Текст книги "Верните мне мужа! (СИ)"

Автор книги: Ольга Рог

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 6 страниц)

Глава 22

На столе тарелка с тонкими горячими блинами. С тем самым запахом топленого молока, который помнится с детства. Митя скатывал их в трубочку, и по очереди макал в разные начинки. На дворе Масленица радует по-весеннему игривым солнышком.

Жизнь текла своим чередом и была длиннее траура, крепче сожалений о прошлом. Дусе помогала забота о матери. После ее выписки, Олег оплатил Валентине Сергеевне реабилитационный центр в подмосковье.

– Не спорь, Дуся. Мать у тебя одна и другой не будет… Смотри, я остался без родителей. И если бы у меня был хотя бы маленький шанс что-то изменить, и повернуть время вспять, то я бы долго не думал. Последние деньги отдал, лишь бы они были в здравии. Я своей будущей теще многим обязан, Дусь. Ведь, она помогла тебе с Митей, поддержала в самый трудный момент. В первую очередь, я делаю это для себя. Понимаешь?

Евдокия тут понимала, а там… не хотела быть обязанной. Какая будущая теща?

У нее уже выработался синдром «Анфисы» из старого кинофильма про девчат. Не так категорично, что все мужики – гады, сволочи… Но, ни в какие замуж она не собиралась. Хочет Белевский быть отцом? Пусть будет, его право.

– Наелся? – она провела рукой по непослушным волосам.

– Папе оставил два блинчика, – Дмитрий выставил «вилкой» парочку лоснящихся от масла пальцев. – Папа сегодня приедет? – нахмурил брови, будто винил ее в том, что Олег задерживается где-то.

– У меня еще целая стопка блинчиков. Думаю, он захочет их попробовать… А, сейчас, мыть руки и пойдем доделывать открытку в детский сад на двадцать третье февраля.

Митя по-серьезному кивнул. Сейчас есть кому дарить самоделки на мужественный праздник. Он всем ребятам рассказал в группе и Кате тоже, что его родной папа нашелся. Настоящий! У Мити даже документ на сей счет имеется, который мама называет «свидетельство о рождении». Не прочерк, как раньше…

Лешка его тихонько спрашивал, где папы находятся. У него как-то с отцом тоже непонятно дома. Мама говорит: «Был, да сплыл»… Точно у Лешки батя – капитан дальнего плавания. Митя пообещал, когда вырастет и станет великим сыщиком, то поможет другу его отыскать. А, пока Лешка учит названия морей вокруг большой страны… В каком-то из них точно папка его затерялся на корабле.

Звонок в двери отвлек от приклеивания деталей к картонной поделке.

– Папа пришел! – Митька чуть не опрокинул клей на всю их коллективную работу.

Ойкнул, и извинительно заморгал глазками.

– Ты пока здесь прибери все, – обвела мама бардак пальцем. – Я посмотрю, кто пришел.

– Ну, ма-а-ам! – заныл Димка, которому тоже хотелось встретить отца и повиснуть у него на шее. Нюхать воротник, пахнущий вкусными духами и попискивать от холодных рук. Еще папа всегда приходит не пустой. Обязательно есть для него подарок.

– Я кому сказала? – сверкнула мама строго глазами. И Митя понял, что с ней лучше не спорить. Молча, поджав губы, принялся закручивать клей и складывать листы бумаги в папку.

– Евдокия Ивановна? – позвал голос с той стороны. – Следователь Потапов. Вы обвиняетесь в краже, – в глазок можно было разглядеть развернутое удостоверение с расплывчатыми буквами и фото.

– К-какой краже? – удивилась Дуся, отщелкивая замок.

– Вот, постановление об обыске в вашей квартире, – ей сунули в руки бумажку. – Наталья Суханова обвиняет вас в крупной краже денег.

Прибавив глаза, Ахова вчитывалась в статью, которую ей инкриминируют.

Нателла – кошка драная, ее обвиняет в воровстве? Совсем блондинистые мозги усохли?

– Мне нужно позвонить своему адвокату! Стойте здесь! Я имею право впустить вас в присутствие своего представителя! – она не сделала ни шагу назад, чтобы отойти и впустить их.

Хорошо, что телефон был с собой в кармане халата.

– Иду-иду! – ласково мурлыкал Белевский, топая по ступеням снизу.

Товарищи следователи обернулись посмотреть на оперативно возникшего адвоката… И совсем не ожидали увидеть рослого мужика с букетом цветов и весьма презентабельно одетого.

Олег их тоже заметил. Рука, прижимающая сотовый к уху, медленно сползла вниз, вместе с улыбкой. Серые глаза из доброжелательных, налились ртутью.

– Олег Васильевич, ваша бывшая жена обвиняет меня в краже. Пришли с обыском, – пояснительная «бригада» в лице Дуси, тут же донесла ситуацию. – Прошу присутствия вас, как своего адвоката.

Глава 23

Шахматная выкладка плитки на площадке, где двое думали, что огни загнали женщину, поставив своим обвинением «шах». Одно казенное удостоверение не «било» корочки известного адвоката, но давало преимущество. Олег не наглел и держался на равных, разъясняя спокойным тоном очевидные имеющиеся факты.

– Мы предоставим все доказательства невиновности моей… клиентки, в установленные сроки, – казалось, Белевский стал шире в плечах. – Прошу выдать мне копию дела… Эм, как вас там? Не запомнил, – в стальных глазах мелькнула издевка, и обещание разнести это дело в пух и прах.

Он был уверен, что умница Дуся все предусмотрела или почти все. Нателла подавится желчью, дура неугомонная. Ведь был уговор… Был! Стой анорексичка сейчас рядом, поднял бы за белые космы и встряхнул тупое губастое создание. Толку было бы мало, конечно. Воспитывать дрянь слишком поздно. Все равно ничего не поймет… Но, попытаться можно.

Евдокия все стояла, выдерживая мужские недовольные взгляды. Сквозняк по ногам проникал сквозь тапочки, вызывая озноб и желание спрятаться в тепло. Прошло удивление и потрясение. Белевский отвел «товарищей» в сторону и что-то разъяснял им на пальцах.

Дуся обернулась, услышав пыхтение позади. Конечно же, Митька не выдержал и пришел посмотреть, кто там обижает его маму. В руке у защитника пластмассовый меч. Отцовские глаза в неярком освещении потемнели. Он вставал на цыпочки и пробовал заглядывать за нее, услышав голос Олега.

– Папа разберется, – она кивнула ему головой, что все в порядке, волноваться не стоит. Лучше ему подождать в комнате. Но, маленький упрямец только сильнее сжал рукоять своего доблестного оружия. Если что, Митя на второй линии обороны.

– Подпишите, что получили повестку для явки дачи показаний, – следователь сунул ей расписку, вручая документ о необходимости прибыть послезавтра.

Ахова внимательно прочитала, что должна подписать. Поставила свою закорючку, где нужно. После этого, сотрудники следственного комитета удалились разочарованными. Дело приняло совершенно другой оборот. Кто же знал, что у женщины, живущей в обычном дворе старого жилого фонда, найдется адвокат из высшего звена, защищающий элиту?

– Дусь, возьми этот чертов букет, он скоро завянет, – Белевский скинул на нее подарочек и пока она соображала, с повесткой в одной руке и с цветами в другой, протиснулся в квартиру.

– Ох, ты мой гвардеец! Маму защищал? – закурлыкал, заметив Димку с мечом наперевес.

– Р-р-рыцарь, – уточнил Митя, радуясь похвале, покраснев от скромности по самые уши.

Он выпятил грудь колесом и воткнул лезвие за ремень штанишек. Топтался, разглядывая папу, который раздевался и ему подмигивал. Как бы невзначай, Олег задел плечом протискивающуюся мимо Дусю. Мазнул взглядом по стройным ножкам. Нос стрелкой компаса был повернут туда, куда его любимая рыжуля утопала ставить в вазу цветочки.

– Пап, там блинчики со сметаной и сгущенкой. Пойдем чай пить? – Димка потянул батю за руку на кухню.

Да-а-а, в доме Евдокии пахло вкусно. Здесь жил уют, тепло сердец и звонкий голос сына. Белевский с радостью бы поменял свою холостяцкую берлогу на шанс быть с ними рядом. Его не звали, не приглашали… Олег сам приходил, пользуясь однажды брошенной фразой: «Можешь видеть сына в любое время».

Зная, что можно вечером побыть после встряски на работе с семьей, и день проходил в приподнятом настроении. Боль по внезапной кончине отца не притупилась, она стала привычной, как привыкаешь к заживающей ноющей ране.

Суханов притаился и не отсвечивал. Бывший тесть будто взял тайм-аут со своими угрозами и планами потопить бизнес Белевских, вылить на них цистерну грязи.

Видимо, началось. И ударил Архип через непутевую дочь, метя в его самое больное место… Знал, куда бить.

Ну, что же. Видит Бог, Олег не первый это начал. За все в жизни приходится платить и Белевский обязательно выставит счет бывшей фиктивной жене и Суханову. Не будет скидки и снисхождения ни на возраст, ни на силикон вместо мозгов.

Ему понадобятся оболтусы, которые подрабатывают агентами в конторке «Ковчег» на Тютяховской.

А, сейчас его ждет Евдокия с сыном и блинчики.

Глава 24

Архип Суханов забыл простые правила поединка: «Не вступай в прямое столкновение, если не уверен в своих силах». Хоть бывший тесть и отнекивался, что Наташка сама дуркует, он ни при чем. Белевский ему не поверил. Силу Суханов почувствовал, когда на горизонте наклюнулся новый перспективный зятек – сын мэра? Не обратил внимание, что под градоночальником кресло давно шатается или решил, что сухановских денег на «фундамент» хватит?

Олег грудью встал на защиту матери своего ребенка. Евдокия и так натерпелась несправедливости по отношению к себе. Вряд ли его помощь сотрет воспоминания о боли, которой он ей причинил. Белевский и не мечтал об индульгенции, ему просто хотелось помочь и урыть зарвавшегося Архипа по полной.

– Ах, ты щенок! Ты на кого пасть разявил? – брызгал слюной лысоватый мужик, ростиком ему по плечо. – Забыл, что я для тебя сделал? Ради девки своей готов на друга отца пойти?

Зря он Василия Белевского вспомнил. Не были она никогда настоящими друзьями. Скорее, их союз походил на тандем двух львов, готовых пожирать добычу крупнее. Василий загонял клиента в безвыходную ситуацию, Архип отнимал задарма бизнес под давлением обстоятельств. Обдерут наивного, как липку, он оболваненный, еще «спасибо» говорит, что легко отделался. Схема была долгое время рабочей, пока Олег не согласился в ней участвовать.

– Не хочу плохой кармы для своих будущих детей, отец. На чужом горе, своего счастья не построишь. И не надо говорить, что ты для меня стараешься. Я тебя об этом не просил…

Посмотрел Белевский-старший в серые глаза Олега и махнул рукой: «Иди, без тебя разберемся». Разобрался. Пришли Василию бумерангом чужие слезы. Не дожил до шестидесяти пяти лет.

– Архип Данилович, – Олег поднял на него тяжелый взгляд, не дрогнув перед угрозами, зарвавшегося старика. Он сидел в бывшем отцовском кабинете за столом из редкого мореного дуба, откинувшись в кресле и наблюдал за танцами с бубуном. – Вы надеетесь на жениха Нателлы? Хорошая мне замена вышла… Парень стабильно в частной наркологичке проходит очищение. Потом, опять за старое. Ну, зато думать ему нечем. Что скажут, на то и подпишется, – адвокат хохотнул, представив рядом с щепкой-Наташкой молоденького зумера в поплывшими глазами. Да, его с коровой обручи, не заметит.

– Не твое дело! – рявкнул Суханов с отвисшей нижней челюстью, показывая вставные белые зубы. – Откуда у прокуратуры сведения, о которых никто не знал? Мне дело шьют о рейдерском захвате двух заводов. Чудаки осмелели и накатали на меня заяву, что заставил их продать бизнес по заниженной цене. Хотят оспорить сделки.

– Их можно понять, – пожал плечами Олег. – Люди остались без своего дела, поняли, что их обманули.

– Ты-ы-ы! За ними стоит твоя юридическая фирма. Иначе, они бы не сунулись, – брызгал слюной Архип.

– Не могу отказать страждущим в помощи. Бизнес, ничего личного, – Белевский глотнул из чашки горький крепкий кофе без сахара. Своему незваному гостю он не предложил даже присесть.

– Я тебя, наглеца… Я… – раздулся Суханов, сотрясая кулаком в воздухе.

– Вам в рифму ответить? Или охрану позвать? Пошел вон, Архип Данилович! Суши сухари, они тебе пригодятся в местах, где небо в клеточку и друзья в полосочку. Это только начало. Все твои активы уже под арестом. Думал, ты уже ноги делаешь и сидишь в самолете по направлению в места обетованные. Нателле, приветик! И скажи, что белый цвет ее сильно старит. Она выглядит бледной мертвой невестой, сколько косметики не положи на лицо.

Суханов еще слал проклятья, пока его вытаскивали из помещения прибывшие чоповцы. Олег усилил свои позиции, открыв охранное агентство и заполнив в нем кадры бывшими военными, не пожалев для них приличных окладов. Ребята толковые, дисциплинированные, свое дело знают. Понимаю все с одного взгляда…

– Милая, что у нас сегодня на ужин? – Олег позвонил «Белке», чтобы просто перебить ее голосом все еще стоящую в ушах визготню.

– Тихо, ты! Я работаю, – шепотом ответила сыщица, будто сама лично сидела в засаде. – Вареники с творогом тебя устроят? – тихо проговорила, немного подумав, что у нее из полуфабрикатов в морозильнике.

С той стороны у Аховой что-то зашелестело, словно ветки куста свободной рукой раздвигают.

– М-м-м! Вареники с творогом – мое любимое, – сглотнул слюну Белевским, представив совсем не тот «вареник». – Обязательно позвони мне, как завершишь свое расследование, Дусь. Я переживаю.

– Ладно, – буркнула его любимая стервочка и отключила связь.

Глава 25

С момента, как с Евдокии сняли всякие обвинения, признав их необоснованными, прошел месяц. Нервотрепка затянулась. Кому-то было выгодно, чтобы дело варилось с глупыми нестыковками и несколько раз терялись доказательства… Пока Белевский не подал официальную жалобу генпрокурору.

Сама Евдокия ворвалась в суд на первое слушание с опозданием. Белевского на миг ослепило медными сверкающими волосами и янтарные глаза тут же нашли его, застывшего в позе неожиданности и восхищении. Дуся искрилась, словно припорошенная солнцем… В обычной офисной одежде и узких сапожках на каблуках. Костюмчик сидит, как влитой. Розовые губы сложены в улыбку, предназначенную только ему.

Своего адвоката не принято целовать… Но, Аховой будто законы не писаны. Она коснулась щеки легким касательным поцелуем, окутав его диким ароматом. Казалось, перед носом банку с медом распечатали и добавили немного корицы. Вкусно. Хотелось облизнуться, но на них смотрели несколько пар удивленных глаз, и судья закашлялся в кулак.

Белевский смотрел на Дусю, будто видел впервые. Или только заметил, какой огонь вспыхнул в ней вновь.

Олег выдохнул и разнес все обвинения к чертовой матери. В пух и прах. Наташка на суд не явилась, за нее отдувался поверенный адвокат стороны обвинения. Выглядел, он бледно по сравнению с Белевским, который щелкал его по носу фактами как первокурсника.

Ожидаемый вердикт: «Признать Ахову Евдокию Ивановну невиновной! Снять все обвинения. Она свободна».

Услышав последнее: «Судебное заседание окончено!», Дуся взвизгнула и повисла на своем защитнике, обвив руками шею, только ножка подогнулась. От невыносимой благодарной ясности в ее глазах, запершило в горле. И если дама его сердца просит, то Олег очень даже «да».

И тогда они отметили победу… Секс случился прямо в ее офисе на рабочем столе, в ворохе бумаг и рассыпавшихся скрепок. Дуся отдалась ему страстно, ярко. С громкими подбадривающими стонами.

Но, ничего не обещала взамен. Оба понимали, что это была не плата, просто еще одно соприкосновение людей, которых многое объединяет.

Поправив юбку, Евдокия уклонилась от любых выяснений отношений… Засуетилась, готовя им кофе. Нервно хмыкала, словно сама от себя не ожидала подобного финта. На эмоциях и общем деле случился служебный роман.

«Что ж, так бывает» – рассудила Евдокия. Можно совместить полезное с приятным.

С тех пор, их связь потекла в дружеско-постельном режиме.

– Фух, шустрый попался изменщик, – говорила Евдокия, стягивая кофту через голову. – Прикинь, мы с парнями пасли его в трех отелях разом. Информация была размытая… Муж клиентки любил останавливаться именно в них, но мы не знали, в каком именно будет сегодня.

Олег, полулежа ее разглядывал, одновременно слушая, и мечтая поскорее прикоснуться к белой коже с россыпью веснушек по плечам.

– Дай угадаю, кто из вас его застукал, – поднял адвокат указательный палец, строя из себя провидца. – Санька подловил. Верно?

– Откуда ты знаешь? – моргнула прелестная дева с огненными волосами. И подозрительно прищурилась.

Одна бретелька бюстика уже спущена, скоро падет «Бастилия» всей конструкции, скрывающая от взора его любимые холмики.

– Немного логики и чуть-чуть переписки из вашего чата, – он довольно оскалился, касаясь верхними клыками нижней губы.

– Ах, ты! – Дуся запульнула в него, чего под руку попалось.

Олег ловко поймал одной рукой лифчик и прижал еще тепленький трофей к своей груди. На лице ни капельки раскаяния нет. Одно предвкушение.

Она совсем забыла, что пустила Белевского в их переписку по перекрестному делу… Адвокат и затаился, притих. Сделал вид, что его там нет, читая забавную перекличку агентов «Ковчега».

Перлы из сегодняшнего, например:

«Серый, клянусь своими гигабайтами трафика на месяц, что „кролика из шляпы“ в этот раз достану я!»

«Саня, тебе только котов облезлых ловить в подворотне, или по мусоркам шариться. У меня тут полно „кроликов“ Один из них точно наш!».

«Шеф, опять он мне вспоминает, как пришлось рыться в помойке и искать использованные презервативы после любовничков?» – жаловался айтишник Дусе, сидящей как раз в кустах начинающей цвести сирени.

– Иди ко мне, Белочка, – хрипло выдал возбужденный красавчик Олег. – Я готов понести наказание в полной мере, – раскинул руки, типа: «Бери меня всего, ломай полностью».

Глава 26

Недолго музыка играла в отношениях Нателлы и сыночка мэра. На одной из богемных вечеринок парень засветился с пьяной рожей. Высказал на камеру то, что не следовало и чего, даже зарвавшимся мажорам не прощают. Видео гуляло в сети и замять историю не получилось. Из-за выкрутасов неуправляемого отпрыска, мэр был вынужден покинуть свое тепленькое местечко, сложив полномочия. Тут как бы самому под статью не залететь. Со всех сторон обложили завистники и недруги, которые того и ждали, когда оступиться… Чтобы добавить вдогонку пинка.

Мажора быстро скрутили и отправили служить в армию в счет отмывания грехов.

Наташка поревела, пострадала немного о женихе, который и замуж ее забыл позвать, да, и связалась с каким-то полукриминальным авторитетом. Новой Нателлиной любви приглянулись деньги и активы ее отца. И понеслась у Сухановых совсем другая жизнь. С одной стороны – суды с отменой имущественных сделок. Партнеры разбежались, как собаки от службы отлова, прячась от Архипа в далеких командировках и отпусках.

– Слышь, бать, – новый зятек перекинул языком зубочистку во рту на другую сторону. – Деньги нужны. Дело тут хочу одно открыть. Прибыльное. – Почесал щетину на скуле.

Он вальяжно развалился в кресле, пачкая грязной обувью персидский ковер. И нигде ведь на наглой роже не треснуло! Сумму такую загнул, будто бюджет городской хотел перекрыть, не постеснялся. Его предыдущий проект с сетью пивнушек благополучно догорал в адском пламени. Там такие злачные места, что приличные граждане стали писать жалобы на постоянный шум и драки. Почти все тошниловки позакрывали. Убытков не сосчитать…

Лопнули Архиповы нервные струны, не выдержав больше издевательств. Нателла с этим кренделем не просыхает. Превратилась в ходячий скелет со впалыми глазницами. Из адекватного только: «М-м-м? Папуль, да все ништяк». Квартиру продала и мужику своему деньги отдала… Если бы не отец, спала бы в ночлежках или под забором. Все спустила с новым хахалем. Все! И он еще смеет заявляться и у него денег просить, ушлепок?

– Вон пошел, скот! Вон! – заверещал Суханов, покраснев от напряга. У него чуть пар из ушей не повалил, давление подскочило. – И чтобы я не видел тебя возле своей дочери! Шел бы ты в пешее путешествие…

– Зря ты, бать, – вздохнул печально бугай, оттянув нижнюю губу, словно обиженный мальчик. Взгляд исподлобья, будто целиться, куда вцепиться зубами. – Хотел по-хорошему договориться. Зачем тебе, старому козлу, столько денег? Надо делиться. В могилу с собой не утащишь…

Гавкающий дробный смех прокатился по кабинету Суханова, заставив хозяина замереть и нащупать кнопку вызова охраны.

Предугадав его действия, зятек прищурился. Привстав с места, навис сверху над столом, бросая огромную тень на Архипа.

– Как знал, что ты будешь не гостеприимен. Взял несколько друзей с собой, – бандит выдавливал каждое слово, забивая каждым из них гвоздь в крышку сухановского гроба.

Пока хрустели кости пальцев на левой руке, правой Архип отправлял денежные переводы в приложении банка. Вскрывал долгосрочные вклады подчистую. Претерпевал мучения и страх. Вспомнил некогда забытую молитву. Поскуливая от боли, жалел, что с Олегом Белевских расстался плохо… Мог бы сейчас попросить защиты у него.

Но, он не мог. Сам отрезал. Сам изгадил всякое уважение к себе. Осталось только пожинать плоды трудов своих недальновидных поступков.

– Чао, бытя! – отморозок махнул ему на прощание небрежным жестом.

И когда за ним закрылась дверь, Суханов упал лицом вниз рядом со сломанной, безвольно лежащей рукой и зарыдал, как не ревел даже в детстве.

– Подписал? – пустые светлые глаза без капли эмоций мазнули по мужчине.

– Конечно, детка! Гуляем! – он потрепал давно немытые светлые патлы Нателлы.

Через пару месяцев ее найдут в дешевом придорожном отеле среди проституток без документов. В некогда светской львице будет трудно узнать опущенное создание, лишенное ряда передних зубов, со сломанным носом.

Архип увезет ее тело в недорогой санаторий… Только тело, поскольку душа уже выжжена и разум на уровне айкью полевой мыши, заточен только на: есть, спать и тупо таращиться в телевизор.