![](/files/books/160/oblozhka-knigi-volchica.-vozrozhdenie-si-373336.jpg)
Текст книги "Волчица. Возрождение (СИ)"
Автор книги: Олеля Баянъ
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)
Платье. Точнее вырез на груди. Если уж совсем точнее, то упомянутый вырез, украшенный цветочной бархатной аппликацией чёрного цвета, сужался от плеч к поясу и заканчивался под аппетитной грудью, как раз в этом месте был корсет. На шее на чёрной цепочке висел кулон фиолетового цвета в виде капли. Он уместился аккурат в ложбинке между полных грудей.
Окончательно меня сразил вид сзади. Кика повернулась, чтобы отдать плащ слуге, и мне открылась обнаженная спина. Вдоль позвоночника свисала чёрная цепочка, на конце которой висела такая же капля, что и на груди, но большего размера. Пышная юбка по низу подола украшена цветочным орнаментом, как верх платья. Перчатки фиолетового цвета заканчивались чуть выше локтя.
Ничего не говоря, я предложил ей локоть, и она с улыбкой положила свою ладошку на него.
– Если мы переживём этот вечер, то в будущем сможем выбраться из любой передряги, – произнёс я, наклонившись к ней.
– Иначе быть не может, – со смешинками в голосе ответила она.
Мы прошли через анфиладу комнат, прежде чем оказались в бальном зале, который постепенно наполнялся аристократами. Люди неспешно прогуливались, останавливались возле своих знакомых, чтобы поздороваться и обсудить последние новости. В соседней комнате были накрыты столы с лёгкими закусками и напитками. В следующей расставлены диванчики, кресла и кушетки для отдыха. Все ждали, когда откроются двери в тронный зал, чтобы лично поприветствовать короля.
Мы стояли в стороне. На нас то и дело с любопытством поглядывали. Наряд Волкики вызвал бурные перешептывания у дам. Мужчины же молча рассматривали её прелести. Их взгляды выводили меня из себя так, что к концу бала, думаю, я сотру зубы дёсен. Однако Кика, казалось, совсем не замечала пристального внимания к собственной персоне, чего не скажешь о детях. Те жались друг к другу, смотрели на всех исподлобья.
Я заметил, как Волкика мило улыбнулась проходившему мимо хлыщу, и с усилием воли заставил себя разжать челюсти, но снова напрягся. Пижон решил свести знакомство с магурой. Я уже приготовился отбрить смельчака, как затрубили фанфары, возвещая о прибытии короля.
Двери в тронный зал открылись. Аристократы поторопились выстроиться в колонну по очереди, соответствовавшей их титулу и статусу. Церемониймейстер называл полные имена пришедших и их сопровождения. Титул герцога позволил нам пройти в самом начале.
На троне в конце зала восседал темноволосый, слегка грузный король Базилир Аландар. По правую руку от него расположился единственный наследник – Марчело. Высокий, худощавый, скорее уж изнеженный, чем закаленный в боях, он никогда не был на передовой, только в тылу. Если сравнивать принца со смелой и эксцентричной Иной (хоть она и не являлась наследницей, но была влиятельной фигурой в международных отношениях), сравнение было далеко не в его пользу. Рядом с королевским сыном, на ступеньку ниже, стояла принцесса Архелия в окружении фрейлин. У её высочества были черные длинные волосы, которые она оставила распущенными. Не только среди знати, но и у простого люда, это считалось дурным тоном. Архелия копировала скандальное поведение Иналины, принцессы Скаршии. Неудачно, на мой взгляд. Аландарскую принцессу несколько раз заставали за кровавыми ритуалами с покойниками. Это означало, что она экспериментировала с некромантией. Насколько мне было известно, вполне успешно. Об этом свидетельствовал и интерес Иналины к Архелии.
Позади нас, через пять семей, мелькнула фигура графа де Лагарди. Его взгляд не сулил мне ничего хорошего. От этих мыслей меня отвлек распорядитель бала, который зычным голосом объявил меня и имена моих спутников. Когда он назвал имя Волкики, в зале повисла напряженная тишина. Все с любопытством взирали на магуру в откровенном платье. Многие из них всё ещё не верили в то, что она – потомок легендарного народа.
– Ваше величество, – в низком поклоне я поприветствовал короля.
Юноши тоже поклонились, девушки присели в реверансе. Волкика застыла истуканом. В ужасе я заметил, как она стиснула челюсти, а левая ладонь сжалась в кулак. Взгляд переместился к её лицу. На нём отразилось выражение шока. Судорога! Наконец догадался я. Она не могла пошевелиться из-за судороги, сковавшей мышцы. Мгновение, и Кика грациозно присела в низком реверансе.
Однако её замешательство не ускользнуло от внимания короля и его детей.
Архелия сделал то, за что многие знатные барышни её тихо ненавидели. Громко нельзя было. Чревато последствиями. Принцесса присела в ответном реверансе, а её фрейлины – в низком. Выходило, что Волкике придётся и вовсе сесть на пол, чтобы выразить должное уважение правящей семье.
И в который раз Кика удивила меня.
Она с легкостью изобразила аракшинский реверанс – самый глубокий реверанс, из которого трудно подняться. Дело в том, что исполнявшая его девушка должна была практически сесть на пол, а после встать без посторонней помощи. Немногие могли его выполнить. Насколько мне известно, то Архелия долго тренировалась, но у неё ничего не получалось. Верно был какой-то секрет.
Волкика расправила пышную юбку, грудь выставила вперёд, немного ссутулилась, слегка повернула голову вправо и села. На лице принцессы и её фрейлин в один миг появилось выражение шока. Они не могли поверить в то, что простая преступница, коей являлась Кика, могла исполнить самый сложный реверанс.
– Мне доложили, что ваша гостья, ваша светлость, не сможет явиться на бал, – с укором в голосе проговорил король.
Позволения выпрямиться он не давал, поэтому стоя в поклоне, я ответил ему:
– Ваше величество, не сочтите за дерзость, но я подобных докладов вам не отправлял, – смелые речи для того, кто находится под пристальным вниманием королевской службы безопасности.
– Ваше величество, – внезапно воскликнула Волкика, подняв свой блестящий взор на монарха.
Я стиснул зубы. Грубое нарушение этикета. Тут и до этого царила тишина, а теперь было слышно, как потрескивали магические свечи, освещавшие зал. Ну хоть бы предупредила заранее о своих действиях! Оставалось лишь довериться ей.
Кика расплылась в искренней улыбке. Нервничая, она слегка прикусила нижнюю губку, которая была чуть полнее верхней. Прерывисто вздохнула и заговорила. Её голос журчал точно весенний ручеёк.
– Его светлость, герцог Сансэ-де-Приест, делал всё возможное с момента моего пробуждения, чтобы я смогла попасть на этот чудесный бал, дабы лично засвидетельствовать вам своё почтение, – магура восторженно проговорила на одном дыхании и опустила голову, потупив взор. – И хочу поблагодарить вас за вашу доброту, – хм, спорное утверждение, но ладно, в данных условиях лесть – хорошее оружие. Волкика посмотрела на короля. – За то, что приютили моих, – пауза, во время которой она опустила взгляд, – учеников.
Хороша-а!
Пока она изливалась в словах благодарности, мне пришлось изнутри закусить губу. Сверху мне открывался отличный вид на женские прелести, которые стали видны, когда Волкика немного ссутулилась. С учётом того, что она практически сидела на полу, глубоким декольте могли любоваться и королевские особы. Принц Марчело так и вовсе не отрывал взгляда от высокой груди Кики. Чего уж там, я и сам почувствовал прилив желания, которое мне не удалось побороть до конца.
Кика так грамотно преподнесла факты, что королю ничего другого не оставалось, как вежливо кивнуть в знак того, что принимает её благодарность. Словно он поверил её сладким речам. Однако я знал Базилира. Монарх не простит ей этой дерзости. При удобном случае он поставит выскочку на место.
Взмахом руки его величество отпустил нас. Пока. Мысленно вздохнул от облегчения, что одно испытание более-менее успешно пройдено, чтобы тут же испытать новое потрясение. Волкика изящно поднялась из реверанса без посторонней помощи. Я тут же ухватил её за локоть и поспешил провести нашу группу в зал отдыха. Боялся, что Кику снова скрутить судорога.
Магура, казалось, совсем не замечала моего напряжения. Она раздаривала встречавшимся на пути аристократам улыбки. Детишки не отставали от нас ни на шаг. Олан и Иргид захватили по паре бокалов с игристым вином, когда мы проходили через первый зал. Стоило Волкике сесть на пустующий диванчик, как на её лице застыла маска боли. Всего лишь на миг, а потом мышечный спазм прошёл. Она свободно вздохнула и с благодарностью посмотрела на меня.
– Добрый вечер, ваша светлость, – раздался голос графа Сэн-Ланжерона.
Мне пришлось встать и поприветствовать его и его дочь, Катарину. Девушка была одета в светлое, как все дебютантки. Белокурые волосы завиты и подняты наверх, где были скреплены серебряной заколкой, щедро усыпанной бриллиантами. Большие чистые глаза небесного цвета с неподдельным ужасом взирали на меня. Её взгляд приковали уродливые шрамы на моём лице.
Полтора года назад любая девушка желала оказаться рядом со мной. Меня считали едва ли не первым красавцем в Аландаре. Высокий титул и огромное наследство делали завидным женихом. Едва стало известно о моём уродстве, как бОльшая половина воздыхательниц исчезла. Остались лишь те, кого привлекал блеск злата и звон монет. Ну, может быть ещё Ажин. Она одной из первых увидела меня, ещё когда я ходил с бинтами на лице. Любовница не бросила меня.
– Ты уже познакомил свою дочь с моим племянником? – Наигранно поинтересовался неудачливый сводник.
Дядя мрачным взглядом окинул светившуюся Волкику. В глубине его глаз мелькнул огонёк желания. Не по зубам она вам, граф де Лагарди.
– Рад встрече с вами, – я поклонился Катарине, не спуская с неё взора.
Девушка побледнела. Отец шикнул на неё, и она, словно поднималась на эшафот, протянула мне руку для поцелуя. Когда я поднёс тыльную сторону её ладони к своим губам, дочь графа Сэн-Ланжерона позеленела. Катарина судорожно сглотнула, однако кивнула и что-то невнятно пробормотала в ответ.
Я не вслушивался в её слова. Все моё внимание было приковано к Волкике. Она наблюдала за всем этим с неизменно вежливой улыбкой, которая начала меня раздражать. Её взгляд переместился мне за спину, и магура резко переменилась в лице, словно увидела призрака.
Изменение в её настроении не ускользнуло и от графа де Лагарди. Дядя, как и я, повернулся в ту сторону, куда смотрела Кика. Я сначала даже не признал Далиона, так необычно он выглядел в парадных одеждах, которые сменили привычные рабочие штаны, рубашку и грязную мантию. В таком виде маг неплохо бы вписался в ряды местной аристократии.
Не меньший шок испытал и Далион, уставившись на Волкику. С открытым ртом он медленно приближался к нам. Граф де Лагарди, прищурившись, переводил задумчивый взгляд то с Кики, то на мага.
Далион шёл, никуда не сворачивая и не отвлекаясь на других. Он целенаправленно двигался к ней сквозь толпу. Не мигая, словно боялся, что она исчезнет. Маг замер лишь в метре от нее. Его кадык нервно дернулся. Далион поклонился Кике и протянул правую руку.
Заметив его, магура сидела, не шелохнувшись. Казалось, даже не дышала. Ее глаза неотрывно смотрели в его, также не мигая. Волкика ждала его, слегка приоткрыв губы. Стоило ему замереть в приглашающем жесте, как на её лице расцвела улыбка. Не притворная, а самая настоящая – искренняя. Я никогда прежде не видел, чтобы девушки так улыбались. Уголки её губ лишь слегка приподнялись вверх, а в глазах загорелись звёзды счастья.
– Позвольте пригласить вас на танец, – прозвучало предложение, и она с готовностью вложила свою ладошку в его.
Далион приложился губами к её руке, обтянутой шелковой перчаткой.
– С удовольствием, – улыбка Кики стала ещё шире.
Мягко сжав её тонкую ладошку, маг переложил её левую руку себе на правый локоть. Они направились в танцевальный зал.
– Думаю, герцог не откажется станцевать с твоей дочерью, дружище, – объявил граф де Лагарди, не спуская пристального взгляда с удалявшейся пары.
Дядя уже всё решил. Только вот я не марионетка. Но сейчас подыграю ему, потому что не хотел оставлять Волкику одну. Вдруг ей потребуется помощь, а меня рядом не окажется? Не уверен, что Дал знал, что нужно делать.
Я подхватил под руку Катарину и потащил за собой. Девушка выглядела ни живой, ни мёртвой. Нижняя губа её предательски подрагивала. В глазах собирались слёзы. Споткнувшись, вспомнил о детях. Обернулся и увидел растерянных ребят. Они поймали мой взгляд и, как по команде, встали. Я махнул головой в сторону бальной залы. Волчата поняли всё без слов. Олан встал в пару с Эрбель, а Иргид с Маиритой. Тихан последовал за ними в полном замешательстве, держа в руках по два бокала, которые ему вручили остальные дети.
Дочь графа, казалось, вот-вот упадёт в обморок. Не имея никакого желания продлевать и её и свои мучения, я жестом подозвал Тихана. Взял у него бокалы и поставил их на ближайший столик.
– Леди, – я поклонился Катарине, – надеюсь, вас не огорчит замена кавалера?
Девушка ничего не ответила, просто кивнула, едва сдерживая слезы и почти не дыша.
– Тихан, будь любезен, – я повернулся к юноше, который уже по росту догонял долговязого Олана, но всё ещё оставался мальчишкой в силу юного возраста, – развлеки даму, чтобы она не скучала, – и вложил ладошку Катарины в его.
Я говорил, что он слишком юн? Так вот Тихан, сохраняя молчание, нервным жестом указал сначала на себя, потом на девушку, приходившую в себя. При этом он не спускал с меня испуганного взгляда, словно не знал, как себя нужно вести с представительницами противоположного пола. Тихан с выражением немой мольбы, застывшим на его лице, ждал от меня подсказки.
Правую руку я положил на спину воображаемой партнёрши, а левой взял её за руку. Пару раз качнулся из стороны в сторону, недвусмысленно намекая на танец. У мальчишки дернулся кадык. Кажется, к такому повороту событий он не был готов. Остальные ребята уже присоединились к танцующим парам.
Пока мы отдыхали, наследный принц Марчело и его сестра, Архелия, открыли бал. К ним уже присоединились другие танцующие пары. Король Базилир наблюдал за гостями со своего трона. К нему то и дело подходили подхалимы, но взор его был прикован к одному человеку – к фигуре магуры.
В это время Далион подвёл спутницу к кругу танцующих и обхватил правой рукой Волкику за талию. Его улыбка стала шире. Кика положила левую ладонь ему на плечо. Они вдвоём не мигая наблюдали, как их руки соприкоснулись. И настолько интимным был этот жест, что я почувствовал себя неловко, словно подглядывал. Все наблюдали за этими двоими, но пара, казалось, не замечала пристального внимания, словно вокруг них никого не было.
В такт музыке Далион и Волкика переместились в центр зала, не отрывая глаз друг от друга. Одна мелодия сменила другую. Теперь зазвучала тронда – сложный танец. Многие отказывались его танцевать, потому что слишком уж близко партнёры должны были быть к друг другу. Однако маг и магура не остановились. Они следовали музыке, не отставая и не торопясь, как это обычно бывает у тех, кто исполняет тронду впервые в паре. Их шаги были точными и отлаженными, словно они долго тренировались перед этим выступлением. В их движениях чувствовалось единение. Они танцевали, глядя друг на друга, и улыбались. Между ними как будто происходил безмолвный разговор, понятный только им двоим. Её рука нежно поглаживала его плечо, а его руки ласкали её открытую спину. Далион и Волкика балансировали на грани приличия. Для них никого не существовало, кроме них самих. Они полностью растворились в танце.
Пришла очередь весёлой и быстрой рольки. Круг быстро заполнился желавшими станцевать её. Юбки барышень раздувались от стремительных движений. В глазах зарябило от разноцветных платьев и костюмов танцующих пар, и я потерял этих двоих из виду. Не найдя их взглядом, плюнул на это бесполезное дело и взял бокал вином. Стараясь меньше привлекать внимания и не сталкиваться со знакомыми, прошел через анфилады залов и спустился через открытые двери по лестнице в сад, освещенный магическими фонарями, где гости короля могли отдохнуть. Однако сад пустовал, потому что снаружи чувствовался лёгкий морозец, который отпугивал разгорячённых танцами гостей и любителей уединиться. Для этого предостаточно мест в альковах в самом дворце.
По тропинке, усыпанной белым гравием, я дошёл до увитой декоративным виноградом беседки. Сел на лавку.
Мне нужна была тишина, чтобы обдумать случившееся. Предположения о том, что Волкика – невеста Далиона, получило неопровержимое доказательство. Сердце болезненно сжалось. Я сделал глоток вина, которое быстро становилось холодным и тягучим на морозе. Что здесь делал Далион? По своей ли он здесь воле или его сюда отправила Северина? Пока я пытался поднять Волкику, совсем забросил остальные дела.
Хрустнул гравий, и я лёг на лавку, желая остаться незамеченным. Бокал с вином поставил на пол рядом с ножкой лавки.
– Постой, Далион! – воскликнула Волкика.
Я узнал её голос. По спине пробежала стайка мурашек. Они явно намеревались зайти в беседку. Шаги приближались. В панике я забрался под лавку. Туда не попадал свет, да и костюм темного цвета не выдаст моего присутствия.
Первой вошла Волкика. Она направилась к противоположной от меня части беседки, освещенную фонарём. Магура подошла к заграждению и облокотилась на него, всматриваясь в фигуры, мелькавшие в окнах дворца. Следом за ней появился Далион. Он подошел к ней сзади. Маг положил свои руки на её плечи и прижался к ней, шумно вдыхая аромат ее волос, собранных в косу вокруг головы. Она же откинулась на его, крепко сжимая поручни.
– Ты нисколько не изменилась, – прозвучал в ночной тиши голос мага, – Гара. Твои волосы всё также горят золотом и пахнут яблоками, – его руки спустились на её талию, прижимая сильнее к себе.
– Не могу сказать того же о тебе, – освобождаясь из его объятий, Волкика снова облокотилась на перила. – Ты изменился.
– Ошибаешься, – его руки скользнули с плеч вниз по ее рукам к ладоням, сплетаясь с ее пальцами. – Я всё ещё ношу браслет.
– А я нет, – отрезала магура, вырывая свои руки из его. – И это ты ошибаешься, – она так резко повернулась к нему, что маг отпрянул от неё. – Я очень сильно изменилась. Мне не стать прежней. Никогда.
– Я скучал, – прошептал он.
– Я тоже, – просто ответила Кика. – Так, в чём же дело, Далион?
– Я не отступлюсь от своей клятвы, – он сделал шаг к ней, так что ей пришлось поднять голову, чтобы видеть его лицо.
Моё укрытие позволяло видеть всё это, не выдавая себя.
– Это не клятва, а всего лишь обещание, – она немного наклонила голову. – От которого я тебя освобождаю, – после её слов послышался щелчок.
На левом предплечье сквозь плотную ткань сюртука проступил золотой браслет. Он упал на пол с тихим звоном и исчез.
– Зачем? – недоуменно спросил Далион. – Я же мог тебя вытащить отсюда.
– Потому что меня больше нет в твоём сердце, – ответила Волкика, опустив голову.
Её плечи поникли.
– Неправда, – маг приподнял её голову за подбородок. – Ты нужна мне, а я нужен тебе. Я люблю…
Кика приложила палец к его губам, не давая ему произнести заветных слов.
– Тш-ш, – остановила она его. – Не смей предавать ее, – прошептала магура. – Почему ты отвергаешь ее? Что с ней случилось? Где она?
– Не знаю, – Далион отпустил её подбородок и пожал плечами. – Не знаю, – тихо повторил он.
– Она же не умерла? – допытывалась Волкика.
– Не знаю я! – воскликнул мужчина в сердцах, отстраняясь. – Не спрашивай!
– Теперь ты понимаешь, – она улыбнулась, – кто живёт в твоём сердце?
– Но мы же хотели быть…, – он не договорил. – Прости, – надрывающимся голосом произнес Далион.
– Не вини себя, – Кика коснулась его руки. – Я первой нарушила обещание, убив человека.
– Я должен был помочь тебе, – он опустился перед ней на колени, обнимая её за талию и прижимаясь лицом к её животу. – Я бросил тебя одну.
– Помнишь, – магура запустила свои пальцы в его волосы, пригладила взъерошенные пряди, – что это я уехала тогда, а не ты, – Волкика опустила свои руки ему на плечи. – Так что же случилось с ней? – Она отодвинулась от него, чтобы видеть выражение его лица.
– Она ещё ребёнок, – тихо признался он. – Сестра моего друга.
Послышался тихий смех Кики:
– И это всё? – она заставила его подняться с колен.
– Нет, – последовала тишина. – Всё свидетельствует о её смерти. Я видел её за несколько мгновений до взрыва, – негромко продолжил он.
Какой взрыв? Опять что-то с воздушным портом? Далион влюбился в Рикари, сестру Кирлана? Я не мог задать эти вопросы, не обнаружив себя.
– Тело нашли? – Поинтересовалась Волкика и, получив отрицательный ответ, снова спросила: – Почему тогда сомневаешься?
– Она была в эпицентре, – его голос дрогнул.
– Ты не понял моего вопроса, – она схватила его за руку, заставляя посмотреть в её глаза. – Что заставляет тебя сомневаться в её смерти? Что не даёт тебе отпустить её?
Я не ждал, что он ответит, но после продолжительной паузы ответ всё же последовал:
– Её мадин. Она утверждает, что её госпожа всё ещё жива, но находится на грани.
– Тогда чего ты ждешь? – снова спросила Кика. – Зачем тратишь время впустую?
– Я не знаю где искать, – вскинул руками мужчина. – Я не знаю как искать!
– Тогда найди тех, кто знает, – в голосе Волкики появились металлические нотки. – Ты же никогда не сдавался, Далион! Если она так дорога тебе, то не отпускай ее, – магура отвернулась. – Иначе потеряешь, как меня, – уже тише добавила она.
– А ты? – раздался робкий вопрос.
– У меня есть дети, Далион, – твердо ответила Кика, не сомневаясь. – Я их не брошу, – подойдя к нему, она похлопала его по плечу. – В них моя кровь.
– Ты справишься? – в голосе мага звучали нотки беспокойства.
Волкика подошла к нему и положила руки ему на плечи. Приподнявшись на носочки, она проговорила ему на ушко:
– Если не вернешь её, я лично сделаю из тебя фарш.
– Спасибо, – ответил он, обняв её, как оказалось впоследствии, в последний раз.
– Ты всё ещё здесь? – игриво спросила Волкика.
Мужчина отпустил её. Она отошла к перилам и облокотилась на них спиной.
– Иди и не оглядывайся назад, – нарушила, наконец, магура молчание. – Ты же меня с ней познакомишь?
– Она тебе понравится, – улыбаясь, ответил маг.
– С нетерпением жду нашей встречи, – она помахала ему ручкой.
Далион ничего не ответил. Молча развернувшись, он покинул беседку, ни разу не оглянувшись.
Прошло всего несколько секунд, как Волкика рухнула на пол беседки. Я едва успел выбраться из своего укрытия, чтобы подложить под её голову ладонь. Боли от удара даже не заметил. Всё моё внимание было приковано к её лицу, на котором застыло выражение муки. Я не сразу понял, что Кику скрутила очередная судорога, самая сильная. Её тело задеревенело. Из её глаз полились слёзы. От чего она плакала, не знаю. То ли от того, что её жених, если судить по разговору, полюбил другую, то ли от боли, сковавшей её.
Я положил её голову себе на колени и гладил по растрепавшимся волосам. Ждал, когда приступ пройдёт. Волкику отпустило через пять минут. Однако слёзы катились по её щекам, оставляя мокрые дорожки на лице. Смотря на то, как она страдала, я осознал, что готов пойти на всё, чтобы вновь увидеть её улыбку, обращённую только уже мне. Если потребуется, я порву и соединю мир. Сотру в прах всех врагов! Лишь бы она больше не плакала…