Текст книги "Спокойный Ваня 7 (СИ)"

Автор книги: Павел Кожевников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

– Ты мудр, князь. Не по годам мудр! – Ехидно ответил Михаил.

– Будешь хамить, лишу сухарей и оставлю тебя на шоколадной диете. – Пригрозил ему в ответ. – Лучше подскажи, как перебраться через соль? Желательно у всех на виду.

– Ты мудрый, вот и думай. У тебя всякая дичь хорошо получается. – Отказался Михаил. – Мои подсказки только все испортят.

* * *

– Он совсем больной на голову! – Выдохнул Михаил, увеличивая изображение на экране.

Иван со всех ног бежал по площади и что-то орал во всё горло. Михаил даже звук усиливать не стал. И так было понятно, что цензурные выражения с таким лицом не произносят. Бежал Иван не напрямик, а выписывая непредсказуемые зигзаги. Иногда он увлекался и перескакивал вбок на слишком большое расстояние. С таким же успехом он мог перескочить соляную полосу, даже не коснувшись её.

Европейцы не стреляли. Михаил не видел вспышек от выстрелов. Все ждали, пока Иван добежит до солевой полосы. И вот здесь началась очередная дичь. Иван прямо из воздуха выдернул большую дворовую метлу и начал широкими взмахами расчищать себе дорогу.

Нервы у европейцев не выдержали. Началась стрельба. Одновременно несколько человек посмелее бросились на Ивана с копьями, сверкающими свежесрезанной древесиной на острых концах. Кто-то успел смастерить лук и пытался подстрелить Ивана, но тот ловко сбивал стрелы черенком метлы. Таким же образом он обивал первое время копья.

Когда народу вокруг стало слишком много, Иван развернулся и бросился в обратную сторону. Попутно он смахнул головы двум увлёкшимся европейцам, которые зашли за полосу соли.

Вопреки предположениям Михаила, Иван не убежал совсем, а, сделав петлю, начал разметать соль на другом участке. Совсем тупыми европейцы не были. Очищенный участок они сразу начали засыпать новой солью.

Иван подловил ещё одного европейца, неосторожно выскочившего на чистый асфальт. Михаил подумал, что он так и будет бегать от одного места к другому, но Иван и здесь преподнёс сюрприз.

Желающих ткнуть в него острой палкой набралась целая толпа. Почувствовав безнаказанность, европейцы толпились на солевой полосе чуть ли не плечом к плечу. Этим Иван и воспользовался. Он буквально по головам перебежал полосу, откинул метлу и громко смеясь, забежал в стену здания.

– Ну артист! – Восхитился Михаил, откидываясь на спинку кресла.

* * *

Проникнув в здание через стену, я оказался в пустом полуподвальном помещении. Если здесь раньше что-то хранили, то уже вывезли. По информации, полученной от Маруси, основной командный состав сидел на втором этаже. Добираться к ним по лестнице было чревато. Учитывая количество соли снаружи, наверняка у них все коридоры и лестницы тоже ей засыпаны.

Я решил не торопиться. И так хорошо побегать пришлось. Достав бутылку, напился воды и сел на пол.

– Кагье, как у вас дела?

– Готовы. Ждём отмашки. – Коротко ответил лекарь. – Что ты там опять натворил?

– Всё как обычно. Меня ловят, я убегаю. Пойду сейчас самых жирных крыс за хвосты подвешивать.

– Ты давай поаккуратней. – Попросил Кагье. – Устал?

– Больше морально. Надоела грязь и кровища.

– Потерпи. Мы с Эттувом для тебя со Степаном обязательно ордена выбьем. – Попытался приободрить меня Кагье, но больше рассмешил.

– Орден – это замечательно, только зачем он мне? Ладно. Идти надо, пока крысы разбегаться не начали.

Спрятав бутылку, я проверил стены в комнате. Внутренняя, отделяющая комнату от коридора, оказалась несущей. Жаль, что её толщина оставляла желать лучшего. Весь я в неё не помещался даже боком. Обязательно, что-нибудь торчать будет.

Плюнув на скрытность, я начал подниматься, не сильно переживая, что меня увидят.

Глава 5

Поднимаясь, я убедился, что вызванная мной истерия не минула командование европейцев. Весь второй этаж оказался засыпан солью. Поднялся на третий. Здесь наблюдалась похожая картина. Меня уже всерьёз заинтересовал вопрос: где они её столько взяли?

На третьем этаже миндальничать не стал. Уничтожал всех подряд. Потом через перекрытие опускал голову и осматривал комнаты этажом ниже. Пришлось побегать, пока нашёл нужную.

Маленькая комнатка в конце коридора была вся засыпана солью. На стенах развешены кресты и иконы. Она никак не походила на комнату для совещаний. Скорее на убежище от нечисти, то есть от меня.

В центре комнаты стояли четыре офицера и о чём-то оживлённо спорили. Говорили они быстро и непонятно. Вроде бы по-английски. Судя по навешанной на их одежду «бижутерии», это и было разыскиваемое мной командование местного гарнизона. Пятый обитатель в одежде священника сидел на стульчике в дальнем углу, держал перед собой раскрытый молитвенник и беззвучно шевелил губами, время от времени крестясь.

– Мементо мори! – Ляпнул я широко известное изречение на латыни. К окружающей обстановке эти слова подходили идеально.

Моя голова, торчащая из потолка, произвела ожидаемый эффект. Один офицер схватился за пистолет и тут же его выронил. Другой начал громко читать молитву, выставив перед собой большой крест, до этого висевший у него на шее. Третий замер, закрыв лицо руками. Четвёртый, самый пожилой из них, только сжал кулаки и ненавидящим взглядом уставился на меня. С таким не договоришься.

Я провалился сквозь потолок и, развернувшись в воздухе, приземлился на ноги. В полёте успел достать меч и от макушки до груди рассёк пожилого. Соль хрустнула под моими ногами. Меч исчез в пространственном кармане. Бормотание молитв прервал грохот упавшего тела. Во все стороны полетела кровь, смешанная с мозгами. Зрелище, неприятное даже в другой обстановке, а сейчас оно вызвало натуральную истерику у офицера, уронившего пистолет.

Он бросился к двери и начал дёргать её за ручку, пытаясь открыть. Пришлось взять его за загривок и отбросить в угол. Офицер сразу затих и с ужасом смотрел на меня. Держащего перед собой крест офицера я пока проигнорировал. Подошёл к третьему и силой отодвинул одну руку от его лица. Странная реакция. Европеец закатил глаза и впал в ступор. Отпущенная рука тут же вернулась на место.

– Славянский знает кто-нибудь? – Спросил я достаточно громко, чтобы меня могли услышать, так как молитвы с каждой секундой звучали все громче и громче.

– He knows! – Начал тыкать в покойника пальцем офицер с крестом.

– Он маленько его забыл. – Ехидно ответил я, соображая, как поступить дальше. – Прибить вас всех и не мучиться. – Наконец, решил я.

– Что тебе нужно, адское отродье⁈ – Священник степенно поднялся со стульчика. – Зачем ты пришёл на эту землю и вмешиваешься в дела людские. – Говорил он понятно, хотя и с сильным акцентом.

– Зачем европейцы пришли на эту землю, куда их никто не звал? – Ответил я вопросом на вопрос.

Меч снова оказался у меня в руке. Полетели в разные стороны обрезанные уши и выпущенные кишки. Я старался не наносить смертельных ранений. Пусть живут до прихода помощи. Но раны выглядели очень страшно и кроваво.

Только священник остался невредимым. Я подхватил его под руку, отчего он ощутимо вздрогнул и потащил на выход. Разговаривать в комнате из-за орущих людей стало невозможно.

В двери я вырезал замок и пнул её ногой. В коридоре никого не было.

– Почему тебя не останавливают святые символы веры и рассыпанная соль? – Спросил священник. Видимо, этот вопрос крепко засел у него в голове.

– Ночь – моё время. – Буркнул я, первое пришедшее в голову объяснение. – Ночью от меня нет защиты. Я буду приходить и убивать, пока вы не покинете эту землю. Сроку вам две недели. Потом я и мои друзья придём и обрушимся на ваши дома. Европа проклята. А на проклятом месте моя власть безгранична. Рот закрой, когда я говорю. – Нажал я голосом, так как священник собирался мне возразить. – Даю сутки на вывод войск из Великих лук. Потом продолжу убивать. Лучше молись, чтобы тебя послушались. – Я втолкнул священника в ближайшее пустое помещение. – Посиди здесь, пока я развлекаюсь. Мне нужно очень много крови.

Мой неожиданный смех добил святого отца. Его ноги подкосились и, потеряв сознание, он осел на пол. Я же, наоборот, засмеялся ещё громче, но уже от радости. Крест на груди священника наливался ярким и таким знакомым светом кровавого камня.

* * *

– Степан, ты готов? Помнишь, что надо делать? – Эттув подошёл к парню в набедренной повязке.

Чтобы нормально ответить, тому пришлось сильно наклониться. Эттув был ниже Степана больше чем на две головы.

– Сначала рация, потом генератор. Дальше зачищаю крупные очаги сопротивления и жду вашего прихода. – Степан прилежно проговорил поставленную перед ним задачу.

– Верно. И не рискуй понапрасну. – Эттув хлопнул парня по плечу. – Мы следом за тобой пойдём. Постарайся без лишнего шума справиться. Твоя задача – открыть нам путь, а не геройствовать.

– Да по всему городу стрельба стоит. – Усмехнулся Степан. – Расшатал Иван нервы европейцам.

– Ещё не известно, кто из вас больше им нервы потрепал. – Заметил Эттув, слышавший от Кагье о сражении Степана. – Иди давай.

Основной завал давно расчистили, а доски, перекрывающие выход из подвала, оставили ради небольшой маскировки. Степан, не торопясь, убрал их в сторону. В процессе работы его тело менялось. Не так существенно, как в первый раз, но агрессивные черты настоящей машины, созданной для убийства, всё же проступили.

Закончив освобождать спуск в подвал, Степан молча растворился в темноте. Он сразу перешёл на бег. Тело слушалось с необычной лёгкостью. В подземелье не было возможности почувствовать скрытую мощь изменённого организма, и сейчас Степан натурально наслаждался своим состоянием.

Земля под босыми ногами мягко пружинила. Он вспомнил, как женщины разглядывали его лицо и наперебой советовали, какие черты стоит смягчить. Тинил тогда хмурилась и заставляла его убрать брови и массивный подбородок. Степан считал, что такой вид придаёт ему мужественности, а Тинил терпеливо объясняла различие между мужественностью и животной агрессией.

Окончательно его убедил приведённый в пример Иван. Причём Тинил его использовала как последний аргумент. Всё время откладывала, надеясь убедить парня другим способом. Видимо, не хотела, чтобы у Степана появилась ревность к Ивану. Только Стёпа был немного из другой породы людей. Он не завидовал чужому успеху. Он пытался понять, как этого же успеха может достичь он сам.

Впереди среди кустов, показался узкий мост, ведущий на остров Дятлинка. Больше одной машины по нему за раз не проехать. Степан замедлился и прислушался. Часовых было двое. Европейцы переговаривались на незнакомом языке. Зато обострившимся обонянием он почувствовал запах страха, исходящий от них. Он даже вонь немытых тел перебивал.

Въезд на мост преграждали барьеры с колючей проволокой. Освещения не было. То ли не хотели привлекать лишнего внимания, то ли банально экономили батареи для фонарей. Что они могли разглядеть в наступившей для обычных людей тьме, для Степана оставалось загадкой.

Он подобрался ближе. Двигаться бесшумно оказалось проще, чем ему казалось. Ноги сами находили место, куда наступить, чтобы ничего не хрустнуло и не зашуршало. Даже дыхание замедлилось до почти неслышного. Иван называл его метаморфом, и это звучало как-то по-научному. Степану нравилось. Лучше, чем оборотень или перевёртыш.

Часовые о чём-то заспорили. Тот, что повыше ростом, ткнул пальцем в темноту, куда-то мимо Степана, а второй отчаянно замотал головой. Разговор перешёл на повышенные тона. Лучшего момента ждать не стоило.

Степан стремительно выскочил из темноты. Одним прыжком перелетел через ограждение и обрушился на часовых. Первый европеец умер мгновенно. Тяжёлый удар сверху расплющил его череп и оборвал жизнь. Второй успел отшатнуться и даже открыл рот, чтобы закричать, но Степан перехватил его голову и резко рванул в сторону. Хрустнули шейные позвонки. Тело обмякло.

С внутренней стороны, заграждения имели удобные ручки, взявшись за которые Степан освободил дорогу. Покойников трогать не стал. Эттув со своими людьми сам с ними разберётся.

Перебежав на другой берег, он бесшумно двинулся по дорожке. Степан не боялся неожиданной встречи с патрулём или секретом. Он бы их раньше учуял, но Михаил говорил, что с наступлением темноты все второстепенные патрули были отозваны во избежание лишних потерь.

Спорткомплекс темнел впереди нагромождением бетонных конструкций. Михаил рассказывал, что славяне начали стройку ещё до войны, но закончить не успели. Внутренние помещения спорткомплекса имели подозрительно толстые бетонные стены и большие подвальные помещения. Неудивительно, что европейцы использовали недострой, как крупный склад для боеприпасов.

Часовых оказалось неожиданно много. Яркое, по меркам Степана, освещение казалось достаточным, чтобы нельзя было подобраться незамеченным. Прожекторы на вышках постоянно шарили по прилегающей территории. При этом здания самого спорткомплекса оставались в тени. К тому же весь периметр зданий был обнесён колючей проволокой, закреплённой на деревянных столбах.

Степан замер в густых кустах и принялся наблюдать. Европейцы явно нервничали и перекрикивались чаще, чем следовало при нормальном несении службы. В воздухе висел уже знакомый запах страха, смешанный с вонью какой-то химии и горячего металла.

Двигаясь в тени, Степан начал обходить стадион по периметру, стараясь не попадать в лучи прожекторов. Мачту антенны он обнаружил сразу. Она торчала на краю крыши большого здания. Что это такое, Степан представлял слабо, но Михаил подробно рассказал, как антенна выглядит и где расположена. Степана она не сильно интересовала. Ему нужно было уничтожить рацию. Как объяснил Эттув, даже с оторванной антенной есть шанс, что европейцы смогут подать сигнал тревоги. Значит, следовало добраться до самой аппаратуры.

Следующим по важности шёл генератор. Его тарахтение было прекрасно слышно в ночной тишине. Степан уже знал, что местные, не имея магии, сжигают жидкое топливо в сложных агрегатах. С их помощью они приводят в движение свои автомобили и получают электричество. Один из таких агрегатов ему предстояло поломать. Без света охрана стадиона станет слепой и практически беспомощной.

Но сначала радиостанция, потому что она могла иметь резервное питание.

Предстояло преодолеть открытое пространство. До окна комнаты на третьем этаже, где располагалась рация, Степан рассчитывал добраться по внешней стене. Плутать внутри, по коридорам, постоянно натыкаясь на вооружённых людей, будет слишком долго и лишит его элемента неожиданности. Он уже сейчас неосознанно удлинял и обострял когти. Источник, чувствуя, что предстоит серьёзное дело, начал гнать волны энергии, изменяя и усиливая тело ещё больше.

Когда организм начал звенеть от переполняющей его энергии, Степан сорвался с места. Пробежать по открытому месту предстояло порядка семидесяти метров. Загородку из колючей проволоки Степан за препятствие не считал. Он выбрал момент, когда поисковые прожекторы разошлись в разные стороны. Массивная туша легко разогналась и точно побила все рекорды, которые когда-либо ставили на спортивных аренах этого мира.

Среагировали на бросок Степана с большим опозданием. Он преодолел освещённое пространство и подпрыгнул сразу на уровень второго этажа. Только в этот момент прожекторы осветили место, где его давно не было, и раздались робкие выстрелы. На шум в окно выглянул европеец. Удар наотмашь снёс ему половину черепа, и тот мешком осел внутрь помещения.

Степан шустро поднялся ещё на этаж. Его когти на руках глубоко проникали в древесину подоконников. Ноги тоже находили за что зацепиться, легко удерживая вес тела. В комнате связи находились трое. Один, видимо, радист, сидел в наушниках спиной к окну и ничего не слышал. Двое других вскинули оружие, но слишком медленно.

Стремительно влетев в комнату, Степан короткими ударами убил всех. Ему не пришлось использовать когти. Руки, налитые энергией, легко проламывали черепа и крушили рёбра. Намного осторожнее Степан обращался с оборудованием. Электричества он боялся, поэтому последовал совету Эттува и сначала огляделся в поисках чего-нибудь деревянного. Степан схватил массивный табурет, на котором недавно сидел радист, и принялся методично крушить аппаратуру.

Металлических ящиков с огоньками, оказалось больше, чем говорил Эттув. Целых три штуки разного размера. Делали их на совесть. Табурет разлетелся в щепки после пятого удара, а проклятые коробки всё ещё искрили и светились. Пришлось добавить кулаками и надеяться, что молнией не ударит. Что-то внутри металлических корпусов звонко лопалось, сыпало искрами и противно воняло жжёной резиной. Степан бил до тех пор, пока все три устройства не превратились в груду покорёженного металла.

В дверь пытались вломиться, но она оказалась заперта изнутри, а после короткого рыка Степана, её оставили в покое. Под окном Степана уже ждали. Пулемёты на вышках тоже развернули в его сторону. В прыжке Степан вышиб дверь, повалив стоящих за ней солдат противника, и устроил им кровавую баню.

Жуткий рык разлетелся по коридорам спортивного комплекса, резонируя в пустых залах и холлах. Похоже, что все близко находящиеся солдаты собрались у дверей радиста, потому что дальше Степан передвигался беспрепятственно.

Генератор он нашёл по звуку. Тарахтящая телега походила на сюрреалистического осьминога, раскинувшего свои многочисленные щупальца по всему комплексу. Эта телега стояла на площадке между основным и вспомогательным зданиями, окружённая разнообразным вспомогательным хозяйством. Рядом с генератором двое техников замерли с оружием в руках. Вой Степана они услышали даже через шум, идущий от дизеля. Освещение вокруг было включено на полную.

Степан оглянулся. Ему было слышно, как бежит по лестницам многочисленная подмога. Только искали они Степана в другом крыле здания.

Чуть отойдя назад, он сделал короткий разбег и, громко рыча, выпрыгнул через окно. С большим опозданием техники начали стрелять, но пару попаданий по ногам Степан всё же ощутил. Приземлившись, он сделал ещё пару прыжков, укрывшись от глаз техников за генератором.

Расчёт Степана оправдался. В запарке техники продолжали стрелять. Пули защёлкали по кожуху генератора. Один автомат замолчал, и Степану пришлось высунуться и рыкнуть, чтобы подхлестнуть европейцев к активным действиям.

Очередная пуля попала куда надо. Двигатель заработал с натугой. Посыпались искры. Яркость ламп освещения скачком увеличилась, а потом они начали гаснуть одна за одной. Генератор тем временем продолжал разгоняться. Даже Степану стало не по себе от усиливающейся вибрации. Он отбежал в сторону, благо в наступившей темноте, его никто не заметил.

Скоро генератор искрить перестал, но двигатель продолжил разгон. Закончилось всё громким лязгом и скрежетом. Затем наступила тишина. Относительная.

Стадион, погруженный во тьму, наполнился криками. Европейцы орали на своём языке, метались, зажигали фонари, но те никак не влияли на общую ситуацию, и паника нарастала. Техники благоразумно сбежали и куда-то спрятались.

– Пакостишь потихоньку? – Раздался рядом насмешливый голос Ивана. – Не знал, что ты можешь окраску менять. Выглядишь как натуральный негр.

Появление Ивана не сильно удивила парня, больше огорчило, что он не услышал его приближения.

– Зато я не мелькаю в темноте, как белое привидение.

– Ладно. Не хочешь, не мелькай. – Сменив тон, произнёс Иван. – Скоро наши освобождённые пленники подойдут. Надо к тому времени зачистить объект. Ты выгоняй европейцев на улицу, а я снаружи начну отстреливать всё, что шевелится.

Глава 6

Много мы не отловили. Напуганные европейцы разбегались, как тараканы при включении света. Только у нас получилось с точностью до наоборот. Свет выключили.

Пока добирался до острова, хорошенько отмылся в реке от крови. Одежду тоже сполоснул. Наверное, нежелание снова пачкаться в крови, заставило меня подобрать знакомую винтовку и уничтожать противника на расстоянии.

Я даже на вышку не полез. Ходил и отстреливал напуганных людей. После бойни, что я устроил в штабе, такая стрельба по людям казалась отдыхом на природе. Надо будет с Эттувом или Кагье поговорить, на эту тему. Не нравится мне столь лёгкое отношение к смерти других людей. Как бы Аберрация из меня маньяка не сделала. Буду потом, как старый Иванов, людей распугивать.

– Иван, мы на подходе. – Сообщил Кагье через переговорник. – Будь аккуратней, трое засели в пятидесяти метрах от тебя. Могут неожиданно напасть.

– Ты можешь их под контроль взять? Выведешь на открытое пространство, а я их пристрелю. – Предложил я. Соваться близко к ним и снова пачкаться, не хотелось совершенно.

– Сейчас. По одному будут выходить. – Предупредил доктор.

Я не тянул и стрелял сразу, как только удавалось нормально прицелиться.

– Ты со Степаном не ссорился? – Неожиданно спросил Кагье.

– Вроде нет. Почему спрашиваешь. – Я подошёл к ближайшему покойнику и нашарил у него парочку новых магазинов в подсумке. Патроны у меня подходили к концу.

– Он зачем-то к тебе подкрадывается.

– Стёпа, сейчас не время для игр. – Строго произнёс я. – И у меня оружие в руках, которое для тебя опасность представляет.

– Как ты меня услышал? – Раздался сзади разочарованный бас Степана. – Я же бесшумно шёл. Я сам себя не слышал!

– Тебя Кагье спалил. Не время сейчас в игры играть. Я, если испугаюсь… – Договаривать не стал. – Они уже на подходе. У тебя всё чисто?

– Живых точно не осталось. – Степан, поняв, что это не его ошибка, успокоился. – Я, конечно, не Кагье, но нюх у меня звериный.

* * *

– Это должно быть где-то здесь. – Эттув светил фонарём по углам обширного подвала, заставленного до потолка ящиками с оружием. – Где-то в левой стене должна быть маленькая подсобка. Нужно освободить проход до неё. – Он посмотрел на меня.

О мыслях Эттува догадаться было нетрудно. Я прошёл через ящики и, двигаясь вдоль стены, действительно обнаружил дверь. Осмотрел сквозь неё небольшую комнатку, заваленную всяким хламом.

Если мне не изменяет чувство пространственной ориентации, то комнатка вызывает подозрение одним своим существованием. Её дверь располагалась в несущей стене, одновременно являвшейся частью фундамента. А помещение вообще выходило за контуры здания. Может это я такой подозрительный, а для местных так строить является нормой? С другой стороны, я уже знаю, что ищу.

– Эттув, комната здесь, но она завалена строительным мусором. Европейцы даже расчищать её не стали.

– Это нормально. Сейчас мужиков позову. Очистят и проход, и комнату. – Обрадовался Эттув. – Главное, не придётся эти ящики все переставлять. Здесь работы не на один день.

– Пусть выносят. – Легко согласился я. Таскать тяжести у меня не было никакого желания. – Как-то не продуманно у вас выход сделан. Случись что, им и воспользоваться не получится.

– Никто не рассчитывал, что здесь устроят склад. Мы, вообще-то, на острове. Попасть сюда можно всего по двум мостам. Организовать здесь склад боеприпасов мог только полный идиот! – Недовольно ответил Эттув.

* * *

Бывшие пленные разместились на первом этаже. Люди устраивались прямо на полу обширного холла. Вооружённые мужчины заняли оборону возле окон и дверей. Эттув, светя фонариком, отобрал десяток ребят покрепче и увёл их с собой в подвал. Я нашёл взглядом Тинил. Она сидела с закрытыми глазами у стены. Рядом пристроилась её подруга.

Пробравшись между людей, я присел на корточки напротив.

– Иван? – Она открыла глаза и посмотрела в мою сторону.

– Как ты? – Спросил я, больше для порядка.

– Уже лучше. – Тинил улыбнулась. – И в кои-то веки не хочется есть и пить.

– Это правда, что ногу Тинил можно отрастить? – Не удержалась от вопроса Мариша.

– Правда. Тинил и другие раненые, пока слишком истощены для такого воздействия. Отъедитесь, тогда Кагье снова попробует.

– Ты снова собираешься уйти? – В глазах женщины было понимание и грусть.

– Надеюсь, ненадолго и не сразу. – Не стал я вдаваться в подробности. – Но сначала я прослежу, чтобы с тобой больше ничего не случилось.

– А потом мы увидимся? Будешь нас с сыном навещать?

– Непременно. – Я улыбнулся, хотя вряд ли она видела меня в темноте. Скорее определяла по звуку или по запаху. – Главное, чтобы моя задумка сработала.

– Иван, а я смогу стать магиней? – Снова вмешалась в наш разговор Мариша.

Можно было глянуть на неё в магическом зрении, но я не стал этого делать. Не время сейчас магов плодить. Тем более, неизвестно, как на такое жульничество отреагирует Аберрация. В прошлый раз я застрял в магическом зрении, и это могло мне стоить жизни. По-хорошему магию нужно заслужить, рискуя жизнью, а не получать её в качестве подарка…

– О чём задумался? – Прервала мои размышления Тинил.

– О магии. Она пришла в ваш мир несколько лет назад, но у вас про неё ничего не знают. Хотя идут боевые действия и экстремальных ситуаций, при которых она обычно просыпается в человеке, хоть отбавляй. Подожди, сейчас кое-что уточню.

Я нашёл в кармане переговорник майора и прижал его к скуле. Вроде бы сейчас там должен быть день.

– Майор, Патриарх далеко?

– И тебе здравствовать. – Ответил Демьян. – Где-то ходит с мишкой. Что-то срочное?

– Да не особо. – Я действительно не спешил. – Ты случайно не в курсе, сколько времени прошло с момента появления первых магов, до их более широкого распространения.

– Это тебе надо было своего родственничка Иванова спрашивать. Он как раз из первых магов был, и Аберрацию они с Петровыми и Сидоровыми нашли.

– У него уже не спросишь. Меня только этот временной зазор интересует. Хотя бы примерно. Ещё интересует, как Аберрацию обнаружили.

– Ты домой собираешься? – Неожиданно спросил майор. – Или ты все проблемы того мира решить собрался?

– Собираюсь, но пока есть время, можно и проблемы порешать.

Тинил, да и не только она, с интересом прислушивалась к моему разговору. Но не думаю, что славянам удастся многое понять из моих реплик.

– Аберрацию первыми нашла эта троица. Как? Я не знаю. Спрошу у Патриарха. Знаю, что Прорву искали целенаправленно. Англичане догадались искать её на обратной стороне Земли.

– Понял. Расспроси Патриарха и, если скажет что-то новое, позвони мне.

Я убрал переговорник в карман.

– Ничего не понятно? – Больше утверждая, спросила Мариша.

– Да. Магия, вообще, предмет не то, чтобы тёмный, но довольно странный. – Я посмотрел на Тинил и перешёл к тому вопросу, по поводу которого, собственно, и пришёл. – Сейчас Эттув откроет вход в убежище, но ты в него не пойдёшь. Я тебя заберу с собой.

– Куда? – Спросила она.

Похоже, я опять проворонил рассвет. Тинил и Мариша видели, к кому из них я обращаюсь.

– Место ещё более секретное, чем ваши подземные бункеры. Потом отвезу тебя и Кагье в любую безопасную точку страны.

– А раненые и остальные наши?

– Кагье я заберу через пару дней. Он как раз успеет всех подлечить окончательно. – Ответил я. – Остальные подождут в бункере, пока не выбьем европейцев.

– А если мы не хотим прятаться, пока все воюют? – Натурально возмутилась Мариша. Вокруг послышались одобрительные замечания.

– Не хотите, не надо. – Пожал плечами. – Я, вообще-то, не ваш начальник. Желающие повоевать обращайтесь к Эттуву. Но тебя это не касается. – Чтобы не оставалось сомнений, о ком говорю, указал на Тинил пальцем.

– Хорошо. – Она не стала спорить, чего я внутренне ожидал.

* * *

– Красота! – Высказал я общее мнение. – На какой глубине расположено ваше убежище?

Вместо задней стены открылся проход со ступенями, уходящими вниз. Лестничный пролёт был намного длиннее и круче стандартного. Через десять метров он поворачивал под прямым углом. На потолке тускло светились редкие лампочки.

– Точно не знаю. Не меньше двадцати метров. Идём. – Поторопил Эттув. – Скоро рассветёт, и у нас могут появиться гости.

– Поступим по-другому. – Я достал из пространственного кармана ещё одну пару переговорников и вручил один Эттуву. – Чтобы вызвать меня, просто приложи его к скуле. Если он начнёт вибрировать, значит, я вызываю тебя. Сейчас поднимаем народ, и вы все вместе спускаетесь. Надеюсь, никаких ловушек здесь нет?

– Нет. Бункер не достроен до конца. Фактически в нём голые стены и система жизнеобеспечения. Пайки должны были завезти в последний момент, но точной информации у командования нет.

– Вот и не тяните. На первое время вам продуктов хватит, а потом я ещё подкину. Начинай заводить людей. Мы со Степаном за вами дверь в каморку заложим.

* * *

Я забрал шлем у Кагье. Второй переговорник составлял пару тому устройству, которое я ранее отдал Эттуву, и его я обещал лично передать сотруднику особого отдела. Это обстоятельство создало для нас очень большую проблему.

Шлем я у Кагье забрал. Переговорник парный тому, что ранее вручил Эттуву, обещал отдать особисту. Радиостанцию в бункере установить так и не успели. Проводную связь тоже не довели до ума, она осталась недоделанной. Но хуже всего оказалось другое. Когда мы расставили все ящики по своим местам, на улице стало совсем светло.

– Миша, сможешь нас забрать? – Спросил я, натянув шлем на голову.

– Придётся подождать немного. – Буркнул тот. – Сейчас краска на транспаранте подсохнет и прилечу.

– Какой к чёрту транспарант? – Я понимал, что время уходит, а у него чувство юмора проснулось.

– С надписью ' Русские идут!', иначе никто не догадается, что мы в вашей авантюре по уши замешаны. – Не удержался тот от ехидного замечания. – Не смогу я вас сейчас забрать. Лучше уходите в подземелье, я за вами ночью прилечу.

* * *

Мы спускались по лестнице в бункер. Степан шёл впереди, я следом нёс на руках Тинил. Такая забота женщине нравилась, и она украдкой вздыхала.

– Степан, тебе накопители попадаются? – Спросил я.

– Полно вокруг, только мне их складывать некуда. – Бас парня гулко разнёсся по подземелью.

Степан так и не перешёл в обычное состояние. Хотел сначала добраться до действительно спокойного места.

– Ясно. Как вернёмся на базу, надо будет тебе новую одежонку подобрать. С большими карманами.

– Ты оказался прав. Аберрация требует крови. Я начал замечать накопители во время мясорубки, устроенной мной в лагере. – Степан вздохнул. – Жаль, артефакты попадаются всего один раз.

– Нашёл о чём переживать. Ты магом стал. Это намного лучше, чем владеть артефактом.

Мы спустились к подножию лестницы и упёрлись в тупик. Ни я, ни Степан не спускались сюда раньше, поэтому в какой стене, или в полу спрятана очередная потайная дверь, никто из нас не знал.

– Ну и где встречающие? – Недовольно спросил Степан. В этот момент включилось освещение и раздалось басовитое гудение мотора.

Часть стены слева от лестницы утопилась в стену на добрых полметра и отъехала в сторону. За ней нас ждал запыхавшийся Эттув.