Текст книги "Надменный босс (ЛП)"
Автор книги: Оливия Хейл
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)
ГЛАВА 24
Эмили
Следующие две недели были наполнены сексом больше, чем я пережила за всю свою жизнь. Возможно ли передозироваться оргазмами и улыбками? Если да, то я никогда не согласилась бы на реабилитацию. Высеките на моем надгробии: «Смерть от Джулиана Ханта». Пусть все знают, что я умерла счастливой.
Мы переписывались, как подростки, часто и почти всегда о какой-то ерунде. У этого мужчины, очевидно, было больше свободного времени, чем я думала, что бывает у миллионеров-маниакальных гендиректоров.
Когда я указала на это, он ответил, что отменяет встречи и регулярно отшивает клиентов, чтобы обеспечить мне максимально быстрое время ответа. Ладно, он явно преувеличивал, но от его ответа у меня внутри все равно творилось что-то странное.
Несмотря на мои возражения, наши еженедельные встречи продолжались.
«Мы ведь уже встречаемся для этого, – прошептала я ему на ухо, моя рука уже скользила вниз по его твердой груди, нащупывая пряжку ремня. – Зачем нам еще и специально выделенное время на людях? Это время, которое мы могли бы потратить… на это».
«Потому что я также хочу проводить с тобой время в одежде, Эйс».
Слова Джулиана были решительными, но его руки, блуждающие внутри моего платья-халата, рассказывали другую историю.
Я сбросила платье, оставшись только в белье, и подарила ему свой лучший взгляд «иди сюда».
«Но я так хорошо выгляжу без одежды».
Стон желания Джулиана был единственным ответом, который я получила. Он быстро расправился с моим бюстгальтером и трусиками, а затем раздвинул меня и довел до предела своим языком и пальцами.
Никогда раньше я не была такой уверенной в постели, такой смелой в своих словах. Джулиан всегда заставлял меня чувствовать себя самой сексуальной женщиной на свете. Каким-то образом он хотел меня так же сильно, как я хотела его, и я наслаждалась этим.
Для наших «не-свиданий» я всегда тщательно выбирала места подальше от работы, где вероятность случайно столкнуться со знакомыми была низкой. Джулиан закатывал глаза, когда я вела его на обед за много кварталов от офиса.
«Это тот момент, когда ты раскрываешь себя как серийный убийца? – поддразнил он, передразнивая мои же слова. – Заманиваешь меня в подозрительную студию, и меня больше никто никогда не увидит?»
«Возможно. На твоем месте я бы прощалась с жизнью, Хант».
Мы нашли итальянский ресторан, который я забронировала: слегка безвкусное место с пластиковыми виниловыми кабинками и огромными порциями. Джулиан посмеялся над моим выбором, но с радостью втиснулся в маленькое пространство и заказал лазанью.
Он не вписывался; он никогда и никуда не вписывался, если честно. В нем было слишком много жизни. Куда бы мы ни пошли, люди следили за ним – их глаза провожали каждое его движение и жест.
Я наблюдала, пока мы ели: за твердостью его рук, за шириной плеч и за неожиданной мягкостью в его глазах, когда он улыбался мне. Как мог этот мужчина быть моей радостью? Как он мог быть реальным? Иногда он все еще казался мне плодом воображения, как и то, что мы делали вместе.
Слишком хорошо, чтобы быть правдой.
– Эйс, – сказал Джулиан, добавляя еще пармезана в свою тарелку. – Ты смотришь на меня.
– Нет.
Он прикусил губу, чтобы скрыть улыбку.
– Я не против. Я знаю, что я очень красивый.
– И очень скромный.
– Поэтому я тебе и нравлюсь.
Я не смогла сдержать улыбку, расползавшуюся по лицу. Он действительно мне нравился. Больше, чем следовало – больше, чем полагается для интрижки с начальником.
– Расскажи мне еще о своем детстве, – сказала я, прежде чем закинуть в рот очередную ложку спагетти.
Джулиан откинулся на спинку кабинки. Он выглядел совершенно расслабленным, его улыбка была нежной.
– Ты уверена, что наелась пасты на обед, красавица? Я не уверен, что это…
Я схватила салфетку из подставки и бросила в его сторону. Она приземлилась на стол между нами, и он по-настоящему рассмеялся.
– Оу. Страшно, Эйс.
– Я задала тебе вопрос, знаешь ли.
– Знаю, – его рука легла на стол рядом с моей, и он мягко провел пальцем по линии моего пальца. Технически это не нарушало правила того, что нам не следовало делать на людях, но судя по тому, как бабочки в моем животе ожили, я поняла, что это было совсем не невинно.
– У меня было отличное детство. Моя мама была заботливой, из тех, кто каждый день собирал мне ланч-боксы. Она развелась с отцом, когда мне было около тринадцати, но они продолжали ужинать вместе раз в неделю. Думаю, они скорее просто разлюбили друг друга.
– Никаких безумных ссор?
– Никаких.
– А как насчет твоего отца?
– Какая же ты сегодня любопытная.
– Мы мало говорим о тебе.
– Только потому, что ты бесконечно интереснее.
Я нахмурилась на него.
– Это совершенно не так, мистер «Fortune 500». Есть куча вещей, которые я хочу знать.
– Например? Во сколько я встаю утром? Делаю ли я растяжку до или после тренировки? В чем секрет успеха? Пин-код моей кредитки?
Тон Джулиана был дразнящим, но вопросы были до жути знакомы многим из тех, что я читала в интервью с ним. Без сомнения, мир был полон решимости выяснить, в чем его секрет.
Тяжелая работа – вот что я могла бы сказать им всем, увидев, как много он трудится. Как загорались его глаза, когда он говорил о способности технологий раздвигать границы и создавать лучший мир.
– Нет, – тихо сказала я. – Ты играл на каком-нибудь инструменте в детстве? У вас были домашние животные? От каких фильмов ты плачешь? Какой у тебя любимый праздник?
Джулиан долго смотрел на меня с кривой улыбкой на лице. Она выглядела более настоящей, чем все те улыбки, что он дарил мне раньше. Мысленно я добавила эту версию него в свою коллекцию, к той версии, которая достается мне, когда мы наедине. Это та версия, которая нравится мне больше всего.
– Ты редкая драгоценность, ты знаешь это?
Я почувствовала, как румянец ползет вверх, и снова уставилась в свою пасту.
– А ты снова уходишь от вопроса.
Он усмехнулся.
– Ладно, повелительница кнута. Мой отец нечасто бывал дома, но у нас были прекрасные отношения, и он очень поддерживал мой интерес к программированию. Он умер пару лет назад. Райан перенес это тяжелее меня, я думаю, в основном потому, что он моложе.
– Мне жаль.
– Спасибо, – его палец снова обвел мой. – В детстве я играл на флейте.
– На флейте?
– Да. Ужасный инструмент. У меня никогда ничего не получалось, я только краснел от всего этого дутья, – он поднял в мою сторону палец, предотвращая мою улыбку. – Не говори ничего. Я сам услышал, как это прозвучало, когда говорил.
Я прикусила язык.
– Не буду.
– У нас была собака по кличке Нэнси, немецкая овчарка. Я обычно не плачу в кино, но…
– Не говори мне, что ты боишься проявлять уязвимость.
– Нет!
Я печально покачала головой.
– Я думала, ты более уверен в своей мужественности, Джулиан.
– Эйс, я…
– Нет. Я разочарована.
Он рассмеялся.
– Ты невозможна. Да, у меня наворачивались слезы на глаза от фильмов, но я не помню, когда это было в последний раз. Но, так и быть, знай: когда я смотрел «Дневник памяти», у меня действительно немного защипало в глазах.
Гордость, с которой он сделал это маленькое признание, заставила меня рассмеяться.
– Ладно, ты это просто выдумываешь!
– Не выдумываю! Почему в это так трудно поверить?
– Это просто немного клишированно.
– Ты серьезно говоришь мне, что можешь смотреть этот фильм с сухими глазами?
Я виновато пожала плечами.
– Могу.
– И это ты меня еще критикуешь? Теперь я думаю, что ты, возможно, психопатка. Мне стоит позвать на помощь. Где официант?
Я пнула его ногой под столом.
– Не знаю, почему я не прониклась этим фильмом. Но от других я точно плачу.
– Расскажи каких.
– «Король Лев», «Черный красавец».
– То есть, в основном, все, что мультяшное и с животными в главных ролях. Не уверен, что это намного лучше.
– Наверное, – усмехнулась я. – Но я еще плакала над «Титаником», а там животных нет!
Он фыркнул.
– Этот фильм меня просто разозлил. Столько плохого управления, от начала до конца. Капитан был идиотом. И та дверь точно была достаточно большой, чтобы поместиться им обоим.
– Я знаю! Как думаешь, почему я плакала?
Джулиан улыбнулся мне, его глаза снова стали мягкими, отчего у меня сжался живот. Опасная, опасная территория. Я знала, что должна беречь свое сердце, но с каждым днем он делал это все невозможнее.
– Мой любимый праздник был, когда мы с отцом ездили в поход.
– В поход?
– Да. Почему ты выглядишь такой удивленной?
– Я не знаю… Просто ты не похож на любителя походов.
Он рассмеялся.
– Не уверен, стоит ли мне обижаться на это или радоваться.
– Эм… радоваться? Я никогда не была в походе.
Он опустил вилку.
– Ты не можешь говорить серьезно.
– Моя семья никогда не занималась всеми этими делами на природе. Мои родители были стоматологами!
– Все, – он покачал головой. – Однажды я возьму тебя в поход.
Идея показалась абсурдной.
– Правда? Ты возьмешь меня в поход?
– Я должен познакомить тебя с природой, это очевидно, – он взглянул на свои умные часы. – Через двадцать минут у нас встреча с внешним консультантом. Давай заплатим и вернемся.
Мы расплатились и вышли обратно в сухой летний воздух. Мое платье было уместным для работы, с рукавом три четверти и длиной чуть выше колена, но в нем было значительно комфортнее, чем Джулиану в его сером костюме. Но если ему и было жарко, он точно не жаловался.
Когда мы повернули за угол к офису, он наклонился, чтобы прошептать мне на ухо. К этому моменту я уже очень хорошо узнала запах его крема после бритья, но он все равно умудрялся лишать меня дыхания.
– Что бы ты сделала, если бы я прямо сейчас обнял тебя за талию?
Я огляделась, убедилась, что никто не видит, и затем подарила ему приторно-сладкую улыбку.
– Поцарапала бы ключами твой «порше» в следующий раз, когда мы поедем куда-нибудь.
Смех Джулиана заставил мой живот сжаться еще сильнее.
Встреча, на которую мы направлялись, была с внешним специалистом, консультантом, нанятым, чтобы предложить свежие идеи – решение, которое вызвало столько споров в команде пресс-службы. Рэйчел нашла этого графического дизайнера и, в своей классической манере Рэйчел, не сообщила мне и остальным, кто он такой.
«Но он отличный, – поспешила добавить она. – Безупречная репутация».
Джулиан должен был контролировать встречу – частично потому, что ему было интересно создание нового логотипа, а частично, как он сказал мне, потому что он хотел бывать на как можно большем количестве рабочих встреч вместе со мной.
«Я обожаю смотреть, как ты ведешь себя со мной профессионально», – сказал он мне несколькими днями ранее… прямо перед тем, как зубами стянул с меня трусики.
Джулиан нажал кнопку одиннадцатого этажа и взял меня за руку, когда двери лифта закрылись.
– Это должно быть интересно.
– Это будет абсолютный хаос, – я потянулась и поцеловала его в острую линию челюсти. – Не сомневаюсь, что ты насладишься каждой минутой.
Джулиан хитро улыбнулся, притягивая меня ближе.
– Ты уже так хорошо меня знаешь.
Лифт издал громкий, жизнерадостный звук и остановился. Я сделала шаг назад.
– О, так обниматься с боссом в лифте считается слишком интимным? – он нахмурился. – Придется внести некоторые изменения.
Я не смогла сдержать улыбки.
– Просто веди себя прилично, Хант.
– Так точно, мэм, – Джулиан последовал за мной по широкому коридору к переговорной комнате. Оттуда доносилась оживленная беседа, с повышающимися голосами и неловким смехом.
Пять голов повернулись, и я мгновенно пожалела, что мы не пришли с разницей во времени. Это могло показаться подозрительным.
Но они все просто улыбнулись. Рэйчел положила руку на плечо светловолосого мужчины. Очень, очень знакомого мужчины. Узнавание захлестнуло меня, вместе с острым чувством стыда.
– Мистер Дэвис, рада представить вам Джулиана Ханта.
Но мистер Дэвис смотрел только на меня, и на его лице росла улыбка. Нет, нет, нет. Этого не может происходить, и особенно здесь, из всех мест.
– Эмили?
– Бен, – слабо сказала я. – Давно не виделись.
Он грациозно поднялся и обошел стол.
– Я не знал, что ты теперь работаешь в «Hunt Industries».
– Да, работаю, – я протянула руку, веди себя профессионально, Бен…но он меня обнял. Я неловко похлопала его один раз по спине и бросила взгляд на Джулиана. Он смотрел в затылок Бену, и каждая линия его тела источала неодобрение.
Я высвободилась.
– Бен, это Джулиан Хант. Он основатель и генеральный директор «Hunt Industries» и сегодня будет с нами.
Бен протянул руку.
– Мистер Хант, приятно познакомиться.
Джулиан приподнял бровь и пожал руку Бену медленными, тяжелыми движениями.
– Взаимно, я уверен.
– Давно у вас работает Эм?
Я не смогла сдержаться – меня буквально передернуло. Бен с каждой минутой копал себе могилу все глубже и изо всех сил пытался утащить меня за собой.
Не говоря уже о том, что шесть человек в этой комнате слышали каждое произнесенное слово, и с каждым словом ситуация становилась все более и более непрофессиональной.
– Мисс Джордано работает пресс-секретарем в этой компании почти два месяца, – голос Джулиана был ледяным. – Она отлично справляется со своей работой.
– Уверен, что так.
Я прочистила горло.
– Присядем, господа?
– Давайте, – Джулиан отодвинул для меня стул – чего никогда раньше не делал, и, хотя он не прикасался ко мне, я воображала, что чувствую ту собственническую руку, которую он хотел положить мне на талию. Я села рядом с Рэйчел и открыла свой рабочий планшет.
– Давайте начнем.
Все проигнорировали меня.
Трент наклонился вперед.
– Вы двое раньше работали вместе?
Бен кивнул.
– Да. Я время от времени выполнял работу для «Pet and Co»., где Эмили была главным связным. Так что мы сотрудничали в прошлом по графическому дизайну и наладили хорошие каналы коммуникации.
– Это замечательно слышать, – сказала Рэйчел. – Значит, у нас есть некоторая степень знакомства на будущее. Я уверена, что Эмили может поручиться за вашу работу?
Я кивнула:
– Да, он отличный графический дизайнер.
Бен достал папку.
– Я начал набрасывать несколько идей после нашего последнего разговора, но не могли бы вы сначала еще раз провести меня по вашему продуктовому плану?
Джулиан большую часть встречи молчал. Это было молчание, к которому я привыкла – я видела, как он принимает такую же позу на панельных дискуссиях и интервью. Ни единой эмоции не отражалось на его лице, и по всем признакам он выглядел как безупречный профессионал. Широкоплечий технологический магнат, легенда.
Я знала, что позже он спросит меня о фамильярности Бена. И худшая часть была в том, что мне придется отвечать.
ГЛАВА 25
Джулиан
Именно мистер Дэвис – Бен – предложил команде пойти вечером поужинать, чтобы продолжить обсуждение запуска. Это было несколько самонадеянно, да, но не неслыханно. Если бы на его месте был кто-то другой, я бы и глазом не моргнул.
Но он спросил это, адресуя скользкую улыбку Эмили, и в его глазах было слишком много смысла. Йозеф согласился сразу же, но, к моему удивлению, согласилась и Рэйчел. Когда Эмили тоже слегка кивнула… мое решение было принято.
– Я попрошу своего помощника позвонить в «Rent» и заказать нам столик, – сказал я. – За счет компании.
Бен поднял брови.
– Это была бы честь, мистер Хант. Спасибо, что нашли время.
– Этот запуск важен для меня. Кто-нибудь пришлет вам детали.
– Хорошо. Звучит отлично, – Трент прочистил горло, бросая на меня взгляд. – Думаю, на сегодня мы закончили.
Я чувствовал взгляды моих сотрудников – они были так же удивлены этим, как и Бен. Редко когда я встречаюсь с внешними специалистами, не говоря уже о том, чтобы сопровождать их вот так. У меня, технически, не было времени, но я перенесу свой вечерний созвон.
Взгляд Эмили был тяжелым. Бен перехватил ее после встречи, и последнее, что я услышал, прежде чем дверь закрылась, был его нетерпеливый голос. Мне хотелось спасти ее от этого. Ворваться и заявить, что она нужна мне для какого-нибудь совещания. Но я знал, что она не хочет моей опеки, не хочет, чтобы я заявлял на нее права на людях. Не позволит мне называть ее своей.
Нежеланная, но громкая часть меня боялась, что это из-за того, кто я такой. Что она не видит будущего с кем-то вроде меня, с тем, кто почти каждую неделю летает в командировки и чье имя упоминается в газетах. Быть со мной, на самом деле быть моей, будет сложно.
Я не задумывался об этом долгое время. Большинство женщин, с которыми я встречался в прошлом, были в восторге от этой перспективы и репетировали позы перед зеркалом для своих крупных планов. Не самое привлекательное поведение.
В одном случае женщина упомянула, совершенно неожиданно, что восхищается тем, как жена одного известного миллиардера управляется с состоянием и благотворительным фондом своего мужа.
«Она для меня образец для подражания», – сказала женщина и посмотрела в свой салат с нарочитым смирением. Я попросил счет тут же.
Эти женщины были настолько повсеместно, что только с Эмили я действительно задумался о том, что некоторые женщины могут не захотеть такой жизни. И, наоборот, могут на самом деле дистанцироваться от меня именно из-за нее.
А Эмили не подала мне особых признаков того, что я интересую ее как-то иначе, кроме чисто физического. Черт возьми, мне пришлось бороться, чтобы сохранить еженедельные ужины в расписании, потому что это были те редкие моменты, когда мы встречались полностью одетыми – когда я мог говорить с ней, заботиться о ней и пытаться заставить ее влюбиться в меня.
Но есть вещи, которые такие мужчины, как Бен, могут дать ей, а я нет, с точки зрения нормальности. И бог знает, Эмили могла бы заполучить кого-то другого в мгновение ока, если бы захотела – эта женщина совершенно потрясающая. Взмах этой темной завесы волос, медленное подмигивание ее зеленых глаз… Она могла бы выбрать любого из целого выводка.
Мне просто нужно продолжать делать так, чтобы она захотела выбрать меня.
* * *
«Rent» был одним из самых модных ресторанов в городе. Здесь подавали переоцененную еду на огромных тарелках, с очень маленькими порциями. Но, судя по довольной улыбке Бена, когда мы вошли, ему нравилось, когда его водили в шикарные места.
– Я сейчас подойду к вам, мистер Хант, – сказал элегантно одетый молодой человек, выбегая из-за стойки хостес. Я расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и пожалел, что нахожусь не там, где мечтаю быть, а здесь.
Идеально было бы, например, у меня дома, с пиццей на вынос и ногами Эмили у меня на коленях, ее смехом в ушах.
В данный момент она стояла рядом с Беном, разговаривая. Эмили переоделась в черное облегающее платье-футляр, которое подчеркивало каждый изгиб ее фигуры. Волосы блестяще свисали по спине, напоминая мне о том, как они выглядели на моих подушках, как приятно было перебирать их пальцами или как они распускались занавесом вокруг нее, когда она сидела на мне верхом.
Сосредоточься, Джулиан.
Бен широко и зубасто улыбнулся ей и протянул руку, чтобы положить на ее голое плечо. В общем-то, сексуальное домогательство, если бы мне позволили высказаться. Но, судя по оживленным жестам и реакциям Эмили, она вовсе не чувствовала себя объектом домогательств.
Рэйчел толкнула меня локтем.
– Ты ведешь себя странно.
– Нет, не веду.
– Ладно, давай предположим для спора, что нет. С каких это пор ты ходишь с нами на ужины со случайными подрядчиками? Твое время ценно.
– Как я уже сказал: запуск этого продукта важен для меня. Я хочу убедиться, что все пройдет хорошо.
– Угу.
Мы с Рэйчел знали друг друга много лет, но она начинала действовать мне на нервы.
– Честно говоря, Рэйчел, ты слишком многое додумываешь.
– Правда? Или, может быть, я просто работаю на тебя последние шесть лет, – она пожала плечами. – Я просто хочу видеть тебя…
Ее прервал официант.
– Сюда, пожалуйста! Ваш столик в задней части зала.
Мы последовали за ним через полуосвещенный ресторан. Эмили подошла ко мне, и знакомый аромат духов ударил в нос. Боже, как я хочу ее.
– Джулиан?
– Эйс.
– Мне кажется, я должна кое-что тебе сказать.
– Я слушаю.
Ее взгляд метнулся туда, где наша компания пробиралась между столиками, прежде чем она снова нашла мои глаза. В них была тревога, и это больше всего заставило мой желудок сжаться в ожидании.
– У нас с Беном когда-то была связь на одну ночь. Это ничего не значило, по крайней мере для меня.
Моя челюсть сжалась, автоматически. Черт. Этот скользкий ублюдок.
– Понятно.
Ее рука обхватила мою руку, но ее голос был решительным.
– Джулиан, это было давно. Я просто хотела, чтобы ты знал.
– Конечно. Не беспокойся об этом.
– Ты уверен?
– Да. Спасибо, что сказала, Эйс.
Она подарила мне маленькую улыбку, интимную и полную надежды, и это заставило мою ревность немного растаять. Боже, но она была прекрасна. Такая безупречно хорошая. Мне потребовалось все мое самообладание, чтобы не схватить ее за руку в тот момент – я никогда не хотел ничего сильнее. Чтобы убедиться, что все знают, что мы вместе.
Вместо этого я кивнул в сторону столика.
– Пойдем. Давай просто закончим этот ужин.
– Давай.
Моя челюсть снова сжалась, когда я увидел, что Бен оставил для нее место. Его улыбка все еще была слишком скользкой, слишком самоуверенной. Я ни на миг не мог понять, что Эмили когда-то нашла в нем, но, с другой стороны, я был определенно предвзят к нему.
– Мы вас потеряли.
– Нам нужно было кое-что обсудить, – я сел слева от Эмили. – Вы успели посмотреть меню?
Рэйчел и Йозеф успели и уже сделали свой выбор. Бен был активным участником разговора, но ни Эмили, ни я не говорили. Она была поглощена меню, как настоящий гурман, ее зубы покусывали нижнюю губу. Мне пришлось удержаться от улыбки при виде ее очевидной внутренней борьбы.
– Что бы ты порекомендовала?
Она бросила на меня теплый взгляд искоса.
– Возьми севиче. Тебе понравится.
Я закрыл меню.
– Готово.
Но это было все, на что хватило нашего разговора тет-а-тет за столом в тот вечер. Оказалось, неудивительно для меня, что Бен был довольно разговорчив. Ему удалось очаровать и Рэйчел, и Йозефа своими историями из университета и забавными случаями из прессы.
Я молчал, наблюдая за ним, пока он развлекал публику.
– Вы слышали о Джексе?
– Нет, – сказала Рэйчел. – Что это?
– Это новый революционный продукт для волос. Смесь геля и воска. Идея в том, что он полностью устранит необходимость и в том, и в другом, будучи единым комбинированным продуктом. Я сейчас тоже работаю над этим. У него огромная поддержка инвесторов.
Мне пришлось отпить немного вина, чтобы не рассмеяться в голос.
Эмили прочистила горло, ее голос был сдержанным.
– Я не знала, что есть разница между гелем и воском?
– О, но она есть! – Бен пустился в почти десятиминутное рассуждение, во время которого я видел, как губы Эмили несколько раз дергались. Она изо всех сил старалась не рассмеяться, и это мгновенно подняло мне настроение в сто раз. Я уже решил, что он дурак, но мне нравилось, что она тоже так думает.
Единственное, что мне было ненавистно – это когда он небрежно бросил руку на спинку ее стула.
– Вы бы видели эту девушку в «Pet and Co», – сказал он всем нам заговорщическим голосом. – Она была звездой.
Рэйчел кивнула поверх своего бокала с вином.
– Могу себе представить. В «Hunt Industries» она стала ценным сотрудником.
– Она в одиночку управляла всей промо-командой той компании. Она рассказывала вам об их ужасном руководстве? Рассказывала, Эмили?
Она бросила на него раздраженный взгляд.
– Мне не очень нравится так отзываться о своих бывших работодателях. Я многому научилась в «Pet and Co».
– Конечно, конечно, научилась, – пошел на попятную Бен. – Я не хотел…
Я перебил его.
– Эмили – ценный сотрудник в «Hunt Industries». Ее идеи для нескольких наших предстоящих запусков продуктов были просто впечатляющими. Думаю, я говорю от всех нас, когда утверждаю, что мы не сомневаемся, что она была так же эффективна и на своих предыдущих работах.
Бен кивнул мне.
– Вы правы, Джулиан. Хорошо сказано.
Мне пришлось подавить желание закатить глаза. Единственное, что скрашивало ситуацию – знакомая рука, спрятанная под столом, сжимающая мое колено в знак благодарности. Я знал, что Эмили разделяла мое раздражение.
Ужин после этого продлился недолго. Мы все отказались от десерта, и, хотя Йозеф и Бен хотели взять еще по одному напитку, остальные дали понять, что пора закругляться.
– Выкурить по одной на прощание?
– Я с тобой, – сказал Йозеф, и они вдвоем вышли покурить.
Рэйчел тоже вышла.
– Я сейчас вернусь. В дамскую комнату.
Мы с Эмили смотрели, как она удаляется.
– И осталось двое… – пробормотала она.
Я вздохнул и потянулся за счетом, доставая корпоративную карту.
– Что ж, это был интересный вечер.
– Ты ревнуешь.
– Нет, не ревную.
Губы Эмили изогнулись в улыбке.
– Да, ревнуешь.
Я нахмурился и посмотрел в сторону ресторана, но она не сдавалась.
– Признай это, Джулиан!
– Ладно, – сказал я. – Я ревную. Это не красит меня, я знаю.
Эмили прикусила губу и опустила свои темные густые ресницы.
– Вообще-то, ты мне даже нравишься таким.
Я позволил своей руке приблизиться к ее руке на столе.
– Есть ли у меня повод для ревности?
– Не знаю. Его в медийном мире считают своего рода завидной партией. К тому же, у него отличная новая идея для воска для волос. Извини, Джекс.
– Никогда не напоминай мне об этом, спасибо.
Ее улыбка была широкой.
– Но, Джулиан, это же два продукта в одном! Ты, очевидно, умеешь распознавать отличную бизнес-возможность, когда видишь ее.
– Давай сюда мою чековую книжку, – сухо сказал я.
Эмили огляделась, а затем ее пальцы коснулись моих.
– Он дурак, а я хочу только тебя. Мне жаль, что тебе пришлось через это пройти.
В ее зеленых глазах мелькнуло беспокойство, и мне так сильно захотелось поцеловать ее. Вместо этого я полностью накрыл ее руку своей.
– Ты такая красивая, Эйс. Снаружи и внутри.
Она взглянула на наши руки.
– Ты не можешь говорить такие вещи.
– Почему нет? Это правда. И мне жаль, что я ревную.
– Не надо. Я думаю… Ой, – Эмили выдернула свою руку из моей, когда вернулась Рэйчел.
– Здесь все уладили?
– Да. Пойдемте.
Рэйчел приподняла бровь.
– Итак, он немного с придурью, да? Но я думаю, он забавный.
– Просто проследи, чтобы он делал то, за что мы ему платим.
– Не волнуйся, прослежу. Я пойду заберу наши пальто и скажу ребятам, что пора идти.
Как только дверь за ней закрылась, я поймал Эмили за талию. Она извернулась в моих руках.
– Джулиан!
– Они ушли, – прошептал я ей в щеку. – Я не удержался.
Эмили взглянула на дверь, но та оставалась решительно закрытой.
– Кто-нибудь может вернуться.
– Пусть.
Она издала сбивчивый смешок и снова извернулась, но на этот раз, чтобы прижать нас ближе друг к другу. Жар разлился по моему телу, когда ее идеальная грудь вдруг прижалась к моей. От нее пахло цветочными духами и сладостью.
– Приезжай ко мне сегодня. Оставайся на ночь.
– Сегодня будний день, – слабо сказала она. – Я не могу.
– Тогда завтра вечером. Пятница. Я приготовлю ужин, мы посмотрим фильм… и я съем тебя на десерт.
Ее рот округлился от удивления, и я усмехнулся, глядя на ее выражение лица. Я наклонился и прижался губами к мягкой коже под ее ухом, где ее пульс бился неровно. Я быстро понял, что это заставляет ее колени подкоситься – и пользовался этим при любой возможности.
– Проведи со мной больше времени. Доверься мне, Эйс.
– Хорошо, – выдохнула она. – Я с радостью.
Я поцеловал ее в губы, прежде чем отпустить.
– С нетерпением жду.
Она выглядела одновременно раскрасневшейся и растерянной, и мне нравилось, что я производил на нее такой эффект. Что я мог заставить ее почувствовать хотя бы малую толику того головокружительного эффекта, который она оказывала на меня.
– Эм. Да, – пробормотала она.
– Очень красноречиво, Эйс, – она показала мне язык, и я рассмеялся. – Очень страшно, – поддразнил я и открыл перед ней дверь. Она бросила на меня последний, жаркий взгляд, прежде чем выйти в прохладную ночь и воссоединиться с остальными.
