Текст книги "Идеальный мир для Химеролога 8 (СИ)"

Автор книги: Олег Сапфир

Соавторы: Марк Альтергот
сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Глава 9

Крупнокалиберный пулемёт на крыше нашего броневика выплёвывал длинные очереди, разрывая ночную мглу трассирующими пулями. Горячие гильзы звонко сыпались на металлическую обшивку. Вокруг машины кипел ожесточённый бой. Мои ветераны, разбившись на двойки, истребляли наседающих со всех сторон тварей. Их химеры работали в идеальной связке со своими хозяевами.

Я сидел на корточках всего в каких-то десяти метрах от этого побоища и внимательно разглядывал небольшую кочку у корней старого дуба.

– А вот это, между прочим, уникальный экземпляр, – сказал я, доставая нож и аккуратно подрезая ножку растущего из земли гриба. – Потрясающая селекция… Изначально это был банальный зелёный мухомор. Споры попали в желудок крупного травоядного. Тварь не смогла переварить токсин и выплюнула споровую массу. Затем эту биомассу подобрал падальщик, потом процесс повторился с третьим существом, с четвёртым…

Я бережно очистил шляпку гриба от налипшей грязи.

– … и только на десятом носителе, спустя добрую сотню дней блуждания по пищеварительным трактам местной фауны, гриб смог перевариться и выйти естественным путём. В результате мы получили этого красавца. В его структуре запечатана эссенция десяти разных видов. Если правильно синтезировать экстракт, получится мощнейший стимулятор клеточного роста…

Мимо меня пролетел оторванный хвост какого-то ящера и шлёпнулся в кусты.

– Командир! – донёсся сдавленный рык Кабана, который в этот момент отбивался от двух покрытых роговыми пластинами волков. – Твоя лекция очень познавательна! Но давай мы дослушаем её чуть попозже! Нас тут сейчас сожрут!

Я аккуратно убрал гриб в контейнер и выпрямился.

– А что такого? Вы прекрасно справляетесь. Ничего страшного не происходит. Обычная рабочая обстановка…

– Ничего страшного⁈ – возмутился Беркут, перезаряжая свой карабин. – Шеф, и ещё одно… Очень тебя прошу. Никогда больше не нажимай на ту кнопку! Вообще забудь о её существовании!

Я мысленно вернулся на полчаса назад. Мы приехали на берег Чёрного озера, вышли из машин. Вокруг стояла абсолютная тишина. Никаких монстров, никаких засад… Ветераны уже начали расслабляться, доставать фонари и обсуждать план патрулирования. А я посмотрел на пустой лес и решил, что тратить всю ночь на поиски единичных особей – это контрпродуктивно.

Я подошёл к броневику и нажал на панели приборов специальную кнопку, которую предварительно попросил Агнессу установить. На крыше машины выдвинулась компактная цилиндрическая система. Из динамиков ударил мощный акустический вой, скомбинированный с сигналом агрессии. Звуковая волна прокатилась по лесу, и уже через пять минут к нам сбежалась вся активная фауна в радиусе нескольких километров.

– Зато нам не нужно никого искать в темноте, – ответил я Беркуту. – Они сами нас нашли. Идеальная экономия времени. К тому же, вам нужна была хорошая тренировка.

Боевое слаживание в условиях реального стресса под моим чутким руководством стоило десятка часов теории в безопасном подвале. Я видел прогресс. Люди учились доверять своим питомцам, а химеры привыкали защищать людей.

Сбоку хрустнули ветки. Из темноты на меня выпрыгнула химера. Её длинное сегментированное тело напоминало скорпиона. Тварь находилась в полёте и уже выбросила вперёд свой гибкий хвост. Массивный костяной шип, покрытый густой фиолетовой слизью, устремился мне прямо в лицо.

Я поднял правую руку, выставил ладонь навстречу удару, и шип вонзился в мою кожу. В этот же момент я активировал внутренний поглощающий контур. Острая кость начала стремительно терять плотность. Она растворялась, превращаясь в поток энергии, который вливался в мои каналы. Я расщеплял структуру шипа на базовые элементы, впитывая все заложенные в него свойства.

Скорпион упал на землю у моих ног. Тварь забилась в агонии, издавая булькающие звуки. Её биология была завязана на постоянной циркуляции яда через хвост. Обычно она выстреливала шипом, поражала жертву и возвращала кость на место для регенерации заряда. Потеряв свой главный атрибут, она утратила возможность сбрасывать токсин, и теперь её собственная кислота сжигала внутренние органы.

– Командир! – крикнул Глазок, заметив нападение.

– Я в порядке, – сказал я, демонстрируя целую ладонь. Место удара уже полностью затянулось. – Она промазала.

Я опустил взгляд на умирающего скорпиона и проанализировал полученную энергию. Атрибут оказался весьма мощным. Он совмещал в себе свойства концентрированного растворителя и агрессивного вируса. Поражённая цель получала сильные химические ожоги и погибала от заражения крови в течение нескольких минут.

Создатель этой химеры оказался явным дилетантом. Духовная связь между атрибутом и носителем практически отсутствовала. Качественная работа подразумевает наличие двух гармонирующих атрибутов, поддерживающих друг друга. Здесь же присутствовал десяток разнородных свойств, спаянных в один нестабильный ком. Они держались вместе только за счёт грубой магической силы, напоминая мешок с инструментами, перевязанный гнилой верёвкой.

Сражение на поляне продолжалось. Ветераны держали периметр, но количество тварей не уменьшалось. Тогда я решил немного ускорить процесс зачистки.

Шагнул навстречу крупному ящеру, который пытался обойти Торквемаду со спины. Я уклонился от щёлкающих челюстей, перехватил тварь за толстую шею и заглянул ей прямо в глаза. Выпустил тонкий направленный импульс чистого страха. Зрачки ящера расширились до предела, сердце не выдержало перегрузки нервной системы, и монстр свалился на землю мёртвым грузом.

Следующим оказался покрытый шипами волк. Я пропустил энергию через свои мышцы, усиливая физическую плотность тела. Принял удар лапы на предплечье, шагнул вперёд, перебросил тварь через бедро и с хрустом сломал ей переднюю конечность.

– Добивайте, – бросил я, отступая в сторону.

Алабай Седого мгновенно вцепился волку в глотку, заканчивая дело.

– Давайте, бойцы! – подбодрил я отряд, наблюдая за их действиями. – Освобождайте моё озеро. Мы тут такой пансионат забабахаем, всем пансионатам пансионат. Лечебные грязи, чистый воздух, отсутствие надоедливых соседей…

Бой продолжался ещё около часа. Наконец, последний монстр пал под ударом кувалды Шквала. Ветераны тяжело опустились на землю рядом с броневиком. Они тяжело дышали, вытирая пот со лбов. Пыж достал флягу и сделал большой глоток, передав её Молчуну.

– Отличная работа, – я подошёл к машинам.

Костыль снял свой рюкзак, достал портативную горелку и принялся разводить огонь. Через несколько минут в котелке забулькала вода.

– Знаете, а я даже рад, что мы сюда выбрались, – произнёс Кабан, вытягивая гудящие ноги. – В городе стены давят. А тут простор. Вон, Косолапый тоже доволен.

Его медведь действительно выглядел умиротворённым, лёжа на боку и обгладывая кость какого-то мутанта.

– Ага, простор, – усмехнулся Глазок, проверяя заряд своего арбалета. – Особенно когда этот простор пытается тебя на части разорвать. Но адреналин бодрит, этого не отнять.

Я сел на ящик с боеприпасами, слушая их разговоры. Они обсуждали удачные удары, спорили о тактике и делились впечатлениями от работы своих питомцев. Дикобраз забрался на колени к Булату и подставил колючую спину для почёсываний.

– Слушайте, – вдруг подал голос Булат, вглядываясь в темноту леса. – А вам не кажется, что тварей в округе как-то меньше становится? Раньше они тут кишмя кишели, а сейчас даже шороха не слышно.

– Да ну, вам это кажется, – спокойно ответил я.

– Да нет, командир, – поддержал его Ржавый. – Я тоже заметил. А ещё я видел какую-то птицу, огромную такую… Она подлетела к краю поляны и спёрла труп ящера. Просто схватила когтями и утащила в небо.

– Это вам тоже кажется, – я откинулся на холодный металл броневика. – Что вы всё время выдумываете? В последнее время то боевые хомяки-ниндзя мерещатся, теперь вот у вас аисты пошли. Усталость сказывается на восприятии.

– Я же не говорил, что это был аист, – нахмурился Ржавый.

– Ну и не надо, – отрезал я. – Как там у вас говорят, молчание – золото. Лишняя информация только перегружает мозг.

Семён Петрович подошёл к броневику и пнул спущенное колесо.

– У нас сил нет вообще. И машина накрылась. Подвеску пробило, гидравлика течёт… Мы на ней до города не дотянем.

Глазок поднялся с земли и осмотрел повреждения.

– Я её отремонтировать смогу, – сказал техник, вытирая руки ветошью. – Но мне надо хотя бы два-три часа для этого. Сейчас я даже гаечный ключ не подниму, руки дрожат.

– Ну раз так, то ложитесь спать, – предложил я.

Ветераны в шоке уставились на меня.

– Спать? В Диких Землях? Рядом с горой свежего мяса? – переспросил Беркут. – Командир, при всём уважении, но это нужно быть сумасшедшими. Да нас же тут через уже десять минут сожрут вместе с машинами.

– Не переживайте, – я встал и поправил воротник куртки. – Даю вам слово, что этой ночью нас здесь никто не тронет. Вы можете спокойно отдыхать.

Я подошёл к краю поляны и активировал свою ауру – сформировал плотный ментальный купол над нашим лагерем. Для любой дикой химеры эта поляна теперь ощущалась как логово самого крупного и смертоносного хищника в регионе. Ни один инстинкт самосохранения не позволит им приблизиться к этому месту.

– А поутру у вас будет время всем заняться, – добавил я, возвращаясь к костру. – Глазок починит транспорт, остальные соберут ценные образцы. А я пока отлучусь на некоторое время…

* * *

Ветеринарная клиника «Добрый Доктор»

Приёмная

Валерия зажала телефон между ухом и плечом, освобождая руки для сортировки утренней корреспонденции. В трубке щебетала её давняя знакомая, активно расспрашивая о новой работе и требуя пикантных подробностей о суровых буднях администратора в опасном районе.

– Да говорю же тебе, абсолютно спокойная работа, – ответила Валерия, просматривая накладную на поставку медикаментов. – У меня тут сплошная рутина. Сижу за стойкой, скучаю, заполняю карточки клиентов… Вообще ничего интересного не происходит, день сурка какой-то.

Она потянулась к своей чашке с горячим кофе. В этот момент потолочная панель над её рабочим местом сдвинулась в сторону. Сверху спустилась тонкая чёрная верёвочка. По ней, перебирая лапками с невероятной скоростью, съехал вниз пухлый хомяк в тактической разгрузке. Он мягко приземлился на край фарфорового блюдца, деловито огляделся и ухватился за чайную ложку.

Следом за ним из вентиляционного отверстия выпрыгнул второй грызун. Он приземлился точно рядом с сахарницей, принял боевую стойку и нанёс молниеносные удары задней лапой, отправляя три кубика рафинада по идеальной дуге в воздух. Первый хомяк ухватил их и с ловкостью жонглёра с тихим плеском опустил в кофейную чашку, а затем тут же принялся интенсивно размешивать напиток, создавая внутри водоворот.

– Нет, серьёзно, никаких приключений, – продолжала Валерия, даже не моргнув глазом и наблюдая за работой своего пушистого спецназа. – График удобный, начальник адекватный…

Хомяк закончил перемешивать кофе, аккуратно положил ложку на салфетку, зацепился за свою веревку и пулей улетел обратно под потолок. Его напарник подпрыгнул, ухватился за край отъезжающей панели и скрылся в темноте вентиляционной шахты.

Над входной дверью звякнул колокольчик. В клинику вошёл мужчина в дорогом кашемировом пальто, с явными признаками сильного переутомления на лице. Он с трудом удерживал натянутый брезентовый поводок, на другом конце которого упиралось нечто крупное и очень нелепое.

Собака напоминала гибрид кавказской овчарки и болонки. Огромное мускулистое туловище покоилось на коротких кривых лапах, а массивная голова утопала в облаке белой кудрявой шерсти. Зверь постоянно принюхивался, смешно дёргая мокрым носом.

– Добрый день, – Валерия положила телефон на стол и переключилась в профессиональный режим. – Чем могу помочь вашему питомцу?

– Девушка, спасайте, – взмолился клиент, наматывая поводок на руку. – Мне нужно с ней разобраться. Вколите ей все прививки от бешенства, от чумки, от агрессии… да от всего, что у вас есть.

Валерия открыла электронный журнал регистрации в компьютере.

– У животного наблюдались признаки бешенства? Повышенное слюноотделение, светобоязнь, водоотрыжка?

– Вроде бы бешенством она не болеет, – мужчина устало потёр переносицу свободной рукой. – Но фиг его знает, я уже все методы перепробовал, ничего не помогает. Она у меня какая-то слишком злая стала в последнее время.

– И в чём конкретно проявляется её злость?

– Ну… она долбанутая просто, – честно признался хозяин, с укором глядя на свою питомицу.

– Понятие весьма растяжимое, – Валерия приготовилась записывать симптомы. – А в чём именно проявляется эта самая долбанутость?

В этот момент собака, уставшая стоять на месте, заинтересовалась пластиковым стулом для посетителей. Она подошла к нему, широко раскрыла пасть и с хрустом перекусила спинку пополам. Выплюнув кусок пластика, зверюга радостно завиляла коротким хвостом, подхватила оставшуюся часть стула зубами и начала носиться с ней по приёмной, подбрасывая свою добычу в воздух.

Хозяин только тяжело вздохнул, наблюдая за этим погромом.

– Вот видите? Она всё в рот тащит, всё грызёт на своём пути, я уже задолбался мебель дома менять…

Собака бросила остатки стула, подбежала к стойке администратора, примерилась и откусила солидный кусок от ламинированной столешницы. С громким чавканьем она пережевала дерево, выплюнула щепки на пол и побежала исследовать дальний угол коридора.

– Я всё возмещу, запишите в счёт, – привычно произнёс мужчина, доставая толстый бумажник. – Я к такому уже привык. Мне просто нужны прививки, которые там идут по возрасту. Но если ваш доктор сможет ей пасть зашить или хотя бы заблокировать, то я тоже совершенно не против.

Валерия спокойно смахнула древесные крошки с клавиатуры.

– Хорошо, мы подберём для неё комплексную терапию. Давайте вашу собачку сюда, я проведу её в смотровой кабинет к специалисту…

– Девушка, вы не сможете её удержать, – покачал головой клиент. – Я же вам русским языком говорю, она кусает вообще всё живое и неживое.

В подтверждение его слов пушистая химера вернулась из коридора, подошла к своему хозяину и без малейшего предупреждения сомкнула челюсти на его икре. Мужчина даже не поморщился, продолжая стоять с абсолютно спокойным лицом, пока зверь висел на его ноге.

Валерия удивлённо приподняла бровь, глядя на эту странную картину.

– Ну, если бы я не был Одарённым с высоким уровнем физического укрепления, то она бы меня уже давно переломала пополам, – буднично пояснил клиент, глядя на вцепившуюся в него собаку. – А так ей просто играться хочется, зубки чешет…

– Понимаю вашу проблему, – кивнула Валерия. – У нас есть специалист по работе с гиперактивными пациентами, подождите минутку…

Она нажала кнопку, вызывая подмогу.

Из коридора вышел Радик. Маленький примат был одет в специально сшитый для него ярко-оранжевый комбинезон пожарного с капюшоном, полностью скрывающим его кристаллическую броню. Костюм сидел мешковато, делая обезьянку похожей на забавного гнома-переростка.

– Радик, проведи пациента во вторую смотровую, – распорядилась Валерия.

Обезьянка послушно подошла к клиенту, протягивая лапку к поводку. Собака мгновенно отпустила ногу хозяина, переключив внимание на новую, более интересную цель, раскрыла пасть и с агрессивным рыком вцепилась Радику прямо в бок, подняв маленького примата над полом.

Радик повис в зубах огромной собаки. Он медленно повернул голову к Валерии, тяжело вздохнул, а затем спокойно опустил ноги на плитку и выпрямился. Собака, намертво сцепившая челюсти на его комбинезоне, оказалась висящей в воздухе боком. Её короткие лапы смешно заболтались в пространстве.

Примат невозмутимо поправил капюшон свободной лапой и зашагал по коридору в сторону кабинета, унося на своём боку брыкающуюся и рычащую тушу.

Мужчина удивлённо проводил их взглядом, уважительно присвистнув.

– Да, вижу, у вас тут тоже сильные Одарённые работают, вообще клёво устроились. Но вы там скажите врачу, чтобы поосторожнее были, а то этого мелкого пацана ещё перекусят напополам в кабинете.

Валерия вспомнила недавние тренировки в подвале, где Радик выдерживал удары пудовых молотов благодаря своему алмазному панцирю, и снисходительно улыбнулась клиенту.

– Вы можете совершенно не переживать за здоровье нашего сотрудника. Если в этом городе вдруг случится глобальный конец света, то, скорее всего, этот пацан будет единственным, кто его благополучно переживёт.

Глава 10

Мы шли по берегу Чёрного озера, увязая тяжёлыми ботинками в сыром грунте. Семён Петрович Орлов шагал справа от меня, привычно держа палец рядом со спусковой скобой своего штурмового карабина. Ветеран наотрез отказался отпускать меня одного на эту разведку, мотивируя своё решение пунктами нашего трудового договора и личной паранойей. Псих трусил впереди, раздвигая грудью заросли высокого папоротника.

– Командир, мы уже битый час топчем эту грязь, – подал голос Беркут, перешагивая через длинный корень. – Можешь хотя бы примерно обрисовать параметры нашей цели? Кого мы ищем в этой глуши?

Я отодвинул рукой колючую ветку.

– Мы ищем химеру, Семён Петрович. Мне нужен будущий хранитель этого места. Так сказать, надёжный страж для нашего будущего санатория.

Беркут понимающе хмыкнул и продолжил сканировать взглядом подлесок. Лес вокруг жил своей привычной агрессивной жизнью. Местная фауна постоянно пыталась проверить нас на прочность. Из густого малинника наперерез нам выскочила стайка зубастых ящериц, клацая челюстями. Псих просто щёлкнул челюстями, перекусив ближайшую рептилию пополам, а остальных раскидал мощными ударами лап.

Чуть позже мы вышли на небольшую просеку. Там, у ствола поваленной сосны, копошилась шестиногая амфибия размером с квадроцикл. Её бугристая кожа выделяла едкую кислотную слизь, плавящую траву под лапами. Тварь отрывала куски мяса от туши какого-то кабана и громко чавкала.

– Посмотри на этот экземпляр, – предложил Семён Петрович, останавливаясь и вскидывая карабин. – Здоровая туша, бронированная. Слизь у неё убойная. Может, эту кракозябру возьмём на должность охранника?

Я окинул взглядом жующую амфибию.

– Не, не подходит. Абсолютно бесперспективный материал.

Ветеран опустил оружие и с сомнением посмотрел на меня.

– Думаешь, не потянешь её подчинить? Выглядит она действительно сурово.

– Потянул бы легко, – я пожал плечами, продолжив движение. – Я могу свернуть её примитивный мозг в узел за секунду. Но зачем мне тратить энергию на создание охранника из куска агрессивного мяса? У неё интеллект инфузории-туфельки.

Мы продолжили путь. Лес подкидывал нам всё более жутких обитателей. Мы миновали лежбище огромных пауков с металлическим ворсом. Обошли стороной территорию стаи саблезубых рысей, которые следили за нами с верхних веток. Я раз за разом отрицательно качал головой, бракуя каждого кандидата.

Беркут остановился у ручья, вытирая пот со лба.

– Я начинаю терять нить твоей логики, командир, – признался он. – Мы прошли мимо десятка элитных монстров. Чего мы ищем? Дракона?

Я скривился, услышав это слово.

– Избавь меня от общения с драконами. Я манал вести с ними любые дела. Мудаки они редкостные.

Моя память услужливо подкинула воспоминания о прошлых воплощениях. Опыт работы с чешуйчатыми ящерами у меня накопился богатый. Драконы обладают колоссальным эго. Ты можешь спасти их вид от вымирания, вылечить их детёнышей, подарить им новые ареалы обитания. Они примут это как должное. Позже они обязательно попытаются испепелить тебя за неправильную интонацию при разговоре. Они считают себя вершиной эволюции и категорически отказываются идти на компромиссы.

Я остановился, когда в воздухе появился едва заметный след – тончайшая эфирная нить пульсировала болью и отчаянием.

– Туда, – я указал рукой направление. – Ускоряемся.

Мы побежали через чащу. Я легко перепрыгивал через ямы, ориентируясь на угасающий сигнал. Беркут старался не отставать, тяжело дыша за моей спиной. Мы выбежали на край оврага, дно которого густо заросло папоротником.

– Пришли, – я спустился вниз и подошёл к переплетённым корням старого вяза. – Вот здесь прячется то, что нам нужно, – я обернулся к ветерану. – Петрович, сейчас ты полностью игнорируешь происходящее. Сохраняешь спокойствие и не задаёшь лишних вопросов. Это стандартный химерологический процесс. Лады?

Беркут молча кивнул, опуская ствол карабина.

Я опустился на колени и принялся аккуратно раскапывать землю руками. Разгрёб прелые листья, убрал сухие ветки и расширил узкий лаз между корнями. В глубине тёмной норы лежал комок серой шерсти.

Это был обычный лесной кролик с незначительными признаками химерных мутаций. Его спина была исполосована глубокими царапинами от птичьих когтей. Шерсть слиплась от крови. Зверёк дрожал всем телом, тяжело и прерывисто дыша.

– Вот наш будущий страж, – констатировал я, аккуратно извлекая зверька на свет.

Семён Петрович вытаращил глаза на окровавленного грызуна.

– Ты сейчас серьёзно говоришь? Вот этот кусок меха? Да он по размеру уступает моему сапогу. Каким образом он станет хранителем целой территории?

– Очень простым образом, – ответил я, устраивая кролика на своих коленях.

Я положил ладонь на его повреждённую спину. Моя энергия мягко потекла в маленькое тельце, останавливая кровотечение и стимулируя регенерацию разорванных тканей. Я настроил ментальный канал, синхронизируя свои мысли с примитивным разумом зверька, чтобы он чётко понимал каждое моё слово.

– Попробуй оценить ситуацию аналитически, Петрович, – я продолжил разговор с ветераном, не прерывая лечения. – Мы встречали сегодня множество сильных хищников. Они демонстрировали чистую первобытную кровожадность. Часть из них хотела нас убить ради спортивного азарта. Другие монстры атаковали нас из банального голода. Хищники избегают равных противников, всегда ищут слабую добычу для лёгкого обеда.

Я погладил кролика по ушам. Дрожь в его теле начала утихать.

– Этот зверёк имел совершенно иные приоритеты. Его интересовало мирное существование. Он планировал выкопать удобную нору, найти пару и завести большое потомство. Совершенно нормальные жизненные цели. Посмотри на результаты встречи с местной экосистемой. Мелкие хищные птицы разодрали ему спину. Чудо, что он не погиб.

Я провёл рукой над норой, считывая остаточный эфирный фон.

– В этом убежище отсутствует свежий запах его сородичей. Живые особи покинули эту нору несколько дней назад. Весь его выводок погиб. Родители и братья стали кормом для хищников. Он остался в полном одиночестве. Зверёк долго сидел в укрытии, ожидая семью. Затем он отправился на поиски. Семью он потерял окончательно, зато обрёл врагов.

Я указал на его заднюю лапу, которая неестественно болталась.

– Лапа перебита. Он сломал кость о корягу во время панического бегства от пернатых охотников. Сейчас он испытывает сильный голод, боль и одиночество. Он дрожит в этой яме без единого шанса на выживание. А теперь подними голову и посмотри наверх.

Беркут задрал голову. Высоко в небе, прямо над нашим оврагом, кружили три крупные птицы с широким размахом крыльев. Они плавно описывали круги, выжидая удобного момента.

– Пернатые стервятники ждут нашего ухода, – пояснил я. – Они планируют закончить начатое и сожрать его.

Я опустил взгляд на кролика, который внимательно смотрел на меня своими чёрными глазками-бусинками. Мой ментальный канал передавал ему всю суть сказанного.

– Хочешь получить истинный смысл жизни? – спросил я напрямую у грызуна. – Я изменю твою судьбу. Никто больше не посмеет оценивать твою жизнь и решать твою участь. Ты сам установишь правила игры в этом лесу. Я дам тебе цель и силу для мести. Ты уничтожишь всех кровожадных тварей, обожающих обижать маленьких существ.

Беркут недоверчиво хмыкнул, глядя на нашу беседу.

– Командир, ты имеешь уверенность в том, что он…

Кролик медленно и чётко кивнул головой. Семён Петрович подавился воздухом и замолчал.

– Отличный выбор, – я улыбнулся. – Сделка официально заключена. Добро пожаловать в ряды моих химер. А теперь спи.

Я провёл ладонью над его глазами. Кролик мгновенно уснул, погружаясь в глубокий транс. Моя магия хлынула в его кровеносную систему, пробуждая древнюю память крови и запуская процесс распаковки спящих атрибутов.

– Твоё пробуждение принесёт много новых знаний, – произнёс я, обращаясь к спящему зверьку. – Ты должен доказать собственную ценность. Птицы в небе знают вкус твоей крови и обязательно найдут тебя. Уничтожь эту угрозу.

Я аккуратно положил кролика обратно в нору. Загрёб землю руками, восстанавливая маскировку укрытия, и укрепил своды магическим импульсом для надёжности.

– Идём отсюда, – я поднялся на ноги и отряхнул колени. – Он найдёт нас сам через некоторое время.

Мы зашагали обратно к машинам. Беркут шёл молча, переваривая увиденное, а я размышлял о правильности своего выбора. Настоящие шедевры химерологии получаются именно из таких забитых существ. Звери, потерявшие всё, принимают новую силу с невероятной отдачей. У этого кролика присутствовала важнейшая деталь – высокий уровень интеллекта.

Дополнительным фактором стала другая эмоция, которую я считал из его ауры во время сканирования – сострадание.

Я утаил от Беркута один важный момент. Этот маленький кролик нашёл своих родственников во время нападения хищников. Он услышал крики и бросился им на помощь. Маленький пушистый зверёк атаковал превосходящего противника, пытаясь защитить своих близких, но опоздал и получил тяжёлые увечья, самоотверженность дорогого стоила.

Разумный монстр с сильным чувством эмпатии. В этом маленьком теле оказалось больше человеческих качеств, чем у многих высокопоставленных жителей столицы. И я принял решение дать ему шанс на эволюцию.

Поиск завершился удачно, оставалось только ждать результатов его первого самостоятельного боя. Посмотрим на дальнейшее развитие событий…

* * *

Петербург, Российская Империя

Зал заседаний Высшего Совета

Император Всероссийский Фёдор Владимирович Емельянов опирался кулаками о стол и методично разносил присутствующих в пух и прах. Высшие чиновники Империи сидели с бледными лицами, боясь лишний раз пошевелиться под тяжёлым взглядом государя.

Игорь Валерьевич Корф, глава Департамента Социального Мониторинга при Императорской Канцелярии, чувствовал стекающую по спине каплю пота. Ему тоже было тяжело находиться в этом помещении, ведь перспектива получить жестокий выговор за чужие ошибки казалась более чем реальной.

– Я требую объяснений! – кричал Император. – Государство двести лет выделяло колоссальные средства на содержание артефактного саркофага. Миллионы рублей уходили на подпитку защиты, охрану и исследования. А внутри оказалось непонятное чучело, собранное из мусора! Вы понимаете масштабы этого обмана? Группу мошенников снабжали деньгами из казны, пока они откровенно смеялись над всей системой контроля!

Фёдор Владимирович выпрямился, окинув взглядом министров:

– Теперь перейдём к следующему вопросу. Почему в жилом секторе города вообще произошёл подземный прорыв? Где находились дежурные стражи? Где располагалась охрана периметра? Почему отсутствовали огневые точки на ключевых перекрёстках?

Министр обороны поднялся со своего места, нервно поправляя мундир:

– Ваше Величество, размещение стационарных огневых точек в густонаселённых спальных районах показывает крайне низкую эффективность. Вероятность сопутствующего ущерба инфраструктуре превышает…

– Да в жопу вашу эффективность! – рявкнул Император, ударив ладонью по столу. – Там люди чуть не погибли. Нам просто повезло избежать колоссальных потерь, и мы обошлись только ранеными. Вы представляете себе творившийся на улицах хаос? Как я должен смотреть в глаза своим подданным после такого провала?

В разговор вступил министр внутренних дел:

– Государь, этот сектор всегда считался неблагополучным. В связи с последними событиями мы можем взять район в жёсткие рамки. Предлагаю организовать постоянные проверки документов, ввести комендантский час и ужесточить правила перемещения. Население будет занято соблюдением нового регламента, у них просто не останется времени на недовольство властью…

Император посмотрел на министра испепеляющим взглядом:

– Ты вообще соображаешь, что предлагаешь? Я говорю о необходимости предотвратить бунт и успокоить население. А ты советуешь подкинуть дров в этот очаг нестабильности. Нам требуется смягчить режим, показать людям заботу Империи. Мне лично не плевать на каждого гражданина моей страны. Бедняк, богач, аристократ – все они люди.

Глава одного из древних родов пренебрежительно скривил губы:

– Вообще-то, аристократия стоит на ступень выше обычных простолюдинов, Ваше Величество. У нас другой статус и другие задачи…

Игорь Валерьевич Корф понял, что наступил его момент. Он поднялся, расправил плечи и посмотрел прямо на выступавшего графа:

– Тогда почему за Стенами гибнут именно простолюдины, отвоёвывая наши земли у химер? Почему аристократы предпочитают отсиживаться в безопасных особняках и практически ничего не делают, обладая таким высоким статусом и ресурсами?

Граф побагровел, собираясь ответить резкой тирадой, но Император жестом остановил его:

– Игорь Валерьевич задал правильный вопрос. Мне периодически кажется, что наша аристократия изжила себя. Рода распоясались, не видят никакой конкуренции, им слишком легко живётся на старых заслугах предков. Нам необходимы радикальные реформы и вливание новой крови в элиту. Государству требуются социальные преференции для простых людей. Мы обязаны улучшить качество их жизни, – Фёдор Владимирович перевёл взгляд на Игоря Валерьевича. – Ваш Департамент в том числе отвечает и за этот сектор. Жду от вас реальных результатов и предложений.

Совещание завершилось. Чиновники поспешили покинуть зал, тихо переговариваясь между собой.

Игорь Валерьевич вернулся в свой просторный кабинет, сел в ортопедическое кресло и тяжело вздохнул. Под его руководством находилось более ста сотрудников Канцелярии, но сейчас он чувствовал себя абсолютно беспомощным. Поставленная задача казалась невыполнимой. Затронутый прорывом район включал в себя трущобы, полузаброшенные промзоны и обычные спальные кварталы. Что там можно реально придумать для улучшения жизни?

Он включил компьютер и открыл базу данных с жалобами населения. На экране замелькали тысячи обращений. Люди жаловались на грязь, скуку, отсутствие развлекательной инфраструктуры и криминальную обстановку… Чтение этих документов не принесло никакого озарения.

Тогда Игорь Валерьевич открыл реестр местных предприятий. Он надеялся договориться с владельцами бизнеса о предоставлении скидок по выходным или организации бесплатных часов посещения культурных объектов. Анализ показал полное отсутствие музеев, театров или крупных парков в данном секторе. Район представлял собой унылое скопление бетона и асфальта.