Текст книги "Рейд, дающий надежду 2.2 (СИ)"
Автор книги: Павел Шведов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 19 страниц)
– Вот ты гад! С моего, тогда фары переставим, – сказал Славка.
– Так они тут вроде целые.
– Сейчас разобью одну.
– Куда, бля!
– Да ладно, шучу.
Настроение у обоих поднялось после обнаружения относительно целого танка. Да и детальный осмотр показал, что башня не вращалась из-за попавшего в погон лазерного луча. Он оплавил металл, сварив между собой направляющие. Славка, вытащив голову из-под башни, сообщил, что там дел всего на пятнадцать минут работы зубилом.
– Пошли, наших обрадуем, – сказал Леха. Славка с энтузиазмом согласился.
* * *
Вечерело. Предсказанный Егором срок возвращения в Город явно не сбывался. Да и сам подполковник явно не был готов туда возвращаться. Едва придя в себя, он, несмотря на жутчайшую головную боль, закинулся обезболивающим и утопал осматривать подбитых Чужих. Что-то его явно заинтересовало. Олег также очнулся, но был нетрудоспособен. Что-то основательно встряхнулось у него в голове, и он лежал и периодически стонал от боли. Добрый доктор Семён вколол и ему укол, после которого Олег забылся тяжелым сном. Больше ничего сделать было нельзя. Сам Семён, отлежавшись, явно ожил и добровольно назначил себя главным врачом стихийно возникшего лагеря.
Славка опасался, что на место боя могут нагрянуть Чужие и настоял на том, чтобы перетащить всех чуть подальше в лес, на опушке которого они разместились. Долго уговаривать никого не пришлось и все ходячие и неходячие переместились на сто метров в чащу. Нашли место поукромнее, в небольшой низинке, оставили Диану и Олега под присмотром Мохера отдыхать, а сами сделали пару ходок до танков. Притащили уцелевшие вещи, аптечки, еду и оружие. Самое главное, доставили всю воду, которую удалось отыскать.
– Славка, ты как? – спросил Леха, устало присаживаясь рядом с небольшим костерком, рядом с которым уже грелись банки с тушенкой.
– Я бы сдох, но вы ж без меня пропадете, – ответил Славка: – Приходится тащить.
– Есть ещё одно дело, – начал Леха.
– Ага, давай пожрем и сходим, – перебил его Славка.
– Давай, – слегка удивился Славкиной прозорливости Леха.
Вскоре работавший поваром Ворчун вручил им по банке. До сих пор не пришедшей в себя Диане он попытался влить немного воды. Та упорно отказывалась глотать и вообще не реагировала на происходящее.
– Плохо дело, – заметил Семён.
– Ага, – невесело согласился Леха: – Нужно скорее в Город.
– Пошли, – Славка положил в кучу с мусором пустую банку и поднялся на ноги. Леха молча поднялся следом. – Парни, мы на час отойдем. Пойдем Деда поищем, – сказал он.
Под молчаливое одобрение остальных они потопали в сторону поля.
– Надо поторопиться, скоро стемнеет, – сказал Славка лишь бы не молчать.
– Угу, – коротко подтвердил прием Леха, шагая впереди. Говорить ему не хотелось. Миссия на которую они отправились явно не была радостной. Вышли на поле и пошли мимо танков, возвращаясь к дороге по вывороченной танковыми гусеницами земле и местами сгоревшей траве.
– Погоди, – сказал Леха и повернул к своему танку. Достал из ЗИПа пару лопат, кусок брезента и топор и вернулся к Славке.
– Держи, – протянул он ему одну лопату и топор. Славка молча принял скорбный инструмент. В молчании они дошли до дороги. Вот сгоревший, рваными обломками разбросанный взрывом КамАЗ. Леха подошел к кабине, открыл полуоткрытую дверь и замер.
– А где Дед? – удивленно спросил подошедший Славка.
– Может из кабины взрывом выкинуло? – предположил Леха и принялся оглядываться по сторонам. Деда нигде не было. Славка в это время стоял возле кабины и что-то прикидывал. Подумав пару десятков секунд, он решительно направился в сторону леса, что-то выискивая на земле.
– Леха! – замахал он руками, привлекая внимание. Тот подбежал к нему. Ботинок. Стандартный ботинок, какие носили танкисты, валялся на густом слое хвои под здоровенной сосной. Леха задрал голову наверх и наткнулся взглядом на темную кучку лежавшую на толстых ветках дерева метрах в трех от земли.
– Охуеть, – прошептал Леха, оценивая расстояние до грузовика. Выходило никак не меньше двадцати с чем-то метров.
– Давай лезь, скидывай, а я яму начну копать, – убитым голосом сказал Славка. Он, конечно, питал смутную надежду, что Дед выжил при взрыве КамАЗа. Все-таки военный грузовик и кабина была легкобронированной. Но если уж взрывом Деда откинуло так далеко, то он явно получил по полной. После такого не живут.
– Я вам скину, – неожиданно донесся сверху слабый голос. Славка подпрыгнул от неожиданности. Посмотрел на не менее, чем он ошарашенного Леху и задрал голову.
– Старый, ты охуел! Давай слезай.
– За старого ответишь. А слезть не могу – ногу походу сломал.
– Ну, пиздец, – выругался Леха.
– И что с тобой делать? – спросил Славка, прикидывая, что делать с неожиданной находкой.
– Иди до грузовика, поищи веревку, – скомандовал Дед.
– Там всё сгорело, какая нах веревка!
– Иди да поищи, я в тебя верю и побыстрее – ссать хочется, сил нету терпеть.
Славка утопал за веревкой. Леха, задумавшись, разглядывал дерево.
– Это хорошо, что вы за мной пришли. А где остальные? Я бой слышал, – спросил Дед.
– В лагере остались, – ответил Леха:– А бой.… Да, был бой. Тот заслон. Мы их снесли, но и сами еле живые остались. Танки под ноль раздолбали нам.
– Жопа, – ответил Дед.
Вернулся Славка, которому посчастливилось найти моток веревки валяющийся возле грузовика. Немного подгорелый с одной стороны, но на тощего Деда должно хватить.
– Леха? – спросил он, протягивая конец размотанного мотка.
– Угу, – Леха взял протянутый конец и полез к Деду. Добрался до него, перекинул веревку через толстую ветку у себя над головой и шустро обвязал Деда. Слез обратно.
– Держись, пенсия! – крикнул он, хватаясь за свисающую сверху веревку. Славка встал рядом. Натянули. Дед с матами и стонами ухватился. Аккуратно опустили Деда на землю. Тот не устоял на одной ноге и с громким воем завалился на землю.
– Бля-я-я, – простонал он, лежа на земле.
Нога, на которой не было ботинка, была неестественно вывернута внутрь.
– Пиздец! – прокомментировал увиденное Славка.
– Ага. Перелом со смещением, – подтвердил Славка, протягивая Деду фляжку с водой. Тот схватил и тут же ополовинил содержимое.
– Веревку режь, четыре куска по метру, – распорядился Леха. Положил на земле обе лопаты, расстелил между ними брезент. Кусками веревки привязали к лопатам брезент. Славка тем временем. Срубил тонкое деревце, очистил от веток и разрубил пополам. Получившуюся шину примотали бинтами к пострадавшей ноге. Дед матерился, но терпел. Его бледное лицо с каплями выступившего пота ярким пятном белело в наступивших сумерках.
Осторожно переложили Деда на носилки. Дружно вздохнули, подняли и понесли.
– Дед, ты, сколько весишь? – спросил пыхтящий Славка.
– Шестьдесят восемь, – последовал ответ.
– А кажется, что все сто, – прокомментировал с другого конца Леха.
– Это вы мне поссать не дали, сволочи, – простонал Дед.
– Теперь терпи, я опять тебя не подниму, – пропыхтел Славка.
– Куда я денусь, – невесело сказал Дед.
– А ты как выжил? – поинтересовался Славка.
– Чудом, парни, чудом. Я, когда развернулся, увидел, как из-за леса прямо мне в лоб вылетают два Охотника. Как я из кабины выскочил, сам не понял. Только пару шагов до кювета сделал, тут ракета и прилетела. А потом я полетел. До той сраной сосны. Об нее ногу и сломал. Вот и лежал там, на ветках, хрен знает сколько, слушал звуки боя. И вот, что я вам скажу парни. Нет ничего хуже, чем ждать. Вот так вот лежать и ждать неизвестно чего. Ждать и гадать, кто тебя найдет и найдет ли. Ведь КамАЗ этот сраный взорвался сразу же. И вы. Вы ведь хоронить меня шли. Даже не надеялись, наверное, живым застать. Я уже собрался себе пулю в лоб пустить, если завтра ничего не изменится. Но ждал. Лежал и ждал….
Дед, утомившись от монолога, замолк. Парни тоже притихли, задумавшись над его рассказом. Страшно. Страшно так вот остаться одному, обездвиженному. Лежать и медленно умирать, зная, что тебя вряд ли найдут. И, может статься, что все, кто знал где ты остался, уже погибли, и ты – последний. И ты не можешь, ни похоронить павших, ни отомстить за них, ни, даже, весть донести, что сгинула славная рота в неравном бою.
Так, в молчании, добрались они до лагеря. Чуть не прошли мимо, и только отсветы небольшого костерка на кронах деревьев помогли найти путь.
– Принимайте посылку, – сказал охрипшим голосом Леха. Они осторожно опустили носилки на землю.
– Что там? – вяло поинтересовался Семён, дежуривший у костра.
– Не что, а кто? – сказал Славка, падая, где стоял. Всё сегодня он больше никуда не пойдет.
– Вы что Деда сюда притащили? Я думал, там закопаете, – удивился Ворчун.
– Я тебя сейчас самого закопаю, – возмутился Дед.
– Да ну нах! – подскочил Ворчун, бросаясь к носилкам: – Дед! Живой!
Все ходячие тут же собрались возле носилок, разглядывая живое чудо. Дед был оперативно перетащен поближе к костру, и доктор Сёма приступил к осмотру.
– Поссать его сводите, он нам всю дорогу, про свой пузырь мочевой ныл, – сказал Леха, растягиваясь на траве.
– Куда его. С такой-то ногой, – бросил Семён, осторожно разматывая бинты. Увиденная картина ему явно не понравилась.
– Бурят, я сейчас реально обоссусь, – прошептал Дед.
– Ну, хорошо. Ворч, помоги, – смилостивился Семён. Вдвоем они подняли Серегу и дотащили до ближайших кустов. Прислонили к дереву и придерживали, пока тот с наслаждением поливал. После процедуры доставили его обратно и вновь уложили на брезент.
– Ты, пиздец, Серега, – покачал головой Семён: – Я бы, наверно, со сломанной ногой в штаны нассал, а ты терпел. Но это неточно.
– Сёма, главное человеком оставаться. А сухие у тебя штаны или мокрые – дело десятое. Но для меня – это дело принципа, – сказал Дед.
– Ладно. Короче, нужно тебе ногу вправлять, – Семён, поморщился от очередного удара копыта слона по голове и принялся рыться в аптечке.
– Надо, так надо, – философски ответил Дед, впрочем, без особого энтузиазма.
– Ворч, разрежь штанину пока, – распорядился Семён. – Э, куда сваливаете? А держать кто будет? – возмутился он, глядя как личный состав принялся потихоньку разбегаться.
Штаны были разрезаны. Под ней обнаружилась посиневшая, неестественно завернутая в лодыжке нога. Семён принялся её разглядывать, водя над ней пальцем и что-то шепча себе под нос. Периодически он делал резкие движения в воздухе обоими руками.
– Тренируешься? – поинтересовался наблюдавший за ним Дед.
– Ага, я ж такого ни разу не делал. Только в теории, – честно признался Семён.
– Бля. Может в город шустренько поедем? Там доктор есть, – с надеждой спросил Дед.
– Не угадал. У нас один танк живой остался и тот чинить нужно, – ответил Ворчун.
– Эх, дайте хоть самогонки, тогда, – грустно попросил Серега.
– Обойдешься, – ответил ему Семён, снова порылся в аптечке и достал ампулу. – Вот тебе вместо самогона. – Зарядил содержимое ампулы в шприц и шустро поставил Деду укол.
– Щас тебе хорошо будет, – пообещал он.
Вскоре Дед и впрямь расслабился, закрыл глаза и, судя по его довольному лицу, ему стало легче. По крайней мере, страдальчески морщиться он перестал.
– Леха, держи его за руки и голову. Ворчун, за ногу берись. Вот так. Двумя руками. Держи крепко. Славка, свети, – принялся раздавать указания Семён. Парни зафиксировали Деда, Семён взялся за обоими руками за ступню.
– Держим! – скомандовал он и, осторожно принялся вправлять сломанную кость, немного оттягивая на себя ступню. Дед попытался забрыкаться, но Ворчун с Лехой держали крепко.
– Готово, – отпустил деда Семён. Нога теперь выглядела почти как новая, не считая жутких синяков и распухшей лодыжки. Семён осторожно пощупал кости, вызвав недовольный рык Деда.
– Вроде на месте, – не нащупав ничего подозрительного, Семён счел процесс завершившимся успешно.
– Суки! – простонал Дед: – Нахуй я с вами поехал. Сидел бы танки в полку ковырял…
– Отомстить ты поехал. За пацанов погибших. Тварям, эту херню устроившим, лица разбить, – не открывая глаз, зло сказал валявшийся неподалеку Славка: – Так, что, хули ты ноешь.
– Я на жизнь жалуюсь. Сема, вколи мне ещё такой хрени.
– Не, Дедуля, не положено. Попозже таблеточку выдам, – обломал его Семён.
– Эх, самогонки не дают, укол не дают. Папе на вас пожалуюсь, – обиделся Дед.
– А ведь они нас так и не догнали, – у Лехи из головы за бешеными событиями дня совсем вылетел из головы пропавший в полном составе экипаж командирского танка. Плюс укушенная в одно место девчонка.
– Не догнали, – грустно подтвердил Славка.
В повисшей тишине Семён молча обработал ногу Деда и натянул надувной бандаж. Собрал свои медицинские причиндалы, запнул в костер попавшую под ногу палку и не спеша утопал в темноту.
* * *
Хмурый дождливый день давно уже перешел в прохладный сырой вечер. Темнота окутала землю, сковав в неподвижности капли воды на намокшей траве, заставив неподвижно замереть кроны деревьев и печально затихнуть в своих норах и гнездах многочисленных обитателей ночного леса.
Одинокая ворона с опаленным войной хвостом уселась на дуло замершего на поле давно уже знакомого ей гигантского железного монстра и уставилась своим блестящим черным глазом на одиноко сидящего на броне человека. Идиот, тут же холодно и сыро. Иди к костру, человек, там тепло и светло, там дают неведомое вкусно пахнущее лакомство со странным названием "ту-у-шняк". Ворона резко каркнула. Человек встрепенулся и резко поднялся. Спрыгнул с танка и не спеша пошел к своим. Ворона довольно покивала головой. – Вот умница, послушный.
Егор очнулся от раздумий от неожиданно прозвучавшего совсем рядом вороньего карканья. Уже стемнело и вырвавшая его из тоскливого самокопания ворона появилась как нельзя вовремя. Сколько он тут проторчал, осматривая подбитую технику Чужих и пытаясь понять причины их странного поведения. Почему они сразу не напали, почему сбили собственного Охотника, атаковавшего сзади? Почему мы вообще выжили? С таким численным перевесом разнести три танка для Чужих, было делом нескольких минут. Егор вспомнил ту мрачную обреченность, с которой ловил в прицел Чужих. Нет, он не надеялся тогда выжить, и даже с каким-то нетерпеливым сожалением ждал конца. Конца всему. Жизни, их затянувшемуся рейду. И потаенной мечте. Мечте о победе. Даже не мечте, а, так, робкой где-то в глубине промелькнувшей мысли, что они сделали шаг, чтобы понять Чужих. Шаг познать врага и найти его слабые стороны. И, может быть, победить. Когда-нибудь.
Плюнув на бегущие уже черт знает, по какому кругу мысли, Егор ускорил шаг. Вышел в затихшему лагерю. Сидевший в тени под деревом, укрытый куском сливавшегося с ночью брезента Мохер, махнул ему рукой и принялся дальше бдить. У костра сидели Славка с Лехой и, тихонько переговариваясь, пили чай. Все остальные разлеглись поближе к костру и спали. Егор кинул взгляд на по-прежнему не пришедшую в себя Диану и подсел к парням. Порылся в рядом стоящем рюкзаке, достал банку тушенки, открыл и принялся уничтожать содержимое.
– Как успехи, – спросил Леха.
– Непонятно. Всё облазил. Всё как обычно. Никаких трупов Чужих не видно. Никаких отсеков для перевозки пленников. Хотя, большая часть Чужих выгорела под ноль, – доложил Егор о результатах своего расследования.
– Так может, действительно, у них просто что-то поглючило, и они не атаковали? – спросил Славка.
– А зачем тогда своего сбили? Не, они действовали по четкому плану, а когда тот Охотник начал нас мочить, они его тут же снесли. Я осмотрел всё на поле боя. Мои выводы – они хотели нас остановить и взять в плен. Смотри, они били, в основном, по двигателям. Славке сбили гусеницу. Но ведь они же обычно глушили ракетами экипаж, жгли лазерами башни. А тут, словно специально, стреляли в железо. Нам все танки вынесли, а двухсотых ни одного.
– Ну да, странно как-то, – согласился Леха: – Значит, тот Охотник не получил приказ и был сбит. А почему тогда сюда еще не притопала толпа Чужих, чтобы нас захватить? Мы ж сейчас даже сопротивляться не сможем?
– Может, кончились Чужие в округе? – предположил Славка.
– Может, и кончились, а может прямо сейчас нас Охотники окружают, – сказал Егор.
Леха задумчиво посмотрел по сторонам, потянулся к карману и достал исковерканную пачку сигарет. Задумчиво заглянул внутрь и кинул её в костёр.
– Славка, дай сигарету? – попросил он. Славка молча протянул ему открытую пачку.
Закурив, Леха глянул на уставившегося на огонь Егора и сказал: – Знаешь, мне похуй. Что там Чужие задумали, что они с нами делать хотят. Завтра мы погрузимся в единственный танк и рванем до базы. Там заберем технику и доберемся до Новосибирска. Доложим, как есть, и пускай умники думают. Я заебался. Единственное, что меня беспокоит – это Диана. И оставшиеся в Поречье. Почему они нас не догнали. Даже если Пашку не нашли, они же должны были рвануть за нами. Может быть, их тоже Чужие там намотали? Тогда – жопа. У них там не было бы шанса даже от взвода Охотников отбиться.
– Это моя вина, – сказал Егор, не поднимая головы: – Я настоял, чтобы срываться в Город, и, причем по кратчайшему маршруту. И в результате мы угодили прямо в засаду.
– Ерунды не говори, – перебил его Леха: – Всё мы правильно делали. Ты же сам говоришь, что Чужие ведут себя неправильно. И вот кто мог предугадать, что они нас захотят поймать? Никто. Так что не вини себя, Егор.
– Пашку мы бросили, – упрямо сказал Егор.
– Ну и что? – спросил Славка: – Он немаленький уже. Решил с бомбами наперевес побегать, кто ему мешать будет? А если бы мы все там остались и продолжали поиски, кто знает, может и туда бы толпа Чужих по наши души нагрянула. А так, даже больше шансов. Может, они вообще по другому маршруту двинули и уже к Городу подъезжают.
– Ладно, хорошо херней страдать, – Леха поднялся и потянулся: – Давайте спать, завтра, чую, день веселый предстоит.
Глава 7. Возвращение
– Рота, подъем, – ворвался в тяжелый мутный сон негромкий голос Лехи. Олег резко открыл глаза, непонимающе глядя на чью-то спину перед носом. Спина резко поднялась, открывая нерадостный вид на стоящий меж темнеющих деревьев утренний туман. Еще не рассвело, и поднявшаяся в разбуженном лагере суета разгоняла безмолвие затихшего леса.
– Как она? – послышался вопрос Мохера.
– Все так же, – усталым голосом ответил Леха. Он так и не смог уснуть вчера и просидел почти всю ночь, дежуря возле Дианы. На все попытки отправить его спать, он спокойно и твердо посылал всех куда подальше. И теперь он сидел рядом с ней, задумчиво глядя в еле тлеющие угли прогоревшего костра.
– Олега, ты кому дрыхнешь? – поинтересовался подозрительно бодрый Ворчун, нависая заслоняющей свет глыбой над головой.
– Бошка болит, – пожаловался Олег, аккуратно усаживаясь.
– А, ну это мы щас поправим, – Ворчун безрезультатно попытался состроить дружелюбно-участливую физиономию и протянул Олегу кружку с водой и горсть таблеток: – Держи, доктор Сема прописал.
– Я с них кровавым поносом не изойду? – Олег осторожно принял таблетки, проглотил и запил водой.
– Не должен, но рожа у него была очень уж задумчивая. Так что ты на всякий случай завещание напиши, – успокоил его Ворчун.
– Спасибо, дружище, и за таблеточки и за предупреждение, – сказал Олег, прислушиваясь к себе. Голова немного гудела, но вчерашняя тошнотная слабость с головокружением отступили. Легко он отделался, похоже. Вообще вся рота легко отделалась.
– Итак, товарищи бойцы, – начал доклад Семён, когда после стандартного завтрака из сухпайков со стаканом чая, сваренного на костре, все собрались на совещание: – На сегодняшний момент у нас условно боеспособны Славка, Леха, Ворчун, Егор и я. Максим и Олег врачебной комиссией в лице меня признаны условно ходячими. Диана и Сергей – лежачие, требующие срочно доставки в нормальный госпиталь. Если у Деда все понятно, там требуется нормально поправить ногу, рентген и всё такое, то, что с Кешей – непонятно. Вроде рана на голове небольшая, да и осколок вряд ли сильно по голове приложил, но она уже почти сутки без сознания.
– Сема, я вроде в норме, – встрял Олег. После завтрака он чувствовал себя вообще отлично.
– Да? А ты отожмись раз десять, – сказал ему Семён. Олег тут же принял упор лежа и принялся отжиматься. После третьего раза в голове зашумело, в глазах потемнело, и он рухнул на землю.
– Убедил, – простонал он, борясь с тошнотой.
– Слушай доктора, и будет тебе счастье, – ответил ему Семён и продолжил: – Короче, нам нужно в Город. Нетранспортабельных больных нет, так что собираемся и валим.
– Поддерживаю, только давайте башню расклиним и прицел попробуем перекинуть, – сказал Славка.
– И барахло свое по максимуму заберем, – добавил хозяйственный Ворчун.
Распределили обязанности. Славка, Ворчун и Леха отправились ремонтировать танк, остальные остались сворачивать лагерь и собирать вещи.
Добравшись до поля, ремонтная бригада приступила к приведению танка в работоспособное состояние. Славка, вооружившись зубилом и молотком, полез под башню срубать оплавившийся металл, мешавший вращению башни. Леха снимал со своего танка командирский прицел, Ворчун делал то же самое с разбитым прицелом на танке Семена.
– Готово, вроде, – Славка управился первым, вылез из-под башни и вытер пот со лба. Работать пришлось в крайне неудобной позе.
– Иди, помоги, со своим зубилом. Тут тоже метал прихватило, – позвал его Ворчун.
– Давай кувалдой его ебнем, само отвалится, – предложил Славка, глядя на оплавившийся корпус прицела.
– Разъем свернем, че потом делать? – не поддержал идею Ворчун.
– Ладно, давай рубить, – Славка нацелился зубилом в оплавившийся стык и сильными короткими ударами принялся рубить металл.
– Вы долго там? – поинтересовался Леха, протирающий тряпочкой снятый прицел.
– Ща, уже шевелится, – пропыхтел Славка. Вскоре стык был прорублен, Ворчун подсунул в щель отвертку и аккуратно отковырял прицел.
– Давай, тащи сюда, – махнул рукой он Лехе.
– Погоди, тут нужно напильником выровнять посадочное место, а то клинить будет, – притормозил его Славка.
Ворчун молча взял напильник и принялся снимать заусенцы, оставленные зубилом. Спустя 10 минут всё было готово. Леха торжественно подключил разъем прицела и установил его на место. Ворчун затянул крепежные болты. Славка нырнул в люк, включил питание.
– Есть картинка, – доложил он: – Нужно откалибровать по оси Z. – Прицел еще немного покрутился в разные стороны и замер неподвижно.
– Готово, – доложил Славка: – Сейчас башню попробую. – Башня вздрогнула, что-то громко щелкнуло и она повернулась влево. Славка погонял ее туда-сюда, башня исправно вращалась, правда немного скребла по погону не особо аккуратно срубленным металлом.
– Ну, всё, погнали за нашими, – весело сказал Славка.
– Погоди, давай ракет загрузим с моего танка, – предложил Леха.
Идея была единодушно поддержана. Полностью пополнили боекомплект ракетной установки. Заодно выгребли все оставшиеся пулеметные ленты из зениток. Заряжать не стали – дело это небыстрое, соединять и укладывать в короба ленты.
– Заводи, – скомандовал Леха. Ворчун, занявший место мехвода, завел двигатель, прогрел и двинул танк к лагерю. Там уже всё было готово. Шустро погрузили всё и всех на танк. По центру башни на стопке спальников разместили лежачих Деда и Диану. В вещевой ящик плотно утрамбовали рюкзаки, часть привязали по бокам башни. После долгих споров, Ворчуна оставили за рулем, Семён свое правое кресло никому не уступил, а место наводчика выиграл в «камень-ножницы-бумага» Славка. Остальные разместились на башне.
Леха, задержавшийся на земле, окинул взглядом танк, похожий на передвижной цыганский табор, покачал головой и залез на броню.
– Трогай шеф, – крикнул он в открытый люк. Семён кивнул и отдал команду Ворчуну. Танк медленно поскреб гусеницами по земле, разворачиваясь, и направился обратно на поле. Двигаться к базе решили, избегая дорог, по полям и лесам. Хватит с них приключений, да и танк совсем не готов к бою, со своим цыганским десантом на башне.
Мохер, обнимая гранатомет, сидел на маске орудия, внимательно разглядывая раскинувшееся впереди поле.
– Ты главное не стреляй из него, – сказал ему Олег: – А то нас всех струей снесешь.
– Я слезу, если что, – пообещал Мохер.
Танк уверенно несся по полю. Из-за шума двигателя приходилось повышать голос. Да и настроение у большинства не располагало к разговорам. Так что ехали молча в задумчивом оцепенении. Поля сменялись небольшими перелесками, ходом проскочили пару небольших ручьев, даже не забрызгав пассажиров. Перед свороткой к поселку, в котором в заброшенном цехе их дожидались оставленные грузовики и два запасных танка, всё же вышли на дорогу.
– А это что за хрен!? – воскликнул Семён, смотревший через прицел на дорогу впереди.
Славка, пребывавший до этого в полудреме, уставился в прицел. На обочине дороги, возле обычного зеленого уазика стоял человек.
– Ворчун, сбавь скорость, – скомандовал Семён. Танк замедлился, довернул башню, беря на прицел подозрительного человека.
– Че это за хрен? – сунул голову в люк Леха. Он тоже разглядел машину в полукилометре впереди.
– Непонятно, может фельдъегерь куда-то едет, – предположил Славка.
– Подъедем и спросим, – решил Семён.
– А вдруг это засада? – усомнился в правильности решения Славка.
– Сейчас тепловизором гляну, – ответил Семён и уставился в прицел. – Чисто, вроде, – доложил он через пару минут. Танк, тем временем, приблизился в уазику.
– Стоп, – скомандовал Семён, когда до машины оставалось около ста метров.
– Мы пошли, поболтаем, – сказал сверху Леха. Славка высунулся в люк, провожая взглядом Леху и Егора, спустившихся с танка и идущих по дороге.
– Не нравится мне это. Это хрен, как будто нас ждал тут, – сказал он.
– Угу, – промычал Бурят, беря уазик в захват ракетой.
– Смотри по сторонам, а я в свой прицел за ними прослежу, – предложил Славка.
– Смотрю, – подтвердил Семён: – Если что, из пулемета бей.
– Так точно.
Мохер, не спеша слез с танка и встал рядом. Развернул гранатомет и прицелился в уазик.
– Ты чего, воевать собрался? – спросил наблюдавший за ним Олег.
– На всякий случай, – ответил Мохер.
– Ну ладно, – Олег взял в руки автомат и проверил магазин.
– Парни, а мне ствол-то дайте, – попросил лежавший на башне Дед. Олег молча протянул ему еще один автомат.
Мерно шагающие по дороге Леха и Егор приближались к по-прежнему неподвижно стоявшему на обочине человеку и его уазику. Насколько они могли разглядеть, он был один. Что-то знакомое казалось Лехе в высокой худощавой фигуре. По мере приближения, наконец, удалось разглядеть детали.
– Это он! Точно! – Леха узнал неоднократно виденное на мониторе ноутбука лицо.
– Угу, – подтвердил Егор.
– Пиздец ему, – возбудился Леха, снимая с плеча автомат.
– Не спеши, сперва послушаем.
– Да ну нах, – Леха ускорил шаг, вскидывая автомат. Егору ничего не оставалось, как догонять буйного товарища.
Эй, ты, руки в гору, урод, – проревел Леха, приближаясь к неподвижно стоящему лейтенанту Погорелову. Тот не реагировал. Леха передернул затвор, блеснувший в лучах солнца патрон вылетел и зазвенел по асфальту.
– Говори, что хотел, – негромко произнес Егор.
– Вы должны проследовать по координатам, которые я укажу, – ровным голосом без капли эмоций проговорил лейтенант.
– Зачем? – спросил Егор.
Иначе вы будете уничтожены орбитальным ударом. Вы признаны угрозой, которую необходимо нейтрализовать. Вместе с тем, некоторые из вас представляют интерес. Не хотелось бы вас уничтожать.
– Кто именно? – быстро спросил Егор. Его мозг разогнался, так что только пар из ушей не шел. Реальность угрозы, конечно, стоило как-то проверить, но то, что лейтенант или кто он там не шутит, было ясно. Даже то, как легко они нашли их, говорило, что они играют в разных весовых категориях. Пока играют.
– Эту информацию я не буду вам сообщать, – ответил лейтенант: – Я жду вашего решения.
– Те, кто вам не нужны. Их можно отпустить? – спросил Егор.
– Нет. Они владеют информацией, разглашения которой следует избегать. Поэтому они будут нейтрализованы, – ответил лейтенант или кто там говорил вместо него.
– Нам необходимо обдумать ультиматум, – спокойно ответил Егор.
– У вас есть пятнадцать минут на принятие решения. Далее последует удар. О своем решении сообщить лейтенанту Погорелову, – ответил лейтенант, подтверждая догадку Егора, что лейтенант является лишь передатчиком, громкоговорящей живой рацией.
– Егора, давай ему просто башку прострелим и всё, – предложил Леха.
– Отставить, – сказал Егор: – Мы примем решение. Ожидайте. – Он тронул за рукав Леху, развернулся и быстрым шагом пошел обратно. Леха, немного не понимая смысла происходящего, хмыкнул и двинул следом за ним.
– Ты чего? – догнал он Егора: – Какой нах удар? Мы же рацией не пользуемся. Если только нас кто-нибудь подсветит
– Ты уверен? – взглянул на него Егор: – Уверен, что в танке нет еще одной такой «коробки с тушенкой» как была в грузовике?
– Бля, – до Лехи дошёл смысл придвинувшейся вплотную жопы. Бесхозный танк простоял на поле всю ночь. Да в него что угодно могли запихать так, что хрен найдешь.
– Выходит, нас пасли. Только вот с какого момента.
– Да. Теперь я в этом уверен.
– А на хрена мы им сдались? Мы что какие-то гении, или имеем доступ к секретам анклава?
– Не знаю. Если честно, мне очень хочется принять ультиматум этого типа. Хочется, наконец, понять, что движет Чужими.
– Тебя слишком сильно вчера взрывом походу приложило, – Леха остановился и внимательно посмотрел на Егора. Тот тоже остановился и повернулся к нему. – Я не допущу сдачи. Даже не думай об этом, – сказал Леха: – Лучше придумывай способ уйти.
– Я верю в угрозу удара, – Егор стоял и рассеяно смотрел на Леху, словно что-то решая: – Решения пока не вижу. Идем. Время идет.
Они двинулись дальше, непроизвольно ускоряя шаг. Угроза подгоняла. Леха гонял разные варианты в голове. Бросить танк и уходить по лесу. Пристрелить лейтенанта и гнать на всех парах. Может, пронесет. Найти долбаный передатчик в танке. Блин. В смятении они добрались до танка. Егор озвучил ультиматум.
– Сейчас я его с пулемета ебну и по коням, – недолго думая решил Славка.
– Ты уверен, что где-то в лесочке нет группы Охотников, которые нас тут же прикончат.
– Охотников нет, – внезапно сказал Егор.
– Почему? – уставилась на него куча глаз.
– Он сказал, что мы должны куда-то направиться. Значит, поблизости нет никого и ничего для нашего захвата. По крайней мере, опасного для нас.
– Остается вариант слежения за нами. Что это? Жучок в танке или какие-то шпионские следящие устройства, типа дронов? – задумался Славка.
– А если это хреновины, как та камера, которую вы нашли в комнате лейтенанта? Их же могли развесить на каждом дереве и следить, – сказал снизу Ворчун, торчавший из открытого люка мехвода.
