелся продольный идущий немного наискосок разрез.
– Продольный разрез. Вена не разорвана, – облегченно сказал Пашка. Без Таниных подсказок он бы разорванную вену не зашил. А тут все вроде понятно.
– Крис, что с пульсом?
– Слабый, но есть, – ответила Кристина.
– Иголку и нитки. Иголку самую маленькую.
– Давление 87 на 50, – сообщил Семён.
– Блядь. Быстрее давайте.
Кристина, наконец, подала требуемое. Пашка вооружился пинцетом и принялся зашивать вену, практически вплотную склонившись над раной.
– Пот вытри, – скомандовал он Кристине. Та схватила подушечку из бинта и вытерла Пашкин лоб и глаза. Он продолжал шить.
Проклятая вена всё уходила из-под пытавшейся её проткнуть иголки. Но всё же Пашка приловчился протыкать край, немного отводя иголку в сторону. В ране было тесно и приходилось действовать практически на интуиции. Но, понемногу, разрез на вене превращался в не совсем аккуратный шов. Наконец, Пашка сделал последний стежок и обрезал нитку поданными Кристиной ножницами.
– Что там? – спросил он.
– Пульс есть, дыхание тоже, – рапортовала Кристина.
– Давление 90 на 55. Без изменений, – ответил Семён.
– Снимаю зажим, – Пашка осторожно по одному снял зажимы с вены. Держит! Вена запульсировала от потекшей по ней крови. Шов держал.
– Готово, – устало сказал Пашка и ощутил, как темнеет в глазах.
– Егора позовите, пусть сфотографирует. Потом Тане покажем, – сказал он и потряс головой.
– Сейчас, – Егор обретался неподалеку и все услышал сам. Спустя пару минут он притащил фотоаппарат. Кристина, сурово на него взглянув, отобрала камеру, наскоро протерла ее спиртом, не слушая возмущенных воплей Егора, и принялась фотографировать. Не забыла снять и уставшего "херурга" неподвижно замершего возле Тани.
– Готово, – доложила она. Пашка очнулся, потребовал антибиотики и иголку. Засыпал все обеззараживающим порошком и принялся зашивать рану.
Когда он закончил, Кристина измазала всё вокруг раны зеленкой, наложила повязку и устало уселась на попу рядом с пациенткой.
– Давление 90 на 70, – доложил Семён.
– Получилось? – спросил Егор. Кристина кивнула.
– Крис, можешь Зипку зашить? – спросил Егор. Снова кивок.
Кристина взглянула на улегшегося рядом с Таней Пашку. Тот закрыл глаза и, казалось, безмятежно дрых.
– Вот сволочь, – подумала девушка, но потом вспомнила, его трясущиеся руки, укол, точные размеренные движения иголкой в ране и ей стало стыдно. Если уж она устала ассистировать ему, то каково Пашке, только отойдя от наркоза, встать и провести операцию.
– Тащите его сюда, – сказала она. Через пару минут перед ней сидел Максим.
– Прикольно, – сказал она, разглядывая дырку у него на спине под лопаткой.
– Что прикольного? – спросил Зипка.
– У тебя тут две родинки, а под ними рана. Как будто рожица получилась.
– Может, зашьешь уже, и поедем? – спросил Зипка.
– Сейчас, – ответила девушка. Ловко, как профессиональная медсестра, поставила укол. Обработала рану и аккуратно заштопала.
– Готово, – Кристина прилепила последний кусок лейкопластыря поверх повязки и легонько шлепнула Зипку по спине.
– Спасибо, – сказал Зипка и принялся натягивать на себя футболку.
– Крис, вот, помню, тебя зашивал, у меня не так красиво получилось, – сказал Семён, внимательно наблюдавший за процессом.
– Ну, так у тебя из попы руки растут, а у Крис – ноги, – ответил за неё Зипка.
Кристина смутилась и легонько стукнула Зипку по голове.
– Сема, ты все хорошо тогда сделал, – сказала она.
– Собираемся и валим отсюда, – подошел к ним Егор, бегавший до Славки, узнать как обстановка.
– А с этими что делаем? – показал пальцем Семён на мирно лежащих рядком на башне Пашку и Таню.
– И с этим, – брезгливо ткнула рукой Кристина на чудом не улетевший с танка труп капитана, лежащий в обнимку с ракетной установкой на корме башни.
Егор уставился на труп, словно только что его заметил.
– Башку бы отпилить, – задумчиво сказал он.
– Зачем? – спросил Зипка, выпучив глаза на контрразведчика.
– Посмотреть, что за там за хреновина внутри, – пояснил тот.
– Ну ее нафиг, вдруг взорвется, – замахал руками Семён.
– Пока не взорвалась же. Отвезем в Город, пусть ученые ковыряют.
– Ну, только если так, – успокоился Сема.
– Я пилить ничего не буду, – жалобно сказала Кристина. Она вообще не врач, и тем более не патологоанатом.
– А нахрена ее пилить. Давай топором отрубим и все, – предложил Зипка.
– Максим! – Кристину передернуло от его предложения.
– А что? Он враг? Враг. Считай, что мы с него трофей срубим, – сказал Семён.
– Идите в жопу! – крикнула на них Кристина и убежала к Славке.
Голову вызвался рубить невозмутимый Ворчун. Он вылез из танка, взял из ЗИПа топор. Егор скинул с танка труп ему под ноги. Ворчун примерился и два коротких мощных удара отрубил голову. Брезгливо вытер топор об одежду капитана и сполоснул его водой из лежавшей в вещевом ящике канистры.
– А складывайте сами, – сказал он, кладя топор на место.
Егор нашел пакет и запихал в него голову. Пакет обмотал скотчем и запихнул получившийся шарик в вещевой ящик.
Остальные тем временем сложили медоборудование и пытались привести в чувство Пашку и Таню. Те никак не просыпались.
– Хрен с ними, – махнул рукой Егор: – Поролон тащите, снизу подложим, и пусть тут едут. Примотаем их брезентом, чтобы не свалились.
– А если бой? – спросил Леха.
– А куда их? Таню лучше не тревожить сейчас.
– Да, диванчик в танке почему-то не предусмотрели, – сказал Зипка.
– Да тут с ровной плоскостью, чтобы просто прилечь, проблемы, – поддержал его Леха.
– Работаем, – прервал их Егор. Через несколько минут тушки на башне были упакованы. Зипка занял командирское кресло, подстелил себе кусок поролона под спину и заявил, что готов ехать хоть в Ашхабад. Правда, где он находится, ответить не смог. Дед остался за рулём. Остальные перетасовались обратно по своим танкам.
– Привет, Кеша, я вернулся, – объявил Леха, залезая в родной танк. Диана в ответ фыркнула и отвернулась.
– Ну, хорош уже дуться, – сказал Леха, недоумевая от поведения девушки. Та не ответила. Решив прояснить этот вопрос позднее, он доложил о готовности, продолжать движение. Получив ответные подтверждения, он отдал приказ на выдвижение. До поселка оставалось всего несколько километров. Там они смогут, наконец, передохнуть и подготовиться к следующему этапу этого долбанного рейда.
Глава 4. Говядина тушеная. Сорт высший
Старый трухлявый пень от срубленной давным-давно сосны, основательно заросший травой, давно не видел такой суеты вокруг себя. Сперва, неподалеку остановилась машина, высадились люди и принялись активно поливать рядом стоящие деревья из встроенных в организмы шлангов.
Один из них, высокий и тощий тип, незаметно отошел в сторону и прилепил на молодую сосенку, растущую неподалеку от пня, какой-то небольшой шарик. Шарик не остался просто висеть на стволе, а шустро взобрался повыше и затих почти у самой верхушки. Тощий огляделся по сторонам, не обращая внимания на наблюдающую за ним ворону с опаленным хвостом, и двинулся обратно. Вскоре люди уехали, оставив после себя окурки сигарет, мокрые стволы деревьев и непонятный шарик на дереве. Ворона каркнула им вслед, подлетела к прячущемуся между ветвей шарику и попыталась его клюнуть. Раздался короткий треск разряда. С шумом ломая тонкие ветки, стукаясь о толстые и оставляя повсюду перья, ворона шлепнулась на землю. Потрясла взъерошенной головой и решила больше не связываться со странной штуковиной. Доковыляла до замшелого пня неподалеку, устроилась на нем и принялась приводить себя в порядок. Нужно пожаловаться знакомым железным монстрам на этот странный шарик. А вот, кстати, и они! Ворона скинула балласт на пень, каркнула и полетела навстречу показавшимся из-за деревьев танкам. Вслед ей огорченно глядел обосранный пень.
– Внимание! Всем стоп. Бурят, двигай на разведку, – скомандовал Леха.
– Да, капитан, – весело ответил Бурят. Его танк вырвался вперед и уверенно подкатил к поселку. Остальные танки притормозили и разошлись широким строем.
Зипка, пользуясь паузой решил выглянуть наружу и посмотреть, как там его пассажиры на башне. Открыл замок и попытался поднять люк. Люк не открывался. Что-то тяжелое лежало на нем, не давая его распахнуть. Зипка принялся долбить по люку.
– Занято, – послышался сверху недовольный сонный голос Пашки.
– Открывай, мля, – рассердился Зипка.
– Отъебитесь, дайте поспать, – сверху донесся смачный зевок и невнятное бормотание.
– Ну и ракету вам в голову, – проворчал Зипка и уселся поудобнее. Рота, наконец, добралась до посёлка, и измученных приключениями этого идиотского дня танкистов ожидал какой-никакой отдых.
– Бурят, доклад, – нетерпеливый Леха похоже тоже мечтал об отдыхе.
– Вроде чисто, но что-то мне не нравится, – после паузы ответил Семён, чей медленно катившийся танк углубился по единственной дороге, идущей сквозь посёлок метров, на пятьдесят.
– Так чисто или нет? – переспросил Леха.
– Поверни прицел обратно на тот дом, – вдруг сказал Семену Егор сидевший рядом. Тот послушно перевел прицел обратно.
– Что там? – спросил он у прилипшего к экрану Егора. Ответа не последовало. Вместо этого Егор включил ЛС: – Зипка, ты или Таня возвращались в дом, где труп вскрывали?
– Нет, – ответил Зипка: – Че мы там забыли. Таня так вообще оттуда еле вышла.
– Ясно, – ответил Егор: – В поселке были посторонние. Или сейчас есть. В доме, где труп потрошили, дверь не до конца закрыта. А я ее плотно прикрывал.
– Может, сквозняк? – предположил Семён. Ему до последнего хотелось надеяться, что все в порядке и можно вытянуть кости на каком-нибудь горизонтальном лежбище.
– Она тугая была. Еле закрыл, – обломил его Егор.
– Блин. Что делаем? Живчик, прием, – Семён мгновенно переключился в боевой режим. Прицел скакал во все стороны, разыскивая врагов. Олег без команды остановил танк и начал сдавать задним ходом.
– Славка к Семёну. Работаете двойкой. Зипа, за мной. Обходим огородами справа, – скомандовал Леха: – Парни, нам нужен наш КамАЗ.
– Если он еще тут, – возразил Зипка.
– Выясним, – деловито ответил Славка.
Танки двинулись, расходясь на позиции. Славка быстро догнал Семёна, и они вдвоем рванули вперед на максимальной скорости, почти в самый конец поселка, где был спрятан их грузовик. Тем временем Леха и Зипка, везший на крыше свой хрупкий груз в непонятном состоянии обошли поселок справа и пытались нагнать своих.
– Бурят, Филя, мы отстаем, сбавьте скорость, – скомандовал Леха.
– Никак нет, вдруг расчет с гранатометом, – возразил Славка и через несколько секунд добавил: – Мы на месте, грузовик тоже.
Леха облегченно вздохнул. Все-таки, скорее всего, Егору показалось. Вряд ли побывавшие здесь поисковые отряды пропустили, и тем более оставили стоять тут грузовик, набитый ценным барахлом. Стоп. А вдруг это засада?
– Зипа, внимательно идем дальше, ищем следы засады, – скомандовал он ведомому.
– Принял. Идем дальше, – подтвердил Зипка.
– Ворч, давай не спеша дальше вдоль домов. Кеша, доверни пушку на здания, – распорядился Леха.
– Да, капитан, – ответил Ворчун и прибавил газу, заставляя танк проломить очередной забор с наложенной вдоль него поленницей. Диана молча довернула башню навстречу вероятным выстрелам.
– Кто живет на дне океана? – вдруг спросил Славка.
– Спанч Боб, – нехотя ответил Леха. Где они подцепили эту заразу? Сегодня полдня уже то капитаном обзовут, то спросят, кто на дне живет. Достали. Папы на них не хватает. Хотя, возможно, это его заброс. Он может.
Обойдя весь поселок кругом, и не обнаружив следов засады, Леха поспешил успокоить игравших роль наживки танкистов: – Филя, Бурят, все чисто. Идем к вам, – сообщил он.
– Принял, можно уже парковаться? – спросил Бурят.
– Да, осмотрите грузовик, – разрешил Леха.
– Идем? – Бурят нетерпеливо посмотрел на Егора. Тот до сих пор пребывал в напряженной задумчивости.
– Иди, я догоню, – ответил тот.
Семён скомандовал глушить двигатель, открыл люк и, захватив на всякий случай автомат, вылез наружу. Егор высунулся из люка и огляделся. Все было спокойно. Вот беседка, в которой они принимали пищу. Вот двор, где взорвался майор. Все на первый взгляд было так же, как и два дня назад, но что-то не давало покоя. Открытая дверь? Возможно. А вдруг он ошибается? Нужно найти еще следы, чтобы подтвердить подозрения. Егор захватил фотоаппарат, вооружился автоматом и последовал за Семёном. Тот уже запрыгнул в грузовик и осматривался в кузове.
– Что там, Сема? – крикнул ему Егор.
– Все в порядке, – ответил тот.
– Иду к тебе, не спеши, давай вместе глянем, – решил он начать с самого перспективного объекта.
– Жду, – коротко ответил Семён.
* * *
– Дед, вылези, глянь что там, на башне, я люк не могу открыть, – вызвал Зипка своего мехвода.
– Щас, – ответил Дед. Послышался лязг открываемого люка, звук шагов. Затем открылся незапертый люк наводчика, и в проеме возникла голова Сереги.
– Тебе лучше самому посмотреть, – ухмыляясь, сказал Дед.
Заинтригованный Зипка с матами перелез на место наводчика, умудрившись всего два раза зацепиться раненой спиной за разнообразные железяки. Выглянул в никем не заблокированный люк и восхищенно замер. Пашка нагло дрых, навалившись телом на командирский люк. При этом он нежно и крепко обнимал Таню, чье бледное лицо с бескровными губами едва виднелось из-под брезента, в который, словно в пеленку, была завернута девушка. Почувствовав, что танк остановился, Пашка принялся тихонько покачивать Таню.
– Бля, Папа, папулечка, – пробормотал Зипка и осторожно, стараясь не шуметь, вылез наружу. Они, объехав весь посёлок кругом, ничего подозрительного не заметили, и припарковались прямо на дороге, неподалеку от танков Семена и Славки.
– Пойдем, пускай дрыхнут, – сказал он Деду.
– Пошли, нужно КамАЗа заводить, да валить отсюда, – согласился тот.
– Как Таня? – спросила подошедшая Кристина.
– Спят, – коротко ответил Зипка.
– И Пашка? – уточнила девушка.
– И Папуля, – подтвердил Максим.
– Помогите тогда Диане с танка слезть, – попросила Кристина, показывая пальцем на сидящую на башне соседнего танка девушку.
– Пошли, Дедуля, нам тоже лялечку потискать дают, – согласился Зипка и спрыгнул с танка. Видимо, он забыл про свою рану, потому что тут же со стоном повалился на землю.
– Бля, – только и сказал Дед, спрыгивая следом. Кристина подлетела к Зипке. – Идиот? – спросила она.
– Клинический, – прокомментировал Дед, помогая охающему Зипке подняться.
– Так точно, – согласился с ними Максим и с трудом залез на броню. Пристроился поудобнее и замер: – Я тут посижу пока. Без меня, ладно?
– Сиди уже, паратрупер хренов, – улыбнулся Дед и хлопнул по плечу Кристину. – Пошли рыжую спасать, пока тоже не спрыгнула.
– Не надо меня спасать, – сказала Диана, когда они залезли к ней на танк.
– Диана, ты чего? – удивилась Кристина.
– Все нормально, все отлично, – сказала Диана.
– Ты чего надулась? – спросила Кристина.
– Ничего.
– Так, Сережа, уйди, пожалуйста, – попросила Кристина.
– Ладно, – Дед пожал плечами и свалил. В бабские истерики он ни ногой.
– Что случилось? – спросила Кристина, усаживаясь рядом.
– Я не могу больше, – всхлипнула Диана: – Я устала. Я хочу в туалет. Я хочу спать. И есть. И мне страшно. – Она окончательно разревелась, повиснув на плече Кристины. Та, недоумевая, уставилась на ревущую подругу. Подругу? Да. Конечно подругу. Пусть они познакомились не так давно, когда Кристину отправили на стажировку и назначили рыжую ей в наставники, но за это недолгое время они столько прошли. И здесь, в роте они без году неделя, но испытаний им перепало, на всю жизнь хватит. И да, Диана её подруга. Она за нее глотку перегрызет. И убьет. Да убьет без колебаний. Как тех…. И за Таню убьет. Они свои. Она за любого из роты убьет, не раздумывая. Они для нее родные, новая семья, новая любовь, новый смысл жизни. Кристина закрыла глаза и покрепче обняла плачущую Диану.
Славка стоял возле танка и, замерев, смотрел в лицо Кристины. Она, казалось, его не замечала, погруженная в свои мысли. Её глаза! Глаза вдруг потемнели и стали черными, словно из них выглянула сама Смерть. Лицо заострилось. Черты стали резкими и пугающими. Это продолжалось от силы десять секунд. Затем она снова стала собой, закрыла глаза и прижалась к Диане.
– Почудится же, – пробормотал Славка и пошел дальше, размышляя над увиденным преображением девушки. Открыл дверь покосившегося сортира и спрятался в нем. Ну их, он тут пока посидит.
* * *
– Олег, ты вроде в кузове был, когда танки заправляли? – спросил Егор.
– Да, я и Зипка, – ответил Олег.
– Внимательно посмотри, все на месте или что-то изменилось?
– Иду, – Олег подошел к грузовику и залез в кузов. Залез на стоящую возле борта бочку с топливом и принялся разглядывать плотно утрамбованную кучу добра.
– Вроде все на месте. Как и было, – сказал он через несколько минут.
– Уверен? – уточнил Егор.
– Да.
– Хорошо, спасибо.
– БК пополнять будем, или просто дозаправляемся? – спросил Олег.
– Подожди пока. Мы еще не закончили.
– Ладно, пойду вату покатаю, – ответил Олег, спрыгнул на землю и утопал по своим делам.
– Что думаешь? – спросил молчаливо наблюдавший за процессом Семён.
– Зови Зипку, – сказал Егор, недолго подумав.
– Зипа, пойдем, нужно груз осмотреть, – подошел Семён к замершему на танке Максиму.
– Нахуй, можно мне больничный? – нехотя ответил Зипка.
– Надо, Зипа, – надавил Семён.
– Есть, помоги слезть, – Зипка не стал сопротивляться, понимая, что просто так его бы звать не стали.
Семен помог ему спуститься с танка и даже подсадил, когда Зипка лез через высокий борт КамАЗа.
– Ну и что тут? – спросил Зипка, замерев среди кучи барахла.
– Смотри, все ли на своих местах лежит, – дал указания Егор.
– Нет, – сразу ответил Зипка.
– Что? – тут же насторожился Егор.
– Вот этот ящик с тушенкой тут явно лишний, – показал Зипка пальцем на стоящий на бочках с топливом ящик.
– Уверен?
– Конечно. Вся жратва в том углу кузова стоит. И какой дебил поставил ящик на бочку? Он же на ходу слетит и развалится.
– Ладно, разберемся и накажем, распиздяя, – с облегчением в голосе сказал Егор: – Парни, пошли, поможете дров притащить. Костерок запалим, ужин сготовим. Я вот лично без еды, как корова без седла. Потом танки поближе подгоним, заправим.
– Корова, говоришь, без седла? – переспросил Семён, подавая руку начавшему спускаться Зипке: – Ну, пошли, поможем.
Они втроём отошли от машины и направились к соседнему участку. Возле хлипкой поленницы Егор остановился и принялся набирать дрова.
– Что? – негромко спросил его подошедший Семён.
– Жопа, парни, – шепотом ответил Егор.
– Уверен? – необычно серьезный Семён, не прекращая накладывать дрова себе в согнутую в локте руку, покосился на контрразведчика.
– Да, это скорее всего бомба. Раз не взорвалась, когда мы туда залезли, значит за нами наблюдают и ждут когда или мы все поближе соберемся, или танки к грузовику подгоним для заправки.
– Пиздец, – отреагировал на новость Зипка.
– Что делаем? – спросил Семён.
– Главное дергаться не начинаем. Я не знаю, видят нас или слышат, но они как-то должны определить момент взрыва. Всё, дров набрали? Возвращаемся. Максим, лицо попроще сделай. Не напрягайся.
– Тебе легко сказать. Ты то хрен ученый, не то что мы, солдафоны, – проворчал Зипка, открыл рот, вытащил язык и принялся пускать слюни.
– Вот так и ходи, еще улыбаться можешь, – сказал Семён.
– Да ну вас, – Зипка поковылял прочь, унося с собой дрова и ощущение нависнувшей над ними волосатой задницы, которая то ли сядет на них, то ли газ пустит.
– Сема, попытайся Пашку по-тихому поднять, а я остальных предупрежу, – сказал Егор.
– Может, поменяемся? – Семену явно не улыбалась задача будить командира.
– Слушай, Семён, ты же умный парень. Придумай что-нибудь, – похлопал его по плечу Егор, чуть не уронив дрова, обогнал задумавшегося Сему и исчез за углом дома.
– Ну и ладно, – печально сказал Семён и понес дрова и свои невеселые думы следом за хитрым чекистом.
* * *
Изматывающая душу тряска, наконец, прекратилась, сменившись мягким покачиванием, как будто она куда-то плыла. Таня, пребывающая на сводящем с ума пороге яви и сна, замерла без сил. Дикая слабость, сковавшая все тело, никак не отступала. Но, радовало то, что она все-таки пришла в себя. Значит, операция прошла успешно. Или нет? Вдруг она сейчас медленно умирает, теряя последние остатки крови, неспешно вытекающей из порванной вены? Таня открыла глаза и уставилась на эмблему на груди прижавшего её к себе Пашки. Тот лежал рядом и укачивал её, как маленькую девочку.
– Паш, – еле слышно прошептала она. Укачивание мгновенно прекратилось.
– Всё хорошо, – прошептал ей на ухо Пашка.
– Зашил? – задала Таня волнующий её вопрос.
– Угу.
– Спасибо.
– Отдыхай. Набирайся сил, – прошептал Пашка.
Успокоенная Таня закрыла глаза, прижалась к Пашке и мгновенно уснула, теперь уже решительно перешагнув порог в мир снов. Она будет жить.
Пашка медленно погладил ладошкой растрепанную голову прижавшейся к нему девушки. Та, наконец, спокойно уснула, дыхание стало медленным и ровным. Сам он, давно отлежал и отбил себе всё, что было можно, всю дорогу удерживая её на башне несущегося по лесам и полям танка. Он смотрел на тихо сопящую Таню и не мог оторвать глаз. Аккуратное маленькое ушко, торчавшее из под волос, испачканная чем-то черным щека, застывшие в умиротворенной улыбке губы и смешно сморщившийся об его нагрудный карман носик.
– Красивая, – подумал Пашка, заполняясь изнутри какой-то светлой нежностью. – Эй, ты куда собрался? – спросил он самого себя. Туда нельзя! Нельзя влюбляться! Он с усилием отвел глаза и уставился на открытый люк наводчика. Холодный с местами поцарапанной краской металл, покрытый тонким слоем пыли, с кровавым отпечатком чьей-то ладошки, возможно и его. Вот его судьба. Дорога и бой. И смерть в одном из них. Не опускай глаза вниз. Не смотри. Догадался же. Да, да. Она твой ангел. Она являлась тебе все это время. И не трогай своими грязными лапами чистое и светлое существо с грязной щекой.
