Текст книги "Мертвая кровь (СИ)"

Автор книги: Павел Абсолют

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 31 страниц)

– Да. На следующей неделе встретимся еще раз. Я рада, что ты не пострадал, Эван, – Ромили дружелюбно улыбнулась.

Я изобразил ответную улыбку, не особо веря в искренность тин Джины, и поспешил откланяться.

Что ж, похоже, все вернулось на круги своя. У меня по-прежнему остается несколько месяцев до семестровых промежуточных экзаменов, после которых меня наверняка турнут из школы или переведут в заведение рангом ниже. Жить можно и даже вполне неплохо. В последнем срочном выпуске Ост-вестей, которые я выудил из мусорной корзины, большинство статей было посвящено нападению. В сенате и верховном совете велись непрекращающиеся дебаты насчет судьбы Сандарки. Мнения разделились примерно поровну: часть хочет сохранить прежний статус атолла, что потребует вливания средств из казны, другие желают избавиться от плавающего куска земли, оттягивающего множество ресурсов. Из важных персон без вести пропавшими считаются второй магиструс первого отдела Аспекта Контроля, несколько старейшин высокого клана Гу, трое сенаторов, находящихся в то время на отдыхе. Написали и про ставшую злосчастной нашу школьную поездку, упомянув исчезнувшую ученицу из высокого клана Анк-бе-сони. Последняя катастрофа схожего масштаба случалась на Сандарке около полувека назад, как упоминалось в одной из статей. Их обзывали гравитовые аномалии. Я не особо понял суть, но вроде как в тот год произошла “интерференция” гравитового поля одного подводного месторождения с полем атолла, что привело к выбросам, землетрясению и расколу куска суши. Тогда погибло около девяти тысяч человек, сейчас счет шел на десятки тысяч. В общем, это и есть основная причина, почему большая часть людей, если исключить Окенарию, сосредоточена на парящих островах. Здесь безопаснее.

Выходной я провел за чтением, попутно отсыпаясь и отъедаясь. Разок сходил на башню Гайи для медитаций. Прогулялся со Скви по парку академии, да там же и оставил. Не особо любит мой питомец закрытые помещения.

Начало учебной недели ознаменовалось повышенным интересом со стороны одноклассников к моей скромной персоне. Еще бы. Большинство сочли меня погибшим, а тут я неожиданно вернулся с того света. Нашлись даже такие, кто сочувственно порадовался за меня. Калем съехидничал, заявив, что как истинный фамильяр, помереть без приказа хозяина я не имел права. Больше всего удивила злость Сурри. Шаман резко высказался, что лучше бы мы с “красной” подохли там вместо Айны. У блондинки несмотря на короткий срок успели образоваться почитатели в классе. Из разговоров я понял, что Леока не успела добраться до Предвестницы вместе со всеми, однако смогла выбить себе место на ближайшем взлетающем вихрелете, сославшись на принадлежность к Высокому клану. Ученики были не в восторге от того, что вместо сиятельной Анк-бе-сони выжила дочь предателя Вайса. Сама Леока сидела в углу нахмуренная и злая, да активно огрызалась на любые нападки. Помочь ей? Вы видно совсем с катушек съехали, тин Джина. Она мне сама врежет, если я попытаюсь влезть в ее отношения с одноклассниками. Хит выглядела плохо. Странно, мне казалось, что наши представительницы клана Анк-бе-сони не ладят друг с другом. Кто-то ее жалел, кто-то испытывал прямо противоположные чувства. Сурри и ее обвинял в том, что она не отправилась на поиски соклановца. Птер Хит был еще маленьким, но уже мог переносить по воздуху не слишком тяжеловесных ездоков. А с помощью шаманских заклинаний возможно бы и двоих смог унести. Короче, атмосфера в классе царила напряженная. Я старался держаться в стороне и не влезать в разборки, надеясь, что со временем все само рассосется.

Сателлит Сегвейн.

Уже который день в роскошном здании, так часто мелькающим на полосах газет, шли заседания расширенного состава Верховного Совета. После нападения в разное время на них побывали главы всех высоких кланов, совместно с руководителями побочных ветвей и как минимум половиной круга старейшин, магиструсы всех возможных отделов Аспектов, множество специалистов конкретных направлений. Докладчики выступали один за другим. Рюйго, как и следовало ожидать, ратовали за восстановление статуса Сандарки – у “рыб” большая часть активов была завязана на атолл. Остальные кланы относились к проекту восстановления либо отрицательно, либо просто без энтузиазма, поскольку немалая часть работ ложилась на их плечи. Причины нападения Крайена, возможные меры противодействия и способы преждевременного обнаружения, лагеря беженцев близ столицы и недовольство ими коренных анскварцев, безработица и рост уровня преступности, начинающийся ощущаться недостаток продовольствия и некоторых океанских ресурсов – все это всплывало не раз на обсуждениях.

– Тишина! – Мирна прервала интенсивный спор между главами Рюйго и Бе-ко-фе. – Пора подводить итоги и намечать курс действий. Голосования в Сенате и Совете не выявили определяющую сторону, поэтому я, как Верховный Префект острова, озвучу волю Вайса. Сандарка на протяжении четырех веков исправно служила Вайсу. Да, были трудные времена. Нападение внеранговых океанских чудищ, налеты пиратов и каперов, водянистая чума тысяча четыреста восьмидесятого года, гравитовые аномалии тысяча шестисот шестнадцатого и семьдесят первого годов. Однако именно благодаря Сандарке на Вайсе всегда имелось в достатке дешевых морепродуктов. Мы исправно импортировали морские ресурсы другим островам, разве что Окенария по понятным причинам обходила нас. Сандарка в совокупности давала рабочие места и сопутствующе обеспечивала приблизительно две сотни тысяч жителей. Это почти десятая часть населения Вайса. Я уверена, что каждый из присутствующих отдыхал на знаменитых пляжах Хэкли-бэйс. Поэтому статус Сандарки будет сохранен. Гравитовая прослойка будет частично восстановлена из запасов Вайса. В качестве контрмер будет удалена одна шестая массы атолла, а также шесть миллиардов тонн грунта и скальных пород с Опальских гор и Северной возвышенности, согласно предложению Аспекта Благости. Инфраструктура Сандарки должна быть восстановлена в кратчайшие сроки, в первую очередь порт. Привлекаются Аспект Обороны, все свободные эсперы кланов и остальных Аспектов, нанимаются оставшиеся без работы лервы. Будет проведен совместный профилактический рейд в Пятна, чтобы разгрузить дежурных стражей и отозвать больше эсперов для временной работы на атолле. Ко дню осеннего равноденствия необходимо максимизировать добычу ресурсов для импорта на ежегодной ярмарке. Аспект Изысканий проложит новый маршрут Вайса вдали от логова Крайена. Иностровному Аспекту необходимо просчитать новое место проведения ярмарки и передать информацию Лемгену и Джузенни. К двадцать второму числу мы должны состыковаться с дружественными островами несмотря ни на что. На этот раз нам придется исключить из стыковки пик Тир-Ваоле, что стало за многие годы традицией для Островов. Аспект Поиска увеличит добычу ближайших месторождений до полной выработки, до тех пор, пока работы над Движителем атолла не будут завершены. Первый отдел Аспекта Контроля проведет набор временных работников для обеспечения порядка в лагерях беженцев. В связи с уменьшением жизненного пространства судебным органам Аспекта Контроля ужесточить критерии по изгнанию с острова преступивших закон, заморозить иммиграционные квоты. По завершению ярмарки, Вайс направится в северные акватории для восполнения запасов гравита. Аспект Благости, вам следует проработать варианты решения проблемы намечающегося дефицита продовольствия. Подготовьте граждан. Зима будет северноширотной, холодной и долгой.

Аушвейс устало откинулась на спинку кресла. Женщине очень не нравилось, что именно при ее правлении Вайс теряет земли. Земли и гравит, которые их предки собирали веками, по крупице, по клочку. Однако прошлое не вернуть, можно лишь минимизировать последствия и искать варианты на будущее.

После короткой тишины зал взорвался. Кто-то аплодировал, кто-то недовольно возмущался принятым решением, второй магиструс Аспекта Благости с покрасневшим от прилива крови лицом что-то громко вторил соседу, эспер из Аспекта Поиска пытался доказать, что выработка месторождений в долгосрочной перспективе скажется негативно, что они будут восстанавливаться десяток лет. Мирна вздохнула. Предстоит еще немало работы, проработка деталей, множество бессонных ночей, поездок, встреч и собраний, без какой-либо возможности развеяться или хотя бы погулять с дочерью. Но именно такова ноша Верховного Префекта, и Мирна просто не могла подвести свой народ.

Двиэль

Учеба шла своим чередом. Можно сказать, что я втянулся. Перестал обращать внимание на подначки одноклассников, старался не оставлять свои вещи без присмотра. Похоже, мантра выносливости дала о себе знать – физические тренировки стали чуть менее изнуряющими. Либо прошедшее приключение в открытом море закалило меня, не уверен. Тан Дшен “обрадовал” вестью, что вскоре возможно повысит мне нагрузку. Поэтому я прекратил читать мантры на укрепление тела, иначе конца и края этой гонке за физическим совершенством не будет. Да и учитель сам говорил, что не стоит тратить на это возвышение, лучше сосредоточиться на аурном аспекте. Поэтому я больше уделял внимание Сэнсу и Средоточию. Теоретические задачи давались мне со скрипом, приходилось проводить много времени в библиотеке и наверстывать пропущенные базовые знания. Но я не жаловался. Что ни говори, а мне не нравилось мое отставание от других учеников, и я всеми силами старался его сократить. Раз в один или два дня посещал собор Гайи. Мне нравилось слушать церковный хор или участвовать в вечерней службе, взирать с башенной высоты на расстилающийся внизу Блайншвик. Тин Замали периодически чистила мою ауру от паразитов колдовской волной. Каждый раз удивляясь, где я умудряюсь их цеплять.

В четверг четвертой недели учебы я снова встретился с психологом в ее кабинете. Тин Джина держалась весьма холодно на этот раз. Говорила резко, улыбалась редко. Ее смены поведения иногда ставят меня в тупик. Может, это какой-то хитрывыдуманный прием? Мы снова говорили о нападении Крайена, о том, что мне пришлось пережить, о ярмарке, а также о моих любимых книгах. Записки Безликого тин не читала, но обещала обязательно ознакомиться. Ромили предпочитала проводить время за философскими трактатами, как современных, так и древних мастеров. По секрету призналась, что иногда коротает время за любовными романами, но только если они действительно хороши. Мне же всегда больше нравились приключенческие произведения, хотя, можно сказать, я всеяден. И любовные романы читал пару раз (один нашел выброшенным в мусорный бак в академии, другой по незнанию стащил из тытлагской библиотеки). Не совсем понимаю, что люди в них находят, ну да у каждого свои вкусы. Нам с тин Джиной в этом плане не удалось найти взаимопонимания. Разве что обсудили наиболее известные сказки, которые мне еще родная мама в далеком детстве читала. Психолог снова посоветовала мне уделять больше времени общению со сверстниками, не закрываться в себе. Я активно кивал на все ее советы.

Последний день недели принес за собой постоянно откладываемую отработку у тана Шугго. Нас было трое, незнамо чем провинившихся перед преподавателем теории магии. Мы переписывали параграфы из пособия, после чего пересказывали его вслух учителю. Муторно, но ничего сверхсложного. Тан Брейсс на отработке выглядел более равнодушным, чем на уроках. Называл нас бездарями и недотепами, конечно, но как-то без души, без энтузиазма. Мы высидели в кабинете всего три часа, как уверяли часы в главном коридоре, однако по моим личным ощущениям занятие тянулось несколько дней.

Я глядел по сторонам, смотрел за старшекурсниками, слушал разговоры вокруг, обращал внимание на поведение разных эсперов. Постепенно вникал в суть взимоотношений между различными группами. У нас в Тытлаге было несколько мелких банд, вроде той же шайки Сотвалле. Слепой Чен не принимал всех подряд. Так вот, народ там зачастую объединялся по какому-то признаку. Были у нас “Черные крысоиды”, состоящие из лервов с черным цветом кожи. Название у группировки не особо благозвучное, но и занимались они в основном мелкими кражами. Еще были “Тытлагские ящеры” – те заведывали звериными рингами, промышляли контрабандой некоторых животных. По слухам, имели какие-то звериные признаки, вроде чешуи и жабер, повышенной волосатости или чего-то другого. Еще в провинциях Пятна Грома, не только в самом Тытлаге, хозяйничала рассредоточенная сеть банды “Окенарцев”, занимающейся поставками различных дурманов, как местных трав, так и лемгенского мха и лишайника или джузеннийской слизи. В ней состояли в основном... окенарцы, как нетрудно догадаться. Цвет кожи варьируется от желтоватого до смуглого и светло-коричневого, окенарцы в основном ниже по росту, чем вайсцы, а также зачастую имеют суженные глаза. Черномазые, пресмыкающиеся и узкоглазые – так среди своих прозвали представителей банд. Ну а людей Слепого Чена закономерно слепые или слепцы. В общем, люди разного цвета кожи или имеющие иные отличия не слишком ладили между собой. Случались междуусобные бандитские разборки. В чужой квартал с не тем разрезом глаз или цветом кожи лучше не заходить. Но среди эсперов подобного я не увидел! Реально, в академии учились люди с кожей различных оттенков. Не только привычной белой-желтой-коричневой-черной палитры, но и зеленой или синей. Хотя эсперы в основном изменяли волосы и глаза, кожу оставляли в покое. Но к тем, кто все же решился отойти от принятых стандартов относились без агрессии. Подшучивали, называли “зеленушкой” или “синяком”, но отнюдь не травили. Тоже самое относится и к шаманам, уже начинающим перенимать черты своих фамильяров. С ними нормально общались, они были всегда желанными гостями на каком-то вечере. Некоторое напряжение исходило из неклановых первокурсников, в моем классе тоже, но их быстро поправляли более опытные клановые, к которым ученики прислушивались. Как на одном уроке заявила тин Джина, эсперы должны быть максимально толерантны к внешнему виду другого эспера. Мы даже мантру соответствующую читали несколько раз. Мантру толерантности. Психолог объяснила, что из-за существенных различий во внешности эсперам необходимо быть выше всей этой межэтнической розни.

Глава 24

Из-за последних форс-мажорных обстоятельств, наша боевая подготовка началась лишь в пятую субботу семестра. Рано утром наш класс совместно с четвертой группой выстроился на стадионе. Ждать преподавателя долго не пришлось. Учителем боевки (как сокращенно именовали данный предмет ученики) оказался невысокий полностью безволосый эспер с серой кожей, мешками под глазами и вечнонахмуренным лицом. Его одежда из кожи ящера выглядела прочной и практичной. С ремешками и карманами, в которых виднелись рукоятки ножей и каких-то инструментов. В целом учитель оставлял после себя довольно мрачное и зловещее впечатление.

– Меня зовут тан Валкрубб, я буду курировать вашу боевую подготовку, – очень тихо, почти шепотом, произнес эспер. Мне пришлось напрячься, чтобы разобрать его слова. – Вероятно, я вам не нравлюсь. Не переживайте. Во-первых, это взаимно. Во-вторых, если вы узнаете меня поближе, то... я не понравлюсь вам еще больше, – мужчина усмехнулся, обнажив заостренные зубы-клыки. По-видимому, шаман. А может и псион, если смотреть на поблескивающую на солнце лысину.

Ученики переглянулись меж собой, высказав несколько негромких замечаний и шуток, на которые тан не обратил внимания.

– Сегодня у вас посвящение в эсперы. Это важное событие в жизни каждого одаренного. От того, как вы поведете себя, может зависеть ваша дальнейшая карьера. Аспект Обороны и Аспект Контроля не берут кого попало. В этом году из-за нападения возникли сложности с проведением посвящения, с другой стороны, набрать расходный материал оказалось намного проще. Итак, ученики. Текст присяги Вайса достаточно прост, чтобы даже такие недоумки как вы, могли его запомнить. Но, зная о ваших склонностях, я решил упростить процедуру. Я начну говорить, вы будете повторять за мной. Вопросы?

– Да, тан. А что нам... – обратился один из однокурсников к учителю.

– Раз вопросов нет, начнем, – проигнорировал его Валкрубб. – Повторяйте за мной. Я, ваше полное имя...

– Я, Эван Сотвалле, – произнес я негромко.

Через нестройный хор голосов до меня донеслось произнесенное кем-то: “Я, ваше полное имя.” Тан Валкрубб безумно тихо и ужасающе спокойно обрушил на него свю немилость, обозвав придурком в пятом колене, и заставил повторить свое имя правильно. Затем мы принялись проговаривать предложения за учителем, складывающиеся в полноценную эсперскую присягу Вайса. Мы обязались защищать родной остров, его жителей и ресурсы, вмешиваться в случае военного противостояния и помогать по мере способностей. Блюсти закон и следовать установленным правилам, хранить покой лервов и не провоцировать конфликты. Оберегать островные устои, не устраивать межклановых или межэтнических разборок. Расти в личной силе, но не поддаваться Безумию, быть примерным сыновьями и дочерьми Вайса. И оставить после себя достойных наследников, конечно же.

– Поздравляю! Отныне вы считаетесь практически полноправными эсперами Вайса. И вас могут привлечь к военным действиям, хотите вы того или нет, – среди учеников послышалось роптание, но тан Валкрубб решил не заострять на нем внимание. – Следуйте за мной.

Обе наши группы двинулись за эспером и через несколько минут оказались возле питомника. В нескольких массивных клетках я с удивлением заприметил людей. Около четырех десятков лервов в бедняцких одеждах были заточены в звериных клетках. Их охраняли целой контубернией из десятка служащих Аспекта Контроля, один из которых являлся эспером, если судить по внешности. Командовал стражниками офицер с нашивками комита. Тан Валкрубб подошел к нему, кратко посовещался, после чего обратился к нам:

– Ваше последнее задание на посвящении в эсперы – это привести в исполнение смертный ост-приговор. Жизнь – суровая штука, и вам не следует колебаться в нужный момент. Если вы не сможете этого сделать, то путь в Оборону и Контроль окажется закрыт. У кланов также требования достаточно строгие. У вас останется единственный выход – стать гражданским эспером. Гнить в дальних туннелях, клепать фотокарточки или работать на типографном станке, чистить засорившиеся канализационные системы богачам и тому подобное. Выбор всегда за вами. Вы можете казнить их любым способом, каким пожелаете. Магией, мечом, вихрестрелом или даже забить ногами. Дабы вы лучше спали по ночам, недотроги мои, добавлю, что эти люди являются отступниками Вайса. Судом Контроля им официально определена смертная казнь, некоторым изгнание. Подтверждающие бумаги имеются у комита. Но все мы понимаем, что изгнание подчас хуже смерти. Вам доверена честь исполнить роль ост-палача. Приступаем. Выводите!

Стражники перевели первого попавшегося лерва в отдельную клетку. Бородатый мужчина не сопротивлялся, понуро плелся, еле переставляя ноги. Его каким-то дурманом опоили?

– Дживс Телуа! – произнес Валкрубб.

От нашего строя нерешительно отделилась девушка.

– Оружие требуется?

– Нет.

Несколько секунд Тэлуа собиралась с силами, стоя с закрытыми глазами, затем быстро сформировала заостренный сгусток коричневого цвета и метнула сквозь прутья решеток. Отступника проткнуло в районе груди и бросило на землю. Из массивной раны хлынула кровь. Некоторое время жертва еще дергалась, но вскоре затихла. Полуматериальное заклинание быстро истаяло. Побледневшая ученица вернулась обратно к своим.

– Отличный выпад! – ободряюще заметил Калем.

Когда первое ошеломление от процедуры прошло, я свыкся со смертями, что происходили у нас на глазах одна за другой. Не все эсперы смогли побороть себя и лишить человека жизни. Хит сразу отказалась, за что получила несколько насмешек. По-моему, она единственная из клановых, кто не смогла привести приговор в исполнение. Меня же раздирали противоречивые чувства. С одной стороны, я не нарушаю ни законы Вайса, ни заветы Гайи, с другой... это ведь убийство, как ни крути.

Ученики действовали по-разному. Чародеи и колдуны бросались дистанционными заклинаниями, волшебники и псионы использовали холодное оружие или вихрестрелы, шаманы натравливали своих фамильяров, которые быстро перегрызали глотки. В клетке земля покрылась слоем запекшейся и свежей крови. Трупы оттаскивали в специально приготовленную телегу. В особо эффектные казни наиболее кровожадные ученики одобрительно вскрикивали, или наоборот, отпускали шуточки, если кто-то справился не слишком эстетично.

– Эван Сотвалле!

Когда учитель произнес мое имя, я принял решение. Мне не хочется еще больше выделяться, ведь подавляющая часть учеников, примерно четыре пятых, смогли преодолеть робость и сострадание. Да и кто знает, возможно в боевом направлении для меня кроются какие-никакие, а перспективы. Они всего лишь отступники, в конце концов, которых приговорили к смерти. Казнокрады, насильники, предатели и душегубы.

Мне достался мужчина лет тридцати. Женщин среди приговоренных было немного, и я обрадовался, что мне они не попались. Не знаю, смог ли я поднять руку в таком случае.

– Оружие требуется?

– Нет.

Я выхватил свой нож, крепко сжав в руке.

– А-э-э? Фто-о? – осоловелыми глазами водил по сторонам отступник.

Похоже, что действие дурмана начало сходить на нет. Непроизвольно зажмурившись в последний момент, я сделал быстрый выпад и со всей силы ткнул кинжалом по направлениюю к сердцу жертвы. Вот только отступник успел отшатнуться в сторону, и мой нож сильно поранил его левый бок.

– Фто за хень?!!! – заорал приговоренный. – Не тфогайте!!

– Заткнись, – буркнул я, желая покончить с неприятным делом побыстрее. – Ты будешь казнен как отступник!

Мой второй удар пришел в живот мужчины, нож вошел глубоко в плоть. Все-таки под дурманом двигался он неумело и медленно. Преступник заорал еще громче.

– Я фе отстуфник! Я бефенец! С Фандарки! Отпуфтите!

Я выдернул нож и повернулся к тану Валкруббу. Учитель понял мой невысказанный вопрос и сказал просто:

– Кончай с ним.

Мгновения я колебался, прежде чем сделать финальный удар в сердце, добивая истекающего кровью мужчину. Лезвие прошло точно меж ребер. Пару секунд отступник брыкался и булькал, брызгая кровью, после чего испустил свой последний вздох и затих. Я с трудом вытащил свой клинок из тела и вернулся к наблюдающим первокурсникам. В голове не осталось не единой мысли. Адекватной и нематерной, по крайней мере. Мое выступление комментировали, вроде бы, однако я ничего не слышал. Одним из последних посвящение проходил Калем. Подойдя к клетке с жертвой псион некоторое время неподвижно стоял на месте, после чего выбросил в сторону лерва еле заметную черную расплывчатую кляксу, обозначающую пси-эфир. Приговоренный упал на землю, захрипел и забился в конвульсиях. Учитель и часть учеников похвалили Калема, сказав, что для псиона его возраста внушить человеку смерть считается за весомое достижение. Ученик выглядел уставшим.

– На этом мы на сегодня закончим, тины и таны, – произнес Валкрубб, когда список посвященных подошел к концу. – Подробности осуществления ост-приговора будут внесены в ваши личные дела. Трупы отступников, как полагается, будут сброшены в Яму. Есть желающие посмотреть?

Молчание стало ему ответом.

– Ваш выбор, – тихо выдал тан Валкрубб. – В таком случае мы с вами увидимся через неделю. Из-за пропусков придется нам с вами наверстывать упущенное.

Некоторые эсперы, уходя, шутили и смеялись друг с другом, обсуждая наиболее крутую и эффектную казнь. А несколько человек, как я заметил, продолжали непрерывно пялиться в клетку с многочисленными следами крови. Среди них была Хит Анк-бе-сони. По ее щекам катились слезы. Хороший она эспер, жаль, что таких мало. Однако моя поддержка сделает только хуже, учитывая мою репутацию. Ее станут избегать пуще прежнего. Я сдвинул одеревеневшие ноги и поплелся обратно в общежитие. Скви тихо попискивал, передавая по шаманской связи свою поддержку. По крайней мере, тан Валкрубб был прав в самом начале нашего знакомства – он мне не понравился.

На следующей неделе на приеме у психолога мы в основном разговаривали о посвящении. Ради такого случая тин Джина приглашала всех учеников поочереди, а не только тех, чье поведение отличалось от нормы. Женщина проводила сочувствующие и поддерживающие речи, говоря о том, что рано или поздно эсперу приходится проходить через подобное, если он желает работать в силовых структурах. Я отошел от убийства лерва довольно быстро. Только в первую ночь мне приснился мутный сон с его участием, который и кошмаром назвать сложно. Затем Сознание милостиво упрятало неприятные воспоминания в дальние уголки разума. Еще один плюс бытия эспером.

Боевая подготовка с таном Валкруббом на этот раз проходила в виде теоретического занятия. Учитель с красочными подробностями описывал способы быстрого умерщвления эсперов, лервов, фамильяров и диких зверей. Поведал множество тонкостей грамотного и безопасного пребывания в Пятнах и предместьях Пятна, на чужих Островах или в Океане, о которых я и не подозревал.

Отношения с Рови, прислугой общежития, у нас сложились ровные. Он частенько выискивал мне подходящее белье, одежду или предметы обихода, хотя и пытался постоянно давать советы или просил помочь кому-то по блоку. И в один из дней его поведению наконец нашлось объяснение. Утром понедельника при передаче мне постиранной одежды Рови был неожиданно хмур. Я молча забрал комплекты одежды, не собираясь интересоваться его личной жизнью, однако он заговорил сам:

– Эван, тебе стоит подумать о смене линии поведения.

– Это не твое дело, – заметил я без удовольствия.

– Ошибаешься. Если ты не начнешь общаться со сверстниками, то тобой займутся всерьез.

– ...Ты про психолога? – спросил я неуверенно.

Рови кивнул:

– Я пытался помочь тебе, но результата до сих пор нет. Мне придется сообщить твоему куратору. У тебя есть последний шанс исправиться, но сделать ты это должен самостоятельно. Удачного дня, Эван.

Прислужник развернулся и покинул мой номер. Теперь все стало на свои места. Эта его назойливая дружелюбность и попытки пристроить меня в чью-то компанию. По-видимому, он докладывает обо всем тин Джине. И в классе, и в общежитии под надзором. И что теперь? Пойти к соседу и спросить, не хочет ли он стать моим другом? Бред. Я успел немного изучить своих соседей по блоку. Они были в основном грубыми и беспринципными эсперами, относящиеся к слабакам вроде меня с презрением. Ничего хорошего из общения с ними не выйдет. Все предают рано или поздно. Тот же Зигнур, строящий из себя пай-мальчика, сан-я-помогу-всем, в решающий момент ударит в спину, не моргнув и глазом. “Змеи” они такие. Чем вообще может это быть плохо? Я прекрасно обхожусь и без чьей-то поддержки. Если бы не моя больная аура, то с учебой проблем не возникло. Идиотизм. Нахрен. Не желаю прогибаться под этих долбаных психологов. Я не опасен для общества и никому не мешаю. С чего я должен вести себя иначе, подстраиваться под их дурацкие требования?

Время шло, и я решил, что пора приступать к работе. В Двиэль имелось множество добра, правда многое было помечено отличительным знаком клана Рюйго или эмблемой школы. Портьеры и гобелены, вазы и даже перила на лестнице. Их сбыт наверняка представит значительную проблему. Однако некоторые хозяйственные принадлежности вполне подходили для изъятия. Кое-какой малогабаритный спортивный и тренировочный инвентарь, свечи и подсвечники, стекло, посуда, писчие вещи. Бумажную макулатуру можно было собирать из мусора вполне на законных основаниях, хотя было непросто опередить ответственных лервов из прислуги, которые таким образом зарабатывали лишнюю денежку. Я сделал себе укромный тайник за пределами академии, куда небольшими порциями выносил и складировал награбленное. Проносить через центральный вход большое количество груза было опасно. Хоть дежурящие стражники на практике не обыскивали народ, в теории имели законное право так поступить. Школьный устав относился к воровству довольно строго, были определены внушительные денежные штрафы (для меня внушительные, для эсперов мелочь, наверное). Но то на бумаге. Эсперам позволялось свободно выносить многие вещи. Чем я охотно пользовался. Рови дозволялось выдавать определенное количество вещей и одежды из хранилищ общежития. Больше, чем мне требовалось в повседневной жизни. Излишек я также сносил в тайник.

В начале сентября я отнес первую большую партию Жаклин, которая была немного удивлена масштабом и... общей средней дешевизной украденного. Пока что я не решился трогать личные вещи эсперов, вламываться в школьные склады или комнаты в общежитии, да и не факт, что когда-либо решусь. Слишком опасно, особенно для слепого в плане магии меня. На половину выданного аванса я приобрел отмычки, оставшиеся деньги потратил на несколько уроков у бывалого мастера-взломщика. Наука обхода замков была непростой, и в некоторые моменты оставалось лишь уповать на удачу. Существовали как замки массового производства, так и индивидуальные заказы, зачастую с какими-то неприятными сюрпризами. В виде шипа с ядом или гравитовой шашки. Купленные отмычки подходили только к механическим замкам. Существовали еще и вихревые замки, которые открывались, реагируя на специальные ключи – плоские и прямые полоски, но с уникальным эфирным узором. Использовали их редко, поскольку такие замки потребляли некоторое количество гравита. Взломать их с помощью обычных отмычек в принципе невозможно, подделать эфирный ключ – задача под силу лишь наиболее искушенным эсперам, посвятившим себя воровской стезе. Можно было попытаться достать особые вихревые отмычки, но их цена... даже не кусалась, а сразу сжирала тебя целиком. Также мой временный учитель подсказал, в какие районы города лезть не стоит. Окресности Двиэль держал Странник, и некоторые владельцы платили ему дань за то, что воры их обходят стороной. Если я вдруг решу их обчистить, то проблемы мне обеспечены. Как минимум сбыть награбленное через Жаклин я уже не смогу. В общем, я мотал на ус, которые у меня не росли, и запоминал любое брошенное мастером слово.

В октябре на одной из наший еженедельных встреч тин Джина решила использовать прямой подход. Поскольку косвенная поддержка и скрытые подсказки никаких результатов не принесли, как она пояснила.

– У тебя налицо все признаки Безумия Одиночества, Эван, – поведала мне психолог. – Это очень серьезная болезнь, при которой эспер стремится изолироваться от человеческого общества. Я прекрасно знаю твои доводы, Эван. “Я ведь никому не причиняю вреда”, верно? Да, это так. Но также верно и то, что и пользы больные Одиночеством не приносят. Последняя стадия Безумия – отшельничество, когда одаренный поселяется в недоступной для других местности. Ни о какой службе в Аспектах и речи быть не может. Иногда гражданским эсперам удается наладить производство полумагических товаров через посредников, но такие случаи редки. Мое дело как психолога – приложить все силы, чтобы вылечить тебя и направить на путь истинный. Я понимаю причины, которые толкнули тебя на кривую дорожку: печальная участь родителей, аурная травма, не самые приятные опекуны, отставание в учебе, еще какие-то твои личные обстоятельства. Но это не повод замыкаться в себе, Эван. Ты понимаешь?