Текст книги "Следуя за тенью (СИ)"

Автор книги: Ольга Сергеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 27 страниц)

Пламя излучателей ударило в тело солдата, но десантный штурмовой скафандр как раз и был предназначен для защиты от атак подобного рода. Огонь отразился от него и рикошетом ударил вправо и вниз. Ида едва успела пригнуться, пропуская сгусток белого пламени над собой. Дочери императора защитный скафандр никто не выдал! Конечно, вероятность погибнуть от когтей демона по-прежнему была куда больше, чем от шального заряда, но смерть от огня своей же охраны почему-то казалась куда более обидной!

Еще одна очередь выстрелов ушла в потолок, обрушив вниз целый дождь каменной крошки. Ида, прикрыв глаза рукой, кое-как подняла голову, пытаясь понять, что происходит вокруг. Оставшиеся десантники уже пришли на помощь своим товарищам, взяв демона в полукольцо и непрерывным огнем излучателей удерживая того на месте. Девушка вновь оказалась за спинами поредевшего отряда – не выстрелить вместе с остальными, только смотреть на морду с оскаленными клыками и когти, полосующие воздух.

А демон вновь играл с ними все в ту же игру: шаг вперед, мгновенный уход в Загрань, пропуская сквозь себя выстрелы, возвращение и еще прыжок вперед – все ближе и ближе к десантникам, вынужденным отступать. Они не попадали в него. Судя по тому, что ни один из них не обернулся к дочери императора, ни солдаты, ни их капитан так и не поняли, что она сделала в прошлый раз. Но Иде и не требовалось их внимания. Девушка заставила себя сосредоточиться: перестать слышать совсем близкое шипение выстрелов; не чувствовать запахов – сожженного камня и более острого – свежей крови; не думать о том, что до чудовища всего несколько метров – один прыжок для мощных когтистых лап; только смотреть… Она в состоянии запереть демона в этом мире. А раз может – значит, должна сделать!

Тихий скрежет чего-то твердого по камню, раздавшийся за ее спиной, мгновенно разрушил всю достигнутую с таким трудом концентрацию. Ида развернулась, едва не поскользнувшись на мраморе, ставшем скользким от брызг крови. С расстояния меньше метра на нее глядели черные бусины глаз еще одного демона!..

Грязно-желтый язык скользнул из пасти, обводя два ряда острых треугольных клыков. Наверное, нужно было закричать, позвать солдат, броситься бежать… Все эти мысли пришли в голову Иды, но уже значительно позже, а в ту долю мгновения, что демон, выпустив когти летел на нее, она смогла только вскинуть излучатель и нажать на курок. А потом еще и еще раз. Будто ее палец свело на гладкой выгнутой кнопке, будто уже никогда не получится разжать руку. Голова твари взорвалась, разлетаясь алыми ошметками плоти и горячими брызгами крови. Иду с ног до головы, кажется, залило этой жижей, а она все продолжала стрелять в тело, скребущее когтями у ее ног.

За спиной кто-то, задыхаясь и хрипя, вопил. Излучатель в руке Иды сухо щелкнул разряженной батареей. Девушку трясло так сильно, что было непонятно, как ей еще удается стоять на ногах. Но за спиной кричали, и Ида заставила себя обернуться.

Двое десантников еще продолжали стрелять, но больше никого не было. Девушка не сразу, словно думать было слишком сложно, сообразила, что черно-алые скользко блестящие бесформенные кучи на полу – это тела людей, разорванные, исполосованные когтями демона. Где-то среди них был и капитан Нару, неотличимый теперь от своих подчиненных. Впрочем, сейчас это уже не имело никакого значения. Тварь, чувствуя, что победа остается за ней и уже совсем близка, взмахнув крыльями, прыгнула вперед. Ее тело растворилось черным туманом, а возникло вновь всего в каком-то метре от ближайшего к ней десантника. Если бы мужчина выстрелил сейчас, в упор, демон бы уже не сумел пропустить огонь сквозь себя, но солдат просто не успел. Длинная членистая шея твари метнулась вперед, смыкая узкие мощные челюсти на его горле и одновременно вздергивая человека вверх, как щитом закрываясь его телом от огня второго десантника.

Ида смотрела. Она видела все. Теперь она могла бы простым усилием воли закрыть Загрань, превращая демона в отличную мишень, но по насмешке судьбы сейчас это уже ничем не могло помочь ни ей, ни остаткам ее охраны.

Девушка опустилась на колени. Пожалуй даже раньше, чем она задумалась о том, что делает, ее руки уже обыскивали лежащее на полу тело одного из солдат – того самого, что погиб первым. Если она не может уничтожить демона как поводырь, она убьет его как человек! А для этого ей необходимо было оружие. Конечно, она не надеялась найти у десантника запасную обойму к своему «аристократу», зато в его собственном излучателе заряд должен быть цел.

Демон отшвырнул тело десантника и, не тратя ни мгновения, бросился на следующего. Он взвился к потолку, распластав крылья в воздухе, и миг спустя вновь рухнул вниз. Когти прошли наискось через грудь мужчины, разрывая штурмовой скафандр, словно тонкую ткань. Из ран плеснула кровь, но демон уже не смотрел в его сторону: он не был голоден, он хотел только убивать. И здесь еще был тот, кто представлял для него интерес. Тварь, вскинув мощное тело на задние лапы, повернулась в сторону Иды.

Девушка вцепилась в излучатель и потянула его на себя, одновременно пытаясь нащупать курок. Ремень ШДИ зацепился, зажатый телом десантника, и Ида, обдирая руки, изо всех сил дернула его. Не обязательно вытаскивать, можно лишь развернуть, нацеливая… Но она уже знала: ей не успеть. С когтей и клыков демона капала кровь, влажными дорожками сбегая по чешуе. Он заклекотал, широко распахнув пасть, больше не стараясь через каждый шаг прятаться в Заграни: жертва уже не уйдет от него… Такая близкая и совсем беззащитная!

Страшный грохот раздался сбоку. Ида едва успела прикрыть голову руками, спасаясь от вновь обрушившегося на нее града камней. На галерею ломилось что-то огромное. Настолько огромное, что не могло протиснуться в окно! Тварь, шипя и пятясь на задних лапах, развернулась от своей несостоявшейся добычи в сторону нового демона. Ида не успела понять, что происходит, как тот уже был внутри. По-настоящему громадный, с длинным и гладким, почти рыбьим телом жемчужно-серого цвета, покрытым мельчайшей лоснящейся на солнце чешуей. Больше всего он напоминал кита, если бы киты, конечно, могли летать. По бокам демона шли два ряда тонких и перепончатых, почти прозрачных крыльев, настолько крошечных по сравнению с массивным телом, что было совершенно непонятно, как тому удается держаться в воздухе. Но он летел!

Гладкие бока напряглись, выламывая колонны, перекрывавшие для него вход на галерею, и «кит», словно гигантский корабль, вплыл внутрь. Тварь, пытавшаяся убить Иду, взмахнула крыльями, рванувшись к противоположному окну, но в это мгновение «кит» решил продемонстрировать, что огромный отнюдь не значит неуклюжий. Его тело, сжавшись пружиной, словно змеиное, стремительно метнулось вперед. Широкая и плоская пасть распахнулась, чтобы в следующее мгновение сомкнуться на теле твари, с хрустом перемалывая кости и чешую. Впрочем, Ида в ту сторону уже не смотрела – она видела только человека, стоявшего на спине нового чудовища.

– Танис! – крикнула она и в следующее мгновение до боли прикусила губу, даже не пытаясь понять, почему ее подбородок выбрал именно это мгновение, чтобы задрожать.

– Ида! – мужчина обернулся, улыбаясь ей, широко и радостно – то ли оттого, что успел вовремя, то ли просто не смог сдержаться при виде дочери императора, с ног до головы залитой демонской кровью.

* * *

Этот внутренний двор, узкий и глубокий, словно колодец, Ида узнала еще сверху – несколько дней назад во время своих скитаний по герцогскому замку она проходила через него. Впрочем, может быть, это был не именно этот, а соседний с ним двор – со спины демона девушка увидела четыре почти одинаковых круглых площадки, окруженных высокими глухими стенами, расположенных друг рядом с другом.

Танис, сидевший на спине демона перед Идой, что-то гортанно крикнул, и чудовище, которого девушка мысленно продолжала звать китом, стало плавно снижаться. Он был настолько огромным, что на какое-то мгновение дочь императора испугалась: он не впишется, заденет боками или по-змеиному узким хвостом стены двора, но демон ловко развернулся, опустив их в самом центре пустой площадки. Танис соскользнул вниз с крутого гладкого бока, помог спуститься Иде и шлепком по тупому круглому носу отправил чудище назад в воздух. «Кит» поднялся до уровня верхнего края стены, зависнув там. Девушка проводила его взглядом, успев подумать, что он ужасно напоминает сторожевой дирижабль со старинных гравюр. Впрочем, долго размышлять об этом ей не дали – со всех сторон к вновь прибывшим уже спешили люди. Их было около двух дюжин, и Ида с изумлением поняла, что многие ей знакомы – она встречала их на архипелаге святого Ливида: кого-то она могла назвать по имени, кого-то просто узнавала в лицо… А впереди всех шла Рафана.

В последний раз, когда дочь императора видела женщину, их демоны в схватке едва не растерзали друг друга и их самих. Но сейчас Рафана вела себя так, будто ничего этого не было. Она подошла к дочери императора и коротко поклонилась ей:

– Рада видеть тебя, Ида!

Девушка еще раз взглянула на главу Гильдии, замечая ее, как всегда, безупречную осанку, заставлявшую женщину казаться выше, чем она была в действительности, льдисто-светлые глаза и иссиня-черные волосы, заплетенные в тугую косу, с единственной высеребренной сединой прядью надо лбом – все то, что, казалось, не могло измениться, даже если мир вокруг рухнет в пропасть! Ида вдруг поняла, что готова сказать женщине то же самое. И даже вполне искренне!

– Я тоже рада тебя видеть, Рафана! – Ида оглядела людей, окруживших их. Ощущение было такое, будто здесь собрались едва ли не все поводыри Эспенансо. Только одного человека она по-прежнему не видела.

– А где?.. – Ида машинально начала задавать вопрос, но, не закончив, оборвала саму себя.

– Кто? – уточнил Танис, решив не оставлять без внимания последнюю фразу наследной принцессы.

– Аза, – произнесла Ида, лишь в это мгновение поняв, что не заметила также и жены самого Лэнга. Танис улыбнулся так, будто без труда догадался, кем в действительности интересовалась дочь императора, но ответил все же именно на заданный вопрос:

– Осталась на архипелаге: поводырь она слабый, зато в системах связи лучше нее никто не разбирается.

Ида кивнула, решив оставить опасную тему, и вновь обернулась к Рафане:

– Как получилось, что вы так быстро оказались здесь? Да еще, – она головой указала вверх, на парящее (если, конечно, так можно сказать о массивной туше) над двором чудовище, – вызвать демонов?

Рафана проследила за взглядом дочери императора прежде, чем ответить:

– Мы узнали, что открывается Загрань еще до того, как тапа-ары начали свою атаку.

Ида хотела спросить, как им это удалось, но ответ она получила еще раньше, чем задала вопрос.

– Это сложно было не заметить, принцесса, – подходя к девушке сквозь расступавшихся перед ним поводырей, произнес Сулим. – Ощущение было такое, будто у меня из тела все кости по одной вынимают! – мужчина остановился перед Идой, опираясь на короткий посох. Дочь императора подумала, что не замечала такого у него раньше, а еще о том, что, в отличие от Рафаны, ее муж за прошедшие дни изменился, и не в лучшую сторону. Второй глава Гильдии словно еще больше состарился, и выглядел он бесконечно усталым. Может быть, впрочем, именно открытие Заграни так сильно ударило по нему. Но с другой стороны, Сулим сам рассказывал ей, что чувствует лишь момент открытия границы между мирами, а последующее соседство с демонами ему никаких неприятных ощущений уже не доставляет. Или его внешний вид как раз и говорит о том, насколько мощной была атака? Девушка не успела закончить логическую цепочку, когда ее размышления прервала Рафана:

– Ты ведь по-прежнему чувствуешь это? – обратилась она к своему мужу, но стоя по-прежнему лицом к дочери императора. – Расскажи ей, как ощущается порванная плоть мира!

– Подождите! Я ничего не понимаю, – Ида тряхнула головой, не зная, на кого из двух глав Гильдии смотреть. – Если Сулим ощущает проход между мирами, значит тот по-прежнему открыт. Но вы же сами учили меня, что ни один поводырь не в состоянии удерживать дверь в Загрань распахнутой дольше нескольких мгновений!

– Мы не ощущаем в этих демонах воли других поводырей, – проговорила Рафана. Наверное, эта фраза должна была быть ответом, но Ида почувствовала, что окончательно запутывается:

– О чем вы, ко всем святым, говорите?!

Танис вдруг крепко сжал ее руку, то ли поняв, что дочь императора сейчас просто не в том состоянии, чтобы разгадывать загадки, то ли таким образом привлекая к себе ее внимание.

– Вначале мы тоже решили, что тапа-арам удалось развить у себя способности поводырей. Но то, что мы видим сегодня, слишком мало похоже на то, как призываем демонов мы, – Лэнг на мгновение замолчал, и вряд ли для того, чтобы дать Иде осознать свои слова. Скорее, чтобы самому собраться с мыслями. – Мы считаем, что тапа-ары каким-то образом разорвали ткань мира. Не как поводыри, являясь дверью и фактически пропуская демонов сквозь себя. Они сделали что-то, что оставило настоящую дыру в Грани, через которую сейчас демоны продолжают беспрепятственно и, что хуже, совершенно бесконтрольно течь в мир!

Танис внимательно смотрел на дочь императора, явно ожидая реакции на свои слова. Ида потерла лоб пальцами и, наткнувшись на начавшие засыхать кровавые разводы на своей коже, машинально поморщилась. Машинально – потому что мысли ее сейчас были совершенно в другом месте.

– Если демоны приходят в мир не через поводыря, значит, никто здесь и не контролирует их? – дочь императора посмотрела на Рафану, но та вдруг отвела взгляд. Ида стремительно шагнула вперед и сжала руку женщины, вынуждая посмотреть на себя. – Это так?! Тапа-ары выпустили демонов на Эспенансо. Те, фактически не получив никакого приказа, просто начали охотиться. Пока текондэрожцам ничего другого не надо, они вовсе не поймут, что ситуация даже близко не находится к понятию «под контролем»! Но как только они захватят планету и попытаются отозвать демонов назад…

– Вот тогда начнется кровавый хаос, по сравнению с которым то, что происходит сейчас, невинные игры! – закончила за нее Рафана. Глава Гильдии и дочь императора посмотрели друг на друга. Вряд ли когда-либо раньше между ними был момент полного понимания, но сейчас он, несомненно, наступил. Мысль, общую для них двоих, озвучила Ида:

– Демонов нужно остановить.

Никто и не подумал ей возражать, только Сулим спросил:

– Ты с нами, принцесса?

Дочь императора повернулась к мужчине, задавшему этот вопрос и теперь ожидавшему ответа. Кажется, настала ее очередь отводить взгляд. Ида вдруг поняла то, что просто не приходило ей в голову раньше: Рафана собрала поводырей на не архипелаге, а во дворце, потому что они ждали: дочь императора присоединится к ним, они рассчитывали на ее способности!

Но Осару точно также приняла ее дар в расчет. И не только оставила дочь императора беззащитной, как думала Ида раньше, она еще и ослабила одну из самых существенных сил на Эспенансо!

Поводыри молчали, и не нужно было читать мысли, чтобы понять: они ждут ее ответа. Ида заставила себя посмотреть на Сулима, Рафану и Таниса, на каждого из поводырей, кого она знала по имени, когда-то встречала на островах или сегодня увидела лишь впервые.

– Я не могу. Я… – вдруг вспомнилась та давняя история, что Кайрен рассказывал ей накануне. Как получилось, что для принцессы Рассономскй расставили ту же самую ловушку, в которую ее далекий предок поймал членов Гильдии? Как получилось, что и она в нее попалась?.. – Я еще несколько часов не смогу видеть Загрань, – наконец произнесла Ида. – Мне в воду подмешали рдин, и я… Я догадалась, но уже слишком поздно. Он теперь в моей крови, и я не вижу ничего, кроме этого мира, – дочь императора замолчала, ожидая реакции на свои слова. Она гадала, какой та будет, но вряд ли она предполагала, что после непродолжительного молчания Рафана негромко и как-то очень-очень осторожно поинтересуется:

– И ты знаешь, кто это был?

Ида вдруг почувствовала, что краснеет, как будто в произошедшем была ее вина. Впрочем, отец наверняка так бы и сказал: да, разумеется, твоя вина есть. Как могла она, наследная принцесса, доверять кому-то настолько безоговорочно, чтобы подпустить этого человека на расстояние удара? Но ведь он сам приказал ей взять Силию с собой… Ида заставила себя остановиться: бывают мысли, которым нельзя позволять течь, куда им заблагорассудится, – они могут слишком далеко завести. Дочь императора порадовалась тому, что на ее перепачканном кровью и каменной пылью лице румянец вряд ли заметен.

– Это была Осару, – проговорила она. – Силия Осару.

И вновь в круге поводырей наступила настороженная тишина. Ида обвела взглядом лица людей, и очень многие при этом спешили отвернуться.

– Что?.. – спросила она. – Вам что-то известно?

Рафана и Сулим переглянулись между собой прежде, чем мужчина ответил:

– Мы следили за тапа-арами, принцесса. Старались не упускать их из виду, перехватывали сообщения, которые они посылали… И одним из адресатов, с которым они общались особенно часто, была твоя придворная дама. Содержания сообщений нам выяснить не удалось, но мы все равно собирались предупредить тебя. Нам жаль, что мы опоздали.

Ида качнула головой, понимая, что просто не верит в то, что слышит. Ей тоже, безусловно, было жаль. А вот известие о связи Силии с тапа-арами было более чем невероятным! Что общего могло быть у придворной дамы, никогда до настоящего момента не покидавшей пределов метрополии, и жителей далекой Текондэроги? Впрочем, вывод из этого вопроса был отнюдь не тот, что гильдийцы ошибались, а тот, что сама Ида чего-то не знала или в течение долгого времени не видела.

Вдруг двор, в котором они находились, накрыла тень. Девушка вскинула голову, машинально нащупывая в кармане платья излучатель. Над площадкой завис и теперь снижался еще один кит-демон, точно такой же, как и тот, что привез их с Танисом. Никто из поводырей не испугался, да и само чудовище агрессии не проявляло – просто плавно приближалось к ним. Ида убрала руку с оружия, решив, что в этот раз опасность ей не угрожает. Рафана прикоснулась к ее запястью, давая знак, чтобы дочь императора отступила назад. Все поводыри действительно уже отошли к стенам, освобождая пространство для демона. Чудовище едва успело коснуться брюхом каменных плит двора, как с его шеи уже спрыгнул человек – тот, кого Ида с самого начала напряженно высматривала среди членов Гильдии, и о ком так и не решилась спросить…

Кайрен тоже заметил ее. Мужчина приостановился на мгновение, будто налетев на невидимую стену, пожалуй, чересчур пристального взгляда наследной принцессы, но потом, будто приняв какое-то решение (или просто отложив его принятие), тряхнул головой и быстрым шагом направился к Рафане.

– Главные ворота долго не продержатся! – на ходу начал докладывать он. – Батареи стеновых излучателей почти разряжены, истребителей нет, среди десантников много раненых. Скоро демоны будут повсюду! – Кайрен жестом, выдававшим его нетерпение, взъерошил встрепанные ветром волосы. Закончив докладывать, поводырь не стал задавать вопросов своим командирам, но вопросительная интонация достаточно явно ощущалась в самом тоне его голоса. Сулим переступил с ноги на ногу, по-прежнему опираясь на свой посох.

– Значит, пора нам вступить в игру.

Рафана ничего не произнесла, и это, очевидно, как раз и был тот случай, когда молчание значит согласие.

– Мы ждали только, пока принцесса присоединиться к нам, – продолжил Сулим. – Теперь она здесь. Ты ведь с нами, Ида? – спросил он. Девушке показалось, что она ощущает на своей коже напряженные взгляды поводырей, замерших в ожидании ее решения. Особенно один – светлый, пылающий золотыми искрами. Ида подавила желание напомнить собравшимся людям, что она еще несколько часов не сможет быть полноценным поводырем. Ей потребовалась целая вечность, чтобы понять: сейчас они ее спрашивали не об этом. И то, что эта вечность заняла лишь пару коротких мгновений, решительно ничего не меняла! Ида посмотрела на Сулима, ни на секунду не позволяя себе обернуться в поисках взгляда других глаз.

– Разумеется, я с вами!

На сборы ушло не больше пятнадцати минут. Да и те только потому, что Ида отказалась лететь невооруженной. Запасную зарядную обойму для ее «аристократа» поводырям отыскать не удалось, и, в конце концов, ей выдали «хорк». Новый излучатель был заметно тяжелее, зато можно было не опасаться, что заряда в нем хватит лишь на десяток выстрелов.

Потом возник вопрос, на чем лететь. Теперь уже тянули время сами поводыри: Рафана упорно настаивала, что Иде сейчас, когда она практически беззащитна (излучатель в руках в расчет не принимался) нельзя лезть в самую гущу схватки. С этим дочь императора даже не спорила – она лишь не хотела, чтобы из-за нее кто-то из демонов и поводырей также оставался в стороне от сражения, увеличивая тем самым риск для остальных гильдийцев. Если бы она могла вызвать собственного демона, вопрос был бы решен…

– Так вызови! – пожал плечами Сулим, когда Ида озвучила свою мысль. Девушка на миг даже подумала, что старый поводырь издевается над ней, но прежде, чем она успела по-настоящему разозлиться, тот продолжил. – Ты не можешь видеть Загрань, принцесса, но это не значит, что ты не можешь никого из нее призвать!

На этот раз Ида нахмурилась:

– Ты не учил меня такому, – она посмотрела в прищуренные на солнце глаза поводыря. «На солнце» – это было хорошим оправданием, но Иде казалось, что Сулим и что-то скрывает от нее. Или, по крайне мере, не договаривает.

– Я имел в виду, что кто-нибудь из поводырей может помочь тебе, принцесса, – произнес он, заметив, как начинает тяжелеть взгляд дочери императора.

– Кто-нибудь?.. – с вопросительной интонацией повторила за ним Ида, безошибочно вычленяя из фразы ключевое слово.

– Он говорит обо мне.

Ида резко развернулась на звук низкого и такого знакомого голоса. Кайрен стоял всего в паре шагов от них. И этому, пожалуй, стоило удивиться: во все время предыдущих сборов мужчина старательно делал вид, что дочери императора среди них нет, не заговаривая с ней и даже не глядя в ее сторону. Но сейчас, очевидно, решил сменить тактику. И оставалось лишь догадываться почему.

– Ты сама знаешь: у меня дар весьма специфический, – произнес он, давая понять, что слышал весь их с Сулимом предыдущий разговор. И, судя по тону голоса, ничуть этого не стыдился. – Я не могу сам открыть Загрань, зато я вижу ее, наверное, гораздо четче, чем кто-либо другой. На меня даже рдин никогда особо не действовал. Я могу увидеть для тебя Загрань, Ида, и тогда ты сможешь ее открыть, – Кайрен пожал плечами. Ида подумала о том, что мужчина говорит не просто небрежно, а как-то старательно небрежно, будто предлагает ей нечто столь же незначительное, как, например, помощь, чтобы забраться в седло. Но если он старался таким образом ее успокоить, то добился совершенно противоположного эффекта – Ида насторожилась.

– Звучит как-то слишком просто, – проговорила она, переводя взгляд с Кайрена на Сулима. Глава Гильдии ничего не ответил ей, очевидно, предоставляя своему молодому товарищу право вести разговор. Кто-то из поводырей окликнул его, и Сулим со всей поспешностью, какую позволяли его больные ноги, направился в ту сторону. Кайрен лишь мельком взглянул ему вслед, а потом, повернувшись к дочери императора, повторил свой последний жест – то самое небрежное движение плечами:

– Все и есть просто, – он вдруг шагнул в сторону, обходя Иду по кругу, так, будто собирался встать у нее за спиной. Девушка инстинктивным жестом, будто не веря, что мужчина не представляет для нее опасности, развернулась вслед за ним, не позволяя зайти себе за спину:

– Что ты делаешь?

– Помогаю тебе открыть Загрань, – произнес Кайрен таким тоном, будто озвучивал совершенно очевидную истину. И, прежде чем Ида успела отступить, мужчина крепко сжал ее руками за плечи, разворачивая спиной к себе. – Мне бы сейчас сказать что-нибудь вроде: «Просто поверь мне!», но, боюсь, ничего доброго в ответ я в этом случае не услышу.

Руки держали ее крепко. Не причиняя боли, но так, что вздумай она вырваться – и делать это придется в полную силу. Нет, вероятно, Кайрен все же отпустит ее, но внимание поводырей, спешно готовящих оружие и седлающих демонов всего в нескольких метрах от них, им тогда точно обеспечено! Ида заставила себя замереть на месте: в конце концов, в том, что поводырь просто стоит у нее за спиной, нет ничего особо страшного. Зато все эмоции, которых – видит император-основатель! – в ее душе скопилось предостаточно, Ида вложила в одну короткую то ли фразу, то ли фырканье:

– Да уж, не услышишь!

Руки на ее плечах дрогнули. На мгновение Иде показалось, что мужчина сейчас ее отпустит, но пальцы тут же сжались вновь, еще чуть крепче.

– Тогда я скажу: прости меня, Ида! Я не хотел воровать азрак. Точнее, я собирался украсть его не у тебя, а для тебя.

Дочь императора хотела покачать головой, но когда твой собеседник смотрит прямо тебе в затылок, подобный жест вышел бы странным. Она ограничилась тем, что усмехнулась:

– Звучит как бред, не находишь?

– Бред?! – возмущение вместе с горячим дыханием обожгло кожу Иды. – Я знал, что Хотин уже во дворце, что его флот занял орбиту планеты, и что его люди подчиняются только ему. Я хотел, чтобы у тебя, у нас всех, было, что ему противопоставить! Чтобы твоя власть из номинальной стала реальной! Если бы в твоих руках оказался азрак, ты бы стала хозяйкой положения, Ида. Ты – а не он!

– Только вышло совсем иначе, не так ли? – она знала, в какую точку бить, и не собиралась жалеть. Руки наконец-то соскользнули с ее плеч, но Ида не повернулась – забыла, что собиралась это сделать, потому что Кайрен вновь заговорил, и таким его голос она, кажется, никогда еще не слышала:

– Да, знаю! – будто каждое слово удар. И, чем больнее от него становится, тем сильнее должен быть следующий. – Генерал Хотин не пожалел своего – наверняка, весьма ценного – времени, чтобы сообщить мне об этом! Ему так хотелось рассказать, будто сам процесс доставлял ему чуть ли не большее удовольствие, чем результат, – Кайрен замолчал на мгновение. Девушка ждала новой вспышки злости, но к следующей фразе ее, кажется, не осталось вовсе. И, может быть, поэтому, когда она прозвучала, дочь императора оказалась вовсе к ней не готова. – Я поэтому и прошу прощения, Ида.

Девушка внезапно почувствовала радость от того, что Кайрен стоит у нее за спиной, и не нужно смотреть ему в глаза. Кто бы мог предположить, что так гораздо проще окажется говорить то, что думаешь? Она улыбнулась. Не усмехнулась, жестоко и язвительно, как до этого, – а едва заметно улыбнулась самыми кончиками губ. И не Кайрену – скорее самой себе.

– Ты ведь опять просишь прощения не за то, что украл азрак, а за то, что люди генерала схватили тебя? – ей не требовался ответ, но к концу фразы тон сам собой понизился, придавая ей вопросительную интонацию. Кайрен молчал. Можно было даже подумать, что поводырь успел уйти, пока она не смотрит на него, если бы Ида не продолжала чувствовать его рядом. Не прикосновение, не дыхание на коже, не тепло тела… А может быть, все это вместе? Просто ощущение другого человека в одном пространстве с тобой. То, чего она никогда не знала раньше. И без чего теперь будет так тяжело обойтись.

Когда Кайрен вновь заговорил, его голос звучал очень-очень осторожно:

– Если я не стану отрицать, ты вновь начнешь мне верить?

Вот теперь Иде пришлось удерживать себя от того, чтобы не обернуться, ей хотелось взглянуть в лицо поводыря, а еще прикоснуться к нему. Но она знала, что должна закончить то, что начала.

– Я попробую. Если ты расскажешь мне всю правду.

– Я тебе не врал! – в голосе Кайрена теперь звучали низкие и опасные нотки близкой злости. Ида запретила себе думать о том, что они нравятся ей куда больше неуверенности.

– Я и не говорю, что врал. Но мне нужно больше! Ответь мне на вопрос, Кайрен: зачем я вам? Почему вы так настойчиво хотите, чтобы я вошла в ваши ряды? Зачем вам понадобилось разыскивать меня и рассказывать мне правду? И учти, что в ответ, будто вы беспокоились о психическом состоянии будущей императрицы, я не поверю!

– Нет, Ида, с самого начала мы беспокоились только о себе! – Кайрен вновь сжал ее руки, будто теперь уже он собирался развернуть ее лицом к себе, но в последнее мгновение вдруг передумал. Пальцы мужчины скользнули по ее рукам, от локтей вверх, но так и замерли, не дойдя до плеч, словно не могли решить, что им делать дальше. Но и отпустить уже были не в состоянии. – Нам нужно от тебя, Ида, то, что во власти лишь императорской семьи. Мы хотим, чтобы о поводырях вспомнили, чтобы нам не нужно было скрываться и прятать собственные способности, чтобы никто больше не считал нас всего лишь буйными сумасшедшими, и чтобы наши дети не росли в постоянном страхе обнаружить перед чужими то, что является нашей сутью. Мы хотим то, чего заслужили веками верной службы императору, – того, чтобы нам позволили жить! Это единственная привилегия, которой мы добиваемся!

– И вы верите, что я вам все это дам? – Ида боялась, что руки мужчины вновь исчезнут с ее плеч, но они лишь слегка дрогнули, когда тот коротко хохотнул, ответив вопросом на вопрос:

– А ты мне веришь, Ида?

Она судорожно вздохнула, будто заново учась дышать, и промолчала – не отказ от ответа – пустота, в которой есть место для любого, какого угодно.

– Кажется, нам пора вспомнить о демоне…

Ида почувствовала, как Кайрен за ее спиной вздохнул, но спорить не стал. Его руки поднялись выше и легли ей на плечи, уверенно и твердо, будто направляя.

– Закрой глаза.

– А никаких объяснений кроме верить тебе я так и не получу?

Пальцы на ее плечах вновь на мгновение дрогнули, будто поводырь тщетно боролся с раздражением вызванным упрямством наследной принцессы. Или со смехом.

– Я вижу Загрань. Ты ее открываешь. Все просто! – в очередной раз произнес он, но потом все же добавил. – Если ты веришь мне.

Ида закрыла глаза, но потом вновь их открыла. Она не знала, не будет ли ее следующая фраза ошибкой, которая все испортит, но что-то просто не позволяло ей остановиться:

– Мне поэтому так легко удалось добиться от тебя ответов? Наконец-то и Гильдия попалась в ловушку: если дочь императора вновь не начнет верить вам, ничего не сработает! Так или нет? И извинялся ты тоже поэтому?

И вновь то, что в нормальном разговоре понимаешь по одному взгляду на лицо своего собеседника, теперь приходилось угадывать по тому, как ощущались его руки на твоих плечах. Пальцы Кайрена стали будто деревянными, сведенными судорогой напряжения, словно мужчина лишь страшным усилием воли удерживал себя на месте, не убирая рук.