Текст книги "Спокойный Ваня 4 (СИ)"

Автор книги: Павел Кожевников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

– Можно посмотреть? – Попросил Фарук.

– Не стоит, мой друг. Это артефактные мечи. Можешь сильно пораниться.

Демонстрируя возможности оружия, Ама легко перерубил чайную ложку, лежащую на столе. Причём сделал это без замаха и вдоль. Ложка почти беззвучно развалилась на две половинки.

– Эти клинки принесли из Аберрации? – Покачав удивлённо головой, уточнил Фарук.

– Эти да. Но, мой учитель, пусть душа его упокоится с миром, разгадал их секрет и смог изготовить ещё два подобных клинка. К сожалению, господин Иванов забрал их в качестве трофея, когда убил моих учеников. – Ама тяжело вздохнул. – Надеюсь, я смогу со временем выкупить их и передать своим новым ученикам, которые окажутся их достойны.

– Твой учитель умел изготавливать артефакты? – Фарук не смог скрыть сомнения.

– Нет, конечно. Он разгадал секрет лезвий. Те клинки также резали любой металл или камень, но прятать их внутри себя я бы поостерёгся. – Ама широко улыбнулся, представив такую картину. – К сожалению, он не стал делиться со мной секретом их изготовления. Но я на него не в обиде. Я воин, а не кузнец.

– Ты весьма необычный человек, Ама. – Уважительно произнёс Фарук. – Мало кто, чувствуя свою силу, остаётся бессребреником и не рвётся к вершине власти.

– Друг мой. – Ама стал серьёзен. – Власть – это обоюдоострый клинок без рукояти. Добиваясь чего-то с помощью него, ты непременно ранишься сам. Далеко за примерами ходить не надо. Вспомни хотя бы султана и его судьбу.

– Но власть даёт новые возможности. Пусть не власть в чистом виде, но хотя бы финансовая независимость её точно обеспечивает. – Возразил Фарук.

– Деньги – это тот второй клинок. И он тоже без рукояти. Вот ты играл на бирже. Скажи мне, кому сложнее в плане эмоций и нервных затрат: мастеру меча на поле боя, где всё для него предсказуемо и каждое движение врага как открытая книга, или тебе, ставящему на кон свои деньги, но не уверенному, чем закончится очередная ставка?

– Но я не рискую собственной жизнью!

– Уверен? Тогда почему такая высокая смертность от самоубийств среди твоих коллег? Возможно, ты неправильно расцениваешь моё отношение к деньгам. Мне не нужно много денег. Мне достаточно того, что есть здесь и сейчас.

– Но без моей финансовой помощи ты бы не оказался в этом поезде.

– Ты тоже, мой друг! – Весело заметил Ама. – Деньги лишь инструмент, но не всё упирается в деньги. Как я уже сказал, мне достаточно того, что есть здесь и сейчас. А сейчас я здесь. Понимаешь?

* * *

Я допивал третью бутылку, когда после очередного глотка пришла уверенность, что больше «акселератор» мне пить не нужно. Одновременно навалилась сонливость. Я с трудом себя сдерживал, чтобы не закрыть глаза, и даже не моргать. Знаю я такое состояние. Кажется моргнул, а глаза открыл только утром.

– Майор. – Говорить получалось внятно. – Я засыпаю. Вези меня домой. Больше в этой гадости нет необходимости.

Демьян подозрительно смотрел на меня. За тот час, что мы просидели у алхимиков в лаборатории, он не на секунду не расслабился, продолжая наблюдать за мной. Что ни говори, а опыт и подготовка у него чувствуется.

Я аккуратно поставил бутылку на стол и перевёл взгляд на алхимиков. Пока сидели, я о многом их успел расспросить. В реальности их звали совсем по-другому. Чук был Владимиром, а Чик – Александром. Как их имена сократились до таких прозвищ, они и сами не могли толком сказать.

Задумавшись, я моргнул.

Глава 23

Вопреки обыкновению Майор подъехал прямо к палатке, где жили Иван с Татьяной.

– Что с ним? – Таня подошла к открытой задней двери, заглянула внутрь и сморщила нос. – Он напился?

– И да, и нет, Татьяна Павловна. – С натугой ответил майор, выволакивая Ивана с заднего сидения. Он оказался необычайно тяжёлым даже для своих размеров. Грузили Ивана в машину вообще втроём.

Подошедший Костя подхватил Ивана с другой стороны.

– Таня, показывай, куда его нести.

– Несите на кровать. – Она пошла вперёд, отодвигая полог палатки. – Демьян, ты мне сейчас расскажешь, что произошло. Куда вы ездили? Бруно ничего внятного объяснить не смог. Говорит, вы чуть не подрались.

– Я и сам толком мало что понимаю. Но это не последствие от выпивки, Татьяна Павловна.

– От него разит, словно он пил неделю не просыхая. – Недовольно заметила Таня, запуская их в спальню через другой полог. – Кладите на кровать. Дальше я сама управлюсь.

– Ух. – Майор с видимым облегчением распрямился. – Он выпил три бутылки зелья восстановления памяти. Подробности вам лучше узнавать у него, когда проснётся. Могу заметить, что Иван был абсолютно трезв до последнего мгновения, а потом он просто уснул.

* * *

Я открыл глаза. Рядом тихонько посапывала Таня. Значит, майор привёз меня домой. Интересно, сколько я проспал? Двое суток! Ответ возник в голове мгновенно. Многовато. Хотя нет. Довольно быстро, учитывая, что нейросеть прорастала под действием акселератора. Шевельнувшись, понял, что лежу голышом.

– Ваня? – Сон у Тани оказался чутким, и моё движение её разбудило.

– Я проснулся. Не переживай. Всё нормально.

– Не переживай⁈ Я извелась вся! Никто ничего толком объяснить не может. – Она проснулась мгновенно и затараторила, выплёскивая на меня накопившиеся переживания. – И Мэнни нет. Другие лекари только руками разводят. Говорят, ты просто спишь и даже не пьяный, хотя перегаром от тебя весь вчерашний день разило.

– Всё Танюша, успокойся. Я, правда, в норме. Где моя одежда?

– Старую пришлось выкинуть. Ты весь пропотел и провонял, словно бездомный пьянчужка. Лекари сказали, что так организм избавляется от ядов, накопившихся после разложения алкоголя. Ты зачем вообще пил? Что произошло в конце концов?

– Неожиданная реакция организма. Но возможно это и к лучшему. – Попытался я её успокоить. – Пить хочется и в душ.

– Я в холодильнике на всякий случай рассол тебе приготовила и клюквенный морс.

– Рассол не нужен. У меня нет похмелья. А вот морс будет кстати. – Я начал подниматься. Таня тоже подскочила, соблазнительно мелькнув своим телом, прикрытым лёгкой ночнушкой. – Лежи. Схожу, попью, сполоснусь и вернусь. – Остановил я её. – Лучше включи артефакт тишины. Я по тебе соскучился. – Добавил с улыбкой.

* * *

На утренней тренировке меня встретили невозмутимый майор с улыбающейся Машей, и, как ни странно, архитектор.

– Всем доброе утро. – Поприветствовал я собравшихся. – Карло, вы никак решили заняться собственным здоровьем?

– Давно хотел начать, Ваше Величество, но всё откладывал. Ваша девочка меня уговорила. – Переодевание в подобие спортивного костюма, сделало Бруно менее чопорным и надменным.

– Предлагаю на утренней тренировке обходится без расшаркиваний. Можешь обращаться ко мне по-простому: Иван. – Разрешил я и уточнил. – Уговорила? Маша так бегло начала говорить по-русски?

– Она его шантажировала. – Ухмыльнулся майор. – Объяснила на пальцах, или тренировки утром, или никаких рисунков.

– У девочки талант. Не столько художника, сколько концептуального архитектора. – Подтвердил Бруно слова Демьяна. – Понимаете, глядя на её рисунки, я понял, чего именно вы хотите от своего дома. А…

– Предлагаю столь занимательную беседу оставить на потом. – Прервал я архитектора жестом. – Сейчас у нас тренировка. Майор, ты пока занимайся разминкой с Карло, а я с Машей попробую разучить новый комплекс.

– Удалось что-то вспомнить? – С лёгким намёком непонятно на что поинтересовался Демьян.

– Можно и так сказать. – Подтвердил догадку майора. – Маша, иди сюда. – Указал ей место, куда она должна встать.

Я поставил ноги на ширине плеч, колени чуть согнуты, спина прямая. Девочка замерла напротив, внимательно наблюдая за моими движениями. Плавным движением я поднял правую руку на уровень груди. Ладонь повёрнута вниз. Медленно согнул пальцы, словно удерживая невидимый шар. Задержал положение на один вдох, затем неспешно повёл руку по дуге влево и вверх, одновременно перенося вес на левую ногу. Движение получалось тягучим, будто я проталкивался сквозь густую среду. В высшей точке дуги расслабил пальцы, словно отпуская что‑то в небо.

Остановился и встретился взглядом с Машей. Кивнул, приглашая повторить. Она воспроизвела движение с идеальной точностью. Та же амплитуда и тот же темп. Я одобрительно прикрыл глаза и продолжил. Опустил правую руку вниз, одновременно поднимая левую. Теперь обе ладони двигались навстречу друг другу, а тело вернулось в исходное положение. В точке сближения ладоней сделал небольшую паузу, словно соединял два потока.

Далее последовала серия медленных движений корпусом, с одновременной сменой рук. Они описывали дуги, неизменно встречаясь в исходном положении. Маша безупречно повторяла все мои движения.

Тогда я замер, не завершив очередной элемент до конца. Правая ладонь замерла в крайней левой точке траектории. Левой ладонью провёл вдоль правой руки, от плеча к запястью. Повторил жест, но уже вдоль тела, от паха к груди, обозначая направление течения энергии.

Затем я выполнил всю серию движений, постепенно ускоряясь, синхронизируя дыхание и течение энергии внутри тела. Маша выполнила последовательность в том же темпе. На последнем повторе её плечи расслабились, дыхание стало глубже, а взгляд сосредоточеннее. В конце она улыбнулась. Стало ясно, что девочка уловила энергетический поток.

Самый сложный этап был пройден. Теперь, ощущая поток, она сама сможет почувствовать ошибки, если допустит их при выполнении упражнения. Уже не останавливаясь на объяснения, я показал ей полный комплекс, завершив его эффектным выплеском энергии.

– Ох, как громко. – Вздрогнул Бруно. – Вы меня напугали… Иван.

– Карло, зачем вам мучиться? – Решил задать я вопрос, который меня не то чтобы беспокоил, но всё же интересовал. – Я уверен, что у вас достаточно денег на лекаря.

– Иван. – Архитектор опять запнулся, обращаясь ко мне. – Я считаю себя мужчиной. А настоящий мужчина должен всего добиваться сам! Я ведь не болен. Мой лишний вес – прямое следствие моих пороков. Лучше избавиться от причины, чем лечить следствие.

– Золотые слова, уважаемый Карло, но лучше подтвердить их делом. – Я сделал знак майору переключить внимание на Машу. – Давай я тебе покажу простой комплекс, который поможет эффективнее согнать лишний жир. Потом будет легче тренировать мышцы.

* * *

Таня на завтрак не вышла. Это я отоспался, а она дремала вполглаза всё это время. Ну и нахлынувшее на меня с утра желание, порядком её утомило. В общем, сели мы завтракать втроём с майором и Машей. Архитектор завтракать отказался. Пошёл досыпать свою привычную норму. Вдобавок комплекс, который я ему дал, неплохо гасил аппетит.

Цесаревич с Катей просыпались позже. Надо их тоже к утренним тренировкам подключить. Допоздна дружат ходят, а потом спят до обеда. Хорошо, что ещё не вместе.

– Многое удалось вспомнить? – Спросил майор, когда мы перешли к чаю.

– Кое-что вспомнил. Многое ещё предстоит. – Туманно ответил я.

– Опять будешь зелье вёдрами пить?

– Нет. В нём больше нет необходимости. Нужно время, чтобы воспоминания улеглись в голове.

– Звучит странно. Тебе не кажется? – Майор сразу заметил нелогичность в моих словах. – Обычно воспоминания уже уложены. Проблема вытащить их наверх. – Он подождал моего объяснения, но его не последовало. – Всё у тебя не как у людей.

– Мне сейчас в Алушту нужно съездить. – Я проигнорировал его реплику. – Быстренько скатаемся туда обратно, пока народ спит.

– Съездим, раз надо. – Согласился майор, хотя взгляд его снова стал подозрительным. – Маша, помоешь посуду, а я тебе что-нибудь вкусненькое привезу. – По-русски произнёс он и, похоже, девочка его поняла, так как кивнула в ответ и улыбнулась.

* * *

В лавку я зашёл один. Майору со мной идти запретил.

– Доброе утро, Ваше Величество. – Первым поздоровался Зосим. Сейчас он выглядел старым забитым дедушкой, но я уже не обманывался насчёт его внешности.

– И тебе не хворать, дед Зосим. Не надо меня только всякими величествами называть. Для тебя я, как был Иваном, так им и останусь. – В магазине никого не было из посторонних, поэтому я сразу перешёл к делу. – Спасибо заехал тебе сказать, за то, что помог Катерину освободить. Без тебя я бы вряд ли справился.

– Судя по последним событиям, справился бы и ещё как. – Не стал отнекиваться дед. – Сам догадался? Как?

– Тело бы я спас, а саму Катю вряд ли. Потёмкин ей обязательно мозги бы промыл. Так что должен я тебе. Обращайся, если потребуется. – Закончил я первую часть разговора. – Помнишь два артефакта, что ты мне подарил? Кольцо заработало. На связь вышел ученик вашего друга, который называл себя Харибом.

– Друг? Я понял, о ком ты говоришь. Когда-то я считал его другом. – Печально произнёс состарившийся ещё больше старик. – Потом проклинал, когда начали гибнуть другие. Потом простил. Но другом больше не считал никогда. Что с ним стало? Он жив?

– Умер больше пяти лет назад.

– Аллах ему судья. Или в кого он там верил, после того как ушёл. – Энергично махнул рукой Зосим, сменив ипостась. – Что нужно его ученику? Что ты ему сказал про меня?

– Ничего. Я не могу пользоваться артефактами. Разговаривала с ним моя жена. О тебе она не знает. Ученик Хариба едет напрашиваться в ученики ко мне.

– Пусть так и останется. Не хочу, чтобы кто-то ворошил моё прошлое. И ты о нём забудь. Я всего лишь старик, мирно доживающий свой век. – Зосим требовательно уставился на меня.

– Так и сделаю, дед Зосим. – Улыбнулся я. – Дай мне какую-нибудь книжку, чтобы скрыть цель визита.

– Дай ему! – Возмутился дед. – Ты мне тыщу дай, тогда и я тебе книжку дам.

– Я занесу. У меня с собой нет.

– Нет денег – нет книги. Разговор окончен. – Дед откровенно хамил. Даже интересно стало, чего он хочет этим добиться.

Я вышел на улицу и подошёл к машине.

– Есть тысяча?

Майор молча отсчитал деньги и протянул мне.

– Книга хоть полезная? – Спросил я, вернувшись в лавку и протягивая деньги Зосиму.

– Откуда я знаю? Но слух прошёл на чёрном рынке, что лекарь твой книги особые ищет. Есть у меня одна такая. Он же не для себя ищет? – Задал дед со смешком риторический вопрос.

– Тогда, почему цена такая низкая?

– Мне было просто интересно посмотреть, согласишься ты не глядя такую сумму непонятно за что отдавать, или потребуешь сначала посмотреть. Если бы потребовал, то и цену я бы другую назвал. А так, ты отдал, сколько не жалко, я отдал, что мне не нужно. И все довольны. – Зосим исчез в подсобке, чтобы сразу же вернуться с толстым фолиантом. Книга была перетянута кожаным переплётом и застёгнута на натуральные ремешки. – Дома откроешь. Не хочу разочаровываться.

– В чём? – Я взял книгу. Увесистая. – Ты мне её хотя бы заверни во что-нибудь.

– На, сам в газету заворачивай. – Дед бухнул пачку старых газет на прилавок. – Откроешь ты книгу, а там ненужная тебе ерунда окажется. Я буду расстраиваться, что хорошему человеку ерунду продал.

– Но денег не вернёшь? – Заметил я, обёртывая книгу.

– Ещё чего. – Возмутился дед. – Сделка есть сделка. Всё честно.

– А если что-то ценное окажется?

– Тогда расстроюсь я, что продешевил. – Вздохнул дед.

* * *

Майор проследил взглядом за книгой, которую я небрежно бросил на заднее сидение, но комментировать не стал.

– Едем домой. – Распорядился я.

– Давай в ресторан заскочим. Сдоба и салаты свежие кончаются. Маше вкусностей обещал привезти. – Предложил майор. – Не придётся потом специально ехать.

– Поехали. – Согласился я. – Ты только её сладким не перекорми. Растолстеет.

– Эта егоза – вряд ли. – Хмыкнул, улыбнувшись, майор.

* * *

Машина остановилась возле главного входа в ресторан. Из-за раннего времени посетителей в ресторане было мало. Майор ушёл внутрь, а я остался его ждать в машине. Напротив, через улицу, находилась одна из многочисленных гостиниц. Возле её входа остановился автомобиль. Задние двери открылись. На проезжую часть выбрался высокий и загорелый мужчина непонятной национальности. Загорелый, жилистый, с уверенными движениями. Цепкий взгляд скользнул по мне и двинулся дальше, по кругу осматривая улицу.

– Ama, hadi gidelim. Burada müsait odalar var! – Услышал я знакомый голос. Имя Ама, тоже было мне знакомым. Сомневаюсь, что это не они.

– Фарук! – Позвал я, вылезая из машины. – Ты уже здесь?

– Иван! Ваше Величество! Вот так встреча! Судьба по-прежнему благоволит мне! – Радостно затараторил турок, выбежав из-за машины и воздев руки к небу. – Ама, познакомься, это и есть тот человек, к которому ты хотел попасть в ученики. – Он спохватился и повторил свой монолог по-турецки.

Мужчина, только что выглядевший сосредоточенным, расслабился и растянул рот до ушей. Затем вежливо произнёс что-то на турецком.

– Он считает тебя мастером и хочет стать твоим учеником. – Перевёл Фарук слова Ама.

– А ты будешь у него работать переводчиком? – С иронией поинтересовался я. – Садитесь в машину. Дома подумаем, что делать.

– Иван, моя дочь… – Спохватился Фарук.

– Билги поступила в Невский Университет. Сейчас она в Санкт-Петербурге под присмотром моего личного лекаря. Садитесь, дома поговорим.

* * *

Ама сидел мрачнее тучи. Князь Иванов оказал ему гостеприимство, но отказался брать его в ученики, пока тот хоть немного не выучит русский язык. Это было справедливое требование. Тяжело учиться немому у глухого. Но…

– Фарук, спроси у князя, могу я попросить его выйти со мной на учебный поединок.

– Зачем тебе это? – Сидящий с ними за столом водитель князя в упор разглядывал Ама. Он плохо говорил по-турецки, но понять его было можно. – Или ты сомневаешься, что он хороший боец?

– Хочу убедиться сам. Может, я зря теряю время и мне…

Договорить он не успел. Сбоку подошла Маша, и лёгким шлепком с выплеском энергии отправила Ама в бессознательное состояние.

Стук, упавшего лицом на стол тела, заставил майора проглотить заготовленную фразу. Таня удивлённо посмотрела на девочку.

– Маша, нельзя бить гостей! – Строго произнёс нахмурившийся майор по-турецки.

– Он высказал неуважение к хозяину дома, который его пригласил к себе. Он назвал князя лгуном! – Угрюмо ответила она. – Так поступать нехорошо!

– Что случилось? – Спросил Иван.

– Маша, обиделась на Ама, за то, что он усомнился в твоём мастерстве. – С улыбкой пояснила Таня. – Демьян, ты не ругай её. Просто объясни, что не стоит налево и направо пользоваться своими возможностями. Иван сам решит, как ему поступить с гостем, если посчитает, что его обидели.

– Я так и хотел поступить, Татьяна Павловна. – Кивнул майор. – Пойду отнесу Ама на кровать. Авось к вечеру очнётся. – Он вышел из-за стола и легко закинул Ама на плечо. – Маша, идём, придержишь полог палатки.

– Что произошло? – С опаской глядя Маше вслед, спросил Фарук. – Я не заметил, как девочка оглушила Ама.

– Это я её сегодня научил. На свою голову. – Вздохнул Иван. – Нельзя детям играть с опасными игрушками.

– Не переживай. Ничего плохого она не сделала. Демьян объяснит ей, что так поступать нехорошо. – Попробовала Таня успокоить мужа. – Маша ещё не привыкла к нашим обычаям.

– Лучше я сейчас попереживаю. Пока она маленькая. Потом поздно будет.

Глава 24

Я взял очередной лист нержавейки. Нанёс на него руны пластичности, после чего он стал гибким, словно лист плотной бумаги. С цепочкой рун пришлось поэкспериментировать, добиваясь нужных свойств. Сначала у меня получались слишком жёсткие листы, или, наоборот, мягкие и легко тянущиеся, словно выделанная тонкая кожа.

Нейросеть в данном вопросе мне пока ничего подсказать не могла. Слишком мало накоплено информации по применению рунных цепочек. Причём другой материал, опять потребует подбора рун.

Лист я раскроил, пользуясь внутренним чутьём. Первое время было очень не по себе от такого способа. Нейросеть не транслировала картинку мне на сетчатку, и виртуально не отображала контуры рассчитанного лекала. Я просто смотрел на лист и понимал, где и сколько необходимо отрезать лишнего, чтобы получился кусок нужной мне формы.

Согнутый лист склеил своим пистолетом, потом получившуюся часть соединил с остальной установкой. Работа двигалась стремительно. Пропала необходимость в расчётах, примерках и подгонках по месту. Оказывается, даже небольшие доработки отнимают кучу времени. Сейчас я действовал словно рабочий на конвейере, устанавливающий на своё место деталь нужной формы.

Нейросети достаточно было понять, чего я хочу добиться в результате, и она выдавала готовые образы. Следуя им, я мог получить нужный результат. Сам не до конца понял, как это работает, но пока результат мне нравился.

Это не была лампа с джином, которой достаточно было сказать: хочу! Приходилось самому продумывать общую концепцию. Постоянно уточняя, не столько для нейросети, сколько для себя, все нюансы. Нейросеть лишь облекала мои умозаключения в законченные «чертежи».

Постепенно установка по ожижению и вспениванию камня обретала свои законченные формы. Кроме основных функций, она будет извлекать редкие металлы из ожиженного камня.

Ради этого я удлинил место, через которое прокачивается камень. В дальнейшем я размещу здесь ёмкости для сбора извлечённых металлов. Редких очень мало в габбро-диабазе, но ожидаемый объём прокачки камня через установку, компенсирует этот недостаток. К тому же много мне надо. В основном для исследовательских целей.

При промышленных потребностях мне будет проще покупать руду с соответствующих месторождений, или использовать другие методы извлечения. Применяя руны и не испытывая проблем со снабжением магической энергией, намного проще погружать в месторождение устройство, напрямую извлекающее нужные вещества из окружающей породы. Но это дело будущего.

Я услышал, как снаружи зашуршала колёсами по камням, вернувшаяся машина. Вышел встретить майора. Довольная Маша выбралась с переднего сидения со стаканчиком мороженого в руках. Здесь не было таких скоростей, как у нас. Поэтому практика использования ремней безопасности и запреты на перевозку детей на передних сидениях отсутствовали.

Я уже думал над этим. Не про то, что надо вводить запреты, а про создание более быстрых автомобилей. Сейчас даже знаков ограничения скорости нет. Аварийность на дорогах низкая. Смертность от аварий близка к нулю. Специально у Кости интересовался.

Причём местная экономика не сильно страдает от отсутствия скоростного транспорта. В этом парадоксе ещё предстоит разобраться, но смысла менять сложившееся положение я не видел. Какой русский не любит быстрой езды? Без проблем. Залазь на лошадь и скачи. Главное не по людным улицам.

Доступный транспорт для всех? Не смешно. Достаточно вспомнить многочасовые пробки в городах моего мира, чтобы не считать этот лозунг разумной идеей. Когда движение замирает в пробках, общественный транспорт выходит на первое место.

Грузовая и строительная техника – это другой разговор. Так же требующий отдельного изучения. Желательно рассматривать проблему транспортировки грузов в комплексе, а не так, как это сделано в моём мире.

Возьмём для примера железнодорожный транспорт. Здесь прослеживается чёткая взаимосвязь с дорогами и подвижным составом. Пути рассчитываются под конкретную нагрузку и пропускную способность. Никто не пошлёт тяжёлый тепловоз со сверхтяжёлым составом по не предназначенному для этого пути.

Автомобильные же дороги строят одни дураки, а другие по ним ездят. В результате первые дураки потом ремонтируют свои дороги, а вторые – свои автомобили. Вроде бы все при деле. Работа высококвалифицированная. Занятость полная. Но в результате куча народу занимается сизифовым трудом, которого можно избежать ещё на стадии планирования.

– О чём задумался? – Вернул меня в реальность майор.

– О многом. – Не стал я вдаваться в подробности. Такие зависания в последнее время у меня случались частенько. И дело было не столько в активации нейросети, сколько в той информации, что имелась в её хранилищах. – Отвёз мужиков?

– Да. Твою посылку Павлу Николаевичу передал вместе со своими отчётами, как ты и просил. Что в ней? Ты обещал рассказать.

– Устройство связи. Конструкт. Экспериментальный образец. – Коротко ответил я. – Пока проверим сам принцип и устойчивость связи.

– Давно пора. – Расцвёл майор. – Нам тоже такие устройства не помешают.

– С ними всё не так просто, как ты думаешь. Как Ама, на твой взгляд? Не сильно обиделся на отказ и не совсем тёплый приём?

– Ама – мужик умный. Сам понимает, что времени у тебя мало и тратить его на лишние разъяснения через переводчика ты не хочешь. – Ухмыльнулся майор. – А Машу он, наоборот, зауважал.

– Он ещё не знает, что тренировать его будет в основном она. У меня и правда совсем мало времени. – Вернул я улыбку. – В механизированную мастерскую заезжал?

– Да. Сказали, до завтра сделают. Тем более сваривать ничего не нужно.

– Хорошо. Позовёте на обед. Могу заработаться. – Распорядился я.

Сегодня необходимо полностью доделать установку, чтобы завтра поставить её на раму, которую собирают в мастерской.

Я обошёл палатку. Здесь на простейшей установке, обдуваемой ветерком, тросик покрывался лаком. Привод я ему сделал простейший. Использовал одну секцию генератора отталкивающего поля и храповый механизм. Двигатель развивал большое усилие, действовал рывками, при этом он получился низкоскоростным. Что мне как раз и требовалось.

Оставлять установку внутри я не стал. Слишком насыщенный и резкий запах шёл от лака. Для маскировки в него пришлось добавлять чёрный пигмент, чтобы хоть немного скрыть пурпурный отлив от золотых опилок.

Проверив, что процесс нанесения и сушки лака идёт нормально, я вернулся в палатку.

* * *

За следующий час я закончил собирать основу установки. Настал черёд изготовления сосудов для сборки извлечённого металла. По первоначальному плану я хотел их отливать, а потом приклеивать к установке. Но открывшаяся ранее возможность внесла свои коррективы. Из камня я сделал болванку подходящей формы и натягивал на неё сильно размягчённые листы металла. Оставалось отрезать лишнее после его затвердевания.

Сосуды напоминали глубокие миски. Я тщательно их прокрасил магоизолирующим лаком с внутренней стороны. Мне не слишком улыбалось, если рабочие заметят появление золотой пыли возле одного из накопительных сосудов. Я специально их делал герметичными и из цельного листа металла. Народ у нас пытливый. Быстро способ найдут, если оставить возможность заглянуть внутрь.

Для извлечения добытого металла буду использовать обратный процесс переноса. Достаточно засунуть канал для жидкого камня соответствующий конструкт, и он перенесёт добытый металл назад.

Немного замудрёно, зато надёжно. Достаточно раз в неделю останавливать установку на обслуживание. На это даже я время выкрою.

* * *

Пока сох лак на готовых сосудах, я приступил к выкладыванию рун на установке. С их изготовлением теперь проблем не было. Сверхжидкий металл прекрасно заполнял каменные формы любого размера и конфигурации. Набирая рунные цепочки из готовых знаков, я снова задумался.

Парни-алхимики ждали от меня известий. Я пока не готов был с ними разговаривать. Следовало обдумать, в каком порядке преподавать им химию. Судя по тем книгам, что мне попались, у парней в голове должна быть жуткая смесь из околонаучных знаний и магии. Причём половина этих знаний подкреплена неопровержимыми фактами, основанными на применении последней.

Как выразился один китайский мудрец: в полный сосуд нельзя добавить воды. Но стирать память у парней я тоже не собирался. И, слава богам, не умел. Можно давить на них авторитетом. Весьма действенный способ. Вот только в области химии у меня его нет. Авторитет придурковатого монарха здесь не прокатит. Поулыбаются вежливо и пойдут делать по-своему, пока не отравятся очередной гадостью.

Идея, казавшаяся такой перспективной вначале, потихоньку начинала приобретать весьма печальную окраску. У меня от размышлений даже температура поднялась, и аппетит прорезался.

Я прервался. Прислушался к себе. Есть хотелось всё сильнее. Причём непременно чего-нибудь сладкого. Хотя даже чай с кофе я предпочитал пить без сахара. Вывод напрашивался один. Мои упорные размышления запустили нейросеть на полную катушку, и она сейчас выкачивает из моей крови все доступные углеводы. Так и на магическое питание недолго перейти. Я уверен, мой организм именно так и поступит, когда сахар в крови закончится.

Странно, что нейросеть не послала никакого предупреждения. Но, я ведь захотел сладенького. Что ещё нужно?

* * *

– Оголодал? – Майор с интересом наблюдал, как я сыплю в кофе сахар, ложку за ложкой. – Может тебе кускового сахара прикупить?

– Зачем? – Не понял я вопроса. – Меня сахар-песок вполне устраивает.

– Сколько ты его сыпешь, он скоро растворяться в твоём кофе перестанет. А так будешь вприкуску есть. – Вполне серьёзно продолжил он.

– Ленин, блин, нашёлся. Местного разлива. – Буркнул я, вспомнив похожий анекдот. С сахаром и правда малость переборщил.

– Тебя чего на сладкое пробило?

– Думаю много, а мозгам для этого сахар требуется. – Я подсел к майору. – Бруно где?

– Ушёл смотреть, как траншею под водопровод роют. – Демьян методично правил и без того острый нож. – Иван, в чём трудность создать другие конструкты связи? Может, каких-то материалов не хватает?

– Не хватает хорошего мага-менталиста, умеющего работать с этрусским золотом. – Я выпил уже половину сахарного сиропа с привкусом кофе, но желание есть сладкое, меня не покидало. Вероятно, майор со своим предвидением, действительно не шутил по поводу кускового сахара. – Прокопчука, как я понял, к нам не отпустят. Но он и Татьяне не нравится. Нужно искать другого.

– Тут я тебе ничем помочь не могу. – Разочаровал меня своим ответом майор. Обычно у него всегда кто-нибудь или что-нибудь находилось. Смотря по обстоятельствам. – Маги разума все наперечёт, а те, что могут работать с этрусским золотом, тоже без дела не сидят. Заказов у них всегда много и оплачивается они хорошо. – Он с любопытством посмотрел на меня. – Но есть масса слабосильных подмастерьев.

– Можно попробовать, но потом. Нет времени возиться ещё и со слабосилком-разумником. – Мой взгляд упал на Машу, увлечённо рисующую очередную картину.

– Маша, дай мне, пожалуйста, карандаши на минутку и самый большой чистый лист бумаги. – Попросил я, так как неожиданно понял, что мне сейчас нужно зарисовать всплывшую в памяти картинку.

Девочка, наморщив лоб, вопросительно посмотрела на майора. Тот перевёл мою просьбу. Сорвавшись с места, Маша выбежала из кухни.

– Куда это она? – Не понял я.

– Твою просьбу исполнять. Я думаю.

Маша быстро вернулась, неся новую коробку с карандашами и большой лист ватмана. На таком Бруно чертит свои проекты. Поблагодарив её, я пересел за соседний стол и расстелил ватман. Карандаши оказались заточенными, поэтому я, выбрав для начала чёрный, сразу приступил к черчению.