Текст книги "Верните мне мужа! (СИ)"

Автор книги: Ольга Рог

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 6 страниц)

Глава 27

Говорят, что не выстраданная любовь быстро забывается, поскольку далась легко. Любовь, что далась без усилий, без боли, по мнению «экспертов» не особенно цениться.

Белевский прошел огонь и воду, чтобы иметь право погреться рядом с Дусей и сыном, и просто быть частью их жизни… Но, части слишком мало для него. Недостаточно. Семья должна быть под одной крышей под полной его защитой и юрисдикцией. Чтобы Евдокия просыпаться рядом по утрам. Митька почемучкой задавать свои каверзные вопросы за завтраком. Теща дорогая скрипучим голосом выговаривать претензии и жаловалась на суставы при плохой погоде. А, как без этого?

Денек выдался хороший, безветренный. Дождя не обещалось. Олег решил выбрать для своей любимой женщины кольцо в ювелирном… Такое, чтобы Дуся и не думала ему отказать в предложении руки и сердца. Как глянет и захочет свой пальчик подставить, чтобы примерять. И не захочет снимать.

Долго стоял Белевский, перебирая блестящие украшения с камнями и без. Не мог определиться. Он заметил, что две девушки зашли в салон и тоже смотрят украшения, чирикая между собой. И решил Олег спросить у них, какое помолвочное кольцо больше понравится. С чисто женской точки зрения.

– Шеф! – Санька плюхнулся на стул и вытянул ноги. Скрестил пальцы на животе, где у него переваривался обед. Взгляд немного растерянный, но упрямый. – Я тут видел твоего адвоката в ювелирке. Что-то там выбирал… Он был не один, в двумя красотками. Смеялись, шутили.

– Могло и показаться, – Евдокия сместила взгляд с монитора на своего агента.

У них с Олегом все хорошо. Белевских по вечерам от них не вылазит, поганой метлой не выгонишь. Мать уж все уши прожужжала, что хватит мужика мурижить, съезжайтесь и живите как нормальные люди вместе.

– Обижаешь, босс, – вытянул губы в трубочку Александр, проведя по лысине рукой, будто похвалил себя, погладив: «Молодец, Санька! Догадливый». – Я все заснял на видео.

И предъявил доказательство, повернув к ней сотовый «наличником».

– Ну-ка, скинь мне, – янтарные глаза полыхнули подозрением. Засосало где-то под «ложекой» ревностью.

Это что же получается? Ей шепчет на ушко во время их интимной близости, что жить без нее не может, что счастлив только тогда, когда она и их Митька рядом. А сам? Так усердно Олег заслуживал ее доверие, старался, из кожи вон лез. Одного «камня» под ногами достаточно, чтобы споткнуться и все полетит к чертовой бабушке. Нелогично для продуманного Белевского и очень неосторожно с его стороны светиться в публичном месте с подружками.

Евдокия несколько раз пересматривала кадры. Девушки тычут пальчиком, какое изделие им нравится. Выбирают для себя? Белевский просит показать. Кивает. Вынимает банковскую карту, рассчитываясь на терминале. Принимает от менеджера коробочку… Дальше, видео прерывается. Дуся не узнала, кому из молодушек предназначался подарок.

«Легок на помине!» – Дуся увидела всплывающее сообщение, что Белевский приглашает ее после работы посидеть в одном тихом месте. Скинул адрес.

– Шеф, чего ты расстроилась? Если не подарит тебе эту безделушку, звони. С Серегой наденем мешок ему на голову и вывезем в лес. Будет знать, как пудрить мозги нашей начальнице, – Санька выпятил тощую грудь. Защитник, блин нашелся.

Глава 28

Белевский прекрасно понимал, что Евдокия не разведет сопли с сахаром и не бросится ему с восторгом на грудь. Кольцо в его кармане сбивало с мысли, как правильно его преподнести? Непредсказуемая женщина Дуся – источник дерзости и независимости…

И это он виноват целиком, и полностью.

Сильными женщины становятся тогда, когда нет рядом того, кто позволил бы ей быть слабой, нежной, расслабленной. Любимой. Ей приходилось в одиночку растить сына, решать множество проблем. Выхаживать мать. Олег боялся, что когда озвучит свое предложение, то натолкнется на остекленение глаз… Таких, какие бывают у чужого человека, смотрящего сквозь тебя в общественном транспорте или у идущих потоком тебе навстречу по тротуару. Дуся ни разу не сказала, что хочет большего, чем просто встречи и секс.

Он, конечно, себя накрутил. Из множества вариантов, был готов практически ко всему… Но, уж вовсе не ожидал, что Дуся заявится взъерошенной и недовольной, как на войну.

– Зачем звал? – она опустилась на стул столь стремительно, что не оставила ему шанса поухаживать за ней. Он и подняться-то не успел, так задумался над торжественной речью.

Красивые янтарные глаза по-тигринному прицелились, словно Ахова видит угрозу. Вся в напряжении, в экспрессии. Выхватила и открыла лежащее на столе меню и стала читать вслух.

– Салат «Гранатовый браслет»… Я не хочу. Не люблю, когда косточки от граната между зубов застревают. Греческий – это банально. Пусть будет «Бриз» с кальмарами. Надеюсь, они не жесткие. И-и-и! – ее пальчик поехал вниз по списку со скрипом по ламинированной поверхности страницы.

– Дусь, посмотри на меня, – затянул он просяще тихо, на выдохе.

Несмотря на стук посуды вокруг, она его прекрасно услышала среди какофонии звуков… Кто-то режет, кто-то стучит бокалами. Смеются, разговаривают, стульями противно двигают.

– Дуся, не сжимай нож так сильно, он хоть тупой, но ты можешь пораниться, – его забота звучит лучше всяких признаний о любви.

И то, как он просовывает палец в ее кулак, чтобы ослабить хватку. Лезет и лезет, проталкиваясь на миллиметры вглубь. Он отсекает ее кожу от металла, оберегая… Чем-то напоминает скрытый интим. Проникновение. Олег мысленно просит его пустить в себя, в свою душу, в свою жизнь. Белевский, будто знает, что касания – лучший способ раскрыть женщину. Она потянется, и распуститься цветочным бутоном навстречу теплу.

– Ты не ответил, зачем пригласил спонтанно. Вчера ни намека на свидание, – напряжение немного спало, и у Евдокии включился любопытствующий интерес.

– Торопишь события, милая. Мы даже ничего не заказали еще, хотя оба голодные после работы, – по его адвокатским уловкам, учебники писать надо. Женской психологии.

Посмотрел на нее так откровенно горячо и жарко, будто Евдокия и есть основное блюдо в его меню.

Пока шарахался официант – молодой парень, раздавая ненужные советы, рекомендуя Дусе десерт, Олег ерзал на стуле, как ужаленный. Коробочка с кольцом жгла ляжку даже через подкладочную ткань в кармане.

– Мороженое? У нас есть клубничное и фисташковое, – распинался молодчик, согнувшись в двое, очень близко к ее рыжим волосам, приклонив щеку. Медные пряди зашевелились от чуждого дыхания.

– Она сказала – нет! Хренали ты навязываешься? – рыкнул Белевский. – Неси салат и рыбу. Чай зеленый с жасмином. А мне телятину средней прожарки с овощами. И если мясо будет резиновым, как подошва, напишу отзыв в «Яндекс картах» и прикреплю видео, как ты сам его жуешь.

Официанта сдуло моментально, будто красная лампочка над столиком зажглась: «Проблемные посетители».

План, сначала накормить свою женщину, а потом уж и замуж звать, трещал по швам. Дуся, словно потеряла к нему интерес, закрылась. Скрестив руки на груди, она качала под столом ногой, разглядывая ляпистую картину на стене за его спиной. Молчала, поджав губы.

Наконец, принесли заказ. Сказав друг другу «приятного аппетита», они уткнулись в свои тарелки.

«Босс? Ну, что? Подарил? Мы с Серегой зарубились на банку кофе» – экран телефона у Дуси вспыхнул оповещением…

Которое, конечно же, заметил Белевский, не успев донести кусок еды до рта.

Глава 29

– Смешное что-то заметил? – огрызнулась Евдокия, разглядывая его расплывшуюся улыбку от уха до уха.

– Кажется, я начинаю понимать, – Белевский кашлянул в кулак и откинувшись назад на спинку стула, запустил руку в правый карман.

На свет явилась красная бархатная коробочка, которую трудно спутать с чем-то еще. Олег заметил, как расширились янтарные глаза, и Дуся выпрямилась, будто по хребту сзади долбанули и вышибло весь воздух из легких.

В своих обидах и подозрениях было безопасно, привычно. Ахова научилась отгораживаться от него с философией: «Есть мужчина и ладно. Наперед загадывать не стоит». Она больше не та глупая девчонка, что читала любовные книжки, где красивый финал отношений – свадебная церемония. Кольца. Клятвы. Брызги шампанского со звоном бокалов.

«Нет, нет, нет!» – хотелось закричать и остановить его, сползающего на пол на одно колено. Люди вокруг перестали жевать и разговаривать. Музыка встала на паузу.

– Дусь, сделай лицо попроще, – проговорил он тихо, вскинув голову. Усмехнулся, помолодев лет на пять. – У тебя такой вид, будто я сейчас чеку выдерну, а не замуж тебя позову.

– З-зачем з-замуж? – один глаз у нее дернулся. – Нам и так хорошо. Все просто замечательно.

Евдокия пригнулась, чтобы уменьшить расстояние между ними и разглядеть, что там транслируют его наглые бесстыжие глаза. То, что Дуся в них прочитала, поразило ее до глубины души. В обычно серых бесстрастных радужках вспыхнул внутренний свет. Темный зрачок пульсировал, выдавая крайнюю степень волнения. Она вскочила с места, чувствуя, как пол под ногами качается, будто они в лодке на бурной реке. Схватилась за край стола, чтобы не упасть.

До жути захотелось убрать нависшую на лоб его челку, когда он тряхнул головой, собираясь с мыслями.

– Дай, я скажу, милая? А потом поступай, как захочешь, – он облизал губы, упрямо выдвинув нижнюю челюсть вперед. Уперся в нее взглядом, как адвокат на сторону обвинения.

– Говори, – сдалась сыщица и сцепила руки между собой, чтобы больше они не пытались поправить дурацкую темную челку.

Время для двоих перестало существовать. На них замкнулся круг, отрезая от всего лишнего и ненужного.

– Сказать, что я люблю тебя, Дуся слишком мало. Ты стала моим спасением и избавлением от боли. Ты – мое лекарство от мучений. Только с тобой и сыном я чувствую себя счастливым. Только с тобой могу дышать полной грудью. Я… Сегодня запутался, Дусь. Не знал, какое выбрать для тебя кольцо. Все украшения казались недостаточно хороши для такого случая. Я попросил двух девушек помочь мне выбрать. Но, все чем они восхищались была лишь цена и караты. А потом, я увидел его, – Белевский открыл крышку и там было такое чудо…

Такое, что у Евдокии язык прилип к небу. И выглядела она, должно быть, как чудик из фильма «Властелин колец», увидевший свою прелесть.

Переплетение красного, белого и желтого золота заискрилось, бросая блики. Манило к себе.

– Оно красивое, – выдохнула рыжуля, не моргая, разглядывая его подношение.

– Согласишься ты или нет, кольцо уже твое. Оно только для моей Белочки. По-другому, и быть не может. Но, я все равно спрошу. Согласна ли ты, Евдокия, стать моей женой? – все было сказано. Олег ждал вердикта, признавшись в своей слабости и зависимости от нее.

– Белевский, ты хорошо подумал? Если что, я оттяпаю у тебя половину имущества, нажитого в браке, – она прищурилась, и правая рука плавно пошла вперед, предлагая ему примерить колечко. – Попробуй мне только изменить, и я тебе мигом всю хотелку отобью.

– Да, ради Бога, Дусь. Все мое – твое. На других женщин у меня не встанет. Только и у меня есть одно условие! Ты родишь мне еще одного ребенка. Фамилия у нашей семьи будет одна на всех – Белевские, – он ковал железо, пока горячо. Пристыковал свою свободную руку под ее ладонь, обхватив желанную добычу.

– Тогда, я говорю тебе – «да»!

Если кто-то слышал их со стороны, то диалогу бы очень удивился. Это был разговор юристов, это было соглашение двух сторон с пактом о ненападении без видимых причин.

Колечко будто тут и находилось на тонком пальчике у красавицы с рыжими кудрями. Они скрепили союз поцелуем, не реагируя на аплодисменты и свист с разных сторон.

– Поехали к Мите? – предложила Дуся, чувствуя повышенное внимание от соседних столиков. – Расскажем ему и маме. – Она погладила благородный метал подушечкой большого пальца, сама не веря, что согласилась.

Умеет Олежка уговаривать и подводить к нужному для него ответу. Сидит, довольный как сто слонов, раздулся от удачного сложившегося вечера. Поставив основную галочку, заглядывает в вырез декольте ее платья. Это агенты уговорили Дусю приодеться для особого случая: «Женщина должна использовать любое „оружие“, имеющееся в арсенале».

Зачем уговорилась? Только сели в его машину, Белевский полез тискать Евдокию уже на законных основаниях… С рычага передач мужская рука невзначай постоянно соскальзывала на ее колено.

– Дуся-а-а… Давай, заедем сначала ко мне. К нам. Чтобы, я был хоть немного в адеквате и не пускал слюни при теще и сыне.

Дуся улыбалась зацелованными губами, успевая следить как носится Митька по маминой квартире, крича «Ура-а-а!», после объявления, что они станут жить вместе. Сын то ее обнимет, то к отцу прижмется. Олег подхватит мальчика на руки и кружит. Раздается довольный заливистый смех.

Сердце Дуси трепещет от радости, и она больше не прячет счастливые глаза. Мать украдкой утирает слезу, одобрительно ей улыбаясь.

Можно выдохнуть, она все сделала правильно.

КОНЕЦ