Текст книги "Рейд, дающий надежду 2.2 (СИ)"
Автор книги: Павел Шведов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 19 страниц)
– Ну, тогда они сами сбегут. Леха, вы как там? – спросил Сёма.
– Наручниками к лавкам приковали, суки, – ответил Леха, недобрым взглядом окидывая охранников.
– Принял. Сержант, я вам сейчас ноги прострелю, а потом пацанов наших освобожу. Скажешь лейтенанту, что бились изо всех сил, – сказал Семён без тени эмоций на лице и в голосе.
– Уговорил, – сержант одним движением стряхнул с плеча автомат, поймал его за ремень и бережно опустил на землю. Ногой аккуратно отпихнул от себя. Следом на асфальте оказались и автоматы его бойцов.
– Ключи дать или так справишься? – усмехнулся сержант, глядя на Семена.
– Справлюсь и так, но лучше с ключами, – ответил Семён: – Ты вон тому злобному старлею ключик аккуратно передай, и, может, он тебя не сильно отпинает, когда освободится.
– Нехуй было упираться, – ответил сержант, медленно достал из кармана ключ от наручников, улыбнулся и бросил его на асфальт. Повисла напряженная пауза. Охранники неподвижно стояли, ожидая действий танкистов, парни медлили, понимая, что едва они окажутся в зоне досягаемости, сразу начнется драка. Возможно, они провоцировали на шум, который должен был переполошить остальных. Семён напряженно думал, как разрулить патовую ситуацию, Славка меланхолично целился в переносицу сержанта, еле слышно насвистывая какую-то песенку.
– Сёма, а давай я ему ногу прострелю, – наконец предложил Славка.
– А на выстрел сюда все сбегутся, и их тоже пристрелишь? – с ухмылкой спросил сержант.
– И их тоже, – пообещал Славка.
– А силенок хватит?
– Ага.
Вновь повисла пауза, неожиданно прервавшаяся звоном разбитого стекла и истошным воплем. Семён скосил глаза вправо на катающегося по земле и воющего от боли бойца. Троица во главе с сержантом мгновенно упала на землю, хватая свое оружие и скрываясь из виду под носом танка. Запоздалый выстрел Славкивыбил ямку на асфальте там, где только что была нога сержанта. Миг, и из-под танка показался ствол автомата, уставившийся в сторону начавшегося двигаться Семёна. Славка снова выстрелил, наблюдая, как рука на цевье автомата исчезает в брызгах крови. Нога Семёна подбивает ствол, звучит короткая очередь, в тягучем темпе ближнего боя, кажущаяся очень неторопливой. Короткий вскрик, снова выстрелы. Семён шарахается назад, падая на башню. Славка прыжком вылетает из люка и скользит вперед. Из кузова грузовика прыгает каким-то чудом освободившийся Олег, падает на землю. Пули выбивают искры из рамы грузовика над его головой. Славка докатывается до среза брони и встречается взглядом с безумными глазами сержанта. Ствол его автомата направлен точно Славке в голову. Славка стреляет в бойца, наводящего автомат на лежащего на земле Олега. Тот замирает на месте и начинает заваливаться вбок. Вспышка в упор. Славка скатывается с брони на сержанта, подминает его под себя. Мимо лица проносится ботинок, впечатывающийся в голову сержанта. В глазах темнеет.
– Славку убили! – кричит Олег, остервенело пиная бесчувственного сержанта и скрючившегося с простреленной рукой рядового. Семён спрыгивает с брони, хватает лежащий на земле ключ, и лезет в кузов грузовика. Расстегивает наручники Лехи, сует ему в руки ключ и спрыгивает обратно. Славка. Скатившийся на асфальт он лежит с бледным окровавленным лицом. Пульс. Еле чувствующееся биение жилки на шее. Живой! Семён трясущимися руками пытается расстегнуть шлем на голове Славки. Не получается. Проклятая застежка не поддается. Рука очнувшегося от затуманивающей голову ярости Олега отпихивает Семёна и одним движением расстегивает злополучную застежку. Сдергивает шлем. Кровь. Тонкий ручеек крови, текший по лицу Славки, разбегается многочисленными дорожками из раны на голове. Семён рвет из кармана ИПП, разрывает зубами и прижимает тампон к ране, второй рукой обматывая бинт вокруг головы.
– На груди еще одна, – говорит Олег. Семён бросает взгляд вниз. В бронежилете чуть ниже ключицы аккуратная дырочка, в которой виднеется хлюпающее в такт с дыханием Славки озерцо крови. Потемневшая, намокшая ткань формы говорит, что кровь там течет вполне обильно.
Выпрыгивают из кузова освободившиеся парни, подбирают оружие. Слышен голос Лехи, раздающего указания.
– В госпиталь! – принимает решение Семён. Распрямляется. Хватает Славку под руки, за ноги берется Олег.
– Туда! – командует сориентировавшийся Леха. Дружной толпой, попутно отобрав еще один автомат у тихо скулящего под разбитым окном солдата, врываются в двери приемного отделения. Закидывают Славку на стоящую возле стены каталку. Несутся по коридору. Впереди бегут Леха и Мохер, пинками открывая все подряд двери. Наконец, за одной из них обнаруживается перепуганная шумом медсестра.
– У нас раненый, нужна срочная помощь! – кричит Мохер. Медсестра, плохо соображая, забивается в угол и что-то тихо лопочет. Мохер выдергивает её из угла и за руку тащит в коридор. Та упирается. Он подводит её к каталке и медсестра, увидев окровавленного Славку, автоматически включается в работу. Оглядывается кругом, и командует: – В тот кабинет. Бегом! – Каталка, ведомая Семеном и Олегом, мгновенно срывается с места и исчезает в дверях. Медсестра залетает следом, жмет кнопку на стене. Где-то в отдалении раздается требовательный звонок. Спустя минуту, в кабинет врываются двое в медицинских костюмах. Выпихивают из кабинета столпившихся бойцов, и начинают копошиться вокруг Славки. Спустя несколько кажущихся очень долгими секунд один из врачей, подходит к столу, поднимает трубку телефона и что-то в нее говорит.
– Третья операционная. Поднимаем, – говорит он. Каталка со Славкой вылетает из кабинета и едет в сторону лифта. Следом за ними решительно утопал Мохер, обещавший проконтролировать процесс. Семён задерживает норовящую сбежать следом за врачами медсестру, прижимает к стене и тихо и вежливо спрашивает: – Вопрос номер один. Где лежат девушка и парень танкисты вчерашние? Вопрос номер два. Где толпа военных, которая приперлась на КамАЗе? – Медсестра испуганно смотрит на Семёна и молчит. Семён начинает нервничать. Его отодвигает в сторону Ворчун и почти шепотом начинает задавать медсестре вопросы. Помогает.
– Второй этаж. Лестница за углом, – докладывает о результатах допроса Ворчун. Все дружно срываются в указанном направлении. Взлетают на второй этаж. Чуть не выносят двустворчатые двери с надписью «Хирургия № 1» и замирают в широком коридоре, ярко освещенном светодиодными лампами. Белые стены, кафельная плитка на полу. Все блестит и сверкает. И лишь напряженная группа вояк, в количестве шести человек во главе с лейтенантом, кроме, конечно же, самих танкистов, немытыми сапогами нанесшими непоправимый урон белизне коридора, нарушает тишину и порядок в отделении. Перед группой военных в дверях палаты стоит, в напряженной позе, уже знакомый танкистам полковник медицинской службы Константин Валерьевич Медоносов. Тот самый, что лечил некоторых бойцов роты после прошлого рейда.
– Опа! – удивился Семён, вскидывая автомат. Все остальные последовали его примеру.
– Константин Валерьевич, какие-то проблемы? – спрашивает он у врача. Тот жизнерадостно кивает головой.
– Эй, вояки хуевы, грабли в гору. Лейтенант пистолетик не дергай, – автомат в руках Лехи смотрит прямо на группу бойцов. Те резко оборачиваются и так же резко меняются в лицах. Один, видимо считающий себя особенно резким и дерзким, перехватывает лежащий на сгибе локтя автомат. Три коротких очереди. Бойца откидывает назад, и он сползает на пол, оставляя на некогда белоснежной стене красные полосы. Остальные благоразумно замирают.
– Оружие скинули! Плавно, – командует Леха. На кафель оперативно летит стреляющий арсенал.
– На колени! – бойцы дружно опускаются на колени. Лишь лейтенант остался стоять с ненавистью глядя на медленно приближающихся танкистов.
– Особенный? – спрашивает у него Семён.
– Пошли нах, – цедит сквозь зубы лейтенант: – Предатели, гребаные.
– Мы? – искренне удивляется Леха, но тут же обрывает себя и задает правильный вопрос: – Наши в этой палате? – Лейтенант молчит, вместо него раздается на удивление спокойный для почти гражданского человека, грудью вставшего на пути кучки вооруженных гоблинов, собиравшихся похитить прекрасную спящую красавицу и её верного гномика с поломанной ногой. – Они тут. Эти товарищи хотели их увезти. Я возражал, – сказал Константин Валерьевич.
– Возражения были в виде выкидывания в окно? – уточнил Леха.
– Эффектно получилось? – обрадовался Константин Валерьевич.
– Так точно, – подтвердил Леха и перевел взгляд на замершую в мрачном созерцании группу захвата. Лейтенант по-прежнему стоял среди своих коленопреклоненных бойцов, как одинокий баобаб в оазисе.
– Слышь, лейтенант-как-тебя-там. Сдается мне, что ты на Чужих работаешь, – медленно протянул Леха: – Сейчас мы тебя аккуратно свяжем, и очень тщательно выпотрошим. Как раз и доктор есть. Сема, давай шприц.
– Секунду, – Семён, включившийся в игру, повесил автомат на плечо и достал из нагрудного кармана аптечку. – Надо же, – расстроенно уставился он на лопнувший крест-накрест корпус с аккуратным отверстием посередине. Открыл и показал Лехе месиво из расколотых ампул. Аккуратно закрыл и убрал обратно.
– У меня есть, – сказал Олег, широко улыбаясь. Достал из аптечки шприц-тюбик и направился к побледневшему лейтенанту. Тот выставил вперед руки и попятился, упершись спиной в стену рядом с кровавыми следами, оставшимися от его подчиненного.
– Не надо! – умоляюще выкрикнул он.
– Надо, Федя, надо, – надвигался на него Олег.
– Константин Валерьевич, вы нам поможете? Нужно будет оперативно черепушку этому товарищу вскрыть, – продолжил нагнетать Леха.
– Х-м, а зачем? – заинтересованно спросил доктор.
– Бойцы, бейте их, – заорал лейтенант. Те не сдвинулись с места, глядя на контролирующие малейшее движение стволы автоматов.
– Приказываю, – продолжал надрываться лейтенант. Олег подошел к нему почти вплотную, сдернул защитный колпачок с тюбика и тут же метнулся обратно.
– Ложись! – завопил Леха, прячась за спину Семёна. Тот, впрочем, тоже был не лыком шит и немедленно рухнул на пол, не забыв при этом держать на прицеле бойцов лейтенанта. Их командиру уже явно было не до нападения на них. Глаза лейтенанта знакомо помутнели, и, спустя мгновение, его голова с громким хлопком разлетелась кровавыми брызгами и ошметками, мгновенно уделав всех вокруг.
– Прикольно, – первым пришел в себя Константин Валерьевич, выглядывая из-за двери. Хитрый хирург просто отшагнул в сторону от дверного проема, скрываясь из зоны поражения за стеной палаты.
– Да уж, – глядя на попадавших от резкого хлопка бойцов, которым достался основной заряд от раскинувшего мозгами лейтенанта, произнес Семён.
– Что с Кешей и Дедом? – спросил у доктора Леха, вытирая с лица брызги.
– С вашими товарищами? – уточнил Константин Валерьевич. Леха кивнул.
– Тут они в одной палате. Не положено, конечно. Капитана Охотина ночью прооперировали – всё хорошо. А вот с девушкой всё не так радужно. Тут МРТ нет, но насколько я понял, она двое суток уже без сознания после осколочного ранения. Рану я посмотрел – всё в порядке. Скорее всего, у нее внутричерепная гематома от удара. Её нужно срочно в Новосибирск перевозить, к нам в Центральный госпиталь.
– Везем, – решительно сказал Леха: – Только Славку дождемся.
– Мост на выезде из Бердска перекрыт. Там танки стоят, никого не пропускают. Меня пропустили, и то еле-еле, – покачал головой Константин Валерьевич и спросил: – У меня два вопроса: Что за Славка? И почему у лейтенанта голова взовалась?
Леха сообщил ему, что их товарищ был ранен в стычке возле госпиталя, а головы взрываются у агентов Чужих, о наличии которых нечаянно узнала их рота в ходе рейда. Константин Валерьевич в ответ рассказал об увиденных на мосту следах боя, о сожженной технике и трупах, о потерянно сидевшем на башне танка, мерно качающем головой молоденьком лейтенанте, о раненном в спину капитане, которому Костя вынул пулю из лопатки и перевязал. Очнувшись, тот узнал врача, приказал пропустить его через мост и, поблагодарив, остался на посту, наотрез отказавшись ехать в госпиталь.
– Дела, – присвистнул Олег, впечатлившись рассказом. Выходило, что своим возвращением они спровоцировали какие-то непонятные телодвижения, переросшие в городские бои с жертвами.
– Эй, бойцы, – обратился к пребывавшим в ступоре подчиненным покинувшего этот бренный мир лейтенанта Леха: – Вы как сюда приехали?
– Из Искитима, – нехотя ответил один из бойцов.
– Может, объясните, что за херня происходит? – спросил второй.
– Лейтенант ваш – агент Чужих, – сказал Олег: – А вы, выходит, тоже пособники Чужих. Расстрелять вас что ли?
– Мы не пособники, – запротестовал боец.
– Нас подняли по тревоге ночью. Лейтенант приказал нам грузиться в КамАЗ и ехать сюда. Мы еще удивились, что за срочность. Обычно о выездах заранее предупреждали всегда, – сообщил второй боец.
– Разберутся, кому надо, – перебил его Леха.
– Давайте грузиться пока, – предложил Семён.
Предложение не встретило возражений. Оперативно была найдена пара каталок, на которые погрузили Диану и Деда. Спустили их на лифте на первый этаж. Конвоировавший растерявших последний боевой дух бойцов Олег, заставил их утащить в приемный покой выкинутого Константином Валерьевичем в окно товарища, очень уж буйно взявшегося выполнять приказ лейтенанта и троицу охранников, охранявшихся пленных у грузовика. Затем он запер их в какой-то кладовке. К сожалению, один из охранников был мертв. Впрочем, и сержант, ранивший Славку, после знакомства с ботинками Олега был больше похож на мешок с картофелем, чем на человека.
Прибежавший из операционной Мохер доложил, что с Славка жить будет. Рану на голове зашили, там всё нормально, а вот угодившая чуть ниже ключицы пуля едва не оказалась смертельной. Она повредила подключичную вену, и лишь то обстоятельство, что Славка попал на операционный стол всего через несколько минут после ранения, спасло ему жизнь. Операция всё еще продолжалась. Мохер добровольно вызвался остаться со своим командиром, обещая найти способ сообщить о результате операции. Остальные, здраво рассудив, что везти лежачих больных лучше не на броне танка, реквизировали КамАЗ и загрузили туда своих лежачих друзей. Мохер вооружился любимым гранатометом и автоматом, распихал по карманам гранаты и утопал сторожить под дверями операционной.
Олег занял место мехвода в танке, за руль КамАЗа уселся Ворчун, Леха забрался в кузов.
– Нас все меньше и меньше, – невесело заметил Дед. Он лежал на узкой лавке, идущей вдоль борта грузовика, глядя на Леху, бережно придерживающего Диану.
– Угу, – отозвался тот, погруженный в свои мысли.
Джип легонько тряхнуло на стуке плит при въезде на мост. Костя отпустил педаль газа, сбавляя скорость. Идущий впереди КамАЗ останавливался. Подкатившись почти вплотную к перекрывшим проезд танкам, колонна встала. Костя выкатился из строя и остановился чуть левее. Чадившая несколько часов назад техника уже прогорела, запах гари унес дувший вдоль русла реки легкий ветерок. Мрачные лица встречавших их бойцов не выражали особой радости. Все изменилось, когда открылся люк на башне, и оттуда показалась голова Семёна. Он мгновенно опознал танки родного полка, выскочил и уверенно потопал к ним. Перекинулся парой фраз со встретившими его бойцами, подошел к лежавшему на броне раненому капитану и о чем-то коротко переговорил. Махнул рукой, настороженным спецназовцам с пулеметами, расположившимися по краям дороги. Те рысью подбежали к своему командиру. Выслушали команду, подхватили его на руки и потащили к КамАЗу. Загрузили капитана в кузов, подбежавший Бурят сообщил, что тот едет с ними в госпиталь.
Фыркнул двигателем танк, освобождая проезд. Сидящие на броне усталые танкисты помахали на прощание. Проплыли мимо сгоревшие дотла остовы бронетранспортера и бортового КамАЗа с обрывками тента на искореженных дугах. Колонна набирала скорость, торопясь в город. В город, где по информации, полученной от оставшихся на импровизированном блокпосту бойцов, сегодня было неспокойно. Было ли связано это с ними, или звезды так совпали? Ответа не было. Возможно, информация, донесенная добравшимся до руководства анклава Егором, стала тем спусковым крючком, что зажег фитиль на закопанной под городом пороховой бочке.
– Доберемся и всё узнаем, – пробурчал себе под нос Семён, разглядывая простиравшуюся впереди дорогу.
* * *
Свистевший в боковых зеркалах ветер завывал какой-то ведомый только ему мотив. Два Тигра неслись по дороге, стремясь покинуть ставший весьма негостеприимным город. Генерал Соколов невозмутимо сидел рядом с водителем тяжелого бронеавтомобиля. Он не шевелился и, казалось, даже не дышал. Предыдущая попытка покинуть центральную часть города, уйдя на левый берег провалилась. Все мосты были перекрыты смешанными подразделениями, состоявшими из контрразведчиков и бойцов 1-го мотострелкового полка.
Водитель покосился на неподвижного генерала. Что там они не поделили? Начавшаяся ночью нездоровая суета. Носящиеся по городу армейские части, стрельба, взрывы, и, наконец, этот спешный выезд. Переворот что ли начался? Хрен его знает. Ну, он за генерала. Он-то точно нормальный. По крайней мере, раньше был. Герой войны с реальным боевым опытом – это тебе не кабинетный хрен с саблей.
Отвлекшись от дороги водитель заметил что непроизвольно приотпустил газ и идущий впереди Тигр с охраной оторвался вперед. Бросив разные глупые мысли, водитель притопил газ, стремясь сократить дистанцию. В этот момент ожила связь.
– Вижу впереди колонну. Идут нам в лоб. Танк, грузовик и вроде ещё кто-то, – доложили с головной машины.
Генерал Соколов схватил микрофон и нервно скомандовал: – Согнать с дороги, не будут уступать – атакуйте ракетами. Идем на прорыв. – Бросив микрофон, генерал опять неподвижно замер, не выказывая ни тени эмоций. – Словно муху приказал прихлопнуть, – удивился водитель. На головном Тигре выползли вверх ранее скрытые в корпусе ракетные установки. Как хвастался сержант Говорин, им недавно поставили какие-то модернизированные Корнеты.
По команде, командира машины, заодно исполнявшего роль бортового стрелка, водитель вывернул машину влево, вылетая на встречную полосу, и поравнялся и головной машиной. Грозно рявкнул пулемет, посылая очередь в сторону идущей навстречу колонны.
* * *
– По нам стреляют! – заорал в микрофон Бурят, спешно хватаясь за пульт управления огнем.
– Над головой прошло, но вроде в тент попали – проинформировал его невозмутимым голосом Ворчун.
– Суки, – прокомментировал Олег.
– Сношу их? – спросил Бурят.
– Давай аккуратно, свои все же, хоть и уроды, – ответил Ворчун.
Башня немного довернулась, беря на прицел правый бронеавтомобиль. И откуда эти хрены взялись. Только недавно проскочили своротку к родному полку и полетели дальше по дороге, спеша доставить раненых в госпиталь. Как сообщил Буряту раненый капитан-чекист, в городе было неспокойно, Контрразведка вместе с военными проводила какую-то операцию. Вот и им какие-то недобитые хренососы попались на пути. Ехали бы спокойно по своим делам, так нет же, принялись стрелять.
Короткая пристрелочная очередь легла на дорогу под колеса летящим навстречу машинам. В ответ ракетная установка на крыше второго Тигра, как разглядел Семён, выпустила две ракеты, рванувшие прямо на них. Истошно запищал комплекс активной защиты. Навстречу атакующим ракетам рванули две противоракеты и взорвались метрах в тридцати перед танком. Две небольших вспышки и всё. У врага не вышло поразить колонну.
– Ах, вы так, уроды, – Бурят приник к прицелу. Танк вынесся из облака дыма от взрыва противоракет. Перекрестие мигнуло зеленым, подтверждая захват цели. Выстрел из орудия. Тигр с ракетной установкой исчез в облаке быстро опавшего взрыва, оставившего после себя кувыркающийся по асфальту искореженный пылающий остов, бывший некогда довольно грозным бронеавтомобилем. Второй Тигр продолжал лететь навстречу. Расстояние быстро сокращалось. Двести, сто метров. Противник и не думал останавливаться.
– Блядь, Костя! Куда?! – раздался в наушниках вопль Ворчуна.
– Что там? – быстро спросил Бурят.
– Он налево вылез из колонны, – ответил Ворчун.
– Блядь! – выругался Бурят. Летящий навстречу Тигр как раз взял левее, норовя проскочить мимо колонны на встречных курсах.
– Олег, тарань его! – заорал Бурят, понимая, что хоть и большой и тяжелый, но все же гражданский джип врача ничто против тяжеленной и крепкой туши армейского бронеавтомобиля.
Танк вильнул влево, вылетая прямо в лоб Тигру. В последний момент Бурят успел заметить огромные глаза водителя, его открытый в крике рот. Рядом с ним также кто-то сидел. Удар. Танк ощутимо приложило. Бурят, разбивая скулу о прицел, улетел с кресла и закопошился на полу боевого отделения. Со стоном выматерился Олег. Танк медленно остановился.
– Живы? – раздался в наушниках взволнованный голос Ворчуна.
– Лучше бы меня в роддоме потеряли, – простонал Семён, забираясь обратно в кресло. Дрожащей рукой повернул прицел, разглядывая жертву тарана. Смятый до неузнаваемости Тигр лежал на обочину вверх колесами, неспешно паря. Рядом стояли грузовик и джип врача.
Семён распахнул люк и вылез наружу. Шатаясь добрел до уничтоженного Тигра. Туда же прибежал и Леха с автоматом. Добивать никого не пришлось. В переплетениях искореженного металла обнаружились все три пассажира Тигра. Мертвые. Изуродованные переломанные тела – вот всё, что осталось от них.
– А вот эта рожа мне знакома, – прищурился подошедший Константин Валерьевич.
– Константин… Валерьевич, ты нахуя на встречку вылез? – вызверился на него Бурят.-
– Просто, Костя, – машинально поправил его врач, нагибаясь пониже и продолжая вглядываться в труп сидевшего рядом с водителем офицера.
– Точно, – повернулся он к Буряту и сказал, показывая рукой на заинтересовавший его труп: – Парни, мы нечаянно генерала Соколова ёбнули.
– Бля, – простонал Леха, хватаясь за голову. Командующий вооруженными силами анклава. Его смерть по вине многострадальной роты станет последним камнем, который им привяжут к ногам, прежде чем скинуть с ГЭС в Обское море.
– Да, херня, – успокаивающе махнул рукой Костя: – У нормальных генералов не бывает железяк в голове.
– Где? – удивленно спросил Бурят.
– Смотри, – Костя подошел поближе к машине и показал рукой на голову генерала. Семён подошел, пригляделся и действительно разглядел металлический блеск в страшной ране на голове генерала. Срезанная почти наполовину черепушка одного из высших военных чинов анклава скрывала в себе страшную тайну. Тайну, за которой они ушли в свой долбаный рейд. Тайну, за которую они бились, получали раны и теряли технику и боевых товарищей. Теряли надежду и обретали её вновь.
– Что ж. Эту-то черепушку мы все-таки довезем, – сказал Бурят и пошел к танку за инструментом.
